ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-31415/2019

город Ростов-на-Дону

10 октября 2021 года

15АП-14408/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 04 октября 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 10 октября 2021 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Сурмаляна Г.А.,

судей Деминой Я.А., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии:

от публичного акционерного общества "Сбербанк России": представитель по доверенности от 18.02.2020 ФИО2;

от ФИО3: представитель по доверенности от 06.09.2021 ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества  "Сбербанк России" на определение Арбитражного суда Ростовской области от 13.07.2021 по делу № А53-31415/2019 по заявлению публичного акционерного общества "Сбербанк России" о признании сделки недействительной и применении последствия недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5,

ответчик: ФИО3

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее - должник) в Арбитражный суд Ростовской области обратилось публичное акционерное общество "Сбербанк России" в лице Юго-Западного банка ПАО "Сбербанк России" с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи транспортного от 27.07.2016, заключенного между ФИО5 и ФИО3, применении последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО6 в конкурсную массу транспортного средства Mercedes-Benz GL 350 Bluetec 4Matic, 2013 года выпуска, номер 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 13.07.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, публичное акционерное общество  "Сбербанк России" обжаловало определение суда первой инстанции от 13.07.2021 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просило обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что обжалуемый судебный акт является незаконным, необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, судом первой инстанции неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела. Фактические обстоятельства обособленного спора подтверждают доводы банка о мнимости оспариваемой сделки, в частности, что регистрация права собственности на ТС была осуществлена только 14.08.2019, в то время как оспариваемый договор заключен 27.07.2016. Кроме того, после заключения оспариваемой сделки автомобиль продолжал находиться во владении и фактическом пользовании должника, что подтверждается полисами ОСАГО, страхователем в которых выступал должник, ответчик выступил страхователем только в 2020 года, при этом должник сохранил право управления ТС. Таким образом, спорное ТС не выбыло из владения должника. Судом первой инстанции не дана оценка обстоятельствам фактического получения должником денежных средств по оспариваемой сделке, факт произведенного расчета ответчиком не доказан, судом не исследованы обстоятельства расходования должником полученных денежных средств. Судом первой инстанции не дана оценка финансовой возможности ответчика заключить оспариваемый договор. Ответчик является аффилированным по отношению к должнику лицом.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий должника ФИО7 просил оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, а также просил рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие его представителя.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 просил оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В отзыве на апелляционную жалобу должник также просил в удовлетворении апелляционной жалобы банка отказать.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Представитель банка просил определение суда первой инстанции отменить, заявленное требование удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ростовской области от 02.10.2019 заявление гражданина ФИО5 о признании себя несостоятельным (банкротом) принято, возбуждено производство по делу.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 11.11.2019 (резолютивная часть судебного акта оглашена 05.11.2019) в отношении ФИО5 введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утверждена кандидатура ФИО7 (ИНН 

<

***>, адрес для направления корреспонденции: 347905, 

<

...>), из числа членов Ассоциации "Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих".

Сведения о введении в отношении ФИО5 процедуры, применяемой в делах о несостоятельности (банкротстве) - реализация имущества гражданина, опубликованы в газете "Коммерсантъ" № 211(6691) от 16.11.2019.

05.02.2021 в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление публичного акционерного общества "Сбербанк России" в лице Юго-Западного банка ПАО "Сбербанк России" о признании недействительным договора купли-продажи транспортного от 27.07.2016, заключенного между ФИО5 и ФИО3, применении последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО6 в конкурсную массу транспортного средства Mercedes-Benz GL 350 Bluetec 4Matic, 2013 года выпуска, номер 

<

***>.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Федерального закона.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в указанном Федеральном законе.

Целью процедуры реализации имущества гражданина является последовательное проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника. Одно из таких мероприятий - оспаривание сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве пункт 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098 (2) N А40-140251/2013).

Лица, уполномоченные подавать заявления об оспаривании сделки должника, определены в статье 61.9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право публичного акционерного общества "Сбербанк России" на подачу заявления подтверждено суммой требований банка, которая превышает 10% реестра требований кредиторов должника.

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, подлежащий государственной регистрации, для третьих лиц считается заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 N 307-ЭС18-1843 по делу N А56-31805/2016, следует учитывать, что конечной целью оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.

Соответствующая позиция также изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4).

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор купли-продажи датирован 27.07.2016, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (02.10.2019). При этом, регистрация перехода права собственности совершена 14.08.2019, то есть менее чем за два месяца до возбуждения дела о банкротстве.

Учитывая вышеприведенные разъяснения, действительность оспариваемой в рамках настоящего спора сделки оценивается судом применительно к правилам как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из материалов дела, при анализе сделок, совершенных должником, банком установлено следующее.

27 июля 2016 года между должником и ответчиком заключен договор купли- продажи, согласно которому должник продал автомобиль Mercedes-Benz GL 350 Bluetec 4Matic, 2013 года выпуска, номер 

<

***>, а покупатель получил автомобиль и уплатил наличными денежные средства в размере 3 миллиона рублей.

Несмотря на заключение договора купли-продажи в 2016 году, государственная регистрация транспортного средства в органах ГИБДД состоялась 14.08.2019 (спустя более трех лет).

Таким образом, после заключения договора и "передачи имущества" на протяжении трёх лет должник продолжал осуществлять владение и пользование данным транспортным средством, а ответчик имел право управления транспортным средством.

Возражая против доводов банка, ответчиком указано, что в 2016 году к ответчику ФИО3 обратился ФИО5 (далее - "продавец, должник"), с просьбой выдать целевой займ на приобретение нежилого помещения площадью 917,2 кв.м., кадастровый номер: 61:58:0005288:264, расположенного по адресу: г. Таганрог, ул. Менделеева, 117-3, продажу которого осуществлял ПАО КБ "ЦентрИнвест". Данный объект недвижимого имущества интересовал ФИО5 в целях расширения имеющегося у него бизнеса. После получения отказа, ФИО5 предложил приобрести его автомобиль Mersedes-Benz GL 350 2013 г.в. за 3 000 000 руб. Одновременно ФИО5 сообщил о готовности после заключения договора купли-продажи взять у ответчика ФИО3 указанный автомобиль в аренду, пока не приобретёт себе новый. Учитывая реальную рыночную стоимость имущества, а также возможность его сдачи в аренду, ответчик согласился с предложением ФИО5 

27 июля 2016 года между должником и ответчиком был заключен договор купли-продажи указанного выше транспортного средства, денежные средства в сумме 3 000 000 руб. были переданы ФИО5 После подписания данного договора, ФИО5 сообщил, что у него имеется намерение не только арендовать автомобиль, но и впоследствии выкупить обратно. 

Стороны пришли к устной договорённости о том, что ответчик не будет перерегистрировать транспортное средство в органах ГИБДД, чтобы в последствии должник выкупил данный автомобиль.

Стороны пришли к договоренности, что ФИО5 ежемесячно производит оплату наличными денежными средствами в размере 10 000 руб., в счёт оплаты аренды проданного автомобиля, а также осуществлять все необходимые траты, связанные с содержанием имущества. За счёт полученных по договору купли-продажи денежных средств, ФИО5 был приобретён объект недвижимого имущества, который впоследствии также был приобретен ФИО3

ПАО "Сбербанк" было подано заявление о признании указанной сделки недействительной. Определением Арбитражного суда Ростовской области от 02.04.2021 в удовлетворении заявления ПАО "Сбербанк" отказано. ФИО5 пользовался оспариваемым автомобилем за плату, подтверждал намерение выкупить имущество обратно. 

В 2019 году ФИО5 заявил о том, что намерения о приобретении автомобиля не имеется, в связи с чем ФИО3 в ГИБДД был представлен ранее заключенный договор купли-продажи и осуществлена перерегистрация.

Ответчик указывает, что банком также не представлено доказательств наличия у ФИО5 неисполненных обязательств перед кредиторами, как на момент заключения договора, так и на момент его регистрации органами ГИБДД, что свидетельствует об отсутствии какого-либо ущерба кредиторам должника. Также ответчик указал на пропуск срока исковой давности, поскольку производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 возбуждено 02.10.2019. Соответственно оспариванию по специальным основаниям Закона о банкротстве подлежат сделки, совершенные с 02.10.2016. Учитывая, что оспариваемый договор заключен 27.07.2016 он не может быть признан недействительным по основаниям, установленным Главой III.I ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". Со стороны заявителя доказательств мнимости и безденежности сделки, а также недобросовестного поведения обеих сторон при заключении оспариваемого договора, помимо голословных утверждений не представлено.

Таким образом, ответчик просил отказать в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной.

Управляющий указал, что заявителем в материалы дела не представлено надлежащих доказательств неравноценности или безденежности сделки, также как и не доказано причинение кредитору вреда в результате совершения данной сделки. Доказательств мнимости сделки также не представлено. Позиция поддержана управляющим и в рамках апелляционного обжалования.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что требования кредитора подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Исходя из пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно пункту 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации, покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено названным Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

Данное положение исходит из предположения, что оплата товара покупателем должна производиться в период, непосредственно предшествующий передаче товара или непосредственно за ней следующий. 

Иными словами, исполнение продавцом обязанности по передаче товара и исполнение покупателем обязанности по оплате товара в договоре купли-продажи должны быть максимально сближены до возможностей исполнения сторонами договора лежащих на них обязанностей одновременно (тогда, когда это допускается характером обязательства).

В силу статей 421, 424 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. 

Вместе с тем, когда деятельность контрагента регулируется законодательством о банкротстве, затрагиваются права не только самого должника, но и его кредиторов, поэтому вся хозяйственная деятельность должника должна быть подчинена необходимости сохранения конкурсной массы и соблюдения прав кредиторов должника. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.03.2018 № 302-ЭС17-17018, свобода договора, подразумевающая самостоятельное определение сторонами сделки условий связывающих их обязательств, не означает, что эти стороны могут осуществлять права недобросовестно, причиняя вред иным лицам, не являющимся участниками рассматриваемых договорных отношений. 

В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Буквальное значение условий договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

В соответствии с пунктом 4 договора от 27.07.2016, стоимость транспортного средства согласована покупателем и продавцом и составляет три миллиона рублей. 

Единственным подтверждением произведенной оплаты по договору являются подписи сторон внизу договора купли-продажи, при этом фактически в договоре указано, что "Деньги передал, транспортное средство получил –    ФИО5" и "Деньги получил, транспортное средство передал –           ФИО3". То есть, формально, в соответствии с условиями договора, деньги были переданы должником. 

К настоящему времени сформировалась обширная судебная практика по вопросу о доказывании обстоятельств, касающихся совершения должником в преддверии банкротства сделок, направленных на отчуждение принадлежащего ему имущества, при этом при проверке факта оплаты покупателем имущества должника наличными денежными средствами судами применяются подходы, содержащиеся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", направленные на проверку фактического предоставления должнику денежных средств, наличия у стороны договора, передавшей наличные денежные средства, реальной финансовой возможности предоставить должнику - стороне договора наличные денежные средства.

Принимая во внимание, что целью рассмотрения заявлений об оспаривании сделок должника-банкрота является недопущение возможности реализации подозрительных сделок с имуществом должника, причиняющих ущерб его кредиторам, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанные разъяснения подлежат применению и при оценке сделок должника на предмет фактической передачи должнику денежных средств по договору.

При оценке доводов ФИО3 о фактической передачи денежных средств и наличии финансовой возможности на передачу наличных денежных средств при подписании договора купли-продажи, суд пришел к выводу об их необоснованности по следующим основаниям.

В условиях повышенного стандарта доказывания само по себе наличие в договоре купли-продажи от 27.07.2016 условия о том, что покупатель передал денежные средства продавцу, не является доказательством фактической передачи денежных средств в качестве оплаты за спорное имущество, поскольку данная запись является только основанием для производства ответчиком юридически значимого действия - оплаты ТС, что по общему правилу должно подтверждаться платежными документам, следовательно, не является доказательством возмездности сделки. Только совокупность установленных судом обстоятельств в целом позволяет определить достоверность факта передачи ответчиком должнику наличных денежных средств в качестве оплаты. 

Следовательно, доказательством фактической передачи наличных денежных средств продавцу может являться только платежный документ. Такой документ в материалы дела не представлен. 

Таким образом, в настоящем случае, доказательств передачи должнику наличных денежных средств в качестве оплаты за спорное недвижимое имущество, в материалы обособленного спора не предоставлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), соответственно факт передачи денежных средств ФИО3 должнику не подтвержден.

Передача денежных средств без составления финансовых документов, подтверждающих соответствующую операцию, не свойственна для лиц, ведущих хозяйственную деятельность (исходя из пояснения сторон о том, что фактически таким образом был оформлен целевой займ для приобретении объекта недвижимости).

Кроме того, суд принимает во внимание, что ответчик, будучи физическим лицом, ссылается на передачу должнику, также физическому лицу, наличных денежных средств, в связи с чем, суду помимо прочего необходимо установить обстоятельства, связанные с тем, имелись ли у ответчика наличные денежные средства для осуществления оплаты за спорное имущество, причем в размере, не меньшем, чем произведенная оплата.

При исследовании вопроса о наличии у ответчика реальной финансовой возможности произвести оплату спорного имущества, судом установлено следующее.

ФИО3 является физическим лицом, в связи с чем, предполагается, что он должен обладать не только спорными денежными средствами, но и средствами для несения расходов на личные потребности (нужды) к моменту осуществления оплаты. 

Однако, в целях доказывания наличия финансовой возможности по состоянию на дату приобретения произвести оплату спорного имущества в указанном размере, ответчиком в материалы дела относимые доказательства не представлены. 

Довод ответчика о том, что ФИО3 имел накопления денежных средств за несколько лет, отклоняется судебной коллегией, поскольку в рассматриваемом случае факт накопления денежных средств каким-либо образом не подтвержден, сумма и обстоятельства накопления ответчиком не обоснованы.

Для целей оценки финансового положения ответчика арбитражным судом учитываются только данные о денежных средствах, легализованных в установленном порядке (посредством предоставления налоговой отчетности, налоговых деклараций), иной подход противоречит требованиям Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансового терроризма".

При этом, как отмечено выше, сведения о размере дохода ответчика за определенный период, предшествующий дате произведения оплаты, не могут ограничиваться лишь размером дохода, равным сумме займа, поскольку покупатель - физическое лицо должен также обладать еще и средствами, необходимыми для несения расходов на личные потребности (нужды). Финансовое положение ответчика определяется как размером доходов, так и размером расходов данного лица, и подлежит оценке наряду с иными имеющимися в деле доказательствами и установленными обстоятельствами.

В целях установления обстоятельств, имеющих значение для дела, определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2021, в частности, ответчику было предложено: представить мотивированный нормативно и документально обоснованный отзыв на апелляционную жалобу, включающий обоснование наличия финансовой возможности (с учетом его доходов) заключения договора купли-продажи; раскрыть источники дохода, предоставив соответствующие доказательства (декларации о доходах и т.д.), разъяснить цели заключения договора, предоставить доказательства фактического исполнения договора: передачи денежных средств должнику по договору купли-продажи, передачи транспортного средства в фактическое владение и пользование ответчика; подтвердить несение расходов на содержание транспортного средства с даты заключения спорной сделки: техническое обслуживание, страхование ответственности, транспортный налог и т.д., пояснить причины столь длительной отсрочки государственной регистрации транспортного средства за ответчиком по спорному договору купли-продажи; имел ли ответчик иное транспортное средство в собственности или пользовании в спорный период, предоставить пояснения по вопросу аффилированности с должником, из каких источников ему стало известно о продаже ТС, у кого в собственности находится спорное транспортное средство в настоящее время; предъявить на обозрение подлинники договоров купли-продажи спорного транспортного средства и иных документов в обоснование своей позиции по вышеуказанным вопросам.

В нарушение положений части 1 статьи 65, части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации фактически определение суд ответчиком не исполнено, необходимые сведения и доказательства в обоснование своей позиции не предоставлены.

ФИО3 в подтверждение полученных доходов могли быть представлены сведения о заработной плате, задекларированном доходе, об участии в акционерных и иных обществах и получении доходов от участия в таких обществах, доказательства получения наследства, накопления на банковских счетах и т.п., однако указанные документы не представлены ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанций.

При этом сведения о размере дохода ФИО3 за определенный период, предшествующий дате произведения оплаты, не могут ограничиваться лишь размером дохода, равным сумме займа, поскольку покупатель - физическое лицо должен также обладать еще и средствами, необходимыми для несения расходов на личные потребности (нужды). Финансовое положение ответчика определяется как размером доходов, так и размером расходов данного лица, и подлежит оценке наряду с иными имеющимися в деле доказательствами и установленными обстоятельствами.

В материалы дела также не представлены платежные документы, подтверждающие передачу ответчику денежных средств от третьих лиц по какому-либо основанию.

Предоставление копии договора купли-продажи транспортного средства от 16.02.2016 по цене 2 500 000 рублей само по себе также не подтверждает ни реальность данной сделки, ни получение ответчиком (продавцом) этих средств. Кроме того, этих средство явно не было достаточно для оплаты по спорному договору в размере 3000 000 рублей, при том, что ответчик мог потратить эти средства и на иные нужды в течение 5 месяцев до заключения спорной сделки.

В отсутствие платежных документов о передаче денежных средств у суда апелляционной инстанции отсутствует возможность оценивать по существу доводы ответчика о получении денежных средств от родственника, либо иных лиц.

Таким образом, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ФИО3 не представлено в материалы дела доказательств получения дохода от осуществления трудовой деятельности, а также наличия у него финансовой возможности приобрести спорное недвижимое имущество, а следовательно не доказана возмездность сделки.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает отсутствие экономической целесообразности совершения спорной сделки, поскольку ответчик фактически изначально намеревался таким способом обеспечить предоставленные должнику заемные средства для приобретения нежилого помещения, при том, что займ получался беспроцентным, а обеспечение неэффективным,  поскольку транспортное средство в течение нескольких лет находился в фактическом пользовании должника, который также продолжал оставаться законным владельцем данного транспортного средства.

Таким образом, представленными в материалы дела доказательствами не подтвержден факт передача денежных средств ответчиком должнику, равно как и наличие финансовой возможности на совершение оспариваемой сделки. 

Таким образом, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ФИО3 не представлено в материалы дела доказательств передачи денежных средств должнику, получения дохода от осуществления трудовой деятельности, а также наличия у него финансовой возможности приобрести спорное недвижимое имущество, а следовательно не доказана возмездность сделки. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ответчиком не опровергнута фактическая безвозмездность оспариваемой сделки. 

Отсутствие финансовой возможности у ответчика на заключение, в частности, спорной сделки является преюдициально установленным обстоятельством в рамках обособленного спора по настоящему делу (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.09.2021). 

В соответствии с частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, содержащимся в Постановлении от 21.12.2011 N 30-П, установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу. Факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу.

В постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.06.2004 N 2045/04, от 03.04.2007 N 13988/06, определении Верховного Суда Российской Федерации от 10 июля 2018 г. N 307-АД18-976 и Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 06.11.2014 N 2528-О, сформулирован правовой подход, согласно которому освобождение от повторного доказывания преюдициально установленных фактических обстоятельств спора не исключает их различной правовой оценки, зависящей от характера конкретного спора.

Преюдициальными являются установленные по ранее рассмотренному делу обстоятельства, но не выводы о правовой квалификации правоотношений и толковании правовых норм.

Применительно к рассматриваемому случаю, отсутствие финансовой возможности у ответчика является установленными обстоятельствами, а не правовыми выводами.

По данному обособленному спору постановлением суда апелляционной инстанции от 15.07.2021, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции от 20.09.2021, признан недействительным договор купли-продажи от 05.06.2019, заключенный между должником и ФИО3 Применены последствия недействительности сделки, на ФИО3 возложена обязанность возвратить недвижимое имущество в конкурсную массу должника.

В рамках указанного спора также установлено, что стороны изначально заключили предварительный договор купли-продажи недвижимого имущества от  14.11.2018 заключили, которым стороны в соответствии с нормами статьи 429 Гражданского кодекса Российской Федерации обязались в будущем заключить договор купли-продажи (основной договор).

Спорный договор купли-продажи зарегистрирован в Управлении Росреестра и внесена запись в ЕГРН на объект недвижимого имущества от 08.07.2019 N61:58:0005288:264-61/042/2019-3.

В рассматриваемом случае регистрация транспортного средства осуществлена 14.08.2019, то есть в тот же период, что свидетельствует о некой общности интересов должника и ответчика, согласованности их действий по выводу имущества должника из конкурсной массы во вред имущественным интересам независимых кредиторов должника.

Указанные обстоятельства также позволяют суду делать выводы о том, что  ответчик знал о неплатежеспособности должника.

Кроме того, учитывая, что оспариваемая сделка фактически исполнено не ранее 14.08.2019 (дата регистрации), то есть в течение года до принятия судом заявления о признании должника банкротом, в предмет доказывания по рассматриваемому требованию входит только объективная сторона, то есть неравноценное встречное исполнение обязательств по договору (отсутствие доказательства оплаты).

Судами установлено, что должник в спорный период уже отвечал признакам неплатежеспособности, имел неисполненные обязательства перед кредиторами, а также установлено, что ответчик не имел финансовой возможности для оплаты по спорной сделке, судами установлено безвозмездность сделки.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что на момент заключения спорной сделки и фактической регистрации транспортного средства должник уже имел неисполненные обязательства перед кредитором ПАО "Сбербанк России".

Так, определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.12.2019 включены требования публичного акционерного общества "Сбербанк России" в размере 77121942,72 руб. в третью очередь реестра требований кредиторов должника, в том числе: ссудная задолженность - 74 784 080,23 руб.; просроченная задолженность по процентам - 1 725 317,60 руб.; неустойка - 612 544,89 руб., в том числе как обеспеченные залогом имущества должника.

Обязательства возникли из договора поручительства от 29.03.2017, договора залога от 02.07.2018 по кредитным обязательствам ООО Фирма "Три Богатыря" (кредитный договор от 29.03.2017).

То есть на момент регистрации транспортного средства за ответчиком и фактической его передачи должник уже достоверно знал о наличии задолженности перед банком, а действия по заключению спорного договора направлены исключительно на вывод активов должника из конкурсной массы, что не может быть признано судом добросовестными.

Суд апелляционной инстанции оценил представленные ответчиком доказательства в отдельности и взаимосвязи с иными доказательствами по делу по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пришел к выводу о том, что они не подтверждают факт встречного предоставления по оспариваемой сделке со стороны покупателя. Достоверность факта передачи должнику наличных денежных средств в столь значительном размере - 3 000 000 руб., не доказана. Документальные доказательства, подтверждающие передачу денежных средств должнику, в материалы дела не представлены. Доказательства, подтверждающие зачисление денежных средств на расчетный счет (кассу) должника от ответчика и использование их должником, в материалах дела отсутствуют.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам апелляционной жалобы и отзыва на нее, судебная коллегия приходит  к выводу о том, что в материалы дела не представлены доказательства оплаты по оспариваемому договору купли-продажи, в связи с чем доводы банка о безвозмездности спорной сделки купли-продажи являются обоснованными.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.04.2016 № 301-ЭС15-20282, в случае отсутствия доказательств оплаты по сделке имущество считается реализованным при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

В рассматриваемом случае банком выявлено отчуждение должником в период подозрительности принадлежащего должнику ликвидного недвижимого имущества в пользу ответчика без какой-либо оплаты или иного встречного предоставления и оспорено данное отчуждение.

Факт выбытия спорного транспортного средства из конкурсной массы в пользу ответчика подтвержден материалами дела.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что спорный объект недвижимости выбыл из собственности должника на безвозмездной основе; должник произвел отчуждение недвижимого имущества при отсутствии равноценного встречного исполнения обязательства по сделке, что привело к уменьшению активов должника, следовательно, в процедуре банкротства - к уменьшению конкурсной массы и ущемлению интересов кредиторов.

В результате отчуждения должником спорного имущества должнику и его кредиторам был причинен вред, поскольку в результате этой сделки из собственности должника выбыло имущество без какой-либо оплаты за него или иного встречного предоставления.

О причинении вреда кредиторам и должнику, а также о цели указанной сделки ответчик не мог не знать, поскольку фактически сделка является безвозмездной.

Таким образом, недвижимое имущество приобретено ответчиком без предоставления доказательств оплаты за недвижимое имущество, что должно было вызвать у любого разумного участника гражданского оборота обоснованные сомнения в отношении законности такой сделки.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016№ 308-ЭС16-11018 по делу № А22-1776/2013 разъяснено, что право сторон по своему усмотрению определять договорную цену закреплено в статьях 421 и 424 Гражданского кодекса Российской Федерации, а продажа имущества по цене ниже рыночной сама по себе не противоречит действующему законодательству. Вместе с тем отчуждение транспортного средства по цене, заниженной в два раза, очевидно, свидетельствовало о том, что должник преследовал цель вывода ликвидного имущества. Это, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. Поэтому покупатель, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, при которых должник за почти символическую цену продает транспортное средство. Он не мог не осознавать то, что сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации транспортного средства.

Применяя вышеуказанную правовую позицию по аналогии к спорным взаимоотношениям, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств оплаты спорного недвижимого имущества, суд приходит к выводу о том, что ответчик в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и пунктом 7 постановления № 63 знал о совершении должником спорной сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов. 

Из определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу № А40-177466/2013 следует, что из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта. 

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К таким основаниям может быть отнесен факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, заключение сделки с аффилированным лицом, что в своей совокупности является обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, в связи с чем, указанные обстоятельства могут служить основанием для констатации наличия у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд также учитывает правовую позицию, изложенную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710 (3), согласно которой по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления № 63 наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Исходя их даты осуществления регистрация транспортного средства 14.08.2019, на момент совершения оспариваемого договора у должника имелась задолженность перед Комитетом по управлению имуществом г. Таганрога в размере 300 800 руб., которая впоследствии включена в реестр требований кредиторов должника (определение Арбитражного суда Ростовской области от 14.02.2020), а также перед АО "Райффайзенбанк" в размере 288 316, 18 руб., которая впоследствии включена в реестр требований кредиторов должника (определение Арбитражного суда Ростовской области от 22.06.2020), а также перед ПАО "Сбербанк России" в размере 77121942,72 руб.

Между тем, при наличии указанных неисполненных обязательств в условиях недостаточности имущества должника была совершена сделка, в результате которой из собственности должника выбыло ликвидное имущество, а денежные средства от его реализации не были получены, то есть в результате совершения сделки по отчуждению имущества недостаточность имущества еще и увеличилась.

Суд апелляционной инстанции также принимает во внимание следующие фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о мнимости оспариваемого договора.

Как указано выше, оспариваемый договор купли-продажи заключен 27.07.2016, однако согласно карточке учета транспортного средства его регистрация за новым собственником произошла спустя более трех лет, лишь 14.08.2019 года, что не соответствует обычно принятому в хозяйственном обороте поведению. При этом, обосновывая вышеизложенные обстоятельства намерением должника последующего выкупа спорного автомобиля ни ответчиком, ни должником не представлено ни одного доказательства в подтверждение указанного, даже косвенного. 

Сохранение транспортного средства после заключения договора купли- продажи от 27.07.2016 во владении и пользовании должника также подтверждается следующим.

Согласно информации об обязательном страховании гражданской ответственности (ОСАГО) после заключения договора купли-продажи от 27.07.2016 страхователем являлся должник (полисы ОСАГО серии ЕЕЕ №0372860783 по состоянию на 17.01.2017, серии ЕЕЕ №0907487006 по состоянию на 28.01.2018, серии МММ № 5015104238 по состоянию на 28.01.2019), и лишь с 2020 года ответчик (полис ОСАГО серии МММ № 5028983019).

Кроме того, согласно полиса полис ОСАГО серии МММ № 5028983019, после заключения оспариваемой сделки, по состоянию на 28.01.2020 и 28.01.2021 должник сохранил право управления транспортным средством. 

В этой связи является несостоятельным довод ответчика о перерегистрации транспортного средства в 2019 году, в связи с отсутствием намерения у должника выкупить автомобиль, поскольку после регистрации автомобиля за ФИО3, по состоянию на 28.01.2021, спорное имущество фактически не выбыло из владения должника.

Во исполнение определения суда апелляционной инстанции ответчиком суду апелляционной инстанции не предоставлены какие-либо доказательства того, что он фактически владел и пользовался спорным транспортным средством.

Кроме того, в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком также не представлено доказательств заключения между сторонами договора аренды спорного автомобиля после заключения договора купли-продажи, не представлено доказательств оплаты арендных платежей. 

Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что должник продолжал пользовать транспортным средством после его отчуждения ответчику, представленные в материалы дела доказательства опровергают волю сторон на заключение и исполнение договора купли-продажи транспортного средства от 27.07.2016. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В силу изложенного, суд апелляционной инстанции признал доказанным совершение оспариваемого договора с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате формального вывода имущества.

Изучив доводы ответчика о пропуске банком срока исковой давности, суд апелляционной инстанции признает их необоснованными по следующим основаниям.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве, право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.

При этом отдельного порядка исчисления срока исковой давности для конкурсных кредиторов действующее законодательство не предусматривает, поскольку кредиторы должны принимать меры для своевременной подачи заявлений о включении в реестр и ознакомления с имеющимися у арбитражного управляющего материалами о процедуре, то есть подразумевается, что они либо знают либо должны знать о наличии соответствующих сделок. Данная позиция соответствует разъяснениям, изложенным в пункте 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве". Иной подход приведет к возможности преодоления сроков исковой давности исходя из субъективной позиции кредитора.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

В пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности. Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 12.07.2018 N 305-ЭС18-2393 указал на необходимость учитывать разумный срок на получение арбитражным управляющим информации о сделках должника и наличии у сделок пороков.

02 октября 2019 года Арбитражным судом Ростовской области принято заявление о признании должника ФИО5 несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве № А53-31415/2019. 

Решением Арбитражного суда от 05.11.2019 (в полном объеме изготовлено 11.11.2019) в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 18.12.2019 требования ПАО "Сбербанк России" в размере 77 121 942, 72 рублей включены в реестр требований кредиторов должника.

13 февраля 2020 года ПАО Сбербанк получен отчет финансового управляющего должника, из которого узнал о начале исполнения оспариваемой сделки, заключенной между должником и ответчиком. 

05 февраля 2021 года ПАО Сбербанк обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с настоящим заявлением.

Таким образом, срок исковой давности кредитором не пропущен.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что финансовый управляющий должника ФИО7 не заинтересован был в оспаривании настоящей сделки, в отзывах возражал против удовлетворения требования кредитора о признании сделки недействительной, также как и против удовлетворения апелляционной жалобы, полагая ее законной и обоснованной, даже несмотря на вступившее в силу постановления суда апелляционной инстанции и кассационной инстанции о признании недействительным вышеуказанного договора купли-продажи объекта недвижимости, заключенного между теми же лицами. В свою очередь не представлены в материалы дела доказательства того, что Сбербанк обязан был или имел возможность получить сведения о спорной сделке в более ранние сроки, чем указано выше.

Статьей 61.8 Закона о банкротстве установлено, что по результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной. 

Суд апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи, приходит к выводу, что сделка была совершена должником в период подозрительности, в отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих возмездность оспариваемой сделки, в связи с чем признает обоснованными и подтвержденными надлежащими доказательствами доводы банка о наличии  совокупности условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания договора купли-продажи от 27.07.2016 недействительной сделкой.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

          В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

Согласно представленной в материалы дела карточке учета транспортного средства, спорное ТС зарегистрировано за ФИО3

 В связи с чем, суд апелляционной инстанции признает необходимым применить последствия недействительности сделки в виде обязания           ФИО3 возвратить в конкурсную массу должника спорное имущество. Поскольку в рамках настоящего спора не доказан факт встречного исполнения со стороны ответчика, то в связи с этим в рамках рассматриваемого спора не применяются последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ответчика к должнику.

Суд первой инстанции неполно исследовал фактические обстоятельства по делу и принял незаконный судебный акт, что в силу положений пункта 1 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалованного определения суда первой инстанции и принятия нового судебного акта, которым заявленное требование надлежит удовлетворить.

Из разъяснений абзаца 4 пункта 19 постановления № 63 следует, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 13.07.2021  по делу № А53-31415/2019 отменить.

Признать недействительным договор купли-продажи автомобиля от 27.07.2016, заключенный между ФИО5 и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки.

Обязать ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, возвратить в конкурсную массу ФИО5 транспортное средство Mercedes Benz GL 350, 2013 года выпуска, VIN: 

<

***>.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в пользу публичного акционерного общества "Сбербанк России", ИНН 

<

***>, судебные расходы по уплаченной государственной пошлине за подачу заявления в Арбитражный суд Ростовской области в сумме 6000 рублей.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в пользу публичного акционерного общества "Сбербанк России", ИНН 

<

***>, судебные расходы по уплаченной государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы в сумме 3000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Ростовской области.

ПредседательствующийГ.А. Сурмалян

СудьиЯ.А. Демина

Н.В. Шимбарева