ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А05-12048/2024

г. Вологда

26 марта 2025 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 марта 2025 года.

В полном объёме постановление изготовлено 26 марта 2025 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Докшиной А.Ю., судей Алимовой Е.А. и Болдыревой Е.Н., при ведении протокола секретарем судебного заседания Варфоломеевой А.Н.,

при участии арбитражного управляющего ФИО1, личность установлена на основании паспорта, 

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции апелляционную жалобу Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Архангельской области и Ненецкому автономному округу на решение Арбитражного суда Архангельской области от 25 ноября 2024 года по делу № А05-12048/2024,

у с т а н о в и л:

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 163000, 

<

...>; далее – Росреестр, управление) обратилось в Арбитражный суд Архангельской области с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 (адрес: 344092, Ростовская область, город Ростов-на-Дону) к административной ответственности, предусмотренной частями 3, 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).

Решением Арбитражного суда Архангельской области от 25 ноября 2024 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Управление с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, привлечь арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности, предусмотренной частями 3, 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ. В обоснование жалобы ссылается на нарушение судом норм материального и процессуального права, на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, на недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными, на несоответствие выводов, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела.

Арбитражный управляющий в отзыве и в судебном заседании с доводами жалобы не согласился, просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Управление надлежащим образом извещено о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителя в суд не направило, в связи с этим дело рассмотрено в его отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Заслушав объяснения арбитражного управляющего, исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность решения суда, изучив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения.

Как следует из материалов дела, уполномоченным сотрудником Росреестра в связи с поступлением жалобы общества с ограниченной ответственностью «Север-Авто» (далее – ООО «Север-Авто») и при непосредственном обнаружении в действиях арбитражного управляющего ФИО1 выявлен факт административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Управлением в отношении арбитражного управляющего составлен протокол от 28.02.2022 № 0085322 об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена частью 3, частью 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, в котором зафиксированы следующие обстоятельства.

Определением Арбитражного суда Архангельской области от 28 мая 2020 года по делу № А05-1780/2020 (резолютивная часть объявлена 21.05.2020) признано обоснованным заявление общества с ограниченной ответственностью «Архангельское специализированное энергетическое предприятие» (далее – ООО «АСЭП» должник) о признании его несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура банкротства наблюдение. Временным управляющим должника утвержден ФИО1 

Решением Арбитражного суда Архангельской области от 30 сентября 2021 года (резолютивная часть объявлена 23.09.2021) по делу № А05-1780/2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО1 

Управление пришло к выводу о том, что арбитражным управляющим допущены нарушения законодательства о банкротстве, а именно пункта 2 статьи 24.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 127-ФЗ, Закон о банкротстве), выразившееся, по мнению заявителя, в том, что арбитражным управляющим заключены договоры о дополнительном страховании ответственности арбитражного управляющего на случай причинения убытков от 23.03.2022 № 60/22/177/009984, от 10.03.2023 № 60/23/177/017283, от 11.03.2024 № 60/24/177/022336 с указанием в них страховой суммы меньше, чем установлено Законом № 127-ФЗ.

Также управлением установлено, что арбитражный управляющий ФИО1 ранее привлекался к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, и являлся подвергнутым административному наказанию в период с 07.11.2023 по 10.07.2024 решением Арбитражного суда Архангельской области от 11 июля 2023 года по делу № А05-5308/2023 в виде предупреждения, оставленным без изменения постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07 ноября 2023 года и постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 09 апреля 2024 года.

В связи с этим совершенное арбитражным управляющим правонарушение, связанное с определением страховой суммы в меньшем размере, чем установлено Законом о банкротстве, при заключении договора страхования от 11.03.2024 № 60/24/177/022336, управление квалифицировало по части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, а при заключении договоров страхования от 23.03.2022 № 60/22/177/009984 и от 10.03.2023 № 60/23/177/017283 – по части 3 этой статьи Кодекса.

Считая факт совершения административного правонарушения установленным, руководствуясь частью 3 статьи 23.1 КоАП РФ, управление обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности по части 3 и части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии в деянии ответчика состава правонарушения, в связи с этим отказал в удовлетворении заявления управления.

Апелляционная инстанция не находит правовых оснований для отмены решения суда в силу следующего.

Частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ установлено, что неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей.

Объектом правонарушения в данном случае являются общественные отношения, возникающие в ходе проведения процедур банкротства и регулируемые законодательством о несостоятельности (банкротстве).

Объективная сторона выражается в действиях (бездействии) арбитражных управляющих, реестродержателей, организаторов торгов, операторов электронной площадки либо руководителей временной администрации кредитной или иной финансовой организации, направленных на нарушение установленного порядка проведения процедур банкротства.

В силу части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 настоящей статьи, если такое действие не содержит уголовно наказуемого деяния, влечет дисквалификацию должностных лиц на срок от шести месяцев до трех лет.

Обязанности конкурсного управляющего закреплены в пункте 2 статьи 129 Закона № 127-ФЗ.

Согласно статье 2 Закона № 127-ФЗ арбитражный управляющий – гражданин Российской Федерации, являющийся членом саморегулируемой организации арбитражных управляющих; конкурсный управляющий – арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом для проведения конкурсного производства и осуществления иных установленных настоящим Федеральным законом полномочий.

Общие права и обязанности арбитражного управляющего закреплены статьей 20.3 Закона о банкротстве.

В силу абзаца двенадцатого пункта 2 статьи 20.3 Закона № 127-ФЗ арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан осуществлять установленные настоящим Федеральным законом функции.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона № 127-ФЗ при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В отношении арбитражного управляющего принцип разумности означает соответствие его действий определенным стандартам, установленным, помимо законодательства о банкротстве, правилами профессиональной деятельности арбитражного управляющего, утверждаемыми постановлениями Правительства Российской Федерации, либо стандартам, выработанным правоприменительной практикой в процессе реализации законодательства о банкротстве.

Добросовестность действий арбитражного управляющего выражается в действиях, не причиняющих вреда кредиторам, должнику и обществу.

Следовательно, основной целью деятельности арбитражного управляющего является обеспечение соблюдения законодательства при проведении процедур несостоятельности (банкротства).

По смыслу пункта 1 статьи 129 Закона № 127-ФЗ именно конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником отношений в сфере банкротства, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства. В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы.

Для достижения целей конкурсного производства на конкурсного управляющего положениями абзаца 2 пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве возложена обязанность принять в ведение имущество должника и провести инвентаризацию такого имущества.

Целью инвентаризации имущества является не только определение фактического наличия имущества юридического лица, но и обеспечение достоверности данных бухгалтерского учета и отчетности путем сопоставления сведений о фактическом наличии имущества со сведениями регистров бухгалтерского учета, для установления расхождений в виде недостачи или излишков (пункты 26 - 28 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29.07.1998 N 34н).

Порядок и цели проведения инвентаризации установлены Методическими указаниями по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13.06.1995 № 49.

Основными целями инвентаризации являются: выявление фактического наличия имущества; сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета; проверка полноты отражения в учете обязательств. Под имуществом организации понимаются основные средства, нематериальные активы, финансовые вложения, производственные запасы, готовая продукция, товары, прочие запасы, денежные средства и прочие финансовые активы, а под финансовыми обязательствами - кредиторская задолженность, кредиты банков, займы и резервы (пункты 1.2, 4 названных Методических указаний).

Таким образом, в соответствии с законом о банкротстве обязанность установить фактически выявленное имущество, определить расхождение с документами бухгалтерского учета возложена именно на конкурсного управляющего при проведении мероприятий конкурсного производства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 24.1 Закона о банкротстве договор обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего за причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве должен быть заключен со страховой организацией, аккредитованной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих, на срок не менее чем год с условием его возобновления на тот же срок.

По правилам пункта 2 статьи 24.1 Закона № 127-ФЗ минимальный размер страховой суммы по договору обязательного страхования ответственности арбитражного управляющего составляет десять миллионов рублей в год.

В течение десяти дней с даты утверждения арбитражным судом в процедурах, применяемых в деле о банкротстве (за исключением дела о банкротстве отсутствующего должника, а также должника, балансовая стоимость активов которого не превышает сто миллионов рублей), внешнего управляющего и конкурсного управляющего они дополнительно должны заключить договор обязательного страхования своей ответственности по возмещению убытков, причиненных лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве, со страховой организацией, аккредитованной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих. Размер страховой суммы по указанному договору определяется в зависимости от балансовой стоимости активов должника по состоянию на последнюю отчетную дату, предшествующую дате введения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве, и не может быть менее чем:

три процента размера суммы превышения балансовой стоимости активов должника над ста миллионами рублей при балансовой стоимости активов должника от ста миллионов рублей до трехсот миллионов рублей;

шесть миллионов рублей и два процента размера суммы превышения балансовой стоимости активов должника над тремястами миллионами рублей при балансовой стоимости активов должника от трехсот миллионов рублей до одного миллиарда рублей;

двадцать миллионов рублей и один процент размера суммы превышения балансовой стоимости активов должника над одним миллиардом рублей при балансовой стоимости активов должника свыше одного миллиарда рублей.

В соответствии с абзацем шестым пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве наличие у арбитражного управляющего договора страхования ответственности является требованием к такому арбитражному управляющему в целях его утверждения в деле о банкротстве.

Как отражено Росреестром в протоколе об административном правонарушении, согласно данным бухгалтерского баланса должника по состоянию на 31.12.2020, то есть на отчетную дату, предшествовавшую дате введения конкурсного производства (23.09.2021), балансовая стоимость активов должника составила 2 907 076 000 руб.

Следовательно, по мнению управления, размер страховой суммы по дополнительно заключенному арбитражным управляющим договору обязательного страхования своей ответственности должен составлять 39 070 760 руб., а в договорах от 10.03.2023 № 60/23/177/017283, от 11.03.2024 № 60/24/177/022336 указана сумма 27 548 010 руб., что на 11 522 750 руб. меньше, чем установлено Законом о банкротстве.

Повторно оценив в порядке статьи 71 АПК РФ доводы сторон и имеющиеся в деле доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии в деянии ответчика события вмененного ему в вину административного правонарушения ввиду следующего.

Договор дополнительного страхования ответственности направлен на предоставление кредиторам дополнительных гарантий удовлетворения их требований на случай, если конкурсной массе будут причинены убытки вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим обязанностей, возложенных на него в деле о банкротстве.

Обращение арбитражного управляющего с ходатайством об установлении (об утверждении) действительной стоимости активов должника по своей природе фактически представляет собой заявление об установлении имеющего юридическое значение факта, тогда как суждение о нем находится в данном случае в компетенции самого арбитражного управляющего и может быть передано на разрешение суда лишь при фактическом наличии спора, в частности при рассмотрении жалобы на действия арбитражного управляющего, в связи с несоблюдением требований статьи 24.1 Закона о банкротстве, либо, напротив, заявления арбитражного управляющего об установлении процентов по его вознаграждению, размер которых также поставлен в зависимость от балансовой стоимости активов должника.

Установление действительной стоимости активов для понимания наличия или отсутствия обязанности управляющего по совершению действий по дополнительному страхованию ответственности, не входит в круг разрешаемых вопросов в рамках дела о банкротстве непосредственно судом.

Внутренние разногласия управляющего не охватываются статьей 60 Закона о банкротстве, а разрешение заявленного вопроса, равно как и определение необходимости дополнительной страховки, входит в исключительную компетенцию единоличного исполнительного органа должника. 

Аналогичная позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19 июля 2024 года № 310-ЭС18-9840(7), которая, вопреки доводам подателя жалобы, правомерно учтена судом первой инстанции при принятии обжалуемого решения.

Разногласия к разрешению если и возможны, то применительно к интересу лица, чьи права и законные интересы могут быть нарушены несовершением действий управляющим по страхованию ответственности в порядке статьи 24.1 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15 августа 2023 года № 308-ЭС22-6813(4).

Следовательно, по сути, разрешение вопроса об определении (установлении) действительной балансовой стоимости чистых активов должника по состоянию на последнюю отчетную дату, предшествующую дате введения соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве, входит в исключительную компетенцию конкурсного управляющего как единоличного исполнительного органа должника.

В данном случае апеллянтом в материалы дела не представлено доказательство наличия в рамках дела о банкротстве должника каких-либо разногласий и споров по вопросам целесообразности заключения договоров дополнительного страхования ответственности и корректировки бухгалтерского баланса между конкурсным управляющим и иными лицами. 

Судом таких обстоятельств также не установлено.

Таким образом, Законом о банкротстве не предусмотрена необходимость установления в судебном порядке фактической балансовой стоимости активов должника для целей определения страховой премии, подлежащей уплате арбитражным управляющим страховщику, в том числе их действительной рыночной стоимости.

Следовательно, утверждение управления о неустановлении в деле о банкротстве должника действительной стоимости активов является несостоятельным, поскольку, как указано ранее в настоящем постановлении, арбитражный управляющий вправе самостоятельно устанавливать действительную балансовую стоимость активов.

Как верно указано судом в обжалуемом решении, соответствующий правовой институт (дополнительное страхование ответственности арбитражного управляющего) предназначен для обеспечения прав и законных интересов конкурсных кредиторов в деле о банкротстве, в том числе права на возмещение убытков, причиненных им вследствие ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей. 

Размер таких убытков, очевидно, не может превышать стоимости конкурсной массы. 

Соответственно, предел ответственности арбитражного управляющего должен определяться действительной (рыночной) стоимостью имущества должника.

Правоприменительной практикой также сформирован подход, в соответствии с которым при решении вопроса о заключении договора дополнительной ответственности управляющего необходимо учитывать действительную стоимость активов должника.

При этом использование в целях осуществления процедур банкротства балансовой стоимости имущества должника носит временный характер и не должно иметь места при доказанности арбитражным управляющим действительной стоимости такого имущества.

Таким образом, вопреки позиции апеллянта, данные бухгалтерского баланса должника могут быть использованы при заключении арбитражным управляющим договора страховании, но только при условии их достоверности действительной балансовой стоимости чистых активов должника.

В материалы рассматриваемого дела конкурсным управляющим представлены доказательства искусственного увеличения должником балансовой стоимости активов за период с 2019 года по 2020 год и, соответственно, недостоверности данных бухгалтерской отчетности за 2020 год, а именно вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов о признании недействительными сделок должника с его контрагентами, перечисленные в отзыве на заявление, поступившем в Арбитражный суд Архангельской области 16.10.2024 (том 1, листы 102-109), свидетельствующие о том, что дебиторская задолженность ряда контрагентов, по которым вынесены такие судебные акты, отраженная в балансе ООО «АСЭП», является фиктивной и не подлежала учету в бухгалтерском балансе за 2020 год.

Таким образом, ответчиком предъявлено разумное документальное обоснование произведенного им расчета стоимости активов для заключения договоров дополнительного страхования. 

В свою очередь, доказательств, опровергающих данные обстоятельства, а также недобросовестности в действиях арбитражного управляющего по расчету активов, управлением в материалы дела не предъявлено.

В связи с этим арбитражным управляющим правомерно застрахована ответственность по договорам дополнительного страхования от 23.03.2022, 10.03.2023, 11.03.2024 исходя из данных бухгалтерской отчетности должника за 2019 год.

Более того, в материалы настоящего дела в подтверждение добросовестности своего отношения к возложенным на него обязанностям арбитражным управляющим ФИО1 представлен договор дополнительного страхования ответственности арбитражного управляющего от 19.09.2024 № АУ 12768/2024/25 с соответствующим полисом страхования ответственности арбитражного управляющего на страховую сумму 39 070 760 руб. со сроком его действия по 06.03.2025 включительно, то есть в соответствии с данными бухгалтерского баланса должника за 2020 год.   

Претензии к достоверности составленного ответчиком расчета дебиторской задолженности со ссылкой на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 31 августа 2021 года по делу № А25-2825/2017, предъявленные Росреестром только в апелляционной жалобе, не могут быть признаны обоснованными и не принимаются апелляционным судом во внимание, поскольку в суде первой инстанции таких претензий к этому расчету управлением не предъявлялось.

При описании в протоколе об административном правонарушении события правонарушения, вмененного ответчику в вину, данные обстоятельства управлением фактически не устанавливались и не исследовались, анализ действительной балансовой стоимости активов должника, подлежащей в силу пункта 2 статьи 24.1 Закона № 127-ФЗ применению при заключении договоров дополнительного страхования ответственности арбитражного управляющего, Росреестром, по сути, не проводился.

Таким образом, в деянии арбитражного управляющего не доказано событие правонарушения.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ отсутствие события правонарушения является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

Учитывая вышеизложенное, в данном конкретном случае ввиду недоказанности в деянии ответчика события правонарушения, не имеется правовых оснований для привлечении арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности по частям 3, 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, поэтому не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

С учетом изложенного апелляционная инстанция приходит к выводу о том, что спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства, основания для отмены решения суда, а также для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда Архангельской области от 25 ноября 2024 года по делу № А05-12048/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Архангельской области и Ненецкому автономному округу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий А.Ю. Докшина

Судьи Е.А. Алимова

 Е.Н. Болдырева