СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...> e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-2274/2020(6,7)-АК

Дело № А60-41382/2019

26 января 2026 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 21 января 2026 года. Постановление в полном объеме изготовлено 26 января 2026 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Гладких Е.О., судей Нилоговой Т.С., Устюговой Т.Н.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Паршиной В.Г.

при участии в судебном заседании в режиме веб-конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»:

от кредитора ФИО1- ФИО2 (паспорт, доверенность от 24.08.2021),

от финансового управляющего ФИО3- ФИО4 (паспорт, доверенность от 10.07.2025)

от должника ФИО5- ФИО6 (паспорт, доверенность от 29.03.2024)

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел апелляционные жалобы кредиторов - общества с ограниченной ответственностью «Бизнес - интеллектуальная группа» и ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 августа 2025 года

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего должника ФИО3 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 21.08.2018,

вынесенное в рамках дела № А60-41382/2019

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО5 ,

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 04.03.2020 заявление ФИО5 о признании его банкротом признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим утверждена ФИО7.

В Арбитражный суд Свердловской области 13.11.2024 поступило заявление финансового управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной.

Определением суда от 20.11.2024 заявление принято к производству, назначено судебное заседание.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04 августа 2025 года отказано в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО5 - ФИО3 об оспаривании сделки.

Не согласившись с вынесенным определением, кредитор- общество с ограниченной ответственностью «Бизнес-интеллектуальная группа» обратился с апелляционной жалобой, просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 августа 2025 года отменить, принять по делу новый судебный акт, которым заявление финансового управляющего об оспаривании сделки- договора купли-продажи доли в квартире от 21.08.2018 удовлетворить.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к тому, что трехлетний срок исковой давности в настоящем случае не является пропущенным.

По мнению кредитора, признавая заявление должника о пропуске срока исковой давности обоснованным, суд первой инстанции не учел, что выписки из ЕГРН на детей должника поступили с отчетом финансового управляющего ФИО7 20.01.2022, и с этого момента необходимо исчислять срок исковой давности; что предъявление настоящих требований возможно было к их законным представителям, место регистрации которых и место жительство не совпадало с адресом жилого помещения, сделка в отношении которого подлежала оспариванию.

Также считает несостоятельными выводы суда первой инстанции о том, что кредиторы имели возможность самостоятельно реализовать свое право на оспаривание сделки.

Право на непосредственное обращение кредитора в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки находится в зависимости от результатов рассмотрения судом обжалования бездействия финансового управляющего.

С заявлением об обжаловании бездействия финансового управляющего (в том числе в части бездействия по вопросу признания данной сделки

недействительной) кредиторы обратились 22.12.2023, решение об отказе в удовлетворении заявления принято арбитражным судом 27.02.2025. К указанному моменту с настоящим заявлением в арбитражный суд обратился финансовый управляющий ФИО3

При этом суд не учел, что в период осуществления ФИО7 функций финансового управляющего должника (18.09.2019- 29.03.2024) кредитор ООО «БИГ» находился в процедуре банкротства (17.03.2021- 30.11.2022) и не имел возможности самостоятельно реализовать право на обращение в суд с требованиями об оспаривании сделок; что собрать достаточную информацию по сделкам с недвижимостью и объективно оценить их стало возможным только при утверждении в деле финансового управляющего ФИО3

Кроме того, указал на то, что доводы по существу сделки судом не рассмотрены.

С апелляционной жалобой обратилась также кредитор ФИО1, просит определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 августа 2025 года отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявление финансового управляющего.

По мнению кредитора, срок исковой давности в настоящем случае не является пропущенным; финансовый управляющий ФИО3, добросовестно и полно проанализировав сделки и полученную информацию, не запрошенную и искаженную ранее финансовым управляющим ФИО7, обратилась в суд с настоящим заявлением в установленный законом срок.

Указала, что самостоятельно обратиться в суд с заявлением об оспаривании сделки она не имела возможности, поскольку является миноритарным кредитором. Объединения с кредиторами мажоритарными (ФИО8 и ООО «БИГ») было невозможно, так как ФИО8 является аффилированным кредитором, а ООО «БИГ» до ноября 2024 года находилось в процедуре банкротства. При этом она полгала, что финансовый управляющий ФИО7 надлежащим образом, без какой-либо заинтересованности с должником и предвзятости осуществляет свои обязанности арбитражного управляющего.

Кроме того, как указывает кредитор, судом первой инстанции не проанализирована оспариваемая сделка, не выяснены обстоятельства имеющие значение для дела.

Считает, что оспариваемая сделка отвечает всем необходимым признакам недействительности: заключена на заведомо невыгодных для должника условиях, отличающихся от цены или иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Определениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22 октября 2025 года, от 23 октября 2025 года апелляционные жалобы кредиторов приняты к производству суда апелляционной инстанции, назначено судебное заседание.

Отзывы на апелляционные жалобы в суд не поступили.

В судебном заседании представитель кредитора ФИО1 доводы апелляционных жалоб поддержала в полном объеме, определение суда первой инстанции считает незаконным и необоснованным, просит его отменить, принять по делу новый судебный акт, апелляционные жалобы - удовлетворить.

Представитель финансового управляющего апелляционные жалобы поддерживает.

Представитель должника с доводами апелляционных жалоб не согласен, обжалуемое определение считает законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15 декабря 2025 года судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб отложено на 21 января 2026 года.

До начала судебного заседания от финансового управляющего ФИО3 поступил отзыв на апелляционные жалобы, от кредиторов- ООО «Бизнес-интеллектуальная группа», ФИО1 письменные объяснения, на удовлетворении апелляционных жалоб настаивают.

От должника также поступили письменные объяснения, считает, что выводы суда первой инстанции в обжалуемом определении являются законными и обоснованными, основания для удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют.

В судебном заседании представители финансового управляющего и кредитора ФИО1 доводы апелляционных жалоб поддержали в полном объеме, определение суда первой инстанции считают незаконным и необоснованным, просят его отменить, апелляционные жалобы- удовлетворить.

Представитель должника в судебном заседании против доводов апелляционных жалоб возражал, определение суда первой инстанции считает законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционные жалобы- без удовлетворения.

В судебное заседание представитель кредитора- ООО «Бизнес- интеллектуальная группа»- ФИО9 не подключилась по веб- конференции посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел». Причины не подключения не сообщила. Представитель кредитора ФИО1- ФИО2 пояснила, что ФИО9 не сможет подключиться в онлайн- заседание.

Технических неполадок в суде апелляционной инстанции не зафиксировано.

Иные лица, участвующие в деле и извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в судебное заседание представителей не направили, что в порядке статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалоб в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционных жалоб, отзывов, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, проверив правильность применения судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Как следует из материалов дела, 21 августа 2018 года между ФИО5 и ФИО10 был заключен договор купли-продажи долей в квартире. Должник приобрел в пользу ФИО11, ФИО11 и ФИО11 3/20 доли в праве собственности на квартиру по адресу: 

<

...> д.*. Стоимость приобретаемых долей составила 750 000 руб.

Остальная часть, а именно 17/20 доли в квартире принадлежат на праве собственности ФИО10

На момент заключения сделки лица, в отношении которых приобреталось имущество, являлись несовершеннолетними.

Ссылаясь на то, что указанная сделка является ничтожной по признаку мнимости, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Как указывает управляющий, в силу малолетнего возраста, при отсутствии прав на остальную часть имущества у законных представителей, несовершеннолетние дети ФИО5 не имели реальной возможности реализовывать полномочия владения и пользования указанным имуществом. Сам должник по адресу спорного имущества не проживал, зарегистрирован не был, доказательства иного отсутствуют. Из чего следует вывод, что указанное имущество не могло приобретаться для целей проживания в нем, либо иной эксплуатации для личного пользования.

Сами дети должника в спорном жилом помещении не проживали и на данный момент не проживают. Они постоянно проживают в жилом помещении по ул. Татищева, * вместе с родителями. Спорное жилое помещение не является для детей должника единственным жилым помещением. Их жилищные права в части фактического пользования никак не изменились после приобретения спорных долей.

Приобретённые ФИО5 3/20 долей являются ничтожными для того, чтобы возникло реальное право на жилое помещение, приобретены они не для использования по назначению. Целесообразность приобретения 3/20 долей должником не раскрыта. Оставшиеся 17/20 долей в квартире ФИО5 не приобрел и приобретать не собирался.

В результате совершения сделки должником осуществлен вывод денежных средств в размере 750 000 руб., что составляет 16,5 % от общего размера требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, чем причинен ущерб в виде невозможности направления денежных средств в пользу кредиторов должника, покупка же имущества в пользу несовершеннолетних детей сделала невозможным обращение взыскания на такое имущество.

Экономическое положение ФИО5 в результате совершения сделки ухудшилось, так как денежные средства в размере 750 000 руб. выбыли из его владения, при этом у самого должника право собственности на недвижимое имущество не возникло.

Сам договор купли-продажи был заключен 21.08.2018. 16.07.2019 ФИО5 подал в суд заявление о признании его несостоятельным (банкротом). При подаче заявления в суд должником не были представлены сведения о наличии у него имущества в виде 3/20 долей в квартире, которые он приобрел за 11 месяцев до подачи заявления. Данный факт говорит о том, что должником были предприняты меры по сокрытию данного имущества.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Согласно пункту 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения; перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника.

В соответствии абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как разъяснено в пунктах 8, 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 неравноценное встречное исполнение обязательств другой

стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование

и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ N 63).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ N 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом

пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

Заявление о признании должника банкротом принято к производству 15.08.2019, оспариваемая сделка совершена 21.08.2018, то есть в период подозрительности, установленный пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как указано выше, по условиям оспариваемого договора стоимость приобретаемого имущества согласована сторонами в размере 750 000 руб.

Относимых и допустимых доказательств, которые бы указывали на необоснованность определения цены сделки, равным образом как и доказательств, опровергающих стоимость имущества, в материалы дела не представлено (доказательства того, что фактическая стоимость имущества на момент совершения сделки была существенно ниже цены, указанной в договоре, отсутствуют).

Доводов и доказательств, свидетельствующих о неравноценности встречного предоставления по оспариваемой сделке, в апелляционных жалобах не приведено и не представлено.

Учитывая, что оспариваемая сделка носила возмездный характер, оснований для признания сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не имеется.

Как указано выше, в обоснование заявленных требований, финансовый управляющий указывает на то, что в результате совершения спорной сделки из владения должника выбыли денежные средства в размере 750 000 руб., которые могли бы быть направлены на погашение задолженности перед кредиторами, в результате чего последним причинен вред.

Вместе с тем, наличие признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества у должника в момент совершения оспариваемой сделки не доказано.

Отсутствие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения спорной сделки исключает презумпцию цели причинения вреда кредиторам при совершении сделки, равно как и осведомленности второй стороны сделки о наличии такого рода цели, что исключает возможность признания сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доказательств аффилированности должника и ФИО10, приобретения спорного имущества за счет денежных средств, полученных от кредиторов должника, в материалы дела также не представлено.

Действительно, согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Таким образом, для квалификации сделок как ничтожных с применением положений статей 10 и 168 ГК РФ в предмет доказывания входят установление факта ущемления интересов других лиц; установление недобросовестности сторон сделки, в том числе наличие либо сговора между сторонами, либо осведомленности контрагента должника о заведомой невыгодности, его негативных последствиях для лиц, имеющих защищаемый законом интерес.

Установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у всех участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

При этом, учитывая специфику оспаривания сделок в процедуре банкротства должника, противоправный интерес с учетом вышеприведенных разъяснений может заключаться в наличии цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, о чем должна быть осведомлена другая сторона сделки.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие действия (формальное исполнение), что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении вопроса о квалификации той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Норма пункта 1 статьи 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все

документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Чтобы определить, был ли между сторонами заключен договор, каковы его условия и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, необходимо применить правила толкования договора, установленные в статьи 431 ГК РФ.

Как следует из материалов дела, переход права собственности на спорное имущество оформлен соответствующим договором, произведена реальная передача имущества от продавца должнику, от должника получен денежный эквивалент приобретенного имущества, то есть сделка является реальной. Стороны достигли того результата, который предусмотрен оспариваемым договором.

Доказательства, свидетельствующие о том, что истинная воля сторон сделки не была направлена на порождение соответствующих правоотношений, реальные взаимоотношения между сторонами отсутствовали, в материалы дела не представлены.

При изложенных обстоятельствах оснований для признания оспариваемой сделки, как заключенной без намерения создать соответствующие правовые последствия, мнимой сделкой не имеется.

Доказательства, свидетельствующие о том, что при совершении сделки стороны действовали исключительно с намерением причинить вред другому лицу, в обход закона с противоправной целью, в материалы дела не представлены.

При этом, приведенные доводы в обоснование необходимости признания сделки недействительной на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ не свидетельствуют о том, что в условиях конкуренции норм права, обстоятельства совершения оспариваемой сделки выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание недоказанность наличия в сделке пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, учитывая реальный характер сделки, исполненный сторонами, оснований для признания ее недействительной (ничтожной) применительно к положениям статьей 10, 170 ГК РФ также не имеется.

Кроме того, в суде первой инстанции должником было заявлено о пропуске управляющим срока исковой давности.

Суд первой инстанции признал данное заявление обоснованным, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В силу пункта 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве утвержденные судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих, отстранение (освобождение) от должности одного арбитражного управляющего должника и назначение нового не прерывает процесса дела о банкротстве должника и не является основанием для изменения сроков совершения действий, предусмотренных процессуальным законодательством (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2023 N 305-ЭС22-24245).

Срок исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделки начинает течь с момента, когда об основаниях оспаривания сделки узнал или должен был узнать первоначально утвержденный арбитражный управляющий.

В данном случае процедура реструктуризации долгов ФИО5 введена с 18.09.2019, процедура реализации имущества должника - с 04.03.2020.

Согласно абзацу третьему пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан проводить анализ финансового состояния должника.

Должник указал, что в повестку первого собрания кредиторов, назначенного на 20.02.2020, был включен, в том числе, вопрос о принятии к сведению отчета финансового управляющего. Таким образом, об оспариваемой сделке финансовый управляющий мог знать в январе 2020 года (сведения о публикации о проведении первого собрания кредиторов).

Кроме того, как пояснил должник, об указанной сделке было известно и кредиторам должника, которые также имели возможность самостоятельно обратиться с заявлением или выступить с соответствующей инициативой.

Каких-либо сведений о приостановлении, прерывании течения срока исковой давности финансовый управляющий не представил.

При этом заявление направлено финансовым управляющим в суд 13.11.2024.

Изложенные финансовым управляющим доводы о том, что выписки на детей должника поступили с отчетом финансового управляющего ФИО7 20.01.2022, и с этого момента необходимо исчислять срок давности, судом отклонены, поскольку сведения о наличии несовершеннолетних детей были достоверно известны финансовому управляющему с 2019 года, о чем также указано управляющим в отзыве. Финансовый управляющий имел возможность после его утверждения своевременно запросить сведения об имущественном положении должника и членов его семьи, при наличии оснований для оспаривания сделки – обратиться с соответствующим заявлением.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При этом судом принято во внимание, что заявителем пропущен и трехгодичный срок исковой давности.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 ГК РФ).

Согласно статьям 196 и 199 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года; исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу статьи 200 Кодекса течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Срок исковой давности подлежит исчислению не только с того момента, когда лицо узнало о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком, но и с момента когда лицо должно было узнать об указанных обстоятельствах.

При разрешении вопроса о том, когда истец (заявитель) узнал либо должен был узнать о нарушении своего права, следует исходить из существа искового требования и фактических обстоятельств, на которых оно основано.

Под осведомленностью о нарушении права понимается субъективное реальное или потенциальное знание потерпевшего о совокупности признаков деликта как сложного юридического состава, основанное на его собственном понимании произошедших событий. Для обращения в суд достаточно предположения лица о наличии этих признаков.

Согласно части 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Суд, учитывая приведенные нормы права, исходил из того, что финансовый управляющий, располагая сведениями о составе семьи ФИО5, с 2019 года имел возможность запросить сведения об имущественном положении должника и членов его семьи, при наличии оснований для оспаривания сделки – обратиться с соответствующим заявлением.

Кроме того, кредиторы, достоверно зная о семейном положении должника, могли обратиться к финансовому управляющему с просьбой о направлении заявления об оспаривании сделки либо направить соответствующее заявление в суд.

Судом также принято во внимание, что кредиторы ранее обращались в суд с заявлением об оспаривании действий (бездействия) финансового управляющего, выразившегося в неподаче заявления об оспаривании, в том числе, данной сделки. Заявление об обжаловании действий было направлено

22.12.2023, при этом с заявлением о признании сделки недействительной ни кредиторы, ни управляющий ранее 13.11.2024 не обратились.

С соответствующим заявлением финансовый управляющий обратился 13.11.2024, по истечении шести лет с момента заключения договора купли-продажи от 21.08.2018.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что срок исковой давности в настоящем случае является пропущенным.

Установив, что срок исковой давности для оспаривания сделки пропущен, и исходя из того, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске, суд пришел к выводу о том, что в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований следует отказать.

Суд апелляционной инстанции с указанными выводами суда первой инстанции соглашается.

Возражения о неправомерности вывода суда об истечении срока исковой давности основаны на ошибочном толковании норм права, а также неверной оценке фактических обстоятельств.

Следует признать, что судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Изложенные в апелляционных жалобах доводы не могут быть приняты как основания для отмены обжалуемого определения суда, поскольку они не опровергают выводов суда и установленных фактических обстоятельств дела, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и им дана правильная оценка.

Таким образом, оснований для отмены определения суда и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьи 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 августа 2025 года по делу № А60-41382/2019 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий Е.О. Гладких

Судьи Т.С. Нилогова

Т.Н. Устюгова