ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-9865/2023

Дело № А41-17358/21

18 сентября 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 сентября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  18 сентября 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи   Терешина А.В.,

судей: Епифанцевой С.Ю., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании: 

от Межрайонной ИФНС России № 12 по Московской области - ФИО2, представитель по доверенности от 19.01.2023 (веб-конференция),

от ФИО3 - ФИО4, представитель по доверенности от 28.02.2022,

от ФИО5 - ФИО6, представитель по доверенности от 21.02.2020,

от ООО «Фабиа» - ФИО7, представитель по доверенности от 08.11.2022,

от ООО «Пакер Сервис» - ФИО8, представитель по доверенности от 01.01.2023,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 31.03.2023 по делу  № А41-17358/21, 

 

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Московской области 11.03.2021 поступило заявление ФИО3 о признании ООО «Завод гибких труб «Уралтрубмаш» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Московской области от 15.03.2021 возбуждено производство по делу. 

25.06.2021 в Арбитражный суд Московской области поступило заявление Межрайонной ИФНС России № 12 по Московской области о признании ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда Московской области от 06.08.2021 заявление Межрайонной ИФНС России № 12 по Московской области о признании ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» несостоятельным (банкротом) принято к производству, как заявление о вступлении в дело о банкротстве № А41-17358/21.

Определением Арбитражного суда Московской области от 31.08.2021 заявление ФИО3 о признании ООО «Завод гибких труб «Уралтрубмаш» (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом) оставлено без рассмотрения. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 31.08.2021 назначено судебное заседание арбитражного суда по рассмотрению обоснованности заявления Межрайонной ИФНС России № 12 по Московской области о признании ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Московской области от 23.09.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО3. 

Решением Арбитражного суда Московской области от 27.10.2021 ООО «Завод гибких труб «Уралтрубмаш» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введено конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника; конкурсным управляющим утвержден ФИО9. 

Конкурсный управляющий должника 09.02.2022 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительными (ничтожными) взаимосвязанных сделок должника по выводу его активов, совершенных в пользу ФИО3 (перечислений ООО «Завод гибких труб «Уралтрубмаш» денежных средств, договоров и дополнительных соглашений к ним, заключенных между должником и ФИО3, а также юридически значимых действий должника, совершенных в интересах ответчика).

Определением Арбитражного суда Московской области от 14.02.2022 арбитражный управляющий ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего; конкурсным управляющим должника утвержден ФИО10. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.02.2022 заявление конкурсного управляющего об оспаривании сделок должника с ФИО3 принято к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Московской области от 31.03.2023 в удовлетворении ходатайства ФИО3 об отложении судебного разбирательства отказал. 

Заявленные требования удовлетворил. 

Признал недействительными (ничтожными) сделками перечисления денежных с расчетных счетов ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в пользу ФИО3 по платежным поручениям № 28 от 29.12.2017 на сумму 300 000 рублей, № 31 от 29.12.2017 на сумму 250 000 рублей, № 12 от 06.02.2018 на сумму 120 000 рублей, № 17 от 08.02.2018 на сумму 250 000 рублей, № 21 от 09.02.2018 на сумму       170 000 рублей, № 23 от 13.02.2018 на сумму 15 000 рублей, № 25 от 14.02.2018 на сумму 200 000 рублей, № 29 от 15.02.2018 на сумму 60 000 рублей, № 30 от 16.02.2018 на сумму 70 000 рублей, № 84 от 26.06.2018 на сумму 700 000 рублей, № 110 от 14.09.2018 на сумму 230 000 рублей, № 112 от 17.09.2018 на сумму 600 000 рублей, № 113 от 18.09.2018 на сумму 510 000 рублей, № 114 от 20.09.2018 на сумму 61 000 рублей, №120 от 28.09.2018 на сумму 20 000 рублей, № 128 от 11.10.2018 на сумму      65 000 рублей, № 140302 от 26.10.2018 на сумму 80 000 рублей, № 140305 от 30.10.2018 на сумму 70 000 руб., № 140320 от 13.11.2018 на сумму 30 000 руб., № 140322 от 16.11.2018 на сумму 9 300 руб., а также договор займа б/н от 16.03.2017, подписанный между ФИО3 и ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш».

Применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО3 в пользу ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» 3 810 300 руб. 

Признал недействительными (ничтожными) сделками транзитные перечисления денежных с расчетных счетов ФИО3 на расчетные счета ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по платежным поручениям № 2658 от 20.03.2017 на сумму 1 800 000 рублей, № 2256 от 23.03.2017 на сумму 220 000 рублей, № 2376 от 10.04.2017 на сумму 900 000 рублей, № 1644 от 18.04.2017 на сумму 900 000 рублей, № 2289 от 19.04.2017 на сумму 298 000 рублей, № 1874 от 17.05.2017 на сумму 105 000 рублей, № 1391 от 31.05.2017 на сумму 1 100 000 руб.

Применил последствия недействительности ничтожных сделок в виде признания отсутствующей у ОО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» задолженности перед ФИО3 в сумме 5 323 000 рублей по договору займа б/н от 16.03.2017. 

Признал недействительными (ничтожными) сделками: 

перечисления денежных средств с расчетных счетов ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» под видом выплаты заработной платы (авансов) в пользу ФИО3 по платежным поручениям № 14 от 03.08.2017 на сумму 200 000 рублей, № 20 от 04.08.2017 на сумму 100 000 рублей, № 21 от 04.08.2017 на сумму       50 000 рублей, № 22 от 07.08.2017 на сумму 13 000 рублей, № 24 от 18.08.2017 на сумму 300 000 рублей, № 86 от 10.11.2017 на сумму 200 000 рублей, № 89 от 14.11.2017 на сумму 50 000 рублей, № 1 от 08.12.2017 на сумму 100 000 рублей, № 10 от 15.12.2017 на сумму 55 000 рублей, № 26 от 28.12.2017 (в части средств, перечисленных ФИО3), № 2 от 09.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 4 от 11.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 5 от 12.01.2018 на сумму 100 000 рублей, № 11 от 15.01.2018 на сумму 45 000 рублей, № 12 от 17.01.2018 на сумму 40 000 рублей, № 4 от 23.01.2018 на сумму 70 000 рублей, № 5 от 24.01.2018 на сумму 40 000 рублей, № 16 от 25.01.2018 на сумму 15 000 рублей, № 19 от 30.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 26 от 05.02.2018 на сумму        100 000 рублей, № 29 от 06.02.2018 на сумму 30 000 рублей, № 31 от 19.02.2018 на сумму 50 000 рублей, № 33 от 20.02.2018 на сумму 120 000 рублей, № 34 от 21.02.2018 на сумму 120 000 рублей, № 38 от 27.02.2018 на сумму 55 000 рублей, № 50 от 30.03.2018 на сумму 30 000 рублей; 

действия ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по начислению и представлению 02 апреля 2018 года в налоговый орган сведений о начислении ФИО3 заработной платы в ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в размере 215 000 рублей в июле 2017 года, в размере 215 000 рублей в августе 2017 года, в размере 215 000 рублей в сентябре 2017 года, в размере 140 000 рублей в октябре 2017 года, в размере 140 000 рублей в ноябре 2017 года, в размере 140 000 рублей в декабре 2017 года; 

действия ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по начислению ФИО3 заработной платы за период с 01.07.2017 по 31.12.2017 в общем размере 1 065 000 рублей и действия по отражению таких сведений в расчетах по страховым взносам (по форме по КНД 1151111) за III и IV квартал 2017 года, представленных ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в налоговый орган;

действия ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по представлению в Пенсионный Фонд России отчетности, содержащей сведения о ФИО3 как работнике ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» за период с 01.07.2017 по 31.12.2017; 

трудовой договор № 2, датированный 01.07.2017, а также дополнительного соглашения № 1, датированное 29.09.2017 к трудовому договору № 2 от 01.07.2017;

приказ ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» № 2К от 01.07.2017 о приеме на работу ФИО3 на должность заместителя генерального директора с должностным окладом 215 000 рублей; 

запись № 17 от 02 июля 2017 года, содержащуюся в трудовой книжке ФИО3 серии AT-VHI № 9073088. 

Применил последствия недействительности ничтожных сделок в виде взыскания с ФИО3 в пользу ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш»           2 138 000 руб., признания отсутствующей у ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» задолженности по заработной плате перед ФИО3, признания недействительными приказа № 001 от 10.01.2022 о прекращении с ФИО3 трудового договора от 01.07.2017 № 2, а также уведомления от 03.11.2021 о предстоящем увольнении ФИО3.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из материалов дела следует, что с расчетных счетов ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в пользу ФИО3 были произведены перечисления денежных по платежным поручениям № 28 от 29.12.2017 на сумму       300 000 рублей, № 31 от 29.12.2017 на сумму 250 000 рублей, № 12 от 06.02.2018 на сумму 120 000 рублей, № 17 от 08.02.2018 на сумму 250 000 рублей, № 21 от 09.02.2018 на сумму 170 000 рублей, № 23 от 13.02.2018 на сумму 15 000 рублей, № 25 от 14.02.2018 на сумму 200 000 рублей, № 29 от 15.02.2018 на сумму 60 000 рублей, № 30 от 16.02.2018 на сумму 70 000 рублей, № 84 от 26.06.2018 на сумму 700 000 рублей, № 110 от 14.09.2018 на сумму 230 000 рублей, № 112 от 17.09.2018 на сумму 600 000 рублей, № 113 от 18.09.2018 на сумму 510 000 рублей, № 114 от 20.09.2018 на сумму    61 000 рублей, №120 от 28.09.2018 на сумму 20 000 рублей, № 128 от 11.10.2018 на сумму 65 000 рублей, № 140302 от 26.10.2018 на сумму 80 000 рублей, № 140305 от 30.10.2018 на сумму 70 000 руб., № 140320 от 13.11.2018 на сумму 30 000 руб., № 140322 от 16.11.2018 на сумму 9 300 руб., а также договор займа б/н от 16.03.2017, подписанный между ФИО3 и ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш».

Также были произведены транзитные перечисления денежных с расчетных счетов ФИО3 на расчетные счета ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по платежным поручениям № 2658 от 20.03.2017 на сумму 1 800 000 рублей, № 2256 от 23.03.2017 на сумму 220 000 рублей, № 2376 от 10.04.2017 на сумму 900 000 рублей, № 1644 от 18.04.2017 на сумму 900 000 рублей, № 2289 от 19.04.2017 на сумму 298 000 рублей, № 1874 от 17.05.2017 на сумму 105 000 рублей, № 1391 от 31.05.2017 на сумму 1 100 000 руб.

Перечисления денежных средств с расчетных счетов ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» под видом выплаты заработной платы (авансов) в пользу ФИО3 по платежным поручениям № 14 от 03.08.2017 на сумму 200 000 рублей, № 20 от 04.08.2017 на сумму 100 000 рублей, № 21 от 04.08.2017 на сумму       50 000 рублей, № 22 от 07.08.2017 на сумму 13 000 рублей, № 24 от 18.08.2017 на сумму 300 000 рублей, № 86 от 10.11.2017 на сумму 200 000 рублей, № 89 от 14.11.2017 на сумму 50 000 рублей, № 1 от 08.12.2017 на сумму 100 000 рублей, № 10 от 15.12.2017 на сумму 55 000 рублей, № 26 от 28.12.2017 (в части средств, перечисленных ФИО3), № 2 от 09.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 4 от 11.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 5 от 12.01.2018 на сумму 100 000 рублей, № 11 от 15.01.2018 на сумму 45 000 рублей, № 12 от 17.01.2018 на сумму 40 000 рублей, № 4 от 23.01.2018 на сумму 70 000 рублей, № 5 от 24.01.2018 на сумму 40 000 рублей, № 16 от 25.01.2018 на сумму 15 000 рублей, № 19 от 30.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 26 от 05.02.2018 на сумму       100 000 рублей, № 29 от 06.02.2018 на сумму 30 000 рублей, № 31 от 19.02.2018 на сумму 50 000 рублей, № 33 от 20.02.2018 на сумму 120 000 рублей, № 34 от 21.02.2018 на сумму 120 000 рублей, № 38 от 27.02.2018 на сумму 55 000 рублей, № 50 от 30.03.2018 на сумму 30 000 рублей; 

Также ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» бфыли совершены действия по начислению и представлению 02 апреля 2018 года в налоговый орган сведений о начислении ФИО3 заработной платы в ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в размере 215 000 рублей в июле 2017 года, в размере 215 000 рублей в августе 2017 года, в размере 215 000 рублей в сентябре 2017 года, в размере 140 000 рублей в октябре 2017 года, в размере 140 000 рублей в ноябре 2017 года, в размере   140 000 рублей в декабре 2017 года; 

Действия ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по начислению ФИО3 заработной платы за период с 01.07.2017 по 31.12.2017 в общем размере 1 065 000 рублей и действия по отражению таких сведений в расчетах по страховым взносам (по форме по КНД 1151111) за III и IV квартал 2017 года, представленных ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в налоговый орган;

Действия ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по представлению в Пенсионный Фонд России отчетности, содержащей сведения о ФИО3 как работнике ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» за период с 01.07.2017 по 31.12.2017; 

Трудовой договор № 2, датированный 01.07.2017, а также дополнительного соглашения № 1, датированное 29.09.2017 к трудовому договору № 2 от 01.07.2017;

Приказ ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» № 2К от 01.07.2017 о приеме на работу ФИО3 на должность заместителя генерального директора с должностным окладом 215 000 рублей; 

Запись № 17 от 02 июля 2017 года, содержащуюся в трудовой книжке ФИО3 серии AT-VHI № 9073088. 

Полагая, что сделки совершены с нарушением пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьей 10, 168, пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением по настоящему обособленному спору.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для признания сделок по перечисления денежных по платежным поручениям № 28 от 29.12.2017 на сумму 300 000 рублей, № 31 от 29.12.2017 на сумму 250 000 рублей, № 12 от 06.02.2018 на сумму 120 000 рублей, № 17 от 08.02.2018 на сумму 250 000 рублей, № 21 от 09.02.2018 на сумму 170 000 рублей, № 23 от 13.02.2018 на сумму 15 000 рублей, № 25 от 14.02.2018 на сумму 200 000 рублей, № 29 от 15.02.2018 на сумму 60 000 рублей, № 30 от 16.02.2018 на сумму 70 000 рублей, № 84 от 26.06.2018 на сумму        700 000 рублей, № 110 от 14.09.2018 на сумму 230 000 рублей, № 112 от 17.09.2018 на сумму 600 000 рублей, № 113 от 18.09.2018 на сумму 510 000 рублей, № 114 от 20.09.2018 на сумму 61 000 рублей, №120 от 28.09.2018 на сумму 20 000 рублей, № 128 от 11.10.2018 на сумму 65 000 рублей, № 140302 от 26.10.2018 на сумму 80 000 рублей, № 140305 от 30.10.2018 на сумму 70 000 руб., № 140320 от 13.11.2018 на сумму 30 000 руб., № 140322 от 16.11.2018 на сумму 9 300 руб., а также договор займа б/н от 16.03.2017, подписанный между ФИО3 и ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш», а также перечисления денежных с расчетных счетов ФИО3 на расчетные счета ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по платежным поручениям № 2658 от 20.03.2017 на сумму 1 800 000 рублей, № 2256 от 23.03.2017 на сумму 220 000 рублей, № 2376 от 10.04.2017 на сумму 900 000 рублей, № 1644 от 18.04.2017 на сумму 900 000 рублей, № 2289 от 19.04.2017 на сумму 298 000 рублей, № 1874 от 17.05.2017 на сумму 105 000 рублей, № 1391 от 31.05.2017 на сумму 1 100 000 руб. – недействительными сделками в связи со следующим.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ООО "Завод гибких труб "Уралтрубмаш" возбуждено 25.03.2021, в связи с чем указанные сделки могут быть оспорены по основаниям, предусмотренным статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ, а сделки, совершенные с 25.03.2018 – по основаниям п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, на момент перечисления денежных средств в пользу ответчика  должник уже отвечал признакам неплатежеспособности.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.01.2021 по делу N А40-195676/2020 с ООО "Завод гибких труб "Уралтрубмаш" в пользу ООО "Пакер Сервис" взыскано 37 391 394,70 руб. задолженности и 200 000 руб. госпошлины. Судебным актом установлено, что задолженность возникла с 27.06.2017.

Апелляционным определением Московского городского суда по делу N 33-36501/2020 от 10.12.2020 с ООО "Завод гибких труб "Уралтрубмаш" в пользу работника ФИО3 взыскана задолженность по заработной плате в размере        2 131 150 руб. за период с 01.03.2018 по 31.11.2018.

Решением Арбитражного суда Московской области от 16 февраля 2021 года по делу N А41-69355/2020 с ООО "Завод гибких труб "Уралтрубмаш" в пользу ООО "Промарсенал" взыскан долг за не поставленный товар в размере 355 965 руб., пени в размере 41 493,56 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 949 руб. Указанная задолженность образовалась с 16.10.2018.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 01.10.2019 по делу N А40-185679/2019 с ООО "Завод гибких труб "Уралтрубмаш" в пользу научно-производственное объединение "Наука" по договору от 01.11.2018 N П11/18/ЗГТ взыскано 407 135,40 руб., включая 375 240 руб. неосновательного обогащения, 31 895,40 руб. неустойки по состоянию на 01.07.2019, а также взыскать 11 143 руб. в возмещение расходов по оплате госпошлины.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лица, которые являются аффилированными лицами должника по смыслу Закона "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках", к числу которых в соответствии со ст. 4 данного Закона относятся лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства, в частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность по раскрытию разумных экономических мотивов совершения сделки либо мотивов поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Ответчик является аффилированным лицом по отношению к должнику, которым получены денежные средства в отсутствие встречного предоставления, что недоступно обычным независимым участникам рынка.

Аффилированность ФИО3 с должником, с АО «Уралтрубмаш», с ООО «НТЦ «Энергия», с управляющей компанией ООО «Русэкспертиза» и другими компаниями, входящих в один холдинг, подтверждаются вступившими в законную силу решениями арбитражных судов (определением Арбитражного суда города Москвы от 11.04.2022 по делу № А40-57699/17, а также судебными актами суда апелляционной инстанции, принятыми в рамках настоящего банкротного дела, оставленными без изменения судом кассационной инстанций).

Таким образом, оспариваемые платежи были совершены должником в пользу заинтересованного лица.

Ответчик знал о наличии признаков неплатежеспособности у должника на момент совершения оспариваемых перечислений.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20 сентября 2018 года N 305-ЭС18-6622 по делу N А40-177314/15, от 23 августа 2018 года N 305-ЭС18-3533 по делу N А40-247956/15, для заинтересованных по отношению к должнику лиц установлен повышенный стандарт доказывания, который направлен на недопущение включения в реестр требований кредиторов должника требований, основанных на сделках, по которым заинтересованными лицами оформляются документы, не отражающие реальные хозяйственные операции, а также создания искусственной кредиторской задолженности и, как следствие, обеспечение контроля над процедурой банкротства путем включения требования аффилированного кредитора в реестр требований кредиторов должника.

Из представленной ФИО3 в материалы дела копии договора займа без номера от 16.03.2017 следует, что ответчик взяла на себя обязательства предоставить должнику заем в размере 13 000 000 руб. (пункт 1.1) на срок до 30.11.2017 (пункт 1.2) с начислением 10,5% годовых (пункт 1.4) с даты передачи денежных средств (пункт 2.2), при этом проценты за весь период пользования займом начисляются – 27.11.2017 (пункт 1.5). 

Оспариваемый договор займа от 16.03.2017 предусматривал условия (пункт 2.1), согласно которому ФИО3 обязуется перечислить должнику сумму займа тремя платежами по графику: – до 24.03.2017 – 2 000 000 рублей; – до 27.06.2017 – 4 000 000 рублей; – до 27.11.2017 – 7 000 000 рублей. 

ФИО3 вправе в период действия настоящего договора проверять финансово-хозяйственное положение ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш», целевое использование займа (пункт 1.6 договора займа), а в силу главы III и пункта 2.7 данного договора в качестве обеспечения исполнения обязательств в пользу ФИО3 было передано в залог имущество ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш», а именно: 12 000 000 бездокументарных именных обыкновенных акций ОАО Управляющая компания индустриального парка «Богословский» (ОГРН 

<

***>), номинальной стоимостью 12 000 000 руб. (номер и дата государственной регистрации выпуска 1-01-33698-D от 26.09.2014), а за просрочку срока возврата суммы займа установлено начисление неустойки в размере 0,1 % от суммы просрочки за каждый день просрочки.

В подтверждение реальности сделки и исполнения ею своих обязательств по ней ФИО3 представлены платежные поручения № 2658 от 20.03.2017 на сумму     1 800 000 руб., № 2256 от 23.03.2017 на сумму 220 000 руб., № 2376 от 10.04.2017 на сумму 900 000 руб., № 1644 от 18.04.2017 на сумму 900 000 руб., № 2289 от 19.04.2017 на сумму 298 000 руб., № 1874 от 17.05.2017 на сумму 105 000 руб., № 1391 от 31.05.2017 на сумму 1 100 000 руб., а всего на сумму 5 323 000 рублей. 

Во всех случаях, в назначениях вышеприведенных платежных операций ответчика в адрес должника, указано назначение платежа «по договору займа от 16.03.2017». 

От представления и раскрытия иных сведений и документов, касающихся целей, обстоятельств заключения и исполнения сторонами условий оспариваемой сделки, ответчик ФИО3 уклонилась, в том числе не представила оригиналы истребованных судом в порядке статьи 66 АПК РФ оспариваемых документов (договора займа от 16.03.2017 и дополнительного соглашения к нему), не раскрыла сведения о фактах обратных перечислений должником в пользу ФИО3 денежных средств в общей сумме 3 810 300 руб. по оспариваемой сделке в период с 28.12.2017 по 16.11.2018, а также настаивала на отсутствии таких выплат в ее пользу со стороны должника.

Пунктом 1 статьи 807 ГК РФ предусмотрено, что по договору займа одна сторона (заимодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если иное не предусмотрено законом или договором займа, заем считается возвращенным в момент передачи его заимодавцу, в том числе в момент поступления соответствующей суммы денежных средств в банк, в котором открыт банковский счет заимодавца (пункт 3 статьи 810 ГК РФ).

Таким образом, необоснованное перечисление должником заинтересованному лицу денежных средств свидетельствует о причинении в результате такой сделки вреда имущественным правам кредиторов должника посредством уменьшения его конкурсной массы.

Проанализировав действия сторон, исследовав имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к выводам о мнимости сделки, фиктивности документооборота, созданного в обоснование возникновения и исполнения обязательств заемного характера между ФИО3 и должником, использовании сторонами сделки транзитных внутригрупповых движений денежных средств для формального подтверждения факта предоставления ФИО3 в пользу должника в качестве займа 5 323 000 руб. 

С учетом срока возврата займа должником, определенного сторонами сделки датой – 27.11.2017, представляются экономически необоснованными условиями договора о сумме займа (13 000 000 руб.) в графике его предоставления ФИО3 (7 000 000 руб. до 27.11.2017), поскольку к тому моменту, когда ФИО3 должна предоставить заемщику 7 000 000 руб., заемщик (ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш») уже должен был вернуть ФИО3 всю сумму займа; не содержится в договоре займа от 16.03.2017 каких-либо сведений о предназначении использования денежных средств должником, поступивших ему от ФИО3 в качестве заемных, что противоречит условию того же договора о целевом характере займа (пункт 1.6 договора займа). 

На момент заключения (16.03.2017) оспариваемого договора займа ответчик ФИО3 не имела каких-либо формальных связей с должником, не являлась его участником, руководителем или работником, что прямо следует из выписки Единого государственного реестра юридических лиц в отношении должника, иных письменных доказательств и правовой позиции самой ФИО3, следовательно, принимая на себя обязательства по передаче в адрес должника 13 000 000 руб., ФИО3 не имела и не могла рассчитывать на доходы от деятельности ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш». 

Исследованными доказательствами подтверждается и не оспаривается ни одной из сторон спора, что ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» аффилирован и входит в одну группу лиц с управляющей организацией ООО «Русэкспертиза» (ИНН 

<

***>), АО «Уралтрубмаш» (ИНН 

<

***>), ЗАО «Энергетические проекты» (ИНН 

<

***>), ООО «Энергетические проекты-К» (ИНН 

<

***>), ООО «Эпсилон» (ИНН 

<

***>), ООО «НТЦ «Энергия» (ИНН 

<

***>), ООО «НТЦ «Элемент» (ИНН 

<

***>), ООО «Элемент-21», АО «ЧТОЭЗ» (ИНН 

<

***>), ООО «Группа компаний «Энергетические проекты» (ИНН 

<

***>), ООО «ФинИн», ООО «Орикс-М».

Из анализа представленных в дело выписок о движении денежных средств по счетам ФИО3 (ПАО «Промсвязьбанк», ПАО «Сбербанк», АО «Юникредит банк», АО «Райффайзенбанк», АО «Альфа-Банк»), ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш», а также платежных поручений должника и аффилированных с ним юридических лиц, усматривается, что на личные банковские счета ФИО3, на регулярной основе и под различными платежными основаниями, производятся перечисления денежных средств от компаний, входящих в одну группу лиц с должником, в том числе и от последнего; указанные денежные средства перераспределялись ФИО3 между своими счетами, обналичивались через банкомат, обратно вносились на другие счета, переводились и расходовались ею. 

На момент исполнения оспариваемого договора займа от 16.03.2017, у ФИО3 (как у заемщика) имелись денежные обязательства перед ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в размере 1 620 000 руб. (основного долга, без учета процентов) по договору займа № 225 от 07.12.2015, заключенному между аффилированным с должником ООО «НТЦ «Энергия» (займодавец) и ФИО3 (заемщик), что подтверждается договором займа № 225 от 07.12.2015, платежным поручением должника № 16 от 04.08.2017 (на 1 585 000 руб.), договором уступки прав № 1/2017 от 26.07.2017, заключенным между ООО «НТЦ «Энергия» (цедент) и ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» (цессионарий), а также банковскими выписками по счетам ФИО3 

Из указанных выше доказательств следует, что ФИО3 под 8,25 % годовых получила от займодавца до 31.12.2017 на основании заключенного договора займа денежные средства в размере 1 620 000 руб. по платежным поручениям ООО «НТЦ «Энергия» № 361 от 07.12.2015 на 500 000 руб., № 362 от 07.12.2015 на 330 000 руб., № 107 от 08.02.2016 на 150 000 руб., № 109 от 12.02.2016 на 40 000 руб., № 615 от 11.08.2016 на 200 000 руб., № 616 от 11.08.2016 на 200 000 руб., № 617 от 11.08.2016 на 200 000 руб. 

В дальнейшем, 26.07.17 права требования к ФИО3 по указанном выше договору займа на сумму основного долга 1 620 000 руб. были приобретены должником с оплатой в пользу ООО «НТЦ «Энергия» 1 585 000 руб., что незначительно меньше номинальной суммы общего основного долга ФИО3 перед первоначальным кредитором. Факт реальности долга ФИО3 перед первоначальным кредитором и, соответственно, перед ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш», подтверждается получением и расходованием ФИО3 денежных средств от ООО «НТЦ «Энергия» по договору займа № 225 от 07.12.2015, что прямо следует из банковских выписок о движении денежных средств по счетам ФИО3 В частности, 500 000 руб. по платежному поручению от 07.12.2015 № 361 поступили ФИО3 и расходовались ею со своего расчетного счета № 40817810351001560911 в ОАО «ПСБ».

В этот же день 330 000 руб. по платежному поручению № 362 от 07.12.2015 поступили на расчетный счет ФИО3 в АО «Юникредит банк» № 

<

***>. 

Платежи в пользу ФИО3 в рамках договора займа № 225 от 07.12.2015, осуществленные в феврале 2016 года, также были зачислены и израсходованы ФИО3 через расчетный счет № 

<

***> в АО «Юникредит банк», что также подтверждается выпиской по данному счету. 

Денежные средства, поступившие и израсходованные ФИО3 в августе 2016 года от ООО «НТЦ «Энергия», поступали на счета ФИО3 № 40817810850010740004 в АО «Юникредит банк», № 40817810704100245375 в АО «Альфабанк». 

Какие-либо выплаты по договору займа № 225 от 07.12.2015, правопреемником кредитора по которому являлся должник по настоящему делу, не осуществлялись: не уплачивались проценты по займу, не произведен возврат этого займа ФИО3 в пользу ООО «НТЦ «Энергия» или в адрес должника ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш». 

Напротив, несмотря на то, что между ООО «НТЦ «Энергия» (в качестве цедента) и ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» 26.07.2017 был заключен договор цессии №1/2017, предусматривающий передачу всех прав требований цедента к ФИО3 в пользу должника, в том числе права требования основного долга, процентов, штрафов, пеней, неустойки по договору займа № 225 от 07.12.2015, а также предусматривающий передачу подлинников вышеуказанного договора займа № 225, тем не менее, после оплаты должником ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по платежному поручению № 16 от 04.08.2017 в пользу цедента – ООО «НТЦ «Энергия»   1 585 000 руб., вышеуказанные денежные средства были частично переведены на счета ФИО3 с расчетного счета ООО «НТЦ «Энергия» с назначением платежа «оплата по договору займа от 07.12.2015 № 225 (8,25 % годовых)», что подтверждается выписками по расчетному счету ФИО3 в АО «Юникредит банк» №40817810850010740004 (платежная операции за 08.08.2017 на 20 000 руб- лей) и по счету № 40817810201003415288 в АО «Райффайзенбанк» (платежная операции за 24.08.2017 на 375 000 рублей). 

Таким образом, действия по заключению между ФИО3 и ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» договора займа от 16.03.2017, а равно в его исполнении сторонами, сопровождаемые с выкупом должником у аффилированной компании (ООО «НТЦ «Энергия») долга ФИО3 по договору с аналогичными условиями, не имели под собой какого-либо разумного экономического смысла как для ФИО3, так и для ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш», поскольку обе стороны договора являлись, формально, друг по отношению к другу – кредиторами и должниками.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования основанного на такой сделке.

По смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц. Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условие для наступления вреда.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.15 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из пункта 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" недобросовестное поведение воспользовавшейся тем, что единоличный исполнительный и коллегиальный орган управления другой стороны сделки при заключении договора действовал явно в ущерб последней, является основанием для признании сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ.

В рассматриваемом споре прослеживается злоупотребление правом с обеих сторон сделки, направленный на вывод активов должника.

В частности, недобросовестность ФИО3 при заключении с должником оспариваемой сделки (договора займа от 16.03.2017) подтверждается выводами Арбитражного суда Свердловской области от 07.11.2020, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 09.07.2020 по делу № А60-43187/2015, а также определением Верховного Суда Российской Федерации № 309-ЭС19-26281 (4) от 09.11.2020, которые признали ничтожной сделкой условия договора займа от 16.03.2017, заключенного между ФИО3 и должником ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш», об обеспечении исполнения обязательств, в рамках которого были обременены залогом в пользу ФИО3 12 000 000 штук именных обыкновенных акций ОАО «Управляющая компания индустриального парка «Богословский» номинальной стоимостью 1 рубль каждая.

Сопоставив условия оспариваемой сделки с фактическими действиями сторон, изучив движение денежных средств по счетам ФИО3, исследовав другие доказательства, имеющиеся в деле, проверив утверждения ответчика о наличии у нее доходов (в виде заработной платы) от трудовой деятельности в АО «Уралтрубмаш» за 2016 и 2017 гг., арбитражный суд приходит к выводу об отсутствии у ФИО3 собственных финансовых средств для исполнения обязательств займодавца; для формального подтверждения своих обязательств по предоставлению денежных средств по оспариваемой сделки ответчиком использовались транзитные переводы денежных средств через свои счета, ответчик не имела никаких иных денежных средств, за исключением тех финансовых ресурсов, которые поступали ей с расчетных счетов аффилированных к должнику юридических лиц, входящих с ним в одну группу. 

Таким образом, использование схемы транзитных переводов денежных средств холдинга по счетам аффилированных лиц привело к формированию искусственной задолженности должника перед аффилированным лицом ФИО3 

В данном случае, денежные средства по сделке не выбывали из владения группы лиц, а перемещались внутри этой группы без ясных экономических мотивов, такое перемещение не рассматривается как порождающее денежное обязательство должника перед аффилированным кредитором, свидетельствует о мнимости такой сделки, фиктивности платежей и созданного в их обоснование документооборота. 

ФИО3 и должником не предпринимались какие-либо реальные меры, направленные на побуждение другой стороны сделки к надлежащему исполнению своих обязательств, в том числе требование ФИО3 по оспариваемому договору было заявлено только 11.11.2021 в рамках процедуры банкротства № А41-17358/21, что не характерно для поведения сторон, между которыми реально существуют заемные правоотношения. 

Наряду с этим, суд принимает во внимание и учитывает, что в настоящем деле о несостоятельности требование ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов задолженности, основанной на оспариваемом договоре займа от 16.03.2017, было заявлено ответчиком на ту сумму, которая соответствует общему размеру формальных перечислений ФИО3 в адрес ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» (5 313 700 руб.), тогда как ФИО3 не может не знать, что с расчетных счетов должника в ее адрес перечислялись в качестве возвратов денежные средства с назначением «возврат по договору займа» в общей сумме 3 810 300 руб., что подтверждается платежными поручениями ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» № 28 от 28.12.2017 на 300 000 руб., № 31 от 29.12.2017 на 250 000 руб., № 12 от 06.02.2018 на 120 000 руб., № 17 от 08.02.2018 на 250 000 руб., № 21 от 09.02.2018 на 170 000 руб., № 23 от 13.02.2018 на 15 000 руб., № 25 от 14.02.2018 на 200 000 руб., № 29 от 15.02.2018 на 60 000 руб., № 30 от 16.02.2018 на 70 000 руб., № 84 от 25.06.2018 на 700 000 руб., № 110 от 14.09.2018 на 230 000 руб., № 112 от 17.09.2018 на 600 000 руб., № 113 от 18.09.2018 на 510 000 руб., № 114 от 20.09.2018 на 61 000 руб., № 120 от 28.09.2018 на 20 000 руб., № 128 от 11.10.2018 на 65 000 руб., № 140302 от 26.10.2018 на 80 000 руб., № 140305 от 26.10.2018 на 70 000 руб., № 140320 от 13.11.2018 на 30 000 руб. № 140322 от 16.11.2018 на 9 300 руб. 

Эти платежные операции должника согласуются с иными письменными доказательствами, в частности, подтверждаются сведениями, содержащимися в выписках о движении денежных средств по счету ФИО3 № 40817810704100245375 в АО «Альфа-Банк», из которых видно расходование ФИО3 вышеуказанных денежных средств, в том числе усматриваются ее транзакции по распределению этих поступлений между своими счетами, с последующим расходованием, что исключает отсутствие у ФИО3 осведомленности об этих фактах. 

Тождественные выводы относительно мнимости договора займа от 16.03.2017, заключенного между ФИО3 и должником, об использовании сторонами ничтожной сделки схемы транзитных платежей для формального подтверждения исполнения ФИО3 своих обязательств по такому договору, а также о действительных целях сторон при совершении таких действий, отражены в постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2022, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 09.12.2022 по делу № А41-17358/21, которым было отменено определение Арбитражного суда Московской области от 05.05.2022 по настоящему делу и отказано в удовлетворении заявления ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов задолженности по договору займа от 16.03.2017 в размере 5 313 700 руб. основного долга, 2 123 764,64 руб. процентов. 

Ничтожность транзитных перечислений денежных с расчетных счетов ФИО3 на расчетные счета ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по платежным поручениям № 2658 от 20.03.2017 на сумму 1 800 000 руб., № 2256 от 23.03.2017 на сумму 220 000 руб., № 2376 от 10.04.2017 на сумму 900 000 руб., № 1644 от 18.04.2017 на сумму 900 000 руб., № 2289 от 19.04.2017 на сумму 298 000 руб., № 1874 от 17.05.2017 на сумму 105 000 руб., № 1391 от 31.05.2017 на сумму 1 100 000 руб. влечет за собой правовое последствие в виде признания отсутствующей задолженности у должника перед ФИО3 по таким безналичным транзакциям, поскольку данные финансовые ресурсы не принадлежали ответчику, использовались ею в качестве способа формального частичного исполнения фиктивных обязательств по ничтожной сделке – договору займа от 16.03.2017 путем транзитного перенаправления денежных средств, которые ей поступали с расчетных счетов аффилированных к должнику юридических лиц.

Между тем, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для недействительными (ничтожными) сделками перечисления денежных средств с расчетных счетов ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» под видом выплаты заработной платы (авансов) в пользу ФИО3 по платежным поручениям № 14 от 03.08.2017 на сумму 200 000 рублей, № 20 от 04.08.2017 на сумму 100 000 рублей, № 21 от 04.08.2017 на сумму 50 000 рублей, № 22 от 07.08.2017 на сумму 13 000 рублей, № 24 от 18.08.2017 на сумму 300 000 рублей, № 86 от 10.11.2017 на сумму 200 000 рублей, № 89 от 14.11.2017 на сумму 50 000 рублей, № 1 от 08.12.2017 на сумму 100 000 рублей, № 10 от 15.12.2017 на сумму 55 000 рублей, № 26 от 28.12.2017 (в части средств, перечисленных ФИО3), № 2 от 09.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 4 от 11.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 5 от 12.01.2018 на сумму 100 000 рублей, № 11 от 15.01.2018 на сумму 45 000 рублей, № 12 от 17.01.2018 на сумму 40 000 рублей, № 4 от 23.01.2018 на сумму 70 000 рублей, № 5 от 24.01.2018 на сумму 40 000 рублей, № 16 от 25.01.2018 на сумму 15 000 рублей, № 19 от 30.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 26 от 05.02.2018 на сумму 100 000 рублей, № 29 от 06.02.2018 на сумму 30 000 рублей, № 31 от 19.02.2018 на сумму 50 000 рублей, № 33 от 20.02.2018 на сумму 120 000 рублей, № 34 от 21.02.2018 на сумму 120 000 рублей, № 38 от 27.02.2018 на сумму 55 000 рублей, № 50 от 30.03.2018 на сумму 30 000 рублей;

действий ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по начислению и представлению 02 апреля 2018 года в налоговый орган сведений о начислении ФИО3 заработной платы в ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в размере 215 000 рублей в июле 2017 года, в размере 215 000 рублей в августе 2017 года, в размере 215 000 рублей в сентябре 2017 года, в размере 140 000 рублей в октябре 2017 года, в размере 140 000 рублей в ноябре 2017 года, в размере 140 000 рублей в декабре 2017 года;

действий ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по начислению ФИО3 заработной платы за период с 01.07.2017 по 31.12.2017 в общем размере 1 065 000 рублей и действия по отражению таких сведений в расчетах по страховым взносам (по форме по КНД 1151111) за III и IV квартал 2017 года, представленных ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в налоговый орган;

действий ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по представлению в Пенсионный Фонд России отчетности, содержащей сведения о ФИО3 как работнике ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» за период с 01.07.2017 по 31.12.2017; 

трудового договора № 2, датированного 01.07.2017, а также дополнительного соглашения № 1, датированного 29.09.2017 к трудовому договору № 2 от 01.07.2017;

приказа ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» № 2К от 01.07.2017 о приеме на работу ФИО3 на должность заместителя генерального директора с должностным окладом 215 000 рублей; 

запись № 17 от 02 июля 2017 года, содержащуюся в трудовой книжке ФИО3 серии AT-VHI № 9073088.

Так, согласно Апелляционному определению Московского городского суда по делу N 33-36501/2020 от 10.12.2020 с ООО "Завод гибких труб "Уралтрубмаш" в пользу работника ФИО3 взыскана задолженность по заработной плате в размере        2 131 150 руб. за период с 01.03.2018 по 31.11.2018, установлен факт трудовых отношений между ФИО3 и ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в должности заместителя генерального директора.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу, неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15.06.2006 г. принята Рекомендация №198 о трудовом правоотношении (далее также - рекомендация МОТ о трудовом правоотношении).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об  обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица и лично работником в соответствии с определенным графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей ее; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не Допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 трудового кодекса РФ).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (п. 3 определения Конституционного Суда РФ от 19.05.2009 г. № 597-0-0).

В статье 56 ТК РФ предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть 1 статьи 67 Трудового кодекса РФ).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. 

При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч. 2 ст. 67 ТКРФ).

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть 1 статьи 67.1 Трудового кодекса РФ).

Как разъяснено в абз. 2 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ). 

При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правшам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работников (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о, приеме на работу) нормами 1 рудового кодекса РФ возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в  письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч. 3 ст. 16 ТК РФ) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора, штатного расписания, приказа о приеме на работу и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Между тем нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки и особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, судом первой инстанции применены неправильно, без учета Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Делая вывод о том, что ФИО3 не представила допустимых доказательств, с достоверностью подтверждающих наличие трудовых отношений между ней и ответчиком, суд не учел, что по смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса РФ наличие трудового правоотношения презюмируется, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением.

Отвергая представленные истцом доказательства, суд сослался на то, что они опровергаются отсутствием подлинника трудового договора. 

При этом судом не учтено, что документы, связанные с оформлением трудовых отношений, обязан составить работодатель, их отсутствие может свидетельствовать о допущенных работодателем нарушениях трудового законодательства по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником.

Частью 3 статьи 69 АПК РФ определено, что вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Из приведенной выше нормы следует, что вышеназванный судебный акт имеет преюдициальное значение при рассмотрении по существу данного дела.

В связи с преюдициальным значением для настоящего дела, вступившего в законную силу судебного акта, не подлежат доказыванию вышеуказанные обстоятельства.

Вступивший в законную силу судебный акт, подтверждающий наличие между ответчиком и  должником фактических трудовых отношений, является основанием для отказа в признании недействительными (ничтожными) сделками перечисления денежных средств с расчетных счетов ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» под видом выплаты заработной платы (авансов) в пользу ФИО3 по платежным поручениям № 14 от 03.08.2017 на сумму 200 000 рублей, № 20 от 04.08.2017 на сумму 100 000 рублей, № 21 от 04.08.2017 на сумму 50 000 рублей, № 22 от 07.08.2017 на сумму 13 000 рублей, № 24 от 18.08.2017 на сумму 300 000 рублей, № 86 от 10.11.2017 на сумму 200 000 рублей, № 89 от 14.11.2017 на сумму 50 000 рублей, № 1 от 08.12.2017 на сумму 100 000 рублей, № 10 от 15.12.2017 на сумму 55 000 рублей, № 26 от 28.12.2017 (в части средств, перечисленных ФИО3), № 2 от 09.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 4 от 11.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 5 от 12.01.2018 на сумму 100 000 рублей, № 11 от 15.01.2018 на сумму 45 000 рублей, № 12 от 17.01.2018 на сумму 40 000 рублей, № 4 от 23.01.2018 на сумму 70 000 рублей, № 5 от 24.01.2018 на сумму 40 000 рублей, № 16 от 25.01.2018 на сумму 15 000 рублей, № 19 от 30.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 26 от 05.02.2018 на сумму 100 000 рублей, № 29 от 06.02.2018 на сумму 30 000 рублей, № 31 от 19.02.2018 на сумму 50 000 рублей, № 33 от 20.02.2018 на сумму 120 000 рублей, № 34 от 21.02.2018 на сумму 120 000 рублей, № 38 от 27.02.2018 на сумму 55 000 рублей, № 50 от 30.03.2018 на сумму 30 000 рублей;

действий ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по начислению и представлению 02 апреля 2018 года в налоговый орган сведений о начислении ФИО3 заработной платы в ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в размере 215 000 рублей в июле 2017 года, в размере 215 000 рублей в августе 2017 года, в размере 215 000 рублей в сентябре 2017 года, в размере 140 000 рублей в октябре 2017 года, в размере 140 000 рублей в ноябре 2017 года, в размере 140 000 рублей в декабре 2017 года;

действий ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по начислению ФИО3 заработной платы за период с 01.07.2017 по 31.12.2017 в общем размере 1 065 000 рублей и действия по отражению таких сведений в расчетах по страховым взносам (по форме по КНД 1151111) за III и IV квартал 2017 года, представленных ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в налоговый орган;

действий ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по представлению в Пенсионный Фонд России отчетности, содержащей сведения о ФИО3 как работнике ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» за период с 01.07.2017 по 31.12.2017; 

трудового договора № 2, датированного 01.07.2017, а также дополнительного соглашения № 1, датированного 29.09.2017 к трудовому договору № 2 от 01.07.2017;     приказа ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» № 2К от 01.07.2017 о приеме на работу ФИО3 на должность заместителя генерального директора с должностным окладом 215 000 рублей; 

запись № 17 от 02 июля 2017 года, содержащуюся в трудовой книжке ФИО3 серии AT-VHI № 9073088.

Учитывая изложенное, в применении последствия недействительности ничтожных сделок в виде взыскания с ФИО3 в пользу ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» 2 138 000 руб., признания отсутствующей у ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» задолженности по заработной плате перед ФИО3, признания недействительными приказа № 001 от 10.01.2022 о прекращении с ФИО3 трудового договора от 01.07.2017 № 2, а также уведомления от 03.11.2021 о предстоящем увольнении ФИО3 также следует отказать.

Таким образом,      определение Арбитражного суда Московской области от 31.03.2023 по делу  №А41-17358/21 подлежит отмене в указанной части.

 Руководствуясь статьями 223, 266, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 31.03.2023 по делу  №А41-17358/21 отменить в части признания недействительными (ничтожными) сделками перечисления денежных средств с расчетных счетов ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» под видом выплаты заработной платы (авансов) в пользу ФИО3 по платежным поручениям № 14 от 03.08.2017 на сумму 200 000 рублей, № 20 от 04.08.2017 на сумму 100 000 рублей, № 21 от 04.08.2017 на сумму       50 000 рублей, № 22 от 07.08.2017 на сумму 13 000 рублей, № 24 от 18.08.2017 на сумму 300 000 рублей, № 86 от 10.11.2017 на сумму 200 000 рублей, № 89 от 14.11.2017 на сумму 50 000 рублей, № 1 от 08.12.2017 на сумму 100 000 рублей, № 10 от 15.12.2017 на сумму 55 000 рублей, № 26 от 28.12.2017 (в части средств, перечисленных ФИО3), № 2 от 09.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 4 от 11.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 5 от 12.01.2018 на сумму 100 000 рублей, № 11 от 15.01.2018 на сумму 45 000 рублей, № 12 от 17.01.2018 на сумму 40 000 рублей, № 4 от 23.01.2018 на сумму 70 000 рублей, № 5 от 24.01.2018 на сумму 40 000 рублей, № 16 от 25.01.2018 на сумму 15 000 рублей, № 19 от 30.01.2018 на сумму 50 000 рублей, № 26 от 05.02.2018 на сумму        100 000 рублей, № 29 от 06.02.2018 на сумму 30 000 рублей, № 31 от 19.02.2018 на сумму   50 000 рублей, № 33 от 20.02.2018 на сумму 120 000 рублей, № 34 от 21.02.2018 на сумму 120 000 рублей, № 38 от 27.02.2018 на сумму 55 000 рублей, № 50 от 30.03.2018 на сумму 30 000 рублей;

действий ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по начислению и представлению 02 апреля 2018 года в налоговый орган сведений о начислении ФИО3 заработной платы в ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в размере 215 000 рублей в июле 2017 года, в размере 215 000 рублей в августе 2017 года, в размере 215 000 рублей в сентябре 2017 года, в размере 140 000 рублей в октябре 2017 года, в размере 140 000 рублей в ноябре 2017 года, в размере   140 000 рублей в декабре 2017 года;

действий ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по начислению ФИО3 заработной платы за период с 01.07.2017 по 31.12.2017 в общем размере 1 065 000 рублей и действия по отражению таких сведений в расчетах по страховым взносам (по форме по КНД 1151111) за III и IV квартал 2017 года, представленных ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» в налоговый орган;

действий ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» по представлению в Пенсионный Фонд России отчетности, содержащей сведения о ФИО3 как работнике ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» за период с 01.07.2017 по 31.12.2017; 

трудового договора № 2, датированного 01.07.2017, а также дополнительного соглашения № 1, датированного 29.09.2017 к трудовому договору № 2 от 01.07.2017;

приказа ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» № 2К от 01.07.2017 о приеме на работу ФИО3 на должность заместителя генерального директора с должностным окладом 215 000 рублей; 

запись № 17 от 02 июля 2017 года, содержащуюся в трудовой книжке ФИО3 серии AT-VHI № 9073088.

Применения последствия недействительности ничтожных сделок в виде взыскания с ФИО3 в пользу ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» 2 138 000 руб., признания отсутствующей у ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» задолженности по заработной плате перед ФИО3, признания недействительными приказа № 001 от 10.01.2022 о прекращении с ФИО3 трудового договора от 01.07.2017 № 2, а также уведомления от 03.11.2021 о предстоящем увольнении ФИО3.

В данной части заявление конкурсного управляющего ООО Завод гибких труб «Уралтрубмаш» оставить без удовлетворения.

Определение в остальной части оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.

 

Председательствующий cудья 

 

А.В. Терешин

Судьи 

 

С.Ю. Епифанцева

                         Н.В. Шальнева