АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело №А65-7316/2020 

Дата принятия решения – 19 марта 2021 года 

Дата объявления резолютивной части – 15 марта 2021 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Мусина Ю.С., при  ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Черемисовой Л.С., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Акционерного общества "ТР-Телеком" (ОГРН 1071690073190, ИНН 1657072028) к Приходько Александру Владимировичу (ИНН 165914103810), с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований: Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №18 по Республике Татарстан, Тимирясова Бориса Елисеевича (ИНН 166102591072) Каюмова Шамиля Анасовича (ИНН 166007601845), Максутову Алину Рустэмовну (ИНН 165704186866) Павлова Алексея Александровича (ИНН 165500553469), Гилязова Ришата Александровича (ИНН 160600821641), Никифорова Олега Юрьевича (ИНН 165603345407), о взыскании убытков в размере 36 148 659 руб. 52 коп.,

при участии:

от истца – представитель, ФИО9, по доверенности от 15.01.2021г.;

от ответчика – представитель, ФИО10, по доверенности от 13.05.2020г.;

от третьих лиц:

от ФИО8 – представитель, ФИО11, по доверенности от 14.05.2020г.,

от регистрирующего органа – не явились, извещены;

от иных участников общества – не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество "ТР-Телеком" (прежнее наименование - Закрытое акционерное общество "Торус Телеком", далее – «истец») обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к ФИО2 (далее – «ответчик») о взыскании убытков в размере 36 148 659 руб. 52 коп.

Определением суда от 06 апреля 2020 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, привлечены: регистрирующий орган - Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №18 по Республике Татарстан, участники общества: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 (далее – «третьи лица»).

В обоснование заявленных требований истец указывает на то, что в период с 01.05.2008г. по 14.06.2019г. у ФИО2 являющегося генеральным директором ЗАО «Торус Телеком» в указанный период времени, находились на ответственном хранении товарно-материальные ценности в общем количестве 63 974, 4 единиц на сумму 37 078 245. 52. Согласно акту о результатах инвентаризации от 16.12.2019г., расхождение (недостача) составила 63 614,4 единиц товарно-материальных ценностей на общую сумму 36 148 659,52 руб.

Истец ссылается на то, что по причине непредставления к приему товарно-материальных ценностей по бухгалтерскому учету при смене руководителя ЗАО «Торус Телеком» ФИО2. 27.11.2019 г. был подготовлен Приказ (постановление, распоряжение) о проведении инвентаризации. Для проведении инвентаризации была назначена рабочая инвентаризационная комиссия в составе председателя комиссии - генерального директора ФИО12, членов комиссии: заместителя директора - ФИО13, Начальника технического отдела - ФИО14, ведущего инженера - ФИО15. К работе комиссии был также привлечен бывший генеральный директор ФИО2 в качестве наблюдателя, однако присутствовать при инвентаризации имущества он отказался.

16.12.2019 г. была проведена инвентаризация товарно-материальных ценностей, числящихся на бюджетных счетах, хранящихся на складе, в офисе и установленных на базовых станциях и абонентских точках, находившихся на ответственном хранении у генерального директора ЗАО «Торус Телеком» ФИО2

На основании инвентаризационных описей (сличительных ведомостей) №1 от 09.12.2019 установлено следующее: общее количество по данным бухгалтерского учета: единиц товарно-материальных ценностей - 63 974, 4 на сумму 37 078 245, 52 руб.: общее количество: единиц товарно-материальных ценностей - 380 на сумму 1 089 142, 76 рублей. Расхождение (излишек) составило 20  единиц товарно-материальных ценностей на общую  сумму   159 556,  29 рублей.

Расхождение (недостача) составило 63 614.4 единиц товарно-материальных ценностей на общую сумму 36 148 659,52 руб.

Согласно правовой позиции истца, ФИО2, являясь генеральным директором ЗАО «Торус Телеком» совершил действия, которые повлекли наступление последствий, связанных с причинением убытков обществу в размере недостачи.

После отстранения от должности ответчик уклоняется от передачи документации, дачи объяснений по факту причинения убытков. В доказательство изложенных обстоятельств истец прилагает требования и уведомления, которые направлялись им в адрес ответчика и содержат требования о передаче документации и даче объяснения по факту отсутствия имущества.

В материалы дела истец прилагает копию бухгалтерского учета, приказа о проведении инвентаризации, акта о результатах инвентаризации, инвентаризационной описи, протоколы об избрании директорами ФИО2, ФИО12, требования, направленные Обществом в адрес ФИО2

Истец полагает, что под убытками в данном случае необходимо понимать отсутствие и не передача товарно-материальных ценностей, числящихся на бюджетных счетах, хранившихся на складе, в офисе и установленных на базовых станциях и абонентских точках, находившихся на ответственном хранении у генерального директора ЗАО «Торус Телеком» ФИО2 в сумме, подтвержденной сличительной ведомостью.

Возражая против исковых требований, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности, кроме этого указывал, что товарно-материальные ценности, указанные в акте инвентаризации и сличительной ведомости в качестве недостачи, фактически находятся в базовых станциях истца (24 станции в г. Казани). Истец отрицает факт наличия недостающих товарно-материальных ценностей в базовых станциях. 

В целях проверки указанных доводов ответчика, определениями от 14 мая 2020 года, 05 июня 2020 года, 21 июля 2020 года, 06 августа 2020 года суд обязал сторон провести совместный осмотр базовых станций. Суд возложил обязанности по организацию осмотра на истца, а ответчика обязал представить конкретные адреса базовых станций и конкретный перечень товарно-материальных ценностей, которые там находятся.

Истец представил суду доказательства извещения ответчика об осмотре базовых станций. 

Ответчик на осмотр базовых станций не явился, не направил уполномоченного представителя, имеющего допуск на объект, адреса базовых станций, в которых находятся недостающие товарно-материальные ценности и перечень товарно-материальных ценностей, которые там находятся, не представил.

В последующем ответчик изменил свою правовую позицию – указывал, что недостающие товарно-материальные ценности использованы при выполнении госконтрактов с ГУ МЧС России по РТ, Минлесхозом РТ, Управлением судебного департамента по РТ и т.п. 

Суд предложил ответчику представить соответствующие доказательства, указав в рамках какого государственного контракта, с каким контрагентом, в каком объеме и ассортименте использованы товары и материалы, и по какой причине данные операции не были своевременно отражены в бухгалтерском учете общества.

Ответчик соответствующие доказательства не представил, пояснил, что у общества имелись основания для списания указанных материальных ценностей, заявил о назначении по делу бухгалтерской экспертизы.

По ходатайству ответчика, определением от 30 ноября 2020 года по делу назначена экспертиза, производство которой поручено эксперту Общества с ограниченной ответственностью «СВ-оценка» ФИО16.

Перед экспертом поставлены следующие вопросы: 

1. Корректно ли отражены в бухгалтерской отчетности ЗАО «Торус Телеком» стоимость товарно-материальных ценностей, приобретенных за период с 01.05.2008 по 13.06.2019г., их списание, перемещение. Имеются ли основания (соответствующие первичные документы) для списания товарно-материальных ценностей, приобретенных в указанный период.

2. Исходя из ответа на первый вопрос и с учетом результатов инвентаризации, предоставленных истцом, определить -  имеется ли в ЗАО «Торус Телеком» недостача товарно-материальных ценностей приобретенных за период с 01.05.2008 по 13.06.2019г. по состоянию на 13.06.2019г. Если имеется – определить размер указанной недостачи.

По результатам экспертизы экспертная организация представила суду заключение эксперта №279-Э (т. 14, л.д. 5-74). 

Отвечая на первый вопрос, поставленный судом, эксперт указал, что в бухгалтерской отчетности ЗАО «Торус Телеком» некорректно отражена стоимость товарно-материальных ценностей, приобретенных за период с 01.05.2008 по 13.06.2019г. Первичные документы по списанию и перемещению товарно-материальных ценностей в материалах дела не представлены.

Отвечая на второй вопрос, поставленный судом, эксперт указал, что в ходе анализа представленных документов не представляется возможным определить величину недостачи товарно-материальных ценностей, приобретенных за период с 01.05.2008 по 13.06.2019г. по состоянию на 13.06.2019г.

В исследовательской части заключения эксперт указал мотивы, на основании которых он пришел к таким выводам. В частности, в исследовательской части заключения (страница 45) эксперт указал, что по пяти операциям на общую сумму 5 216 385 руб. 03 коп. неверно указан номер накладной на приобретение товара, по восьми операциям на сумму 341 760 руб. товар оприходован на сумму меньше итоговой суммы, указанной в товарной накладной. Информация по указанным операциям отражена в таблицах №1.3 и №1.4 соответственно. Эксперт также указывает, что в бухгалтерской отчетности общества отражено списание ряда товарно-материальных ценностей за спорный период, на основании которых эксперт сформировал таблицы 1.5-1.9, однако оригиналов актов списания эксперту не представлено. Исходя из совокупности указанных обстоятельств эксперт пришел к вышеуказанным выводам.

В связи с возникшими у сторон и суда вопросами относительно выводов по результатам экспертизы, суд вызвал эксперта в судебное заседание и заблаговременно направил в адрес эксперта вопросы и замечания сторон и суда.

В судебном заседании, состоявшемся 24 февраля 2021 года эксперт ФИО16 представила  суду письменные пояснения от 20.02.2021г. №018 (т. 14, л.д. 226) и дала устные пояснения по результатам экспертизы.

В письменных пояснениях № 018 от 20.02.2021 на вопрос: «Значится ли в качестве оприходованного в бухгалтерской отчетности ЗАО «ТорусТелеком» товарно-материальные ценности (ТМЦ), указанные истцом в качестве недостачи?» эксперт ответил: «Да, данные ценности значатся в составе оприходованного имущества».

На вопрос: «Имелись ли основания для начисления амортизации, списания или иного изменения стоимости указанных ТМЦ по состоянию на 13.06.2019? (если имелись, указать основания, первичные документы и т.п.)» эксперт ответил: «Да, имелись. Основанием является использование указанных ТМЦ в производственно-хозяйственной деятельности ЗАО «Торус-Телеком». Согласно действующему законодательству начисление амортизационных отчислений по объекту основных средств начинается с первого числа месяца, следующего за месяцем принятия этого объекта к бухгалтерскому учету, и производится до полного погашения стоимости этого объекта либо списания этого объекта с бухгалтерского учета (п.21 Приказа Минфина от 30.03.01 №26н). Списание ТМЦ обусловлено наличием в данных бухгалтерского учета (база 1С Предприятие) документов по списанию (требования накладные, комплектации номенклатуры, бухгалтерские справки (операции), реализации товаров). Факты списания ТМЦ отражены в 1С, но документами в материалах дела не подтверждены. Вопрос о нарушениях при списании ТМЦ Определением Арбитражного суда РТ по делу №65-7316/2020 от 30 ноября 2020 года перед экспертом не ставился и не анализировался».

На вопрос: «Исходя из документов бухгалтерской отчетности ЗАО «Торус-Телеком» - какова совокупная стоимость ТМЦ, которые истец указывает в качестве недостачи? (с учетом амортизации и списания при наличии на то соответствующих оснований)» эксперт ответил: «По состоянию на 13.06.2019 в данных бухгалтерского учета 1С Предприятие ЗАО «ТорусТелеком» с учетом амортизации и списания числится совокупная стоимость ТМЦ в размере 47 370 231, 34 руб., в том числе основных средств - 5 594 101,30 руб., товаров и материалов на складе – 41 776 130,04 руб. Поскольку инвентаризация на 13.06.2019 не проводилась, величину недостачи на данное число определить невозможно. По состоянию на 09.12.2019 в данных бухгалтерского учета ЗАО «Торус-Телеком» с учетом амортизации и списания числится совокупная стоимость ТМЦ в размере 46 423 699,01 руб., в том числе основных средств 5 480 094,59 руб., товаров и материалов на складе – 40 943 604,42 руб. С учетом данных инвентаризации Истца, совокупная величина недостачи с учетом излишка составляет 45 494 112,54 руб. При этом эксперт обращает внимание на несовпадение данных по совокупной величине ТМЦ, указанной в материалах дела (том 1, с.3) в размере 37 078 245,52 руб. и совокупной величине ТМЦ по данным бухгалтерского учета ЗАО «Торус-Телеком».

В судебном заседании эксперт ФИО16 пояснила суду, что акт инвентаризации и сличительную ведомость не принимала в качестве надлежащих документов для определения недостачи, поскольку инвентаризация проведена 16.12.2019г., а не в день увольнения ответчика, что не позволило эксперту определить недостачу по состоянию на 13.06.2019г. 

На вопрос суда эксперт пояснил, что необходимость начисления амортизации касается только основных средств, на товары, числящиеся на складе, о недостаче которых заявил истец, амортизация не начисляется. Эксперт пояснил, что отвечая на поставленные судом вопросы, эксперт исследовал весь объем оприходования, перемещения и списания товарно-материальных ценностей общества за спорный период и сделал выводы исходя из данных, отраженных в бухгалтерской программе Общества «1 С», а не только относительно товаров, указанных в качестве недостачи; первичные документы, представленные в материалы дела с базой «1 С» не сличались, поскольку такой задачи судом не было поставлено, вместе с тем товарно-материальные ценности отраженные истцом в акте инвентаризации и в сличительной ведомости совпадают с данными бухгалтерского учета общества, акты о списании или иные документы для списания ТМЦ, указанных истцом в качестве недостачи, эксперту не представлены. 

Рассмотрев заключение по результатам экспертизы, пояснения эксперта данные в судебном заседании и письменные пояснения эксперта, представленные суду, доводы представителей лиц участвующих в деле, арбитражный суд приходит к выводу, что экспертное заключение в целом соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса РФ. Эксперт в установленном порядке предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. В заключении, с учетом пояснений к экспертному заключению, данных в судебном заседании экспертом, отражены содержание и результаты исследований с указанием примененных методов, оценка результатов исследований, выводы по поставленным вопросам и их обоснование. Оснований для назначения дополнительной или повторной экспертизы, предусмотренные ст. 87 АПК РФ  отсутствуют. Возражения и замечания сторон не свидетельствуют о недостоверности результатов экспертизы и выводов эксперта в целом. В связи с изложенным суд приходит к выводу, что заключение эксперта по результатам экспертизы в совокупности с пояснениями эксперта являются надлежащим доказательством по делу и подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами, собранными по делу.

По ходатайству сторон судебное заседание отложено на 15 марта 13 часов 30 мин., сторонам предложено представить дополнительные письменные пояснения с учетом результатов экспертизы и пояснений эксперта.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении, представил письменные пояснения, в том числе по замечаниям эксперта по отражению в бухгалтерском учете приобретения товарно-материальных ценностей по стоимости и реквизитом первичного документа (13 документов), по результатам исследования которых эксперт пришел к выводу о некорректном отражении в бухгалтерском учете общества прихода товаров. Согласно правовой позиции истца, в документах, указанных экспертом, как оформленные с ошибкой в реквизитах вместо накладной указана счет-фактура. Сумма приобретенного товара, дата, контрагент полностью совпадают, накладные на приобретение товара и счета фактуры на товар представлены в материалы дела. В товарных накладных, которые эксперт указал как оформленные с ошибкой в сумме оприходования, в общую сумму документа включалась и стоимость доставки товара. В бухгалтерском учете общества правомерно указана только сумма товара, с вычетом из общей суммы документа стоимости услуг по доставке товара.  Накладные на приобретение товара представлены в материалы дела.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признал, представил письменные пояснения. Ответчик считает, что из заключения экспертизы по делу наличие недостачи не следует, фактически товарно-материальные ценности, отсутствие которых явилось основанием иска, подлежали списанию, из пояснений эксперта следует, что в отсутствие первичной документации невозможно установить наличие или отсутствие недостачи; порядок проведения инвентаризации противоречит Приказу Минфина России «Об инвентаризации имущества» №49 от 13.06.1995г.; ответчик не был извещен надлежащим образом о времени и месте проведения  инвентаризации; отсутствие подписи члена комиссии - ФИО14 в акте инвентаризации в силу п. 2.3 Методических рекомендаций делает результаты инвентаризации недействительными; истцом пропущен срок исковой давности, поскольку протоколом внеочередного общего собрания акционеров от 04.04.2016г. ответчик был отстранен от должности генерального директора, следовательно, срок исковой давности следует исчислять с указанной даты; кроме этого, общество ежегодно проводит аудит, общие собрания акционеров, в ходе которых контролирующие общество лица имели возможность получить сведения о наличии недостачи своевременно.

Представитель третьего лица – ФИО8 поддержал позицию ответчика.

Представители иных третьих лиц в судебное заседание не явились, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела по существу не заявили.

Как следует из материалов дела, 13 декабря 2007 года в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись о создании Закрытого акционерного общества "Торус Телеком" (далее по тексту - общество), учредителями (акционерами) которого являлись ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 (третьи лица) и ФИО2. Исполнительным органом общества с момента создания общества и до 17.06.2019 являлся ФИО2 (ответчик).

Решением общего собрания акционеров общества, оформленным протоколом №1/19 от 17 июня 2019 года (т.1, л.д. 20-26, дата проведения собрания – 14.06.2019) досрочно прекращены полномочия генерального директора ФИО2, генеральным директором общества назначен ФИО12. Соответствующие изменения в ЕГРЮЛ внесены 26.06.2019г.

В связи с досрочным прекращением полномочий генерального директора и уклонением от передачи документов общества, письмом №062 от 29 июля 2019 года (т.1, л.д. 29-31) истец потребовал ответчика передать документы бухгалтерского учета. 

После передачи документов бухгалтерского учета (передача состоялась 09.10.2019г., т.2, л.д. 110-111) Приказом №105 от 27.11.2019 истец создал инвентаризационную комиссию и письмом № 180 от 27.11.2019г. (т.2, л.д. 149-150) пригласил ответчика принять участие в работе инвентаризационной комиссии. Письмо направлено по адресу регистрации ответчика 28.11.2019г. и возвращено по обратному адресу в связи с неявкой ответчика за получением почтовой корреспонденции 31.12.2019г.

Инвентаризация проведена в отсутствие ответчика и по результатам инвентаризации составлена Инвентаризационная опись №1 от 09.12.2019 товарно-материальных ценностей общества числящихся на «Основном складе» (т.1, л.д. 86-105) и Сличительная ведомость результатов инвентаризации товарно-материальных ценностей № 1 от 16.12.2019г. (т.1, л.д. 106-122).

Истец также представил суду товарные накладные на приобретение товара, в отношении которых выявлена недостача (т. 2., л.д. 156 – 172, т. 3, т. 4, т. 5,  т. 6, л.д. 1-81. Общая сумма товарных накладных 97 428 224 руб. 99 коп.). 

По результатам инвентаризации выявлена недостача товарно-материальных ценностей общества по состоянию на 13 июня 2019 года в размере 36 148 659 руб. 52 коп., что послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

Исследовав в судебном заседании материалы дела, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) защита гражданских прав может осуществляться, в том числе, путем возмещения убытков.

Согласно пункту 1 статьи 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», следует, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган -директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Согласно статье 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо действует через органы, образование и действие которых определяется законом и учредительными документами юридического лица.

Согласно ст. 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон об акционерных обществах) лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа, несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные своими виновными действиями (бездействием), если иные основания не установлены федеральными законами. При определении основания и размера ответственности должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и другие обстоятельства, имеющие значение для дела.

Пункт 1 ст. 53.1 ГК РФ возлагает на лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа АО, обязанность по возмещению убытков, которые были причинены по его вине обществу. До вступления в силу положений Федерального закона от 05.05.2014 N 99-ФЗ указанная обязанность была предусмотрена в п. 3 ст. 53 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа общества, несет ответственность, если при осуществлении прав и исполнении обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

По правилам пункта 3 статьи 53 ГК РФ, лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

В пункте 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 № 3-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 2 статьи 278 и статьи 279 Трудового кодекса Российской Федерации и абзаца второго пункта 4 статьи 69 Федерального закона «Об акционерных обществах» в связи с запросами Волховского городского суда Ленинградской области, Октябрьского районного суда города Ставрополя и жалобами ряда граждан» правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в механизме управления организацией: он осуществляет руководство организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа, совершает от имени организации юридически значимые действия (статья 273 Трудового кодекса Российской Федерации; пункт 1 Российской Федерации). В силу заключенного трудового договора руководитель организации в установленном порядке реализует права и обязанности юридического лица как участника гражданского оборота, в том числе полномочия собственника по владению, пользованию и распоряжению имуществом организации, а также права и обязанности работодателя в трудовых и иных, непосредственно связанных с трудовыми, отношениях с работниками, организует управление производственным процессом и совместным трудом.

Выступая от имени организации, руководитель должен действовать в ее интересах добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что ответчик работал в должности директора общества в указанный истцом период, что подтверждается материалами дела, и не оспаривалось ответчиком.

Правовой статус работника, работающего в должности директора, регулируется как нормами Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", так и Трудовым кодексом Российской Федерации.

Директор общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его умышленными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлен федеральными законами.

Статья 65 АПК РФ возлагает на каждое лицо, участвующее в деле, обязанность доказывания обстоятельств, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Истец, предъявляя требование о привлечении руководителя к ответственности в виде взыскания убытков, должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Из материалов дела следует, что после увольнения ответчика с должности генерального директора проведена инвентаризация, результаты которой выявили недостачу товарно-материальных ценностей на сумму 36 148 659 руб. 52 коп.

Факт приобретения обществом товарно-материальных ценностей, в отношении которых выявлена недостача, подтверждается первичными документами (товарными накладными, УПД), представленными истцом в материалы дела. Факт отражения приобретения указанных ТМЦ в бухгалтерском учете общества также подтверждается результатами экспертизы по делу. Указанные операции одинаково отражены как в электронной копии базы «1 С» бухгалтерия, представленной ответчиком (т. 14, л.д. 2), так и в копии этой же базы, предоставленной истцом (т. 14, л.д. 195).

Суд также учитывает, что в спорный период ответчик возложил на себя также и полномочия главного бухгалтера общества (Приказ №66-Г от 01.08.2016, т. 14, л.д. 84).

Как следует из пояснений эксперта по результатам экспертизы, товарно-материальные ценности, указанные истцом в качестве недостачи, в установленном порядке оприходованы обществом, доказательства наличия оснований для списания указанного товара суду не представлены.

Как следует из исследовательской части заключения по результатам экспертизы, основаниями для вывода эксперта о некорректном отражении стоимости товарно-материальных ценностей, приобретенных за спорный период, послужили расхождения в реквизитах и суммах в 13-и первичных документах общества. Между тем в судебном заседании истец представил суду развернутые письменные пояснения в указанной части, из которых следует, что в документах, указанных экспертом, как оформленные с ошибкой в реквизитах, вместо накладной указана счет-фактура. При этом сумма приобретенного товара, дата, контрагент полностью совпадают, накладные на приобретение товара и счета фактуры на товар представлены в материалы дела. В товарных накладных, которые эксперт указал как оформленные с ошибкой в сумме оприходования, в общую сумму документа включалась и стоимость доставки товара. В бухгалтерском учете общества правомерно указана только сумма товара, с вычетом из общей суммы документа стоимости услуг по доставке товара. Указанные письменные пояснения согласуются с товарными накладными, представленными истцом в материалы дела. К тому же суд учитывает, что ошибка в реквизитах документов допущена именно ответчиком, который также выполнял функции главного бухгалтера общества.

Из заключения по результатам экспертизы, пояснений эксперта следует, что основания для списания указанного товара или начисления амортизации отсутствуют. Амортизация может быть начислена только в отношении основных средств, учитываемых на счете 01, а не товаров на складе.

Вопреки утверждениям ответчика, материалы дела не содержат доказательств, свидетельствующих о том, что  спорный товар подлежал списанию. Ответчик сам, как генеральный директор общества и главный бухгалтер общества за спорный период отвечал не только за сохранность товарно-материальных ценностей и за своевременность отражения в бухгалтерском учете общества перемещение и списание товарно-материальных ценностей. 

Ассортимент, количество и стоимость товарно-материальных ценностей, указанных в акте инвентаризации и в сличительной ведомости полностью соответствуют товарным накладным, УПД, представленным истцом в материалы дела.

Из содержания акта инвентаризации и сличительной ведомости, с учетом даты приобретения ТМЦ, указанных в товарных накладных и УПД следует, что инвентаризация проводилась по состоянию на 13 июня 2019 года – т.е. последний день работы истца в должности генерального директора, что соответствует п. 1.5 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств (утв. Приказом Минфина России от 13.06.1995г.).

Доводы ответчика о том, что инвентаризация должна быть проведена в день увольнения, основан на неверном толковании вышеуказанных Методических указаний. В соответствии с п. 1.5 указанных Методических указаний инвентаризация при смене материально-ответственных лиц проводится на день приемки передачи дел. Указанная норма устанавливает по состоянию на какую дату должна быть проведена инвентаризация, а не срок проведения инвентаризации. Сроки проведения инвентаризации законодательством не установлены.

Инвентаризация проведена истцом в разумные сроки после передачи ответчиком документов бухгалтерской отчетности. 

Исходя из содержания акта инвентаризации и сличительной ведомости, даты товарных накладных и УПД, в отношении которых выявлена недостача, инвентаризация проведена только в отношении товаров, приобретенных в период осуществления истцом полномочий генерального директора и главного бухгалтера общества, на дату прекращения его полномочий. Товарные накладные по приобретению товара, в отношении  которых выявлена недостача, датированы начиная с 23.11.2011г. (т.2, л.д. 158) по 13 июня 2019 года (т.6, л.д. 80-81), подписаны самим ответчиком. Товар, поступивший по товарным накладным начиная с 14 июня 2019 года принимался новым генеральным директором (т.6, л.д. 82-83), в инвентаризационной описи и сличительной ведомости, следовательно, и в расчете убытков не учитывается.

В отношении довода ответчика о том, что отсутствие подписи члена комиссии -  ФИО14 в акте инвентаризации в силу п. 2.3 Методических указаний делает результаты инвентаризации недействительными, суд отмечает следующее.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 ГК РФ гражданское законодательство состоит из настоящего Кодекса и принятых в соответствии с ним иных федеральных законов, регулирующих отношения, указанные в пунктах 1 и 2 статьи 2 настоящего Кодекса. Министерства и иные федеральные органы исполнительной власти могут издавать акты, содержащие нормы гражданского права, в случаях и в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами и иными правовыми актами (пункт 7 статьи 3 ГК РФ).

Методические указания по инвентаризации имущества и финансовых обязательств утверждены приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.06.1995г. №49. Указанные методические указания приняты Минфином России в рамках полномочий данного органа в сфере бухгалтерского учета и отчетности, следовательно, не относятся к нормативным актам, регулирующим гражданско-правовые отношения. 

Данное обстоятельство также подтверждается тем, что Методические указания включены в Перечень нормативно-правовых актов, регулирующих применение бюджетной классификации, ведение учета, формирование отчетности сектора государственного управления и размещены на официальном сайте министерства по адресу: https://www.minfin.ru. и применяются в части, не противоречащей Федеральному закону «О бухгалтерском учете»

Таким образом, нарушение порядка проведения инвентаризации, составления документов по результатам инвентаризации, может повлечь связанные с этим публично-правовые последствия, но не является безусловным основанием для исключения документов, составленных по результатам инвентаризации из числа доказательств по делу при разрешении гражданско-правового спора. Эти документы подлежат оценке в совокупности с иными доказательствами по делу.

В рассматриваемом случае наличие недостачи, его размер, подтверждаются не только актом инвентаризации и сличительной ведомостью, но и результатами экспертизы, пояснениями эксперта и представителей сторон, первичными документами бухгалтерского учета.

Доводы ответчика о том, что недостающие ТМЦ находятся на базовых станциях истца, отклоняются судом, как не подтвержденные материалами дела. 

В ходе рассмотрения дела суд неоднократно предлагал ответчику указать - какой ассортимент товара и в каких именно базовых станциях истца находится, принять участие в осмотре указанных базовых станций. Ответчик не представил такие пояснения и уклонился от осмотра базовых станций истца.

Как следует из пояснений сторон, товарно-материальные ценности, в отношении которых выявлена недостача, предназначались для изготовления для собственных нужд либо для реализации третьим лицам базовых станций, т.е. фактически являются материалами (материальными запасами) и подлежат учету на счете 10 «Материалы». Состав элементов базовых станций,  количество и ассортимент, используемого в рамках изготовления базовой станции могут отличаться в зависимости от потребностей заказчика, технических и иных особенностей места установки, условий эксплуатации. 

При изготовлении из материалов основных средств (в рассматриваемом случае – базовых станций), готовое оборудование учитывается на счете 01 «Основные средства», в бухгалтерском учете делаются соответствующие проводки о движении / списании материалов из счета 10. В случае изготовления оборудования из материалов и реализации оборудования третьим лицам, в бухгалтерском учете делаются соответствующие проводки о движении / списании материалов из счета 10 и реализации оборудования третьим лицам по счету 62 «Расчеты с покупателями и заказчиками» (Приказ Минфина РФ от 31.10.2000 N 94н (ред. от 08.11.2010) "Об утверждении Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкции по его применению").

На балансе истца действительно имеются базовые станции, изготовленные из аналогичных материалов и в рамках настоящего дела истец не предъявляет к ответчику требований относительно сохранности и комплектности указанных базовых станций. Ответчик не представил суду надлежащих доказательств того, что в базовых станциях, помимо оборудования, числящегося на 01 счете общества в качестве основного средства, имеются материальные ценности, не относящиеся к этой базовой станции.

В качестве образца, истец представил в материалы дела исполнительные документы на изготовление базовых станций (т. 6, л.д. 91-133). 

Доводы ответчика о том, что недостающие товарно-материальные ценности фактически переданы третьим лицам в составе оборудования рамках выполнения госконтрактов, отклоняются судом как не подтвержденные соответствующими доказательствами.

Кроме этого, из таблицы 1.7 заключения по результатам экспертизы (листы 52-63 заключения) следует, что реализация материалов в адрес указанных ответчиком организаций учтена в бухгалтерском учете общества, следовательно, указанный объем материалов реализованный третьим лицам, при определении размера недостачи не учитывался. Ответчик не представил суду доказательств того, что в адрес указанных организаций был реализован материал на сумму, превышающую суммы, отраженные в бухгалтерской отчетности общества и по результатам такой реализации общество получило эквивалентное встречное представление.

Довод ответчика о том, что по актам №1 от 30.05.2020г. и №2 от 11.06.2020г. (т. 2, л.д. 100-101) истец вывез из помещения третьих лиц товарно-материальные ценности, в связи с чем неправомерно указывает их в качестве недостачи, отклоняется судом, поскольку из указанных актов следует что в связи с расторжением договора аренды истец вывозил из помещений третьего лица оборудование – базовую станцию, которая учитывается в качестве основного средства общества на счете 01, а не материалы, при этом недостача указанных базовых станции ответчику не вменяется. 

То обстоятельство, что при передаче стороны описали все комплектующие части базовой станции, не меняет сути указанного акта. Как указывалось выше, базовые станции (оборудование) в зависимости от задач, для выполнения которых они создаются, условий эксплуатации и места размещения по своей конфигурации, составу могут отличаться.  

В силу части 2 статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями.

При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

В соответствии с частью 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу. 

В силу разъяснений, данных в пункте 6 Постановления №6 по делам о возмещении директором убытков, истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Предусмотренная данными нормами ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками. 

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Согласно разъяснениям п. 4 указанного постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. 

По смыслу части 1 статьи 64, частей 1, 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, с учетом представленных сторонами доказательств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Согласно положениям статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий. 

Исследовав материалы дела в их совокупности, выслушав представителей сторон, суд приходит к выводу, что истцом представлены надлежащие доказательства наличия недостачи на заявленную сумму вызванной ненадлежащим исполнением ответчиком своих обязанностей по обеспечению сохранности имущества общества.

Ответчик не представил суду надлежащих доказательств того, что указанные материалы были использованы в производственных целях общества, были реализованы третьим лицам с получением эквивалентного встречного представления либо имелись иные основания для списания указанных товарно-материальных ценностей.

Довод ответчика о том, что истец не представил суду доказательства оплаты товара, следовательно, наличие убытков как таковых, отклоняется судом, поскольку приобретенные товары имеют для общества ценность вне зависимости от факта оплаты.

Иные доводы ответчика и третьего лица, приведенные в письменных пояснениях, отклоняются судом как не подтвержденные соответствующими доказательствами.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности отклоняются судом в силу следующего.

По общему правилу срок исковой давности начинает течь с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 10 Постановления Пленума ВАС № 62 от 30.07.2013г. в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

В рассматриваемом случае, о нарушении своего права Общество узнало с момента  избрания нового единоличного исполнительного органа, а именно 14.07.2019г., следовательно, срок исковой давности истцом не пропущен.

Довод истца о том, что 04.04.2016 ответчик досрочно был освобожден от занимаемой должности, следовательно, истец должен был узнать о нарушении права с указанной даты, опровергается материалами дела, сведениями из ЕГРЮЛ. 

Действительно, внеочередным общим собранием акционеров общества от 04.04.2016г. принималось решение об отстранении ответчика от занимаемой должности, однако, как следует из сведений, размещенных в ЕГРЮЛ, пояснений сторон, фактически указанное решение не было реализовано, новый руководитель не назначался, сведения в ЕГРЮЛ о прекращении полномочий ответчика не вносились, ответчик никому документы и материальные ценности, в связи с принятием такого решения, не передавал, ответчик продолжал непрерывное осуществление полномочий генерального директора общества вплоть до 14.06.2019г. 

Ежегодные собрания акционеров и плановые аудиторские проверки также не могут выявить фактическую недостачу товаров. Такая недостача может быть выявлена только при инвентаризации. Ответчик не представил суду доказательств того, что по инициативе лиц, контролирующих общество, ранее проводилась инвентаризация в рамках которого была выявлена недостача. 

С учетом изложенного суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований истца в полном объеме.

В соответствии с положениями ст. 110 АПК РФ госпошлина по иску и расходы ответчика по оплате экспертизы по делу относятся на ответчика в полном объеме.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л :

Иск удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 (ИНН 

<

***>) в пользу Акционерного общества "ТР-Телеком" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 36 148 659 руб. 52 коп. в счет возмещения убытков.

Взыскать с ФИО2 (ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 200 000 руб. госпошлины.

Решение  может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

СудьяЮ.С. Мусин