Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А67-2884/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 15 февраля 2024 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Шаровой Н.А.,

судей                                                                  Куклевой Е.А.,

ФИО1 -

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2023 (судьи Фролова Н.Н., Апциаури Л.Н., Кудряшева Е.В.) по делу № А67-2884/2017 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>; далее также - должник), принятое по заявлению финансового управляющего и кредитора ФИО4 к ФИО5 о признании недействительным договора купли-продажи от 16.04.2015, по заявлению кредиторов ФИО6, ФИО7, ФИО4 к ФИО5 о признании недействительными (ничтожными) соглашения о замене стороны по договору инвестирования от 20.11.2012 и соглашения о замене стороны по договору подряда от 20.11.2012.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО2, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20 в лице ФИО21, Отдел опеки и попечительства администрации Октябрьского района города Томска, Прокуратура Томской области.

Суд установил:

в деле о банкротстве должника в суд обратились:

финансовый управляющий ФИО22 (в настоящее время ФИО23), кредитор ФИО4 с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 16.04.2015, заключённого между ФИО3 (сын) и ФИО5 (мать);

кредиторы ФИО6, ФИО7, ФИО4 с заявлением о признании недействительными соглашения от 16.04.2015 о замене стороны по договору инвестирования от 20.11.2012 и соглашения от 16.04.2015 о замене стороны по договору подряда от 20.11.2012, заключённых между ФИО3 и ФИО5, применении последствий недействительности сделок.

Определением суда от 08.11.2022 заявления удовлетворены частично. Договор купли-продажи от 16.04.2015, соглашение от 16.04.2015 о замене стороны по договору инвестирования от 20.11.2012 и соглашение от 16.04.2015 о замене стороны по договору подряда от 20.11.2012 признаны недействительными сделками. В удовлетворении заявлений в части применения последствий недействительности сделок отказано.

Суд апелляционной инстанции, установив допущенное судом первой инстанции нарушение норм процессуального права, определением от 14.04.2023 перешёл к рассмотрению заявлений по правилам, установленным для рассмотрения дела арбитражным судом первой инстанции.

ФИО4 уточнил заявление в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просил признать недействительными (ничтожными) как взаимосвязанные сделки по выводу недвижимого имущества из конкурсной массы должника:

договоры купли-продажи: от 16.04.2015, заключённый между ФИО3 (продавец) и ФИО5 (покупатель); от 25.12.2015 между ФИО5 (продавец) и ФИО2 (покупатель); от 26.04.2016 между ФИО5 (продавец) и ФИО9, применении последствий недействительности сделок в виде:

возврата в конкурсную массу должника путём истребования из незаконного владения ФИО5, ФИО2, ФИО9 объектов недвижимого имущества по адресу: 

<

...>: долей в праве собственности 8324/9583 на здание, кадастровый номер 70:21:0200008:1584; долей в праве собственности 6320/7200 на земельный участок кадастровый номер 70:21:0200008:77;

взыскания с ФИО5 в пользу должника денежных средств в сумме 3 659 765 руб.

Также ФИО4 просил признать недействительными (ничтожными)соглашение о замене стороны по договору инвестирования от 20.11.2012 и соглашение о замене стороны по договору подряда от 20.11.2012, применить последствия недействительности сделок.

ФИО2 и ФИО9 привлечены к участию в рассмотрении спора в качестве соответчиков.

Постановлением апелляционного суда от 22.11.2023 отменено определение от 08.11.2022, принят новый судебный акт об удовлетворении заявлений в части. Цепочка сделок: договор купли-продажи от 16.04.2015, соглашение от 16.04.2015 о замене стороны по договору инвестирования от 20.11.2012 и соглашение от 16.04.2015 о замене стороны по договору подряда от 20.11.2012, а также договоры купли-продажи от 25.12.2015, от 26.04.2016 признана недействительной, в порядке применения последствий недействительности сделок на:

ФИО2 возложена обязанность возвратить в конкурсную массу должника доли в праве собственности в размере 3194/9583 на здание по адресу: 

<

...>, доли в праве собственности в размере 2400/7200 на земельный участок по указанному адресу;

ФИО9 возложена обязанность возвратить в конкурсную массу должника доли в праве собственности в размере 3194/9583 на здание по адресу: 

<

...>, доли в праве собственности в размере 2400/7200 на земельный участок по указанному адресу.

В удовлетворении заявлений в остальной части отказано.

Апелляционный суд исходил из совершения заинтересованными лицами в период неплатёжеспособности должника цепочки взаимосвязанных сделок по выводу активов должника в целях недопущения обращения на него взыскания в силу недоказанности наличия у ФИО5, ФИО2 и ФИО9 финансовой возможности произвести оплату по спорным сделкам, при этом ФИО5 для целей применения последствий недействительности сделки выгодоприобретателем не признана;  заявления об оспаривании сделок (20.06.2019, 28.07.2020) в пределах трёхлетнего срока исковой давности, исчисляемого с момента (26.12.2018) вынесения приговора Ленинским районным судом города Томска по уголовному делу № 1-119/2018, возбуждённому в отношении ФИО3 (должник).

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить постановление от 22.11.2023, оставив в силе определение от 08.11.2022, в обоснование ссылается на доказанность наличия у ФИО2 финансовой возможности произвести оплату по оспариваемому договору купли-продажи от 25.12.2015 в размере 5 500 000 руб. исходя из того, что всего за период 2014, 2015 годы ФИО2 получил доход от предпринимательской деятельности в сумме 9 369 830 руб., осуществил расходные операции на сумму 6 260 376,12 руб., разница составила 3 109 453,88 руб., также получил доход 08.09.2015 от продажи трёхкомнатной квартиры по цене 2 540 000 руб., в апреле 2015 года от продажи транспортного средства по цене 2 000 000 руб., вместе с тем общая сумма снятых в 2014, 2015 годы с расчётных счетов денежных средств составила 4 726 000 руб., как итог, финансовые возможности ФИО2 определялись суммой 12 375 453 руб.; деятельность по приобретению (в том числе посредством заключения оспариваемого договора купли-продажи от 25.12.2015) и продаже объектов недвижимости для ответчика являлась систематической с целью извлечения прибыли; недоказанность наличия между ФИО2 и ФИО5 признаков заинтересованности в соответствии со статьёй 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве), при этом дальнейшее 13.01.2021 обращение ФИО5 в суд общей юрисдикции с иском к ФИО2 о государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество в связи с уклонением одной из сторон договора от государственной регистрации свидетельствует об отсутствии заинтересованности между ФИО2, ФИО3 и ФИО5

Поступивший от ФИО4 отзыв на кассационную жалобу не подлежит приобщению к материалам кассационного производства в связи с отсутствием доказательств его заблаговременного направления иным участвующим в споре лицам, в соответствии с частью 2 статьи 279 АПК РФ. Согласно сведениям об отслеживании почтового отправления РПО № 80545892732135, почтовый конверт, содержащий копию отзыва, направлен в адрес ФИО2 09.02.2024, прибыл в сортировочный центр (634960, Томск) только 14.02.2024, то есть на день судебного заседания указанный отзыв ФИО2 не получен.

До начала судебного заседания от ФИО2 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства в связи с отказом в удовлетворении ходатайства об участии в судебном заседании путём использования системы веб-конференции и неполучением отзыва ФИО4 на кассационную жалобу.

В соответствии со статьёй 158 АПК РФ арбитражный суд откладывает судебное разбирательство в случаях, предусмотренных АПК РФ. В случае, если лицо, участвующее в деле и извещённое надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными. Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство по ходатайству лица, участвующего в деле, в связи с неявкой в судебное заседание его представителя по уважительной причине.

Суд округа не усматривает оснований для отложения судебного заседания, поскольку первое ходатайство ФИО2 о проведении судебного заседания с использованием системы веб-конференции рассмотрено судом и своевременно отклонено (01.02.2024); информации о невозможности личной явки в судебное заседание представителя ФИО24, а равно обоснования необходимости личного присутствия в заседании заявленное ходатайство не содержит.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в обособленном споре лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями части 3 статьи 284 АПК РФ.

Изучив материалы обособленного спора, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе, законность обжалуемого постановления, оснований для его отмены в обжалуемой части (удовлетворения требований к ФИО2) суд округа не находит.

Как следует из материалов дела и установлено судами, согласно заключённому договору инвестирования от 20.11.2012 общество с ограниченной ответственностью «Компания МЕДИНА» (инвестор, далее – общество «Компания МЕДИНА») передаёт ФИО3 (застройщик) денежные средства для осуществления строительства 7780/11670 долей жилого дома общей площадью 1 167 кв. м по адресу: 

<

...>; по завершении строительства и сдачи объекта в эксплуатацию застройщик при условии выполнения обязательств по внесению денежных средств передаёт инвестору результат инвестиционной деятельности (7780/11670 долей жилого дома общей площадью 1 167 кв. м и 4800/7200 долей земельного участка по адресу: 

<

...>), который будет находиться в общей долевой собственности общества «Компания МЕДИНА» и ФИО9

В соответствии с заключённым договором подряда от 20.11.2012 общество «Компания МЕДИНА» (подрядчик) обязуется выполнить работы по строительству жилого дома по адресу: 

<

...>, а ФИО3 (заказчик) принять и оплатить данные работы.

ФИО3 по заключённому 16.04.2015 договору купли-продажи передал в собственность ФИО5 жилой трёхэтажный дом площадью 958,3 кв. м, находящийся по адресу: 

<

...>, и земельный участок с кадастровым номером 70:21:0200008:77 площадью 720 кв. м, расположенный по указанному адресу (далее также – спорные жилой дом и земельный участок).

Также 16.04.2015 по заключённым:

соглашению о замене стороны по договору инвестирования от 20.11.2012 ФИО3 добровольно и с согласия других сторон соглашения снимает с себя все права и обязанности застройщика по выполнению договора инвестирования и передаёт права и обязанности ФИО5, а последняя добровольно и с согласия других сторон соглашения принимает на себя все права и обязанности застройщика по исполнению договора инвестирования;

соглашению о замене стороны по договору подряда от 20.11.2012 ФИО3 добровольно и с согласия других сторон соглашения снимает с себя все права и обязанности заказчика по выполнению договора подряда и передаёт права и обязанности ФИО5, а последняя добровольно и с согласия других сторон соглашения принимает на себя все права и обязанности заказчика по исполнению договора подряда.

В свою очередь ФИО5 заключила договоры купли-продажи:

25.12.2015 с ФИО2, предметом которого выступила продажа доли в праве собственности в размере 3194/9583 на здание по адресу: 

<

...>, доли в праве собственности в размере 2400/7200 на земельный участок по указанному адресу;

26.04.2016 с ФИО9, предметом которого выступила продажа доли в праве собственности в размере 3194/9583 на здание по адресу 

<

...>, доли в праве собственности в размере 2400/7200 на земельный участок по указанному адресу.

Ленинским районным судом города Томска по уголовному делу № 1-119/2018 вынесен приговор, которым ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159.4 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Приговором суда от 26.12.2018 установлено, что ФИО3 после заключения договора купли-продажи от 16.04.2015 фактически продолжал распоряжаться недвижимым имуществом, перемена титула собственника на спорные жилой дом и земельный участок носила формальный характер.

Так из показаний ФИО9 следует, что в 2016 году он приобрёл у ФИО3 долю в строящемся спорном доме, инвестировав в строительство 6 200 000 руб.

Из показаний ФИО2 следует, что 25.12.2015 им был заключён договор купли-продажи с ФИО5, согласно которому он приобрёл недвижимое имущество (3194/9583 доли в праве собственности на здание – жилой дом по адресу: 

<

...> и 2400/7200 доли в праве собственности на земельный участок по указанному адресу); все вопросы, касающиеся указанной сделки, он обсуждал с ФИО3, который ему пояснил, что указанные объекты недвижимости оформлены на его мать; после того, как все необходимые документы были подготовлены, ФИО2 встретился с ФИО3 и передал ему наличные денежные средства в сумме 5 500 000 руб., о получении которых ФИО3 написал расписку.

В протоколе допроса свидетеля от 31.10.2017 ФИО5 указала на то,что договор купли-продажи от 16.04.2015 является формальным, всё принадлежит её сыну – ФИО3, все решения приняты, действия совершены им.

Полагая, что оспариваемые договоры купли-продажи, соглашения о замене стороны по договорам инвестирования и подряда представляют собой цепочку сделок, представляющие собой единую взаимосвязанную сделку, совершённую с целью предотвращения обращения взыскания на жилой дом и земельный участок, в связи с отсутствием реальных отношений по сделке и её исполнению (мнимость передачи денежных средств по договору купли-продажи), формальность передачи титула собственности на жилой дом и земельный участок заинтересованным лицам, финансовый управляющий и кредиторы обратились в арбитражный суд с настоящими заявлениями.

Суд апелляционной инстанции заявления удовлетворил, исходя из доказанности обстоятельств, приведённых в качестве их оснований.

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учётом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учётом её существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ

В рассматриваемом случае вывод суда о ничтожности договора купли-продажи от 16.04.2015, на основании которого ФИО5 оформлена в качестве первого приобретателя спорного имущества должника, в кассационной жалобе не обжалуются, поэтому проверке в этой части не подлежат.

По условиям оспариваемого договора купли-продажи от 25.12.2015, заключённого с ФИО2, стоимость имущества составила 5 500 000 руб.

В подтверждение оплаты имущества представлена расписка о получении ФИО5 денежных средств.

Реальность передачи наличных денежных средств, подтверждённой распиской, оформление которой зависит только от сторон оспариваемого договора, устанавливается судами посредством применения повышенного стандарта доказывания, указанного в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Оценивая представленные доказательства финансовой возможности ФИО2 произвести оплату по сделке (выписки по счетам за 2014, 2015 годы, выписку из Единого государственного реестра недвижимости, книги учёта доходов и расходов за 2014 год, копии договоров аренды, договор купли-продажи), судами установлено, что доход ответчика, задекларированный за 2014 и 2015 годы, составил 9 369 830 руб., при этом расходные операции за соответствующий период составили 6 260 376,12 руб., что при разнице между полученными доходами и произведёнными расходами свидетельствует о недостаточности денежных средств в сумме 5 500 000 руб.

Приведённые в кассационной жалобе доводы о наличии у ФИО2 по итогам осуществления предпринимательской деятельности и продажи личного имущества 12 375 453 руб. подлежат отклонению.

Так, получение им дохода 08.09.2015 от продажи трёхкомнатной квартиры - 2 540 000 руб., в апреле 2015 года от продажи транспортного средства - 2 000 000 руб., а также снятие в течении 2014, 2015 годов с расчётных счетов денежных средств в сумме 4 726 000 руб. в отсутствие сведений о расходах на потребительские нужды ФИО2 и его иждивенцев, на приобретение дорогостоящего имущества (о чём в деле имеются сведения) не подтверждают достаточность и аккумулирование денежных средств к моменту составления расписки.

Суд апелляционной инстанции правильно исходил из отсутствия доказательств того, что денежные средства (если предположить финансовую возможность) действительно были направлены на оплату договора купли-продажи от 25.12.2015, а не на иные цели, поскольку оспариваемый договор купли-продажи был не разовым, покупка объектов недвижимости для ответчика является систематической.

Хранение значительных сумм денежных средств в течение продолжительного времени вне банковской системы, без гарантии физической сохранности и защиты от инфляции, не отвечает обычному поведению участника гражданского оборота. Мотивы снятия большой суммы со счета не перед заключением договора купли-продажи от 25.12.2015, а значительно заблаговременно не раскрыты. Аккумулирование значительной денежной суммы и ее снятие в период, непосредственно предшествующий заключению договора купли-продажи, из представленных документов не усматривается.

Так, из имеющейся в деле выписки из Единого государственного реестра недвижимости (далее – ЕГРН) усматривается приобретение ответчиком значительного количества недвижимого имущества, в том числе большой площади и очевидно коммерческого назначения; сделки по приобретению имели место с 2011 года, продолжались весь охваченный выпиской период, в частности, в 2014 году ответчик приобретал большое количество земельных участков площадями 600-1000 кв. м.,  недвижимость приобреталась и в последующие годы, также в деле имеются сведения о приобретении ответчиком дорогостоящих автомобилей (последний зарегистрирован в апреле 2015 года).

При таких обстоятельствах, в отсутствие сведений и подтверждающих доказательств о расходах на такие сделки, о составе семьи ответчика и расходов на её содержание, вывод суда апелляционной инстанции о недоказанности факта аккумулирования наличных денежных средств в сумме 5,5 млн. руб. и в целом наличия у ответчика такой возможности являются правильными.

В силу правовых позиций, выраженных в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) аффилированность (заинтересованность) должника и кредитора может быть не только юридической, но и фактической.

О наличии фактической аффилированности (заинтересованности) может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В соответствии со статьёй 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определённую денежную сумму (цену).

Таким образом, обычной целью заключения договора купли-продажи субъектом предпринимательской деятельности является приобретение либо продажа имущества на условиях эквивалентного встречного предоставления.

Приобретение объекта недвижимого имущества в собственность предполагает реализацию правомочий по владению, пользованию, несению бремени содержания, обсуждение с другими сособственниками условий содержания, проявление заботливости при обеспечении сохранности имущества от повреждений, доступа посторонних лиц, принятие юридических мер к защите права собственности.

Каких-либо доказательств такого отношения к имуществу, за которое якобы оплачено 5,5 млн. руб., ФИО2 не представляет.

Споры о правах на жилой дом и земельный участок с участием множества пострадавших от действий должника граждан (оплативших в целях удовлетворения жилищной потребности помещения площадью 20-30 кв. м подконтрольному должнику юридическому лицу) длятся много лет, в том числе настоящий спор.

Вместе с тем ФИО2, извещённый о наличии спора и оспаривании его права на спорное имущество, проявил интерес только после вывода суда первой инстанции об отсутствии расчётов, что поведению добросовестного собственника, действительно оплатившего рыночную стоимость имущества, не соответствует.

Суд апелляционной инстанции правильно исходил из противоречивости сведений об обстоятельствах оплаты и нелогичности поведения ФИО2, осведомлённого о необходимости подтверждения продавцом права собственности и правомочия на принятие от покупателя денежных средств.

Вместе с тем,  ФИО2 при допросе 25.10.2017 в качестве свидетеля указывал, что о продаже спорного имущества узнал случайно на прогулке, договорился с ФИО3 о сделке, но не помнит присутствия ФИО5,  как лица, чьё право собственности зарегистрировано, при оформлении документов и передаче денежных средств, а равно не требует от ФИО3 доверенности на принятие от имени  ФИО5 денег в оплату имущества, что одновременно опровергает доводы кассатора 1) об отсутствии фактической аффилированности с должником в момент оформления спорного договора с ФИО2 и 2) о передаче денежных средств ФИО5, от чьего имении составлена расписка.

М-ны факт принятия денежных средств от ФИО2 отрицают.

В деле имеется копия «возвратной» расписки от 25.04.2016 (ФИО5 возвращает ФИО2  5,5 млн. руб.).

Несмотря на отсутствие подлинника и отрицание ФИО2 соответствующего факта, его поведение свидетельствует о формальном характере как первичной расписки, так возвратной, очевидной целью составления которых являлся вывод спорного имущества от обращения взыскания.

Так, решением суда общей юрисдикции от 02.10.2015 удовлетворён иск СКБ-Банка о взыскании с ряда солидарных должников (в том числе с ФИО3 и подконтрольных ему лиц) кредитной задолженности в сумме 4,6 млн. руб.).

Ни в коей мере не подтверждена какими-либо относимыми и допустимыми доказательствами версия возражающих против оспаривания сделок о том, что якобы ФИО2 получил оспариваемое право в счёт строительных работ по отделке спорного жилого дома.

Таким образом, по результатам надлежащей оценки по правилам статьи 71 АПК РФ  доказательств, предоставленных в обоснование финансовой возможности ФИО2 произвести оплату и факта такой оплаты суд апелляционной инстанции сделал обоснованный вывод о недостоверности доказательств и о безвозмездном характере спорной сделки.

Поведение сторон сделки (ответчика, безвозмездно получившего недвижимое имущество от аффилированных ФИО3 и ФИО5, не требующих оплаты) не соответствует критериям добросовестного поведения независимых участников гражданского оборота.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 15.11.2021 № 307-ЭС19-23103(2), поиск активов должника становится затруднительным, когда имущество для вида оформляется гражданином на иное лицо, с которым у должника имеются доверительные отношения. В такой ситуации лицо, которому формально принадлежит имущество, является его мнимым собственником (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), в то время как действительный собственник - должник получает возможность владения, пользования и распоряжения имуществом без угрозы обращения на него взыскания по долгам со стороны кредиторов. Чем выше степень доверия между должником и третьим лицом, тем больше вероятность осуществления последним функций мнимого собственника. Также на выбор мнимого собственника в значительной степени влияет имущественная зависимость третьего лица от должника.

В данном случае сторонами не раскрыт характер взаимоотношений между ними, позволивший им заключить оспариваемую сделку на столь нетипичных условиях, а, следовательно, не опровергнут вывод о фактической аффилированности.

Поскольку на дату совершения оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатёжеспособности, о чём предполагаются осведомлёнными аффилированные с ним лица, оспариваемый договор купли-продажи от 25.12.2015 обоснованно признан недействительным в составе цепочки сделок, оформленных с единой целью вывода ликвидного дорогостоящего имущества должника без встречного предоставления.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, направлены на переоценку доказательств по делу, что в соответствии со статьёй 287 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Фактические обстоятельства установлены судом апелляционной инстанции в результате полного и всестороннего исследования имеющихся доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено.

Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемого судебного акта не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 22.11.2023 по делу № А67-2884/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                             Н.А. Шарова

 

Судьи                                                                                                                          Е.А. Куклева

 

ФИО1