АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3587/17 

Екатеринбург

24 июня 2024 г.

 

Дело № А76-12594/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 июня 2024 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Плетневой В. В., Морозова Д. Н.

при ведении протокола помощником судьи Сулейменовой В.К. рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 20.11.2023 по делу № А76-12594/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2024 по тому же делу о признании банкротом ФИО1.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа. 

В судебном заседание в режиме веб-конференции принял участие:

представитель финансового управляющего ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 05.09.2022).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 27.05.2016 возбуждено производство по делу о банкротстве индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – должник, ФИО1). 

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 13.02.2017 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализация имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2 (далее – финансовый управляющий, ФИО2), член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Южный Урал». 

Финансовый управляющий 15.05.2023 обратился в суд с заявлением о признании недействительным (ничтожным) договора энергоснабжения от 01.07.2019 № 74010161007420, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Уральская Энергосбытовая Компания» (далее – общество «Уралэнергосбыт»). 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 20.11.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2024 вышеуказанное определение оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, финансовый управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 20.01.2023 и постановление от 13.03.2024 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований финансового управляющего.

По мнению кассатора, суды не применили пункт 5 статьи 213.25 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статью 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, договор, в котором установлена обязанность потребителя оплачивать приобретаемую электроэнергию, заключен должником лично, без участия финансового управляющего в отношении имущества, составляющего конкурсную массу.

Кассатор полагает, что суды применили закон, не подлежащий применению (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), не приняв во внимание, что статья 213.25 Закона о банкротстве является специальной нормой.

Заявитель жалобы указывает, что суды неправильно применили статью 426 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), которая не обязывает гарантирующих поставщиков заключать договор с неплатежеспособными покупателями электроэнергии.

Как отмечает кассатор, противоречит пункту 2 статьи 25 ГК РФ вывод судов о том, что факт введения в отношении физического лица процедуры банкротства не является основанием для отказа в заключении спорного договора с должником.

С точки зрения заявителя жалобы, суд первой инстанции не применил закон, подлежащий применению (пункт 1 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), указав, что  отсутствуют доказательства осведомленности ответчика о введении в отношении должника процедуры, так как информация о банкротстве была размещена на ЕФРСБ.

Как считает кассатор, не имеют отношения к рассматриваемому спору указания судов на то, что недвижимое имущество с подведенными коммуникациями представляет большую привлекательность для покупателей.

Вдобавок, управляющий полагает, что противоречит статье 213.25 Закона о банкротстве указания судов на то, что спорная задолженность является текущей: такое требование не является ни текущим, ни реестровым, должник не освобождается от такого реституционного требования.

От финансового управляющего поступили дополнения к кассационной жалобе (доказательства, подтверждающие уплату государственной пошлины). 

Общество «Уралэнергосбыт» предоставило отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобу заявителя без удовлетворения. 

Также финансовым управляющим представлено возражение на отзыв общества «Уралэнергосбыт», которое приобщено к материалам кассационного на основании статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции полагает необходимым отметить следующее. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, решением от 13.02.2017 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2 

В конкурсную массу должника включено нежилое строение – объект незавершенного строительства (комплекс автоуслуг), литера А, общая площадь 620,4 кв.м., степень готовности 90%, инвентарный номер 44422, кадастровый номер 74:36:0000000:45647, адрес: г. Челябинск, Ленинский район, ул. Игуменка. Указанное имущество имело режим долевой собственности: 19/40 принадлежало должнику, 19/40 принадлежало ФИО4, 1/20 принадлежало обществу «Диагност Авто». 

По результатам обследования имущества должника финансовым управляющим сделан вывод о готовности нежилого помещения к сдаче в эксплуатацию, в том числе установлен факт наличия системы электроснабжения оборудования и освещения, о чем составлен соответствующий акт от 05.06.2018. 

Между обществом «Уральская энергосбытовая компания» (продавец) и ФИО1 (потребитель) 01.07.2019 заключен договор энергоснабжения № 74010161007420 (л.д. 42-48), по договору продавец принял на себя обязанность осуществления продажи электрической энергии в точках поставки определённых в приложении № 1. 

Согласно приложению № 1 к данному договору (л.д. 49), точкой поставки был определён: ВРУ-0,4кВ комплекса авто-услуг на наконечниках КЛ-0,4 кВ 4 А76-12594/2016 ф.19 «СтройДвор» РУ-0,4 кВ ТП-25, расположенный по адресу: 

<

...> (кадастровый номер 74:36:000000045647). 

Ссылаясь на ничтожность договора, ввиду его совершения в процедуре реализации имущества должника без получения согласия финансового управляющего имуществом должника, последний обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности. 

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал суд апелляционной инстанции, исходя из отсутствия правовых оснований, отказал в удовлетворении заявленных  требований. 

При этом суды руководствовались следующим.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

На основании пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 указанной статьи.

С даты признания гражданина банкротом все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично (абзац 2 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу 3 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве, с даты признания гражданина банкротом, сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны. 

Требования кредиторов по сделкам гражданина, совершенным им лично (без участия финансового управляющего), не подлежат удовлетворению за счет конкурсной массы.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки

Пунктом 1 статьи 174.1 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная с нарушением запрета или ограничения распоряжения имуществом, вытекающих из закона, в частности, из законодательства о несостоятельности (банкротстве), ничтожна в той части, в какой она предусматривает распоряжение таким имуществом (статья 180 ГК РФ).

Суды нижестоящих инстанций сочли, что в рассматриваемом споре правила о ничтожности сделки, оформленной договором энергоснабжения, заключенным с ресурсоснабжающей организацией, не применяются, а потому спорная сделка подлежит проверке на предмет ее недействительности по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Руководствуясь положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», суды отметили, что установление несостоятельности должника не является безусловным основанием для признания сделки недействительной, поскольку применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве должна быть доказана недобросовестность всех участников правоотношения. 

При этом было указано, что из пункта 1 статьи 426 ГК РФ следует, что публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.). 

Суды, исходя из публичности договора энергоснабжения, заключенного между ФИО1 и обществом «Уралэнергосбыт», указав, что в силу пункта 3 статьи 426 ГК РФ у гарантирующего поставщика-общества «Уралэнергосбыт» отсутствовали основания для отказа в заключении договора с должником, пришли к выводу, что данном случае действия общества «Уралэнергосбыт» по заключению договора энергоснабжения обусловлены его правовым статусом и правовой природой спорного договора, при этом отметив, что возникшая у должника обязанность оплатить полученную электроэнергию не свидетельствует об умышленном причинении вреда кредиторскому сообществу.

Также было указано, что факт возникновения у ФИО1 задолженности по оплате оспариваемого договора не является основанием для признания действий ответчика недобросовестными и выходящими за пределы его обычной деятельности, как гарантирующего поставщика электроэнергии. 

Судами было отмечено, что введение в отношении должника процедуры реализации не может являться основанием для прекращения поставки электричества на такой объект, поскольку это может быть обусловлено необходимостью поддержания нормального технического состояния здания, минимизации его износа (теплогенераторы, сигнализации, вентиляция и т.д.). 

Смысл законодательного регулирования, установленного положениями статьи 213.25 Закона о банкротстве, состоит в том, чтобы гражданин-банкрот своими действиями не мог путем несогласованных сделок создать предпосылки к сокращению конкурсной массы и неоправданному обременению или износу имущества; при этом, установив, наличие экономической целесообразности, финансовый управляющий не лишен возможности произвести одобрение сделки, совершенной должником. 

В данном случае, как установлено судами и следует из материалов дела, оспариваемый договор направлен на энергоснабжение объекта, включенного в конкурсную массу должника; ранее аналогичный договор энергоснабжения был заключен с открытым акционерным обществом «МРСК «Урала» (договор от 01.01.2019) ввиду того, что публичное акционерное общество «Россети Урала» являлось гарантирующим поставщиком электрической энергии в период с 01.07.2018 по 30.06.2019. Акт разграничения балансовой принадлежности с открытым акционерным обществом «РЖД» подписан 05.05.2016. Акт об осуществлении технологического присоединения подписан 18.07.2019. 

Объект, не завершённый строительством, в процедуре банкротства реализован на торгах, в ЕГРН внесена запись о регистрации перехода права собственности. 

В рассматриваемом споре суды исходили из того, что доказательств того, что объект незавершенного строительства являлся бы более привлекательным для реализации в процедуре банкротства без энергоснабжения, а также указывающих на отсутствие экономической целесообразности в заключении указанного договора, не имеется; напротив, было указано, что обычным в обороте является то, что объекты недвижимости с подведенными коммуникациями представляют большую привлекательность для потенциальных покупателей, а, соответственно, их реализация позволяет получить максимальную прибыль для последующего удовлетворения требований кредиторов, что отвечает целям процедуры банкротства; иного не доказано. 

При таких обстоятельствах, констатировав, что договор заключен с незаинтересованным лицом, содержание оспариваемой сделки являлось обычным для гражданского оборота, доказательств, свидетельствующих о том, что при ее совершении преследовалась противоправная цель причинения вреда кредиторам должника, в материалах дела не имеется; заключение договора направлено на энергоснабжение объекта, что в том числе необходимо для поддержания его в надлежащем состоянии, а также повышение его стоимости, суды пришли к  выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований о констатации недействительности договора. 

Суд апелляционной инстанции, с учетом конкретных фактических обстоятельств настоящего обособленного спора, из которых не следует, что договор энергоснабжения препятствовал достижению целей процедуры банкротства, оснований для удовлетворения требований финансового управляющего не установил.

Как было указано, правовой интерес конкурсной массы по вопросам, связанным с распределением бремени несения расходов по оплате коммунальных ресурсов, исходя из размера долей в собственности на объект, размера потребленной энергии и т.п. может быть реализован в ходе рассмотрения споров о взыскании задолженности за потребленный ресурс, а также посредством компенсации расходов иными сособственниками.

Суд округа полагает, что итоговые выводы судов об отсутствии оснований для констатации недействительности договора энергоснабжения от 01.07.2019 как недействительной сделки - не опровергнуты доводами кассатора.

При этом суд кассационной инстанции полагает необходимым отметить следующее. 

Действительно, введение процедуры реализации имущества гражданина влечет запрет на совершение сделок с имуществом, которое включено в конкурсную массу должника, все распоряжения осуществляются только финансовым управляющим от имени должника. 

Указание суда апелляционной инстанции о том, что введение в отношении должника процедуры реализации не может являться основанием для прекращения поставки электричества на объект недвижимости, поскольку это может быть обусловлено необходимостью поддержания нормального технического состояния здания, минимизации его износа (теплогенераторы, сигнализации, вентиляция и т.д.)  - отвечает принципам и подходам при рассмотрении аналогичных споров, однако не может быть признано относимым к данному делу, так как по утверждению управляющего, ссылающегося на Акты от июля 2019 года, подключение спорного объекта произведено должником уже после введения процедуры реализации (должник признан банкротом 13.02.2017), представленный в материалы спора договор с ООО «МРСК Урала» датирован 01.01.2019; при этом точная дата подключения спорного объекта к системам энергоснабжения судами мотивированно и со ссылкой на конкретные первичные документы – не установлена.

Согласно абзацу 3 пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве сделки, совершенные гражданином лично (без участия финансового управляющего) в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, ничтожны. Требования кредиторов по сделкам гражданина, совершенным им лично (без участия финансового управляющего), не подлежат удовлетворению за счет конкурсной массы. 

Указанная норма означает возможность констатации судом ничтожности сделки, совершенной в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, не содержит каких-либо изъятий относительно возможности применения к публичным договорам. 

В рассматриваемом деле суды фактически исходили из того, что заключение спорного договора не означало совершения должником распорядительной сделки в отношении спорного объекта (комплекса автоуслуг). Соответственно, при отсутствии не согласованного с финансовым управляющим волеизъявления должника, непосредственно направленного на распоряжение конкурсной массой – суды сочли возможным отказать в признании недействительным спорного договора энергоснабжения.  

Указанное не означает, что суды констатировали текущий характер возникших из рассматриваемого договора энергоснабжения обязательств и определили какую-либо очередность их удовлетворения – данные вопросы фактически не были включены судами в предмет судебного исследования, в связи с чем какие-либо выводы об этом являются преждевременными.

Как следует из процессуальной позиции финансового управляющего и имеющихся в материалах обособленного спора документов (в частности, Акта об осуществлении технологического присоединения от 18.07.2019, Актов осмотра адрес должника в период процедуры реализации), управляющий не только оспаривал саму необходимость подключения спорного объекта к системам энергоснабжения, но и указывал на то, что на спорном объекте (комплекс автоуслуг), охрану которого осуществлял сам должник (ранее ИП), находилось оборудование для автомойки и ремонта  автомобилей, часть помещений была закрыта на замок и недоступна для осмотра, при осмотре управляющим были обнаружены в комплексе посторонние лица, отказавшиеся дать пояснения о цели и основаниях их нахождения в объекте и предложившие обратиться управляющему непосредственно к Романовскому.

Каких-либо возражений либо пояснений должника по указанным фактам – материалы обособленного спора не содержат. 

Указанное может свидетельствовать о несогласованном с управляющим коммерческом использовании должником после введения процедуры реализации спорного объекта незавершенного строительства для фактического оказания услуг, в результате которого прибыль (в нарушении норм Закона о банкротстве) не поступала в конкурсную массу, а была сокрыта должником.  

Таким образом, доводы управляющего о том, что в рассматриваемой ситуации и при заключении в отношении коммерческого объекта договора обществом «Уралэнергосбыт» с лицом, находящимся в процедуре банкротства, без какой-либо проверки статуса такого лица (банкрот) и наличия у него полномочий на принятие на себя значительных денежных обязательств  - действительно, могут свидетельствовать о необходимости применения нормы абзаца третьего пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве: при разрешении вопроса об очередности и порядке погашения расходов, вытекающих из спорного обязательства.

Позиция управляющего сводится к тому, что лицо, совершившее спорную сделку (общество  «Уралэнергосбыт»), в силу абзаца третьего пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве не вправе участвовать в распределении конкурсной массы наравне с иными кредиторами (в том числе и текущими) в порядке статьи 213.27 Закона о банкротстве, требования такого кредитора (от которых должник не освобождается) подлежат удовлетворению либо после удовлетворения всех текущих и конкурсных кредиторов, либо могут быть предъявлены к должнику после окончания производства по делу о банкротстве.

Указанный вопрос не являлся предметом настоящего обособленного спора и при несогласии такого кредитора с определенной управляющим очередностью и порядком погашения его требований  - может быть разрешен в порядке статьи 60 Закона о банкротстве посредством инициирования самостоятельного обособленного спора.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения. Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 20.11.2023 по делу № А76-12594/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               О.Н. Новикова 

 

Судьи                                                                            В.В. Плетнева 

 

                                                                                             Д.Н. Морозов