РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело №А40-207453/21-143-1422

16 мая 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть решения объявлена                                                13 апреля 2023 года

Мотивированное решение изготовлено                                                 16 мая      2023 года

 

Арбитражный суд города Москвы

в составе судьи Гедрайтис О.С.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Шаталовой А.В.

с использованием средств аудиозаписи

рассматривает в судебном заседании дело по иску ООО «ПРОМИНСТРАХ» (ИНН 7704216908)

к АО «РНПК» (ИНН 7706440687)

третье лицо: Центральный банк Российской Федерации (ИНН 7702235133)

о расторжении договора перестрахования гражданской ответственности №1/2017/2 от 12.04.2017г., взыскании 304.934.828 руб. 55 коп.

 

при участии: 

от истца: Устинов И.В. дов. от 09.01.2023г.;

от ответчика: Краснов С.В. дов. от 28.12.2022г., Березенцева Е.С. дов. от 26.09.2022г., Краснова М.А. дов. от 01.02.2023г., Карташов А.С. дов. от 01.02.2023г.;

от 3-его лица: Акинфиева Д.В. дов. от 10.11.2020г. Чуева А.Н. дов. от 26.01.2023г.; 

 

УСТАНОВИЛ:

ООО «ПРОМИНСТРАХ» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к АО «РНПК» о расторжении договора перестрахования гражданской ответственности №1/2017/2 от 12.04.2017г., взыскании 304 934 828 руб. 55 коп.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ЦБ РФ.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2022г. оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2022г. исковые требования удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 01.12.2022г.  решение Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2022г. и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.07.2022г. отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В постановлении суда кассационной инстанции указано, что судом не получена  надлежащая оценка  доводов сторон о допущенных ответчиком нарушениях условий договора перестрахования от 12.04.2017 №1/2017/2, о наличии в договоре обязательств сторон по формированию резервов и по предоставлению информации в Банк России о сформированных резервах, основаниям для принятия судом решения о расторжении договора, возврата всей уплаченной страховой премии или ее пропорциональной части в соответствии с условиями договора страхования, о применении норм материального права о сроке исковой давности.

При новом рассмотрении дела, представитель истца поддержал требования в полном объеме, просил иск удовлетворить.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал, согласно представленному отзыву, просил суд отказать в удовлетворении исковых требований.

Представитель третьего лица поддержал позицию ответчика, возражал против удовлетворения исковых требований.

Оценив материалы дела, выслушав предстателей сторон, суд пришел к выводу об отказе удовлетворении исковых требований исходя при этом из следующего.

В исполнение требований суда кассационной инстанции суд проверил в полном объеме доводы ответчика, а так же условия договора страхования.

Как усматривается из материалов дел, 12.04.2017г. между ООО «ПРОМИНСТРАХ» (перестрахователь) и АО "РНПК" (перестраховщик) заключен облигаторный договор перестрахования гражданской ответственности застройщика №1/2017/2, объектом перестрахования которого являются имущественные интересы перестрахователя, связанные с исполнением обязанности произвести страховую выплату по заключенным им основным договорам страхования гражданской ответственности застройщиков по договорам долевого участия.

Договор перестрахования заключен на следующих условиях: период перестрахования: убытки, произошедшие по договорам страхования в течение 12 месяцев, с 14.04.2017г. по 13.04.2018г., включая обе даты, по времени местности, где произошел убыток,  приоритет перестрахователя: 300 000 000 руб. по каждому событию; лимит: защита, не превышающая лимита ответственности в размере: Лейер (уровень) 1: 2 700 000 000 руб. окончательный нетто-убыток по каждому событию сверх убытка в размере 300 000 000 руб., Лейер 2: 2 000 000 000 руб. окончательный нетто-убыток по каждому событию сверх убытка в размере 3 000 000 000 руб.

Так, было предусмотрено одно полное восстановление лимита по Лейеру 1 и Лейеру 2 за 100% дополнительной премии пропорционально не истекшему сроку действия договора перестрахования.

В договоре перестрахования была установлена доля АО "РНПК" в размере 10% от указанного лимита, остальные 90% приходились KLPP, что видно из договора с последним.

Таким образом, максимальный лимит ответственности обоих перестраховщиков по одному страховому событию был предусмотрен в размере 4 700 000 000 руб., а с учетом возможного однократного восстановления лимита - 9 400 000 000 руб., поскольку доля РНПК составляла 10%, максимальный лимит ответственности составлял 940 000 000 руб. по одному событию, а общий не был ограничен.

Первоначальный размер премии АО "РНПК" составлял 12 191 000 руб.

07.07.2017г. в связи с увеличением страхового портфеля заявителя, в том числе принятием им страхового портфеля от ООО "Региональная страховая компания", было подписано дополнительное соглашение к договору перестрахования со страховщиком-лидером, соответственно, было заключено дополнительное соглашение №1 от 07.07.2017г. к договору перестрахования с АО "РНПК", согласно которому условия о размере лимита сформулированы следующим образом: Лейер 1: 19 700 000 000 руб. окончательный нетто-убыток по каждому событию сверх убытка (приоритета) в размере 300 000 000 руб.

При этом восстановление нового одноуровневого лимита не предусмотрено, пункт "восстановление лимита" исключен. Доля АО "РНПК" (10%) не изменилась.

Таким образом, после заключения дополнительного соглашения №1 обеспеченный договорами перестрахования с АО "РНПК" и ООО «ПРОМИНСТРАХ» максимальный размер убытка заявителя составил 19 700 000 000 руб. по одному событию, а доля АО "РНПК" - 19 700 000 000 руб. Максимальный размер ответственности по всем событиям по-прежнему не был ограничен. При этом, в связи с увеличением размера ответственности перестраховщика размер премии был увеличен до 83 791 000 руб.

Дополнительным соглашением №6 порядок расчета премии был изменен.

Установлено, что общий объем уплаченной в адрес АО "РНПК" премии по договору перестрахования составил 304 934 828 руб. 55 коп.

В период с августа по сентябрь 2018 года Межрегиональной инспекцией по проверкам не кредитных финансовых организаций по Центральному федеральному округу Главной инспекции Банка России была проведена проверка деятельности ООО "Проминстрах", в рамках которого истец представил сведения о сформированных страховых резервах по договору перестрахования с АО "РНПК" в размере 4 578 995 000 руб. по разным страховым случаям (разным застройщикам).

Истец указал, что Банк России на основании представляемой АО "РНПК" отчетности сделал вывод, что размер сформированного АО "РНПК" резерва по договору перестрахования от 12.04.2017г. №1/2017/2 по состоянию на 31.07.2018г. составил 1 970 000 000 руб., что не соответствовало действительности.

На основании указанных недостоверных сведений Банк России пришел к выводу о недостаточности резервов заявителя и 03.10.2018г. вынес предписание об устранении нарушения законодательства Российской Федерации №53-4-2-1-3132, в котором указал, что истец по состоянию на 31.07.2018г. в нарушение п.6.1 Положения о правилах формирования страховых резервов по страхованию иному, чем страхование жизни, и п.1 Указания Банка России от 22.02.2017г. №4297-У "О порядке инвестирования средств страховых резервов и перечне разрешенных для инвестирования активов" неправомерно принимало к инвестированию средств страховых резервов долю АО "РНПК" в резерве заявленных, но не урегулированных убытков, в сумме 2 689 663 000 руб., из которых 2 608 995 000 руб. приходилось на договор перестрахования с АО "РНПК" от 12.04.2017г. №1/2017/2.

В силу п.2 ст.450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

При толковании условий договора в силу абзаца первого ст.431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Учитывая, что условия договора являются согласованными частями одного договора, значение конкретного условия договора подлежит установлению судом путем сопоставления с другими условиями этого договора, смыслом договора в целом, а также с учетом существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (системное толкование).

Как следует из условий договора перестрахования №1/2017/2 от 12.04.2017г., его предметом является обязательное страхование перестраховщиком имущественных интересов перестрахователя, связанных с исполнением им обязанности осуществить урегулирование страхового случая и обязанности произвести страховую выплату по заключенным им основным договорам страхования, в отношении которых осуществляется перестрахование.

Ссылающаяся на существенное нарушение договора сторона должна представить суду доказательства такого нарушения: неполучение доходов, возможное несение дополнительных расходов или наступление других последствий, существенно отражающихся на интересах стороны. Сам же факт наличия такого нарушения, в силу ст.450 ГК РФ, не может служить основанием для расторжения договора (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.04.2001г. №18-В01-12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2011г. №5-В11-27).

При этом весомость ущерба должна быть подтверждена тем, что соответствующая сторона договора в результате исполнения договора другой стороной в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Статьей 25 Закона Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации» установлено, что сформированные страховые резервы (наряду с экономически обоснованными страховыми тарифами; средствами страховых резервов, достаточными для исполнения обязательств по страхованию, сострахованию, перестрахованию, взаимному страхованию; собственными средствами (капиталом); перестрахованием) являются гарантиями обеспечения финансовой устойчивости и платежеспособности страховщика. Страховщики обязаны соблюдать требования финансовой устойчивости и платежеспособности в части формирования страховых резервов, порядка и условий инвестирования собственных средств (капитала) и средств страховых резервов, нормативного соотношения собственных средств (капитала) и принятых обязательств, а также иные требования, установленные Законом и нормативными актами органа страхового надзора.

В соответствии со ст.26 Закона формирование страховых резервов осуществляется страховщиками в соответствии с правилами формирования страховых резервов, которые утверждаются Банком России.

Страховые резервы служат для оценки размера принятых страховщиком обязательств из договора страхования. Каждый страховщик самостоятельно на основании выполненных актуарием актуарных расчетов осуществляет расчет своих страховых резервов, которые в дальнейшем используются Банком России для оценки.

С учетом изложенного, формирование страховых резервов является непосредственной обязанностью каждого страховщика и не может быть переложено на других лиц по договору.

В соответствии с п.6.1 Положения Банка России от 16.11.2016г. №558-П «О правилах формирования страховых резервов по страхованию иному, чем страхование жизни» страховщик рассчитывает долю перестраховщиков в страховых резервах одновременно с расчетом страховых резервов.

Доля перестраховщиков в страховых резервах определяется по каждому договору (группе договоров) в соответствии с условиями договора (договоров) перестрахования.

ООО «ПРОМИНСТРАХ» должен был рассчитать долю АО РНПК в страховых резервах в соответствии с условиями договора перестрахования, при этом обязанность ООО «ПРОМИНСТРАХ» по формированию страховых резервов в соответствии с требованиями законодательства не может быть переложена на АО РНПК.

Таким образом, формирование АО РНПК страховых резервов в определенном объеме не влияет на обязанность ООО «ПРОМИНСТРАХ» по формированию страховых резервов в соответствии с требованиями законодательства.

В соответствии с п.1 и подпунктом 2 п.2 ст.32.5-1 Закона в случае нарушения субъектом страхового дела требований, установленных страховым законодательством, в частности несоблюдения страховщиком требований к финансовой устойчивости и платежеспособности в части формирования и размещения средств страховых резервов, иных гарантирующих осуществление страховых выплат фондов, орган страхового надзора выдает предписание об устранении нарушения с указанием срока его исполнения.

Обязанность по формированию страховых резервов является публично-правовой обязанностью страховщика и выводы о ее исполнении (неисполнении) страховщиком не могут служить основанием для выводов об исполнении (неисполнении) гражданско-правовых обязательств соответствующего страховщика.

Договор перестрахования от 12.04.2017 №1/2017/2 не содержит обязательств сторон ни по формированию резервов, ни по предоставлению информации в Банк России.

Предписание Банка России от 03.10.2018г. №53-4-2-1/3132 о нарушении ООО «ПРОМИНСТРАХ» требований финансовой устойчивости и платежеспособности, на которое ссылается истец, не могло быть обусловлено объемами страховых резервов, сформированными АО «РНПК». Данное предписание не устанавливает факта нарушения АО «РНПК» требований законодательства, а касается неисполнения соответствующих обязанностей непосредственно ООО «ПРОМИНСТРАХ».

Банк России, являясь органом страхового надзора, обладает компетенцией по оценке страховых резервов страховщика и при вынесении предписания руководствуется проведенной им оценкой (п.2.1 ст.26 Закона).

При проведении проверки деятельности истца Банк России установил нарушение страхового законодательства, выразившееся в несоблюдении истцом требований к финансовой устойчивости и платежеспособности в части формирования и размещения средств страховых резервов.

Кроме того, Банком России выявлены факты неоднократного неисполнения истцом обязанности по осуществлению страховой выплаты.

Таким образом, факт вынесения предписания не связан с обязанностями ответчика, возникшими в рамках договора перестрахования, а оценка страховых резервов истца не обусловлена представленной АО РНПК в Банк России информацией.

Однако, истец не оспорил предписание Банка России об устранении нарушений законодательства Российской Федерации от 03.10.2018г. №53-4-2-1-3132, иск о взыскании убытков, причиненных действиями Банка России, не заявил, каких-либо доказательств предполагаемой недостоверности сведений, предоставленных АО «РНПК» по запросу Банка России, не представил. Истец добровольно устранил данное нарушение, заключив договор перестрахования №3/2018/1 от 26.09.2018г. с компанией KLPP, 26.09.2018г. предоставил в Банк России уточненную отчетность.

АО «РНПК» сформировало резервы по договору перестрахования от 12.04.2017г. № 1/2017/2 в размере своей доли (10%), а именно 1 970 000 000 руб., и уведомило об этом регулятора (Банк России) в порядке, предусмотренном ст.76.5 и п.76.7 ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» и п.2.8 Инструкции Банка России от 24.04.2014г. №151-И «О порядке проведения проверок деятельности некредитных финансовых организаций и саморегулируемых организаций некредитных финансовых организаций уполномоченными представителями Центрального банка Российской Федерации (Банка России)».

Довод истца о недостоверном характере информации, предоставленной ответчиком по запросу ЦБ РФ,  признается судом необоснованным, поскольку основан на одностороннем толковании условий договора.

Довод о том, что лимит ответственности АО «РНПК» в размере 1 970 000 000 руб. относился к одному событию, а общий лимит ответственности по договору перестрахования не был ограничен, является ошибочным и противоречит позиции Департамента страхового рынка Банка России и Всероссийского союза страховщиков об условиях спорного договора перестрахования.

В частности Банк России не установил нарушения страхового законодательства при оценке сформированного АО «РНПК» резерва заявленных, но неурегулированных убытков по договору перестрахования от 12.04.2017г. №1/2017/2. Доказательств обратного истцом не представлено.

Как следует из дополнительного соглашения №1 от 07.07.2017г. к договору перестрахования от 12.04.2017г. №1/2017/2 ответственность АО «РНПК» наступает, когда нетто-убыток по каждому событию превысит установленный приоритет, что также соотносится с условием о типе договора перестрахования - эксцедент убытка. Утверждение истца о том, что «максимальный размер ответственности по всем событиям не был ограничен» противоречит воле сторон при заключении дополнительного соглашения №1.

Заключив дополнительное соглашение №1 от 07.07.2017г. стороны специально исключили возможность восстановления лимита ответственности АО «РНПК», которая допускалась в первоначальной редакции договора перестрахования от 12.04.2017г. №1/2017/2 за 100% дополнительной премии (в соглашение включена оговорка: «Сторонами также согласовано аннулировать пункт «Восстановление лимита» из текста договора»).

В соответствии с требованиями п. 4 ст. 13.3 Закона об организации страхового дела данные изменения полностью соответствуют условиям дополнительного соглашения  №1 от 07.07.2017г. к договору перестрахования №1/2017/1 от 12.04.2017г., заключенному истцом с компанией KLPP Insurance & Reinsurance Company Ltd. в отношении оставшихся 90% риска.

Истец, являясь профессиональным страховщиком, с учетом суммы заявленных в 2018-2019 годах убытков по заключенным договорам страхования гражданской ответственности застройщиков, имел возможность в любое время внести изменения в свою перестраховочную защиту и предусмотреть возможность восстановления лимита ответственности перестраховщика, обеспечив тем самым соблюдение требований ЦБ РФ к формированию страховых резервов.

Так, истец заключил договор перестрахования №3/2018/1 от 26.09.2018г. с компанией KLPP Insurance & Reinsurance Company Ltd. на условиях, предусматривающих 2 полных восстановления лимита в размере 1 970 000 000 руб. за 100% дополнительной премии, и предоставив в ЦБ РФ уточненную отчетность.

После окончания проверки Банком России в октябре 2018 года ООО «ПРОМИНСТРАХ» на протяжении трех лет продолжал регулярно информировать АО «РНПК» о резервах заявленных убытков по договорам страхования гражданской ответственности застройщиков, перестрахованным в рамках предоставленной облигаторной программы, оплачивал страховую премию, то есть исполнял обязанности, предусмотренные договором перестрахования №1/2017/2 от 12.04.2017.

Кроме того,  после получения истом предписания Банка России от 03.10.2018г. №53-4-2-1/3132, он не потребовал расторжения договора перестрахования, а продолжал исполнять договор вплоть до окончания срока перестрахования.

Заявление о расторжении договора было направлено Ответчику 29.09.2021г. без каких-либо причин/действий со стороны Ответчика, которые можно было бы отнести к правовым основаниям, упомянутым в ст.450 ГК РФ.

В п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016г. №54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (п. 3 ст. 307 и п. 4 ст. 450.1 ГК РФ).

Последствия расторжения договора определены в ст. 453 ГК РФ. Последствия расторжения договора, отличающиеся от тех, которые установлены в ст.453 ГК РФ, могут содержаться в положениях об отдельных видах договоров. Правила ст.453 ГК РФ в указанных случаях применяются в той мере, в какой они не противоречат положениям специальных норм.

Как разъяснено в абзаце втором п.3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 №35 "О последствиях расторжения договора", условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора (например, гарантийные обязательства в отношении товаров или работ по расторгнутому впоследствии договору; условие о рассмотрении споров по договору в третейском суде, соглашения о подсудности, о применимом праве и т.п.) либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения (например, гарантийные обязательства в отношении товаров или работ по расторгнутому впоследствии договору; условие о рассмотрении споров по договору в третейском суде, соглашения о подсудности, о применимом праве и т.п.), сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашением сторон.

В соответствии с условиями договора перестрахования периодом перестрахования являются убытки, произошедшие по основным договорам страхования в течение определенного в договоре периода.

Страховая премия, являясь ценой страховой услуги, то есть обязательства выплатить страховое возмещение при наступлении предусмотренного договором события (страхового случая), начисляется и оплачивается перестраховщику именно за указанный период.

Исходя из положений п. 2 ст. 453, п. 3 ст. 450 ГК РФ в рассматриваемом случае прекращается действие перестраховочной защиты в будущем, при этом, сохраняется ответственность АО "РНПК" по оплате его доли перестраховочного возмещения, если истцом будет произведена выплата по страховым случаям, произошедшим в период перестрахования, указанного в договоре.

Так, в соответствии с условиями договора перестрахования № 1/2017/2 от 12.04.2017г., периодом перестрахования являются убытки, произошедшие по основным договорам страхования в течение периода с 14.04.2017г. по 31.12.2018г., включая обе даты (по секции 1, т.е. в отношении договоров страхования, заключенных ООО «ПРОМИНСТРАХ»), и в течение периода с 23.06.2017г. по 31.12.2018г., включая обе даты (по секции 2, т.е. в отношении договоров страхования, заключенных путем принятия страхового портфеля от ООО «Региональная страховая компания»).

Страховая премия, являясь ценой страховой услуги, то есть обязательства выплатить страховое возмещение при наступлении предусмотренного договором событии (страхового случая), начислялась и оплачивалась перестраховщику именно за период перестрахования - с 14.04.2017г. по 31.12.2018г.

Пунктом 3 ст.958 ГК РФ предусмотрено, что при досрочном прекращении договора страхования по обстоятельствам, находящимся вне контроля сторон (когда возможность страхового случая отпала по обстоятельствам иным, чем страховой случай), страховщик имеет право на часть страховой премии пропорционально времени, в течение которого действовало страхование. При досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования уплаченная страховщику страховая премия не подлежит возврату, если законом или договором не предусмотрено иное.

Условия договора перестрахования №1/2017/2 от 12.04.2017г. не предусматривают возврата премии при его расторжении.

Обязательства перестраховщика выполнялись надлежащим образом в течение всего периода действия договора - 4,5 лет, об этом свидетельствует переписка сторон о формировании резервов заявленных убытков.

Истец никогда не заявлял о каком-либо нарушении ответчиком обязательств, предусмотренных договором перестрахования №1/2017/2 от 12.04.2017г. Доказательства обратного в материалы дела не представлены.

Единственное нарушение, на которое ссылается истец в претензии от 29.09.2021г. - предоставление в Банк России информации по сформированным резервам.

Истец не заявлял каких-либо требований о выплате перестраховочного возмещения в порядке, предусмотренном договором (в переписке сторон речь шла только о предварительном информировании с целью формирования резервов).

Спорный договор является облигаторным договором перестрахования на базе эксцедента убытка. Согласно условиям договора перестрахования (раздел «Урегулирование убытков) Перестрахователь предоставляет документы по выплатам Перестраховщику (по каждой произведенной в адрес физического лица выплате) при превышении общей суммы выплат по одному событию над величиной Приоритета по Договору (300 млн. рублей). Убытки должны быть оплачены Перестраховщиком по его доле в течение 15 рабочих дней после получения счета убытка.

В соответствии с условиями договора перестрахования перестрахователь обязан представать пакет документов, подтверждающих наступление страхового случая, включая решение суда о ненадлежащем исполнении страхователем обязательств по передаче жилого помещения участнику долевого строительства; копию решения арбитражного суда о признании должника несостоятельным (банкротом) и об открытии конкурсного производства; выписку из реестра кредиторов; копию документа, подтверждающего оплату убытка перестрахователем в размере собственного удержания и пр.

Указанные документы никогда ответчику не предоставлялись. Доказательств того, что истец признал какое-либо событие страховым случаем, произвел выплаты и выставил ответчику счет убытка, превышающий приоритет ООО «ПРОМИНСТРАХ» в размере 300 млн. рублей не представлено.

Довод  истца  в том, что отсутствие выплат по договору перестрахования автоматически свидетельствует о ненадлежащем исполнении перестраховщиком своих обязанностей и является безусловным основанием для взыскания всей уплаченной по договору премии, признается судом необоснованным, поскольку  противоречит основополагающим принципам страхования.

В силу положений ст. 9 Закона РФ «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование.

В связи с чем, событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления.

Следовательно, страховое событие, предусмотренное договором страхования/ перестрахования, может и не наступить, страхователи могут не обратиться за страховым возмещением, что не влияет на действительность договора и добросовестное исполнение сторонами своих обязательств.

Таким образом, истец мог и не обращаться к ответчику за выплатой в период действия договора перестрахования, что не дает истцу права требовать возврата уплаченной всей страховой премии. При ином подходе, по итогам любого безубыточного периода страхования/перестрахования страхователи могли бы требовать со страховщиков страховые премии, уплаченные при заключении договоров.

Кроме того, в случае взыскания с ответчика страховой премии, уплаченной по договору перестрахования, на стороне истца возникнет необоснованная выгода.

В соответствии со ст.195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно п. 1 ст. 966 ГК РФ срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договора имущественного страхования, за исключением договора страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, составляет два года.

Начало течения срока исковой давности определяется по правилам ст.200 ГК РФ.

В соответствии с п.1 ст.200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Таким образом, течение срока исковой давности не может начаться ранее момента нарушения права.

В обязательственных правоотношениях ненадлежащее исполнение или неисполнение обязательства должником нарушает субъективное материальное право кредитора, а значит право на иск возникает с момента нарушения права кредитора, и именно с этого момента определяется начало течения срока давности (с учетом того, когда об этом стало известно или должно было стать известно кредитору).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2022г. №305-ЭС21-22289 по делу №А40-199994/2020, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (ч.1 ст.200 ГК РФ). К требованию о расторжении договора в связи с нарушением его условий перестраховщиком, подлежит применению срок исковой давности, который исчисляется с момента получения перестрахователем информации о нарушении права.

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, действуя в пределах предоставленных ему прав, узнать о таком нарушении.

ООО «ПРОМИНСТРАХ» проявляя должную степень заботливости и осмотрительности, действуя в пределах своих прав могло и должно было узнать о нарушенном праве не позже 26.09.2018г., когда Банк России выявил нарушение в расчетах страховых резервов страховщика и истец должен был заключить договор перестрахования с компанией KLPP, чтобы увеличить долю перестраховщиков в страховых резервах и привести их в соответствие с требованиями регулятора (устранить нарушение, выявленное Банком России по состоянию на 31.07.2018).

При этом, материалы дела не содержат доказательств того, что на момент заключения договора с компанией KLPP ООО «ПРОМИНСТРАХ» не знало о том, что, согласно пояснениям АО «РНПК», максимальный лимит ответственности по договору перестрахования №1/20172 от 12.04.2017г. не превышает 1 970 млн. рублей (в противном случае, у истца не было необходимости заключать дополнительный договор перестрахования и извещать об этом Банк России 26.09.2018. В период с сентября 2018 года по сентябрь 2021 года данное обстоятельство не воспринималось истцом как существенное нарушение договора перестрахования, влекущее необходимость его расторжения.

Таким образом, срок исковой давности по требованию о расторжении договора перестрахования №1/2017/2 от 12.04.2017г. истек в любом случае не позднее 26.09.2020г., тогда как  исковое заявление подано 27.09.2021г., то есть за пределами установленного двухлетнего срока исковой давности, предусмотренного п. 1 ст. 966 ГК РФ.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной ответчика в споре, является самостоятельным основанием к принятию судом решения об отказе в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ, п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности»).

Согласно п.1 ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Истцом данное требование ст. 65 АПК РФ не соблюдено, не представлено относимых, допустимых доказательств, подтверждающих доводы истца.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по оплате госпошлины относятся на истца.

Руководствуясь ст. ст. 195, 196, 199, 200, 309, 310, 425, 431, 450, 452,453, 958, 966  ГК РФ,  ст. ст. 110, 156, 167-170, 176 АПК РФ, суд 

 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течении месяца  со дня  принятия.

 

Судья                                                                                              О.С. Гедрайтис