ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

17.04.2024

Дело № А40-3527/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10.04.2024

Полный текст постановления изготовлен  17.04.2024

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Уддиной В.З.,

судей Зеньковой Е.Л., Кручининой Н.А., 

при участии в судебном заседании:

ФИО1 – лично, паспорт,

при рассмотрении в судебном заседании кассационной жалобы

конкурсного управляющего ООО «ГРУППА КОМПАНИЙ ПРАЙМ»

на определение Арбитражного суда г. Москвы 

от 20.11.2023

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 

от 30.01.2024

об отказе в удовлетворении заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной 

ответственности по обязательствам должника, вынесенное 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)

ООО «ГРУППА КОМПАНИЙ ПРАЙМ»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 15.06.2022 ООО «ГРУППА КОМПАНИЙ ПРАЙМ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утверждена ФИО2.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ГРУППА КОМПАНИЙ ПРАЙМ».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.11.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024, в удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должника отказано.

Не согласившись с принятыми по заявлению судебными актами, конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на ненадлежащую оценку судами фактических обстоятельств дела и доводов заявителя, просит обжалуемые определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228–ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет–сайте http://kad.arbitr.ru. 

В материалы дела от конкурсного управляющего поступило ходатайство о рассмотрении жалобы в отсутствие его представителя в порядке пункта 2 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в отсутствие представителя конкурсного управляющего судом округа удовлетворено в порядке части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании ответчик против удовлетворения жалобы возражал.

Иные участвующие в рассмотрении обособленного спора лица явку своих представителей не обеспечили, что в соответствии с положениями части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав ответчика, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам. 

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127– ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

Как следует из материалов дела и установлено судами, заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности мотивировано не исполнением названным лицом обязанности по подаче заявления о банкротстве должника, а также тем, что в результате действий (бездействия) ответчика имущественным правам заявителя причинен существенный вред.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении поданного конкурсным кредитором заявления, и суд апелляционной инстанции, оставляя определение без изменения, руководствовались положениями положения статей 61.10 - 61.12 Закона о банкротстве с учетом правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Пленума от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», статей 53.1, 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении Пленума от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснениями, правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8) по делу № А40-208852/2015, от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3) по делу № А56-26451/2016, установив,  что в материалы дела не представлены надлежащие и достаточные доказательства наличия вины ответчика в доведении должника до несостоятельности (банкротства), а также причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, исходил из отсутствия оснований полагать, что совершение указанных в заявлении сделок значительно повлияло на деятельность должника и явилось необходимой причиной объективного банкротства должника, конкурсным управляющим не представлено, равно как и оснований полагать, что применительно к масштабам деятельности должника, указанные в заявлении конкурсного управляющего сделки действительно являлись для должника значимой и существенно убыточной.

Судебная коллегия окружного суда, соглашаясь с такими выводами судов первой и апелляционной инстанций, исходит из соответствия установленных судами фактических обстоятельств имеющимся в деле доказательствам и правильного применения относительно установленных обстоятельств норм материального и процессуального прав, отмечая при этом, что суд кассационной инстанции не вправе в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: - являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; - имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; - извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Судами установлено, что ФИО1 является единственным участником должника с 07.11.2014. Кроме того, он являлся генеральным директором ООО «ГРУППА КОМПАНИЙ ПРАЙМ» с 07.11.2014 до даты открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Из разъяснений, изложенных в пункте 23 Постановления № 53, следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Согласно разъяснениям абзаца шестого пункта 23 Постановления № 53 по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. 

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают. Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. 

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

Суды установили, что 15.10.2018 должник и ГУП РК «Крымтехнологии» (правопреемником которого в результате реорганизации в форме преобразования, завершенной 12.12.2019, является АО «Крымтехнологии») заключили контракт № Ф.2018.481226 на поставку технических средств Государственной информационной системы «Центр обработки данных Республики Крым» (серверное оборудование) (далее – контракт) с установленной ценой – 61 166 840,70 руб.

Во исполнение условий контракта 17.12.2018 должник поставил в адрес ответчика ГУП РК «Крымтехнологии» оборудование, которое последний отказался принимать по причине несоответствия этого оборудования условиям контракта, составив соответствующий протокол от 14.01.2019.

 При этом оборудование осталось на хранении ГУП РК «Крымтехнологии» (в настоящее время - АО «Крымтехнологии»). По инициативе ГУП РК «Крымтехнологии» контракт был расторгнут. ООО «ГРУППА КОМПАНИЙ ПРАЙМ», в лице генерального директора ФИО1, обратилось с исковым заявлением к ГУП РК «Крымтехнологии» о признании недействительным одностороннего отказа от исполнения контракта. 

Решением Арбитражного суда Республики Крым от 03.12.2019 по делу № А83-3622/2019, оставленным без изменения постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020, постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 12.08.2020, в удовлетворении исковых требований ООО «ГРУППА КОМПАНИЙ ПРАЙМ» к ГУП РК «Крымтехнологии» отказано. 

Должник, в лице генерального директора ФИО1, 22.04.2021 обратился к АО «Крымтехнологии» с письмом о предоставлении доступа к оборудованию для осмотра, проверки его количества и комплектности, вывоза, на которое АО «Крымтехнологии» ответило отказом. 26.04.2021 должник не был допущен к оборудованию и обратился в ОП № 3 «Центральный» УМВД РФ по г. Симферополю с заявлением об оказании содействия в доступе к оборудованию, в удовлетворении которого правоохранительным органом отказано. 

АО «Крымтехнологии» 28.04.2021 направило в адрес должника требование об уплате стоимости ответственного хранения имущества и неуплаченной суммы неустойки, начисленной за неисполнение контракта № 16- 1/498/ 01-24/2, которым отказалось вернуть оборудование должнику до полного погашения им образовавшейся задолженности, по состоянию на 30.04.2021 составлявшей 42 932 096,25 руб. 

Оборудование должника в настоящее время находится у АО «Крымтехнологии». ФИО1 при рассмотрении спора в суде первой инстанции пояснил, что поставленное кредитором ООО «Ландис» оборудование являлось одним из предметов поставки по контракту с ГУП РК «Крымтехнологии» (АО «Крымтехнологии»). 

Неисполнение обязательств перед ООО «Ландис» вызвано односторонним отказом ГУП РК «Крымтехнологии» (АО «Крымтехнологии») от исполнения контракта ввиду непредоставления поставщиком документов, свидетельствующих о законности перемещения товара через таможенную границу, гарантии производителя оборудования. 

Данное повлекло за собой неоплату задолженности другим поставщикам оборудования – ООО «Современные технологии», которое также было поставлено по контракту с ГУП РК «Крымтехнологии» (АО «Крымтехнологии»). Вследствие чего была начислена задолженность перед ПАО Банком «ФК Открытие» в связи с выплатой банком банковской гарантии по контракту.

Учитывая изложенное суды пришли к правильному выводу о том, что должник начал отвечать признакам неплатежеспособности после расторжения контракта вследствие одностороннего отказа ГУП РК «Крымтехнологии» (АО «Крымтехнологии»).

При этом ответчиком ФИО1, как руководителем должника, принимались меры по обжалованию одностороннего отказа ГУП РК «Крымтехнологии» (АО «Крымтехнологии») от исполнения контракта, по истребованию у АО «Крымтехнологии» оборудования должника для исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе поставившими оборудование для исполнения должником контракта, и банком, выплатившим банковскую гарантию по контракту. 

Принимая во внимание изложенное судебная коллегия  соглашается с выводом судов  о недоказанности заявителем наличия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за совершение действий, повлекших несостоятельность должника.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: - удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; - органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; - органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; - обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; - должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; - настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи. 

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в указанных выше случаях в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств. 

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. 

Конкурсный управляющий полагает, что ответчик ФИО1 должен был обратиться в суд с заявлением о признании ООО «ГРУППА КОМПАНИЙ ПРАЙМ» несостоятельным (банкротом) не позднее 09.09.2018. 

После указанной даты обязательства должника выросли на сумму требований ПАО Банка «ФК Открытие», ООО «Современные технологии», ООО «Ландис», всего на сумму 96 597 201,58 руб.

Вместе с тем, суды учли, что должник начал отвечать признакам неплатежеспособности после расторжения контракта вследствие одностороннего отказа ГУП РК «Крымтехнологии» (АО «Крымтехнологии») от его исполнения. 

Как указывал сам конкурсный управляющий, срок исполнения обязательств перед ООО «Ландис» истёк 12.01.2019. 

Из определения Арбитражного суда города Москвы от 01.12.2022 следует, что банковская гарантия, выданная ПАО Банком «ФК Открытие», обеспечивает надлежащее исполнение обязательств по контракту по 01.03.2019. 

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 20.04.2021 по делу № А40-8254/21 установлено, что должник обязался оплатить стоимость поставленного ООО «Современные технологии» в течение 30 банковских дней со дня его приёмки. Товар поставлен и принят должником 12.12.2018. До указанной конкурсным управляющим даты объективного банкротства должника у последнего имелись обязательства перед ООО «Бухсервис+», подтверждённые судебным приказом Арбитражного суда города Москвы от 09.06.2018 по делу № А40-122821/18. 

Вместе с тем, согласно правовой позиции, сформированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412,неоплата конкретного долга отдельному кредитору не свидетельствует о неплатежеспособности должника. 

Суды исходили из того, что признаки неплатежеспособности начали формироваться у должника вследствие расторжения контракта с ГУП РК «Крымтехнологии» (АО «Крымтехнологии»), что повлекло за собой неоплату долга другим кредиторам, поставившим оборудование во исполнение контракта – ООО «Ландис» и ООО «Современные технологии», а также ПАО Банку «ФК Открытие», выдавшему гарантию на исполнение обязательств по контракту. 

В связи с этим конкурсным управляющим неверно определена дата объективного банкротства должника и дата возникновения обязанности ФИО1 по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), как следствие, расчёт объёма обязательств, возникших после неисполнения обязанности по подаче заявления в суд, также произведён неверно.

Также судами правильно принято во внимание, что ответчиком ФИО1, как руководителем должника, принимались меры по улучшению финансового состояния общества, а именно по обжалованию одностороннего отказа ГУП РК «Крымтехнологии» (АО «Крымтехнологии») от исполнения контракта, по истребованию у АО «Крымтехнологии» оборудования должника для исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе поставившими оборудование для исполнения должником контракта, и банком, выплатившим банковскую гарантию по контракту. 

Указанные обстоятельства, как справедливо отметили суды свидетельствуют о том, что банкротство ООО «ГРУППА КОМПАНИЙ ПРАЙМ» вызвано внешними факторами. 

При таких обстоятельствах, конкурсным управляющим должника не доказан весь состав обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Довод о необходимости привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за поставку оборудования не соответствующего условиям контракта был предметом рассмотрения судов обеих инстанции, ему дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд кассационной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше.

С учетом изложенного суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отсутствии предусмотренных законом оснований для привлечения ответчика к ответственности, в том числе ввиду недоказанности причинения руководителем либо участником убытков как самому обществу, так и его кредиторам.

Приведенные заявителем в жалобе возражения повторяют получившую надлежащую оценку судов первой и апелляционной инстанций правовую позицию по обособленному спору и не содержат вопреки требованиям статей 64-65 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объективного и документально обоснованного опровержения достоверности выводов судов нижестоящих инстанций, в связи с чем по существу сводятся к требованию о переоценке обстоятельств дела.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили спорное правоотношение и предмет доказывания по обособленному спору и с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для его рассмотрения обстоятельства. Выводы судов об этих обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемых судебных актах и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Иное толкование заявителем норм материального и процессуального права, а равно иная оценка представленных в материалы дела документов не является предусмотренным положениями статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены обжалуемых судебных актов. 

Неправильное применение норм материального права и нарушения норм процессуального права, которые могли бы послужить основанием для отмены принятых по делу судебных актов в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлены, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит. 

Руководствуясь статьями 284, 286–289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 20.11.2023и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.01.2024по делу № А40-3527/2022 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 В.З. Уддина

 

Судьи:                                                                                             Е.Л. Зенькова

 

                                                                                                          Н.А. Кручинина