АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, 

<

...>, тел. 

<

***>  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-10052/2024

Дело № А65-11524/2023

г. Казань

14 ноября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 30 октября 2025 года Полный текст постановления изготовлен 14 ноября 2025 года. 

Арбитражный суд Поволжского округа в составе: председательствующего судьи Васильева П.П.,  

судей Богдановой Е.В., Герасимовой Е.П. при участии представителей лиц, участвующих деле: 

ФИО1 – лично, паспорт,  

представителя ФИО1 – ФИО2, по устному ходатайству,  

представителя конкурсного управляющего акционерным обществом 

«ТР-Телеком» ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 15.01.2025,  

представителя общества с ограниченной ответственностью Производственно – коммерческая фирма «ТИСКО» - ФИО5 по доверенности от 27.12.2022,  

представителя ФИО6 - ФИО7 по доверенности от 05.12.2024,  

 в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,  

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1  

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2025  

по делу № А65-11524/2023 

по заявлению конкурсного управляющего АО «ТР-Телеком» о признании недействительными сделок должника с ФИО1 и применении последствий их недействительности  

(вх. № 59978) по делу о несостоятельности (банкротстве) АО «ТР-Телеком»,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.10.2023 акционерное общество «ТР-Телеком» (далее – должник АО «ТР-Телеком») признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее – конкурсный управляющий ФИО3).  

В Арбитражный суд Республики Татарстан 21.11.2023 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 о признании недействительными сделками - трудового договора от 05.06.2023, заключенного между АО «ТР-Телеком» и ФИО1 (далее – ответчик ФИО1), платежей АО «ТР- Телеком» в пользу ФИО1 в сумме 354 612,60 руб. в период с февраля 2023 года по октябрь 2023 года, и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу  

АО «ТР-Телеком» денежных средств в сумме 354 612,60 руб. – заработной платы с февраля по ноябрь месяцы и отчислений по ней.  

Конкурсный управляющий уточнил заявление в части суммы платежей, просил признать недействительными сделками платежи в  

размере 572 996,01 руб., полученные ответчиком в счет исполнения указанного договора и взыскать с ответчика 572 996,01 руб.  

 Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.11.2024 в удовлетворении заявления отказано.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2025 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.11.2024 по делу № А65-11524/2023 отменено. Принят новый судебный акт. Заявление конкурсного управляющего АО «ТР-Телеком» ФИО3 об оспаривании сделок должника удовлетворено. Признан недействительным трудовой договор от 05.06.2023, заключенный между АО «ТР-Телеком» и ФИО1 Признаны недействительными сделками платежи, совершенные АО «ТР-Телеком» в пользу ФИО1 в период с июня 2023 года по январь 2024 года в размере 572 996,01 руб. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу АО «ТР-Телеком» денежных средств в размере  

572 996,01 руб. 

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.  

В обоснование кассационной жалобы и дополнения к ней в письменной позиции ФИО1 указано следующее:  

сама по себе осведомленность о неплатежеспособности должника и аффилированности ответчика по отношению к руководителю должника не может являться основанием для признания трудового договора недействительной сделкой;  

оспариваемый трудовой договор заключен для обеспечения выполнения обязанностей по юридическому сопровождению и организации всей юридической работы АО «ТР-Телеком» после расторжения договора на оказание юридических услуг с ООО «ЮК Стратег»; трудовой договор с ФИО1 является ординарной сделкой, размер ежемесячных платежей по которой не превышает 1% от стоимости активов должника, совершена в обычной хозяйственной  

деятельности должника; в период трудоустройства ФИО1 никаких договоров с юридическими фирмами у должника не имелось;  

ФИО1 исполнял обязанности начальника юридического отдела и лично занимался судебными процессами в интересах АО «ТР- Телеком», лично принимал участие в судебных заседаниях и исполнял иные поручения на основании доверенности, выданной конкурсным управляющим ФИО3 Замечаний у конкурсного управляющего к исполнению ФИО1 трудовых обязанностей не было. Подтверждением этого является электронная служебная переписка конкурсного управляющего с ответчиком, которая имеется в материалах дела;  

кроме того в период трудоустройства ФИО1 в интересах должника ответчиком были совершены действия по подготовке материалов годового общего собрания акционеров АО «ТР-Телеком»; по подготовке и представлению в суд исковых заявлений, отзывов, возражений; по передаче документации и имущества должника временному и конкурсному управляющему должника; по анализу поступивших требований к должнику о включении в реестр требований кредиторов должника; по работе с судебными приставами–исполнителями.  

полученные ответчиком денежные средства в размере 120 210 руб. не являются заработной платой, поскольку конкурсным управляющим ФИО1 была перечислена сумма в размере 66 210 руб. для произведения хозрасходов (канцтовары и т.д.), а также внесения денежных средств в размере 54 000 руб. на депозит Арбитражного суда Республики Татарстан для проведения экспертизы по делу № А65-22585/2022.  

До начала судебного заседания в суд округа от конкурсного управляющего должника поступил отзыв, дополнение к нему, возражения на письменные пояснения ответчика, в которых изложены доводы против удовлетворения кассационной жалобы.  

От участника должника ФИО6 (далее - ФИО6), кредитора ПАО «Таттелеком» поступили письменные пояснения, отзыв и дополнение к нему, в которых изложены доводы против удовлетворения кассационной жалобы.  

В судебном заседании 21.10.2025 Арбитражным судом Поволжского округа в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) объявлен перерыв до 14 часов 30 минут 30.10.2025.  

В судебном заседании после перерыва представитель заявителя кассационную жалобу поддержал.  

Представители конкурсного управляющего должника, ООО Производственно–коммерческая фирма «ТИСКО», ФИО6 против удовлетворения кассационной жалобы возражали.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 АПК РФ, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзывов, заслушав присутствующих в судебном заседании представителей и проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к следующим выводам.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, 05.06.2023 между должником и ФИО1 заключен трудовой договор, согласно условиям которого ответчик принят в штат должника на должность начальника юридического отдела.  

Согласно п. 6.2 указанного договора, ответчику установлен должностной оклад в размере 69 000 руб. в месяц.  

 Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании трудового договора от 05.06.2023 недействительным на основании пункта 1 и пункта 2 статьи 61.2, пункта 2  

статьи 61.3 Закона о банкротстве, статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).  

Судом первой инстанции установлено, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 28.04.2023, оспариваемый договор заключен 05.06.2023, платежи в пользу ответчика произведены в период с 19.06.2023 по 30.01.2024, то есть в период подозрительности, предусмотренный как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, установил отсутствие неравноценности встречного предоставления в результате совершения оспариваемых сделок или причинение ими вреда имущественным правам кредиторов, доказательств злоупотребления правом при совершении оспариваемых сделок, при этом отметил, что само по себе введение процедуры банкротства должника не является основанием для автоматического снижения уровня оплаты труда работников и уровня жизни.  

Суд первой инстанции пришел к выводу о полноценном исполнении ответчиком возложенной на него трудовой функции при этом ответчик был заинтересован в получении должником прибыли.  

Кроме того, как указал суд, доказательства, подтверждающие, что размер должностного оклада ответчика является явно завышенным по сравнению с условиями труда иных должностей должника или иных организаций, сведения о среднемесячной заработной плате по организациям с аналогичным видом экономической деятельности, схожих с должником по роду и масштабу деятельности и аналогичным объемом выполняемых трудовых функций работников, конкурсным управляющим не представлены.  

Отменяя определение суда первой инстанции, апелляционный суд установил, что на момент совершения сделок у должника имелось значительное количество неисполненных обязательств перед кредиторами, впоследствии включенных в реестр требований кредиторов должника, на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности.  

Судом приняты во внимание доводы конкурсного управляющего об отсутствии необходимости в данном сотруднике (начальник юридического отдела), так как у должника имелся заключенный договор с ФИО8, принятой на должность юриста, у должника отсутствовал значительный объем юридической работы, а также о значительном размере оклада в 69 000 руб. для предприятия, находящегося в банкротстве.  

 ФИО1 является родным братом последнего руководителя должника, трудоустроен в АО «ТР-Телеком» после назначения директором должника ФИО9, при этом ответчик являлся одновременно руководителем в ООО «ЮК «СТРАТЕГ», ООО «РСС-МЕД», ООО «СТРАТЕГ».  

Представленные ответчиком письменные пояснения и возражения, в которых указано на участие в подготовке к судебным заседаниям, участие в судебных заседаниях, участие в подготовке собрания акционеров, судом апелляционной инстанции отклонены, поскольку из содержания представленных доказательств невозможно достоверно установить факт подготовки тех или иных документов именно ФИО1  

Судом отмечено, что большая часть документации подписывалась либо директором должника, либо представителем по доверенности юрисконсультом ФИО8, которая также участвовала в судебных заседаниях от должника по доверенности. С учётом нахождения должника в предбанкротном состоянии, принятие в штат начальника юридического отдела не отвечает признакам разумности поведения сторон.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции установил, что до возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника в штате должника не было должности – «начальник юридического отдела», представление интересов должника в судах и иных органах государственной власти осуществлялось представителями организаций, с которыми у должника были заключены договоры на оказание юридических услуг.  

Судом указано, что ответчик выполнял трудовые функции в 4-х юридических лицах при 8 часовом рабочем графике, что не  

свидетельствует о фактической невозможности осуществлять трудовую деятельность в АО «ТР-Телеком» в таком режиме.  

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу об аффилированности должника и ответчика, о том, что представленные доказательства об осуществлении трудовой деятельности в АО «ТР-Телеком» были изготовлены с целью придания законности вывода денежных средств в виде выплаты заработной платы, что целью введения в штат новой должности – «начальник юридического отдела», заключения трудового договора с ответчиком и выплата заработной платы в соответствии с условиями трудового договора после возбуждения в отношении должника дела о несостоятельности (банкротстве) являлись созданием формальной видимости законного перечисления денежных средств по заключенному трудовому договору с реальной целью, направленной на выведение денежных средств и причинение имущественного вреда кредиторам должника.  

Судебная коллегия с указанными выводами суда апелляционной инстанции не может согласиться по следующим основаниям.  

Положениями пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрена возможность оспаривания отдельных действий должника, в том числе совершенных в рамках правоотношений, регулируемых трудовым законодательством, по правилам оспаривания сделок должника.  

Согласно статье 16 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) заключение трудового договора, иных соглашений, регулирующих правоотношения между работником и работодателем, представляет собой действия названных субъектов, направленные на возникновение у них прав и обязанностей в рамках указанных правоотношений.  

С учетом норм пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве то обстоятельство, что эти действия имеют правовое значение в рамках правоотношений, регулируемых трудовым законодательством, и не являются действиями по совершению или исполнению сделки, не исключает возможность оценки их законности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) по основаниям, установленным главой  

III.1 Закона о банкротстве. Названным Законом на такие действия лишь распространяется правовой режим оспаривания сделок, что не означает изменение правовой квалификации указанных действий как действий, направленных на совершение сделки.  

Формулировка положений названной главы Закона о банкротстве свидетельствует о том, что воля законодателя направлена на исключение таких действий должника, в том числе в виде совершения гражданско-правовых сделок, которые являются основанием для возложения на должника дополнительных обязанностей в нарушение охраняемых законом прав и интересов лиц, участвующих в деле о несостоятельности. Таким образом, из смысла положений главы III.1 упомянутого Закона в их совокупности следует, что они подлежат применению как к действиям по исполнению обязанностей должника, в том числе в рамках правоотношений, регулируемых трудовым законодательством, так и к действиям по установлению таких обязанностей, в частности путем заключения трудового договора.  

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.  

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда  

имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление № 63) предусмотрено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.  

В силу пункта 7 постановления № 63 и абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества  

должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.  

Суд апелляционной инстанции, признавая спорные сделки недействительными по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сослался на наличие у должника признаков неплатежеспособности, аффилированности ответчика и руководителя должника, недоказанности факта встречного предоставления за перечисленную должником заработную плату.  

Признавая спорные сделки также мнимыми по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, суд апелляционной инстанции установил, что ответчиком не представлены доказательства реальности трудовых отношений между должником и ФИО1, учитывая отсутствие экономической обоснованности заключения трудового договора и установлением заработной платы в размере 69 тыс. руб. в месяц.  

Вместе с тем, наличие в законодательстве о банкротстве приведенных специальных правил об оспаривании сделок (действий) не означает, что само по себе ухудшение финансового состояния работодателя, его объективное банкротство ограничивают права обычных работников на получение заработной платы и всего комплекса гарантий, установленных ТК РФ.  

Размер заработной платы работника является обязательным условием трудового договора (статья 57 ТК РФ), изменять такие условия  

можно только по соглашению сторон договора - работодателя и работника (статья 72 ТК РФ).  

Таким образом, по общему правилу система оплаты труда, включая размеры должностного оклада, доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования устанавливаются исключительно с согласия и на основании выраженного волеизъявления его работодателя.  

Как указано выше, существенная неравноценность встречных предоставлений может служить основанием для оспаривания сделки (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве).  

Для применения указанного основания недействительности сделки следует прибегнуть к сравнению состоявшейся сделки с аналогичными сделками, что существенным образом усложняется в том случае, когда предоставление имеет особенности, обусловленные нестабильным (критическим) состоянием должника.  

Специфика трудовых отношений состоит в том, что при заключении трудового договора (в отличие от гражданско-правовой сделки) отсутствует необходимость определения точного объема и размера встречного исполнения со стороны работника. В связи с этим такие базовые условия трудового договора, как оклад и социальные гарантии, не могут быть поставлены в зависимость от финансового результата, полученного работодателем в результате деятельности работника.  

При этом работник, заключая трудовой договор, вправе руководствоваться своими личными интересами при определении размера заработной платы; он не должен заботиться об интересах работодателя, если последний готов выплачивать работнику ту заработную плату, о которой они договорились. Исключение может быть только в случае сговора работника с работодателем (должником), что образует основание для признания такой сделки недействительной (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).  

Наличие на момент совершения сделок признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества и осведомленность о них контрагента по сделке, само по себе не может являться основанием для признания сделки недействительной.  

Это означает, что при заключении трудового договора работник не обязан учитывать финансовое состояние работодателя и иные факторы, он вправе принимать решение, только исходя из размера заработной платы и условий труда, то есть речь идет о презумпции добросовестности работника, в отношении работодателя которого введена процедура несостоятельности.  

Для опровержения данной презумпции необходимо установить, что работник не только был осведомлен о наличии признаков несостоятельности работодателя, но и, формально вступая в трудовые отношения с должником, преследовал цель вывода денежных средств.  

В рассматриваемом случае наличие умысла либо сговора между ответчиком и руководителем должника судами не установлено.  

В судебных заседаниях, пояснениях и кассационной жалобе ответчик в подтверждение реальности трудовых взаимоотношений и исполнения трудовых обязанностей последовательно ссылался на представленные им документы, в том числе:  

акты приема-передачи №№ 32-66 документов от бывшего руководителя должника ФИО10, подписанные ответчиком как начальником юридического отдела должника;  

доверенность от 15.12.2023, выданная конкурсным управляющим должника ФИО3 ФИО1 на представление интересов должника, в том числе в судебных процессах;  

электронная переписка между ответчиком и конкурсным управляющим с поручениями ФИО3 как в период процедуры наблюдения, так и в период конкурсного производства;  

личное участие ответчика в интересах должника в судебных заседаниях в делах № А65-22585/2022, № А65-11524/2023.  

Судом первой инстанции приняты по внимание представленные ответчиком доказательства в подтверждение реальности трудовых взаимоотношений и исполнения трудовых обязанностей.  

Относительно довода ответчика со ссылкой на электронную переписку с ФИО3 конкурсным управляющим в пояснениях к кассационной жалобе отмечено, что ФИО1 действительно  

участвовал в ряде процессов, при это привлечение конкурсным управляющим к работе сотрудника, который числится в организации и которому конкурсный управляющий обязан выплачивать заработную плату вполне последовательно.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 11 Федерального закона от 27.07.2006 N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" в целях заключения гражданско-правовых договоров или оформления иных правоотношений, в которых участвуют лица, обменивающиеся электронными сообщениями, обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения, в порядке, установленном федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами.  

Если иное не установлено законом или договором и не следует из обычая или практики, установившейся во взаимоотношениях сторон, юридически значимое сообщение может быть направлено, в том числе посредством электронной почты, факсимильной и другой связи, осуществляться в иной форме, соответствующей характеру сообщения и отношений, информация о которых содержится в таком сообщении, когда можно достоверно установить, от кого исходило сообщение и кому оно адресовано (пункт 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").  

Таким образом, электронная переписка, предоставленная на бумажном носителе (как совокупность электронных сообщений соответствующих лиц) с учетом положений части 3 статьи 75 АПК РФ может рассматриваться в качестве письменного доказательства при наличии доказательств, позволяющих установить достоверность документа.  

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых  

положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.  

Из материалов дела следует, что о фальсификации доказательств в отношении представленной электронной переписки участвующими в обособленном споре лицами не заявлено.  

Кроме того, с учетом представленных в материалы дела доказательств выполнение ФИО1 трудовых функций в иных организациях не опровергает исполнение им работ по трудовому договору с должником.  

Ответчиком также раскрыты причины экономической целесообразности заключения оспариваемого трудового договора, вызванной необходимостью юридического сопровождения и организации всей юридической работы АО «ТР-Телеком» после расторжения договора с ООО «ЮК Стратег», при этом доказательств оказания юридических услуг должнику иными организациями конкурсным управляющим не представлено.  

Суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности явной несоразмерности заработной платы исполняемым ответчиком трудовым обязанностям и того, что условия трудового договора существенным образом в худшую для должника сторону отличаются от аналогичных трудовых договоров, при этом из пояснений ответчика и материалов дела следует, что стоимость юридических услуг, оказываемых должнику юридическими компаниями в 2019 – 2022 годах и с февраля по май 2023 года, была в разы больше, чем оплата по оспариваемому трудовому договору с учетом уровня квалификации и стажа ответчика, а также объема выполняемой работы.  

В нарушение статьи 65 АПК РФ материалы дела не содержат доказательств, что оспариваемая сделка привела к уменьшению стоимости или размера имущества должника или увеличению размера  

имущественных требований к должнику, так как в материалы дела не представлено доказательств несоответствия заключенного договора и соглашений к нему действующему трудовому законодательству и явному завышению оплаты трудовых услуг.  

Доказательства того, что стороны оспариваемых сделок преследовали цель причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, что именно в результате оспариваемых сделок причинен вред имущественным правам кредиторов, что именно после заключения трудового договора и осуществления платежей должник прекратил свою хозяйственную деятельность, а имущества должника было явно недостаточно для расчетов по обязательствам, срок по которым наступил к тому моменту, в материалы дела не представлены.  

При таких обстоятельствах заключение сделок между аффилированными лицами само по себе не свидетельствует об их порочности.  

Поскольку в рассматриваемом случае конкурсным управляющим не опровергнут факт исполнения ФИО1 трудовых обязанностей в соответствии с условиями трудового договора, в отсутствие доказательств, подтверждающих злой умысел работника и наличии сговора между работником и руководителем должника, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности конкурсным управляющим совокупности условий для признания сделок недействительными.  

Обоснованно отклонено судом первой инстанции и требование конкурсного управляющего о недействительности трудового договора и перечислений как мнимой сделки.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.  

Дефект мнимой сделки проявляется в отсутствие направленности воли ее участников на достижения заявленных результатов. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и  

обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.  

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств; доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле (статьи 65, 71 АПК РФ).  

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

Исходя из недоказанности наличия у данной сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, что исключает ее оспаривание по основаниям статей 10, 168 ГК РФ, а также недоказанности мнимости или притворности указанной сделки (статья 170 ГК РФ), притом, что доводы ответчика относительно обстоятельств совершения сделки не опровергнуты, оснований для применения к спорным отношениям статьи 10 ГК РФ и признания сделки ничтожной, не имеется.  

Судом первой инстанции обоснованно установлено, что конкурсный управляющий факт осуществления ответчиком трудовой функции не опроверг, трудовой договор исполнялся как ответчиком, так и обществом (должником), в том числе в лице арбитражного управляющего ФИО3, выдавшего ФИО1 доверенность на представление интересов должника, перечислявшего заработную плату ответчику в размере, установленном условиями трудового договора, что также исключает возможность квалификации сделки как мнимой по основаниям пункта 1 статьи 170 ГК РФ.  

В отношении ранее признанных судом недействительными трудовых договоров между должником и ФИО11, между должником и ФИО12, на которые ссылается конкурсный управляющий, установлены иные условиях их совершения и исполнения, в связи с чем выводы судов, сделанные в указанных обособленных спорах не имеют преюдициального значения.  

Переоценивая выводы суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции не мотивировал, каким конкретным доказательствам, имеющимся в материалах дела, не соответствуют выводы суда первой инстанции.  

При этом не указание в судебном акте каких-либо конкретных доказательств либо доводов само по себе не свидетельствует о том, что судом первой инстанции при вынесении судебного акта данные доказательства или доводы не были исследованы и оценены.  

На основании изложенного суд кассационной инстанции считает, что обжалуемое постановление принято при неправильном применении норм материального и процессуального права, выводы суда апелляционной инстанции о недействительности оспариваемого трудового договора и произведенных по нему платежей взаимоисключающие и противоречивы, а также не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.  

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 287 АПК РФ по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить решение суда первой̆ инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений или постановлений.  

Поскольку судом первой инстанции на основании полного исследования представленных доказательств правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения настоящего спора, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения, нарушений норм материального или процессуального права, являющихся  

основанием для отмены судебного акта суда первой инстанции, не допущено, принимая во внимание ошибочность сделанных судом апелляционной инстанции выводов, постановление апелляционного суда подлежит отмене с оставлением в силе определения суда первой инстанции.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2025 по делу № А65-11524/2023 отменить, оставить в силе определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.11.2024.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья П.П. Васильев  

Судьи Е.В. Богданова  

Е.П. Герасимова