ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-12860/2018

24 февраля 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  16 февраля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объёме  24 февраля 2022 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аристовой Е. В.,

судей  Дубок О. В., Зюкова В. А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-15275/2021) конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Агентство перспективных инвестиций» (далее – ООО «АПИ», агентство, должник) ФИО2 (далее – ФИО2) на определение от 01.12.2021 Арбитражного суда Омской области по делу №  А46-12860/2018 (судья Сорокина И. В.), вынесенное по заявлению кредитора общества с ограниченной ответственностью «Управляющая Компания «Джи Пи Ай» Д. У. Закрытого паевого инвестиционного фонда комбинированного «Согласие и Развитие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 

<

...>, эт. цоколь, пом. III комн. 1 – 5, далее – ООО «УК «ДПА» Д. У. ЗПИФ) к ООО «АПИ», обществу с ограниченной ответственностью «Союз» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 600000, 

<

...>, помещение II, далее – ООО «Союз») о признании недействительной сделки и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АПИ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 

<

...>),

в отсутствие лиц, участвующих в обособленном споре,

установил:

ООО «Союз» обратилось в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании ликвидируемого должника – ООО «АПИ» несостоятельным (банкротом), принятым к производству суда определением от 02.08.2018.

Решением от 20.11.2018 агентство признано несостоятельным (банкротом); в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника его конкурсный кредитор ООО «УК «ДПА» Д. У. ЗПИФ обратилось 09.08.2021 в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным агентского договора от 25.01.2017 № 2501 (далее – договор от 25.01.2017), заключённого между агентством и ООО «Союз», применении последствий недействительности сделки в виде исключения из реестра требований кредиторов ООО «АПИ» требования ООО «Союз» в размере 45 662 руб., из которых 34 000 000 руб. – основной долг, 11 662 000 руб. – неустойка.

Определением от 01.12.2021 Арбитражного суда Омской области по делу №  А46-12860/2018 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе конкурсным управляющим ООО «АПИ» ФИО2 ставится вопрос об отмене определения суда и принятии нового судебного акта об удовлетворении заявления. Мотивируя свою позицию, апеллянт указывает на следующие доводы:

- в материалы дела оригинал оспариваемого договора не представлен; из бухгалтерской документации должника не следует факт заключения данного договора. В соответствии с протоколом допроса свидетеля от 12.01.2020, ФИО3 заявляет, что не подписывал спорный договор;

- вывод суда об отсутствии возражений со стороны конкурсного управляющего при рассмотрении заявления о включении требований ООО «Союз» в реестр требований кредиторов является неправомерным. Судебное заседание проводилось посредством видеоконференц-связи, что не лишало суд возможности истребовать оригиналы документов от заявителя; суд был обязан удостовериться в добросовестности требований;

- суд неправомерно применил срок исковой давности к заявлению о признании сделки недействительной. Кредитор не является стороной сделки, в связи с чем срок исковой давности начинает течь с момента, когда он узнал о сделке и не может превышать 10 лет; 

- отсутствует одобрение крупной сделки;

- суд не применил нормы материального права (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ).

В жалобе заявлено ходатайство об истребовании у ООО «Союз» оригинала договора от 25.01.2017, акта оказанных услуг/выполненных работ и всех иных приложений к договору.

От конкурсного управляющего ООО «АПИ» ФИО2 по системе подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» поступило ходатайство о проведении заседания в её отсутствие, которое удовлетворено апелляционным судом. В ходатайстве заявитель поддержала доводы жалобы и просила удовлетворить ходатайство об истребовании доказательств.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, о времени и месте проведения судебного заседания, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

На основании части 3 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции. Суд апелляционной инстанции не вправе отказать в удовлетворении указанных ходатайств на том основании, что они не были удовлетворены судом первой инстанции. 

Суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего ООО «АПИ» ФИО2 об истребовании доказательств, поскольку безусловных оснований для истребования документов не приведено; должная оценка обстоятельств настоящего спора возможна, исходя из имеющихся в обособленном споре доказательств.  

Рассмотрев апелляционную жалобу, материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО «Союз» (агент) и ООО «АПИ» в лице генерального директора ФИО3 (принципал) заключён договор от 25.01.2017, по условиям которого, агент обязуется оказать информационно-аналитические услуги и мониторинг рынка жилой недвижимости, организационно-методического сопровождения и консультацией в сфере участия в государственных закупках жилой недвижимости и передать полученные при выполнении работ результаты (отчитаться об оказанных услугах) в порядке и на условиях, предусмотренных договором.

В силу пункта 1.2 договора принципал обязуется провести приёмку и обеспечить оплату надлежащим образом исполненных обязательств в порядке и на условиях, предусмотренных договором.

Сумма вознаграждения агента по договору составляет 68 000 000 руб. (пункт 3).

 Пунктом 3.1 договора предусмотрено, что агентское вознаграждение выплачивается двумя платежами по 34 000 000 руб. за каждый этап в соответствии с выполненными этапами.

Согласно пункту 3.2 договора срок оплаты I этапа – 04.12.2017; срок оплаты II этапа – 04.06.2018. 

В пункте 4.7 договора предусмотрена ответственность принципала за просрочку перечисления агенту причитающихся ему денежных сумм в виде уплаты агенту неустойки в размере 0,1 % от невыплаченной суммы агенту за каждый день просрочки.

Определением от 20.06.2019 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-12860/2018 установлено и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «АПИ» требование ООО «Союз» в сумме 45 662 000 руб., из которых 34 000 000 руб.– основной долг, 11 662 000 руб. – неустойка, без обеспечения залогом имущества должника.

Как указывает конкурсный кредитор, согласно открытым данным о финансовых показателях агентства, за 2015 – 2016 гг. ООО «АПИ» имело убыток в размере 3,6 млн. руб., общая совокупная выручка (без расходов) составила 102 млн. руб.; в 2017 году финансовое состояние ухудшилось, что привело к решению о его ликвидации. При таких условиях заключение спорной сделки выходит за рамки обычной хозяйственной деятельности должника и преследует цель причинения ущерба другим кредиторам должника.

Помимо этого, оспариваемый договор генеральным директором ООО «АПИ» ФИО3 не подписывался, что подтверждается протоколом допроса свидетеля от 12.01.2020, засвидетельствованного нотариусом г. Москвы ФИО4

По утверждению конкурсного кредитора, договор от 25.01.2017 является подозрительной сделкой, подлежит признанию недействительной по основаниям статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 ГК РФ.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления кредитора, исходил из недоказанности совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Суд пришёл к выводу об отсутствии оснований для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ, поскольку поведение сторон сделки не свидетельствует о направленности их воли исполнить соглашение при неравноценном встречном исполнении. Также суд не усмотрел признаков злоупотребления правом по смыслу статьи 10 ГК РФ при совершении оспариваемой сделки, отмечая, что направленность сторон сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов не установлена. Суд посчитал обоснованными доводы ООО «Союз» о пропуске заявителем годичного срока исковой давности.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включённой в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включённой в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц (пункт 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществлённого им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определённую с учётом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63), пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В пункте 5 постановления № 63 разъяснено, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершённой должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинён вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учётом пункта 7 постановления № 63).

Из разъяснений, изложенных в пункте 6 постановления № 63, следует, что согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвёртом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатёжеспособности или недостаточности имущества.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества определяется как превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатёжеспособность – как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

 

В пункте 9 постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определённых пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учётом пункта 6 настоящего постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае оспариваемая сделка совершена 25.01.2017, дело о банкротстве должника возбуждено 02.08.2018, соответственно, подпадает под период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьёй 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобождённые от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определённых пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Суд первой инстанции заключил, что заявителем не доказана цель причинения вреда имущественным правам кредиторов оспариваемой сделкой.

Доказательства того, что ООО «Союз» знало или должно был знать о том, что спорная сделка совершается в целях причинения вреда кредиторам должника, а также доказательства заинтересованности ООО «Союз» по отношению к должнику, в материалах дела отсутствуют.

Судом отмечено, что само по себе заключение спорного договора также не свидетельствует о причинении имущественного вреда кредиторам, поскольку в данном случае должнику оказаны услуги. Доказательств ухудшения финансового положения должника, уменьшения стоимости его активов либо увеличения размера обязательств в результате заключения спорного договора, суду не представлено.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы в соответствии со статьёй 71 АПК РФ, суд первой инстанции не установил презумпций, образующих в совокупности состав недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (вред, цель причинения вреда, осведомлённость другой стороны сделки о цели причинения вреда), в связи с чем пришёл к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления кредитора.

В обоснование заявления кредитор также указал, что имеются основания для сомнения в реальности заключения спорного договора, то есть усматриваются признаки мнимости сделки, сослался на нормы статей 10, 168 ГК РФ.

По общему правилу статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Действиями со злоупотреблением правом являются следующие действия: осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу; действия в обход закона с противоправной целью; иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Пленум ВС РФ в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее – ВС РФ) от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ») разъяснил, что мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида её формальное исполнение.

Указанное положение закона направлено на защиту от недобросовестности участников гражданского процесса (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004 № 463-О).

Формально выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически её стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу. 

Пункт 1 статьи 170 ГК РФ применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений её исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при её совершении (постановления Президиума ВАС РФ от 05.04.2011 № 16002/10, от 07.02.2012 № 11746/11).

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон отсутствует цель достижения заявленных результатов; волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Установление того, что стороны на самом деле не имели намерений на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих её сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путём анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств, которые представляются в суд лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, а суд не вправе уклониться от их оценки (определение ВС РФ от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411).

Суд заключил, что в настоящем случае отсутствуют основания для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ, поскольку поведение сторон сделки не свидетельствует о направленности их воли исполнить соглашение при неравноценном встречном исполнении.

Также суд не усмотрел признаков злоупотребления правом по смыслу статьи 10 ГК РФ при совершении оспариваемой сделки, отмечая, что направленность сторон сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов не установлена. 

Коллегия суда поддерживает выводы суда первой инстанции.

Довод подателя жалобы о том, что в материалы дела не представлен оригинал оспариваемого договора, отклоняется апелляционным судом, поскольку в соответствии с частью 8 статьи 75 АПК РФ доказательства могут быть представлены как в оригинале, так и в надлежащим образом заверенной копии.

Частью 9 статьи 75 АПК РФ определено, что подлинные документы представляются в арбитражный суд в случае, если обстоятельства дела согласно федеральному закону или иному нормативному правовому акту подлежат подтверждению только такими документами, а также по требованию арбитражного суда.

В настоящем споре не установлено обстоятельств, которые подлежат подтверждению только оригиналами документов.

Заявлений о фальсификации спорного договора (статья 161 АПК РФ), при наличии к тому объективной возможности, от участвующих в обособленном споре лиц, не последовало.

Конкурсный управляющий ООО «АПИ» ФИО2 в отзыве на заявление просила признать спорный договор недействительным, указала на незаключённость договора ввиду отсутствия одобрения данной сделки (статья 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Судом отмечено, что факт реальности возникших правоотношений между сторонами спорного договора исследован судом в определении от 20.06.2019 (резолютивная часть от 13.06.2019) Арбитражного суда Омской области, которым установлено и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «АПИ» на основании договора от 25.01.2017 требование ООО «Союз» в сумме 45 662 000 руб., из которых 34 000 000 руб.– основной долг, 11 662 000 руб. – неустойка.

Возражений на момент рассмотрения указанного требования от лиц, участвующих в деле, в том числе от конкурсного управляющего, в материалы дела не поступало.

В рассматриваемом случае ни заявителем, ни конкурсным управляющим не представлено документально обоснованных доказательств, свидетельствующих о незаключённости оспариваемого договора; отсутствие одобрения порождает иные правовые последствия, является основанием оспоримости данной сделки.

На основании части 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Частью 1 статьи 65 АПК РФ установлена обязанность сторон доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений.

При этом нежелание второй стороны представить доказательства, подтверждающие её возражения и опровергающие доводы первой стороны, представившей доказательства, должно быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент (постановления Президиума ВАС РФ от 06.03.2012 № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12, от 13.05.2014 № 1446/14, определения ВС РФ от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 09.10.2015 № 305-КГ15-5805).

Стороны в арбитражном процессе должны занимать активную позицию, на них возлагается обязанность обоснования своей правовой позиции, раскрытия и представления суду доказательств, в соответствии с положениями статей 4, 7, 8, 9, 64, 65, 66 АПК РФ.

Риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий, ложится на лиц, участвующих в деле (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

В ходе рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции ООО «Союз» заявлено о пропуске кредитором срока годичного исковой давности. По мнению ООО «Союз», ООО «УК «ДПА» Д. У. ЗПИФ стало известно о совершении спорной сделки с 25.03.2020.

В силу статей 195, 196 ГК РФ исковой давностью признаётся срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращённые или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий её недействительности составляет один год.

Согласно пункту 32 постановления № 63 заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

Судом установлено, что 25.03.2020 ООО «УК «ДПА» Д. У. ЗПИФ обращалось в арбитражный суд с заявлением к ООО «АПИ», ООО «Союз» о признании недействительным договора от 25.01.2017, применении последствий недействительности сделки в виде исключения требования ООО «Союз» из реестра требований кредиторов ООО «АПИ» в сумме 45 662 000 руб., из которых 34 000 000 руб. – основной долг, 11 662 000 руб. – неустойка.

На основании определения от 14.12.2020 вышеуказанное заявление кредитора ООО «УК «ДПА» Д. У. ЗПИФ оставлено судом без рассмотрения.

В настоящем случае ООО «УК «ДПА» Д. У. ЗПИФ обратилось в арбитражный суд с заявлением 09.08.2021, то есть с пропуском годичного срока исковой давности (в отсутствие оснований для констатации ничтожности сделки).

На основании пункта 2 статьи 199 ГК РФ, пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Таким образом, отказав в удовлетворении требований кредитора, суд первой инстанции принял законный и обоснованный судебный акт.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения при её рассмотрении, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не влекущими отмену либо изменение обжалуемого определения. 

Нормы материального права применены арбитражным судом первой инстанции правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Поскольку при подаче апелляционной жалобы заявителю предоставлялась отсрочка по уплате государственной пошлины, в удовлетворении жалобы отказано, государственная пошлина в размере 3 000 руб. подлежит взысканию с ООО «АПИ» в доход федерального бюджета.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьёй 271 АПК РФ, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 01.12.2021 Арбитражного суда Омской области по делу № А46-12860/2018  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Агентство перспективных инвестиций» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путём подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления.

 

Председательствующий

 

Е. В. Аристова

Судьи

 

                    О. В. Дубок

                     В. А. Зюков