СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                            Дело № А45- 3760/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 апреля 2024 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

 

ФИО1,

судей

 

ФИО2,

 

ФИО3,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО4, рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО5 (№ 07АП-3386/23(3)) на определение от 29.01.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45- 3760/2022 (судья Лихачёв М.В.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Трейд Милк» (630045, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), принятое по заявлению ФИО5 о включении требования в размере 599 402 руб. 13 коп. в реестр кредиторов должника – ООО «Трейд Милк» (630045, 

<

...>; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), заявлению конкурсного управляющего об оспаривании сделок должника ООО «Трейд Милк» с ФИО5,

При участии в судебном заседании: 

от ФИО5: ФИО6, представитель по доверенности от 06.12.2022, паспорт;

от КУ должника – ООО «Трейд Милк» ФИО7 ФИО8, представитель по доверенности от 28.02.2024, паспорт;

от иных лиц, участвующих в деле: без участия (извещены); 

 

УСТАНОВИЛ:

решением от 25.08.2022 признано банкротом ООО «Трейд Милк» (далее – должник), введено конкурсное производство. 

Информация о банкротстве опубликована в газете «КоммерсантЪ» №162 от 03.09.2022 и на сайте ЕФРСБ – сообщение №9505543 от 29.08.2022.

29.08.2022 (дата почтового штемпеля) ФИО5 заявил о включении в реестр 599 402 руб. 13 коп. – остаток долга по договорам займа. Требование предъявлено в установленный срок и мотивировано нарушением обязательств по возврату займа. 

Конкурсный управляющий ФИО7 11.11.2022 обратился в арбитражный суд с заявлением: - об оспаривании сделок по перечислению должником руководителю ФИО5 (далее – ответчик) денежных средств в размере 2 608 350 руб. как возврат займов; - о применении последствий недействительности сделки и взыскании в конкурсную массу суммы 2 608 350 руб. Заявление обосновано ссылкой на пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и мотивировано выводом активов в пользу аффилированного лица в период имущественного кризиса у должника. Суд объединил рассмотрение требования кредитора и заявления по сделке.

Определением от 29.01.2024 ФИО5 отказано во включении требования в реестр кредиторов ООО «Трейд Милк». Суд признал недействительными сделками перечисление ООО «Трейд Милк» денежных средств ФИО5 в размере 2 608 350 руб. Применил последствия недействительности сделок и взыскать в конкурсную массу ООО «Трейд Милк» с ФИО5 денежные средства в размере 2 608 350 руб. В доход бюджета с ФИО5 взыскана госпошлина 6 000 руб.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, кредитор обратился с апелляционной жалобой в апелляционный суд, в которой просит определение Арбитражного суда Новосибирской области от 29 января 2024 года отменить, принять по делу новый судебный акт, которым заявление ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов ООО «Трейд Милк» удовлетворить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделок недействительными отказать. Апелляционная жалоба мотивирована неполным выяснением обстоятельств дела, несоответствием выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела, факт передачи денежных средств считает доказанным.

Конкурсный управляющий в отзыве, представленном в суд в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), доводы жалобы отклонил, просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании явившиеся представители поддержали свои правовые позиции.

В соответствии со статьей 123, 156 АПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва, заслушав представителей кредитора и конкурсного управляющего, проверив законность и обоснованность определение суда первой инстанции в соответствии со статьей 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим отмене по следующим основаниям.

Из материалов дела, между ФИО5 (займодавец) и ООО «Трейд Милк» заключены договоры: 

- от 06.09.2018 – о выдаче в займы суммы не свыше 345 000 руб. с уплатой процентов по ставке 6,5 % годовых на срок до 05.09.2020. Заём передается в течение 15 дней с подписания договора. 

Поданы заявления на выдачу 343 900 руб.; 

- от 01.11.2018 – о предоставлении займа в сумме 100 000 руб. с уплатой процентов по ставке 6,5 % годовых на срок до 31.10.2019. Заём передается в течение 5 дней с подписания договора. 

Подано заявление на выдачу 100 000 руб.; 

- от 14.01.2019 – о предоставлении займа в сумме 140 000 руб. с уплатой процентов по ставке 6,5 % годовых на срок до 31.12.2020. Заём передается в течение 160 дней с подписания договора. 

Поданы заявления на выдачу 135 525 руб.; 

- от 17.01.2019 – о предоставлении займа в сумме 217 000 руб. с уплатой процентов по ставке 6,5 % годовых на срок до 31.12.2020. Заём передается в течение 160 дней с подписания договора. 

Поданы заявления на выдачу 216 616 руб.; 

- от 22.01.2019 – о передаче займа на 100 000 руб. с уплатой процентов по ставке 6,5 % годовых на срок до 31.12.2020; 

Подано заявление на выдачу 100 000 руб.; 

- от 23.02.2019 – о передаче в займы 67 000 руб. с уплатой процентов по ставке 6,5 % годовых на срок до 30.06.2019. 

Поданы заявления на выдачу 67 000 руб.; 

- от 24.06.2019 – о выдаче займа в сумме 300 000 руб. с уплатой процентов по ставке 3,5 % годовых на срок до 30.09.2020. 

Подано заявление на выдачу 30 000 руб.; 

- от 26.07.2019 – о выдаче в займы суммы не свыше 255 000 руб. с уплатой процентов по ставке 3,5 % годовых на срок до 31.12.2020. Заём передается в течение 180 дней с подписания договора.

Поданы заявления на выдачу 253 770 руб.;

- от 14.01.2020 – о предоставлении займа в сумме 257 000 руб. с уплатой процентов по ставке 3,0 % годовых на срок до 31.03.2021. Заём передается в течение 120 дней с подписания договора; 

Поданы заявления на выдачу 256 480 руб.; - от 01.09.2020 – о выдаче займа в сумме не свыше 345 000 руб. с уплатой процентов по ставке 3,0 % годовых на срок до 31.12.2021. Заём передается в течение 60 дней с подписания договора. 

Поданы заявления на выдачу 343 398 руб. 57 коп.; 

- от 04.11.2020 – о предоставлении займа в сумме 350 000 руб. с уплатой процентов по ставке 3,0 % годовых на срок до 03.11.2021. Заём передается в течение 10 дней с подписания договора. 

Поданы заявления на выдачу 305 000 руб.; 

- от 01.04.2021 – о предоставлении займа на 416 000 руб. с уплатой процентов по ставке 10,0 % годовых на срок до 31.03.2022. Заём передается в течение 35 дней с подписания договора. 

Поданы заявления на выдачу 406 000 руб.;

- от 01.06.2021 – о предоставлении займа 127 500 руб. с уплатой процентов по ставке 10,0 % годовых на срок до 31.05.2022. Заём передается в течение 35 дней с подписания договора. 

Поданы заявления на выдачу 127 500 руб.; 

- от 01.08.2021 – о предоставлении займа 198 000 руб. с уплатой процентов по ставке 10,0 % годовых на срок до 31.05.2022. Заём передается в течение 160 дней с подписания договора. 

Поданы заявления на выдачу 198 000 руб.; 

02.03.2022 суд принял к производству заявление ООО «Престиж» о признании ООО «Трейд Милк» банкротом.

Решением суда от 25.08.2022 должник признан несостоятельным. 

С ноября 2018 года руководителю и учредителю должника ФИО5 со счета общества осуществлялись безналичные платежи с назначением «возврат беспроцентного займа» на общую сумму 2 608 350 руб. 

ФИО5 заявил о включении в реестр 599 402 руб. 13 коп. – остаток долга по договорам займа. 

Указывая на то, что платежи, оформленные как возврат займов, являются недействительными, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Оставляя заявление о включении в реестр без удовлетворения, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в настоящем деле предоставление ответчиком денежных средств должнику по договорам займа следует переквалифицировать из заемных отношений в отношения по увеличению уставного капитала общества, признав за прикрываемым требованием ФИО5 статус корпоративного, в связи с чем признал сделки должника по возврату ФИО5 денежных средств на общую сумму 2 608 350 руб. ничтожными в силу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) как совершенные со злоупотреблением правом. Седьмой арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы, изложенные в определении суда первой инстанции, при этом исходит из установленных фактических обстоятельств дела и следующих норм права.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). Правовой механизм оспаривания сделок в банкротстве используется для пополнения конкурсной массы должника за счет возврата отчужденного имущества во вред кредиторам или при неравноценном встречном предоставлении, а также уменьшения размера имущественных требований к должнику (статья 61.2 Закона о банкротстве), или для восстановления очередности удовлетворения требований кредиторов (статья 61.3 Закона).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63) для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления № 63).

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответственно с абзацами тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника.

В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

На основании пункта 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2018), утвержденного 04.07.2018 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, возврат приобретшего корпоративную природу капитало замещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного суда Российской Федерации №305-ЭС15-5734(4,5) от 12.02.2018, положения о недопустимости возврата капиталозамещающего финансирования за счет текущей выручки должника необходимо применять также к требованиям о признании сделок должника недействительными. Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом. Изъятие вложенного мажоритарным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

В настоящем случае, из материалов дела следует, что в период выдачи (с 06.09.2018 по 03.12.2021) и возврата (с 07.11.2018 по 21.06.2021) займов ФИО5 являлся как участником ООО «Трейд Милк», так и его руководителем – генеральным директором. 

Между тем, с учетом фактических обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу о корпоративном характере сложившихся между должником и ответчиком правоотношений при выдаче займов, о том, что предоставление ответчиком денежных средств должнику по договорам займа следует переквалифицировать из заемных отношений в отношения по увеличению уставного капитала общества, признав за прикрываемым требованием ФИО5 статус корпоративного. 

Данный вывод соответствует подходу, изложенному в определениях Верховного Суда Российской Федерации №305-ЭС18-17629 от 14.02.2019 и №307-ЭС19-10177(2,3) от 30.09.2019, Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020. 

При установленных обстоятельствах суд первой инстанции признал сделки должника по возврату ФИО5 денежных средств на общую сумму 2 608 350 руб. ничтожными в силу статей 10 и 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом.

На момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности, поскольку имел неисполненные обязательства, которые не были удовлетворены и послужили основанием для возбуждения дела о банкротстве должника.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (абзац 4 пункта 4 Постановления № 63).

Согласно статье 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. Следовательно, для квалификации сделок как совершенных со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, заключив спорный договор, стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Таким образом, для установления недействительности соглашения на основании статей 10, 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также обстоятельство, что стороны сделки действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам.

Как следует из материалов дела, ООО «Трейд Милк» с начала заёмных отношений с руководителем имела неисполненные обязательства перед ООО «Престиж» по договору поставки №10-16 от 17.10.2016.

При этом в решении Арбитражного суда Новосибирской области от 20.08.2021 по делу №А45-8498/2021 указано, что: - за период с 17.10.2016 по 30.06.2020 должник получил товар на сумму 4 984 801 руб. 60 коп., в то время как оплатил 2 747 729 руб. 76 коп.; - в отзыве на иск ООО «Трейд Милк» указало, что на 30.03.2018 была сумма задолженности в размере 140 314 руб. 50 коп.; - на 01.04.2020 сальдо в пользу кредитора составило 929 492 руб.

Таким образом, коллегия соглашается, что о корпоративной природе указанного финансирования в данном конкретном случае свидетельствует и систематичность предоставления учредителем ФИО5 займов, и условия их беспроцентного предоставления – так указано в назначении платежей о возврате займов, хотя в условиях договоров указано на начисление процентов. 

Последствия недействительности сделки подлежат применению арбитражным судом с учетом положений пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 61.6 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Так, суд первой инстанции взыскивает полученные ответчиком от должника денежные средства в полном объеме. Если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. 

В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.) (пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018). 

Между тем, доказательств того, что в данном случае выплата спорных денежных средств была произведена в ходе распределения прибыли либо выплаты дивидендов, материалы дела не содержат. 

Следовательно, спорные платежи по возврату займов правомерно квалифицированы судом как возврат денежных средств, направленных на удовлетворение обязательств, возникших из корпоративных отношений.

При этом в отношении довода заинтересованного лица о финансовой возможности ФИО5 для предоставления займов должнику в общем размере 2 608 350,00 руб. коллегия судей отмечает отсутствие доказательств наличия финансовой возможности для предоставления ФИО5 займов должнику. 

Также, в материалах дела нет доказательств того, что полученные бывшим директором кредитные средства расходовались в качестве предоставления займов ООО «Трейд Милк». Кроме того, использование кредитных денежных средств для предоставления должнику займов под значительно меньший процент не является экономически обоснованным действием. 

Более того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание пояснения конкурсного управляющего о том, что у ФИО5 и его супруги имелись большие статьи расходов, оплачивалось обучение сына – ФИО9 (в материалах дела представлен договор на оказание платных образовательных услуг, согласно которому заказчиком являлся ФИО5, а общая сумма услуг составляет 680 000,00 руб.), содержание двух квартир, земельного участка с домом и обслуживание автомобиля, при этом согласно полученным справкам 2-НДФЛ у ФИО5 и ФИО10 доход составлял у каждого из супругов сумму прожиточного минимума, следовательно, финансовая возможность не позволяла внесение денежных средств на расчётный счет должника в качестве займа. Возврат займов осуществлялся как «возврат беспроцентного займа», расчета процентов и сопоставления займов с возвратами заинтересованным лицом не представлены. Стоит отметить, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что вносимые денежные средства принадлежат не должнику, так как должник существовал с 2016г. до 2018г. (до начала предоставления займов) без привлечения заемных средств, а по всем договорам поставки с различными контрагентами (как покупка, так и продажа) имелась отсрочка платежа в среднем на 30 дней. 

Таким образом, при отсутствии доказательств финансовой возможности учредителя выдавать спорные займы, следует вывод, что вносимые на расчетный счет денежные средства являлись денежными средствами должника. 

В настоящем случае материалы дела свидетельствуют о том, что вместо погашения образовавшейся задолженности перед ООО «Престиж» бывшим директором осуществлялись возвраты займов, что, по сути, является формой злоупотребления права. Общество осуществляло возвраты займов своим учредителям за счет текущей выручки, а не за счет чистой прибыли, поскольку в указанный период времени общество вело убыточную деятельность, рост которой был отражен в данных бухгалтерского баланса и в условиях имущественного кризиса. 

Довод заинтересованного лица о том, что возврат финансирования был обеспечен дебиторской задолженностью не находит своего подтверждения документально.

Принимая во внимание данные выводы, коллегия суда также приходит к выводу о том, что конструкция по возвратам займа является злоупотреблением права, когда возврат таких капиталозамещающих займов осуществляется не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки. 

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона о банкротстве состав и размер денежных обязательств, возникших до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом и заявленных после принятия арбитражным судом такого заявления, определяются на дату введения первой процедуры, применяемой в деле о банкротстве. В статье 2 Закона о банкротстве указано, что для целей применения этого закона денежным обязательством является обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному Гражданским кодексом Российской Федерации, бюджетным законодательством Российской Федерации основанию.

Согласно пункту 5 статьи 100 Закона о банкротстве требования кредиторов, по которым не поступили возражения, при наличии доказательств уведомления кредиторов о получении таких требований, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов.

При рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр в делах о банкротстве установлен повышенный стандарт доказывания, то есть обязанность суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. 

В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 Постановления № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 №305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

Данные разъяснения содержатся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве». 

Вместе с тем, в силу абзаца 8 статьи 2 Закона о банкротстве, к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. 

К подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника). 

Следуя материалам дела, ФИО5, как участником ООО «Трейд Милк», производилась докапитализация общества ввиду недостаточности оборотных денежных средств. 

Получив займы, должник за весь период договорных отношений не выплачивал заимодавцу начисляемых на сумму займа процентов, а возврат денежных средств осуществлял ранее согласованных сроков. 

В 2018 году было заключено два договора: 1) договор от 06.09.2018 – сумма 345 000 руб. на срок до 05.09.2020. - заём 343 900 руб. выдан 06.09.2018, в феврале и сентябре 2019 года; 2) договор от 01.11.2018 – сумма 100 000 руб. на срок до 31.10.2019. - сумма 100 000 руб. внесена на счет должника 01.11.2018.

Между тем ФИО5 в период с 07.11.2018 по 28.12.2018 получил от общества девять платежей с возвратами займов на общую сумму 137 000 руб. 

Причины досрочного исполнения не обоснованы. 

В январе 2019 года стороны оформили еще три договора займа. 1) договор от 14.01.2019 – сумма 140 000 руб. на срок до 31.12.2020. - заём в сумме 135 525 руб. выдан 14.01.2019 и 15.07.2019; 2) договор от 17.01.2019 – сумма 217 000 руб. на срок до 31.12.2020. - сумма 216 616 руб. внесена в январе, июне и ноябре 2019 года; 3) договор от 22.01.2019 – сумма 100 000 руб. на срок до 31.12.2020. - заём в сумме 100 000 руб. выдан 22.01.2020. 

Однако в январе 2019 года обществом возвращены займы учредителю в размере 79 000 руб. 

Аналогичные действия стороны совершали и в 2020-2021 году. 

Также не раскрыта необходимость одновременного досрочного исполнения сделок со стороны должника и последующего финансирования учредителем. 

Проанализировав выписку по счету общества в АО «Альфа-Банк», суд установил, что должник полученные заёмные средства сразу же пускал в оборот, оплачивая товар по договору поставки.                                                                                                                                

Между тем, как только от третьих лиц поступали деньги, должник в лице руководителя ФИО5 два-три месяцев платил зарплату, уплачивал налоги и страховые взносы, приобретал необходимую продукцию, рассчитывался с поставщиками и перевозчиками, а также делал себе возвраты займов. 

Учитывая признание сделок по выдаче заёмных средств ничтожными, злоупотребление правом со стороны должника и заимодавца, выразившееся в направленности действий на наращивание подконтрольной учредителю должника кредиторской задолженности, уменьшение конкурсной массы и, как следствие, причинение вреда имущественным правам незаинтересованных по отношению к должнику кредиторов, оснований для включения требования в реестр правомерно не установлено.

  Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, основанных на надлежащим образом проверенных и оцененных судом обстоятельствах и доказательствах по делу, и не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение и влияли на законность и обоснованность обжалуемого решения. 

 Доводы апелляционной жалобы в целом по существу повторяют доводы жалобы заявителя. Эти обстоятельства были предметом проверки и рассмотрения суда первой инстанции, свое несогласие с доводами заявителя суд мотивировал в определении. 

 Несогласие с выводами суда первой инстанции, основанными на оценке доказательств, имеющихся в материалах дела, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятом судебном акте существенных нарушений норм материального права, повлиявших на исход судебного разбирательства.

 С учетом изложенного, определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь изменение или отмену определения суда первой инстанции.

 Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд                              

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 29.01.2024 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45- 3760/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО5 - без удовлетворения.

            Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

   Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

  Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса "Картотека арбитражных дел" http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".

 

Председательствующий  

 

ФИО1

Судьи

 

ФИО2

 

ФИО3