СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-9066/2022(3,4)-АК

Дело № А60-66342/2020

18 сентября 2023 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 12 сентября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 сентября 2023 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Саликовой Л.В.,

судей                                Даниловой И.П., Макарова Т.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, ФИО2 – ФИО3, паспорт, доверенность от 20.02.2023

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились; 

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы кредитора общества с ограниченной ответственностью «Хорс», конкурсного управляющего ФИО4

 на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 27 июня 2023 года об отказе в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Хорс» о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскании с него убытков, 

вынесенное в рамках дела № А60-66342/2020 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Уральский ХимикоТехнологический завод», 

третье лицо: ФИО5 (участник ООО «УХТЗ»),

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.03.2021 заявление общества с ограниченной ответственностью «Уральский ХимикоТехнологический завод» (далее - ООО «УХТЗ») признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО6, член СРО АУ ассоциация арбитражных управляющих «ЕВРАЗИЯ». 

В арбитражный суд 23.08.2021 поступило заявление общество с ограниченной ответственностью «Хорс» (далее - ООО «Хорс», кредитор) о привлечении ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

Решением арбитражного суда от 02.09.2021 общество «УХТЗ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Определением арбитражного суда от 28.12.2021 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО4 

Определением суда от 02.03.2022 производство по рассмотрению обособленного спора (заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника) приостановлено до вступления в законную силу итогового (завершающего производство) судебного акта по заявлению об истребовании документации у ФИО2 в рамках дела № А60-66342/2020. 

Определением суда от 15.06.2022 заявление конкурсного управляющего об истребовании документации у ФИО2 удовлетворено частично. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда № 17АП-9066/2022(1)-АК от 05.09.2022 определение Арбитражного суда Свердловской области от 15.06.2022 по делу № А60-66342/2020 оставлено без изменения, апелляционная жалоба без удовлетворения. Кассационная жалоба также оставлена без удовлетворения. Определением от 09.12.2022 производство по заявлению возобновлено. 

В последующем, ООО «Хорс» ходатайствовал об уточнении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, просил привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УХТЗ» в совокупном размере требований кредиторов, включенных в реестр, и заявленных после закрытия реестра и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся непогашенными по причине недостаточности имущества должника, взыскать с ФИО2 в пользу ООО «УХТЗ» убытки в размере 2 551 006 руб. Уточнение заявления принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ.

В рамках рассмотрения обособленного спора судом  в качестве третьего лица привлечен ФИО5 (далее – ФИО5).

Определением Арбитражного суда Арбитражного суда Свердловской области от 27.06.2023 в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Хорс» о привлечении бывшего руководителя общества с ограниченной ответственностью «Уральский химико-технологический завод» ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскании с него убытков отказано. 

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий ФИО4 и кредитор ООО «Хорс» обратились с апелляционными жалобами.

В своей апелляционной жалобе конкурсный управляющий указывает, что несмотря на имеющийся судебный акт об истребовании документов у руководителя должника и отсутствие доказательств его исполнения, суд первой инстанции сделал вывод о том, что материалами дела достоверно не подтвержден факт того, что конкурсный управляющий в ходе исполнения своих обязанностей осуществил все возможные действия по формированию конкурсной массы (осуществлял запросы, истребовал имущество и документы у контрагентов и иное). Утверждение суда о том, что конкурсный управляющий не пояснил, какие именно документы, связанные с деятельностью должника, не были ему переданы и каким образом отсутствие этих документов повлияло на формирование конкурсной массы с учетом пояснений ответчика не соответствует действительности. Точный перечень документов подтверждающих дебиторскую задолженность должника установить невозможно, так база 1C не была передана конкурсному управляющему в надлежащем виде, сведения о дебиторской задолженности в базе отсутствуют, что отражено сторонами в акте приёма - передачи от 14.03.2023г. Указывает, что судом не принято во внимание, что определением от 15.06.2022г. суд обязал ФИО2 расшифровку дебиторской и кредиторской задолженности (точные названия, адреса, ИНН, сроки, основания возникновения) по состоянию на последнюю отчетную дату, а также документы, подтверждающие дебиторскую задолженность в размере 5 929 000 рублей. Исполняя требования суда ФИО2 по акту от 11.05.2023 г. передал конкурсному управляющему копии подписанных в одностороннем порядке должником актов сверок и рамочных договоров поставки с приложением подписанных в одностороннем порядке должником УПД, оборотно-сальдовые ведомости в размере 455 813,07 рублей. Отмечает, что никакие действия/бездействия конкурсного управляющего по истребованию имущества у контрагентов не освобождают ФИО2 от обязанности передать документы и ответственности за их непередачу. Также указывает, что определением от 15.06.2022г. суд обязал ФИО2 передать конкурсному управляющему автомобиль ГАЗ 2752 VIN 

<

***> г.в. гос. номер 

<

***>. Судебный акт ФИО2 не исполнен, автомобиль не передан. В своих пояснениях ФИО2 указал, что автомобиль находится на площадке БАЭС, при этом конкретное место нахождения не сообщается, кроме того ранее ФИО2 сообщал конкурсному управляющему что автомобиль находится у бывших работников должника, которые не хотят его отдавать, данные работников и место их нахождения также не сообщалось. Также ФИО2 представлен талон - уведомление №665 подтверждающий его обращение в полицию с целью поиска автомобиля, однако указанный талон датирован 17.02.2023г., т.е. спустя более 1,5 лет после введения процедуры конкурсного производства, что, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствует о формальности данного обращения с целью уклонения от ответственности перед кредиторами. Кроме того, определением от 15.06.2022г. суд обязал ФИО2 передать конкурсному управляющему запасы на сумму 9 396 000 рублей. Судебный акт не исполнен. Считает, что все доводы ФИО2 и обстоятельства «отказа от приёма имущества» были оценены судом и положены в основу определения от 15.06.2022г., после вынесения указанного судебного акта запасы и документы, имеющие к ним отношение конкурсному управляющему не передавались и не предлагались для передачи. Судом не дана оценка доводу конкурсного управляющего о непринятии ФИО2 мер по взысканию дебиторской задолженности ООО «УХТЗ» указанному в дополнении от 19.05.2023г. и заявлявшегося в ходе судебного заседания. Указывает, что все документы, переданные по акту от 11.05.2023г., датированы 2018г. - 2019г. (январь), таким образом, даже если считать указанные документы подтверждающими дебиторскую задолженность, фактическое её взыскание в судебном порядке маловероятно в связи с истечением сроков исковой давности. Отмечает, что в вину конкурсному управляющему ФИО2 также ставится не принятие мер по взысканию просуженной дебиторской задолженности по делу №А60-39/2019 от 15.03.2019 г. Решением арбитражного суда Свердловской области от 11.03.2019 г. по делу №А60-39/2019 с ООО «Горизонт» в пользу ООО «УХТЗ» взысканы 100 000 руб. 00 коп. неосновательного обогащения в виде перечисления денежных средств по платежному поручению от 24.08.2018 № 607 в отсутствие правового основания и встречного предоставления, а также 4 000 руб. 00 коп. в возмещение расходов по уплате госпошлины, понесенных при подаче иска, и 25 000 руб. 00 коп. в возмещение судебных издержек. Сведения о предъявлении исполнительного листа отсутствуют. Ответчик ООО «Горизонт исключен из реестра юридических лиц 18.06.2021 г., то есть до открытия конкурсного производства в отношении должника и до назначения конкурсного управляющего ФИО4. Таким образом, ответственность за неисполнение решения суда от 11.03.2019 г. несет бывший руководитель ООО «УХТЗ». Считает, что судом не принято во внимание, что, как утверждает ФИО2, всё производственное оборудование ООО «УХТЗ» было похищено в 2020г. а производство по факту хищения по заявлению ФИО2 трижды прекращалось следственными органами, по жалобе в прокуратуру дело обратно отправлялось на доследование. Конкурсный управляющий не согласен с выводами суда  о том, что причиной банкротства послужил корпоративный конфликт, указав, что требование кредитора ООО «Хорс» установлено на основании решения суда от 26.08.2020 по делу № А60-27073/2020, взыскана задолженность по договорам займа, ответчиком решение не оспорено. Помимо кредитора ООО «Хорс» реестр требований кредиторов содержит требования 5 конкурсных кредиторов и уполномоченного органа, чьи права нарушаются отказом в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности. Заявление о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности поддержано конкурсным управляющим должника в интересах всех кредиторов. Отмечает, что заявление о признании должника банкротом подано самим должником, а не кредитором с целью разрешения корпоративного спора.

ООО «Хорс» в своей апелляционной жалобе указывает, что на расчетный счет должника, открытый в АО "ВУЗ-БАНК", в декабре 2017 года поступили денежные средства от физических лиц, под видом займа. В частности: платеж от 25.12.2017 года от ФИО7 на сумму 200 000 руб.; платеж от 26.12.2017 года от ФИО8 на сумму 200 000 руб.; платеж от 26.12.2017 года от ФИО9 на сумму 400 000 руб.; платеж от 27.12.2017 года от ФИО10 на сумму 200 000 руб. Всего поступили денежные средства в размере 1 000 000 руб. При этом возврата полученных должником денежных средств, в пользу указанных лиц (исходя из данных с расчетных счетов) не имеется, указанные лица также не подавали заявление о взыскании указанной задолженности с должника или включению в реестр требований кредиторов, что свидетельствует о том, что платежи были от контрагентов за полученный товар, но под видом займа. Отмечает, что ответчиком были совершены операции с расчётного счета должника выведены денежные средства в размере 808 212 руб. При этом операции в пользу ООО "Ресурс-Строй" является мнимыми сделками, т.к. указанное общество является фирмой-"однодневкой", поскольку основным видом деятельности указанного лица является "Строительство жилых и нежилых зданий" (41.20), общество создано 20 ноября 2017 г., за 2017 год отчетность не сдана, за 2018 год, имеется задолженность по налогам в размере 22 816 000 руб., в последующем общество ликвидировано и исключено из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности - 05 декабря 2019 г. Считает, что судом первой инстанции не учтено, что указанные платежи отвечают признакам недействительной сделки и при наличии значительных обязательств перед третьими лицами, отвечают признакам ст. 61.3 (преференциальная сделка), а также сделке, совершенной с целью причинить вред кредиторам. При этом в материалах дела имеется доказательство, подписанное ответчиком, что последний совершал ряд мнимых сделок от имени должника в целях вывода наличных денежных средств, что свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика, имевшем место в предыдущие периоды управления должником. При этом указанные обстоятельства никак не отражены в спорном определении суда, что, по мнению заявителя жалобы, свидетельствует о нарушении судом первой инстанции положений ст. 65, 71, ч. 4 ст. 170 АПК РФ. Также необоснованным является довод ответчика, что последний выдавал займы должнику в 2016 году, что якобы, подтверждается договорами беспроцентного займа № 21 от 24.05.2016 г., № 10 от 29.01.2016 г. и № 22 от 07.10.2016 г. При этом доказательства, подтверждающие данные обстоятельства в материалы дела не представлены, из выписки с расчетного счета должника открытого в АО "ВУЗ-БАНК" и "ПАО "Промсвязьбанк" указанные обстоятельства не следуют. Указывает, что в обоснование расходных операций должника в пользу ответчика, последним указывается, что изначальные зачисления были осуществлены по договору займа №22 от 07.10.2016 предоставлен займ на сумму 900 000 рублей: денежные средства в сумме 900 000 руб. поступили на счет общества в ПАО «Промсвязьбанк» 07 октября 2016г.  При этом из выписки с расчетного счета должника не следует что денежные средства 900 000 рублей на сумму 900 000 руб. поступили именно от ответчика. Как следует из выписки плательщиком по указанной приходной операции является ООО "УХТЗ", доказательств, что платеж был внесен ФИО11 в материалы дела не представлено, кроме нечитаемой копии, содержащей в себе сомнительные условия, в частности, что денежные средства предоставляются в безналичной форме, срок предоставления до 07.10.2020 г. Кроме того отмечает, что ответчик не мог предоставлять займы должнику (не имел к нему никакого отношения), т.к. вошел в состав участников лишь 25.08.2017, а руководителем должника стал 14.03.2017 г. В указанный период должник получал займы лишь от бывших участников общества ФИО12 и ФИО13 Кроме того, должником произведен возврат займа за ФИО2 лично на сумму 27 000 рублей, оплата ИП ФИО14, являющимся братом ответчика, на общую сумму 200 686  рублей за услуги перевозки тогда, когда по данным выписки из ЕГРИП  ИП ФИО14 услуги по перевозки не оказывает. Так5им образом, всего сделок  по перечислению денежных сумм совершены на общую сумму 2 581 006 рублей. Отмечает, что деньги с расчетного счета ФИО2 стал обналичивать на следующий день (08.06.2018) после получения суммы займа от ООО «Хорс» (07.06.2018) и продолжал после наступления обязательств по возврату займа ООО «Хорс» (27.12.2018). Деньги с расчетного счета должника выводились ФИО2 в т.ч. и после наступления обязательств общества по расчетам с кредиторами. Т.е. вместо оплаты долгов, ФИО2 обналичивал деньги в свою пользу, чем причинил ущерб должнику. Кроме того судом не учтено, что ответчиком утрачено имущество, несмотря на то обстоятельство, что якобы они было похищено возбуждений уголовного дела по данному обстоятельству не имеется, как правильно указывает конкурсный управляющий отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события. Считает, что  снятие денежных средств со счета должника ответчиком осуществлялось без каких-либо правовых оснований, к примеру, не может рассматриваться допустимым доказательством договор займа № 21 на сумму 1 540 000 руб., т.к. сам ответчик указывает, что денежные средства вносились от имени ФИО12. В дополнение позиции, изложенной в апелляционной жалобе ООО «Хорс» полагает, что судом первой инстанции не дана оценка  фактическим обстоятельствам, доказывающим причастность ответчика к выводу имущества должника с целью причинения вреда кредиторам и должнику. Так, из письма ГУ МВД России по Свердловской области от 03.04.2021 №3/216602834015  следует, что с 18.10.2019 в рамках исполнительных производств на транспортные средства должника – Камаз 5490-S5, 2016 г., ГАЗ 2752, 2006 г. многократно накладывались аресты. Камаз находился в лизинге у должника. Данный факт подтверждается платежами по  банковским выпискам  в пользу АО «Лизинговая компания КАМАЗ» (ИНН 

<

***>). С учетом того, что АО «Лизинговая компания КАМАЗ» не заявляло о включении в реестр требований кредиторов, обязательства должника по выплатам исполнены. Однако Камаз на балансе должника не числится, документов о его дальнейшей реализации не представлено. По мнению кредитора, Камаз был передан ответчиком своему брату ФИО14, который в последствии на нем якобы оказывал услуги для ООО «УХТЗ» по перевозке. Таким образом, по мнению заявителя жалобы, Камаз, принадлежащий должнику, выведен ответчиком в пользу своего брата ИП ФИО14 с целью невключения транспортного средства в конкурсную массу должника, чем причинен вред кредиторам, что в свою очередь является основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности (пп. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве). В обоснование реальности сделок по перевозкам, якобы заключенных между ООО «УХТЗ» (заказчик) и ИП ФИО14 (исполнитель) Ответчиком предоставлены в материалы дела акты об оказанных услугах. По мнению кредитора фактически услуги перевозки оказаны не были, а указанные сделки совершены с целью вывода денежных средств Должника.

До начала судебного заседания от ФИО14 поступил письменный отзыв на апелляционные жалобы, согласно которым просит обжалуемое определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 против позиции апеллянтов возражал по мотивам, изложенным в письменных отзывах на апелляционные жалобы. Представитель ответчика также указал, что доводы, указанные кредитором в дополнении к апелляционной жалобе не были заявлены в суде первой инстанции.

С учетом дополнений ООО «Хорс» к апелляционной жалобе  представитель ФИО2 просит приобщить в материалы дела копии договоров займа  № 20305-34020-10157-30 от 19.12.2017г., № 20305-34020-14739-29 от 19.12.2017г., № 20305-34020-29046-30 от 19.12.2017г., № 20305-34020-3668-27 от 19.12.2017г., договоры поручительства № 20305-34020-29046-30-П1 от 19.12.2017, № 20305-34020-14739-29-П1 от 19.12.2017; документы, подтверждающие права собственности на транспортные средства - Камаз 5490-S5, 2015 г., VIN номер 

<

***>, кузов 549000F0001052, цвет белый, принадлежащий ФИО14; Камаз 5490-S5, VIN 

<

***>, номер кузова 549000G0003345, цвет красный, 2016 г., переданный должнику по договору лизинга №Л-24139/16/ЛК/СРФ от 22.08.2016. 

Судом апелляционной инстанции ходатайство ответчика ФИО2 о приобщении к материалам дела дополнительных документов рассмотрено в порядке статьи 159 АПК РФ и удовлетворено на основании части 2 статьи 268 АПК РФ, вышепоименованные документы с письменными возражениями ответчика приобщены к материалам дела. 

Иные лица, участвующие в деле и не явившиеся в заседание суда апелляционной инстанции, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом. В силу статей 156, 266 АПК РФ неявка лиц не является препятствием для рассмотрения апелляционных жалоб в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «УХТЗ» создано 24.04.2013; основным видом деятельности должника являлось производство прочих основных неорганических химических соединений. 

Директором должника с 14.03.2017 до даты открытия конкурсного производства являлся ФИО2, а также участником должника с 25.08.2017 с долей участия в обществе 50%. ФИО5 являлся участником должника с 19.06.2018 с долей участия в обществе 50%, а также единственным участником ООО «Хорс». 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.03.2021 заявление ООО «УХТЗ» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения. 

Решением арбитражного суда от 02.09.2021 общество «УХТЗ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. 

Согласно материалам дела в реестр требований кредиторов включены требования: ООО «Урало-Сибирская химическая компания» (решение Арбитражного суда от 19.07.2019 по делу № А60-29039/2019, требование основано на договоре поставки № 42 от 10.04.2014 по УПД № 183 от 28.03.2019); ООО «Хорс» (решение Арбитражного суда Свердловской области от 26.08.2020 по делу № А60-27073/2020, требование основано на договорах займа № 01-А от 07.06.2018, № 02-А от 08.10.2018); ООО «ЕТС-Урал» (решение Арбитражного суда Свердловской области от 04.09.2019 по делу № А60-39201/2019, требование основано договоре от 06.02.2018 №1511); Инспекции Федеральной налоговой службы по Ленинскому району г. Екатеринбурга (определение от 11.06.2021 по настоящему делу); ООО «Бережное хранение» (решение Арбитражного суда города Москвы от 31.07.2019 по делу № А40-137319/2019); акционерного общества по электромонтажу электростанций и подстанций «Электроуралмонтаж» (решение Арбитражного суда Свердловской области от 18.07.2019 по делу № А60- 22417/2019); ООО «РТ-Инвест транспортные системы» (решение Арбитражного суда Свердловской области от 15.02.2021 по делу №А60- 61754/2020). 

Согласно отчету конкурсного управляющего, подготовленного к собранию кредиторов 09.01.2023, общий размер требований кредиторов в третьей очереди составляет 6 841 182,04 руб., из которых 5 775 564,5 руб. это требования кредитора ООО «Хорс». 

ООО «Хорс», являясь конкурсным кредитором должника, обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с него убытков (с учетом уточнения).

 В обоснование заявленных требований ООО «Хорс» ссылалось на нарушение ответчиком обязанности по своевременному обращению с заявлением должника о собственном банкротстве, а также на то, что в результате действий ответчика стало невозможным удовлетворить требования конкурсных кредиторов. 

Также кредитор ООО «Хорс» просит взыскать с ФИО2 убытков в размере 2 551 006 руб. ввиду того, что его противоправные действия по выводу денежных средств со счетов должника причинили обществу ущерб. 

Рассмотрев требования кредитора ООО «Хорс», суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о признании должника банкротом и пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве. Помимо этого, суд первой инстанции не установил совокупности условий, необходимых для привлечения указанного лица, к гражданско-правовой ответственности в виде убытков в размере 2 551 006 руб.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзыва на них, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены вынесенного судебного акта, в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 223 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Из материалов дела следует, что в обоснование заявленных требований о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УХТЗ» кредитор сослался на исполнение указанным лицом установленной пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанности по подаче в суд заявления о признании руководимого им общества несостоятельным (банкротом).

Применительно к рассматриваемому случаю,  ввиду периода времени, к которому относятся обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывает ответственность данного лица (неподача заявления о признании должника банкротом), настоящий спор должен быть разрешен с применением положений главы III.2 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ, которая вступила в законную силу с 30.07.2017). 

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника свидетельствует, по сути, о сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее, она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; настоящим Законом предусмотрены иные случаи.

Согласно пункту 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного п. 2 указанной нормы срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока: лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым п. 1 настоящей статьи.

В соответствие с пунктом 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности в соответствии равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 указанного Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Из приведенных выше норм следует, что возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно следующих указанных в законе условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, влекущих обязанность руководителя должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, и установление даты возникновения этого обстоятельства; неподача руководителем должника в арбитражный суд заявления должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение у должника обязательств после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного федерального закона.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества должны носить объективный характер.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в статье 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

В силу пункта 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. Следовательно, на лицах, привлекаемых к субсидиарной ответственности, лежит бремя опровержения наличия вины и причинно-следственной связи.

Как следует из материалов дела, ООО «Хорс» связывало обязанность по обращению в суд с заявлением о признании ООО «УХТЗ» несостоятельным (банкротом) с наложением ареста в рамках исполнительных производств на транспортные средства должника (18.10.2019) и отсутствием иного имущества у должника, в связи с чем, по мнению кредитора, заявление о банкротстве должно было быть подано не позднее 18.11.2019; вместе с тем заявление было подано только 30.12.2020. Обязательства должника перед ООО «Хорс» на сумму реестровых требований (5 775 564 руб. 50 коп.) возникли на основании судебных актов, вступивших в законную силу в период просрочки по подаче ФИО2 заявления о признании должника банкротом (решение Арбитражного суда Свердловской области от 26.08.2020 по делу № А60- 27073/2020).

 Конкурсный управлявший ФИО4 по данному основанию заявленные требования не поддержал, рассмотрение вопроса оставил на усмотрение суда.

Исследовав и оценив все представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции, установив, что несмотря на временные финансовые затруднения, руководитель добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, в том числе привлекая заемный капитал, выполняя экономически обоснованный план, разработанный совместно со вторым участником ФИО5, вкладывая полученное финансирование в основные средства, совместно с ФИО5 было решено запустить линию выдува (производства) тары, на эту цель было направлено финансирование ООО «Хорс»; после получения финансирования и произведения расчета рентабельности у ООО «УТК» закуплено оборудование для производственной линии, станки, также был произведен ремонт части основных средств - восстановительный ремонт станции разогрева СП-8/2, восстановительный ремонт выдува СП-8/1 и капитальный ремонт станции разогрева СП-8/2); учитывая, что предпринятые руководителем меры позволили немного увеличить показатели ликвидности к 2019г., в январе 2019 г. достигнуто соглашение с торговыми сетями о заключении договоров поставки - с торговой сетью «Верный» (средства для стирки), а так же с торговой сетью «Пятерочка» (несколько новых средств); при этом  в апреле 2019 года участник должника ФИО5 сообщил об отказе от продолжения сотрудничества с ООО «УХТЗ» и вложения капитала в производство, в связи с инициированием кредиторами судебных споров руководителем должника июне 2019 года было принято решение о закрытии производства, признал обоснованными доводы кредитора о возникновении у руководителя обязанности по обращению в суд о признании должника банкротом как минимум не позднее 18.11.2019. 

Доказательств, которые позволили бы определить более раннюю дату необходимости подачи заявления должника о своем банкротстве, в деле не усматривается. ФИО2, являясь фактическим руководителем должника, зная о неплатежеспособности общества, не обратился с заявлением о признании общества ООО «УХТЗ» банкротом. 

Доводы ФИО2 о том, что уставом общества вопрос о ликвидации общества отнесен к компетенции общего собрания участников и принятие такого решения требует согласия обоих участников, судом первой инстанции отклонены, поскольку, как указывалось ранее, в силу положений статьи 9 Закона о банкротстве обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом возлагается, прежде всего, на руководителя. 

Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции, после 18.11.2019 никакие обязательства перед кредиторами, выключенными в реестр требований кредиторов, у должника не возникли, а соответствующее обстоятельство является одним из необходимых условий для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве, ввиду чего вся совокупность оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по данному основанию отсутствует.

При таких условиях, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО15 к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве за несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом и отказал в удовлетворении требования кредитора в данной части.

Помимо этого, кредитор также просил привлечь к субсидиарной ответственности ФИО2 за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица на основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Разрешая вопрос о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) контролировавших общество лиц и несостоятельностью последнего необходимо учитывать положения подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, а также разъяснения, приведенные в пункта 24 постановления Пленума № 53, согласно которым такая причинно-следственная связь предполагается в случае непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации руководителем должника, а также другими лицами, у которых документация фактически находится. Управляющий должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника. Упомянутая презумпция наличия причинно-следственной связи не может быть применена, если необходимая документация (информация) передана арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. 

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет арбитражному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве. 

В силу п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. 

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искажённых сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: - невозможность определения основных активов должника и их идентификации; - невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; - невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В обоснование заявленных требований по данному основанию ООО «Хорс» ссылалось на неисполнение обязанности ФИО2 по передаче документов и иной документации должника, что не позволило сформировать управляющему конкурсную массу; совершение убыточных сделок; указание недостоверных сведений о местонахождении юридического лица в Едином государственном реестре юридических лиц. 

Конкурсный управляющий поддержал позицию кредитора в части неисполнение обязанности ФИО2 по передаче документов и иной документации должника, что не позволило сформировать управляющему конкурсную массу. 

Как следует из материалов дела, определением суда от 15.06.2022 на ФИО2 возложена обязанность передать конкурсному управляющему документы, подтверждающие дебиторскую задолженность на сумму 5 929 000 руб. 

Возражая против заявленных требований, ФИО2 указал, что первичную документацию и документы бухгалтерского учета ФИО2 конкурсному управляющему передал хоть и не единовременно, но в достаточном объеме для того, чтобы конкурсный управляющий начал работу по формированию конкурсной массы. 

В материалы настоящего дела А60-66342/2020 были приобщены по ходатайству ответчика большой объем первичной документации общества – тома 2, 3 и 4 полностью состоят из приобщенной первичной документации должника (оригиналы документов). Всего было представлено 545 листов документации (том 2 -199 л, том 3 – 190 л, том 4 – 156л) в апреле и июне 2022г. Помимо этого, документация должника передавалась конкурсному управляющему и напрямую по актам приема-передачи, в том числе акты сверки и первичные документы по поставкам. Часть первичной документации ранее было передана участнику ФИО5 по его требованию о предоставлении документации (А60-30742/2020 том 2, листы 54-61). Оставшаяся часть первичной документации передана конкурсному управляющему 14.03.2023 и 20.03.2023г., в том числе оборотно-сальдовые ведомости по счетам 10, 41 и 43. 

Судом первой инстанции указано, что в распоряжении конкурсного управляющего имелись выписки по расчетному счету должника; однако конкурсный управляющий за год не ознакомился ни с одним из этих томов с документацией, ни одного требования дебиторам за год не заявлено. 

Как пояснил ответчик, исполнительный лист, выданный судом для исполнения определения от 15.06.2022 об истребовании документов, получен конкурсным управляющим только в декабре 2022 и до настоящего времени не предъявлен в службу судебных приставов. 

В материалах дела также представлены доказательства по неоднократному отказу конкурсного управляющего принять имущество должника (основные средства на сумму 154 000 руб., запасы на сумму 9 396 000 руб., уведомление от 28.02.2022, отказ конкурсного от получения имущества от 02.03.2022, повторное уведомление от 25.03.2022, неявка конкурсного на получение имущества 28.03.2022). 

Как указано судом первой инстанции, заявляя в настоящем споре о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за непередачу документации и имущества (запасов) общества «УХТЗ», управляющий не предпринимал попыток по принятию имущества и не анализировал переданную ему документацию должника. Суд первой инстанции в ходе рассмотрения настоящего спора неоднократно предлагал конкурсному управляющему проанализировать переданную ответчиком документации и конкретизировать свой довод о непередаче документации, представить свое мотивированное заключение по ней. Однако управляющим  ФИО4 так и не было указано, непередача каких именно документов не позволила сформировать конкурсную массу и какие обстоятельства могут быть подтверждены этими документами, аргументы конкурсного управляющего ограничились пояснениями, представленными в материалы дела 19.05.2023, согласно которым документы, переданные по акту от 11.05.2023, представляют собой копии подписанных в одностороннем порядке должником актов сверок и рамочных договоров поставки с приложением подписанных в одностороннем порядке должником УПД. 

При этом, как отмечено судом первой инстанции, ответчиком проведен анализ документов, переданных управляющему, по дебиторской задолженности с указанием дат передачи управляющему соответствующих документов, сумм задолженности, причин отсутствия подписанных документов со стороны контрагентов. Наряду с первичными документами по дебиторам управляющему было передано решение по делу № А60-39/2019 от 15.03.2019 о взыскании в пользу должника задолженности, которое до сих пор не исполнено и не предъявлялось конкурсным управляющим к принудительному исполнению.

 Относительно документов по дебиторской задолженности на сумму 5 млн. руб. ответчик в судебном заседании пояснил, что назначение его на должность в 2017 году было вынужденной мерой в связи с лишением свободы по приговору суда предыдущего директора, документы не были переданы, указанная сумма переходила из года в год в отчетности. 

Согласно пояснениям сторон ООО «УХТЗ» вело производственную деятельность в г. Заречном - на территории Белоярской АЭС было арендованы помещения двух цехов у ООО «Электроуралмонтаж». После прекращения производственной деятельности и прекращения договора аренды часть имущества (производственное оборудование, в том числе модернизированная линия выдува тары и часть готовой продукции) была перемещена для хранения на закрытый склад по адресу 

<

...>. 

С владельцем склада временного хранения ФИО16   ФИО2 был подписан договор аренды. Оборудование помещено на склад в апреле 2019 года.  ФИО2 сообщил ФИО5 о факте перевозки оборудования и встретился с ним на этом складе, где ФИО5 согласовал этот склад для хранения, убедившись в безопасности такого хранения. 

В ходе очередного осмотра было установлено, что оборудование похищено со склада на Полевском тракте 19/5. ФИО16 не смог пояснить где находится оборудование, сообщил, что видеозаписи с камер наблюдения предоставит полиции. Производство по факту хищения по заявлению ФИО2 трижды прекращалось следственными органами, по жалобе в прокуратуру дело обратно отправлялось на доследование. Имущество не найдено. 

Автомобиль ГАЗ 27052 г/н 

<

***> числящийся в собственности ООО «УХТЗ», остался на территории Белоярской АЭС, т.к. был не на ходу, его перемещение было затруднительно. В настоящее время доступа на территорию БАЭС у ФИО2 нет, т.к. это закрытая территория, местонахождение автомобиля неизвестно. ФИО2 подано заявление в полицию на розыск. 

Остальное имущество ООО «УХТЗ» было перемещено из Заречного на хранение в г. Березовский, где и находится до настоящего времени (запасы и основные средства, которые числятся на балансе должника). 

С учетом изложенных обстоятельств и возражений сторон суд первой инстанции пришел к выводу о том, что материалами дела достоверно не подтвержден факт того, что конкурсный управляющий в ходе исполнения своих обязанностей осуществил все возможные действия по формированию конкурсной массы (осуществлял запросы, истребовал имущество и документы у контрагентов и иное). Доказательств обратного в материалы дела в нарушение положений ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено. 

Конкурсный управляющий не пояснил, какие именно документы, связанные с деятельностью должника, не были ему переданы и каким образом отсутствие этих документов повлияло на формирование конкурсной массы с учетом пояснений ответчика. 

Установленные законодательством о банкротстве презумпции не являются основаниями для привлечения к субсидиарной ответственности, выступая в качестве процессуального приема упрощения процесса доказывания в спорах о привлечении контролирующих лиц к ответственности. Соответственно, сама по себе непередача документации - не самостоятельное и достаточное основание для привлечения к ответственности (субсидиарной либо взыскания убытков), это презумпция одного из оснований субсидиарной ответственности - доведение должника до банкротства. 

Сущность субсидиарной ответственности заключается в переложении на контролирующих должника лиц ответственности за невозможность исполнения такого обязательства, вызванную виновными противоправными действиями. Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации, необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения о том, как отсутствие документов повлияло на проведение процедур банкротства.

 Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. 

Между тем конкурсный управляющий в апелляционной жалобе указывает, что по части дебиторской задолженности в настоящее время истекли сроки исковой давности. А один из дебиторов ООО «Горизонт», по которому задолженность взыскана была в судебном порядке, в 2021г. исключен из ЕГРЮЛ. 

Однако, как правомерно указано судом первой инстанции, само по себе истечение сроков исковой давности не препятствует предъявлению требований к должникам, чего конкурсный управляющий не делал, при этом в 2022г. такие сроки еще не истекли, но требований дебитором не заявлялось. В случае, если конкурсный управляющий считает невозможной взыскание такой дебиторской задолженности, то пояснений, каким образом непередача документации по ней может повлиять на формирование конкурсной массы, конкурсным управляющим не представлено. 

Таким образом, конкурсным управляющим не доказано, что неисполнение ФИО2 обязанности по передаче документов имеет место, и что это привело к нарушению прав кредиторов, невозможности осуществления управляющим полномочий, не указан конкретный перечень документов, имеющихся у ответчика и не переданных ему, не опровергнуты выводы суда о бездействии при принятии имущества должника. 

С учетом изложенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции считает, что судом сделаны верные выводы об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за непередачу документов должника, имеющиеся в деле доказательства исследованы в полном объеме, а доводы сторон получили надлежащую оценку.

Указания ООО «Хорс» на непринятие ответчиком мер по внесению в ЕГРЮЛ сведений о недостоверности информации в отношении места нахождения должника судом первой инстанции отклонены, поскольку со стороны заявителя не доказано, каким образом отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации) повлияло на проведение, невозможность проведения процедуры банкротства в отношении должника. 

Проверив доводы о совершенных сделках должника, как основаниях для наступления банкротства, суд первой инстанции не усмотрел, что какая-либо из перечисленных сделок, как в отдельности, так и все они в совокупности находятся в причинно-следственной связи с банкротством должника. 

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления Пленума № 53, под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые были необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка, которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок (иных операций), совершенных под влиянием контролирующего лица, способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. 

При решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков или специальные правила о субсидиарной ответственности, - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенно негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно или раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. 

Если допущенные контролирующими лицами нарушения явились необходимой причиной банкротства, применяются нормы о субсидиарной ответственности, совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании Закона о банкротстве, а, когда причиненный контролирующими лицами вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ. Если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка (ряд сделок), по которым третье лицо извлекло выгоду в результате незаконного (недобросовестного) поведения руководителя должника, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника (абзац 1 статьи 1080 ГК РФ, пункт 21 постановления Пленума № 53). 

В обоснование заявленных требований ООО «Хорс» ссылалось на то, что согласно выпискам по счету должника в период с июня 2018 по март 2019 г. ФИО2 были сняты наличные денежные средства на общую сумму 2 551 006 руб. По мнению кредитора, указанные сделки являются недействительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Кредитор обращает внимание суда на то, что деньги с расчетного счета ФИО2 стал обналичивать на следующий день (08.06.2018) после получения суммы займа от ООО «Хорс» (07.06.2018) и продолжал после наступления обязательств по возврату займа ООО «Хорс» (27.12.2018). 

Доводы кредитора в указанной части конкурсным управляющим не поддержаны, вопрос оставлен на усмотрение суда.

 По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают. 

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки недействительной, отвечающей признакам подозрительности, то есть совершенной должником при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки (пункт 1) или в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (пункт 2). 

В подтверждение расходования денежных средств поступивших от ООО «Хорс» на производственные нужды ООО «УХТЗ» (модернизация оборудования и закупка сырья для изготовления продукции) ответчиком представлены в материалы дела товарные накладные, акты выполненных работ, УПД, кассовые чеки, (19.06.2023). 

Так, согласно пояснениям ФИО2 31.07.2018 была запущена новая линия оборудования по выдуву тары. Для ее сборки и запуска закуплены комплектующие на сумму 207 346,09 руб. В связи с некорректной работой оборудования (высокий процент брака при выпуске тары) была произведена его доработка и донастройка, закуплены дополнительные комплектующие; также произведены работы по ремонту, пусконаладке оборудования, прокладке и подключению коммуникаций на общую сумму 48 336 руб.; по рекомендации специалистов, производивших настройку оборудования, линия по выдуву тары была перемещена в отдельное изолированное помещение, для приведения помещения в необходимое для работы оборудования состояния (влажность, температурный режим, вентиляция) был произведен ремонт помещения, закуплены строительные материалы на общую сумму 25 687,15 руб. (в кассовых чеках и УПД указан покупатель ООО «УХТЗ»): после получения второго займа от ООО «Хоре» была произведена закупка сырья (смесевой растворитель и дисперсия поливинилцитатная гомополимерная грубодисперсная) для производства выпускаемой ООО «УХТЗ» бытовой химии на общую сумму 2 016 000 руб. Итого, непосредственно в производственную деятельность предприятия вложено 2 271 682,09 руб. 

Помимо этого, 19 сентября 2018 года Арбитражным судом Омской области было вынесено решение по делу А46-12051/2018, которым в пользу кредитора индивидуального предпринимателя ФИО17 с ООО «УХТЗ» были взысканы денежные средства в размере 429 883,09 руб. Поскольку новая линия по выдуву тары только-только начинала нормально работать, заключались крупные контракты с торговыми сетями на поставку продукции, чтобы избежать ареста счетов ООО «УХТЗ» в рамках исполнения судебного акта - было принято решение погасить задолженность перед ИП ФИО17, не дожидаясь блокировки операций по счетам. 

В добровольном порядке до возбуждения исполнительного производства оплачена задолженность перед данным кредитором в размере 365 646,8 руб. (170 000 руб. с июня по сентябрь 2018г., 195 646,8 руб. после вынесения решения с октября 2018г. по январь 2019г), по постановлению судебногопристава исполнителя списано со счета еще 75 000 руб. (в феврале 2019г.). 

Также 11.02.2019г. в принудительном порядке списано со счета ООО «УХТЗ» 170 589,49 руб. (ПРБП-000253 от 11.02.2019) по исп.произ. №78717/18/66004-ИП (постановление СПИ ФИО18 №66004/19/36014 от 01.02.2019г.). Итого, 611 236,29 руб. ООО «УХТЗ» вынуждено было направить на погашение задолженности по взысканным судом долгам общества перед его кредиторами. 

До возбуждения процедуры банкротства ФИО2 как руководитель общества погасил кредиторскую задолженность, сформировавшуюся до 2018г. - рассчитался с кредиторами ФИО12 (1 522 168 руб. по займу, предоставленному в 2016г.), ООО «Уралгофротара» (12.04.2019, оплата задолженности по акту сверки 2 240,82р.), ОАО «ВУЗ-банк» (304 207,23 руб., по кредитному договору, заключенному в 2016г.), ЕТС-Урал (25 840 руб., оплата долга за 2017г., операция от 22.03.2018), ООО «РуссоХеми» (12 750 руб., оплата долга, операция 29.08.2018), а также с ООО «УСВК» (выплачена задолженность в размере 2 889 510р., возврат средств за оборудование в связи с расторжением договора поставки), частично погашена задолженность перед заимодавцами ФИО7 (121 050 руб., по займу, предоставленному в 2017г.), ФИО9 (243 589,4 руб., по займу, предоставленному в 2017г.), ФИО10 (117 000 руб., по займу, предоставленному в 2017г.), ФИО8 (119 700 руб., по займу, предоставленному в 2017г.) - поручителем по договорам выступал ФИО2 

Итого, помимо уплаты задолженности перед кредиторами по долгам, взысканным судом, в добровольном досудебном порядке на расчеты с независимыми кредиторами было направлено 5 358 055,45 руб. средств ООО «УХТЗ» - задолженность, возникшая до 2018г. (кроме ООО «УСВК»). 

Относительно возврата суммы займов в пользу ФИО2  судом первой инстанции установлено следующее. 

По договору займа №22 от 07.10.2016 предоставлен займ на сумму 900 000 рублей (договор имеется в материалах дела А60-66342/2020, том 2, л.62- 64): денежные средства в сумме 900 000 руб. поступили на счет общества в ПАО «Промсвязьбанк» 07 октября 2016г. - вх.документ № 000170, основание - поступление займа на основании договора № 22 от 07.10.2016г., строка 21 л.1 выписки из ПАО «ПСБ». По договору займа №23 от 14.10.2016г. предоставлен займ на сумму 450 000 рублей: денежные средства в сумме 450 000 руб. поступили на счет общества в ПАО «Промсвязьбанк» 14 октября 2016г. - вх.документ № 00107, основание - поступление займа на основании договора № 23 от 14.10.2016г., строка 13 л.2 выписки из ПАО «ПСБ». Возврат полученных обществом займов по этим договорам в 2016-2017 годах не производился. Возврат займа по договору № 22 от 07.10.2016г. произведен частично в 2018- 2019гг. со счета в АО «ВУЗ-банк» в размере 155 000 руб. (остался долг ООО «УХТЗ» перед ФИО2 в сумме 745 000 руб.). Возврат займа по договору №23 от 14.10.2016г. произведен частично в 2018-2019гг. со счета в АО» ВУЗ-Банк» в размере 351 202 руб. (остался долг ООО «УХТЗ» перед ФИО2 в сумме 98 798 руб.). 

Согласно поступившим из АО «ВУЗ-банк» и ПАО «Промсвязьбанк» выписок по расчетным счетам ООО «УХТЗ» за 2016 и 2017г., подтверждается факт внесения заимодавцем ФИО2 денежных средств на расчетный счет общества по заключенным с обществом договорам займа. 

Выпиской по расчетному счету, предоставленной ПАО «ВУЗ-Банк» за 2016-2017, подтверждается факт внесения в 2016г. денежных средств на расчетный счет общества заимодавцем ФИО12. по договору займа, заключенному им с обществом в 2016г. 

Денежные средства в счет предоставления займа в сумме 1 540 000 руб. поступили на расчетный счет общества в АО «ВУЗ-Банк» 24.05.2016г. - вх.документ № 2239, строка 10 л.273 выписки из АО «ВУЗ-Банк». Сумма займа была частично возвращена в 2018-2019гт. в размере 1 523 364 руб. 

По факту оказания должнику услуг по перевозке ИП ФИО14, которому должником произведена оплата за оказанные услуги в размере 167 186 рублей, в материалы дела представлены акты оказанных услуг, товарные накладные, акты приема товара. Факт перевозки подтверждается товарно-транспортной накладной № 8300214637 от 08.01.2019г., транспортная накладная от 08.01.2019г. (в транспортном разделе ттн и в трансп.накладной указано, что перевозка осуществлялась транспортным средством Камаз Х221АР116, водитель ФИО19) Все перевозки осуществлялись транспортным средством, принадлежащим ИП ФИО14, - Камаз Х221АР116, водителем ФИО19 Форму СЗВ-Стаж (сведения о периодах работы застрахованных лиц), сданную ООО «УХТЗ» в ОПФР по Свердловской области за 2019г., из которой видно, что водитель ФИО19 работником ООО «УХТЗ» не являлся. 

Проанализировав материалы дела, суд пришел к выводу, что доводы кредитора о недействительности сделок опровергнуты, в материалы дела представлены доказательства реальности встречного предоставления по оспариваемым сделкам. 

Вопреки доводам заявителя жалобы, судом первой инстанции исследованы не только первичные документы, подтверждающие оказание услуг по перевозке ИП ФИО14 (акты сдачи-приемки оказанных услуг), в адрес которого были выполнены платежи обществом, но и первичные документы по самим поставкам, во исполнение которых заказывались услуги по перевозке грузов. В транспортных и товарных накладных, по которым отгружалась продукция в торговые сети должником, представленных ответчиком в материалы дела, указаны и транспортное средство, осуществлявшее грузоперевозку, и водитель, и маршрут следования транспортного средства (дополнение к отзыву от 22.03.2023г.). Реальность данных сделок с ИП ФИО14 подтверждена документально и надлежащим образом исследована судом.

Ответчик представил в дело доказательства, что оспоренные кредитором расходные операции, совершенные по счету в период с июня 2018г. по март 2019г. в размере 2 551 000 рублей, указанные им как снятие наличных денежных средств ФИО2 со счета, не являлись таковым. Проанализировав материалы дела, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что доводы кредитора о недействительности сделок опровергнуты, в материалы дела представлены доказательства реальности встречного предоставления по оспариваемым сделкам. 

Согласно выписке по расчетному счету из всех перечисленных кредитором операций по счету ФИО2 денежные средства снимались только в сумме 115 574 руб. для выдачи подотчет с целью приобретения ТМЦ в интересах ООО «УХТЗ». Первичные документы (товарные и кассовые чеки) о приобретении ТМЦ за наличный расчет в пользу ООО «УХТЗ» в дело представлены, также в деле имеется оборотно-сальдовая ведомость по счету 10, из которой видна постановка на учет приобретенных материалов, и в кассовых чеках указан покупатель ООО «УХТЗ». Причем такие операции начали совершаться не сразу после получения займов от кредитора, они являлись обычными для общества и совершались в течение всего года, начиная с января. 

Полученные от кредитора денежные средства по договорам займа вложены были в производственную деятельность предприятия, документы в подтверждение произведенных вложений предоставлялись ответчиком суду и получили надлежащую оценку. 

Вопреки доводам заявителя жалобы остальные операции, вменяемые кредитором ООО «Хорс» ответчику ФИО2 как неправомерное снятие им наличных денежных средств со счета общества, как правомерно указано судом первой инстанции, таковыми не являются, поскольку денежные средства были направлены для расчетов с контрагентами во исполнение заключенных сделок, в том числе частично был произведен расчет по договорам займа, заключенным обществом с ФИО2 в 2016г. (589 т.р.).

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что в какой-либо период действия руководителя должника выходили за рамки стандартной управленческой практики и обычного делового оборота, судом не установлено.

Исследовав материалы дела о банкротстве, пояснения сторон, учитывая хозяйственную деятельность должника с привлечением заемного капитала, выполнение экономического плана, разработанного совместно со вторым участником ФИО5, вкладывая полученное финансирование в основные средства с целью запуска линии выдува (производства) тары, на которое было направлено финансирование ООО «Хорс», в том числе для закупа у ООО «УТК» оборудования для производственной линии, станков, проведения ремонта ремонт части основных средств - восстановительный ремонт станции разогрева СП-8/2, восстановительный ремонт выдува СП-8/1 и капитальный ремонт станции разогрева СП-8/2); достигнутые должником соглашения с торговыми сетями о заключении договоров поставки - с торговой сетью «Верный» (средства для стирки), а так же с торговой сетью «Пятерочка» (несколько новых средств); учитывая отказ  в апреле 2019 года участником должника ФИО5 от продолжения сотрудничества с ООО «УХТЗ» и вложения капитала в производство, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что причиной банкротства послужил корпоративный конфликт между участниками должника, неоправданные ожидания от участия ФИО5 через подконтрольное ему общество, в результате чего была взыскана задолженность с должника по договорам займа ООО «Хорс». 

Судом первой инстанции не установлены обстоятельства, составляющие объективную сторону правонарушения - конкретные действия либо бездействие (при наличии обязанности совершить действие), допущенные ответчиком, которые явились необходимой причиной банкротства должника, а также субъективная сторона правонарушения - вина (умысел на совершение действий с целью наступления последствий в виде невозможности погашения требований кредиторов ООО «УХТЗ»), в результате чего сделан вывод об отсутствии совокупности условий, необходимых для удовлетворения требований о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УХТЗ».

Ссылка заявителя о том, что платежи, поступившие ФИО7, ФИО9, ФИО8 и ФИО10, по операциям в пользу ООО «Ресурс-Строй», ООО «Спектр» на самом деле являлись платежами контрагентов за поставленный товар под видом займа, не обоснован. Указанный довод не заявлялся апеллянтом в суде первой инстанции, а, приводя его впервые в апелляционной жалобе, заявитель не приводит критериев, по которым он считает, что данные сделки являются мнимыми и причинили убытки обществу и кредиторам.

Поскольку данные доводы в рамках рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции не заявлялись, при этом кредитором были указаны неправомерные действия контролирующего лица ФИО2 по совершению сделок по обналичиванию денежных средств из кассы должника, которые причинили убытки должнику, ответчиком суду апелляционной инстанции представлены пояснения  и доказательства наличия правоотношений с указанными физическими лицами, в том числе договоры займа  № 20305-34020-10157-30 от 19.12.2017г. (ФИО7), № 20305-34020-14739-29 от 19.12.2017г. (ФИО8), № 20305-34020-29046-30 от 19.12.2017г. (ФИО9), № 20305-34020-3668-27 от 19.12.2017г. (ФИО10), договоры поручительства № 20305-34020-29046-30-П1 от 19.12.2017, № 20305-34020-14739-29-П1 от 19.12.2017.

Проанализировав представленные документы и пояснения ответчика, судом установлено, что данные договоры займа являются реальными сделками, заемные денежные средства были получены ООО «УХТЗ» посредством использования инвестиционной платформы «Город Денег», с указанными лицами были заключены договоры процентного займа сроком 36 месяцев: № 20305-34020-10157-30 от 19.12.2017г. (ФИО7), № 20305-34020-14739-29 от 19.12.2017г. (ФИО8), № 20305-34020-29046-30 от 19.12.2017г. (ФИО9), № 20305-34020-3668-27 от 19.12.2017г. (ФИО10). Договоры заключались под поручительство директора ФИО2 При этом, возврат заемных средств указанным заимодавцам общество «УХТЗ» осуществляло в течение всего 2018г. по март 2019 г., что следует из выписки по расчетному счету в ОАО «ВУЗ-Банк». 

Доводы заявителя жалобы о том, что возврат полученных должником денежных средств в счет выплаты займа указанным лицам, исходя из данных выписок по расчетным счетам, не было, является необоснованным, поскольку противоречит материалам дела,  операции по возвратам суммы займов данным заимодавцам в выписке по расчетным счетам имеется, при этом часть задолженности гасилась лично ФИО2, к которому такое требование было предъявлено как к поручителю по договору займа. Факт необращения кредитора с заявлением о включении в реестр требований в рамках настоящего дела не означает мнимости сделки, это право кредитора.

В дополнении к апелляционной жалобы кредитором указано, что транспортное средство Камаз 5490-S5, 2016 г., принадлежащий должнику, выведен ответчиком в пользу своего брата ИП ФИО14 с целью невключения транспортного средства в конкурсную массу Должника, чем причинен вред кредиторам, что в свою очередь является основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, при этом данные доводы ООО «Хорс» в суде первой инстанции при рассмотрении настоящего спора не заявлялись.

Поскольку данный довод в суде первой инстанции не заявлялся и, как следствие, не был предметом рассмотрения в суде первой инстанции, данные основания были приведены только в апелляционной жалобе, то в соответствии с абзацем шестым пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" новые требования, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, не подлежат рассмотрению арбитражным судом апелляционной инстанции (ч.7 статьи 268 АПК РФ).

Между тем, с учетом заявленных требований кредитором ответчиком в суд апелляционной инстанции представлены документы по двум транспортным средствам – Камаз 5490-S5, 2015 г., VIN номер 

<

***>, кузов 549000F0001052, цвет белый, принадлежащий ФИО14; Камаз 5490-S5, VIN 

<

***>, номер кузова 549000G0003345, цвет красный, 2016 г., переданный должнику по договору лизинга №Л-24139/16/ЛК/СРФ от 22.08.2016. При этом, транспортное средство – Камаз 5490, 2016 года, указанное кредитором в дополнении к апелляционной жалобе, ответчиком не передавалось ИП ФИО14, данное спорное средство принадлежит должнику. Согласно представленным документам следует, что ИП ФИО14 транспортные услуги оказывались с использованием иного транспортного средства - Камаз 5490-S5, 2015 г., VIN номер 

<

***>, которое принадлежит указанному лицу на основании договора купли-продажи от 08.11.2018. 

Как следует из пояснений ФИО2, с ФИО5, использовавшим корпоративную форму юридического лица для финансирования должника, директором общества согласовывались направления текущей деятельности предприятия, совершение различных сделок, расходование получаемых денежных средств. То есть кредитор ООО «Хорс» был вовлечен в руководство деятельностью общества «УХТЗ», он фактически финансировал деятельность должника для реализации мероприятий, выгодоприобретателем по которым выступал в том числе ФИО5 

Институт корпоративного финансирования, в том числе с использованием конструкции договора займа, подразумевает, что контролирующее лицо, осуществившее такое финансирование, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться  на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ). В настоящем деле требования аффилированного кредитора ООО «Хорс» составляют 75% всех требований кредиторов. 

Вопреки доводам заявителя жалобы, полученные от ФИО5  через ООО «Хорс» денежные средства были направлены на обеспечение деятельности общества «УХТЗ», непосредственно в производственную деятельность предприятия вложены 2 271 682,09 руб., остальное направлено на расчеты с независимыми кредиторами для снижения долговой нагрузки общества и предупреждения блокировки счетов и арестов имущества, которые могли стать серьезным стопором для работы предприятия (первичные документы имеются в материалах дела, представлены в рамках рассмотрения настоящего спора). 

В части требования о привлечении к субсидиарной ответственности, исходя из разъяснений, изложенных в пункте 16 постановления Пленума N 53, под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. 

При предъявлении иска к контролирующему лицу о взыскании убытков кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. 

Кредитором не доказано наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, не приведено обоснованных аргументов того, что именно неразумные и (или) недобросовестные действия (бездействие) ФИО2 привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления N 53), не доказано причинение ответчиком убытков обществу. 

Учитывая представленные документы и установленные судом первой инстанции фактические  обстоятельства следует, что  в период управления обществом ФИО2 оно продолжало работать, производить и отгружать продукцию, рассчитываться с кредиторами, была запущена новая производственная линия по выпуску тары, заключены договоры с крупными торговыми сетями на поставку выпускаемой обществом продукции. 

Все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены, все представленные сторонами доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. 

Суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что в рассматриваемой ситуации наступившие для общества негативные последствия в виде непогашенных обязательств перед кредиторами не свидетельствуют о недобросовестности или неразумности действий контролирующего должника лица по исполнению своих непосредственных обязанностей. 

Из материалов дела не следует злонамеренности действий контролирующего должника лица, направленных на причинение убытков должнику или его кредиторам, а также совершение действий, направленных на сокрытие активов, за счет реализации которых возможно удовлетворение требований кредиторов. По существу кредитор просит привлечь ответчика к ответственности за возникновение обязательства на стороне должника, тогда как сущность субсидиарной ответственности заключается в переложении на контролирующего должника лица ответственности за невозможность исполнения такого обязательства, вызванную виновными противоправными действиями.

При таких обстоятельствах, принимая их в совокупности, суд апелляционной инстанции не установил неправомерности в действиях (бездействии) ответчиков и, как следствие, совокупности оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности и удовлетворения требований истца.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка, нормы материального права применены верно. Оснований для переоценки установленных судом обстоятельств и для изменения правовых выводов апелляционный суд не усматривает.

Иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права и сводятся лишь к несогласию в целом с правильной оценкой установленных по делу обстоятельств, что не может являться основанием к отмене обжалуемого судебного акта.

При отмеченных обстоятельствах, оснований для отмены обжалуемого определения суда, с учетом рассмотрения спора арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 27 июня 2023 года по делу № А60-66342/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

Л.В. Саликова 

 

Судьи

 

И.П. Данилова 

 

Т.В. Макаров