1137/2018-140102(1) 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65 http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-88569/2016

18 апреля 2018 года

г. Санкт-Петербург

/тр.3  Резолютивная часть постановления объявлена 11 апреля 2018 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 18 апреля 2018 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Медведевой И.Г. судей Слоневской А.Ю., Тойвонена И.Ю. 

при ведении протокола судебного заседания: до перерыва в судебном заседании -  секретарем Пронькиной Т.С., после перерыва в судебном заседании - секретарем  Прониным А.Л.,  

при участии: от АО «Новая Скандинавия»: Воронков А.Ю. по доверенности от 18.01.2018, 

от ПАО «Сбербанк»: Андреев М.И. по доверенности от 27.04.2017, Иванова С.А. по  доверенности от 14.04.2017,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  (регистрационный номер 13АП-5182/2018) АО «Новая Скандинавия» на  определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 09.02.2018 по делу № А56-88569/2016/тр.3 (судья Кузнецов Д.А.), принятое по  заявлению АО «Новая Скандинавия» о включении требования в реестр требований  кредиторов должника  

третьи лица: ООО «Форвард» и его конкурсный управляющий Морозов Михаил  Владимирович  

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Прайм Истейт»,  

установил:

Определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 30.08.2017 в отношении ЗАО «Прайм Истейт» (ОГРН: 1107847076556,  адрес местонахождения: 197110, г. Санкт-Петербург, Морской проспект, дом 28,  литер А, пом.2Н) (далее – должник) введена процедура наблюдения, временным  управляющим утвержден Иванов Игорь Георгиевич.  

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения  опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 09.09.2017.  

В пределах срока, установленного пунктом 1 статьи 71 ФЗ от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), АО  

«Новая Скандинавия» (далее – кредитор) обратилась с заявлением о включении в  реестр требований кредиторов должника требования в размере 457 675 525,19 руб.  

В качестве основания заявленного требования кредитор сослался на договор  поручительства от 15.06.2016, согласно которому ЗАО «Прайм Истейт» (поручитель)  обязался в полном объеме солидарно с основным должником отвечать перед  кредитором за исполнение ООО «Форвард» (основным должником) обязательства  по передаче кредитору по окончании строительства результата инвестирования в  собственность 400 машиномест в паркинге, проектирующемся и строящемся по  адресу: Санкт-Петербург, Шувалово, Береговая улица, д. 2А, литер Б.  

Определением от 16.10.2017 к участию в обособленно споре в качестве  третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета  спора, привлечены основной должник – ООО «Форвард» и его конкурсный  управляющий Морозов Михаил Владимирович.  

Определением от 09.02.2018 в удовлетворении заявления отказано. Суд  первой инстанции, приняв во внимание аффилированность сторон сделки, пришел к  выводу о направленности воли кредитора на получение контроля за ходом  процедуры банкротства; необоснованное увеличение кредиторской задолженности  должника. При этом, суд первой инстанции критически отнесся к документам,  представленным в материалы дела 15.12.2017, и не принял их во внимание при  рассмотрении настоящего спора, поскольку посчитал, что они представлены  неуполномоченным на то лицом.  

В апелляционной жалобе АО «Новая Скандинавия» просит указанное  определение отменить, требование кредитора признать обоснованным и включить в  третью очередь реестра требований кредиторов должника, ссылаясь на то, что  вопрос о наличии/отсутствия полномочий у представителя АО «Новая  Скандинавия» Мищенко Д.В., подавшего 15.12.2017 первичные документы, на  которых основано требование кредитора не имеет решающего правового значения,  поскольку, во-первых, требование кредитора было поддержано в полном объеме  представителем конкурсного управляющего Иванова И.Г. и полномочия которого  никто не ставит под сомнение. Во-вторых, суд первой инстанции не обосновал  вывод о том, что Мищенко Д.В. не уполномочен на подачу документации. И в- третьих, документы не были возвращены арбитражным судом, а напротив, приняты  и находились на момент рассмотрения требования в материалах дела. Таким  образом, по мнению подателя жалобы, оснований не учитывать наличие данных  документов при вынесении итогового судебного акта не имеется. Также  неправомерным податель жалобы считает вывод суда первой инстанции о  направленности воли кредитора на получение контроля за ходом процедуры  банкротства и необоснованное увеличение кредиторской задолженности должника.  Так, в материалы дела были представлены полный пакет документов,  подтверждающий размер задолженности должника перед кредитором;  поручительство было выдано на срок по 31.12.2020; оспорен данный договор в  установленном порядке не был, заявлений о фальсификации также не  рассматривалось, таким образом, считать его недействительным, либо саму сделку  мнимой не представляется возможным. Кроме того, податель жалобы, обращая  внимание на ссылки суда первой инстанции в обжалуемом судебном акте на нормы  о сроках исковой давности, без какого-либо вывода о его пропуске, указывает, что  срок исковой давности по требованию не истек, так как, согласно пункта 7.1  договора № И-3, он действует с момента подписания и до полного исполнения  сторонами своих обязательств, и дополнительными соглашениями  ориентировочный срок сдали объекта постоянно отодвигался на более поздний  период; согласно последнего дополнительного соглашения от 15.02.2013,  

ориентировочный срок сдачи объекта был перенесен на январь 2015 года; кроме  того, в материалы дела был представлен акт сверки по состоянию на 30.09.2017,  подписанный сторонами. Податель жалобы считает, что также осталось совершенно  не мотивированно применение арбитражным судом статьи 10 Гражданского кодекса  Российской Федерации, в частности, не указано, какие конкретно действия  кредитора следует квалифицировать как злоупотребление правом. Если речь идет о  получении контроля в процедуре банкротства, то в чем конкретно будет выражаться  этот контроль, если учесть, что требование кредитора, подлежащее включению в  реестр составляет всего лишь более 30% от общей суммы требований кредиторов,  включенных в реестр должника. Если суд имел ввиду необоснованное увеличение  кредиторской задолженности, то неясно чем мотивирован вывод о  необоснованности, если задолженность была подтверждена кредитором первичной  документацией. Податель жалобы отмечает, что у ООО «Прайм Истейт»  существовал экономический интерес к данной сделке: за то, что должник дает  поручительство, ООО «Форвард» обязалось передать на реализацию ООО «Прайм  Истейт» все машиноместа, которые должны были быть получены ООО «Форвард» в  рамках инвестиционного договора.  

В дополнительных объяснениях АО «Новая Скандинавия» указывает, что  кредитор включается в реестр требований кредиторов не только в ЗАО «Прайм- Истейт», но и в реестр других юридических лиц, которые также являлись  поручителями перед заявителем (ООО «Партнер», ООО «Мособлстрой-17»), а  также в реестр требований кредиторов основного должника – ООО «Форвард».  Между должником и кредитором имелись общие финансовые интересы; более того,  ПАО «Сбербанк России» также потребовал в поручители ЗАО «Прайм-Истейт»,  ООО «Партнер» и ООО «Мособлстрой-17», включившись в реестр требований  кредиторов указанных лиц на основании договоров поручительств, заключенных в  2015 году, тогда как основное обязательство по выдаче кредита, в обеспечение  которого выдавались поручительства, возникло в 2012 году.  

В письменных возражениях на апелляционную жалобу ПАО «Сбербанк  России» просит оставить определение суда первой инстанции без изменения,  апелляционную жалобу без удовлетворения, указывая на то, что материалы  обособленного спора не содержат доказательств, подтверждающих обоснованность  заявленных требований, а именно: в материалы дела 15.12.2017 были  представлены копии документов неуполномоченным лицом; оригиналы тех же  самых документов суду не представлены. По мнению Банка, срок исковой давности  предъявления требований кредитора к ООО «Форвард» по основному  обязательству истек, следовательно, истек срок исковой давности и по  дополнительному обязательству – по договору поручительства АО «Прайм Истейт»  от 15.06.2016. Банк считает, что заключение договора поручительства после  наступления срока исполнения основного обязательства, неисполненного  должником, явно свидетельствует о злоупотреблении правом. Так, в соответствии с  условиями дополнительного соглашения от 22.12.2008 ориентировочный срок  окончания строительства объекта – 4 квартал 2010, тогда как договор  поручительства заключен 15.06.2016, то есть спустя пять лет после  предполагаемого срока окончания строительства. Кроме того, на момент  заключения договора поручительства кредитору было достоверно известно о  неплатежеспособности должника и невозможности исполнения обязательств по  заключенному договору поручительства от 15.06.2016; на указанную дату у  должника имелись кредитные обязательства на сумму более 794 млн.руб., при этом  по всем обязательствам имелась просрочка исполнения. При указанных  обстоятельствах должник заключает договор поручительства по обязательствам  

ООО «Форвард» перед АО «Новая Скандинавия», при этом все указанные компании  на момент заключения договора поручительства являлись аффилированными и  входили в одну группу компаний. В этой связи, ПАО «Сбербанк России» считает, что  целью договора поручительства являлось нарушение интересов иных кредиторов,  искусственное увеличение кредиторской задолженности должника в пользу  аффилированного лица, что свидетельствует о злоупотреблении правом, а сама  сделка не носила реального характера, совершена в рамках формального  документооборота (статьи 10, 170 ГК РФ). Действия кредитора направлены на  затягивание процедуры банкротства и установления контроля в процедуре  банкротства.  

В письменной позиции Банк дополнительно указывает, что недостаточность  имущества для исполнения обязательств за ООО «Форвард» в случае  неисполнения последним условий договора соинвестирования была явно очевидна,  учитывая соотношение активов должника и уже имеющихся обязательств перед  кредиторами. Так, согласно бухгалтерского баланса должника по состоянию на  30.03.2016, величина активов составляет 688 120 000 руб., а по состоянию на  30.07.2016 – 673 487 000 руб., тогда как кредитные обязательства должника по  состоянию на 15.06.2016 составляли более 794 млн.руб. ПАО «Сбербанк России»  обращает внимание на то, что все имущество должника находилось в залоге у  Банком, следовательно, у должника отсутствовали активы, достаточные для  исполнения обязательства, принятого по договору поручительства от 15.06.2016.  

В судебном заседании представитель АО «Новая Скандинавия» заявил  ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных пояснений, огласил  их в судебном заседании, поддержал доводы апелляционной жалобы, представил  суду и Банку копии документов, подтверждающих позицию кредитора.  

 Представитель ПАО «Сбербанк России» возражал против удовлетворения  апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в письменных возражениях.  

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (далее – АПК РФ) в судебном заседании объявлен перерыв до  11.04.2018 для ознакомления участников спора с поступившими документами, а  также для решения вопроса о приобщении к материалам дела дополнительных  документов АО «Новая Скандинавия».  

После перерыва судебное заседание продолжено, в материалы дела  поступили дополнительные позиции от участников обособленного спора, в том  числе возражения ПАО «Сбербанк России» относительно приобщения к  материалам дела дополнительных документов АО «Новая Скандинавия».  

Апелляционный суд, руководствуясь статьей 8, частью 2 статьи 268 АПК РФ  приобщил к материалам дела дополнительные документы АО «Новая  Скандинавия», подтверждающие доводы апелляционной жалобы, в связи с их  истребованием ПАО «Сбербанк России» в суде первой инстанции и в целях  обеспечения равноправия сторон.  

Представитель АО «Новая Скандинавия» поддержал доводы апелляционной  жалобы в полном объеме. Представитель ПАО «Сбербанк России» возражал  против удовлетворения апелляционной жалобы.  

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения,  апелляционный суд считает, что имеются основания для его отмены.  

Как следует из материалов дела, ООО «Форвард» на праве собственности  принадлежит земельный участок, общей площадью 6795 кв.м., расположенный по  адресу: г. Санкт-Петербург, Шувалово, Береговая улица, дом 2А, литер Б,  кадастровый номер 78:36:0005442:33.  

В отношении указанного земельного участка между ЗАО «ОЗЕРКИ»  (предыдущее наименование АО «Новая Скандинавия», соинвестор) и ООО  «Форвард» (инвестор) заключен договор № И-3 от 11.12.2007 о соинвестировании  проектирования и строительства паркинга на земельном участке, расположенном по  адресу: Санкт-Петербург, Шувалово, Береговая улица, д. 2А, литер Б, кадастровый  номер 78:36:5442:33, согласно которому соинвестор обязался осуществить  инвестирование проектирования и строительства паркинга на земельном участке,  расположенном по указанному адресу, в размере стоимости 20% полной  фактической себестоимости затрат на приобретение земельного участка,  проектирование, строительство, оплаты инвестиционных условий и иных затрат (в  том числе для погашения инвестором займов, привлеченных для проектирования и  строительства объекта, иных расходов инвестора, связанных с проектированием и  строительством объекта), а инвестор обязался в установленном законодательством  РФ порядке на условиях договора передать соинвестору по окончании  строительства результат инвестирования в собственность – 400 машиномест в  объекте.  

Согласно пункту 1.3 договора соинвестирования, ориентировочный срок  окончания строительства объекта – 4 квартал 2009 года.  

Пунктом 3.1.2 договора определено, что общая сумма инвестиционного  взноса составляет 100 000 000 руб.  

Дополнительными соглашениями от 22.12.2008, от 01.06.2009, от 27.07.2011,  от 28.07.2011, от 01.08.2011, ориентировочный срок окончания строительства  неоднократно передвигался и составил – 2 квартал 2012 года, общая сумма  инвестиционного взноса составила 550 000 000 руб.  

Согласно пунктам 2.1.4-2.1.6 договора инвестирования, инвестор обязан: 

- ставить соинвестора в известность о досрочном окончании строительства  объекта, при этом окончание строительства объекта подтверждается выданным  разрешением на ввод объекта в эксплуатацию;  

- принять меры по уведомлению соинвестора любым способом о  необходимости принятия машиномест по акту приема-передачи;  

- не позднее трех месяцев со дня окончания строительства объекта, при  условии исполнения соинвестором обязательств по оплате инвестору  инвестиционного взноса, размер которого установлен в пункте 3.1 договора, и  проведения окончательного взаиморасчета между сторонами, передать  соинвестору по акту приема-передачи машиноместа, составляющие долю  соинвестора в объекте в соответствии с пунктом 1.1 договора.  

В соответствии с пунктом 6.3 договора инвестирования, обязательство  инвестора, указанное в пункте 2.1.6 договора, считается исполненным надлежащим  образом с момента передачи им соинвестору причитающейся ему части помещений  в объекте пропорционально внесенным инвестициям, что подтверждается  соответствующим актом приемки-передачи. Пунктом 7.1 договора установлено, что  договор действует до полного исполнения сторонами своих обязательств.  

В подтверждение факта перечисления в пользу ООО «Форвард» денежных  средств в размере 457 675 525,19 руб. заявителем в материалы дела представлены  копии платежных поручений за период с 09.12.2008 по 07.10.2015, выписки по счету,  письма о перечислении денежных средств в пользу контрагентов инвестора.  

В судебном заседании представитель ПАО «Сбербанк России» не отрицал  наличие правоотношений между заявителем и ООО «Форвард», а также объем  внесенных денежных средств.  

В соответствии со статьей 6 Федерального закона от 25.02.1999 № 39-ФЗ «Об  инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме  

капитальных вложений» (далее – Федеральный закон № 39-ФЗ), инвесторы имеют  равные права на:  

осуществление инвестиционной деятельности в форме капитальных  вложений, за изъятиями, устанавливаемыми федеральными законами;  

самостоятельное определение объемов и направлений капитальных  вложений, а также заключение договоров с другими субъектами инвестиционной  деятельности в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации;  

владение, пользование и распоряжение объектами капитальных вложений и  результатами осуществленных капитальных вложений;  

передачу по договору и (или) государственному контракту своих прав на  осуществление капитальных вложений и на их результаты физическим и  юридическим лицам, государственным органам и органам местного самоуправления  в соответствии с законодательством Российской Федерации;  

осуществление контроля за целевым использованием средств, направляемых  на капитальные вложения;  

объединение собственных и привлеченных средств со средствами других  инвесторов в целях совместного осуществления капитальных вложений на  основании договора и в соответствии с законодательством Российской Федерации;  

осуществление других прав, предусмотренных договором и (или)  государственным контрактом в соответствии с законодательством Российской  Федерации.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 455 Гражданского кодекса Российской  Федерации предметом договора купли-продажи может быть как товар, имеющийся в  наличии у продавца в момент заключения договора, так и товар, который будет  создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом  или не вытекает из характера товара (договор купли-продажи будущей вещи).  

Согласно разъяснениям пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от  11.07.2011 № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из  договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в  будущем», при рассмотрении споров, вытекающих из договоров, связанных с  инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или  реконструкции объектов недвижимости, судам следует устанавливать правовую  природу соответствующих договоров и разрешать спор по правилам глав 30  («Купля-продажа»), 37 («Подряд»), 55 («Простое товарищество») Кодекса и т.д.  

Если не установлено иное, судам надлежит оценивать договоры, связанные с  инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или  реконструкции объектов недвижимости, как договоры купли-продажи будущей  недвижимой вещи. При этом судам необходимо учитывать, что положения  законодательства об инвестициях (в частности, статьи 5 Закона РСФСР «Об  инвестиционной деятельности в РСФСР», статьи 6 Федерального закона «Об  инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме  капитальных вложений») не могут быть истолкованы в смысле наделения лиц,  финансирующих строительство недвижимости, правом собственности (в том числе  долевой собственности) на возводимое за их счет недвижимое имущество.  

Право собственности на объекты недвижимости возникает у лиц,  заключивших договор купли-продажи будущей недвижимой вещи (включая случаи,  когда на такого рода договоры распространяется законодательство об  инвестиционной деятельности), по правилам пункта 2 статьи 223 ГК РФ, то есть с  момента государственной регистрации в ЕГРП этого права за покупателем.  

При этом, разъяснениями пункта 7 указанного Постановления Пленума ВАС  РФ рекомендовано, в случаях когда из условий договора усматривается, что каждая  

из сторон вносит вклады (передает земельный участок, вносит денежные средства,  выполняет работы, поставляет строительные материалы и т.д.) с целью достижения  общей цели, а именно создания объекта недвижимости, соответствующий договор  квалифицировать как договор простого товарищества.  

Как следует из материалов дела, ООО «Форвард» и ЗАО «Озерки»  (правопредшественник АО «Новая Скандинавия») осуществлялись мероприятия по  разработке и согласованию проекта многоуровневого паркинга, подведению  коммуникаций к объекту строительства и осуществлению иных мероприятий,  которые, в том числе были профинансированы АО «Новая Скандинавия» в  заявленном размере, а именно:  

- 09.02.2009 Комитет по государственному контролю, использованию и охране  памятников истории и культуры Санкт-Петербурга согласовал планировочные  ограничения развития территории проектирования;  

- 13.02.2009 ФСН в сфере защиты прав потребителей и благополучия  человека подготовлены санитарно-эпидемиологические заключения   № 78.12.05.000.М.000131.02.09 и № 78.12.05.000.М.000132.02.09 о соответствии  государственным санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам  территории для размещения открытых автостоянок;  

- 29.05.2009 от ФГУП «РС СП» были получены заключения № 353/351 и   № 352/350 по условиям присоединения к сети проводного радиовещания и РАСЦО  населения Санкт-Петербурга;  

- 04.06.2010 распоряжением КГА № 1833 утвержден градостроительный план  земельного участка № RU78117000-883;  

- 17.08.2010 ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» согласованы технические  условия на подачу воды и сброс бытовых сточных вод на период строительства  паркингов;  

- 02.08.2011 подготовлен акт по результатам историко-культурной экспертизы   № 3-6457-1;  

- 12.04.2012 подготовлено заключение КГИОП № 3-2730-1; 

- 19.09.2013 между ООО «Форвард» и ООО «Гипроавтотранс» заключены  договоры № П07-13/1 и № П07-13/2, предметом которых являлась разработка  проектной и рабочей документации многоуровневой стоянки легковых автомобилей  открытого типа «Паркинг-1» и «Паркинг-2», при этом, согласно заданию на  проектирование, сроки строительства определены 2014 – 2015 годы.  

В такой ситуации, с учетом специфики правоотношений сторон договора  инвестирования (товарищей), исходя из толкования условий договора  инвестирования в их взаимосвязи, с учетом длящегося характера совместной  деятельности по инвестированию в объект строительства и осуществления  инвестором инвестиционной деятельности вплоть до 07.10.2015, что  подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями, и  распространения на правоотношения сторон норм главы 50 Гражданского кодекса  Российской Федерации, довод ПАО «Сбербанк России» об истечении срока исковой  давности по основному требованию является несостоятельным. Требование АО  «Новая Скандинавия» о передаче 400 машиномест, в соответствии с положениями  статей 1041, 1050 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с  условиями договора (пункты 2.1.4-2.1.6 договора инвестирования), можно было бы  признать прекращенным только передачей АО «Новая Скандинавия» по акту  приема-передачи машиномест, составляющих долю последнего в объекте. Указание  в пункте 1.3 договора на срок окончания строительства (2 квартал 2012 года) не  может быть принят апелляционным судом во внимание, как в связи с  вышеизложенными обстоятельствами, так и в связи с вероятностным характером  

срока окончания строительства. Материалами дела подтверждается, что сторонами  (как участниками товарищества) осуществлялись мероприятия по подготовке  разрешительной документации по паркингам, заключению договоров на  проектирование, согласованию градостроительного плана земельного участка, и  совершены иные действия, необходимые для строительства.  

Кроме того, апелляционный суд обращает внимание на следующее. 

Общий срок исковой давности согласно статьи 196 Гражданского кодекса  Российской Федерации составляет три года со дня, определяемого в соответствии  со статьей 200 указанного Кодекса.  

Течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным  лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ).  

Пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм  Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее –  Постановление Пленума ВС РФ № 43) разъяснено, что к действиям,  свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой  давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора  уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга,  равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке  или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный  уполномоченным лицом.  

30.09.2017 между АО «Новая Скандинавия» и ООО «Форвард» подписан акт  сверки взаимных расчетов, согласно которому задолженность последнего составила  457 675 525,19 руб.  

Согласно разъяснениям пункта 21 Постановления Пленума ВС РФ, перерыв  течения срока исковой давности в связи с совершением действий,  свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока  давности, а не после его истечения.  

Вместе с тем по истечении срока исковой давности течение исковой давности  начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в  письменной форме (пункт 2 статьи 206 ГК РФ).  

Таким образом, вопреки позиции ПАО «Сбербанк России» срок исковой  давности является неистекшим, также ввиду признания ООО «Форвард» долга, с  учетом вышеуказанных разъяснений.  

Размер задолженности ООО «Форвард» перед АО «Новая Скандинавия» по  инвестиционному договору составляет 457 675 525,19 руб. Расчет задолженности  апелляционным судом проверен и лицами, участвующими в деле, не оспаривается,  равно как и фактическое наличие правоотношений между сторонами по поводу  строительства паркингов. Оригиналы указанных документов были представлены  апелляционному суду на обозрение. Присутствующий в судебном заседании  представитель ПАО «Сбербанк России» пояснил, что сомнения относительно  подлинности указанных документов и срока их изготовления у него отсутствуют.  

Доказательства исполнения ООО «Форвард» обязанности по погашению  данной задолженности и (или) передачи 400 машиномест АО «Новая Скандинавия»  в материалах дела отсутствуют.  

15.06.2016 между АО «Группа Прайм» (предыдущее наименование АО  «Новая Скандинавия») (кредитор) и ЗАО «Прайм Истейт» (поручитель) был  заключен договор поручительства, согласно которому поручитель обязался в  полном объеме солидарно с ООО «Форвард» (основной должник) отвечать перед  кредитором за исполнение должником обязательства по передаче 400 машиномест  в паркинге, проектирующемся и строящемся по адресу: Санкт-Петербург, Шувалово,  

Береговая улица, дом 2А, литер Б, кадастровый номер 78:36:5442:33, на основании  договора о соинвестировании № И-3 от 11.12.2007.  

Согласно пунктам 1.2, 2.1 договора поручительства, стороны договорились,  что предел ответственности поручителя – 550 000 000 руб. Поручитель обязался  нести солидарную ответственность перед кредитором за исполнение обязательств  должником в указанной сумме.  

В соответствии с пунктом 5.1 договора поручительства, поручительство  действует с даты подписания договора обеими сторонами по 31.12.2020  включительно.  

Решением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области по  делу № А56-72317/2016/вст.2 от 15.08.2017 основной должник по обеспеченному  обязательству – ООО «Форвард» признано несостоятельным (банкротом) по  упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении Общества открыта  процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Морозов  Михаил Владимирович.  

Данное обстоятельство, в соответствии с разъяснениями пункта 48  Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах  разрешения споров, связанных с поручительством», признается нарушением  основным должником обязательства; согласно пункту 1 статьи 126 Закона о  банкротстве с даты признания его банкротом срок исполнения его обязательств  считается наступившим.  

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 363 Гражданского Кодекса Российской  Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником  обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают  перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не  предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.  

При этом согласно разъяснениям, изложенным в пункте 51 Постановления  Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42, кредитор имеет право на установление его  требований как в деле о банкротстве основного должника, так и поручителя.  

Согласно пояснениям представителя ПАО «Сбербанк России» в судебном  заседании, у него нет претензий к действительности данного договора, сроку его  подписания и иным условиям. Основными претензиями к договору поручительства у  Банка являлась аффилированность сторон и злоупотребление ими при заключении  договора своими правами.  

Вопреки выводам суда первой инстанции и позиции ПАО «Сбербанк России»,  заинтересованность сторон сделки не может рассматриваться как доказательство,  безусловно свидетельствующее о злонамеренности участников сделки, и не  освобождает должника от исполнения своих обязательств по договору  поручительства.  

Взаимосвязанность сторон сделки может являться основанием для  оспаривания сделки по правилам статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, но не для  отказа в удовлетворении требования. При этом, согласно разъяснениям пункта 4  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  23.12.2010 № 63, наличие у сделки, на которой основывает требование кредитор,  оснований для признания ее недействительной в соответствии со статьей 61.2 или  61.3 Закона о банкротстве не может использоваться в качестве возражения при  установлении этого требования в деле о банкротстве, а дает только право на  подачу соответствующего заявления об оспаривании сделки в порядке,  определенном главой III.1 Закона о банкротстве.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении  Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009,  

предоставленная абзацем четвертым пункта 4 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, пунктом 10  постановления от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с  оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О  несостоятельности (банкротстве)» возможность квалифицировать сделку, при  совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10  и 168 Гражданского кодекса), распространяется только на сделки с пороками,  выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных  сделок.  

В такой ситуации, суд при оценке доводов о несоответствии сделки,  положенной в основание требования кредитора, статьям 10, 168 Гражданского  кодекса РФ, должен руководствоваться специальными нормами о возможности  признания сделок недействительными в рамках дела о банкротстве, и не вправе  подходить к оценке любого требования с позиции ее ничтожности и несоответствия  указанным нормам права.  

Доказательств обращения лиц, участвующих в деле, с заявлением о  признании договора инвестирования или договора поручительства  недействительными и (или) наличия вступивших в законную силу решения суда,  которыми данные сделки были бы признаны недействительными, в материалы дела  не представлены.  

В этой связи, апелляционный суд, ввиду недоказанности исполнения в  полном объеме ООО «Форвард» обязанности по возврату полученных по договору  инвестирования денежных средств в размере 457 675 525,19 руб. или передачи 400  машиномест паркинга кредитору, принимая во внимание признание решением  арбитражного суда основного должника несостоятельным (банкротом),  руководствуясь положениями статей 361, 363 Гражданского кодекса Российской  Федерации, пришел к выводу об обоснованности требования АО «Новая  Скандинавия», предъявленного к поручителю – ЗАО «Прайм Истейт» в указанном  размере и необходимости включения его в третью очередь реестра требований  кредиторов ЗАО «Прайм Истейт».  

Вывод суда первой инстанции о наличии в действиях сторон признаков  злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) апелляционный суд признает  необоснованным в силу следующего.  

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 Постановления Пленума  ВАС РФ от 12.07.2012 № 42, а также в пункте 15.1 Постановления Пленума ВАС РФ  от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по  основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности  (банкротстве)», заключение договора поручительства может быть вызвано  наличием у заемщиков и поручителей в момент выдачи поручительства общих  экономических интересов (например, основное и дочернее общества,  преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в  капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого  товарищества).  

Как следует из объяснений представителя АО «Новая Скандинавия»,  основанием выдачи должником поручительства за ООО «Форвард» были общие  экономические интересы у поручителя и кредитора, которые входят в одну группу  компаний. Данные интересы выражались в том, что ЗАО «Прайм Истейт»  занималось реализацией построенных АО «Новая Скандинавия» объектов. Причем,  согласно соглашению от 15.06.2016, за предоставленное должником  поручительство перед кредитором, ООО «Форвард» также обязался заключить с  ЗАО «Прайм Истейт» агентский договор, в соответствии с которым последний  

должен был реализовывать машино-места, построенные на основании договора  соинвестирования № И-3 от 11.12.2007; вознаграждение должника согласовано в  размере 10% от стоимости реализованного им имущества. Все компании постоянно  сотрудничали и имели общую заинтересованность в реализации объекта.  Следовательно, между участниками спорных правоотношений имелись  определенные хозяйственные связи, обусловившие экономическую  целесообразность заключения договора поручительства.  

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не  допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно  с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в  иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1  названной статьи, суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права  (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Для установления ничтожности договора на основании статьи 10  Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить факт  недобросовестного поведения (злоупотребления правом) контрагента,  воспользовавшегося тем, что единоличный исполнительный орган другой стороны  по сделке при заключении договора действовал явно в ущерб последнему (пункт 9  информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными  судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).  

Между тем, вопреки выводу суда первой инстанции, в материалах дела  отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении  спорного договора стороны действовали исключительно с целью причинения вреда  третьим лицам и нарушили пределы осуществления гражданских прав. Правовая  природа договора поручительства не предполагает извлечение поручителем  прибыли, а договор такого рода обеспечивает исполнение основным должником  своих обязательств и является обычным способом обеспечения обязательств.  Поручительство само по себе не может нарушать права и законные интересы  кредиторов, поскольку подразумевает переход прав кредитора к поручителю в  случае исполнения обязательств поручителем за основного должника.  

Кроме того, как следует из соглашения от 15.06.2016, заключенного между  ЗАО «Прайм Истейт» и ООО «Форвард», предоставление должником  поручительства не было безвозмездным и предоставляло должнику право на  реализацию паркинга на основании агентского договора с 10% вознаграждением от  стоимости реализованного имущества. Данное соглашение согласуется с мотивом  предоставления поручительства, указанным в пункте 9 Постановления Пленума  ВАС РФ от 12.07.2012 № 42. Таким образом, экономическая обоснованность сделки  поручительства исключает умысел на причинение вреда.  

Иные формы злоупотребления правом апелляционным судом не  установлены. Доказательств обратного в материалы дела не представлено (статьи  9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

При этом, вопреки позиции ПАО «Сбербанк России», в соответствии с  разъяснениями пункта 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 № 42,  заключение договора поручительства после наступления срока исполнения  основного обязательства, не исполненного должником, не является основанием для  признания такого договора недействительной сделкой, так как закон не содержит  запрета на установление обеспечения по просроченному обязательству.  

Довод ПАО «Сбербанк России» о том, что договор поручительства не носит  реального характера и совершен в рамках формального документооборота (пункт 1  статьи 170 ГК РФ) апелляционным судом также отклоняется, поскольку действия  

сторон после заключения договора поручительства были направлены на  реализацию возникших в результате заключения этого договора прав.  

Также после заключения договора поручительства между этими же сторонами  было подписано соглашение от 15.06.2016, закрепляющее последующие  взаимоотношения по реализации поручителем паркинга, который будет построен  основным должником, то есть каждая сторона договора впоследствии совершала  действия по признанию существования правоотношений, возникших на его  основании.  

Таким образом, сторонами были совершены необходимые действия,  направленные на создание соответствующих спорному договору правовых  последствий.  

Апелляционный суд также обращает внимание на то, что нормы  материального права не ставят возможность заключения договора поручительства,  а также обязанность поручителя нести солидарную с должником ответственность  вследствие неисполнения последним обеспеченных поручительством обязательств  в зависимость от платежеспособности поручителя либо наличия у него имущества,  достаточного для исполнения такого обязательства. Должник, являясь субъектом  гражданско-правовых отношений, обладает свободой волеизъявления на  заключение гражданско-правовых договоров и по распоряжению собственным  имуществом.  

Суд апелляционной инстанции считает неправомерным отказ суда первой  инстанции в принятии документов, представленных 15.12.2017 кредитором в  материалы дела, в связи с отсутствием у представителя АО «Новая Скандинавия»  Мищенко Д.В. полномочий. Как верно указано подателем жалобы, в дальнейшем  требование кредитора было поддержано в полном объеме представителем  конкурсного управляющего Иванова И.Г., полномочия которого никто не ставит под  сомнение, что по правилам статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации  свидетельствует об одобрении конкурсным управляющим действий, ранее  совершенных представителем Мищенко Д.В. Кроме того, данные документы не  были возвращены арбитражным судом и находились на момент рассмотрения  требования в материалах дела.  

Таким образом, неправильное применение судом первой инстанции норм  материального права привело к принятию незаконного судебного акта, который  подлежит отмене с принятием нового судебного акта об удовлетворении  заявленных АО «Новая Скандинавия» требований в полном объеме.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 3  части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  Тринадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и  Ленинградской области от 09.02.2018 по делу № А56-88569/2016/тр.3 отменить.  Принять новый судебный акт.  

Признать обоснованным и включить в реестр требований кредиторов АО  «Прайм Истейт» требование АО «Новая Скандинавия» в сумме 457 675 525 руб.  19 коп.  

Отменить обеспечение заявления, принятое определением  апелляционного суда от 15.03.2018.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо- Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий И.Г. Медведева  

Судьи А.Ю. Слоневская  

 И.Ю. Тойвонен