ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-47282/2018

г. Саратов

17 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена  «11» ноября 2020  года

Полный текст постановления изготовлен  «17» ноября 2020 года

 

Двенадцатый  арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Макарова И.А., 

судей Макарихиной Л.А., Самохваловой А.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи апелляционную жалобу открытого акционерного общества «Российские железные дороги» 

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 16 сентября 2020 года по делу № А12-47282/2018 (судья Толмачева О.А.) 

по заявлению открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (105066, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о привлечении к субсидиарной ответственности 

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Эксплуатационная служба-микрорайон 101» (400131, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

при участии в судебном заседании: представителя открытого акционерного общества «Российские железные дороги» - ФИО2, действующей на основании доверенности от 22.04.2020; представителя открытого акционерного общества «Российские железные дороги» - ФИО3, действующей на основании доверенности от 22.04.2020; 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 10.07.2019 ООО «Эксплуатационная служба - микрорайон 101» (далее также Должник) признано несостоятельным (банкротом) с открытием конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4 

Конкурсный кредитор ОАО «Российские железные дороги» (далее – ОАО «РЖД») обратилось в суд с заявлением,  с учетом уточнения от 31.07.2020, о привлечении к субсидиарной ответственности:

- бывшего руководителя должника ФИО5 за неподачу заявления о банкротстве в отношении ООО «Эксплуатационная служба -  микрорайон 101» (статья 61.12 Закона о банкротстве); 

- солидарно участников общества ФИО6, АО «ДомКом Инвест» в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве). 

В обоснование требований ОАО «РЖД» указало, что в соответствии с данными бухгалтерского баланса ООО «Эксплуатационная служба - микрорайон 101» за 2017 год значительно сократилась стоимость чистых активов на 5 220 тыс. руб. и составила 131 тыс. руб., дебиторская задолженность составила 17 087 000 руб., кредиторская – 16 956 000 руб. Уменьшение чистых активов следует рассматривать как признак ухудшающегося финансового состояния и наступления объективного банкротства, соответственно руководитель должника – ФИО5 должен был подать  заявление о банкротстве ООО «Эксплуатационная служба - микрорайон 101»  -  01.02.2018. В свою очередь, участники общества не принимали мер по стабилизации финансового положения должника, бездействовали, что и привело к объективному банкротству должника.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 16 сентября 2020 года в удовлетворении заявления отказано.

ОАО «РЖД» с определением суда первой инстанции не согласилось, обратилось с рассматриваемой апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Волгоградской области от 16 сентября 2020 года по делу № А12-47282/2018 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении  заявленных требований. 

Апеллянт указывает, что: 1) суд первой инстанции неверно указал на  отсутствие  новых обязательств после 01.12.2018 ориентируясь только на дату договора от 01.10.2015 №Д-975РУ-2,  так как это договор на поставку тепловой энергии, отношения по которому носили длящийся характер и судебными актами  подтверждена задолженность после 01.01.2018, основные обязательства возникли с января по ноябрь 2018 года; 2) бывший руководитель ФИО5 в судебное заседание не являлся, отзыв не представлял, правовую позицию не пояснял, доводы ОАО «РЖД»  об обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника не опроверг, в то время как бремя доказывания отсутствия причинной связи  между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности по подаче заявления должника о признании его банкротом лежит на привлекаемом к ответственности лице (абзац 2 пункта 2 стать 61.12 Закона о банкротстве); 3) суд первой инстанции исходил из того, что ОАО «Российские железные дороги»  не указало конкретные действия контролирующих лиц, приведшие к банкротству, то есть переложил  на заявителя обязанность доказывания отрицательных фактов, которое для ОАО «Российские железные дороги» объективно затруднено не только ввиду отсутствия соответствующих  доказательств, но и является неверным распределением бремени доказывания. Кроме формального несогласия с доводами ОАО «Российские железные дороги», участники должника ФИО6 и АО «ДомКом Инвест» не привели надлежащих доводов и доказательств отсутствия вины в невозможности полного погашения требования кредиторов.

Представители ОАО «РЖД» поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступ.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание.

Законность и обоснованность принятого определения проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке и по основаниям, установленным статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 3 статьи 4 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.2017 года «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс РФ об административных правонарушениях») установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

С учетом разъяснений пункта 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 указанная норма применима к правилам рассмотрения заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности. В отношении же оснований надлежит исходить из положений закона, действовавших в период времени совершения или не совершения контролирующим лицом действий, с которыми заявитель связывает возникновение субсидиарной ответственности. 

Аналогичный подход изложен и в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/2006.

Обстоятельства, с которыми ОАО «РЖД» связывает возникновение субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6, АО «ДомКом Инвест» имели место после 01.07.2017, соответствующее заявление подано в суд 30.03.2020, в связи с чем, при его рассмотрении подлежат применению как материальные, так и процессуальные нормы Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.2017 года «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс РФ об административных правонарушениях».

Согласно ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. 

Согласно материалам дела директором ООО «Эксплуатационная служба-микрорайон 101» в период с 01.11.2017 по 27.12.2018 являлся ФИО5 

В силу требований статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом в срок не позднее 1 месяца с момента возникновения одного из следующих обстоятельств:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Как отмечено в Определении Верховного Суда РФ от 29.03.2018 по делу N 306-ЭС17-13670 (3), А12-18544/2015, по смыслу разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве», при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой (статьей 61.12 Закона о банкротстве), следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию, момент возникновения соответствующей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Обосновывая наличие у должника признаков неплатежеспособности, для возникновения у руководителя соответствующей обязанности по обращению с заявлением о банкротстве ООО «Эксплуатационная служба - микрорайон 101», ОАО «РЖД» ссылается на данные бухгалтерского баланса за 2017 год, финансового анализа по состоянию на 01.01.2018, в соответствии с которыми размер активов составлял 17 087 000 руб., размер кредиторской задолженности – 16 956 000 руб., чистая прибыль составляла 131 000 руб. 

Определяя момент возникновения соответствующей обязанности, ОАО «РЖД» указывает, что ФИО5 обязан был обратиться в суд с заявлением о банкротстве Должника не позднее 01 февраля 2018 года.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления о привлечении бывшего руководителя к субсидиарной ответственности по статьи 61.12 Закона о банкротстве исходил из того, что: 1) баланс за 2017 год был положительным, активы превышали пассивы, в 2017 году должник осуществлял хозяйственную деятельность, вел активные операции  по расчетным  счетам, картотека неисполненных платежных поручений отсутствовала; баланс за 2018 год  также не содержит  существенного ухудшения показателей, при этом 27.12.2018, то есть  ещё до наступления нормативного срока его сдачи  (до 31.03.2019)  в отношении Должника уже было возбуждено  дело о банкротстве; 2) доказательств возникновения  у должника новых обязательств, в период подтвержденной неплатёжеспособности не имеется, судебные акты, на которые  ссылается заявитель, относятся к взысканию кредиторской задолженности  по договору 2015 года.

Вывод суда первой инстанции об отсутствии новых обязательств, возникших в период после даты (01.02.2018), с которой ОАО «РЖД» связывает возникновение обязанности бывшего руководителя ФИО5 обратиться с заявлением о банкротстве, апелляционная коллегия признает ошибочным.

Как указано в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 N 303-ЭС17-2748, срок исполнения денежного обязательства не всегда совпадает с датой возникновения самого обязательства. Требование существует независимо от того, наступил ли срок его исполнения либо нет.

В связи с этим, согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ т 28.09.2020 N 310-ЭС20-7837, решая вопрос о том, какие обязательства могут быть отнесены к периоду с момента истечения срока на подачу заявления о банкротстве до даты возбуждения дела, на судах лежит задача попредметно проанализировать положенные в основание требований к должнику сделки, принимая во внимание правовую природу соответствующих обязательств, и с учетом этого определять, относится ли возникновение требования к спорному периоду либо нет.

Судом первой инстанции не учтено, что договор от 01.10.2015 № Д-975РУ-2 на приобретение ресурса-тепловой энергии являлся договором на поставку тепловой энергии, обязательства по которому возникали у ООО «Эксплуатационная служба-Микрорайон 101» за каждый отчетный период (месяц) получения соответствующего ресурса (тепловой энергии). В связи с чем, данные обязательства на могут быть отнесены в полном объеме к периоду 2015 года только исходя из момента заключения договора № Д-975РУ-2от 01.10.2015, что также следует и из подхода к квалификации обязательств по подобным договорам, закрепленного пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 N 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве».

Вместе с тем, указанный ошибочный вывод суд первой инстанции, не привел к принятию неправильного судебного акта с учетом следующего.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 этого Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

В действовавшем ранее пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время статье 61.12 Закона о банкротстве, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.10.2019 N 305-ЭС19-9992, заявитель, требующий привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, должен сослаться на период возникновения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве должника и представить доказательства, подтверждающие соответствующие обстоятельства. Суд рассматривает требования исходя из сформулированных оснований и предмета заявления.

Как верно указал суд первой инстанции, снижение стоимости чистых активов с 2016 по 2017 г.г., на которое ссылается заявитель, не является безусловным основанием для инициирования банкротства. 

Так согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 №14-П, формально-нормативные показатели, с которыми законодатель связывает необходимость ликвидации хозяйственного общества, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц, что в данном случае не имело места.

Согласно выпискам по расчетным счетам ООО «Эксплуатационная служба-микрорайон 101» из ПАО «Промсвязьбанк», АО «АКБ «КОР», ПАО «Банк Открытие» за 2017 год, предоставленным конкурсным управляющим, должником активно велась финансово-хозяйственная деятельность, поступали средства от потребителей услуг, производилась оплата контрагентам, в том числе ОАО «РЖД»,  картотека неисполненных платежных поручений отсутствовала. 

Представленные данные не свидетельствуют о недостаточности денежных средств. Дело о банкротстве ООО «Эксплуатационная служба-микрорайон 101» было возбуждено 27.12.2018. При этом исходя из данных бухгалтерского баланса за 2018 год – размер кредиторской задолженности составил 16 041 000 руб. (роста кредиторской задолженности не наблюдалось по сравнению с 2017 годом – 16 956 000), активы – 16 041 000 руб., из них дебиторская х задолженность – 11 389 000 руб. Обязанность по сдаче бухгалтерской отчетности за 2018 год установлена до 31.03.2019, и вследствие чего, только после этой даты у должника возникла по подаче заявления о признании ООО «Эксплуатационная служба-микрорайон 101» банкротом.

Как следует из материалов дела (в том числе, устава, выписки из ЕГРЮЛ), основным видом деятельности ООО «Эксплуатационная служба - микрорайон 101» являлось управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе.

Деятельность предприятий, предоставляющих жилищно-коммунальные услуги, к которым относится должник, зачастую носит убыточный характер, поскольку такое предприятие, как правило, имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед ресурсоснабжающими  организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью граждан.

Ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью потребителей (граждан, юридических лиц) является обычной для функционирования управляющих организаций, в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги потребители постоянно имеют просроченную задолженность перед управляющей компанией.

В связи с этим сам по себе признак недостаточности имущества у должника и наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за определенный период времени не могут свидетельствовать о наступлении обязанности у руководителя должника подать заявление о признании несостоятельным (банкротом).

Соответственно специфика функционирования подобного рода организаций такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, что само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества (Определение Верховного Суда РФ от 27.01.2017 г. N 306-ЭС16-20500).

Единственные источники финансирования деятельности должника - это платежи за коммунальные услуги от населения, юридических лиц. Население, в большинстве своем, несвоевременно, со значительными задержками и не в полном объеме производит оплату жилищно-коммунальных услуг. В свою очередь, меры по взысканию такой дебиторской задолженности являются трудоемкими и требуют временных и материальных затрат.

Также суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

В судебном заседании представители ОАО «РЖД» не оспаривали того обстоятельства, что с учетом вида деятельности ООО «Эксплуатационная служба - микрорайон 101» (управляющая компания), сама по себе подача бывшим руководителем заявления о банкротстве 01.02.2018 не позволила бы прекратить договорные отношения и поставку тепловой энергии по договору № Д-975РУ-2 от 01.10.2015, используемой конечными потребителями.

В апелляционной жалобе и выступлениях представителей ОАО «РЖД» также заявило об ответственности бывшего участника ООО «Эксплуатационная служба - микрорайон 101» ФИО6 за непринятие решения об обращении руководителя с заявлением о банкротстве должника с учетом возможности участника проанализировать финансовые показатели общества за 2017 год.

В отношении данных доводов, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В соответствие с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.10.2019 N 305- ЭС19-9992 суд рассматривает требования о привлечении конкретных контролирующих лиц к субсидиарной ответственности исходя из сформулированных оснований и предмета заявления.

Как следует из первоначального заявления, уточнения требований, в отношении ФИО6, как бывшего участника Должника, ОАО «РЖД» в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности указывало положения статьи 61.11 Закона о банкротстве, полагая что ее действия (бездействие) привели к наступлению объективного банкротства ООО «Эксплуатационная служба - микрорайон 101» и фактической невозможности полного погашения требований кредиторов.

Также следует отметить, что, как указано выше, обосновывая наличие у должника признаков неплатежеспособности, для возникновения у руководителя соответствующей обязанности по обращению с заявлением о банкротстве ООО «Эксплуатационная служба - микрорайон 101», ОАО «РЖД» ссылается на данные бухгалтерского баланса за 2017 год, который должен был быть сдан Должником до 31.03.2018, в то время как ФИО6 вышла из состава участников (учредителей) 06.03.2018.

Относительно наличия предусмотренных статьей 61.11 Закона о банкротстве оснований для привлечения ФИО6, АО «ДомКом Инвест» к субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Отказывая в удовлетворении требований в данной части, суд первой инстанции отметил, что ОАО «РЖД»  не указывает конкретных действий (бездействий)  участников   должника,  которые послужили причиной  объективного банкротства и  не представляет соответствующих доказательств. Само по себе  нахождение должника в процедуре банкротства не подтверждает  наличие оснований для привлечения участников к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции оснований для переоценки вывода суда первой инстанции не находит

Согласно выписки из ЕГРЮЛ по состоянию на 01.02.2018 единственным участником обществ была ФИО7. 

С 21.02.2018 участником общества стало также АО «ДомКом Инвест» с размером доли 25%, 75% оставались у ФИО6 

После 06.03.2018 ФИО6 выбыла из числа участников, доли были отчуждены ООО «Эксплуатационная служба-микрорайон 101». В указанный период участником являлось АО «ДомКом Инвест». 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в случае, если: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствие с разъяснением пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями).

Апелляционная жалоба ОАО «РЖД» мотивирована неверным распределением судом первой инстанции бремени доказывания по статье 61.11 Закона о банкротстве, возложением на кредитора обязанности представления доказательств вины участников в объективном банкротстве должника.

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, само по себе наступление объективного банкротства, которое может быть обусловлено и внешними факторами, в частности снижением платежной дисциплины потребителей управляющей компании в условиях кризисных экономических явлений, не означает автоматического наличия вины контролирующих лиц в невозможности погашения требований кредиторов и достаточности непосредственно заявления о такой вине со стороны кредитора или конкурсного управляющего без приведения доводов, представления прямых или косвенных доказательств совершения контролирующими лицами действий (их бездействия), которые и могли стать причиной объективного банкротства, в отношении которых эти лица и должны представить опровержение причинно-следственной связи с объективным банкротством должника.

Судом апелляционной инстанции представителям ОАО «РЖД» был задан вопрос о выявлении ими по результатам изучения выписок по счетам должника, анализа финансового состояния  ООО «Эксплуатационная служба - микрорайон 101», заключения по признакам преднамеренного банкротства, каких-либо сделок, действий участников Должника, существенно повлиявших на его финансовое состояние и вероятно повлекших объективное банкротство. 

Отвечая на вопрос суда, представители апеллянта пояснили, что соответствующих сделок и действий ими выявлено не было.

Прямые или косвенные доказательства того, что по указанию ФИО6, АО «ДомКом Инвест» совершены  какие-либо действия, какие-либо сделки, приведшие к банкротству (невозможности погашения требований кредиторов),  отсутствуют.

В заключение временного управляющего должника о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника от 24.05.2019 указано, что за исследуемый период должником не заключались договоры, которые подлежали бы анализу, подозрительных сделок выявлено не было. Сделки, заключенные или исполненные должником на условиях, не соответствующим рыночным условиям, послужившие причиной  возникновения или увеличения  неплатёжеспособности и причинившие реальный ущерб должнику не выявлено.

По результатам проверки наличия (отсутствия) оснований для оспаривания сделок должника, арбитражным управляющим установлено, что сделки  исполнялись должником в рамках обычной  хозяйственной деятельности и не обладают признаками недействительности.

Кроме того, как указано выше, ФИО6 вышла из состава участников ООО «Эксплуатационная служба - микрорайон 101» при положительном сальдо баланса за 2017 год, а в отношении АО «ДомКом Инвест», согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, 02.09.2020 внесена запись о прекращении деятельности в связи с ликвидацией.

При указанных обстоятельствах апелляционная коллегия соглашается с выводами суда об отсутствии оснований для привлечения ФИО5, ФИО6 и АО «ДомКом Инвест» к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным  статьями 61.12 и  61.11 Закона о банкротстве соответственно.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, отмены или изменения обжалуемого определения.  

руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 16 сентября 2020 года по делу № А12-47282/2018  оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

 

Председательствующий судья                                                             И.А. Макаров 

 

 

Судьи                                                                                                                      Л.А. Макарихина

 

 

А.Ю. Самохвалова