Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень	Дело № А46-699/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2026 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 февраля 2026 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего	 Марьинских Г.В.,

судей	Игошиной Е.В.,

ФИО1

рассмотрел в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи при ведении протокола помощником судьи Соколовой Ю.П. кассационную жалобу акционерного общества «Омские распределительные тепловые сети» на решение от 26.05.2025 Арбитражного суда Омской области (судья Л.Д. Ухова) и постановление от 04.09.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Солодкевич Ю.М., Рожков Д.Г., Тетерина Н.В.) по делу № А46-699/2025 по иску акционерного общества «Омские распределительные тепловые сети» (644099, Омская область, город Омск, улица Партизанская, дом 10, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Сибградстрой инвест» (644035, Омская область, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Высшая школа народных искусств (академия)» (191186, город Санкт-Петербург, набережная канала ФИО2, дом 2, литер А, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании недействительным (ничтожным) соглашения.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - Прокуратура Омской области.

В судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Омской области (судья Ухова Л.Д.) приняли участие представители: акционерного общества «Омские распределительные тепловые сети» – ФИО3 по доверенности от 12.01.2026; общества с ограниченной ответственностью «Сибградстрой инвест» – ФИО4 по доверенности от 20.03.2025.

Суд установил:

акционерное общество «Омские распределительные тепловые сети» (далее – общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Омской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Сибградстрой инвест» (далее – компания), федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Высшая школа народных искусств (академия)» (далее – учреждение) о признании недействительным (ничтожным) соглашения от 21.07.2016 № 1 о передаче права использования резерва тепловой мощности (далее – соглашение от 21.07.2016).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Прокуратура Омской области (далее – прокуратура).

Решением от 26.05.2025 Арбитражного суда Омской области, оставленным без изменения постановлением от 04.09.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с решением и постановлением, общество обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на допущенные судами нарушения норм процессуального права при признании недопустимыми представленных в дело доказательств фальсификации подписи, проставленной в соглашении от 21.07.2016 от лица учреждения, заявления подписанта от 03.10.2024, служебной записки и.о. бухгалтера учреждения от 20.11.2024; отсутствие должного реагирования на неисполнение требования суда первой инстанции о представлении оригинала соглашения; полагает неправомерным сомнение апелляционного суда о праве на иск общества, заинтересованного в получении платы за технологическое присоединение объекта учреждения к системе теплоснабжения; настаивает на допущенных судами нарушениях норм материального права при разрешении заявления компании о пропуске срока исковой давности при обращении в суд с иском по настоящему делу, возможным к исчислению с даты получения от учреждения в ноябре 2024 года информации по вопросу заключения соглашения, обращает внимание на нерассмотрение его заявления о восстановлении срока на предъявление требований в судебном порядке.

Отзывы компании и прокуратуры на основании статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приобщены к материалам кассационного производства.

В судебном заседании представители сторон высказались сообразно правовым позициям, изложенным в письменном виде.

Учитывая надлежащее извещение третьего лица о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается при имеющейся явке.

Проверив в соответствии со статьями 284, 286 АПК РФ законность принятых по делу решения и постановления в пределах доводов, заявленных в кассационной жалобе (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), суд округа не усматривает оснований для их отмены или изменения.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом (исполнитель) и учреждением (в лице директора Омского филиала ФИО5 (далее – ФИО5) по доверенности от 22.07.2013 № Д-8144, заказчик) заключен контракт теплоснабжения от 11.02.2016 № 3-8415 (далее – контракт) в редакции дополнительного соглашения от 18.07.2016, по условиям которого исполнитель обязуется подавать заказчику через присоединенную теплосеть тепловую энергию в горячей воде от ТЭЦ-3 в количестве 3 467,0612 Гкал/год на сумму 4 500 000,00 руб. в том числе налог на добавленную стоимость (далее - НДС) 686 440,69 руб., объем и стоимость тепловой энергии указаны без учета корректировки с максимумом тепловой нагрузки 1,5880 Гкал/ч, в том числе: на отопление – 0,8200 Гкал/ч; вентиляцию – 0,0000 Гкал/ч; на закрытое горячее водоснабжение (далее - ГВС) – 0,0000 Гкал/ч; на открытое ГВС – 0,3900 Гкал/ч, теплоноситель в течение года – 1,4521 куб. м/ч, в межотопительный период – 0,0000 куб. м/ч, в отопительный период – куб. м/ч; на технологические нужды – 0,0000 Гкал/ч.

Пунктом 2.4.3 контракта (в редакции дополнительного соглашения от 18.07.2016) заказчик принял на себя обязанность соблюдать: а) расход сетевой воды не более расчетного значения – 38,6100 куб. м; б) максимальный расход теплоносителя в течение года – 1,4521 куб. м/ч, в межотопительный период – 0,0000 куб. м/ч, в отопительный период – 0,0000 куб. м/ч; в) норму утечек сетевой воды не более – 0,0704 куб. м/ч; г) среднесуточную температуру обратной сетевой воды, которая не должна превышать заданную температурным графиком температуру более, чем на 5%; д) емкость теплосетей и систем не более 28,5420 куб. м.

Также обществом и учреждением заключено дополнительное соглашение от 03.10.2016, которым изменены абзац второй пункта 1.1, пункт 2.4.3 контракта: «на отопление – 0,0,8193 Гкал/ч; на вентиляцию – 0,0000 Гкал/ч; на закрытое ГВС – 0,0000 Гкал/ч; на открытое ГВС – 0,3761 Гкал/ч, теплоноситель в течение года – 1,1061 куб. м/ч, в межотопительный период – 0,0000 куб. м/ч, в отопительный период – 0,0000 куб. м/ч; на технологические нужды – 0,0000 Гкал/ч.» (абзац второй пункта 1.1); «соблюдать: а) расход сетевой воды не более расчетного значения – 15,7018 куб. м; б) максимальный расход теплоносителя в течение года – 1,1061 куб. м/ч, в межотопительный период –0,0000 куб. м/ч, в отопительный период – 0,0000 куб. м/ч; в) норму утечек сетевой воды не более – 0,0704 куб. м/ч; г) среднесуточную температуру обратной сетевой воды, которая не должна превышать заданную температурным графиком температуру более, чем на 5%; д) емкость теплосетей и систем не более – 23,5884 куб. м.

Письмом от 19.05.2016 № 112/01-21, адресованным обществу, учреждение просило снять тепловую нагрузку на вентиляцию в размере 1,1207 Гкал/ч и на ГВС в размере 0,3419 Гкал/ч.

Между учреждением (в лице директора Омского филиала ФИО5 по доверенности от 22.07.2013 № Д-8144) и компанией заключено соглашение от 21.07.2016 о передаче права использования резерва тепловой мощности, закрепленного за учреждением по контракту (пункт 1 соглашения), в размере 1,4480 Гкал/ч, по объектам, расположенным в городе Омске: учебный корпус, ОБК, учебные мастерские (улица М. Никифорова, дом 5), общежитие (улица М. Никифорова, дом 7).

В результате проверки службой сбыта общества подтверждено исключение тепловой нагрузки в размере 1,448 Гкал/ч из контракта со ссылкой на отражение обстоятельств исключения в дополнительном соглашении от 03.10.2016 к контракту (письмо от 27.07.2021 № ОРТС/КП/ДВ/1099).

Компания 30.09.2021 обратилась к обществу с заявкой на заключение договора о подключении к системе теплоснабжения строящегося объекта «Общеобразовательная школа в микрорайоне «Прибрежный», в том числе в счет уступки права на использование резерва тепловой мощности по соглашению от 21.07.2016.

Также письмами от 16.11.2021 № 01/424, повторно от 24.11.2021 № 01/438 компания просила общество учесть, что часть требуемой нагрузки на объект (1,4480 Гкал/ч) передана заявителю по соглашению от 21.07.2016.

По результатам совещания с участием представителей акционерного общества «ТГК-11» (далее – общество «ТГК-11»), общества и компании принято решение рассмотреть техническую возможность перераспределения нагрузки в объеме 1,44 Гкал/ч с объекта учреждения на новую школу в микрорайоне № 5 по улице Туполева, вопрос уступки тепловой мощности вынести на комиссию, недостающую мощность компании приобрести в соответствии с тарифным решением.

Комиссией в составе представителей общества «ТКГ-11» и общества принято решение, оформленное заключением от 14.12.2021, о согласовании заявки компании на подключение с учетом уступки права на использование мощности (1,448 Гкал/ч) учреждения, необходимости уведомления о результатах рассмотрения уступки как учреждение, так и компанию.

Письмом от 21.12.2021 № 24-22т/1361 информация о результатах работы комиссии по вопросу уступки права на использование мощности доведена до заинтересованных лиц.

Плата за подключение к системе теплоснабжения объекта капитального строительства «Общеобразовательная школа на 1 122 места в микрорайоне «Прибрежный» с подключаемой тепловой нагрузкой 2,350 Гкал/ч установлена тарифным органом с учетом 1,448 Гкал/ч, полученной в счет уступки по соглашению с учреждением, и 0,902 Гкал/ч - дополнительной тепловой нагрузки, в индивидуальном порядке в размере 9 802 415,69 руб. без НДС (распоряжение Региональной энергетической комиссии Омской области от 20.01.2022 № 2-Р).

В результате принятия обществом соглашения от 21.07.2016 между последним (исполнитель) и компанией (заказчик) заключен договор от 27.01.2022 № 07.112.38.22 о подключении к системе теплоснабжения объекта – общеобразовательная школа на 1 122 места в микрорайоне «Правобережный», расположенного на земельном участке в 88 м севернее относительно жилого дома по адресу: 

<

...> дом 5 Б со сроком подключения 4 квартал 2025 года.

Договором о перемене лиц в обязательстве от 23.06.2023 № 07.112.38.22 ПП (далее – договор от 23.06.2023), заключенным между обществом (исполнитель), компанией (первоначальный заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «Наша школа» (новый заказчик), права и обязательства компании по договору от 27.01.2022 № 07.112.38.22 переданы новому заказчику.

Общая стоимость услуг исполнителя, передаваемых по договору от 27.01.2022, то есть плата за подключение, составляет - 11 762 898,83 руб., в том числе НДС по ставке 20% - 1 960 483,14 руб.

Стороны подтверждают, что первоначальный заказчик передает, а новый заказчик принимает с момента подписания договора в полном объеме права и обязательства, принадлежащие первоначальному заказчику, на использование тепловой мощности в размере 1,448 Гкал/ч, исключенной из контракта по заключенному с учреждением соглашению (пункт 1 договора от 23.06.2023).

Во исполнение договора от 27.01.2022 № 07.112.38.22 объект «Общеобразовательная школа на 1 122 места в микрорайоне «Прибрежный» подключен к системе теплоснабжения, о чем составлен акт о подключении от 23.09.2024.

Разрешением от 26.12.2024 № 55-36-118-2024, выданным департаментом архитектуры и градостроительства администрации города Омска, объект введен в эксплуатацию, право собственности Омской области на него зарегистрировано 26.12.2024 (выписка из Единого государственного реестра недвижимости от 26.12.2024).

Письмом от 04.09.2024 № ОРТС/ЮИ/1277 общество обратилось в департамент координации деятельности образовательных организаций Министерства науки и высшего образования Российской Федерации (далее - министерство) за подтверждением полномочий руководителя Омского филиала учреждения в принятии решения по вопросу уступки и снятия тепловой нагрузки с объектов, находящихся в его ведении, и разъяснением о необходимости получения руководителем учебного заведения письменного согласования таких действий с надзорными либо контролирующими органами.

Ответным письмом от 17.10.2024 № МН-7/5072 министерство сообразно полученной от учреждения информации уведомило общество о неизменности с 2016 года объема отпуска тепловой энергии по контракту, резервные мощности для филиала учреждения предусмотрены и остаются в распоряжении филиала.

Филиалом по поручению учреждения проведена служебная проверка легитимности соглашения от 21.07.2016, о результатах которой обществу сообщено в письме от 22.11.2024 № 343/01-12: оригинал соглашения от 21.07.2016 в документации и архиве отсутствует; на расчетные счета учреждения поступления от компании не зафиксированы; бывший директор факт заключения и подписания отрицает; доверенность, выданная бывшему директору, не предполагает полномочий на подписание подобных соглашений, также указано, что соглашение между компанией и Омским филиалом учреждения не может быть признано достоверным.

Полагая соглашение от 21.07.2016 заключенным неустановленным лицом посредством фальсификации подписи ФИО5 с использованием сведений о доверенности и оттиска печати филиала учреждения от лица филиала, в силу статьи 55 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) не наделенного правоспособностью, общество обратилось в арбитражный суд с иском по настоящему делу о признании соглашения от 21.07.2016 как неподписанного со стороны учреждения в лице уполномоченного руководителя ничтожной сделкой.

Рассматривая спор по существу, суд первой инстанции руководствовался статьями 1, 8, 10, 128, 157, 160, 161, 162, 163, 165, 166, 168, 181, 199, 432, 434 ГК РФ, статьями 2, 13, 14, 16 Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении» (далее – Закон о теплоснабжении), Правилами подключения к системам теплоснабжения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 16.04.2012 № 307 (далее – Правила № 307), пунктами 44, 68 Правил подключения (технологического присоединения) к системам теплоснабжения, включая правила недискриминационного доступа к услугам по подключению (технологическому присоединению) к системам теплоснабжения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 30.11.2021 № 2115 (далее – Правила № 2115), правовыми позициями, приведенными в пунктах 1, 70, 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными», определениях Верховного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 18-КГ13-155, от 07.07.2015 № 78-KH5-7, от 31.03.2016 № 305-ЭС15-16158, от 10.04.2018 № 81-КГ17-31.

Включив в предмет доказывания наличие у подписанта соглашения от лица учреждения полномочий на совершение сделки, суд констатировал таковые на основании доверенности от 22.07.2013 № Д-8144 с правом заключения и перезаключения договоров, установил использование доверенности с тождественными реквизитами и при заключении от учреждения контракта и дополнительного соглашения от 18.07.2016 к нему.

Арбитражным судом Омской области также учтено, что при рассмотрении заявки на подключение обществом проведена правовая экспертиза достоверности соглашения, оформленная заключением комиссии от 14.12.2021, с результатами которой ознакомлены стороны сделки, уступка мощности по итогу проверочных мероприятий одобрена обществом.

Проанализировав указанные истцом в качестве основания недействительности сделки доводы о подписании соглашения неуполномоченным лицом ввиду отрицания легитимным в исковом периоде директором филиала учреждения участия в заключении сделки, суд счел их свидетельствующими о незаключенности исполненного соглашения, а не о его недействительности.

Отказывая в удовлетворении исковых требований на основании исследования и оценки представленных в дело доказательств, суд первой инстанции исходил из действительности оспариваемого соглашения, пропуска обществом срока исковой давности, исчисляемого с даты получения обществом соглашения (ноябрь 2021 года), о применении которого заявлено ответчиком, недоказанности охраняемого законом интереса истца в признании этой сделки недействительной.

Суд апелляционной инстанции, дополнительно руководствуясь статьями 167, 183, 195 ГК РФ, пунктом 65 Правил № 2115, пунктом 123 Постановления № 25, определением Верховного Суда Российской Федерации от 08.10.2024 № 300-ЭС24-6956, с выводами суда первой инстанции согласился, оставил решение суда без изменения.

Поддерживая мотивы отклонения арбитражным судом оснований порочности сделки, апелляционная коллегия сочла письменную позицию министерства от 17.10.2024 № МН-7/5072, от 22.11.2024 № 343/01-12 об инициировании проверки по факту отчуждения мощности и ее результатах на основании пояснений учреждения и отсутствия оригинала соглашения от 21.07.2016 не свидетельствующей о фальсификации подписи ФИО5 и оттиска печати в соглашении от 21.07.2016; констатировала отсутствие в материалах дела заявления в порядке статьи 161 АПК РФ, заключения эксперта, обладающего специальными знаниями в области почерковедения и технологии нанесения оттиска печати; приняла во внимание неподтвержденность содержания служебной записки и.о. бухгалтера учреждения от 20.11.2024 первичными бухгалтерскими документами, а также заявление ФИО5 от 03.10.2024 без его предупреждения об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний не обладают признаками допустимости и достоверности, соответственно.

Напротив, из служебной записки директора по безопасности общества «ТГК-11» ФИО6 от 13.12.2021 апелляционным судом установлено, что в ответ на направленные 01.12.2021 обществу и учреждению запросы руководители организаций подтвердили достоверность представленных сведений о заключении соглашения от 21.07.2016.

Спор по существу разрешен судами правильно.

Как следует из Закона о теплоснабжении, тепловой мощностью (далее - мощность) является количество тепловой энергии, которое может быть произведено и (или) передано по тепловым сетям за единицу времени (пункт 6 статьи 2); тепловая нагрузка представляет собой количество тепловой энергии, которое может быть принято потребителем тепловой энергии за единицу времени (пункт 7 статьи 2).

Присоединившись к централизованной системе теплоснабжения, потребители, утратившие потребность в использовании всей подключенной тепловой нагрузки и переставшие потреблять тепловую энергию (мощность), могут сохранить за собой право на возобновление ее использования в последующем путем заключения с теплоснабжающей организацией договора оказания услуг по поддержанию резервной тепловой мощности с оплатой указанной услуги по установленному для этой цели тарифу (в ряде случаев), но по общему правилу по цене, определяемой соглашением сторон (часть 3 статьи 13, статья 16 Закона о теплоснабжении).

Также в соответствии с пунктом 14 статьи 14 Закона о теплоснабжении потребитель, объекты которого ранее подключены (технологически присоединены) к системе теплоснабжения в надлежащем порядке, вправе снижать тепловую нагрузку добровольно и при условии отсутствия технических ограничений уступать право на использование мощности иным потребителям, заинтересованным в подключении (технологическом присоединении), в порядке, установленном правилами подключения (технологического присоединения) к системам теплоснабжения, утвержденными Правительством Российской Федерации.

Аналогичное положение содержится в пункте 45 Правил № 307, действовавших в период заключения оспариваемого соглашения.

При этом законодательство об энергоснабжении не допускает перераспределение мощности в пользу третьих лиц по их требованию без согласия лица, которое ранее подключило свои энергопринимающие устройства к системе теплоснабжения. Мощность может быть перераспределена (уступлена) исключительно по воле ее прежнего правообладателя (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.09.2016 № 307-ЭС16-5146).

Таким образом, нормативное регулирование и судебная практика исходят из того, что подключенная тепловая нагрузка, опосредующая определенную величину присоединенной тепловой мощности, является самостоятельным материальным благом, принадлежащим субъекту, прошедшему процедуру технологического присоединения и присоединившему свои энергопринимающие устройства к энергосети (статья 128 ГК РФ).

В силу пункта 46 Правил № 307 уступка права на использование мощности может быть осуществлена в той же точке подключения, в которой подключены теплопотребляющие установки лица, уступающего право на использование мощности, и только по тому же виду теплоносителя. Техническая возможность подключения с использованием уступки права на использование мощности в иной точке подключения определяется теплоснабжающей (теплосетевой) организацией.

Уступка права осуществляется путем заключения между потребителем, ранее подключенным к системе теплоснабжения, и новым потребителем в установленном порядке соглашения об уступке права на использование мощности; заключения новым потребителем договора о подключении с исполнителем (пункт 47 Правил № 307).

В соглашении об уступке права на использование мощности предусматриваются следующие обязательства лица (лиц), которое уступает право на использование мощности: выполнение технических действий, обеспечивающих подключение; внесение изменений в документы, предусматривающие размер подключенной тепловой нагрузки лица (лиц), уступающего право на использование мощности, в срок до осуществления фактического подключения теплопотребляющих установок лица, которому уступается право на использование мощности (пункт 49 Правил № 307).

С учетом обязательственного характера уступаемого требования с точки зрения гражданского права уступка права использования мощности представляет собой гражданско-правовой договор цессии по смыслу, придаваемому такому понятию главой 24 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность (абзац второй пункта 74 Постановления № 25).

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71, 168 АПК РФ).

Исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи в порядке статьи 71 АПК РФ, установив обстоятельства заключения и исполнения соглашения от 21.07.2016, проверку его действительности в том числе истцом непосредственно перед заключением договора от 27.01.2022 № 07.112.38.22, подтвержденной полномочными представителями сторон сделки, выраженное в пределах предоставленных полномочий волеизъявление учреждения на распоряжение резервной мощностью, не поставленное обществом под сомнение при ее исключении из контракта дополнительным соглашением от 03.10.2016, проведенную истцом верификацию факта совершения уступки мощности, ее исполнение сторонами (с учетом внесенных в контракт изменений дополнительным соглашением от 18.07.2016 о величине резервной тепловой мощности (с 1,12 на 1,448 Гкал/ч, стоимость услуг по поддержанию резервной тепловой мощности определена в размере 108 070 руб./Гкал (без НДС) за Гкал/ч в месяц), дополнительным соглашением от 03.10.2016 – об исключении мощности в размере 1,448 Гкал/ч и установлении нулевого размера платы за ее поддержание), суды двух инстанций аргументированно констатировали отсутствие оснований для признания оспариваемого соглашения недействительной сделкой, признав требование заявленным в судебном порядке с пропуском срока исковой давности.

Установление фактических обстоятельств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций в рамках конкретного дела, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.

В кассационной жалобе общество выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств (заявления ФИО5 от 03.10.2024, служебной записки и.о. бухгалтера учреждения от 20.11.2024, результатов проверки министерства).

Согласно неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позиции, суды при рассмотрении дела обязаны исследовать по существу его фактические обстоятельства и не должны ограничиваться только установлением формальных условий применения нормы. Иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы существенно ущемленным (Постановления от 06.06.1995 № 7-П, от 13.06.1996 № 14-П и др.). Предоставление суду полномочий по оценке имеющихся в деле доказательств и отражению ее результатов в судебном решении вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и служит одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, что вместе с тем не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом (Определение от 18.01.2011 № 8-О-П).

Вопрос оценки доказательств в силу части 1 статьи 71 АПК РФ является компетенцией судов факта, к которым относятся суды первой и апелляционной инстанций.

Получение истцом положенных в основание иска доказательств законным путем, свидетельствующим, по мнению заявителя, об их допустимости, не противоречит выводам апелляционного суда, сделанным с учетом содержания документов и поставленного истцом вопроса изготовления подписи от имени учреждения неустановленным лицом.

Вопреки утверждению заявителя, у судов двух инстанций отсутствовали основания для рассмотрения вопроса о фальсификации доказательств в установленном статьей 161 АПК РФ порядке ввиду отсутствия заявления (пункт 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»).

По существу приведенных в обоснование недействительности соглашения от 21.07.2016 аргументов суды первой и апелляционной инстанций верно исходили из необходимости установления в том числе обстоятельств исполнения сделки, признав недопустимым противопоставление распорядительных действий учреждения и его последующего поведения (охарактеризованного проводившими проверку действительности уступки лицами как подтверждающее сделку, повлекшего основание другим лицам полагаться на действительность сделки, наступление опосредованных ее заключением правовых последствий) отсутствию оригинала соглашения и последовавшего после проверки, инициированной истцом спустя более 8 лет с момента подписания соглашения, отказа учреждения от подтверждения его заключения по мотиву отрицания бывшим директором факта подписания, отсутствия упоминания о сделке в бухгалтерских документах, для целей инвалидации соглашения.

Кассационные аргументы о неприменении судами правовых последствий отсутствия оригинала соглашения от 21.07.2016, доказательств встречного предоставления компанией за уступленную мощность в виде его недействительности судом округа отклоняются как основанные на неверном понимании норм действующего законодательства.

Как верно указано судами, само по себе отсутствие оригинала соглашения не опровергает реальность правоотношений между его сторонами и не является безусловным основанием для признания исполненной сделки недействительной.

Отклоняя доводы кассационной жалобы о неверном определении судами начала течения срока исковой давности, суд округа находит приведенную судами аргументацию соответствующей положениям параграфа 2 главы 9, главы 12 ГК РФ, регламентирующим институты недействительности сделок и срока исковой давности, а также установленным судами обстоятельствам.

Как установлено статьей 195, пунктом 1 статьи 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Определяя начало течения срока исковой давности, суды первой и апелляционной инстанций с учетом приведенных в абзаце втором пункта 101 Постановления № 25 разъяснений правомерно исходили из необходимости исчисления срока исковой давности со дня осведомленности заявителя о начале исполнения сделки, определив таковым получение обществом от компании соглашения от 21.07.2016 в ноябре 2021 года (письма от 16.11.2021 и 24.11.2021), пропущенного при обращении в суд с иском 23.01.2025.

Иное определение истцом начала течения срока исковой давности по заявленным требованиям, связываемое с повторно инициированной им проверкой действительности соглашения от 21.07.2016 путем обращения к полномочному представителю учредителя, не изменяющей начала течения срока исковой давности, не свидетельствует о допущенных судами нарушениях норм права.

Приводимое обществом суждение об отсутствии результатов рассмотрения заявленного в иске ходатайства о восстановлении срока исковой давности не нашло подтверждения по результатам ревизии обжалуемых судебных актов.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в пункте 12 Постановления № 43, по смыслу статьи 205, пункта 3 статьи 23 ГК РФ, срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином-индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

При рассмотрении заявления компании о пропуске срока исковой давности суды фактически исходили из отсутствия возможности восстановления срока по требованию юридического лица независимо от причин его пропуска (абзац третий пункта 12 Постановления № 43).

В целом доводы, изложенные в кассационной жалобе, сводятся к несогласию ее заявителя с выводами судов первой и апелляционной инстанций, но сами такие выводы и установленные обстоятельства, имеющие юридическое значение для рассмотрения настоящего спора, не опровергают, в связи с чем не могут быть приняты во внимание судом кассационной инстанции, учитывая предусмотренные статьей 286 АПК РФ пределы его компетенции.

Несогласие заявителя с выводами судов не свидетельствует о неправильном применении ими норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела, а потому не может служить основанием для отмены судебных актов в кассационном порядке (статьи 286, 287 АПК РФ).

Нарушений судами норм права, являющихся основаниями для безусловной отмены решения и постановления (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено. Кассационная жалоба по приведенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

Согласно статье 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение кассационной жалобы относится на заявителя.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 26.05.2025 Арбитражного суда Омской области и постановление от 04.09.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-699/2025 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий 	 	Г.В. Марьинских

Судьи	Е.В. ФИО7

ФИО1