АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ

<

...>

http://www.kursk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А35-3822/2025

18 марта 2026 года

г. Курск

Резолютивная часть решения объявлена 03 марта 2026 года.

Арбитражный суд Курской области в составе судьи Кочетовой И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Звягиной А.С., рассмотрев в открытом судебном заседании 19.02.2026 с перерывом до 03.03.2026 дело по исковому заявлению

ФИО1

к обществу с ограниченной ответственностью «Эскулап» в лице конкурсного управляющего ФИО2

о признании договора ответственного хранения движимого имущества от 07.07.2022 недействительным,

при участии представителей:

от истца: ФИО3 по доверенности от 14.06.2024;

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 01.03.2025, ФИО5 по доверенности от 22.09.2025 (до перерыва); ФИО5 по доверенности от 22.09.2025 (после перерыва),

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Курской области (с учетом определения Ленинского районного суда г. Курска от 08.07.2024 по делу №2-4438/2024 о передаче дела по подсудности в Арбитражный суд Курской области, а также определения Арбитражного суда Курской области от 05.05.2025 по делу №А35-5485/2020 об оставлении заявления без рассмотрения в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), вступившими в законную силу) с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Эскулап» в лице конкурсного управляющего ФИО2 о признании договора ответственного хранения движимого имущества от 07.07.2022 недействительным.

Определением суда от 30.05.2025 исковое заявление принято к производству в порядке общего искового производства.

Определением от 05.11.2025 суд назначил дело к судебному разбирательству.

18.02.2026 ответчик представил ходатайство о приостановлении производства по делу до рассмотрения кассационной жалобы на решение Ленинского районного суда г.Курска от 29.08.2025 и апелляционное определение Курского областного суда от 14.01.2026 по делу № 2-433/2025.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

Исходя из цели такого правового института арбитражного процесса, как приостановление производства по делу, невозможность рассмотрения дела арбитражным судом обусловлена взаимной связью дел, при которой обстоятельства, входящие в предмет доказывания по одному делу, устанавливаются или оспариваются в рамках рассмотрения другого дела, разрешаемого в судебном порядке.

Вопрос о необходимости приостановления производства по делу разрешается арбитражным судом в каждом конкретном случае на основе установления и исследования фактических обстоятельств в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 25.05.2017 № 1091-О).

Как следует из ходатайства ответчика, Общество, обосновывая необходимость приостановления производства по делу, указывало на возможность кассационного обжалования сторонами решения Ленинского районного суда г. Курска от 29.08.2025 и апелляционного определения Курского областного суда от 14.01.2026 по делу № 2-433/2025.

Между тем, из открытых сведений, отраженных на официальном сайте Ленинского районного суда г. Курска (lensud--krs.sudrf.ru), усматривается, что на дату оглашения резолютивной части решения по настоящему делу кассационная жалоба ответчика не поступала.

Таким образом, решение Ленинского районного суда г. Курска от 29.08.2025 по делу №2-433/2025 вступило в законную силу 14.01.2026.

Возможность лица, участвующего в деле, обратиться с кассационной жалобой о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по делу №2-433/2025 сама по себе не препятствует рассмотрению настоящего искового заявления и не влечет обязанность суда приостановить производство по делу.

В случае отмены указанных судебных актов, сторона имеет право на обращение в суд с заявлением о рассмотрении дела по вновь открывшимся обстоятельствам (глава 37 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, арбитражным судом не установлено обстоятельств невозможности рассмотрения настоящего дела до рассмотрения кассационной жалобы на решение Ленинского районного суда г. Курска от 29.08.2025 и апелляционное определение Курского областного суда от 14.01.2026 по делу № 2-433/2025.

На основании изложенного, ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьями 143, 159 АПК РФ, суд, совещаясь на месте, отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о приостановлении производства по делу, о чем объявлено протокольное определение в порядке ст. 184 АПК РФ. Судом разъяснен порядок его обжалования.

18.02.2026 Общество также представило ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6 (бывшего руководителя ООО «Эскулап»).

Согласно части 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Таким образом, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем материально-правовым отношением, которое является предметом разбирательства в суде. Основанием для вступления в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом.

Целью участия третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, является предотвращение неблагоприятных для него последствий.

Исходя из смысла приведенной правовой нормы привлечение третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, является правом, а не обязанностью суда (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2017 №304-КГ17-11116).

Для привлечения лиц к участию в деле необходимо, чтобы судебный акт не просто затрагивал права и обязанности этих лиц, а был принят непосредственно об их правах и обязанностях.

При этом судебный акт может быть признан вынесенным о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, лишь в том случае, если им устанавливаются права или обязанности этого лица либо возлагаются обязанности на это лицо по установленным судом правоотношениям.

Материалами дела подтверждается, что спор по настоящему делу касается установления факта наличия/отсутствия оснований для признания договора хранения движимого имущества от 07.07.2022, заключенного между ООО «Эскулап» и ФИО1, недействительным.

ФИО6 стороной оспариваемого договора не является, и, как следствие, судебный акт по настоящему делу не влияет на права и законные интересы данного лица по отношению к сторонам спора.

При этом привлечение бывшего директора ООО «Эскулап» к участию в деле №А35-5485/2020 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, вопреки доводам ответчика, не свидетельствует о необходимости такого привлечения в рамках настоящего дела.

На основании изложенного, суд, совещаясь на месте, в соответствии с положениями статей 51, 159 АПК РФ отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6.

В отношении ходатайств ответчика от 19.02.2026, 03.03.2026 о приобщении к материалам дела дополнительных документальных доказательств в обоснование своей правовой позиции суд отмечает следующее.

Согласно части 1 статьи 67 АПК РФ арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

Арбитражный суд не принимает поступившие в суд документы, не имеющие отношения к установлению обстоятельств по рассматриваемому делу, и отказывает в приобщении их к материалам дела (часть 2 статьи 67 АПК РФ).

Оценив представленные Обществом документы на соответствие критериям относимости, допустимости, достоверности, суд установил, что их содержание связано исключительно с правоотношениями ответчика с третьими лицам (заключение сделки купли-продажи оборудования, учетом имущества на балансе самой организации, проведении котрольно-надзорных мероприятий в отношении ООО «Эскулап» и др.), предшествующими заключению спорного договора хранения. При этом, вопреки доводам Общества, представленные документы не свидетельствуют о фактическом наличии спорного имущества по состоянию на дату заключения оспариваемого договора.

С учетом указанного, суд, руководствуясь статьями 67, 159 АПК РФ, отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о приобщении дополнительных доказательств, представленных 19.02.2026 и 03.03.2026, к материалам дела ввиду их несоответствия критерию относимости, о чем объявлено протокольное определение. Судом разъяснен порядок его обжалования.

В судебном заседании 03.03.2026 представитель ответчика устно ходатайствовал об отложении судебного заседания.

Рассмотрев ходатайство ответчика, арбитражный суд отмечает следующее.

По смыслу частей 2-5 статьи 158 АПК РФ отложение судебного заседания является не обязанностью, а правом суда, предоставленным законодательством для обеспечения возможности полного и всестороннего рассмотрения дела.

Суд вправе отклонить ходатайство, если признает причины для отложения судебного разбирательства не уважительными.

Таким образом, положения статьи 158 АПК РФ носят диспозитивный характер и применяются по усмотрению суда. В каждой конкретной ситуации суд, исходя из обстоятельств дела и мнения лиц, участвующих в деле, самостоятельно решает вопрос об отложении дела слушанием, за исключением тех случаев, когда суд обязан отложить рассмотрение дела ввиду невозможности его рассмотрения в силу требований Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ходатайствуя об отложении судебного разбирательства, истец в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не обосновал необходимость отложения представлением каких-либо документальных доказательств, которые могли бы повлиять на разрешение спора.

При таких обстоятельствах, с учетом наличия в материалах дела достаточных для разрешения спора доказательств, принимая во внимание сроки рассмотрения настоящего дела, суд, совещаясь на месте, отказал в удовлетворении ходатайства истца об отложении судебного заседания, о чем объявлено протокольное определение. Судом разъяснен порядок его обжалования.

В обоснование исковых требований истец ссылался на то, что оспариваемый договор хранения является мнимой сделкой, поскольку она совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, и направлена на формирования фиктивного документооборота. В частности, договор хранения от 07.07.2022 был заключен с целью искусственного подтверждения факта наличия имущества у ООО «Эскулап» на момент проведения инвентаризации. Конечной целью совершенной сделки, по мнению истца, являлось уклонение конкурсного управляющего от установленной законом ответственности за бездействие.

Ответчик, возражая против удовлетворения исковых требований, полагал доводы истца о фактическом отсутствии у должника спорного имущества необоснованным. В обоснование своих возражений Общество представило документальные доказательства (договоры купли-продажи/подряда, подтверждающие факт приобретения имущества должником, а также инвентаризационную опись имущества и отчет об оценке рыночной стоимости спорного имущества). Кроме того, ответчик обратил внимание на то, что в отчете об оценке имущества представлены фотографии оборудования, размещенного в здании завода, подтверждающие, по мнению Общества, факт наличия спорного имущества на момент заключения договора хранения.

Изучив материалы дела, заслушав представителей сторон, арбитражный суд установил следующее.

Решением Арбитражного суда Курской области от 28.04.2021 по делу №А35-5485/2020 общество с ограниченной ответственностью «Эскулап» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

Определением Арбитражного суда Курской области от 18.01.2022 арбитражный управляющий ФИО7 был освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Эскулап», новым конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2.

07.07.2022 между обществом с ограниченной ответственностью «Эскулап» в лице конкурсного управляющего ФИО2 (далее – Поклажедатель) и ФИО1 (далее – Хранитель) был заключен договор ответственного хранения движимого имущества, по условиям которого Хранитель принял на себя обязательство по хранению имущества, переданного Поклажедателем, и возврату этого имущества в сохранности.

В соответствии с пунктом 1.2 договора Поклажедатель передал на хранение следующее имущество:

– Термопластавтомат JSW J-l10AD в количестве 3 шт.;

– Термопластавтомат JSW J-180AD в количестве 5 шт.;

– Сушилка горячевоздушная G35 в количестве 5 шт.;

– Бункер сушильный Т100 в количестве 5 шт.;

– Сушилка горячевоздушная G33 в количестве 3 шт.;

– Бункер сушильный Т50 в количестве 3 шт.;

– Загрузчик вакуумный однофазный S52 в количестве 8 шт.;

– Водоохладитель SCW6811 в количестве 1 шт.;

– Установка умягчения воды в количестве 1 шт.;

– Извлекатель литников BRP850VW в количестве 1 шт.;

– Извлекатель литников BRP650V в количестве 2 шт.;

– Установка для нейтрализации оксида этилена от двух стерилизаторов медицинских изделий в количестве 1 шт.;

– Стерилизатор этилен-оксидный HMQ-20 в количестве 1 шт.;

– Цилиндр 1 мл, Луер Слип, 56 знаков в количестве 1 шт.;

– Шток 1 мл, 56 знаков в количестве 1 шт.;

– Манжета 1 мл для ПВХ, 108 знаков в количестве 1 шт.;

– Цилиндр 2 мл, Луер Лок, 56 знаков в количестве 1 шт.;

– Манжета 2 мл для ПВХ, 108 знаков в количестве 1 шт.;

– Цилиндр 5 мл, Луер Лок, 56 знаков в количестве 1 шт.;

– Манжета 5 мл для ПВХ, 56 знаков в количестве 1 шт.;

– Цилиндр 10 мл, Луер Лок, 32 знака в количестве 1 шт.;

– Цилиндр 20 мл, Луер Лок, 20 знаков в количестве 1 шт.;

– Цилиндр 50 мл, Луер Лок, 8 знаков в количестве 1 шт.;

– Шток 50 мл, 12 знаков в количестве 1 шт.;

– Манжета 50 мл для ПВХ, 24 знака в количестве 1 шт.;

– Маркировочные машины для Цилиндров 1 мл, Центробежного типа в количестве 1 шт.;

– Маркировочные шины для цилиндров 50 мл, Центробежного типа	 в количестве 1 шт.;

– Сборочные машины для шприцев 1 мл, Центробежного типа в количестве 1 шт.;

– Сборочные машины для шприцев 50 мл, Центробежного типа в количестве 1 шт.;

– Блистерная упаковка с автоматическим контролем для 1 мл и 50 мл в количестве 2 шт.;

– Автоматическая машина загрузки шприцев для 1 мл и 20 мл в количестве 2 шт.;

– Автоматическая машина загрузки игл в количестве 1 шт.;

– Пресс-форма для упаковки шприца 20 мл в количестве 1 шт.;

– Ролик с силиконовым покрытием для маркировочных машин в количестве 3 шт.;

– Реле для машин упаковки в количестве 40 шт.;

– Контроллер скорости для линии укладки в количестве 4 шт.;

– Уплотнительное кольцо, 4 мм в количестве 30 шт.;

– Скребок для снятия чернил в количестве 20 шт.;

– Клапан трехпортовый для линии укладки в количестве 2 шт.;

– Разбрызгиватель силикона для маркировочных машин в количестве 3 шт.;

– Регулятор для блистера в количестве 2 шт.;

– Оптический датчик для укладчика в количестве 2 шт.;

– Уплотнительное кольцо, 5 мм в количестве 10 шт.;

– Уплотнительные прокладки для упаковочных машин 2 мл, 5 мл, 10 мл, 20 мл (по 3 шт) в количестве 12 шт.;

– Форма для литья уплотнительной прокладки в количестве 4 шт.;

– Зажимы с пружинами для упаковочных машин в количестве 200 шт.;

– Распределитель, пневмоклапан для робота на термопластавтоматы в количестве 3 шт.

Согласно пункту 2.1 договора Хранитель обязуется:

а) хранить Имущество в течение срока действия настоящего Договора, указанного в п. 9.5 настоящего Договора;

б) принять для сохранности переданного ему Имущества меры, обязательность которых смотрена законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке (противопожарные, санитарные, охранные и т.п.);

в) принять для сохранности Имущества также меры, соответствующие обычаям делового оборота и существу настоящего Договора, в том числе свойствам переданного на хранение Имущества;

г) без согласия Поклажедателя не использовать переданное на хранение Имущество, а равно не предоставлять возможность пользования им третьим лицам, за исключением случаев, когда пользование хранимого Имущества необходимо для обеспечения ее сохранности и не противоречит настоящему Договору;

д) незамедлительно уведомить Поклажедателя о необходимости изменения условий хранения Имущества, предусмотренных настоящим Договором, и дождаться его ответа.

Хранение по настоящему договору осуществляется безвозмездно (пункт 3.4 договора).

Как следует из искового заявления, истец полагает, что предпосылками для заключения оспариваемого договора хранения от 07.07.2022 послужило неисполнение конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Эскулап» обязанности по проведению инвентаризации имущества должника в сроки, установленные действующим законодательством, что повлекло за собой не установление должным образом состава и объема имущества, принадлежащего Обществу на момент признания его банкротом.

В соответствии с пояснениями истца, в 2022 году к нему обратилось неустановленное лицо, которое представилось помощником и представителем конкурсного управляющего ООО «Эскулап». Указанное лицо, ссылаясь на формальную необходимость оформления, инициировало подписание ФИО1 ряда документов, относящихся к процедуре конкурсного производства должника.

При этом, как подчеркивает истец, фактическая передача имущества не осуществлялась, подписанные документы носили исключительно формальный характер, не отражавший реального перемещения материальных ресурсов.

По мнению истца, подписание договора хранения от 07.07.2022 носило фиктивный характер и преследовало цель освобождения конкурсного управляющего должника от ответственности за неисполнение законодательно предусмотренных обязанностей.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Курской области с настоящим исковым заявлением о признании договора хранения от 07.07.2022 недействительным.

Оценив представленные документальные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), арбитражный суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Часть 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) предоставляет заинтересованному лицу право обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В силу положений статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) защита гражданских прав может осуществляться способами, предусмотренными законом, в том числе путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Статья 153 ГК РФ признает сделками действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Таким образом, сделки представляют собой действия, соответствующие требованиям законодательства, и направленные на достижение определенного правового результата.

По правилам статьи 421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами, также стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор).

Статьей 422 ГК РФ предусмотрено, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом, и иным правовым актам, действующим в момент его заключения.

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 №305-ЭС16-2411).

Таким образом, характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий, у них отсутствует цель в достижении заявленных результатов.

Судом установлено, что между обществом с ограниченной ответственностью «Эскулап» в лице конкурсного управляющего ФИО2 (далее – Поклажедатель) и ФИО1 (далее – Хранитель) был заключен договор ответственного хранения движимого имущества от 07.07.2022.

По своей правовой природе заключенный сторонами договор от 07.07.2022 является договором хранения, правовое регулирование которого определено главой 47 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 ГК РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Из содержания указанной правовой нормы следует, что предметом договора хранения является деятельность хранителя по обеспечению сохранности вверенного ему имущества, в связи с чем, имущество как объект хранения из владения поклажедателя должно быть передано им хранителю.

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд пришел к выводу о том, что доказательств фактической передачи движимого имущества хранителю, равно как и доказательств наличия спорного имущества у ответчика на дату заключения оспариваемого договора материалы дела не содержат.

В частности, представленные ответчиком договоры купли-продажи/поставки от 23.09.2015, 28.09.2015, 23.12.2015, 08.10.2015, 16.11.2015 относятся к периоду, значительно предшествующему дате заключения договора хранения (07.07.2022), и не позволяют установить факт наличия данного имущества на дату заключения оспариваемой сделки.

При таких обстоятельствах, указанные договоры, вопреки доводам ответчика, не могут быть признаны судом в качестве надлежащего доказательства наличия у ООО «Эскулап» движимого имущества на дату заключения договора хранения с ФИО1

Ссылки общества с ограниченной ответственностью «Эскулап» на учет должником движимого имущества, переданного по договору хранения от 07.07.2022, в составе инвентаризационной описи №2 от 28.09.2022 и проведении в отношении него оценки рыночной стоимости, как в обоснование фактического наличия имущества на дату заключения договора, признаются судом несостоятельными ввиду следующего.

Пункт 1 статьи 129, пункты 1 и 2 статьи 130 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предписывают конкурсному управляющему принять в ведение имущество должника и провести его инвентаризацию.

Целью инвентаризации является определение фактического наличия у юридического лица имущества, за счет которого производится погашение требований кредиторов.

Как следует из инвентаризационной описи №2 от 28.09.2022, по результатам дополнительной инвентаризации имущества ООО «Эскулап» конкурсным управляющим на балансе должника были выявлены следующие объекты:

– Термопластавтомат JSW J-l10AD в количестве 3 шт.;

– Термопластавтомат JSW J-180AD в количестве 5 шт.;

– Сушилка горячевоздушная G35 в количестве 5 шт.;

– Бункер сушильный Т100 в количестве 5 шт.;

– Сушилка горячевоздушная G33 в количестве 3 шт.;

– Бункер сушильный Т50 в количестве 3 шт.;

– Загрузчик вакуумный однофазный S52 в количестве 8 шт.;

– Водоохладитель SCW6811 в количестве 1 шт.;

– Установка умягчения воды в количестве 1 шт.;

– Извлекатель литников BRP850VW в количестве 1 шт.;

– Извлекатель литников BRP650V в количестве 2 шт.;

– Установка для нейтрализации оксида этилена от двух стерилизаторов медицинских изделий в количестве 1 шт.;

– Стерилизатор этилен-оксидный HMQ-20 в количестве 1 шт.;

– Цилиндр 1 мл, Луер Слип, 56 знаков в количестве 1 шт.;

– Шток 1 мл, 56 знаков в количестве 1 шт.;

– Манжета 1 мл для ПВХ, 108 знаков в количестве 1 шт.;

– Цилиндр 2 мл, Луер Лок, 56 знаков в количестве 1 шт.;

– Манжета 2 мл для ПВХ, 108 знаков в количестве 1 шт.;

– Цилиндр 5 мл, Луер Лок, 56 знаков в количестве 1 шт.;

– Манжета 5 мл для ПВХ, 56 знаков в количестве 1 шт.;

– Цилиндр 10 мл, Луер Лок, 32 знака в количестве 1 шт.;

– Цилиндр 20 мл, Луер Лок, 20 знаков в количестве 1 шт.;

– Цилиндр 50 мл, Луер Лок, 8 знаков в количестве 1 шт.;

– Шток 50 мл, 12 знаков в количестве 1 шт.;

– Манжета 50 мл для ПВХ, 24 знака в количестве 1 шт.;

– Маркировочные машины для Цилиндров 1 мл, Центробежного типа в количестве 1 шт.;

– Маркировочные шины для цилиндров 50 мл, Центробежного типа	 в количестве 1 шт.;

– Сборочные машины для шприцев 1 мл, Центробежного типа в количестве 1 шт.;

– Сборочные машины для шприцев 50 мл, Центробежного типа в количестве 1 шт.;

– Блистерная упаковка с автоматическим контролем для 1 мл и 50 мл в количестве 2 шт.;

– Автоматическая машина загрузки шприцев для 1 мл и 20 мл в количестве 2 шт.;

– Автоматическая машина загрузки игл в количестве 1 шт.;

– Пресс-форма для упаковки шприца 20 мл в количестве 1 шт.;

– Ролик с силиконовым покрытием для маркировочных машин в количестве 3 шт.;

– Реле для машин упаковки в количестве 40 шт.;

– Контроллер скорости для линии укладки в количестве 4 шт.;

– Уплотнительное кольцо, 4 мм в количестве 30 шт.;

– Скребок для снятия чернил в количестве 20 шт.;

– Клапан трехпортовый для линии укладки в количестве 2 шт.;

– Разбрызгиватель силикона для маркировочных машин в количестве 3 шт.;

– Регулятор для блистера в количестве 2 шт.;

– Оптический датчик для укладчика в количестве 2 шт.;

– Уплотнительное кольцо, 5 мм в количестве 10 шт.;

– Уплотнительные прокладки для упаковочных машин 2 мл, 5 мл, 10 мл, 20 мл (по 3 шт) в количестве 12 шт.;

– Форма для литья уплотнительной прокладки в количестве 4 шт.;

– Зажимы с пружинами для упаковочных машин в количестве 200 шт.;

– Распределитель, пневмоклапан для робота на термопластавтоматы в количестве 3 шт.

Детальный анализ перечня имущества, поименованного в инвентаризационной описи, свидетельствует о его полной идентичности перечню объектов, переданных по договору хранения от 07.07.2022.

При этом сведения о выявлении дополнительного оборудования, а также информация о проведении конкурсным управляющим дополнительной инвентаризации были опубликованы позднее даты заключения договора хранения – 28.09.2022. Представитель истца в судебном заседании не отрицал факт составления инвентаризационной описи позднее даты заключения спорного договора и без фактического установления количества и наименования имущества.

Ввиду существенной разницы в датах составления документов, а также с учетом того, что договор хранения от 07.07.2022 был заключен ранее фиксации сведений о проведении дополнительной инвентаризации и выявления соответствующего имущества, инвентаризационная опись №2 от 28.09.2022 не может служить достоверным доказательством наличия спорного имущества на балансе ООО «Эскулап» на дату заключения договора хранения.

Помимо этого, суд учитывает, что инвентаризационная опись была составлена конкурсным управляющим ООО «Эскулап» ФИО2 единолично, без привлечения иных лиц, и, как следствие, повлекло за собой невозможность истца участвовать при проведении инвентаризации, давать пояснения, следить за ее ходом.

В свою очередь, проанализировав содержание отчета об оценке рыночной стоимости оборудования для производства одноразовых шприцев №МО-0446-2023 от 14.07.2023, подготовленного ООО «Независимым центром БАЛТЭКСПЕРТИЗА», суд установил, что оценка производилась без осмотра имущества, на основании фотографий заказчика.

При этом представленные конкурным управляющим ООО «Эскулап» ФИО2 фотографии оборудования, находящегося в здании завода, нельзя с достоверностью признать надлежащими доказательствами, поскольку фотоматериал не позволяет соотнести фиксируемые на фотографиях объекты со спорным имуществом и рассматриваемым периодом, так как на них отсутствует привязка к местности и дате съемки.

При таких обстоятельствах, ссылка ответчика на сведения, отраженные в инвентаризационной описи №2 от 28.09.2022 и отчете об оценке рыночной стоимости оборудования для производства одноразовых шприцев №МО-0446-2023 от 14.07.2023, судом отклоняется как несостоятельная.

Помимо указанного суд учитывает, что факт отсутствия у общества с ограниченной ответственностью «Эскулап» имущества, составляющего предмет договора хранения, на дату его заключения также установлен вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда от 29.08.2025 по делу №2-433/2025 (определением Курского областного суда от 14.01.2026 решение Ленинского районного суда от 29.08.2025 по делу №2-433/2025 оставлено без изменения).

В силу части 3 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные в рамках дела №2-433/2025, имеют преюдициальное значение для настоящего дела.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный суд признает доводы истца об отсутствии у ООО «Эскулап» спорного имущества на дату заключения оспариваемой сделки обоснованными и документально подверженными.

Суд также принимает во внимание, что сторонами в договоре хранения от 07.07.2022 не было определено место хранения имущества.

При этом в собственности ФИО1 специализированных и складских помещений, способных обеспечить надлежащее хранение передаваемого оборудования, на дату заключения договора не имелось. Договоры аренды соответствующих помещений у хранителя также отсутствовали. Доказательств, свидетельствующих об обратном, материалы дела не содержат (статья 65 АПК РФ).

В свою очередь, объекты недвижимости, в которых, согласно правовой позиции ООО «Эскулап», хранилось оборудование принадлежали иным лицам, не являющимся сторонами оспариваемого договора.

Так, правообладателем нежилых зданий с кадастровыми номерами 46:29:102128:111, 46:29:102128:109, 46:29:102128:110, 46:29:102128:108, расположенных по адресу: 

<

...>, является ООО «Росмедстрах-К»; объекта недвижимости с кадастровым номером 46:29:102128:105, расположенного по адресу: 

<

...>, – ООО «Прогресс».

При этом, вопреки доводам ответчика, материалы дела не содержат документальных доказательств, подтверждающих наличие у ФИО1 статуса арендатора вышеуказанных объектов недвижимости в спорный период времени (статья 65 АПК РФ).

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что у ФИО1 на дату заключения договора хранения от 07.07.2022 фактически отсутствовала возможность обеспечения соответствующего места хранения, в связи с чем, передача ему дорогостоящего оборудования была бы нецелесообразной.

Вышеуказанный вывод суда согласуется с обычным стандартом поведения конкурсного управляющего, который сложился в рамках процедуры банкротства общества с ограниченной ответственностью «Эскулап».

Так, определением от 21.12.2023 по делу №А35-5485/2020 Арбитражный суд Курской области признал действия конкурсного управляющего ООО «Эскулап» ФИО2 по привлечению специализированной организации – ООО ЧОП СБ «Гром» обоснованными.

В указанной ситуации конкурсный управляющий, действуя в интересах должника, с целью обеспечения сохранности имущества, исключения доступа посторонних лиц, во избежание порчи, повреждения и хищения имущества до их реализации в рамках конкурсного производства, привлек к исполнению задачи профессионального участника гражданско-правовых отношений, обладающего соответствующими ресурсами и компетенцией в сфере охраны объектов.

В настоящей же ситуации, действия конкурсного управляющего по передаче имущества на ответственное хранение ФИО1 существенно отличаются и выходят за пределы стандартного поведения профессионального участника отношений в сфере банкротства (ФИО1 не обладает необходимыми имущественными ресурсами для надлежащего хранения переданного оборудования, у него отсутствуют профессиональные познания и опыт в области организации хранения такого имущества).

Анализируя положения оспариваемого договора, арбитражный суд также обращает внимание на его безвозмездный характер, прямо закрепленный в пункте 3.4 договора.

Само по себе заключение безвозмездного договора хранения не противоречит нормам действующего законодательства (пункт 5 статьи 896 ГК РФ), однако по общему правилу, установленному пунктом 2 статьи 897 ГК РФ, при безвозмездном хранении поклажедатель обязан возместить хранителю произведенные им необходимые расходы.

В рассматриваемом случае условия договора существенным образом отклоняются от установленного законом баланса интересов хранителя и поклажедателя: бремя несения всех расходов, связанных с хранением имущества (в т.ч. оплата аренды помещений, коммунальных платежей, затрат на обеспечение сохранности имущества, его технического обслуживания и иных сопутствующих издержек), полностью возлагалось на ФИО1 При этом договор не предусматривал каких-либо компенсационных выплат либо возмещения понесенных затрат со стороны ООО «Эскулап» в пользу хранителя.

При этом мотивы заключения истцом договора ответственного хранения на безвозмездной основе и с условием самостоятельного несения расходов на хранение переданного имущества без возможности их компенсации не соответствуют критериям целесообразности и разумности, а так же отклоняются от общепринятых стандартов поведения участников гражданских правоотношений.

Указанные обстоятельства в совокупности с иными дают основания полагать, что оспариваемая сделка была совершена с иной целью, отличающейся от реального осуществления хранения имущества (мнимой).

В соответствии со статьей 68 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно статье 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Исходя из вышеизложенное, принимая во внимание безвозмездный характер договора, отсутствие в материалах дела достоверных доказательств, свидетельствующих о фактическом наличии имущества и его передаче истцу на хранение, с учетом того, что поведение сторон сделки при заключении данного договора хранения не отвечает стандартам добросовестного и разумного осуществления гражданских прав, оценив представленные доказательства по правилам статей 68, 71 АПК РФ, суд признает требования ФИО1 о признании договора хранения от 07.07.2022 недействительным обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Государственная пошлина за рассмотрение настоящего спора в силу ст. 110 АПК РФ подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

На основании статей 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 16, 17, 27, 28, 102, 110, 167-170, 176 и 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 (ИНН 

<

***>) удовлетворить.

Признать недействительным договор ответственного хранения движимого имущества от 07.07.2022.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Эскулап» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (ИНН 

<

***>) расходы по оплате госпошлины в размере 15 000 руб. 00 коп.

Данное решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Курской области в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в г. Воронеже.

Судья 	И.В. Кочетова