АРБИТРАЖНЫЙ СУД КИРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

610017, г. Киров, ул. К.Либкнехта,102

http://kirov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

 

Дело № А28-16039/2018

город Киров

11 июня 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 07 мая 2019 года

В полном объеме решение изготовлено 11 июня 2019 года

 

Арбитражный суд Кировской области в составе судьи Вылегжаниной С.В.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев материалы дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Пронто-Киров» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 610035, Россия, 

<

...>, 28, 30) 

к инспекции Федеральной налоговой службы по городу Кирову (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 610001, Россия, 

<

...>) 

о признании недействительным решения от 11.07.2018 № 30-36/2885 в части 

при участии в судебном заседании представителей: 

от заявителя – ФИО2, по доверенности от 23.11.2018, 

от ответчика – ФИО3, по доверенности от 26.12.2018, ФИО4, по доверенности от 28.12.2018,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Пронто-Киров» (далее – истец, Общество) обратилось с требованием к инспекции Федеральной налоговой службы по городу Кирову (далее – ответчик, Инспекция, ИФНС, налоговый орган), уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) о признании недействительным решения ИФНС от 11.07.2018 № 30-36/2885 в части исключения из состава затрат за 2014 год суммы – 14 921 600 рублей 00 копеек уплаченных ИП ФИО5 по договору на переработку давальческого сырья от 01.01.2014, а также в части доначисления налога на прибыль за 2014 год в сумме 2 923 617 рублей 00 копеек, пени и штрафа в соответствующей налогу части (заявление от 11.03.2019).

Уточнение требований принято по основаниям частей 2, 5 статьи 49 АПК РФ; дело рассмотрено по уточненным требованиям.

Из материалов дела следует, что инспекция в ходе выездной налоговой проверки Общества по вопросам правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2014 по 31.12.2016 установила создание Обществом формального документооборота с ИП ФИО5 с целью получения необоснованной налоговой выгоды и уменьшения налоговых обязательств, в том числе по налогу на прибыль. 

Обстоятельства нарушения отражены в акте проверки от 13.04.2018 № 30-36/105.

По итогам рассмотрения материалов проверки, письменных возражений налогоплательщика, инспекцией вынесено решение от 11.07.2018 № 3036/2885 о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, в том числе по пунктам 1 и 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) в виде штрафа, уменьшенного в 4 раза на основании пункта 3 статьи 114 НК РФ. Обществу также было предложено уплатить в том числе налог на прибыль, пени и штрафные санкции в соответствующей налогу части.

Налогоплательщиком в порядке, предусмотренном статьей 101.2 НК РФ, решение инспекции было обжаловано в Управление Федеральной налоговой службы по Кировской области (далее – Управление). Решением Управления от 18.10.2018 обжалуемое решение ИФНС оставлено без изменения и вступило в силу.

Общество требует признать решение ИФНС частично недействительным по основаниям, изложенным в заявлении и дополнениях к нему; ссылается на реальность хозяйственных операций с ИП ФИО5; представил заключение оценщика от 21.11.2018 об определении рыночной цены услуг оказанных предпринимателем в пользу Общества.

Налоговая инспекция требования заявителя не признает, считает вынесенное решение законным и документально обоснованным.

Подробно доводы сторон изложены в заявлении, отзыве и дополнениях к ним.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 4 статьи 200, частями 2 и 3 статьи 201 АПК РФ, для признания недействительными ненормативных правовых актов органов, осуществляющих публичные полномочия, необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие его закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, заслушав доводы сторон, суд пришел к следующим выводам.

В проверяемый период ООО «Пронто-Киров» применяло общий режим налогообложения и в соответствии со статьей 246 НК РФ являлось плательщиком налога на прибыль организаций.

Объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком, под которой для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ (статья 247 НК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов. Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Согласно пункту 49 статьи 270 НК РФ при определении налоговой базы по налогу на прибыль не учитываются расходы, не соответствующие критериям, указанным в пункте 1 статьи 252 НК РФ.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04.06.2007 №320-О-П разъяснил, что обоснованность расходов, учитываемых при расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. 

Критерии оценки экономической оправданности затрат законодателем не установлены, что позволяет оценивать затраты каждого налогоплательщика на предмет возможности принятия их в целях налогообложения индивидуально, исходя из конкретных условий финансово-экономической деятельности налогоплательщика, в том числе с учетом наличия связи произведенных расходов с хозяйственной деятельностью юридического лица, положительного экономического эффекта, вызванного произведенными расходами: увеличение дохода либо сокращение других расходов.

В пункте 1 Постановления от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53)  Высший Арбитражный Суд Российской Федерации разъяснил, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Из определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-О и от 04.11.2004 № 324-О следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок на предмет их действительности. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

Пунктом 3 Постановления № 53 предусмотрено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

На основании пунктов 4, 9 Постановления № 53 налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Из системного толкования вышеприведенных норм следует, что налогоплательщик, претендующий на уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль организаций на сумму понесенных расходов, обязан не только представить формальный пакет документов, подтверждающих обоснованность включения затрат в состав расходов по налогу на прибыль, но и доказать факт реальности произведенных хозяйственных операций, указанных в представленных документах.

В налоговых правоотношениях недопустима фикция, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, и искусственной юридической конструкции создавать ситуацию формального наличия права на получение налоговых выгод путем представления документов, оформляющих номинальное движение и реализацию товара (работ, услуг) (в том числе прикрытием получения товара (работ, услуг) неустановленного происхождения от номинального контрагента).

 

01.01.2014 ООО «Пронто-Киров» заключило с ИП ФИО5 (регистрация в качестве индивидуального предпринимателя – 16.07.2012) договор на переработку давальческого сырья.

Из условий договора следует, что его предметом является переработка ИП ФИО5 (Подрядчик) на своём технологическом оборудовании проволоки стальной для армирования ЖБК, передаваемой ООО «Пронто-Киров» (Заказчик) и получение арматурных стержней для армирования бетонных противовесов.

Работы выполняются силами и средствами Подрядчика, в помещении Заказчика, расположенного по адресу 

<

...> (пункт 1.1 Договора).

Подрядчик обязуется производить переработку сырья и передачу товара Заказчику ежедневно. Товар размещается Подрядчиком на поддонах в помещении склада и признается предъявленным к осмотру и приемке Заказчиком. По итогам каждого месяца стороны подписывают акты сдачи-приемки работ (п.1.3 Договора).

Сырье, передаваемое для переработки, и товар, полученный в результате переработки сырья, являются собственностью Заказчика. Остатки и отходы сырья, полученные в результате переработки, должны быть возвращены Заказчику (п. 5 Договора).

Договор подписан ФИО5, а со стороны ООО «Пронто-Киров» управляющим Общества - ИП ФИО6 

Таким образом, деятельность по переработке сырья по условиям договора должна осуществляться на территории Заказчика с использованием сил Подрядчика.

 

Инспекция, доначисляя налог на прибыль, пришла к выводу о получении Заявителем  необоснованной налоговой выгоды вследствие создания условий для занижения доходов путем завышения расходов, предъявленных на взаимозависимого и подконтрольного контрагента - ИП ФИО5 Указанный вывод основан на следующих обстоятельствах.

ООО «Пронто-Киров» зарегистрировано в качестве юридического лица  20.08.2012. Адрес регистрации: 

<

...>; адрес производства: 

<

...>. Основной  вид деятельности - производство изделий из бетона, цемента и гипса. 

Единственным учредителем ООО «Пронто-Киров» по настоящее время является ФИО7 (гражданин Италии).

Представителем ФИО7 на общих собраниях участников Общества со всеми правами и полномочиями предоставленными Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08.02.1998 № 14-ФЗ, на основании доверенности от 13.09.2013 43 АА 0488313 является гражданин ФИО8.

По условиям трудового договора с Франческо Боничелли от 01.01.2014, он принят в ООО «Пронто-Киров» на должность коммерческого директора; должностными обязанностями являлись:

- осуществление оперативного управления деятельностью Общества в области реализации (сбыта) производимой Обществом продукции;

- участие в разработке перспективных и текущих планов реализации (сбыта) продукции, в разработке готовых бюджетов Общества, в разработке маркетинговой стратегии Общества;

- осуществление поиска потенциальных покупателей продукции Общества, проведение с ними переговоров на предмет организации поставок продукции на оптимальных условиях, обеспечение подписания соответствующих договоров;

- координация деятельности соответствующих работников Общества в части выполнения производственных планов, контроля качества готовой продукции, ее хранения, транспортировки;

- координация разработки соответствующими сотрудниками Общества стандартов качества готовой продукции, ее хранения, нормативов запасов готовой продукции;

- представление Общества на конференциях, выставках, ярмарках и др.

Следовательно, Ф.Боничелли был наделен полномочиями по представлению интересов единственного участника ООО «Пронто-Киров» по участию в разработке перспективных и текущих планов его деятельности. 

 

Суд соглашается с выводом инспекции о взаимной зависимости ООО «Пронто-Киров и ИП ФИО5 в силу следующего.

Согласно статье 105.1 НК РФ, если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в настоящем пункте лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения (далее - взаимозависимые лица).

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. При этом такое влияние учитывается независимо от того, может ли оно оказываться одним лицом непосредственно и самостоятельно или совместно с его взаимозависимыми лицами, признаваемыми таковыми в соответствии с настоящей статьей.

Функции единоличного исполнительного органа в ООО «Пронто-Киров» осуществлял Управляющий - индивидуальный предприниматель ФИО6 (ИНН 

<

***>) с момента создания с 20.08.2012 по 20.01.2016. Он же является директором ООО «Пронто-Киров» с 21.01.2016 по 25.02.2019.

ООО «Пронто-Киров» с момента создания и по 31.12.2013 деятельность не осуществляло, представлены декларации с нулевыми показателями за 2012-2013 г.г. (по УСНО). 

В день заключения между сторонами договора (01.01.2014) на переработку проволоки стальной для армирования ЖБК и получение арматурных стержней для армирования бетонных противовесов, ФИО5 была принята на работу  в ООО «Пронто-Киров» в качестве бухгалтера. Трудовые обязанности выполняла в офисе Общества по адресу: 

<

...> при 8-ми часовом рабочем дне и 5-ти дневной рабочей неделе, продолжительностью 40 часов с двумя выходными.

Одновременно, ФИО5, была зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя (регистрация 16.07.2012) по адресу, совпадающему с адресом местонахождения ООО «Пронто-Киров» (

<

...>). 

Арендные отношения между Обществом и предпринимателем не оформлялись.

ИП ФИО5 осуществляет одинаковый с Заявителем вид деятельности «производство изделий из бетона, гипса и цемента».

В ходе проверки установлено и не оспаривается Заявителем, что для входа в систему «Клиент-банк» связь с банком ОАО КБ «Хлынов» осуществлялась предпринимателем и Обществом с одного IP-адреса, что свидетельствует об управлении и перераспределении денежных потоков на расчетных счетах одними и теми же лицами.

Правом первой подписи на документах ИП ФИО5 и правом на распоряжение счетами в АО КБ «Хлынов» наделен сотрудник ООО «Пронто-Киров» ФИО9 (заместитель главного бухгалтера ООО «Пронто-Киров», трудовой договор от 01.01.2014).

В представленных ООО «Пронто-Киров» сопроводительных письмах на бланках,  налоговой отчетности, справках по форме 2-НДФЛ указан контактный телефон, совпадающий с номером телефона указанным в налоговой отчетности от имени ИП ФИО5 по УСН за 2014-2016 г.г. и справках по форме 2-НДФЛ.

В ходе проверки установлено, что единственными источниками финансирования ИП ФИО5 с момента регистрации в качестве индивидуального предпринимателя являлись ООО «Лурика» (ИНН 

<

***>) (участник – ФИО10; директор ФИО6 и ФИО10 в разные периоды времени), а затем ООО «Пронто-Киров».

ООО «Лурика» зарегистрировано по юридическому адресу: 

<

...>. (адрес регистрации ООО «Пронто-Киров»); основным видом деятельности является производство прочих изделий из гипса, бетона или цемента; единственным участником являлся ФИО10; в период с 2006 по 2012 г.г. директором Общества являлся ФИО6,  а с 05.10.2013 по 09.02.2014 - ФИО10 2012 года ФИО5 работала в ООО «Лурика»  бухгалтером.

 

Опрошенный в ходе проверки ФИО11 пояснил, что он с 2008 года по 31.03.2011 работал формовщиком ЖБиК в ООО «Соле». С 01.04.2011 по 31.12.2013 работал в ООО «Лурика» также формовщиком ЖБиК. С 09.01.2014 работает в ООО «Пронто-Киров» после перевода из ООО «Лурика». Пояснил, что его должностные обязанности не изменились; при изготовлении противовесов использовались арматурные стержни, которые ранее покупались и привозились готовыми на предприятие разного размера и толщины. Позднее предприятие самостоятельно стало изготовлять арматуру: привозилась нарезанная проволока в гараж по адресу:  

<

...> и два работника из этой проволоки на специальном приспособлении делали арматуру определенной формы для последующей заливки.

ФИО12 в ходе допроса сообщил, что в 2011 – 2012 г.г. работал в ООО «Лурика» в должности формовщика ЖБИ по адресу:  

<

...>, а ранее работал в ООО «Соле». Подтвердил, что готовые арматурные стержни сначала привозили раз в неделю, от кого он не знает, в потом их изготавливали сами работники Общества по адресу:  

<

...>, но в другом помещении, напротив цеха ЖБИ.

ФИО13 (формовщик ЖБИиК ) в ходе допроса сообщил, что арматурные стержни привозили из гаража, который находился рядом с цехом ЖБИ. 

ФИО14 (в 2011 – 2012 г.г. работал в ООО «Лурика» по совместительству в должности инженера-снабженца) в ходе допроса пояснил, что для производства противовесов использовались металлические стержни, которые изготавливали из проволоки сами.

В ходе допроса ФИО5 сообщила, что сырье для переработки от ООО «Пронто-Киров» ей передавали уполномоченные сотрудники, Ф.И.О. она не помнит. Все сырье для переработки принимала она лично по адресу: 

<

...>.

Вместе с тем, вопреки доводам ФИО5 из документов (накладные на отпуск материалов на сторону) усматривается, что на протяжении всего периода действия договора от 01.01.2014, прием проволоки для переработки осуществлял ФИО15 - арматурщик, являющийся работником ИП ФИО5 и одновременно, по совместительству работает в ООО «Пронто-Киров».

Кроме того, в накладных от имени ООО «Пронто-Киров» в поле «отпуск разрешил» проставлена подпись ФИО6, а в поле «отпустил» указана подпись ФИО16, который одновременно является работником ИП ФИО5 и по совместительству работает в ООО «Пронто-Киров». 

Установленное подтверждает то, что передача проволоки в адрес ИП ФИО5 по договору от 01.01.2014 осуществлялась её же работниками от имени ООО «Пронто-Киров» при том, что в своих пояснениях она утверждает, что не помнит Ф.И.О. уполномоченных сотрудников, передававших ей сырье для переработки.

В ходе допроса ФИО5 пояснила, что после изготовления арматурные стержни вывозились к месту хранения на ул. Весенняя, д. 80 и в последующем передавались в ООО «Пронто-Киров» путем их транспортировки в цех Общества. Между тем документы, подтверждающие передачу (транспортировку) в цех ООО «Пронто-Киров» суду не представлены, в материалах проверки отсутствуют.

Таким образом, работники ООО «Лурика», а в дальнейшем ООО «Пронто-Киров» подтвердили факт использования арматурных стержней при производстве противовесов и их изготовление в гараже по адресу: 

<

...> принадлежащем ООО «Пронто-Киров». 

Суд также отмечает, что в своих показаниях работники не разделяют процесс изготовления арматурных стержней и их дальнейшее использование в производственном процессе, указывая лишь на то, что сам процесс изготовления происходил не в цехе ЖБИ, а на другой площадке. При этом об ИП ФИО5 опрошенные ничего не знают.  

 

Согласно сведениям по форме 2-НДФЛ за 2014 год ИП ФИО5 выплачивала заработную плату двум работникам: ФИО16 и ФИО17 - арматурщики по основному месту работы. В то же время, указанные физлица работали по совместительству в ООО «Пронто-Киров» в течение четырех часов в день, что следует из табеля рабочего времени. При этом рабочий день по трудовому договору с Обществом и табелю рабочего времени у ИП ФИО5 составляет 8 часов. 

Инспекцией установлено, что ранее ФИО15 работал в должности арматурщика у ИП ФИО10, который также осуществлял предпринимательскую деятельность по изготовлению арматурных стержней для ООО «Лурика». После прекращения 23.07.2012 ФИО10 деятельности в качестве индивидуального предпринимателя, ФИО15 был трудоустроен к ИП ФИО5 (регистрация предпринимателя 16.07.2012). 

После прекращения взаимоотношений с ИП ФИО5 по договору от 01.01.2014, ФИО15 и ФИО18 были трудоустроены в ООО «Пронто-Киров» по основному месту работы и выполняли работу и обязанности на условиях, аналогичных как у ИП ФИО5

Учитывая, что до марта 2014 года ФИО5 находилась в отпуске по уходу за 2 детьми до 1,5 лет;  с апреля 2014 года исполняла обязанности бухгалтера в ООО «Пронто-Киров» с 8-ми часовым рабочим днем; у предпринимателя работало 2 (двое) рабочих, исполнявших обязанности арматурщиков и по совместительству работающих в ООО «Пронто-Киров», суд критически относится к доводу Заявителя относительно возможности ИП ФИО5 реально осуществлять самостоятельную деятельность по исполнению договора заключенного с ООО «Пронто-Киров» от 01.01.2014.

Совокупностью представленных в материалы дела доказательств, в том числе пояснениями работников подтверждается, что производство арматурных стержней для противовесов в рассматриваемый период осуществлялось одними и теми же специалистами, подконтрольными в выполнении должностных обязанностей: Ф. Боничелли, ФИО5 и ФИО6 Текущее управление организациями в разные периоды осуществлялось одним и тем же лицом - ФИО6  Юридическим, либо фактическим адресом указанных организаций являлся адрес: 

<

...>.

 

В ходе проверки установлена схема производства арматурных стержней для использования их производстве изготовления противовесов:

- в период с 2011 по июль 2012 г.г. ИП Ф. ФИО10 для ООО «Лурика»;

- в период с июля 2012 по 2014 г.г. ИП ФИО5 для ООО «Лурика»;

- в период с 01.01.2014 по октябрь 2014 г.г. ИП ФИО5 для ООО «Пронто-Киров»;

- с 2015 года изготовление арматурных стержней ООО «Пронто-Киров» осуществляется самостоятельно.

Следовательно, во всех периодах при производстве арматурных стержней прослеживается участие взаимозависимых лиц. 

 

Согласно выпискам с расчетного счета ИП ФИО5 все расходы предпринимателя, в том числе расходы на выплату заработной платы осуществлялись только после поступления денежных от ООО «Пронто-Киров». При этом, движение денежных средств поступивших от ООО «Пронто-Киров», осуществляется внутри экономически взаимосвязанной (аффилированной) группы лиц и носит транзитный характер:

- часть сумм обналичивалась с расчетного счета ИП ФИО5, часть перечислялась на ее карточные счета;

- выплачивалась материальная помощь физическим лицам, не состоящим в штате ИП ФИО5, однако, имеющих непосредственное отношение к ООО «Пронто-Киров» (в том числе ФИО6 и ФИО10). 

- оплата личных расходов ИП ФИО5, не связанных с предпринимательской деятельностью (оплата банкета, оплата задолженности за содержание и ремонт жилого помещения и коммунальные услуги).

В тоже время отсутствуют расходы, сопутствующие видам работ (услуг), выполняемых ИП ФИО5 для ООО «Пронто-Киров»: на приобретение расходных материалов (органических растворителей, металлических щеток, гаек и других расходов).

Указанные выше обстоятельства при отсутствии расходов, свойственных субъектам предпринимательской деятельности (оплата коммунальных платежей, электроэнергии, арендных платежей, за уборку помещения, услуг связи, расходов по приобретению канцтоваров, офисной мебели и оргтехники, рекламы и т.д.), свидетельствуют о том, что операции по её счету осуществляются с целью имитации хозяйственной деятельности и характеризуют ИП ФИО5 как контрагента, не осуществляющего реальную хозяйственную деятельность.

 

Доводы Заявителя относительно того, что вывод Инспекции о необоснованно высокой цене может быть сделан только по итогам проведения оценочной экспертизы, является несостоятельным по следующим основаниям.

Технологический процесс изготовления арматурных стержней, исходные материалы (сырье), работники осуществляющие деятельность по переработке сырья, производственное оборудование являлись абсолютно идентичными, как у ИП ФИО5, так и в ООО «Пронто-Киров», после прекращения взаимоотношений с ИП ФИО5 c 2015 года.

Стоимость услуг по переработке давальческого сырья в 2014 году, предъявляемая ИП ФИО5 в адрес ООО «Пронто-Киров» составила 14 921 600 рублей, что более, чем в 50 раз превышает затраты ИП ФИО5 на выплату заработной платы (основная статья расходов на изготовление стержней). 

Договор на переработку давальческого сырья между ИП ФИО5 и ООО «Пронто-Киров» действовал в период с 01.01.2014 по 31.10.2014. Начиная со 2 квартала 2015 года ООО «Пронто-Киров» самостоятельно изготавливает арматурные стержни для производства противовесов, в результате чего у него значительно снизилась себестоимость готового изделия.

Критерии оценки экономической оправданности затрат законодателем не установлены, что позволяет оценивать затраты каждого налогоплательщика на предмет возможности принятия их в целях налогообложения индивидуально, исходя из конкретных условий финансово-экономической его деятельности, в том числе с учетом наличия связи произведенных расходов с хозяйственной деятельностью юридического лица, положительного экономического эффекта, вызванного произведенными расходами: увеличение дохода либо сокращение других расходов.

Таким образом, основным признаком расходов, уменьшающих налоговую базу, является наличие связи расходов с деятельностью направленной на получение дохода. 

ООО «Пронто-Киров» в период действия договора с ИП ФИО5 по переработке давальческого сырья имело возможность самостоятельно с минимальными затратами изготавливать арматурные стержни, используя навыки ФИО18 и ФИО17 без привлечения ИП ФИО5

Совокупностью установленных обстоятельств и собранных инспекцией доказательств подтверждается отсутствие реальных хозяйственных операций между ООО «Пронто-Киров» и ИП ФИО5 и умышленное создание Обществом формального документооборота. Единственная деловая цель ООО «Пронто-Киров» была направлена на искусственное увеличение расходов и уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль.

Заключение оценщика от 21.11.2018 об определении рыночной цены услуг оказанных предпринимателем в пользу Общества не может быть положено в основу решения, поскольку эксперт, прежде всего исходил из того, что все этапы осуществляются самостоятельным субъектом и что между давальцем и переработчиком существуют реальные хозяйственные отношения. 

На основании вышеизложенного решение ИФНС от 11.07.2018№ 30-36/2885 в части доначисления налога на прибыль, пени и штрафа в соответствующей налогу части является законным и обоснованным, вынесенным на основании объективного и полного исследования обстоятельств и материалов проверки, с учетом действующего налогового законодательства и соответствующим требованиям статьи 101 НК РФ. 

Порядок расчета (арифметика) налога, пени и штрафа по пунктам 1 и 3  статьи 122 НК РФ проверен судом и признан обоснованным; обстоятельств, исключающих их начисление судом не установлено. 

Обстоятельств, являющихся безусловными основаниями для признания решения налогового органа в оспариваемой части недействительным, судом не установлено. 

Следовательно, требования заявителя удовлетворению не подлежат. 

При указанных обстоятельствах, государственная пошлина в соответствии со статьей 110 АПК РФ, статьей 333.17 НК РФ относится на заявителя, которая уплачена им в полном объеме. 

Руководствуясь статьями 49, 110, 167, 168, 169, 170, 197, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

 

РЕШИЛ:

отказать обществу с ограниченной ответственностью «Пронто-Киров» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 610035, Россия, 

<

...>, 28, 30) в удовлетворении заявленного требования.

Решение может быть обжаловано во Второй арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня изготовления его в полном объеме, в соответствии со статьями 181, 257, 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок со дня вступления решения в законную силу в соответствии со статьями 181, 273, 275, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

Жалобы подаются через Арбитражный суд Кировской области.

Пересмотр в порядке кассационного производства решения арбитражного суда в Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации производится в порядке и сроки, предусмотренные статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кассационная жалоба в этом случае подается непосредственно в Верховный Суд Российской Федерации.

 

Судья                                                                                              С.В.Вылегжанина