ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

16.08.2023

Дело № А41-27814/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 августа 2023 года

Полный текст постановления изготовлен  16 августа  2023 года

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Уддиной В.З.,

судей Дербенева А.А., Кручининой Н.А., 

при участии в судебном заседании:

ФИО1 – лично, паспорт,

от ФИО2 – ФИО3, дов. от 22.06.2021,

от ООО «Эксперт-Холдинг» - ФИО4, дов. от 17.06.2022 (онлайн),

при рассмотрении в судебном заседании кассационных жалоб

финансового управляющего должников ФИО5

и ООО «Эксперт Холдинг»

на определение Арбитражного суда Московской области

от 30.01.2023,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда 

от 25.05.2023,

по заявлению финансового управляющего о признании недействительными 

и применении последствий недействительности сделок

в рамках дела о признании несостоятельными (банкротами)

ФИО1 и ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 17.08.2018 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим его имуществом утверждена ФИО5. 

13.04.2021 в Арбитражный суд Московской области поступило заявление ПАО АКБ «Абсолют Банк» о признании ФИО2 несостоятельной (банкротом).

Определением Арбитражного суда Московской области от 24.02.2022 заявление ПАО АКБ «Абсолют Банк» о признании  ФИО2 несостоятельной (банкротом) признано необоснованным, производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника прекращено. 

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 21 апреля 2022 по делу № А41-27814/21 определение Арбитражного суда Московской области от 24 февраля 2022 г. отменено, заявление ПАО АКБ «Абсолют Банк» о признании ФИО2 несостоятельной (банкротом) признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО5 

07.09.2022 в рамках дела №А41-77824/2015 финансовый управляющий ФИО1 - ФИО5 обратилась в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просила признать недействительными: 

- договор займа от 10.02.2020 № 1-02/2020, заключенный между ФИО2 и АО «РЭТЗ «Энергия»; 

- договора займа от 11.02.2020 № 11-02/2020, заключенный между ФИО2 и АО «РЭТЗ «Энергия»; 

- пункт 1.3 договора займа от 10.02.2020 №10-02/2020., а также поручительства перед АО «РЭТЗ Энергия» третьих лиц – ООО «Компания ОСК» и ООО «Фиран-Агро», по обязательствам ФИО2, вытекающих из договора займа от 10.02.2020 № 10-02/2020 , в том числе по коммерческому риску (п. 1.2 договора), а также предварительного договора АО «РЭТЗ Энергия» с ООО «Компания ОСК» о намерении в течение 30 дней с момента регистрации права собственности на недвижимые объекты, указанные в апелляционном определении от 22 декабря 2017 г. по делу № 33- 48657/17, заключить договор залога на объекты, поименованные в апелляционном определении, по обязательствам ФИО2, вытекающих из договора займа № 10- 02/2020 от 10 февраля 2020; 

- пункт 1.3 договора займа от 11.02.2020 № 11-02/2020, а также поручительства перед АО «РЭТЗ Энергия» третьих лиц – ООО «Компания ОСК» и ООО «Фиран-Агро», по обязательствам ФИО2, вытекающих из договора займа от 11.02.2020 № 11-02/2020. 

В качестве применения последствий недействительности договоров займа от 10.02.2020 №10- 02/2020 и от 11.02.2020 № 11-02/2020 ФИО5 просила признать платежи, осуществленные АО «РЭТЗ Энергия» в адрес ФИО2 по договорам займа в общей сумме 15 880 000 руб. оплатой за оказание услуг ФИО1 АО «РЭТЗ Энергия», а также взыскать с ФИО2 в конкурсную массу ФИО1 15 880 000 руб. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 11.10.2022 по делу № А41-77824/15 объединено для совместного рассмотрения дело №А41-77824/2015 и дело №А41-27814/2021 в одно производство, объединенному производству присвоен № А41-27814/2021. 

Определением Арбитражного суда Московской области от 30.01.2023, оставленным без изменения  постановление Десятого арбитражного апелляционного суда  от 25.05.2023, финансовому управляющему отказано в удовлетворении заявленного требования.

Не согласившись с принятыми по обособленному спору судебными актами, финансовый управляющий должником и ООО «Эксперт Холдинг» обратились в Арбитражный суд Московского округа каждый со своей кассационной жалобой, в которых, указывая на ненадлежащую оценку судами обстоятельств заключения и исполнения договора и несоответствие выводов фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении поданного управляющим заявления.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель ООО «Эксперт Холдинг»  доводы кассационной жалобы поддержал по мотивам, изложенным в ней, в свою очередь ФИО1 и представитель ФИО2  против удовлетворения кассационной жалобы возражали, просили оставить определение и постановление без изменения, а кассационную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что в силу части 3 статьи Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

Как следует из материалов дела, и установлено судами, 10.02.2020 между АО «РЭТЗ Энергия» и ФИО2 заключен договор займа № 10-02/2020, согласно условиям которого заявителем должнику были предоставлены заемные денежные средства в сумме 9 900 000 руб. с установлением процентной ставки за пользование суммой займа в 7,5 % годовых и условием его возврата в срок до 15.08.2020. 

11.02.2020 между АО «РЭТЗ Энергия» и ФИО2 был заключен договор займа № 11-02/2020, согласно условиям которого заявителем должнику были предоставлены заемные денежные средства в сумме 5 980 000 руб. с установлением процентной ставки за пользование суммой займа в 7,5 % годовых и условием его возврата в срок до 15 августа 2020 г. 

На основании указанных договоров АО «РЭТЗ Энергия» предоставило ФИО2 денежные средства в общем размере 12 930 000 руб. 

Полагая, что сделки были совершены с заинтересованным лицом с целью уменьшения стоимости активов, что причинило вред имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий должников обратился в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных финансовым  управляющим требований, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, руководствовался положениями статей 32, 61.1, 61.2, 61.6, 61.9 Закона о банкротстве, статей 10, 168,170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) исходил из отсутствия совокупности условий для признания сделки недействительной в  соответствии со статей 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве) и в  соответствии со статьями 10, 168, 170 ГК РФ.

Судебная коллегия окружного суда, соглашаясь с такими выводами судов первой и апелляционной инстанций, исходит из соответствия установленных судами фактических обстоятельств имеющимся в материалах обособленного спора доказательствам и правильного применения относительно установленных обстоятельств норм материального и процессуального прав, отмечая при этом, что суд кассационной инстанции не вправе в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций. 

Судами установлено, что в качестве оснований для признания договоров займа недействительными сделками финансовый управляющий указывает на  притворный характер договоров займа, прикрывающий оплату юридических услуг, оказанных, по мнению заявителя, ФИО1 АО «РЭТЗ Энергия» (статья 170 ГК РФ); - злоупотребление правом со стороны участников сделки и преследование целей вывода активов должника (статьи 10, 168 ГК РФ), на причинение сделками имущественного вреда кредиторам (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве), на неравноценное встречное предоставление по сделкам (п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. 

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та  сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. 

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. 

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ). 

Исходя из смысла приведенных правовых норм, притворность прикрывающей сделки обусловлена тем, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. 

Таким образом, признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на исполнение заключенной сделки у обеих сторон, а не у одной из них, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку. По основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю одних и тех же участников сделки. Вместе с тем, реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной. 

Отказывая в удовлетворении заявления, суды обоснованно исходили из того, что оспариваемые договоры займа являются реальными, действительными, направлены на создание соответствующих правовых последствий.

Финансовый управляющий указывал, что предоставленные АО «РЭТЗ Энергия» денежные средства в действительности представляют собой не передачу заемных средств, а оплату за оказанные АО «РЭТЗ Энергия» супругом ФИО2 ФИО1 юридические услуги в рамках арбитражных дел №№ А41- 41740/2018, А40-100745/20, А40-91454/2020 и А40-75605/2019. 

Суды установив, что ФИО1 действительно оказывал юридические услуги и представлял интересы АО «РЭТЗ «Энергия» в арбитражных судах, пришли к верному выводу о том, что данные услуги оказывались на основании самостоятельных соглашений, отдельно оплачивались АО «РЭТЗ «Энергия», при этом вопреки утверждениям кассаторов, взаиморасчеты по данным договорам никаким образом не связаны с заемными средствами, выданными ФИО2 по оспариваемым договорам.

Судами установлено, что в целях оказания юридической помощи по вышеуказанным арбитражным делам между АО «РЭТЗ «Энергия» и ООО «Бюро ФИО6» (юридической компанией, принадлежащей ФИО1) были заключены и оплачены договоры на оказание юридических и консультационных услуг.

Суды верно отметили, что юридические услуги, оказываемые АО «РЭТЗ «Энергия» ФИО1 в спорный период, не прикрывались никакими иными соглашениями, а были оформлены и исполнялись на основании самостоятельных договоров, которые являются действительными, не оспорены и не признаны недействительными в судебном порядке. 

Оказанные услуги оплачены, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями. 

Суды обеих инстанций оценив наличие пороков оспариваемых сделок, их взаимосвязь с юридическими услугами, оказанными ответчику ФИО1 пришли к обоснованному выводу о недоказанности вышеперечисленных оснований.

Кроме того, финансовый управляющий должника указывал, что поручительства третьего лица и предварительный договор залога заключены за счет должника при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве), в целях причинении вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), совершена без согласия органа юридического лица (пункт 1 статьи 173.1 ГК РФ), в связи с чем являются недействительными.

Судами установлено, что 10.02.2020 заключен договор поручительства третьего лица №П-10- 02/2020/1 между АО «РЭТЗ Энергия» (кредитор) и ООО «Фиран-агро» (поручитель), согласно которому поручитель принял на себя обязательства поручительства перед кредитором по обязательствам ФИО2 по договору займа от 10.02.2020 №10-02/2020 между АО «РЭТЗ Энергия» и ФИО2.

Судами правомерно учтено, что должник не является стороной договора поручительства, сделка не совершалась за счет должника, в связи с чем заявленное требование не может быть рассмотрено в рамках дела о банкротстве.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 апреля 2009 г. № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу №А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу №А12- 24106/2014). 

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а сделка, совершенная при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка) является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В рассматриваемом случае, как верно указали суды,  финансовый управляющий должника, заявляя о ничтожности сделок, фактически приводит доводы о том, что в результате их заключения кредиторам ФИО1 был причинен вред, при этом не указывая, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции пункта 1 и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно приведенным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснениям для признания сделки недействительной по указанному в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: 

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; 

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: 

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; 

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: 

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; 

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; 

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Как следует из пункта 12 вышеуказанного постановления Пленума, обязанность доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку.

При этом, наличие кредиторской задолженности, само по себе не свидетельствует о неплатежеспособности или недостаточности имущества должника при значительности активов последнего.

Судами верно отмечено, что довод финансового управляющего о наличии в действиях ФИО1 и ФИО2 признаков злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) не обоснован какими-либо конкретными доказательствами, свидетельствующими о совершении оспариваемых сделок с заведомо незаконной целью или незаконными средствами, в обход закона, с намерением достичь цель, отличную от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, с намерением причинить вред другим лицам, или нарушить права и законные интересы других лиц и противоречит имеющимся в деле доказательствам. 

Суды исходили из того, что ФИО2 и ФИО1 не являются сторонами договора поручительства, сделка не совершалась за счет должников. 

Вместе с тем, финансовым управляющим не указаны обязательства ФИО2 и ФИО1, на исполнение которых направлен договор поручительства.

При этом, суды приняли во внимание, что договором поручительства не установлено, что по обязательства ООО «Фиран-агро» отвечает непосредственно ФИО1; из представленных доказательств не следует, что ФИО1 Не осуществлял расчеты по обеспечиваемому обязательству в интересах ООО «Фиран-агро». Таким образом, из существа обязательства ООО «Фиран-агро» не следует, что сделка совершена ФИО1 или за счет ФИО1 

Относительно доводов о неравноценном встречном предоставлении суды верно отметили, что согласно абзац 6 постановления Пленума № 63 судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом приведенных выше норм суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу о недоказанности управляющим наличия оснований для признания спорной сделки недействительной как по предусмотренным законом основаниям, так и в порядке статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, приведенные в жалобе возражения относительно правильности оценки судами условий и обстоятельств исполнения сторонами спорного договора обусловлены несогласием управляющего с оценкой судами фактических обстоятельств дела, что положениями статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве основания для изменения либо отмены судебных актов не предусмотрено.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили спорное правоотношение и предмет доказывания по заявлению и с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для его рассмотрения обстоятельства. Выводы судов об этих обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемых судебных актах и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Неправильное применение норм материального права и нарушения норм процессуального права, которые могли бы послужить основанием для отмены принятых по делу судебных актов в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлены, в связи с чем кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 30.01.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2023по делу А41-27814/2021 – оставить без изменения, кассационные жалобы – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 В.З. Уддина

Судьи:                                                                                             А.А. Дербенев

                                                                                                          Н.А. Кручинина