ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

А33-23586/2021к23

г. Красноярск

26 января 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена «17» января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен «26» января 2024 года.

 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Инхиреевой М.Н.,

судей: Радзиховской В.В., Яковенко И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 (до и после перерыва),

при участии:

конкурсного управляющего ФИО2 (до перерыва),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от «12» сентября 2023 года по делу № А33-23586/2021к23,

установил:

решением от 11.05.2022 (резолютивная часть от 26.04.2022) должник - общество с ограниченной ответственностью «Лесозаготовительная компания», признан банкротом, в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО2.

В арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Лесозаготовительная компания», в котором заявитель просит признать недействительными платежи в пользу ООО «Альфамобиль» на общую сумму 2 651 934,42 руб., совершенные в период с 19.08.2021 по 18.11.2021, и применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» денежных средств в размере 2 651 934,42 руб.

Определением от 12.09.2023 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с данным судебным актом ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой.

Заявитель жалобы не согласен с выводами суда первой инстанции о том, что сделки совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности, указывая, что платежи вносились с просрочкой, общий размер денежных средств, полученных лизинговой компанией превышает 1% балансовой стоимости активов должника. Также указывает, что сделки совершены при неравноценном встречном предоставлении, т.к. ответчик получил и предмет лизинга и лизинговые платежи.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 17.10.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 15.11.2023.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 АПК РФ о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

В соответствии со статьями 158, 184, 185, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, протокольным определением судебное разбирательство откладывалось.

В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в составе суда производилась замена в составе судей. Окончательно состав суда сформирован в следующем виде: председательствующий судья – Инхиреева М.Н., судьи:   Радзиховская В.В., Яковенко И.В.

В судебном заседании конкурсный управляющий изложил доводы апелляционной жалобы. Просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт, дал пояснения по вопросам суда.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  в судебном заседании объявлялся  перерыв до 17.01.2024.

После объявления перерыва в судебное заседание участвующие в деле лица,  не явились.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящей апелляционной жалобы, судом апелляционной инстанции установлено следующее.

Между должником (лизингополучатель) и ООО «Альфамобиль» (лизингодатель) заключено два договора лизинга.

1. Договор лизинга от 15.11.2018 №11768-КРК-18-Л, по условиям которого лизингодатель обязуется приобрести у определенного лизингополучателем поставщика в собственность предмет лизинга, предоставить его лизингополучателю во временное владение и пользование за плату, на срок и на условиях, указанных в договоре лизинга и общих условиях.

Предметом лизинга по договору лизинга является трактор Т-9.01Я1БР-1. 

Стоимость предмета лизинга в соответствии с договором поставки составляет 8 185 000 рублей. Срок владения и пользования предметом лизинга (срок лизинга) установлен до 31.10.2021.

Конкурсный управляющий указывает, что дополнительным соглашением от 01.11.2019 к договору лизинга №11766-КРК-18-Л от 15.11.2018 утвержден график лизинговых платежей, согласно которому срок лизинговых платежей установлен до 20.10.2021 включительно, общая сумма лизинговых платежей установлена в размере 11 284 429,26 рублей, в том числе выкупной платеж.

Оплаты по договору лизинга в период с даты заключения договора по 18.11.2021 в пользу лизингодателя составили 11 347 748,24 рублей, из которых 2 088 337,06 рублей оплачены в период с 07.09.2021 по 18.11.2021, т.е. за месяц до возбуждения дела о банкротстве (дело о банкротстве возбуждено 16.09.2021) и в наблюдении. 

2. Между ООО «Альфамобиль» (лизингодатель) и ООО «Лесозаготовительная Компания» (лизингополучатель) заключен договор лизинга от 15.01.2021 № 00217-КРК-21-АМ-Л, по условиям которого лизингодатель обязуется приобрести у определенного лизингополучателем Поставщика в собственность предмет лизинга и предоставить его Лизингополучателю во временное владение и пользование за плату, на срок и на условиях, указанных в договоре лизинга и общих условиях.

Предметом лизинга по договору лизинга является автомобиль грузовой-бортовой VOLKSWAGEN 2H AMAROK.

Стоимость предмета лизинга в соответствии с договором поставки составляет 3 132 049 рублей. Срок владения и пользования предметом лизинга (срок лизинга) установлен до 28.02.2023, общая сумма лизинговых платежей установлена в размере 3 695 989,06 рублей, в том числе выкупной платеж.

Оплаты по договору лизинга в период с даты заключения по 21.07.2021 в пользу лизингодателя составили 1 299 500,28 рублей, из которых 563 597,36 рублей оплачены в период с 19.08.2021 по 02.11.2021, т.е. за месяц до возбуждения дело о банкротстве и в наблюдении. 

В качестве основания для признания сделок недействительными конкурсный управляющий ссылается на пункты 1, 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, полагая, что отдельному кредитору – ответчику, оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Суд первой инстанции по результатам рассмотрения заявления пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными, установив, что по договору лизинга №11766-КРК-18-Л от 15.11.2018 предмет лизинга перешел в собственность должника и включен в конкурсную массу, по договору лизинга от 15.01.2021 № 00217-КРК-21-АМ-Л договор лизинга расторгнут, оснований полагать, что сделка совершена при неравноценном встречном предоставлении не имеется. 

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, исследовав доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в силу следующего.

Как отражено выше, конкурсный управляющий оспаривает лизинговые платежи, совершенные за месяц до возбуждения дела о банкротстве и после возбуждения дела о банкротстве по основаниям ст. 61.3 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно разъяснениям пункта 11 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Следовательно, суду необходимо установить: заключена ли спорная сделка после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия заявления и повлекла ли она за собой предпочтительное удовлетворение требований ответчика перед требованиями других кредиторов.

Главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в поставлении контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях. При решении вопроса о применении последствий недействительности сделок судам следует исходить из необходимости выравнивания правового положения кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098(2) по делу № А40-140251/2013).

Как верно указано судом первой инстанции, бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице. При этом в силу  с положений части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, оспариваемые платежи совершены в период с 19.08.2021 по 18.11.2021, то есть за месяц до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (дата возбуждения дела о банкротстве – 16.09.2021), так и после возбуждения дела о банкротстве. Следовательно, к спорным правоотношениям применимы положения пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

При рассмотрении настоящего заявления о признании сделок недействительными, необходимо учитывать особенности правоотношений, вытекающих из договора выкупного лизинга, влияющие на оценку вопроса о преимущественности удовлетворения требований лизингодателя при банкротстве лизингополучателя.

Как разъяснено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2021 № 305-ЭС20-8917(3) указанная особенность выкупного лизинга (статья 19 Федеральный закон от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)») при банкротстве, состоит в том, что в отличие от случаев предоставления финансирования в иной форме имущество, обеспечивающее исполнение обязательства перед кредитором (лизингодателем), в случае нарушения должником своих обязательств и расторжения договора - не включается в конкурсную массу, а остается в собственности кредитора.

Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга»).

В ситуации, когда должником не завершены расчеты по договору выкупного лизинга, лизинговая компания, действующая исходя из своих имущественных интересов, как правило, вправе предпринять действия по расторжению договора лизинга и определению завершающей обязанности одной из сторон договора (пункт 3.1 постановления № 17).

При этом сохранение права собственности и получение средств от последующей продажи предмета лизинга позволяют лизингодателю покрыть свои убытки от расторжения договора, минуя установленный Законом о банкротстве порядок получения удовлетворения кредиторами своих требований.

В связи с этим, разрешая спор о признании недействительными лизинговых платежей по мотиву оказания лизинговой компании предпочтения (статья 61.3 Закона о банкротстве), необходимо иметь в виду наличие у нее таких специальных полномочий, позволяющих в отсутствие этих платежей в любом случае получить удовлетворение своих требований. По этой причине само по себе совершение подобных платежей еще не свидетельствует об оказании предпочтения, так как не является предпочтением такое исполнение, которое может быть законно получено и при наличии дела о банкротстве.

Аналогичный правовой подход применительно к залогу содержится в разъяснениях пункта 29.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Таким образом, правоотношения из выкупного лизинга определяют для лизингодателя статус, в котором он правомочен возвратить предоставленное должнику финансирование либо в виде обусловленных договором лизинговых платежей, а при невозможности их получения - в виде возврата лизингового имущества и компенсации предоставленного должнику финансирования за счет стоимости имущества, то есть, во всяком случае получить удовлетворение своих требований к лизингополучателю.

Право лизингодателя на изъятие имущества у лизингополучателя вследствие расторжения договора выкупного лизинга не изменяется при признании лизингополучателя банкротом, в связи с чем, причитающееся лизингодателю финансирование гарантированно в пределах фактической стоимости лизингового имущества.

По другую сторону спора находится лизингополучатель-банкрот, для которого в условиях действующего договора выкупного лизинга вопрос продолжения участия в нем поставлен в следующую плоскость: продолжать осуществлять платежи (в том числе с отступлением от очередности удовлетворения требований иных кредиторов) и получить право собственности на лизинговое имущество (которое затем может быть включено в конкурсную массу и продано с торгов), либо отказаться от дальнейшего обслуживания лизингового договора, расторгнуть его и определить завершающую обязанность одной из сторон.

Иными словами, для лизингополучателя (с учетом обозначенных особенностей статуса лизингодателя) исход правоотношений выкупного лизинга в отношении судьбы его предмета определяется либо утратой возможности получения актива (что неизбежно наступит при прекращении платежей), при сохранении денежных средств, либо готовностью в текущем режиме расставаться с имеющимися у должника денежными средствами ради цели получения в собственность натурального актива в виде лизингового имущества.

В таких условиях, дополненных фактом банкротства лизингополучателя, решение о продолжении осуществления платежей ради получения в собственность лизингового имущества должно быть объективно оправданным исходя из ожидаемого финансового результата с точки зрения недопущения нарушения прав иных помимо лизингодателя кредиторов.

Так, преимущества получения натурального актива для должника выражаются не только в перспективе расчетов с кредиторами за счет стоимости имущества (которое может оказаться дороже стоимости выкупных платежей за спорный период), но и в возможности использования этого имущества по прямому назначению в производственной деятельности и усиления иных производственных показателей от такого использования. Отступление от очередности и совершение лизинговых платежей в целях выкупа оборудования может иметь смысл в ситуации, если при помощи данного оборудования должник впоследствии планирует вести свою производственную деятельность, выйти из кризиса и восстановить платежеспособность.

Также, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении ВС РФ от 01.09.2021 № 305-ЭС20-8917(3), при условии, если принятое должником решение о продолжении осуществления лизинговых платежей является экономически оправданным, вопрос о целесообразности признания недействительными платежей разрешается исходя из следующих фактов: должник таким образом сохраняет возможность использования лизингового имущества, выкупа предмета лизинга и увеличения стоимости своих активов, а лизингодатель получает гарантированное возмещение финансирования (которое бы получил в натуральном виде, если бы не принятое должником решение о продолжении внесения платежей).

Признание в таких условиях лизинговых платежей (в пределах действительной стоимости лизингового имущества) предпочтительными сделками лишено всяческого смысла, поскольку означает, что лизингодатель возвратит должнику полученные лизинговые платежи, в связи с этим, забрав у последнего имущество, и возместит себе финансирование (то есть, те же лизинговые платежи, которые возвратил в конкурсную массу) за счет его стоимости.

В рамках настоящего дела по одному из договоров лизинга (договор № 11766-КРК-18-Л от 15.11.2018) должником и иными лицами  внесены все лизинговые платежи, в том числе выкупной платеж, в результате чего предмет лизинга перешел в собственность ФИО4 (30.11.2021 между должником, ООО «Альфамобиль», ФИО4 подписан договор о замене стороны в обязательстве, 30.11.2021 между ООО «Альфамобиль» и ФИО4 подписан договор купли-продажи и акт приема-передачи предмета лизинга в собственность).

В рамках обособленного спора № А33-23586-9/2021 рассматривалось заявление конкурсного управляющего о признании недействительным договора №11766-КРК-18-Ц от 30.11.2021 о замене стороны в обязательстве, заключенного между ООО «Альфамобиль», ООО «Леском» и ФИО4.

По итогам рассмотрения дела № А33-23586-9/2021 определением от 25.05.2023 утверждено мировое соглашение, заключенное 05.04.2023 между конкурсным управляющим ООО «Лесозаготовительная компания» ФИО2 и ФИО4, согласно которому спорное имущество (трактор Т-9.01Я1БР-1) по договору лизинга от 15.11.2018 возвращено в конкурсную массу должника.

Таким образом, с учетом утвержденного судом мирового соглашения, предмет лизинга - трактор Т-9.01Я1БР-1 возвращен в конкурсную массу ФИО4, к которому право собственности на данное транспортное средство перешло в связи с полным гашением лизинговых платежей.

Поскольку по договору лизинга № 11766-КРК-18-Л от 15.11.2018 предмет лизинга перешел в собственность должника и включен в конкурсную массу, не подлежат признанию как совершенные с предпочтением лизинговые платежи во исполнение данного договора, поскольку в ситуации не совершения данных платежей должник лишился бы предмета лизинга, при этом размер платежей с даты заключения договора лизинга составил 11 347 748,24 руб., из которых 2 088 337,06 руб. оплачены за период 07.09.2021 по 18.11.2021, т.е. до возбуждения дела о банкротстве большая часть платежей уже была оплачена и внесение всех оставшихся платежей после возбуждения дела о банкротстве в целях выкупа предмета лизинга являлось экономически целесообразным. 

В части платежей, совершенных по второму договору лизинга от 15.01.2021 № 00217-КРК-21-АМ-Л, основания для признания платежей как совершенных с предпочтением также отсутствуют в связи со следующим. 

Как следует из материалов дела, лизингодатель надлежащим образом исполнил свои обязательства по договору лизинга от 15.01.2021, заключив договор поставки № 00217-КРК-21-АМ-К от 15.01.2021 и передав предмет лизинга первоначальному лизингополучателю (должнику) в финансовую аренду по акту приема-передачи от 09.02.2021.

По договору лизинга от 15.01.2021 внесены лизинговые платежи на сумму 1 299 500,28 руб., из которых 563 597,36 руб. в период с 19.08.2021 по 02.11.2021, т.е. за месяц до возбуждения дела о банкротстве и после возбуждения дела о банкротстве. Общая сумма лизинговых платежей установлена договором лизинга в размере 3 695 989,06 руб.

Договор лизинга расторгнут ООО «Альфамобиль» в одностороннем порядке, в связи с неисполнением лизингополучателем принятых на себя обязательств. Предмет лизинга изъят по акту изъятия от 17.01.2022.

Квалифицирующим признаком недействительности сделки должника, совершенной в пределах одного месяца до момента возбуждения дела о банкротстве и после указанной даты является предпочтительное погашение обязательств кредитора по отношению к иным кредиторам должника.

В то же время, в силу положений пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 настоящего Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

Конкурсный управляющий не представил доказательств того, что оспариваемые платежи имели экстраординарный характер, обстоятельств внесения выплат отличных от условий лизинговых платежей, согласованных в Договоре лизинга, не обосновал.

При таких обстоятельствах, у суда не имелось оснований для квалификации всех спорных платежей как единой сделки, направленной на предпочтительное удовлетворение обязательств в пользу лизингодателя. Каждый очередной платеж в данном случае представляет собой самостоятельную сделку по исполнению условий Договора лизинга, и, как обоснованно установил суд первой инстанции, не превышает 1% балансовой стоимости активов должника по итогам периода, предшествующего совершению сделок.

Спорные платежи обоснованно квалифицированы судом первой инстанции как совершенные в процессе обычной хозяйственной деятельности, что само по себе исключает признание их недействительными сделками по заявленным основаниям.

Конкурсным управляющим не доказан факт того, что платежи были осуществлены вне рамок обычной хозяйственной деятельности.

Ссылка управляющего на то, что платежи совершены с просрочкой, в связи с чем не могут быть отнесены к обычной хозяйственной деятельности отклонены. Так, по договору от 15.01.2021 № 00217-КРК-21-АМ-Л оспариваются 4 платежа на общую сумму 563 597,36 руб. Платежи вносились раз в месяц с августа по ноябрь 2021 года, на одну сумму, соответствующую сумме ежемесячного лизингового платежа; из назначений платежей, иных представленных в дело документов, не следует факт того, что данные спорные платежи вносились с просрочкой.  Кроме того, в любом случае, наличие просрочек по части лизинговых платежей само по себе не порождает порока сделки и не свидетельствует об отклонении действий сторон оспариваемой сделки от добросовестного поведения. 

Из обстоятельств же данного спора следует, что должник, после возбуждения дела о банкротстве, принял решение продолжать осуществлять платежи, имея в виду нуждаемость в лизинговой технике для осуществления деятельности.

Принимая во внимание, что на момент совершения спорных выплат имущество должника не было изъято, доказательств прекращения хозяйственной деятельности должника и отсутствия у должника экономического интереса в продолжении использования полученного по договору лизинга транспортного средства заявитель не привел, суд первой инстанции обоснованно применил правовую позицию пункта 34 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, посчитав, что внесение лизинговых платежей в этом случае не повлекло оказание лизингодателю предпочтения.

Конкурсный управляющий в жалобе указывает, что спорные платежи причинили вред должнику, поскольку ответчик получил как предмет лизинга (по договору от 15.01.2021 № 00217-КРК-21-АМ-Л), так и лизинговые платежи.

Данные доводы отклонены в связи со следующим.

В силу пункта 36 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 во избежание двойного удовлетворения требований лизингодателя после фактического возврата предмета лизинга производится корректировка реестра. По смыслу пункта 3 статьи 15 досрочное расторжение договора лизинга и возврат предмета лизинга от лизингополучателя являются правами лизингодателя, которые реализуются по усмотрению последнего, что, как правило, связано с оценкой лизингодателем целесообразности принятия им собственных мер по продаже предмета.

Как установлено судом и не оспаривают участвующие в деле лица, должник использовал предмет лизинга и вносил лизинговые платежи в соответствии с установленным графиком платежей, полностью лизинговые платежи, а также выкупная стоимость должником не внесены, право собственности на предмет лизинга не перешло к должнику-лизингополучателю. Управляющий не обосновал, в чем в данном случае выразилось причинение вреда кредиторам должника при внесении им лизинговых платежей, принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о заключении договора лизинга на нерыночных условиях. Наличие оснований для признания оспариваемых сделок недействительными в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации не установлено.

При этом, в случае, если управляющий полагает, что в результате внесения лизинговых платежей итоговое сальдо по договору лизинга сложилось в пользу должника, стороны не лишены возможности при наличии необходимости установить сальдо встречных обязательств и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

В соответствии с абзацем 2 пункта 3.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление № 17) расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

При этом в отношении определения равноценности встречных предоставлений при расторжении договора выкупного лизинга в пункте 3 Постановления № 17 указано, что расторжение договора, в частности, по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей не должно влечь получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями.

В то же время уклонение лизингодателя от совершения действий по расчету и уплате сальдо встречных обязательств не является основанием для того, чтобы отказ от исполнения договора был признан недействительной сделкой, но может выступать основанием для обращения конкурсного управляющего в суд с требованием о взыскании завершающей договорной обязанности в исковом порядке вне рамок дела о банкротстве.

Прекращение договора порождает необходимость соотнесения взаимных предоставлений сторон по нему (сальдо встречных обязательств) и определения завершающей обязанности одной стороны в отношении другой (статьи 1, 10, 328 ГК РФ).

Таким образом, сальдирование, по своей правовой природе, представляет собой расчет итогового обязательства одной из сторон в рамках одного договора или в рамках единого обязательственного отношения (которое может быть оформлено в нескольких связанных договорах между одними и теми же сторонами). Действия, направленные на установление сальдо взаимных предоставлений в рамках одного договора, не являются сделкой с предпочтением (статья 61.3 Закона о банкротстве), которая может быть оспорена в рамках дела о банкротстве, так как в этом случае отсутствует такой квалифицирующий признак как получение предпочтения.

При этом, взаимные предоставления сторон по договорам лизинга, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определение завершающей обязанности одной стороны в отношении другой должны осуществляться в порядке, 15 установленном постановлением Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

Разрешая спор о признании сделок недействительными по перечислению лизинговых платежей по основаниям, предусмотренным ст. 61.3 Закона о банкротстве осуществление сальдо взаимных расчетов между сторонами (даже в случае, если сальдо фактически сложилось в пользу должника) в любом случае не входит в предмет настоящего спора о признании сделок недействительными и не может быть произведено арбитражным судом в его рамках.

Предметом настоящего обособленного спора является оспаривание сделок по специальной норме положений Закона о банкротстве, согласно вышеизложенного, произведение сальдо взаимных расчетов не может лечь в основу по оспариванию сделок по статье 61.3 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенное, получение ООО «Альфамобиль» как натурального, так и денежного удовлетворения требований в течение спорного периода не приводит к двойному взысканию в пользу указанного лица и не может являться основанием для признания лизинговых платежей недействительными сделками. Как отражено выше, взыскание сальдо встречных обязательств по договору лизинга производится вне рамок дела о банкротстве.

Таким образом, доводы конкурсного управляющего о нарушении прав кредиторов Должника оспариваемой сделкой не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и существу сложившихся правоотношений, вытекающих из договоров лизинга.

Вопреки доводам апелляционной жалобы конкурсным управляющим не доказана  совокупность обстоятельств, являющихся основанием для оспаривания сделки применительно к п. 1, 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве, как и не доказано, что в результате оспариваемых сделок ООО «Альфамобиль» оказано предпочтение при перечислении должником лизинговых платежей перед кредиторами и получена имущественная выгода.

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Поскольку судом отказано в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной, в удовлетворении заявления о применении последствий недействительности сделки правомерно отказано.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не усматривает.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации  расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на подателя жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от «12» сентября 2023 года по делу № А33-23586/2021к23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

 

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

М.Н. Инхиреева

Судьи:

В.В. Радзиховская

 

И.В. Яковенко