ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, 

<

...>, тел. 

<

***>,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

(11АП-10176/2025)

13 октября 2025 года                                                                            Дело № А55-34672/2023

Резолютивная часть постановления оглашена 06 октября 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 13 октября 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бондаревой Ю.А., судей Львова Я.А.,           Машьяновой А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ильясовой Э.М.,

без участия в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащих образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале №2 апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Самарской области от 28 июля 2025 года по заявлению вх.342737 от 11.07.2024 ООО «КАМАРЕГИОН», ООО «Строительная компания «Лигастрой»,  НО «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае», ООО «Риал-В» к ФИО1 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела № А55-34672/2023 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Стротекс»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Самарской области от 22.01.2024 ООО «Стротекс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2.

Конкурсный управляющий обратилась в арбитражный суд с заявлением, согласно которому просит:

1.Привлечь к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам ООО «Стротекс».

2. Приостановить рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда от 11.07.2024 ходатайство конкурсного управляющего ФИО2 об отсрочке уплаты  государственной пошлины удовлетворено, предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до рассмотрения заявления по существу; заявление конкурсного управляющего принято к производству, назначено предварительное судебное заседание.

Определением Арбитражного суда от 16.10.2024 производство по делу №А55-34672/2023 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Стротекс» прекращено.

От ООО «КАМАРЕГИОН»,  ООО «Строительная компания «Лигастрой» и НО «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае» поступили заявления о присоединении к заявлению, о привлечении к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда от 22.11.2024 заявления ООО «КАМАРЕГИОН»,  ООО «Строительная компания «Лигастрой» и НО «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае» присоединены к заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда от 21.01.2025 приняты уточнения в порядке ст. 49 АПК РФ; заявление ООО «Риал-В» присоединено к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности; заявление вх.342737 от 11.07.2024 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности  признано подготовленным к судебному разбирательству.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28 июля 2025 года ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Общества с ограниченной ответственностью «Стротекс», установлен размер ответственности в сумме 23 074 000 руб.

Взысканы с ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Камарегион» денежные средства в размере  6 914 159,47 руб.

Взысканы с ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «ЛигаСтрой» денежные средства в размере 451 000 руб.

Взысканы с ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Риал-В» денежные средства в размере  2 088 353,67 руб.

Заявление НО «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 оставлено без рассмотрения.

Взыскана с ФИО1 в доход федерального бюджета государственная пошлина в размере 173 812 руб.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 28.07.2025 по делу № А55- 34672/2023.

Принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2025 ходатайство ФИО1, о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционной жалобы оставлено без рассмотрения. Апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 06.10.2025.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда от 16.10.2024 производство по делу №А55-34672/2023 о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «Стротекс» прекращено.

Определением Арбитражного суда от 22.11.2024 заявления ООО «КАМАРЕГИОН», ООО «Строительная компания «Лигастрой» и НО «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае» присоединены к заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда от 21.01.2025 заявление ООО «Риал-В» присоединено к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ единоличным исполнительным органом ООО «Стротекс» являлись:

ФИО3 с 24.06.2014 по 07.12.2017

ФИО4 с 07.12.2017 по 28.03.2019

ФИО1 с 28.03.2019 по 10.01.2024 (дата введения конкурсного производства).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ учредителями Общества являлись:

ФИО3 с 24.06.2014 по 07.12.2017, размер доли 50%; ФИО5 с 24.06.2014 по 07.12.2017, размер доли 50%;

ФИО4 с 07.12.2017 по 28.03.2019 размер доли 100%;

ФИО1 с 28.03.2019 по 24.07.2023 размер доли 100%; ФИО1 с 24.07.2023 по 10.01.2024 (дата введения конкурсного производства), размер доли 90,9%,

SELECT PROPERTIES с 24.07.2023 по 10.01.2024 (дата введения конкурсного производства) размер доли 9,1%.

Конкурсный управляющий и впоследствии присоединившиеся кредиторы указывают, что к привлечению к субсидиарной ответственности контролирующего должника лиц, подлежит ФИО1.

Из материалов дела следует, что общая сумма реестра требований кредиторов на момент подачи заявления составила 15 586 410 рублей, в том числе 12 375 611 руб. сумма основного долга, включенная в третью очередь реестра требований кредиторов; 3 210 799 руб. сумма пени, включенная в третью очередь реестра требований кредиторов.

Решением суда от 22.01.2024 включено требование ООО «КАМАРЕГИОН» в третью очередь реестра требований кредиторов в размере 6 914 159,47 руб., в том числе: 6 749 412,47 руб. - задолженность по договору субподряда № ФКР-126/СП-1 от 26.08.2019, 79 747 руб. - расходы по оплате государственной пошлины, 85 000 руб. - расходы на оплату услуг представителя.

Определением суда от 14.06.2024 включено требование ФНС России в лице Межрайонной ИФНС России №23 по Самарской области в размере 38 452 руб. 09 коп., в состав требований кредиторов третьей очереди.

Определением суда от 16.04.2024 включено требование «Риал-В»  в размере 2 088 353 руб. 67 коп., в состав требований кредиторов третьей очереди.

Определением суда от 14.05.2024 включено требование ООО «Строительная Компания «ЛигаСтрой» в размере 451 000 руб., в состав требований кредиторов третьей очереди.

Определением суда от 22.05.2024 включено требование ПАО «Совкомбанк» в размере 6 094 445,53 руб., в том числе: 2 872 935,21 руб. - сумма просроченного основного долга, 164 549,94 руб. - сумма процентов на основной долг, 1 160 830,43 руб. - сумма процентов на просроченный основной долг, 1 751 385,00 руб. - пени на просроченный основной долг, 164 549,94 руб. - просроченные проценты, 14 000 руб. - пени на просроченный проценты на ПОД, 26 888,00 руб. - государственная пошлина, в состав требований кредиторов третьей очереди.

Определением суда от 11.09.2024 требование Ассоциации «Саморегулируемая организация «СреднеВолгСтрой» в размере 60 043 руб. 44 коп. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества ООО «Стротекс», оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

В ходе процедуры конкурсного производства погашение требований кредиторов не производилась.

Так конкурсный управляющий ссылается на то, что в период руководства Обществом ФИО1 на протяжении длительного времени не проводились мероприятия связанные с взысканием дебиторской задолженности, так согласно бухгалтерской отчетности дебиторская задолженность (стр.1230) соответствовала следующим данным: 2020 – 18 710 тыс. руб.; 2021 – 19 884 тыс. руб.; 2022 – 18 775 тыс. руб. Задолженность не изменялась на протяжении всего периода.

Запасы ООО «Стротекс» на 31.12.2022 согласно бухгалтерской отчетности составляли 4 227 тыс. руб., однако какие – либо документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, которые бы отражали наличие указанных конкурсным управляющим активов, должником не представлено.

Конкурсный управляющий указывает, что руководитель должника подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления о банкротстве должника.

По мнению арбитражного управляющего заявление о признании должника банкротом должно было быть направлено в арбитражный суд не позднее 01.05.2022.

Рассмотрев заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении требований.

Арбитражный апелляционный суд не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены обжалуемого судебного акта на основании следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более, чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

На основании пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более, чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более, чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника. Арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям (пункт 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве установлено, что руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как следует из абзаца 1 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, 29 Закона о бухгалтерском учете) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Таким образом, законодатель презюмирует возникновение несостоятельности (банкротства) должника вследствие такого действия его руководителя как отсутствие обязательных документов бухгалтерского учета и (или) отчетности. Обязанность опровержения указанной презумпции лежит на привлекаемом к ответственности лице.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В пункте 24 постановления от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что поскольку в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему, то арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо, доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Таким образом, на обязанное лицо, в силу статей 9, 65 АПК РФ возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности), в частности, что документы переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

В определении Верховного Суда России Российской Федерации от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244 сформулирован следующий правовой подход:

Отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

По данным бухгалтерского баланса на 31.12.2022 обязательства должника составляли 20 124 тыс. руб. (кредиторская задолженность), 48 тыс. руб. (долгосрочные займы), 2 892 тыс. руб. (краткосрочные займы), активы Общества составляли 23 074 тыс. руб. (запасы – 4 227 тыс. руб.; дебиторская задолженность – 18 775 тыс. руб.).

Бывшим руководителем должника не переданы конкурсному управляющему какие – либо документы бухгалтерского учета, не раскрыта информация о дебиторской задолженности, не переданы и не раскрыт имущественный состав «запасов».

Процесс доказывания того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в том, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов.

В силу презумпции, закрепленной в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что отсутствие к моменту введения первой процедуры банкротства документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью (их сокрытие, непредставление арбитражному управляющему, утвержденному в деле о банкротстве), связано с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими противоправными деяниями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. Как следствие, это лицо должно отвечать перед кредиторами должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 N 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Таким образом, кредиторам, требующим привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, не раскрывающего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию, в частности: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие (искажение) этих документов.

Презумпция носит опровержимый характер и иное может быть доказано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Это лицо должно обосновать, почему доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 постановления Пленума N 53).

Предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне рамок дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего ("брошенный бизнес"). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц.

Во всяком случае, при рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.

В соответствии с пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Данные положения применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

В соответствии со статьей 50 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" общество, в том числе, обязано хранить документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе.

В соответствии со ст. 6 Федеральный закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", вступившего в законную силу 01.01.2013, экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет; бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации.

В силу п. 3 ст. 29 Закона о бухгалтерском учете экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

Согласно п. 1 ст. 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Ответственность, предусмотренная статьей 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Принимая во внимание изложенное, суд первой инстанции посчитал, что ФИО1 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по данному основанию.

На основании п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве в действующей редакции неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В силу п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве).

Из приведенных норм права следует, что возможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности по указанным в данной норме основаниям возникает при наличии совокупности следующих условий:

- возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств;

- неподача названными лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства (п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве);

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения сроков, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве.

В обоснование заявленных требований заявители указывают, что согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Стротек» зарегистрировано 24.06.2014.

Бухгалтерская отчетность в налоговую инспекцию была сдана Обществом по результатам 2020, 2021, 2022. Отчетность за 2023  Обществом в налоговую инспекцию не сдавалась.

По данным бухгалтерского баланса на 31.12.2022 обязательства должника составляли 20 124 тыс. руб. (кредиторская задолженность), 48 тыс. руб. (долгосрочные займы), 2 892 тыс. руб. (краткосрочные займы), активы Общества составляли 23 074 тыс. руб. (запасы – 4 227 тыс. руб.; дебиторская задолженность – 18 775 тыс. руб.). Убыток по результатам 2022 г., составил 100 000 руб.

Вместе с тем у ООО «Стротекс» возникли обязательства перед кредиторами с 2021 г.

- ООО «УралРемСтрой» (правопреемник ООО «Риал-В») по определению Арбитражного суда Самарской области по делу № А50-30043/2021 от 19.04.2022 с должника в пользу ООО «УралРемСтрой» взыскана задолженность в размере 2 088 353,67 руб. (основной долг – 2 055 078,67 руб.; государственная пошлина – 33 275 руб.).

Из судебного акта следует, что «Согласно п.2.5.2. договора оплата выполненных подрядчиком работ по объекту производится генподрядчиком на основании акта о приемке выполненных работ по форме КС-2 и справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3, исходя из фактически выполненных объемов и видов в соответствии с проектно-сметной документации по объекту. Акта приемки выполненных работ по капитальному ремонту и ввода в эксплуатацию элементов многоквартирного дома, законченных капитальным ремонтом путем безналичного перечисления денежных средств в течение 3 рабочих дней со дня поступления на расчетный счет генподрядчика оплаты выполненных работ на объекте по договору, указанному в пункте 1.1 настоящего договора, и представления подрядчиком оригиналов документов, указанных в пункте 2.5 договора, счета и счета-фактуры, счет-фактура предоставляется подрядчиком, являющимся плательщиком НДС. Истцом в адрес ответчика были направлены акты о приемке выполненных работ формы КС-2, КС-3 от 01.04.2021. Ответчиком остались не оплачены выполненные работы на сумму 2 055 078 руб. 67 коп.».

- ООО "КАМАРЕГИОН" по решению Арбитражного суда Пермского края от 23.01.2023 по делу А50-28406/22 с должника в пользу ООО «КАМАРЕГИОН» взыскана задолженность в размере 2 533 475,54 руб. (основной долг – 2 497 985,54 руб.; государственная пошлина – 35 490 руб.).

Из судебного акта следует, что «Согласно п. 2.4.2 Договора, оплата выполненных работ производится на основании выставленного Субподрядчиком счета, в течение 30 (тридцати) 4 календарных дней с даты подписания Сторонами Актов о приемке выполненных работ (КС2, КС-3). 11.01.2021 Истцом в адрес ответчика были направлены акты о приемке выполненных работ формы КС-2, КС-3. Ответчиком остались не оплачены выполненные работы на сумму 2 497 985 руб. 54 коп.».

- ООО "КАМАРЕГИОН" по решению Арбитражного суда Пермского края от 21.04.2023 по делу № А50-5322/2023 с должника в пользу ООО «КАМАРЕГИОН» взыскана задолженность в размере 4 251 426,93 руб. основного долга и 44 257 руб. судебных расходов.

Из судебного акта следует, что «Ответчик не представил доказательств того, что работы, указанные в актах о приемке выполненных работ от 28.02.2022 №1 и №2, истцом не выполнялись или выполнены в меньшем объеме. В силу пункта 2.4. договора оплата выполненных работ по настоящему договору осуществляется следующим образом: - Генподрядчик уплачивает в качестве аванса 30 (тридцать) процентов от стоимости работ по объекту. Данный платеж выплачивается в течение 20 (двадцати) календарных дней со дня подписания Акта открытия объекта в соответствии с пунктом 4.4 договора, предоставления Субподрядчиком договора поручительства согласно пункту 8.1.28 договора, и счета на оплату аванса (подпункт 2.4.1. договора); - оплата выполненных Субподрядчиком работ по объекту производится Генподрядчиком на основании Акта о приемке выполненных работ по форме КС-2 (далее Акт КС-2) и Справки о стоимости выполненных работ и затрат по форме КС-3 (далее - Справка КС-3), исходя из фактически выполненных объемов и видов работ в соответствии с проектно-сметной документацией по объекту, Акта приемки выполненных работ по капитальному ремонту и ввода в эксплуатацию элементов многоквартирного дома, законченных капитальным ремонтом (далее - Акта приемки работ по объекту) путем безналичного перечисления денежных средств в течение 30 (тридцати) календарных дней после предоставления Субподрядчиком оригиналов документов, указанных в пункте 2.5 договора, счета и счета-фактуры. Счет-фактура предоставляется Субподрядчиком, являющимся плательщиком НДС (подпункт 2.4.2. договора)».

- ПАО «Совкомбанк» по решению Ленинского районного суда г. Костромы от 14.04.2023 по делу №2-931/2023 с должника в пользу банка взыскана задолженность в размере 3 917 317,64 руб. (основной долг – 2 872 935,21 руб.; проценты за период с 01.02.2022 г. по 20.05.2022 г. – 164 549,94 руб.; проценты за период с 19.03.2022 г. по 14.04.2023 г. – 650 832,49 руб.; пени за период с 19.03.2022г. по 31.03.2022г. и 02.10.2022г. по 14.04.2023г. – 200 000 руб.; пени за период с 01.06.2021г. по 31.03.2022г. и с 02.10.2022 г. по 14.04.2023 г. – 15 000 руб.; пени за период с 02.10.2022 г. по 11.01.2023 г. – 14 000 руб.; государственная пошлина – 35 490 руб.).

Из судебного акта следует, что «Договор № 1044367 от 29.03.2021 г., об открытии кредитной линии с лимитом задолженности 3 000 000 руб. 00 коп. Договор поручительства № 1044367/1 от 29.09.2021г., в соответствии с которым поручитель обязался в полном объеме отвечать перед Банком солидарно с заемщиком за исполнение заемщиком обязательства по договору об открытии кредитной линии с лимитом задолженности № 1044367 от 29.03.2021 г.».

В течение 2020-2022 должник осуществлял деятельность, причинившую убытки Обществу, что отражено в финансовой отчетности.

Таким образом, с 01.04.2022, то есть с момента формирования бухгалтерской отчетности, для руководителя ООО «Стротекс» являлось очевидным, что должник не имел возможности рассчитаться в полном объеме со своими кредиторами, и удовлетворение требований одного кредитора приводило к невозможности удовлетворения требований других кредиторов. Соответственно, у руководителя должника не позднее 01.05.2022 возникла предусмотренная пунктом 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» обязанность по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом.

В нарушение требований, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротства)», должник не обратился в суд с соответствующим заявлением.

Из бухгалтерского баланса ООО «Стротекс» следует, что на протяжении двух лет предприятие генерировало убыток – вело убыточную деятельность. По результатам 2022 года убыток составил 100 000,00 руб., по итогам 2021 убыток зафиксирован в размере 406 000 руб.

В материалы дела не было представлено доказательств того, что руководителем должника был составлен экономически обоснованный план, выполнение которого казалось разумным и позволило бы преодолеть экономические трудности в разумные сроки.

Применительно к гражданским договорным отношениям, невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Принимая во внимание, изложенное, суд первой инстанции также пришел к выводу, что по данному эпизоду ФИО1 подлежит к привлечению к субсидиарной ответственности.

ООО «КАМАРЕГИОН», ООО «Строительная компания «Лигастрой» и НО «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае», ООО «Риал-В»  присоединены к заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Учитывая, что иные кредиторы, не присоединились к заявлению, размер субсидиарной ответственности определяется отдельно перед каждым из кредиторов, присоединившихся к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, в размере требования, включенного в реестр требований кредиторов должника на дату прекращения процедуры банкротства.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020, требование о привлечении к субсидиарной ответственности является средством защиты исключительно для независимых от должника кредиторов, а использование механизма привлечения к субсидиарной ответственности для разрешения корпоративных споров является недопустимым.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В деле о банкротстве кредиторы вправе выбрать способ распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности, в частности: взыскание задолженности по этому требованию в рамках процедуры, применяемой в деле о банкротстве; продажа этого требования по правилам пункта 2 статьи 140 настоящего Федерального закона или уступка кредитору части этого требования в размере требования кредитора.

После прекращения производства по делу о банкротстве или завершения конкурсного производства в отношении должника, заявление о субсидиарной ответственности находящееся в производстве суда рассматривается по правилам искового заявления поданного вне рамок дела о банкротстве. Следовательно, единственным способом распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности у кредиторов остается уступка кредитору части требования в размере требования такого кредитора.

Согласно пункту 45 постановления Пленума ВС РФ № 53 в резолютивной части определения о привлечении к субсидиарной ответственности (об определении размера субсидиарной ответственности) указывается общая сумма, подлежащая взысканию с контролирующего должника лица, привлеченного к ответственности, в том числе в пользу каждого из кредиторов, выбравших способ, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, и в пользу должника - в оставшейся части.

В случае, когда на момент вынесения определения о привлечении к субсидиарной ответственности (об определении размера субсидиарной ответственности) кредиторы не выбрали способ распоряжения требованием к контролирующему должника лицу и не могут считаться сделавшими выбор по правилам абзаца второго пункта 3 статьи 61.17 Закона о банкротстве, в определении о привлечении к субсидиарной ответственности (об определении размера субсидиарной ответственности) взыскателем указывается должник. Впоследствии суд производит процессуальную замену взыскателя по правилам подпункта 1 пункта 4 статьи 61.17 Закона о банкротстве.

В пункте 57 постановления Пленума ВС РФ № 53 также указано, что кредитор, обладающий правом на присоединение к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, поданному вне рамок дела о банкротстве, не реализовавший это право, утрачивает право на последующее предъявление требования к тому же контролирующему должника лицу по тем же основаниям (часть 5 статьи 225.16 АПК РФ), за исключением случаев, когда существовала объективная невозможность присоединения к первому требованию, например, кредитор не имел возможности присоединиться к первоначальному требованию ввиду того, что судебное решение, подтверждающее задолженность перед ним (или иной документ - для случаев взыскания задолженности во внесудебном порядке), не вступило в законную силу.

Таким образом, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица должен быть определен по общим правилам пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, однако удовлетворению подлежат только требования кредиторов, обратившихся с заявлением о замене взыскателя, в пределах их размера. При этом иные кредиторы не утрачивают права в последующем обратиться в суд с собственным заявлением о замене взыскателя в части их требований.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности, для определения размера субсидиарной ответственности также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Размер ответственности ФИО1 следует исчислить в размере 23 074 000 руб. (запасы – 4 227 000 руб.; финансовые и другие оборотные активы – 18 775 000 руб.), поскольку в случае передачи документации, запасов отраженных в балансе, конкурсная масса могла быть сформирована на указанную сумму, кредиторы могли получить удовлетворение требований, из расчета конкурсной массы 23 074 000 руб.

Поскольку заявление о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника рассматривается судом после прекращения производства по делу в отношении должника, то есть по аналогии статьи 61.19 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к тому, что размер ответственности контролирующего должника лица определяется в отношении каждого кредитора, присоединившегося к заявлению с очередностью удовлетворения в соответствии со статьей 135 Закона о банкротстве.

Кредиторы ООО «КАМАРЕГИОН», ООО «Строительная компания «Лигастрой» и ООО «Риал-В»  являются кредиторами третьей очереди:

С ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Камарегион» подлежат взысканию денежные средства в размере  6 914 159,47 руб., в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «ЛигаСтрой» в размере 451 000 руб., в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Риал-В» денежные средства в размере  2 088 353,67 руб.

Судом первой инстанции указано, что Закон о банкротстве прямо предписывает контролирующему должника лицу активное процессуальное поведение при доказывании возражений относительно предъявленных к нему требований под угрозой принятия решения не в его пользу (пункт 2 статьи 61.15, пункт 4 статьи 61.16, пункт 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве, пункт 2 статьи 9, пункт 3.1 статьи 70 АПК РФ).

Учитывая, что ответчик в судебное заседание не явился, отзыв на заявление не представил, доказательств, что его действия не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов подконтрольного общества, не представил, суд первой инстанции посчитал, что имеются основания для удовлетворения заявленных требований.

В части требования НО «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае», судом первой инстанции установлено следующее.

Кредитор обратился в суд с заявлением, о включении требования в размере 19 922 444,57 руб. (с учетом уточнений от 18.09.2024). Согласно указанному заявлению, данная задолженность образовалась в результате неисполнения обязательств по договорам подряда. При этом судебный акт подтверждающий задолженность в размере 19 922 444,57 руб. у кредитора отсутствует.

В дальнейшем ввиду прекращения производства по делу, производство по требованию НО «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае» так же было прекращено, определением суда  от 02.02.2024.

Согласно п. 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" кредитор, обладающий правом на присоединение к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, поданному вне рамок дела о банкротстве, не реализовавший это право, утрачивает право на последующее предъявление требования к тому же контролирующему должника лицу по тем же основаниям (часть 5 статьи 225.16 АПК РФ), за исключением случаев, когда существовала объективная невозможность присоединения к первому требованию, например, кредитор не имел возможности присоединиться к первоначальному требованию ввиду того, что судебное решение, подтверждающее задолженность перед ним (или иной документ - для случаев взыскания задолженности во внесудебном порядке), не вступило в законную силу.

При этом под основаниями требования о привлечении к субсидиарной ответственности, предполагающего обоснование статуса контролирующего должника лица, понимаются не ссылки на нормы права, а фактические обстоятельства спора, на которых основано притязание гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, о возмещении вреда, обращенное к конкретному лицу. В частности, не могут быть квалифицированы как тождественные требование о привлечении к субсидиарной ответственности, мотивированное непередачей руководителем должника учредительных документов, и требование, мотивированное непередачей им документации об основных активах должника, либо два требования, в основание которых положены разные действия (бездействие) одного и того же контролирующего должника лица.

Таким образом, НО «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае» не лишен права, после получения судебного акта об установлении суммы задолженности обратиться в суд с самостоятельным требованием о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, в связи с чем, судом первой инстанции заявление НО «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае» оставлено без рассмотрения.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта норм ст.270 АПК РФ.

По мнению апеллянта, суд первой инстанции неправильно применил ст. 61.11 Закона о банкротстве: не установил причинно-следственную связь между действиями ФИО1 и невозможностью погашения требований кредиторов.

Апеллянт считает, что суд первой инстанции не установил и не доказал:

- какие именно управленческие решения ФИО1 повлекли убытки;

- наличие причинно-следственной связи между его действиями и банкротством общества;

- факты недобросовестности или злоупотребления полномочиями.

Апеллянт считает, что суд не установил, что именно действия (бездействие) ФИО1 привели к невозможности взыскать дебиторскую задолженность или реализовать запасы, не оценил объективные причины ее невзыскиваемости (споры с заказчиками, сроки приемки работ, задержки оплаты). Следовательно, презумпция не может автоматически подменять доказанность причинной связи и вины руководителя (61.16 Закона о банкротстве; ст. 53.1 ГК РФ).

Доказательства недобросовестности ФИО1 судом первой инстанции не приведены.

Апеллянт также считает, что судом первой инстанции неверно определен «размер ответственности».

По мнению апеллянта, суд первой инстанции использовал недоказанные «бумажные активы» для установления предельного размера ответственности, но одновременно указал на отсутствие документов, подтверждающих эти активы. Такой вывод противоречит принципам полноты и непротиворечивости мотивировки судебного акта.

Апеллянт также указывает, что судом первой инстанции не исследованы предпринимательские риски и внешние причины ухудшения финансового положения должника; не доказана недобросовестность и(или) неразумность действий руководителя.

Кроме того апеллянт указывает, что суд первой инстанции сослался на неизменность показателя «дебиторская задолженность» за 2020–2022 годы как на признак бездействия руководителя по взысканию. Однако такое наблюдение само по себе не доказывает ни недобросовестности, ни причинной связи: дебиторская задолженность могла быть спорной, реструктурированной, обеспеченной удержаниями до приемки, или предъявленной к зачету; эти обстоятельства судом первой инстанции не исследованы. 

Повторно изучив материалы дела, исследовав доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 30.09.2019 N 305-ЭС19-10079).

Добросовестный руководитель общества обязан действовать в интересах контролируемого им юридического лица и его кредиторов. Критерии недобросовестного поведения сформулированы в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 27.06.2024 N 305-ЭС24-809, в том числе со ссылкой на Постановление Конституционного Суда Российской Федерации (далее - КС РФ) от 07.02.2023 N 6-П (далее - Постановление N 6-П):

- отказ или уклонение контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника документов;

- отказ или уклонение контролирующих лиц от дачи объяснений либо дача явно неполных объяснений;

- непринятие мер по погашению задолженности перед кредиторами.

Как отмечает ВС РФ, независимый кредитор не должен претерпевать неблагоприятные имущественные последствия того, что он не смог помешать контролировавшим должника лицам "бросить бизнес" и уклониться тем самым от расчетов с ним. Во всяком случае, правопорядок не поощряет "брошенный бизнес", а добросовестный участник хозяйственного общества, решивший прекратить осуществление предпринимательской деятельности через юридическое лицо, должен следовать принципу "закончил бизнес - убери за собой".

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 21.02.2025 N 305-ЭС24-22290 указано, что правовая позиция по вопросу о распределении бремени доказывания по делам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности применительно к случаю, когда подконтрольный должник ликвидирован, изложена в Постановлении N 6-П, в пункте 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утвержденного Президиумом ВС РФ 15 мая 2024 года, и ряде Определений (от 10.04.2023 N 305-ЭС22-16424, от 04.10.2023 N 305-ЭС23-11842, от 27.06.2024 N 305-ЭС24-809, от 11.02.2025 N 307-ЭС24-18794 и других).

По мнению ВС РФ, эта же правовая позиция применима и к случаю, когда юридическое лицо еще не исключено из реестра, но является уже фактически недействующим ("брошенным"), так как по существу экономически оно ничем не отличается от ликвидированного и нет никаких оснований уменьшать правовую защищенность кредиторов "брошенных" юридических лиц по сравнению с кредиторами ликвидированных.

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 25.03.2024 N 303-ЭС23-26138 также отмечено, что как добросовестное поведение контролирующего лица квалифицируется аккумулирование и сохранение им информации о хозяйственной деятельности должника, раскрытие этой информации при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.

Бремя доказывания оснований возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо обычно лежит на кредиторах, в интересах которых заявлено это требование. Вместе с тем отсутствие у контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права (пункт 56 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"; далее - Постановление N 53).

В ряде случаев эта проблема решается законодательно введением презумпций-предположений, основанных на наибольшей вероятности наступления того или иного события (явления) при установлении прочих фактов. Презумпции считаются верными, пока не доказано иное.

Кредиторам, требующим привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, сокрывшего документы хозяйственного общества, необходимо и достаточно доказать состав признаков, входящих в соответствующую презумпцию (подпункт 4 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"; далее - Закон о банкротстве), в частности: наличие и размер непогашенных требований к должнику; статус контролирующего должника лица; его обязанность по хранению документов хозяйственного общества; отсутствие (искажение) этих документов на момент введения в отношении должника наблюдения.

Презумпция носит опровержимый характер, и иное может быть доказано лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. Это лицо должно доказать, почему доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность и чем вызвана несостоятельность должника, каковы причины непредставления документов и насколько они уважительны и т.п. (пункт 10 статьи 61.11, пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве, пункт 56 Постановления N 53).

Таким образом, судебная коллегия отклоняет доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции не выяснены обстоятельства дела в полном объеме, так как ответчик уклонился от предоставления пояснений и доказательств в опровержение предъявленных к нему требований.

Ответчик не представил сведения о составе запасов должника,  их наличия либо их выбытия, о составе дебиторской задолженности.

Также, ответчиком не представлены доказательства того, что задолженности перед кредиторами не были погашены в силу внешних экономических причин.

Относительно наличия основания для привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления, судебная коллегия установила следующее.

В силу п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Судом первой инстанции установлено и не опровергнуто ответчиком, что 01.04.2022 добросовестному руководителю должника должно было быть понятно, что должник отвечает признакам неплатежеспособности и возможность их преодоления отсутствует. Подача заявления должна быть осуществлена до 01.05.2022.

Согласно п. 2 ст. 61.12 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В размер ответственности в соответствии с настоящей статьей не включаются обязательства, до возникновения которых конкурсный кредитор знал или должен был знать о том, что имели место основания для возникновения обязанности, предусмотренной статьей 9 настоящего Федерального закона, за исключением требований об уплате обязательных платежей и требований, возникших из договоров, заключение которых являлось обязательным для контрагента должника (п. 3 ст. 61.12 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Ответчиком соответствующая обязанность исполнена не была.

Из материалов дела следует, что все обязательства перед кредиторами у должника возникли после даты, установленной судом первой инстанции, кроме обязательств перед ФНС.

Таким образом, ФИО1 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности на основании ст. 61.12 Закона о банкротстве, при этом размер ответственности равен размеру обязательств должника по обязательным платежам, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Однако, указанный размер поглощается размером, установленным по иному основанию.

При указанных обстоятельствах, доводы о необоснованности выводов суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности отклоняются как противоречащие материалам дела.

Рассматривая довод о необоснованном установлении размера ответственности, судебная коллегия считает необходимым указать следующее.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Таким образом, в случае привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника за не передачу документов, повлекшую невозможность формирования конкурсной массы, при отсутствии иных виновных действий, размер ответственности должен быть ограничен стоимостью имевшегося у должника имущества, за счет которого и происходит формирование конкурсной массы.

Судом первой инстанции правомерно определен размер ответственности ответчика  в размере стоимости непереданных активов должника.

В части довода апеллянта о том, что при определении размера ответственности не были учтены требования самого крупного по размеру требования кредитора НО «Фонд капитального ремонта общего имущества в многоквартирных домах в Пермском крае», судебная коллегия считает необходимым указать следующее.

В рассматриваемом случае, в отношении требования кредитора, чьи требования не были включены в реестр требований кредиторов должника в процедуре банкротства должника, судом первой инстанции вынесено определение об оставлении заявления без рассмотрения на основании п. 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве". Указанные обстоятельства не препятствуют указанному кредитору впоследствии обратиться  к ответчику с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом случае, судом первой инстанции верно установлены обстоятельства дела и применены нормы права, подлежащие применению.

Таким образом, суд апелляционной инстанции отклоняет приведенные доводы в апелляционной жалобе, поскольку, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой, установленных по делу обстоятельств, не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Таким образом, определение Арбитражного суда Самарской области от 28 июля 2025 года по делу А55-34672/2023, следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 28 июля 2025 года о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по делу А55-34672/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                            Ю.А. Бондарева 

Судьи                                                                                                          Я.А. Львов

А.В. Машьянова