Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

город  Волгоград

«5» июня 2017 г.

Дело № А12-72866/16

Резолютивная часть решения объявлена 30 мая 2017 года

Полный текст решения изготовлен 5 июня 2017 года     

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи  Любимцевой Ю.П., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Зотовой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Государственного бюджетного учреждения культуры «Волгоградский областной краеведческий музей» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к Региональной общественной организации «Центр поддержки ветеранов подразделений специального назначения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), при участии в деле в качестве третьих лиц Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Волгоградской области, Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области, Волгоградского регионального отделения Общероссийской общественной организации ветеранов Вооруженных сил РФ, Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области, Комитета культуры Волгоградской области, Комитета государственной охраны объектов культурного наследия Волгоградской области, Прокуратуры Волгоградской области,

о признании сделки недействительной

при участии в судебном заседании

от истца – ФИО1 – доверенность от 20.01.2017

от ответчика – ФИО2 – доверенность от 18.03.2016

от КУГИ Волгоградской области – ФИО1 – доверенность от 04.07.2016

от Прокуратуры – ФИО3 – удостоверение от 07.12.2016

от иных третьих лиц – не явились, извещены 

         Государственное бюджетное учреждение культуры «Волгоградский областной краеведческий музей» обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с иском к Региональной общественной организации «Центр поддержки ветеранов подразделений специального назначения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры» о признании недействительным (ничтожным) дополнительное соглашение № 1 от 20.05.2014 к договору аренды от 15.05.2014 № 4 нежилых помещений, расположенных по адресу: 

<

...>, заключенному между Территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Волгоградской области и Волгоградским региональным отделением Общероссийской общественной организации ветеранов Вооруженных Сил Российской Федерации.

В качестве третьих лиц без самостоятельных требований к участию в деле привлечены Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Волгоградской области, Комитет по управлению государственным имуществом Волгоградской области, Волгоградское региональное отделение Общероссийской общественной организации ветеранов Вооруженных сил РФ, Управление федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области, а также Прокуратура Волгоградской области.

Определением от 16.03.2017 по ходатайству истца и прокуратуры к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований привлечен Комитет культуры Волгоградской области.

Определением от 04.04.2017 по ходатайству истца к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований привлечен Комитет государственной охраны объектов культурного наследия Волгоградской области.

Свои доводы истец мотивирует тем, что сделка по заключению дополнительного соглашения № 1 от 20.05.2014 к договору аренды № 4 от 15.05.2014 совершена с нарушением требований закона и посягает на публичные интересы, в связи с чем, является недействительной (ничтожной) с момента ее совершения. 

 Ответчик против иска возражает по основаниям, изложенным в отзыве.

Третьи лица и прокуратура поддержали позицию истца.

 Рассмотрев материалы дела и выслушав представителей сторон, арбитражный  суд

 

                                                        УСТАНОВИЛ:

В соответствии с Постановлением Совета Министров РСФСР от 30.08.1960 № 1327 «О дальнейшем улучшении дела охраны памятников культуры в РСФСР», Постановлением Совета Министров РСФСР от 04.12.1974 № 624 «О дополнении и частичном изменении Постановления Совета Министров РСФСР от 30.08.1960 № 1327», Указом Президента Российской Федерации от 20.02.1995 № 176 «Об утверждении перечня объектов исторического и культурного наследия федерального (общероссийского) значения» к числу объектов культурного наследия федерального значения относится «Здание Центрального универмага, в подвале которого 33 (правильно – 38) мотострелковая бригада полковника ФИО4 взяла в плен штаб вражеской группировки войск в 1943 году», расположенное по адресу: г. Волгоград, площадь Павших борцов, 2.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в решении от 12.10.2010 № ГКПИ10-844 и в определении от 16.11.2010 № КАС10-591, поскольку Универмаг был включен в перечень объектов культурного наследия Постановлением Совета Министров РСФСР от 30.08.1960 № 1327 «О дальнейшем улучшении дела охраны памятников культуры в РСФСР», то в силу пункта 1 статьи 64 Федерального закона от 25.02.2002 № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» на него не распространяется общий порядок включения объекта в реестр объектов культурного наследия, данный объект включен в указанный реестр в силу закона.

В соответствии с Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность» объекты историко-культурного наследия общероссийского значения, расположенные на территории Российской Федерации, относятся исключительно к федеральной собственности, независимо о того на чьем балансе они находятся.

В соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 05.06.2008 № 432 Федеральное агентство по управлению государственным имущество (Росимущество) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по управлению федеральным имуществом.

Согласно Положению о Территориальном управлении Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Волгоградской области (ТУ Росимущества), утвержденному Приказом Федерального агентства по управлению государственным имуществом от 05.03.2009 № 63, ТУ Росимущества осуществляет функции по управлению и распоряжению федеральным имуществом и осуществляет от имени Российской Федерации юридические действия по защите имущественных и иных прав  и законных интересов Российской Федерации при управлении федеральным имуществом.

Постановлением Президиума Волгоградского областного суда от 10 ноября 2010 года 10 нежилых помещений, расположенных по адресу: г. Волгоград, площадь Павших борцов, 2, общей площадью 7700 кв.м., расположенных в здании «Центральный универмаг», признаны собственностью Российской Федерации и истребованы из чужого незаконного владения физических лиц, которые не предпринимали мер по надлежащему содержанию объекта культурного наследия федерального значения, в результате чего техническое состояние Центрального универмага находится в неудовлетворительном состоянии.

В целях вовлечения в хозяйственный оборот объектов недвижимого имущества, принадлежащего Российской Федерации, а также учитывая необходимость срочного ремонта здания Универмага, 15.05.2014 между ТУ Росимущества (Арендодатель) и Волгоградским региональным отделением Общероссийской общественной организации ветеранов Вооруженных Сил Российской Федерации (Арендатор) заключен договор аренды № 4, по условиям которого Арендодатель предоставляет Арендатору в аренду (временное пользование) недвижимое имущество, расположенное по адресу: г. Волгоград, площадь Павших борцов, 2, в том числе:

- нежилое помещение, общей площадью 50,4 кв.м., этаж 2, кадастровый номер 34:34:04:000000:001553:001949;

- нежилое помещение, общей площадью 467,2 кв.м., состоящее из 4 комнат, этаж 2, кадастровый номер 34:34:04:000000:001553:002066;

- встроенное нежилое помещение, общей площадью 1370,9 кв.м., этаж 2 кадастровый номер 34:34:04:000000:001553:002075;

- встроенное нежилое помещение, общей площадью 1396,3 кв.м., состоящее из 42 комнат, этаж 1, кадастровый номер 34:34:04:000000:001553:002074;

- нежилое помещение, общей площадью 1419,3 кв.м., этаж 3, антресольный, кадастровый номер 34:34:04:000000:001553:002076.

В соответствии с пунктом 1.4 договора срок договора устанавливается на 15 лет и начинается с момента подписания акта приема-передачи недвижимого имущества, являющегося неотъемлемой частью договора.

Пунктами 4.1, 4.2 договора стороны определили, что размер арендной платы объектов недвижимого имущества определен на основании отчетов об определении рыночной стоимости права пользования объектами аренды и составляет 2356714,16 руб. в месяц. Арендная плата перечисляется Арендатором ежемесячно не позднее 10-го числа текущего месяца 100%.

В связи с тем, что передаваемые во временное пользование помещения являются объектами культурного наследия, разделом 7 договора на Арендатора возлагались обязательства:

7.1. Оформить охранное обязательство пользователя объекта культурного наследия в органе государственной власти, уполномоченном в области охраны объектов культурного наследия, признанного сторонами неотъемлемой частью договора, содержащей сведения об особенностях, составляющих предмет охраны объекта культурного наследия.

7.2. Арендатор принимает на себя полную ответственность за сохранность помещения, являющего памятником, и обязуется использовать помещения исключительно в соответствии с установленным для него режимом согласно законодательству РФ о культуре.

7.3. Содержать памятник и связанное с ним имущество в надлежащем санитарном, противопожарном и техническом порядке. Иметь в используемом памятнике противопожарное оборудование согласно требованиям органов пожарно охраны.

7.4. Беспрепятственно допускать представителей по контролю за выполнением правил содержания памятника, его территории и зон охраны, или для научного обследования.

7.5. В случае невыполнения Арендатором правил содержания памятника, его территории и зон охраны, а также использования памятника не по прямому назначения, в результате чего ему наносится повреждение, этот памятник подлежит изъятию у Арендатора с взысканием с него причиненного ущерба в размере стоимости ремонтно-восстановительных и реставрационных работ.

7.6. Все вопросы, связанные с проведением ремонтно-восстановительных и реставрационных работ, регулируются  соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом от 25.06.2002 № 73-ФЗ «об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации».

20.05.2014 сторонами было подписано дополнительное соглашение № 1, согласно пункту 1 которого пункт 1.4 договора был изложен в следующей редакции: «Срок договора устанавливается на 15 лет и начинает исчисляться с момента подписания акта приема-передачи недвижимого имущества, являющегося неотъемлемой частью договора, и приведения передаваемого имущества в состояние, пригодное для использования в целях, указанных в пункте 1.2 договора».

Пунктом 2 дополнительного соглашения № 1 пункт 6.8 договора изложен в следующей редакции: «Обязательства сторон по настоящему договору возникают с момента, указанного в пункте 1.4 договора».

Пунктом 3 дополнительного соглашения № 1 раздел 7 договора исключен. 

Имущество передано арендатору по акту приема-передачи 28.11.2014.

Договор зарегистрирован в установленном законом порядке. 

10.04.2015 между Волгоградским региональным отделением Общероссийской общественной организации ветеранов Вооруженных Сил Российской Федерации и Региональной общественной организацией «Центр поддержки ветеранов подразделений специального назначения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры» бал заключен договор прав и обязанностей по договору аренды № 4 от 15.05.2014.

На основании пункта 1.2. договора о передаче прав и обязанностей от 24.04.2015 (дата государственной регистрации договора) РОО «ЦПВПСН ХМАО-Югры» становится Арендатором по договору. 

Таким образом, в настоящее время арендатором по договору аренды № 4 от 15.05.2014 с учетом дополнительного соглашения № 1 от 20.05.2014 является Региональная общественная организация «Центр поддержки ветеранов подразделений специального назначения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры».

На основании Распоряжения ТУ Росимущества от 01.10.2015 № 515-р, акта приема передачи от 07.10.2015 нежилые помещения площадями 50,4 кв.м., 467,2 кв.м., 1370,9 кв.м., 1396,3 кв.м., 1419,3 кв.м., расположенные по адресу: г. Волгоград, площадь Павших борцов, 2, переданы в собственность Волгоградской области (запись о государственной регистрации права от 12.10.2015, принято в казну Волгоградской области 07.10.2015).

На основании Распоряжения Комитета по управлению государственным имуществом Волгоградской области от 08.10.2015 № 1818-р вышеуказанные помещения переданы на праве оперативного управления Государственному бюджетному учреждению культуры «Волгоградский областной краеведческий музей» (дата регистрации права оперативного управления – 29.10.2015).

В соответствии со статьей 617 ГК РФ переход права собственности (хозяйственного ведения, оперативного управления, пожизненного наследуемого владения) на сданное в аренду имущество к другому лицу не является основанием для изменения или расторжения договора аренды.

Таким образом, с момента закрепления помещений на праве оперативного управления ГБУК «Волгоградский областной краеведческий музей» является арендодателем по договору аренды № 4 от 15.05.2014.

Истец полагая, что дополнительное соглашение № 1 от 20.05.2014 заключено с нарушением закона, обратился с иском о признании его недействительным в силу его ничтожности.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу пунктов 1, 2 статьи 10 ГК РФ не допускаются  осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда РФ от 14.06.2016 N 52-КГ 16-4 по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении, обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Таким образом, для разрешения спора, связанного с признанием дополнительного соглашения № 1 от 20.05.2014 недействительным, необходимо выяснить:

-какие цели преследовали стороны при заключении дополнительного соглашения;

-какие действия предпринимались сторонами для исполнения установленных договором обязательств;

-последствия, которые повлекло (может повлечь) заключение соответствующей сделки (дополнительного соглашения) для третьих лиц, а также публичных интересов.

Согласно пункту 1 дополнительного соглашения пункт 1.4 договора был изложен в следующей редакции: «Срок договора устанавливается на 15 лет и начинает исчисляться с момента подписания акта приема-передачи недвижимого имущества, являющегося неотъемлемой частью договора, и приведения передаваемого имущества в состояние пригодное для использования в целях, указанных в п. 1.2 договора».

Согласно пункту 2 дополнительного соглашения пункт 6.8 договора изложен в следующей редакции: «Обязательства сторон по настоящему договору возникают с момента, указанного в п. 1.4 договора».

Таким образом, как следует из буквального толкования пунктов 1.4, 6.8 договора (в редакции дополнительного соглашения № 1 от 20.05.2014) обязательства сторон по договору аренды (в том числе и по внесению арендной платы) возникают при наличии одновременно двух условий: передачи имущества арендатору по акту приема-передачи и приведения его в состояние, пригодное для использования в целях, указанных в п. 1.1 договора (т.е. в соответствии с уставной деятельностью арендатора).

При этом, ни в договоре аренды, ни в дополнительном соглашении № 1 от 20.05.2014 не указано, на кого возлагается обязанность по приведению помещения в соответствующее состояние.

Из материалов дела следует, что 28.11.2014 между арендодателем (ТУ Росимущества) и арендатором (на тот момент ВРООО ветеранов Вооруженных Сил Российской Федерации) был подписан акт приема-передачи недвижимого имущества, согласно которому арендатор на основании договора аренды № 4 от 15.05.2014 принял во временное владение и пользование нежилые помещения площадями 50,4 кв. м., 467,2 кв. м., 1370,9 кв. м., 1396,3 кв. м., 1419, 3 кв. м., расположенных по адресу: г. Волгоград, площадь Павших борцов, 2.

При этом, как следует из акта, имущество находится в состоянии, описанном в Акте технического состояния памятника истории и культуры от 11.05.2011, подготовленном Комитетом по культуре Администрации Волгоградской области, и в Акте проверки состояния объекта культурного наследия от 24.01.2014 № 05-03-03/02. подготовленном Министерством культуры Волгоградской области. В акте имеется отметка, что арендатору состояние имущества известно.

В Акта проверки от 24.01.2014 состояние внутренних архитектурно-конструктивных и декоративных элементов памятника оценивается как неудовлетворительное.

При таких обстоятельствах, исходя из содержания пунктов 1.4, 6.8 договора в редакции дополнительного соглашения, у арендатора, несмотря на передачу последнему арендуемого имущества, не возникло обязанностей по договору аренды (в том числе и по внесению арендной платы), а у арендодателя не возникло права требовать от арендатора соответствующей обязанности.

Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются письмом ТУ Росимущества от 29.08.2016  № 07/8805, в котором последнее сообщает, что поскольку арендатором не были выполнены условия дополнительного соглашения № 1 от 20.05.2014 в части приведения передаваемого имущества в состояние, пригодное для использования, обязательства по оплате арендных платежей не возникло.

В соответствии с пунктом 5.31 Положения о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 05.06.2008 N 432, Росимущество обеспечивает поступления в федеральный бюджет дивидендов по находящимся в федеральной собственности акциям акционерных обществ (доходов по долям в уставном капитале иных хозяйственных обществ), доходов от использования иного федерального имущества.

Вместе с тем, поскольку после подписания дополнительного соглашения ни одна из сторон не предпринимала действий, направленных на приведение помещений в состояние, пригодное для использования, а также не требовала от другой стороны совершить действия по приведению помещений в надлежаще состояние, сложилась ситуация, что спорное помещение на протяжении долгого периода времени фактически выбыло из гражданского оборота и у собственника имущества отсутствует возможность получения платы за него в виде арендных платежей, что не может отвечать публичным интересам.

В соответствии со статьей 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Таким образом, при заключении договора аренды арендодатель преследует цель передачи имущества во временное владение и пользование арендатора в целях извлечения прибыли. В свою очередь, арендатор заинтересован в фактическом пользовании и владении имуществом и готов вносить за соответствующее использование арендную плату.

Вместе с тем, в силу пункта 1.2 дополнительного соглашения № 1 от 20.05.2014 у арендатора, несмотря на передачу последнему арендуемого имущества, не возникло обязанностей по договору аренды (в том числе и по внесению арендной платы), а у арендодателя не возникло права требовать от арендатора соответствующей обязанности.

Таким образом, стороны, путем заключения дополнительного соглашения, нивелировали волю на создание арендных отношений, вместе с тем, исключив государственное имущество из оборота на неопределенный срок, что, с одной стороны, несвойственно для лиц, имеющих намерение создать соответствующие правоотношения, с другой - исключает эффективность использования государственного имущества и существенно затрудняет прогнозирование неналоговых доходов, что необходимо для разработки проекта федерального бюджета на последующие финансовые годы (ст. 169, 172 БК РФ), что противоречит как целям деятельности Росимущества, так и создает угрозу причинения вреда публичным правоотношениям, складывающимся в бюджетной сфере.

Ссылка ответчика на статью 616 ГК РФ, в соответствии с которой обязанность по проведению капитального ремонта возложена на арендодателя, является необоснованной, поскольку соответствующая норма регулирует права и обязанности сторон по договору аренду, в то время как соответствующего правоотношения между сторонами (с учетом оспариваемого дополнительного соглашения), не возникло.

При этом, как следует из доказательств, представленных сторонами договора (отзыва ответчика и письма ТУ Росимущества от 29.08.2016 № 07/8805) ни одна из сторон спорного договора не считает себя обязанной по выполнению обязанности по приведению помещений в состояние, допускающее их использование. Однако при этом, ни одна из сторон не только не предпринимала меры по приведению помещений в соответствующее состояние, но и по разграничению исполнения соответствующей обязанности между собой (пассивное поведение).

Следует также отметить, что при формулировании отлагательного условия, предусмотренного пунктом 1.2 оспариваемого дополнительного соглашения, стороны вышли за пределы прав, предусмотренных статьей 190 ГК РФ.

Так, согласно статье 190 ГК РФ установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами.

Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить.

Вместе с тем, условие дополнительного соглашения о вступлении договора в действие после приведения передаваемого имущества в состояние, пригодное для использования, не может считаться условием о сроке наступления обязательства, поскольку не отвечает признакам события, которое должно неизбежно наступить и зависит исключительно от активных действий сторон договора, которые могут быть и не совершены. 

Ссылка ответчика на решение Центрального районного суда г. Волгограда по делу № 2-7521/14 является несостоятельной, поскольку предметом проверки в рамках соответствующего дела являлось распоряжение ТУ Росимущества от 15.05.2014  № 296-р, на основании которого был заключен договор аренды, но не его условия, изложенные в оспариваемом дополнительном соглашении.

Пунктом 3 дополнительного соглашения № 1 от 20.05.2014 стороны исключили раздел 7 договора, в котором содержалось указание на наличие у объекта договора признаков объекта культурного наследия, устанавливалась обязанность арендатора оформить охранное обязательство, содержать памятник в надлежащим состоянии.

В соответствии со статьей 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно пункту 1 статьи 55 Федеральный закон от 25.06.2002 N 73-Ф3 «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» (в редакции, действовавшей на момент заключения договора аренды № 4 от 15.05.2014 и дополнительного соглашения № 1 от 20.05.2014) договор аренды объекта культурного наследия заключается в соответствии с правилами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации для заключения договоров аренды зданий и сооружений, с учетом требований настоящего Федерального закона.

Пунктом 2 статьи 55 указанного Закона установлено обязательное включение в договор аренды объекта культурного наследия включенных в реестр сведений об особенностях, составляющих предмет охраны данного объекта культурного наследия, и требования к сохранению объекта культурного наследия в соответствии с настоящим Федеральным законом независимо от формы собственности данного объекта.

Обязательным условием заключения договора аренды объекта культурного наследия является охранное обязательство пользователя объектом культурного наследия.

Охранное обязательство пользователя объектом культурного наследия должно включать в себя требования к содержанию объекта культурного наследия, условиям доступа к нему граждан, порядку и срокам проведения реставрационных, ремонтных и иных работ по его сохранению, а также иные требования, которые обеспечивают сохранность данного объекта и являются ограничениями (обременениями) права пользования данным объектом.

Соответствующая обязанность арендатора была предусмотрена разделом 7 договора аренды № 4 от 15.05.2014, который пунктом 3 дополнительного соглашения № 1 от 20.05.2014 был исключен.

Поскольку оформление охранного обязательства, то есть установление порядка и условий использования, являлось обязательным на момент заключения договора аренды № 4 от 15.05.2014, и такое обязательство исключено дополнительным соглашение № 1 от 20.05.2014, использование арендатором памятника на правах аренды без охранного обязательства противоречит законодательству об охране и использовании памятников истории и культуры.

Довод ответчика о том, что обязанность по оформлению охранного обязательства лежит исключительно на собственнике, нельзя признать правомерным, поскольку законодательство возлагает обязанность оформлять охранное обязательство, в том числе на тех лиц, которые фактически используют объект культурного наследия (на срок нахождения памятника у пользователя), и, кроме того, такой довод не исключает недействительность заключенного дополнительного соглашения.

Исключение предусмотренных законом обязательных условий из договора аренды является недопустимым и посягает на публичные интересы (ущемляет права третьих лиц), поскольку в силу Федерального закона от 25.06.2002 N 73-Ф3 «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» объекты культурного наследия (памятники истории и культуры) народов Российской Федерации представляют собой уникальную ценность для всего многонационального народа Российской Федерации и являются неотъемлемой частью всемирного культурного наследия, что влечет ничтожность соответствующего условия (статья 168 ГК РФ).

Довод ответчика о пропуске срока исковой давности судом отклоняется ввиду следующего.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу статьи 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В соответствии с пунктом  2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 74 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Суд приходит к выводу, что поскольку дополнительное соглашение № 1 от 20.05.2014  исключает из договора аренды требование к сохранению объекта культурного наследия и оформления охранного обязательства, то в силу статьи 168 ГК РФ такое соглашение является недействительным (ничтожным) как не соответствующее требованиям пункта 2 статьи 55 Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации», действовавшего на момент заключения дополнительного соглашения. 

Кроме того, суд принимает во внимание правовую позицию, сформулированную в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 52-КГ16-4, что по своей природе злоупотребление правом является нарушением явно выраженного запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицо, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Соответственно, обратившись в суд с настоящим иском 23.12.2016 ГБУК «Волгоградский областной краеведческий музей», не пропустило срок исковой давности. 

Довод ответчика о том, что постановлением СУ СК РФ в Волгоградской области об отказе в возбуждении уголовного дела от 06.02.2017 действия ТУ Росимущества по заключению договора аренды и дополнительного соглашения признаны совершенными в соответствии с законодательством, судом отклоняется, поскольку следственным комитетом проводилась проверка действий сотрудников ТУ Росимущества в Волгоградской области на наличие признаков состава преступления, предусмотренного частью 1.1 статьи 293 Уголовного кодекса Российской Федерации  (халатность). Вопрос о соответствии условий договора требованиям гражданского законодательства в ходе данной проверки не рассматривался.

При таких обстоятельствах суд признает требование истца обоснованным и подлежащим удовлетворению.

           Учитывая изложенное и руководствуясь  статьями 167-171 АПК РФ, суд     

РЕШИЛ:

Признать недействительным (ничтожным) дополнительное соглашение № 1  от 20.05.2014 к договору аренды от 15.05.2014 № 4 нежилых помещений, расположенных по адресу: 

<

...>, заключенному между Территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Волгоградской области и Волгоградским региональным отделением Общероссийской общественной организации ветеранов Вооруженных Сил Российской Федерации.

Взыскать с Региональной общественной организации «Центр поддержки ветеранов подразделений специального назначения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу Государственного бюджетного учреждения культуры «Волгоградский краеведческий музей» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) государственную пошлину в сумме 6000 руб.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его принятия.

В соответствии с частью 2 статьи 257 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший судебный акт.

                         Судья                                                                                Любимцева Ю.П.