АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А43-580/2017

17 июля 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 04.07.2024.

Постановление в полном объеме изготовлено 17.07.2024.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Елисеевой Е.В.,

судей Ионычевой С.В., Ногтевой В.А.

 

при участии представителей

от государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»:

ФИО1 по доверенности от 27.12.2023

и ФИО2 по доверенности от 20.01.2022 № 10,

от ФИО3: 

ФИО4 по доверенности от 21.11.2023

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего акционерного общества 

«Фора – Оппортюнити Русский Банк» – 

государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

 

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2024

по делу № А43-580/2017 Арбитражного суда Нижегородской области

 

по заявлению ФИО3

о признании незаконными действий конкурсного управляющего 

акционерного общества «Фора – Оппортюнити Русский Банк» 

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) – 

государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

и о компенсации материального ущерба и морального вреда

 

и   у с т а н о в и л :

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Фора – Оппортюнити Русский Банк» (далее – АО «ФОРУС Банк», Банк; должник) ФИО3 обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о признании незаконными действий конкурсного управляющего должника – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство, конкурсный управляющий), выразившихся в продаже ликвидного залогового актива Банка в виде кредитного портфеля физических лиц (прав требования дебиторской задолженности) в интересах покупателя – общества с ограниченной ответственностью «Квестор» (далее – ООО «Квестор», Общество), сокрытия от кредиторов информации о результатах сделки по реализации имущества по необоснованно заниженной цене, умышленном затягивании процедуры банкротства, а также о понуждении конкурсного управляющего возвратить ФИО3 излишне уплаченные в качестве досрочного погашения кредита денежные средства в сумме 928 703 рублей 31 копейки и о компенсации морального вреда.

Определением от 28.06.2022, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2022, Арбитражный суд Нижегородской области отказал в удовлетворении заявленных требований.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа постановлением от 21.02.2023 отменил определение от 28.06.2022 и постановление от 21.09.2022 в части отказа в удовлетворении жалобы на действия (бездействие) конкурсного управляющего по распоряжению денежными средствами, внесенными ФИО3 в Банк в счет досрочного погашения кредита, и заявления о компенсации материального ущерба и морального вреда; направил обособленный спор в отмененной части на новое рассмотрение в Арбитражный суд Нижегородской области, указав на необходимость рассмотрения требований ФИО3 о понуждении Агентства возвратить ему излишне уплаченные в качестве досрочного погашения кредита денежные средства и о взыскании компенсации морального вреда; в остальной части оставил судебные акты без изменения.

По итогам повторного рассмотрения спора суд первой инстанции определением от 13.11.2023 отказал в удовлетворении жалобы ФИО3 на действия (бездействие) конкурсного управляющего, а также требования о компенсации материального ущерба и морального вреда.

Первый арбитражный апелляционный суд постановлением от 01.04.2024 принял отказ заявителя от требования в части взыскания с Агентства страховой выплаты в размере 2254 рублей 79 копеек и прекратил производство по спору в указанной части; отменил определение от 13.11.2023 в части отказа в удовлетворении жалобы на действия (бездействие) конкурсного управляющего по распоряжению денежными средствами, внесенными ФИО3 в Банк в счет досрочного погашения кредита, и обязал Агентство возвратить ФИО3 926 450 рублей 52 копейки в качестве компенсации материального ущерба; в остальной части оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Не согласившись с судебным актом апелляционной инстанции в части признания его действий по распоряжению внесенными ФИО3 в счет досрочного погашения кредита денежными средствами незаконными, Агентство обратилось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление от 01.04.2024 и оставить в силе определение суда первой инстанции от 13.11.2023.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на выход суда апелляционной инстанции за пределы подлежащих рассмотрению требований, неверное определение им предмета рассматриваемого спора, поскольку действия конкурсного управляющего в части взыскания задолженности с ФИО3 и уступки права требования к нему Обществу не являлись предметом спора после отмены судом кассационной инстанции ранее принятых судебных актов; действия по распоряжению денежными средствами, внесенными ФИО3 в счет досрочного погашения кредита, не связаны с уступкой прав требования к нему в пользу ООО «Квестор», такая уступка не влияет также на размер материального ущерба. Продажа права требования осуществлена на основании решения комитета кредиторов, которое, как и торги по продаже права требования, а также заключенный по итогам их проведения договор цессии, не были оспорены и признаны недействительными в установленном законом порядке. В данном случае возврату подлежали излишне уплаченные ФИО3 денежные средства, находящиеся в конкурсной массе, а не у Агентства.

По мнению заявителя кассационной жалобы, действия конкурсного управляющего соответствуют требованиям действующего законодательства. С момента отзыва лицензии банку запрещается осуществление банковских операций; списание денежных средств, находящихся на счете заемщика, в счет исполнения кредитных обязательств является незаконным, ведет к зачету встречных требований и уменьшению конкурсной массы, что нарушает имущественные права кредиторов. На момент принятия Конституционным Судом Российской Федерации постановления от 24.03.2022 № 12-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 4 части девятой статьи 20 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», статьи 189.91 и пункта 31 статьи 189.96 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданки ФИО5» (далее – Постановление № 12-П) о запрете кредитным организациям «замораживать» досрочные платежи клиентов по кредитным обязательствам на текущих счетах, открытых для данных операций, даже после отзыва у них лицензии, право требования к ФИО3 уже было уступлено Обществу, следовательно, Агентство не имело возможности совершить действия, направленные на погашение задолженности по кредитному договору.

Агентство настаивает на пропуске ФИО3 срока исковой давности на обращение в суд с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего. Поскольку постановление суда кассационной инстанции от 21.02.2023 не содержит выводов о незаконности уступки права требования, а равно указания на необходимость пересмотра судебных актов в данной части, договор цессии не имеет какого-либо отношения к исчислению начала течения срока исковой давности. Лицензия на проведение банковских операций отозвана у АО «ФОРУС Банк» с 19.12.2016, то есть о несписании Банком денежных средств в счет погашения ФИО3 задолженности по кредитному договору последний узнал 20.12.2016, что подтверждается его претензией от 01.07.2017, направленной в адрес Банка и Агентства.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе и поддержаны его представителями в судебном заседании.

ФИО3 в письменном отзыве на кассационную жалобу и его представитель в ходе судебного заседания отклонили доводы заявителя, указав на законность и обоснованность принятого апелляционной инстанцией судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебные заседания, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2024 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в обжалованной части в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе и в отзыве на нее, и заслушав представителей Агентства и ФИО3, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованного судебного акта.

Как следует из материалов дела, АО «ФОРУС Банк» и ФИО3 (заемщик) заключили кредитный договор от 30.06.2015 № 0108-15-0000440-9, в соответствии с которым Банк предоставил заемщику залоговый кредит для покупки грузового транспортного средства на сумму 2 349 000 рублей сроком до 30.06.2020 с взиманием процентов за пользование кредитными средствами из расчета 30 процентов годовых. 

Впоследствии, 16.12.2016, ФИО3 изъявил желание досрочно погасить кредит в полном объеме и обратился в Банк, который, в свою очередь, выразил согласие с представленным расчетом, включающим сумму остатка основного долга и процентов на определенную дату; 16.12.2016 ФИО3 по платежному поручению перечислил в пользу Банка денежные средства в сумме 2 022 450 рублей 52 копеек, однако полученные денежные средства не были зачтены Банком в счет погашения ФИО3 кредита.

Приказами Банка России от 19.12.2016 у АО «ФОРУС Банк» отозвана лицензия на совершение банковских операций и назначена временная администрация по управлению кредитной организацией, после чего с января по март 2017 года, ФИО3 осуществлены платежи в счет погашения кредитных обязательств на общую сумму 304 000 рублей. 10.03.2017 и 29.09.2021 ФИО3 получил страховое возмещение в сумме 1 400 000 рублей.

Арбитражный суд Нижегородской области решением от 16.03.2017 признал Банк несостоятельным (банкротом), открыл в отношении его имущества конкурсное производство и утвердил конкурсным управляющим Агентство.

Посчитав отказ временной администрации, а затем Агентства, зачесть внесенные заемщиком денежные средства в счет досрочного погашения кредита, а также последующую реализацию Агентством в процедуре банкротства прав требования дебиторской задолженности по кредитному договору незаконными, нарушающими его права и законные интересы, ФИО3 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Согласно пункту 2 статьи 189.78 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) конкурсный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно с учетом прав и законных интересов кредиторов, кредитной организации, общества и государства.

Кредиторам должника и иным лицам, участвующим в деле о банкротстве и арбитражном процессе по делу о банкротстве, предоставлено право обратиться в арбитражный суд с жалобой о нарушении арбитражным управляющим их прав и законных интересов (пункты 1 и 3 статьи 60 Закона о банкротстве).

По смыслу названных норм основанием для удовлетворения такой жалобы является установление арбитражным судом фактов неправомерных действий (бездействия) арбитражного управляющего и нарушения этими действиями (бездействием) прав и законных интересов заявителя, должника и его кредиторов.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего кредитной организации определен в статье 189.78 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий (бездействия) управляющего незаконными. Предусмотренный в названной норме Закона о банкротстве перечень не является исчерпывающим.

Конкурсный управляющий, в числе прочего, обязан принять в ведение имущество кредитной организации, провести инвентаризацию такого имущества; принять меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества кредитной организации, находящегося у третьих лиц; установить требования кредиторов в порядке, предусмотренном статьями 189.85 и 189.86 Закона о банкротстве; исполнять иные установленные законом обязанности (пункт 3 статьи 189.78 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, установленных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

По правилам пункта 5 части 9 статьи 20 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» с момента отзыва у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций прекращаются прием и осуществление по корреспондентским счетам кредитной организации платежей на счета клиентов кредитной организации (физических и юридических лиц).

Установленные в статье 20 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» запреты на совершение сделок с имуществом кредитной организации, на исполнение обязанностей по уплате обязательных платежей и на прекращение обязательств перед кредитной организацией путем зачета встречных однородных требований действуют с момента отзыва у нее лицензии на осуществление банковских операций и направлены, главным образом, на создание условий, при которых в дальнейшем возможно основанное на нормах закона удовлетворение интересов ее кредиторов и вкладчиков. При этом наличие таких запретов не препятствует реализации кредитной организацией права взыскивать и получать задолженность, в том числе по ранее выданным кредитам (пункт 1 части 13 названной статьи).

Вопреки позиции заявителя кассационной жалобы, при разрешении рассматриваемого спора применимы правовые подходы, содержащиеся в Постановлении № 12-П, в котором Конституционный Суд Российской Федерации обратил внимание правоприменителей на то, что сохранение обязанности по возврату кредита в той части, в которой она исполнена, и последующее «замораживание» уплаченных денежных средств в конкурсной массе противоречит как общим принципам гражданского законодательства, так и конституционному принципу равенства сторон.

При заключении договора банковского вклада одна сторона (вкладчик) доверяет свои средства другой стороне (банку), становясь кредитором в обязательстве, а другая сторона (банк) обязуется в установленный срок возвратить эти денежные средства с учетом начисленных за их использование процентов (пункт 1 статьи 834 Гражданского кодекса Российской Федерации). Экономический интерес вкладчика состоит не в получении возможности пользоваться денежными средствами банка, а в размещении в кредитной организации и в приращении своих средств. 

Условия договора потребительского кредита определяются статьей 5 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», при этом общие условия договора устанавливаются кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения (часть 3), включая способы возврата кредита заемщиком, а также уплаты процентов по нему (пункт 12 части 4). Процесс погашения кредита с использованием текущего счета, открытого банком для этой цели, представляется заемщику технической, внутренней операцией, которая осуществляется банком. С точки зрения заемщика, он перечисляет денежные средства банку в качестве должника, а все последующие действия по списанию долга совершаются самим банком. То обстоятельство, что до наступления согласованной даты погашения заемщик формально может считаться кредитором банка в отношении перечисленной суммы и отменить (изменить) заявку на погашение кредита, в данном случае не должно иметь решающего значения, поскольку сам по себе соответствующий текущий счет открывается в связи с банковским кредитом и с целью его погашения, то есть самостоятельный интерес заемщика в ведении такого счета можно предположить отсутствующим. Следовательно, заемщик, который вносит денежные средства с целью погашения кредита на специально открытый в этом же банке счет, продолжает оставаться должником. Характер отношений между должником и банком-кредитором сохраняется, а потому банк не ограничен в праве принять от должника надлежащее исполнение, несмотря на введение моратория на удовлетворение требований кредиторов, – в отличие от кредиторов банка, для которых запрет зачета однородных требований имеет смысл, поскольку преследует разумную цель не допустить преимущественного удовлетворения требований одного кредитора перед другим.

То, что обязательства должника исполняются посредством внесения денежных средств на счет, открытый на его имя банком-кредитором, не меняет характера их отношений и положения сторон в обязательстве как должника и кредитора и не может служить основанием для уклонения банка от принятия надлежащего исполнения от должника по мотиву введения моратория на удовлетворение требований кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2018 № 11-КГ18-5).

Руководствуясь такой позицией, Конституционный и Верховный Суд исходят из того, что в данном случае погашение долга заемщика перед банком нельзя признать зачетом, поскольку до внесения денег в счет погашения кредита банк денежных обязательств перед заемщиком не имел; денежные средства были внесены заемщиком и приняты банком именно для погашения долга по кредиту, а не в каких-либо иных целях.

Кредитор банка, не получивший обратно свои денежные средства по завершении конкурсного производства, воспринимается как лицо, претерпевшее неблагоприятные последствия от не зависящих от него обстоятельств. Должник, который в рассматриваемом случае возвращает взятые денежные средства, оказывается в худшем положении, поскольку он, хотя и внес сумму кредита (ее часть), поступившую в конкурсную массу, по-прежнему считается не исполнившим своего обязательства, что влечет для него неблагоприятные имущественные последствия и ухудшает его кредитную историю. При этом сама по себе ситуация отзыва у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций (введения моратория на удовлетворение требований ее кредиторов) создает вероятность того, что владелец счета не получит переданные банку собственные денежные средства в полном объеме, но при этом, оставаясь должником по договору потребительского кредита, вынуждается к повторной уплате уже перечисленных средств.

Как следует из материалов дела, и установили суды двух инстанций, модель погашения долга на счет, специально для этого открытый, имела место и в правоотношениях Банка и ФИО3 До отзыва у Банка лицензии, 16.12.2016 ФИО3 внес на такой счет в Банке 2 022 450 рублей 52 копейки, а также письменно заявил о намерении досрочного погашения кредита.

В данной ситуации Банк, временная администрация, а затем Агентство должны были зачесть реально внесенные ФИО3 денежные средства на счет, специально открытый Банком для операций по исполнению кредитного договора, в счет досрочного погашения кредита. При этом данная операция не являлась бы зачетом, который в дальнейшем мог быть оспорен по специальным основанием и признан недействительной сделкой по признаку предпочтительного удовлетворения требований, поскольку ФИО3 не являлся кредитором Банка и, следовательно, не имел к нему встречных требований.

Однако даже если исходить из того, что денежные средства вошли в имущественную массу Банка, необходимо отметить следующее. Исходя из особенностей функционирования кредитных организаций недействительными подлежат признанию не любые платежи, осуществленные с предпочтением, а только те из них, которые совершены за пределами обычной хозяйственной деятельности банка. По смыслу пункта 5 статьи 189.40 Закона о банкротстве презумпции выхода за подобные пределы подразумевают наличие недобросовестности ответчика (его осведомленности о финансовых затруднениях должника; исполнение платежа, несмотря на сформированную в банке картотеку и т.д.) (определение Верховного суда Российской Федерации от 10.04.2022 № 305-ЭС20-5289(8) по делу № А40-15546/2019).

Между тем в рассматриваемом случае каких-либо признаков недобросовестности в действиях ФИО3 не установлено. В то же время ФИО3, если бы обладал информацией о затруднительном положении кредитной организации, не внес бы на счет Банка собственные денежные средства, что в том числе подтверждает его добросовестность.

При таких обстоятельствах действия Агентства по распоряжению денежными средствами, внесенными ФИО3 в Банк в счет досрочного погашения кредита (продажа ликвидного залогового актива Банка в виде кредитного портфеля физических лиц в интересах ООО «Квестор»), не могут быть признаны соответствующими закону.

Таким образом, действия (бездействие) конкурсного управляющего, не принявшего мер по зачету внесенных заемщиком денежных средств в счет досрочного погашения кредита и неправомерно распорядившегося этими средствами, обоснованно признаны судом апелляционной инстанции незаконными, нарушающими права и законные интересы ФИО3

Как установил суд апелляционной инстанции, заявление ФИО3 содержало требование о понуждении Агентства возвратить ему материальный ущерб в размере 928 703 рублей 31 копейки, в том числе 2254 рубля 79 копеек страховой выплаты, в части которой заявлен отказ от требований, принятый арбитражным судом; в счет досрочного погашения кредита ФИО3 перечислил Банку 2 022 450 рублей 52 копейки; после отзыва у Банка лицензии, с января по март 2017 года, ФИО3 в качестве погашения кредитных обязательств также перечислил денежные средства в сумме 304 000 рублей; 10.02.2017 и 29.09.2021 ФИО3 выплачено страховое возмещение в сумме 1 400 000 рублей.

При таких условиях суд апелляционной инстанции верно определил сумму излишне уплаченных Банку в качестве погашения кредита денежных средств равной, за вычетом страховой премии, 926 450 рублям 52 копейкам, составляющим материальный ущерб заявителя. При этом апелляционный суд учел указание суда округа при принятии постановления от 21.02.2023 на необходимость рассмотрения требований о понуждении Агентства возвратить ФИО3 излишне уплаченные им в счет досрочного погашения кредита денежные средства в качестве компенсации материального ущерба.

Материальный (реальный) ущерб представляет собой убытки в виде расходов, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», следует, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Довод заявителя кассационной жалобы о выходе суда апелляционной инстанции за пределы подлежащих рассмотрению требований подлежит отклонению, поскольку апелляционный суд не сделал каких-либо выводов относительно действий Агентства по уступке права требования к ФИО3, а учел ссылку суда кассационной инстанции в постановлении от 21.02.2023 на необоснованность отказа судов при предыдущем рассмотрении спора в удовлетворении жалобы на действия Агентства по распоряжению денежными средствами, внесенными ФИО3 в Банк в счет досрочного погашения кредита (продаже ликвидного залогового актива Банка в виде кредитного портфеля физических лиц в интересах Общества).

Не может быть признан обоснованным и довод заявителя жалобы о необходимости исчисления начала течения срока исковой давности с даты отзыва у Банка лицензии на осуществление банковских операций.

В абзаце втором пункта 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что жалоба на действия (бездействие) арбитражного управляющего может быть подана в арбитражный суд в течение общего срока исковой давности (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (потерпевшего). Следовательно, исковая давность не может течь до появления у потерпевшего права на иск, а право на иск не возникает ранее момента, в который истец должен был узнать о нарушении ответчиком защищаемого этим иском права.

Появление у потерпевшего права на иск закон связывает с реальной или потенциальной осведомленностью этого лица о нарушении своего права и о надлежащем ответчике по иску о защите этого права. С этого момента в силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации по общему правилу начинает течь срок исковой давности.

Сделав вывод об обращении ФИО3 в арбитражный суд в пределах трехлетнего срока исковой давности, суд апелляционной инстанции обоснованно исходил из того, что предметом жалобы заявителя являлись действия конкурсного управляющего по распоряжению денежными средствами, внесенными в Банк в счет погашения кредита, заключающиеся в продаже права требования к ФИО3 При этом суд апелляционной инстанции принял во внимание непредставление доказательств принятия Банком, временной администрацией либо Агентством в период с 16.12.2016 (даты внесения ФИО3 денежных средств) по 21.09.2020 (дату реализации права требования) мер по принудительному взысканию с ФИО3 задолженности по кредитному договору, обязательства по которому были уже погашены. Вместе с тем уведомление о состоявшейся уступке права требования задолженности по кредиту ФИО3 получил в декабре 2020 года, в связи с чем суд апелляционной инстанции обоснованно заключил, что именно с этого момента заявителю стало известно о нарушении его прав действиями конкурсного управляющего, не принявшего во внимание состоявшееся в рассматриваемом случае «автоматическое» погашение задолженности по кредитному договору.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции правомерно посчитал срок исковой давности для обращения ФИО3 в суд с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего подлежащим исчислению не ранее даты заключения с ООО «Квестор» договора уступки права требования (цессии) от 21.09.2020.

Ссылка Агентства в обоснование приведенных доводов на судебную практику не может быть принята во внимание, поскольку названные заявителем судебные акты основаны на иных фактических обстоятельствах, установленных при рассмотрении каждого конкретного спора с учетом представленных доказательств.

Несогласие заявителя жалобы с выводами апелляционной инстанции, основанными на оценке доказательств, равно как и иной подход к интерпретации примененных апелляционным судом нормативных положений и установленных обстоятельств, не свидетельствует об ошибочном толковании и применении норм права непосредственно к установленным фактическим обстоятельствам, не подтверждает существенных нарушений норм материального и процессуального права, повлиявших на исход спора.

Обжалованный судебный акт принят при правильном применении норм права, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по спору фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам. Оснований для отмены судебного акта апелляционной инстанции по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Вопрос о распределении государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы судом округа не рассматривался, поскольку на основании статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при подаче кассационных жалоб на судебные акты по данной категории споров не предусмотрена.

В связи с окончанием кассационного производства принятое определением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 14.05.2024 приостановление исполнения обжалованного судебного акта подлежит отмене в порядке, установленном в части 4 статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 283 (часть 4), 286, 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа 

 

П О С Т А Н О В И Л :

постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2024 по делу № А43-580/2017 Арбитражного суда Нижегородской области оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «Фора – Оппортюнити Русский Банк» – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2024 по делу № А43-580/2017, принятое определением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 14.05.2024.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

           Председательствующий

 

Е.В. Елисеева

 

 

Судьи

 

С.В. Ионычева

В.А. Ногтева