ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

23.06.2020

Дело № А41-77937/2017

Резолютивная часть постановления объявлена  17.06.2020       

Полный текст постановления изготовлен  23.06.2020

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Зверевой Е.А.,

судей  Мысака Н.Я., ФИО7 ̆ Е.Л.

при участии в заседании:

от финансового управляющего ФИО1 - ФИО2 - лично, паспорт, ФИО3- дов. № 05/484 от 21.04.2020 на 1 год,

от финансового управляющего ФИО4 - ФИО2 - лично, паспорт, ФИО3- дов. № 05/3487 от 26.04.2020 на 1 год,

рассмотрев 17.06.2020 в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Премикс» ФИО5

на определение Арбитражного суда Московской области от 17.09.2019

на постановление от 20.12.2019

Десятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению конкурсного управляющего ООО «Премикс» ФИО5 о привлечении к  субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, 

по делу о признании ООО «Премикс» несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 03.10.2017 заявление принято к рассмотрению суда, возбуждено производство по о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Премикс» (далее - ООО «Премикс», должник).

Определением Арбитражного суда Московской области от 04.12.2017 в отношении  ООО «Премикс» введена процедура банкротства – наблюдение. Временным управляющим должником утвержден ФИО5 (далее – ФИО5).

Соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 230 от 09.12.2017.

Решением Арбитражного суда Московской области от 28.03.2018 ООО «Премикс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура банкротства - конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО5

Конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4 (далее – ФИО4), ФИО6 (далее – ФИО6), ФИО1 (далее – ФИО1) по долгам должника в размере 7 028 820 815 руб. 22 коп.

Определением Арбитражного суда Московской области от 17.09.2019, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2019, в удовлетворении заявленных требований отказано.  

Не согласившись с принятыми по обособленному спору судебными актами, конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и принять по обособленному спору новый судебный акт.

В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий должником ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам.

Из обжалуемых судебных актов усматривается, что в обоснование своего заявления, конкурсный  управляющий должником указывал, что обеспечительные сделки, заключенные должником в период с 2009 - 2013 гг., в результате которых он поручился  по кредитным обязательствам группы компаний «Загорский бройлер» (ОАО «Большево-Хлебпродукт», ООО «Большево-Хлебпродукт», ЗАО «Ассортимент-Сергиев Посад», ООО «Тураковские продукты», ООО «Фирма Ассортимент», ЗАО «Феникс», ООО «Загорский бройлер», ООО «Малодубенская птицефабрика», ООО «Премикс», ООО «КРОС», ООО «Птицеград», ООО «ТД АгробизнесЪ», ОАО «Ассортимент-Нива», ООО Фирма «Ассортиментпромстрой», ЗАО «Фирма «Ассортимент») (далее по тексту - группа компаний Загорский бройлер), причинили вред имущественным кредиторам и в данных сделках не было экономической обоснованности для самого должника, что является основанием для субсидиарной ответственности по подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002  № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) контролирующих должника лиц.

Судами установлено, что на дату заключения сделок, учредителями  ООО «Премикс» являлись: ООО Фирма «Ассортимент» - 99% с 19.10.2011, ФИО1 - 0,010% с 08.07.2015.

В свою очередь, директором с 31.10.2006 по 22.09.2015 являлся ФИО1

Учредителями  ООО Фирма «Ассортимент» в вышеуказанный период являлись ФИО4, ФИО6, ФИО1

Как указали суды,  в 2011 году ОАО «Российский Сельскохозяйственный банк» (Банк, правопредшественник ООО «ТД «Агроторг») в целях дальнейшего развития производства Группы компаний Загорский бройлер, в рамках действующей программы Национальных проектов, принял решение о дальнейшем развитии птицеводческого проекта и увеличения мощности производственного комплекса «Загорский бройлер» до 50 000 тонн мяса птицы в год. Принятое решение подтверждает экономическую целесообразность проекта и его финансирование.

Все действия Банка и Учредителей группы компаний «Загорский бройлер» (ФИО4, ФИО1, ФИО6, далее - Учредители) в рамках исполнения и кредитования птицеводческого проекта относились ко всей группе компаний Загорский бройлер, в которую также входил и должник.

Банк в отношении группы компаний Загорский бройлер применил свои стандартные правила и требования для снижения кредитных рисков, что выразилось в обязательности дачи поручительств от всех членов Группы и предоставления залогов перекрестно под все кредиты, выданные группе.

Лимит кредитования выставлялся на всю группу компаний в целом, исходя из экономической целесообразности проекта, обеспеченности залогами, и поручительствами всех предприятий группы. Поручительство предприятия предоставлялось за весь лимит группы безотносительно к оценке активов этого предприятия. Заемщика по конкретному кредиту в рамках общего лимита группы определял Банк. Анализ финансового состояния проводился Банком в отношении Группы в целом.

В целях обеспечения целевого использования кредитных средств, Банк предусмотрел процедуры и утвердил мероприятия по контролю всех платежей: внешний аудит, финансовый контроль, ограничения на использование счетов в иных банках и другие мероприятия.

Мониторинг финансового состояния группы проводился на основе регулярной отчетности перед Банком, предоставлении всей бухгалтерской и финансовой документации группы.

Кроме того, суды установили, что Учредители, наряду со всеми членами Группы, предоставили свои личные поручительства за весь объем кредитования группы и тем самым несли такую же ответственность, как и все предприятия группы по рискам, связанным с исполнением проекта и кредитных договоров. Также Учредители заложили свое личное имущество в обеспечение взятых группой кредитов, что подтверждается установленными в деле о банкротстве ФИО4, ФИО1, ФИО6 требованиями ООО «ТД Агроторг» (определения Арбитражного суда Московской области от 02.04.2018 по делу № А41-79913/17 (ФИО4), определения Арбитражного суда Московской области от 30.10.2018 по делу № А41-79908/17 (Черноусое В.И.), определения Арбитражного суда Московской области от 20.03.2018 и от 04.06.2018 по делу № А41-79907/17 (ФИО6).

В выписке из протокола заседания кредитного комитета Банка от 30.06.2011 № 53 указано о решении предоставить лимит кредитных средств на группу компаний «Загорский бройлер» в размере 3 998 733 950 руб. В данном документе указано, какие именно предприятия входят в группу компаний «Загорский бройлер». Должник также включен в состав данной группы.

Также в выписке из протокола указано, какие именно предприятия должны выступать поручителями, залогодателями и заемщиками по кредитному финансированию группы компаний Загорский бройлер и какое именно обеспечение должно предоставляться под кредитные обязательства - залог объектов недвижимости, поручительство физических лиц ФИО4, ФИО6, ФИО1 и пр.

Далее в данной выписке указано о том, какие именно условия должны включать в себя кредитные договоры, договоры поручительства/залога.

Судами также установлено, что в выписке из протокола заседания правления Банка от 14.07.2011 № 52 решение о предоставлении кредитного финансирования группе компаний Загорский Бройлер было принято руководством всех департаментов АО «Россельхозбанк».

Аналогичные сведения продублированы в Уведомлении Учредителям группы компаний «Загорский бройлер» от 09.08.2011 № 063/02/0507.

Суды пришли к выводу, что данные доказательства подтверждают, что кредитование осуществлялось группы компаний «Загорский бройлер», куда также входил должник. Поручители, залогодатели и сами заемщики отбирались решением Банка самостоятельно. При этом должник, заключая поручительства, действовал не исключительно в своем интересе, а в интересах группы компаний Загорский бройлер, что нельзя признать недобросовестным поведением.

На кассационную жалобу поступили отзывы от ФИО4 и ФИО1, в которых просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании суда кассационной инстанции финансовый управляющий ФИО4 и ФИО1 возражал против удовлетворения кассационной жалобы по доводам, изложенным в отзывах.

Иные лица, участвующие в деле лица своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав финансового управляющего ФИО4 и ФИО1, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем,  действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Вместе с тем, следует принимать во внимание то, что запрет на применение новелл к ранее возникшим обстоятельствам (отношениям) не действует, если такие обстоятельства, хоть и были впервые поименованы в законе, но по своей сути не ухудшают положение лиц, а являются изложением ранее выработанных подходов, сложившихся в практике рассмотрения соответствующих споров.

Таким образом,  как верно указано судами, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности (статьи 9, 10 ФЗ № 127-ФЗ в редакции 73-ФЗ и 134-ФЗ).

Однако порядок привлечения лица к субсидиарной ответственности и его новые нормы, не ухудшающие положения лица, подлежат применению с учетом изменений, введенных ФЗ № 266-ФЗ.

Следовательно, суды пришли к верному выводу, что к рассматриваемым отношения подлежат применению положения норм Закона о банкротстве, действующих в рассматриваемый период (статьи 9, 10 ФЗ 73-ФЗ и 134-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 73-ФЗ в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Пунктом 4 упомянутой нормы права установлено, что контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Согласно правовой позиции,  изложенной в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Как указано  в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62): лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный  исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета  директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно п. 3 ст. 53 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения, если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

При определении интересов  юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий  и бизнес-планов и т.п.).

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу. Как указывалось ранее, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно  убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности  привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

Из разъяснений  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в Постановлении № 62 также следует, что арбитражным судам необходимо принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

 Поскольку судебный контроль признан обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно  убыточными.

 При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.).

 Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Принимая во внимание установленные судами обстоятельства, суды пришли к правильному выводу, что поведение должника по предоставлению обеспечения по кредитам, как общества, входящего в группу компаний Загорский бройлер, нельзя признать недобросовестным и экономически невыгодным для него, поскольку в данном случае действия должника были направлены на достижение максимального экономического эффекта не именно для него, а в отношении всей  Группы компаний Загорский бройлер, куда входило 15 обществ. 

Подобное поведение является экономически оправданным, а поручительства должника обоснованы с рыночной точки зрения и соответствуют сложившейся судебной практике. Предоставление поручительства в рамках кредита группы компаний было осуществлено с единственной целью - развитие производства предприятий группы Загорский бройлер и увеличение прибыли.

Суды установили, что согласно реестру требований кредиторов должника, единственным кредитором должника является ООО «ТД «Агроторг», правопреемник - АО «Россельхозбанк». 

Задолженность должника перед указанным кредитором возникла на основании указанных договоров поручительства и залога, на которые ссылается управляющий.

На момент совершения обеспечительных сделок в 2009 - 2013 гг. у должника отсутствовали какие-либо кредиторы, которым мог бы быть причинен вред данными сделками, что подтверждается реестром требований кредиторов должника.

Как правильно установлено судами, доказательства наличия у должника задолженности перед иными, кроме ООО «ТД «Агроторг», кредиторами, на момент заключения обеспечительных сделок, конкурсным управляющим не представлено, что также подтверждает отсутствие оснований для признания данных сделок, совершенных во вред кредиторам. Договоры залога и поручительства как раз и были заключены в интересах указанного кредитора, с целью обеспечения требований единственного кредитора в рамках настоящего дела о банкротстве.

Таким образом, суд округа соглашается с выводом судов, что предоставление должником обеспечения по обязательствам группы компаний Загорский бройлер не является сделками, направленными на причинение вреда имущественным правам кредиторов.

 Подобное поведение является экономически обоснованным, поскольку должник действовал в составе группы компаний Загорский бройлер, которая преследовала единую экономическую цель.

Кроме того, суды пришли к правильному выводу, что сам по себе факт заключения договоров поручительства и залога, указанных управляющим, не мог причинить вред кредиторам должника, поскольку на дату их заключения у должника отсутствовали какие-либо кредиторы. Требования ООО «ТД «Агроторг» к должнику возникли именно из данных договоров поручительства и залога и до их заключения не существовали, следовательно, нельзя полагать, что поручительствами и залогом причинен вред кредитору ООО «ТД «Агроторг».

Суды также обоснованно приняли во внимание, что отсутствие намерения заключения обеспечительных сделок исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника со стороны Учредителей, подтверждается также личным имущественным поручительством Учредителей по всем обязательствам группы компаний Загорский бройлер, в результате чего Учредители в настоящее время находятся в процедурах банкротства.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, установив, что конкурсным управляющим должником не доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда, пришли к обоснованному и правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Нормы материального права, в том числе на нарушение которых в кассационной жалобе ссылается конкурсный управляющий должником, применены судами правильно.

Доводы кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии конкурсного управляющего должником с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку. Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 176, 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 17.09.2019, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2019, по делу № А41-77937/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Е.А. Зверева 

Судьи: Н.Я. Мысак

ФИО7