АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело  № А19-30700/2019

г. Иркутск

25 декабря 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 18.12.2020. Решение в полном объеме изготовлено 25.12.2020.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Серовой Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Куклиной А.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску 

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «НОЛЬ ПЛЮС МЕДИА» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 125040, 

<

...>, пом. III, комната 7)  

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ХОРОШАЯ КОМПАНИЯ» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, дата регистрации: 06.11.2007, адрес 664023, 

<

...>),

третьи лица: ФИО1, АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «ЦИФРОВОЕ ТЕЛЕВИДЕНИЕ», ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ПАРОВОЗ» (ОГРН 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 115419, 

<

...>, офис эт А1 пом VIII ком 73)

о взыскании 250 000 рублей,   

при участии в заседании:

от истца: не явился, извещен в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявил о рассмотрение дела в отсутствие его представителя,

от ответчика: директор ФИО2 (приказ № 7 от 01.10.2019, решение № 1 от 01.10.2019), представитель ФИО3 (доверенность от 16.11.2020; личность установлена, паспорт),

от третьих лиц: не прибыли, уведомлены о времени и месте судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.           

установил:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «НОЛЬ ПЛЮС МЕДИА» обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с иском к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ХОРОШАЯ КОМПАНИЯ» о взыскании 250 000 рублей, составляющих сумму компенсации за нарушение исключительных прав на произведения изобразительного искусства: изображение логотипа («Сказочный патруль») в размере 50 000 рублей, изображение персонажа («Аленка») в размере 50 000 рублей, изображение персонажа («Варя») в размере 50 000 рублей, изображение персонажа («Маша») в размере 50 000 рублей, изображение персонажа («Снежка») в размере 50 000 рублей. 

Определением суда от 31 декабря 2019 года дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В ходе рассмотрения дела истцом заявлено ходатайство  о приобщении к делу вещественных доказательств, а именно: приобретенного товара (кукол в количестве 5 штук).

Ходатайство истца удовлетворено, определением от 22 января 2020 года, принятым в форме резолютивной части,  вещественное доказательство приобщены к материалам дела.

В связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств по делу, а также запросить у истца дополнительные доказательства дело назначено к рассмотрению по общим правилам искового производства определением арбитражного суда от 11 марта 2020 года.

 Определениями суда, от 10 июня 2020 года,  от 16 июля 2020 года и от 15 октября 2020 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены: АО «Цифровое телевидение» ФИО1, ООО «ПАРОВОЗ».

Истец извещен о судебном разбирательстве в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в судебное заседание не явился, заявил о проведении судебного заседания в отсутствие его представителя. 

В обоснование исковых требований истец пояснил, что 28.03.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>/1; 04.04.2019, в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>; 08.04.2019 в торговой, расположенной вблизи адреса: 

<

...>;  11.04.2019 в торговой, расположенной вблизи адреса: Иркутская область, 

<

...>; 25.04.2019 в торговой, расположенной вблизи адреса: 

<

...>;   предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – куклы (5 штук).

На товарах нанесены графические изображения персонажей, сходные с принадлежащими правообладателю произведениями изобразительного искусства  -    «Аленка», «Варя», «Маша» «Снежка», а также логотип «Сказочный патруль».

Поскольку ООО «Ноль Плюс Медиа» не передавало ООО «Хорошая компания» право на использование вышеуказанных объектов исключительных прав, их размещение на реализованном ответчиком товаре является нарушением исключительных прав, принадлежащих ООО «Ноль Плюс Медиа». 

Полагая, что ответчик своими действиями по распространению товара нарушил принадлежащие истцу исключительные авторские права, последний обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

В отзыве и пояснениях, изложенных судебных заседаниях, ответчик заявил, что не признает исковые требования в полном объеме, ссылаясь на то, что истец не доказал принадлежность ему исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности «Сказочный патруль»; истец не доказал, что ответчик нарушил его исключительные права; предоставленные в материалы дела видеозаписи не позволяют с достоверностью определить, что реализация товара была произведена в киосках ответчика; товарные чеки не являются относимыми и достоверными доказательствами; действия ответчика представляют собой одно правонарушение – нарушение исключительного права на аудиовизуальное произведение «Сказочный патруль»; заявил ходатайство о снижении размера компенсации до 5 000 рублей, ссылаясь на то, что размер компенсации завышен; истцу не причинены убытки, закупка совершена на незначительную сумму. Факт реализации спорного товара, а также факт размещения на нем объектов исключительных прав, принадлежащих истцу, ответчик не оспорил. 

 Кроме того ответчиком заявлено о фальсификации доказательств (договора авторского заказа № НПМ/ПТ/05/12/15 от 05.12.2015, технических заданий и актов сдачи-приёмки к нему), и в случае установления факта фальсификации этих доказательств, ответчик просит исключить их из числа доказательств.

Акционерное общество «Цифровое телевидение», привлеченное к участию в деле в качестве третьего лица, извещено о судебном разбирательстве в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представителя в судебное заседание не направило; исковые требования поддержало в полном объеме; представило пояснения о том, что персонажи «Аленка», «Варя», «Маша» «Снежка», а также логотип «Сказочный патруль»  были созданы автором Петровска Т.П. на основании договора авторского заказа с художником от 05.12.2015 № НПМ/ПТ/05/12/15, заключенного между ООО «Ноль Плюс Медиа» и художником Петровска Т.П.; все исключительные права на созданные произведения были отчуждены заказчику - ООО «Ноль Плюс Медиа»; какие-либо споры о праве между АО «ЦТВ», ООО «Ноль Плюс Медиа», художником Петровска Т.П. и ООО «ПАРОВОЗ» отсутствуют.

Петровска Т.П., привлеченная к участию в деле в качестве третьего лица, извещена о судебном разбирательстве в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в судебное заседание не явилась; представила письменные пояснения, из содержания которых следует, что между Петровска Т.П. и ООО «НОЛЬ ПЛЮС МЕДИА» был заключен договор авторского заказа с художником от 05.12.2015 № НПМ/ПТ/05/12/15, в рамках которого Петровска Т.П. взяла на себя обязательства по созданию изображений персонажей и логотипа для сборника детских анимационных фильмов под названием «Сказочный патруль», а также передаче исключительных прав на созданные изображения ООО «Ноль Плюс Медиа» в полном объеме. К указанному договору были приложены технические задания с описанием персонажей («Аленка», «Варя», «Снежка», «Маша», «Кот», «Леший», «Печалька», «Мышонок») и логотипа «Сказочный патруль», которые необходимо было создать автору; третье лицо подтвердило верность представленной истцом копии договора от 05.12.2015 № НПМ/ПТ/05/12/15, а также факт перехода к истцу исключительных прав на произведения изобразительного искусства, созданные Петровска Т.П., в полном объеме. Исковые требования ООО «Ноль Плюс Медиа» Петровска Т.П. поддержала, считает их обоснованными и подлежащими удовлетворению.

ООО Паровоз», привлеченное к участию в деле в качестве третьего лица, извещено о судебном разбирательстве в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представителя в судебное заседание не направило; исковые требования поддержало в полном объеме; представило пояснения, из содержания которых следует, что между Петровска Т.П. и ООО «НОЛЬ ПЛЮС МЕДИА» был заключен договор авторского заказа с художником от 05.12.2015 № НПМ/ПТ/05/12/15, в рамках которого Петровска Т.П. взяла на себя обязательства по созданию изображений персонажей и логотипа для сборника детских анимационных фильмов под названием «Сказочный патруль», а также передаче исключительных прав на созданные изображения ООО «Ноль Плюс Медиа» в полном объеме. К указанному договору были приложены технические задания с описанием персонажей («Аленка», «Варя», «Снежка», «Маша», «Кот», «Леший», «Печалька», «Мышонок») и логотипа «Сказочный патруль», которые необходимо было создать автору. Автор Петровска Т.П. во исполнение обязательств по договору передала исключительные права на созданные изображения ООО «Ноль Плюс Медиа» в полном объеме посредством подписания актов сдачи-приемки; исключительные права на произведения изобразительного искусства от Петровска Т.К. в полном объеме  перешли к ООО «Ноль Плюс Медиа». ООО «Паровоз» с целью создания мультипликационного сериала «Сказочный патруль» создало аудивизуальное произведение «Сказочный патруль» с использованием изображений логотипа и персонажей, созданных художником Петровска Т.П., права на которые были переданы ООО «Ноль Плюс Медиа» по договору от 05.12.2015 № НПМ/ПТ/05/12/15. ООО «Паровоз» никогда не обладало исключительными правами на произведения изобразительного искусства – изображения персонажей и логотип мультфильма «Сказочный патруль».

Кроме того, информация о времени и месте судебного заседания была размещена на официальном сайте в сети Интернет в соответствии с требованиями абзаца второго пункта 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие. 

Исследовав материалы дела, оценив доводы и пояснения сторон, суд приходит к следующему.

Довод ответчика о злоупотреблении истцом правом на судебную защиту, судом отклонен, исходя из следующего.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление в иных формах. Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая и то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора. Данный вывод соответствует правовому подходу, сформулированному в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2014), утвержденному Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.12.2014.

Злоупотребление правом может быть вызвано такими действиями лица, которые ставят другую сторону в положение, когда она не могла реализовать принадлежащие ей права.

Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 ГК РФ, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления (пункт 5 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Указанная норма предполагает осуществление контрагентом права исключительно с намерением причинить вред другому лицу. Следовательно, для квалификации действий истца, как совершенных со злоупотреблением правом, должны быть представлены доказательства того, что сторона имела умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

Ответчик, заявляя о злоупотреблении истцом правом, не представил доказательств, подтверждающих обоснованность его предположений о наличии в действиях другой стороны признаков поведения, направленного на причинение ей вреда. Соответствующий довод ответчика носит субъективный характер, основан лишь на предположении.

Само по себе обращение правообладателя за судебной защитой принадлежащих ему исключительных прав, нарушенных ответчиком, предусмотрено законом и соответствует поведению, разумно ожидаемому от добросовестного участника гражданского оборота.

Изменение истцом размера исковых требований по сравнению с требованиями, заявленными в претензионном порядке, не свидетельствует о злоупотреблении истцом правом. Напротив, именно ответчиком, получившим претензию и установившим ее содержание, не приняты меры к урегулированию спора в досудебном порядке, чем нарушен соответствующий порядок урегулирования спора.

При таких обстоятельствах суд не усматривает в поведении истца в связи с обращением в суд с исковым заявлением признаков злоупотребления правом.

В соответствии с Федеральным законом от 18.12.2006 № 231-ФЗ «О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», Закон Российской Федерации от 23.09.1992 № 3520-3 «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» признан утратившим силу с 1 января 2008 года. Отношения в сфере использования товарного знака и распоряжения исключительным правом на товарный знак с 1 января 2008 года регулируются нормами части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации, на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В соответствии с частью 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

В силу абзаца второго пункта 1 названной статьи правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Согласно пункту 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации объектами авторских прав являются в том числе, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства.

В соответствии с частью 1 статьи 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации, правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор). Заключение лицензионного договора не влечет за собой переход исключительного права к лицензиату.

Как усматривается из материалов дела, 5 декабря 2015 года между ООО «Ноль плюс медиа» (заказчик) и Петровска Т.П. (исполнитель) заключен договор № НПМ/ПТ/05/12/15 авторского заказа с художником. 

По условиям пункта 1.1 указанного договора Петровска Т.П. обязалась создать изображения персонажей для фильма в соответствии с Техническими заданиями, составляемым ООО «Ноль плюс медиа» и передать заказчику исключительные авторские права на использование произведений в полном объеме на каждое изображение персонажа или комплект изображений (отчуждение исключительного права в полном объеме), а заказчик за создание произведений и предоставление исключительных прав на них уплачивает исполнителю вознаграждение.

По договору авторского заказа от 05.12.2015 N НПМ/ПТ/05/12/15 истцу   переданы исключительные права на следующие произведения изобразительного искусства:

- изображение персонажа «Аленка» на основании технического задания № 1 к договору авторского заказа от 05.12.2015 № НПМ/ПТ/05/12/15, акта сдачи-приемки от 25.12.2015 № 1;

- изображение персонажа «Варя» на основании технического задания № 2 к договору авторского заказа от 05.12.2015 № НПМ/ПТ/05/12/15, акта сдачи-приемки от 25.12.2015 № 2;

- изображение персонажа «Маша» на основании технического задания № 3 к договору авторского заказа от 05.12.2015 № НПМ/ПТ/05/12/15, акта сдачи-приемки от 25.12.2015 № 3;

- изображение персонажа «Снежка» на основании технического задания № 4 к договору авторского заказа от 05.12.2015 № НПМ/ПТ/05/12/15, акта сдачи-приемки от 25.12.2015 № 4;

- изображение логотипа «Сказочный патруль» на основании технического задания № 8 к договору авторского заказа от 05.12.2015 № НПМ/ПТ/05/12/15, акта сдачи-приемки от 25.12.2015 № 8.

Согласно пункту 3.1 договора от 05.12.2015 № НПМ/ПТ05/12/15 исполнитель с момента подписания акта сдачи-приемки работ отчуждает заказчику исключительное право на создание произведения в полном объеме для их использования любым способом и в любой форме, включая, но, не ограничиваясь, перечисленными способами, указанными в статье 1270 ГК РФ.

В силу пункта 3 статьи 1228 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом.

Пунктом 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации также предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 ГК РФ в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Исключительные права могут передаваться авторами по различным основаниям: по договору авторского заказа (статья 1288 ГК РФ), по договору об отчуждении исключительного права (абзац 2 пункт 1 статьи 1240 ГК РФ), по лицензионному договору (абзац 3 пункта 1 статьи 1240 ГК РФ), в порядке создания служебного произведения (статья 1295 ГК РФ).

В силу статьи 1288 Гражданского кодекса российской Федерации по договору авторского заказа одна сторона (автор) обязуется по заказу другой стороны (заказчика) создать обусловленное договором произведение науки, литературы или искусства на материальном носителе или в иной форме. Договором авторского заказа может быть предусмотрено отчуждение заказчику исключительного права на произведение. В случае, когда договор авторского заказа предусматривает отчуждение заказчику исключительного права на произведение, которое должно быть создано автором, к такому договору соответственно применяются правила названного Кодекса о договоре об отчуждении исключительного права, если из существа договора не вытекает иное.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1259 Гражданского кодекса российской Федерации для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей.

Таким образом, поскольку Гражданского кодекса российской Федерации не предусмотрена государственная регистрация результата интеллектуальной деятельности - произведения изобразительного искусства, для возникновения исключительного права достаточно заключения договора в письменной форме.

Заключив договор авторского заказа с автором - художником, истец приобрел исключительные права на спорные изображения в полном объеме.

По смыслу пункта 110 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» правообладателем, получившим исключительное право на основании договора об отчуждении исключительного права, считается лицо, указанное в представленном в суд договоре. При этом и в случае, если этот договор заключен не непосредственно с автором, а с иным лицом, в свою очередь получившим право на основании договора об отчуждении исключительного права, иные доказательства в подтверждение права на иск, по общему правилу, не требуются. Необходимость исследования обстоятельств возникновения авторского права и перехода этого права к правопредшественнику истца отсутствует, если право истца не оспаривается при представлении ответчиком соответствующих доказательств.

Таким образом,  в результате заключения указанных договоров и подписания актов приема-передачи исключительных прав ООО «Ноль Плюс Медиа» приобрело в полном объеме исключительные права на произведения изобразительного искусства – изображение логотипа «Сказочный патруль», изображения персонажей «Аленка», «Варя», «Маша», «Снежка»,  возможность отчуждения которых (как и их оборачиваемость в качестве объектов гражданских прав)  предусмотрена пунктом 7 статьи 1259 Гражданского кодекса  РФ и соответствующими разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, данными в пункте 81 постановления от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»

В этой связи, суд считает доказанным статус истца как правообладателя исключительных прав как на произведения изобразительного искусства, логотипа «Сказочный патруль», изображения персонажей «Аленка», «Варя», «Маша», «Снежка».

С учетом изложенного довод ответчика о том, что истец не доказал факт приобретения исключительных прав на спорные произведения изобразительного искусства, суд находит необоснованным.

Вместе с тем ответчик, возражая в отношении заявленных требований заявил о фальсификации доказательств (договора авторского заказа № НПМ/ПТ/05/12/15 от 05.12.2015, технических заданий и актов сдачи-приёмки к нему), и в случае установления факта фальсификации этих доказательств, исключить их из числа доказательств.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела. В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. При этом никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Согласно статье 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  лицо, участвующее в деле, вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле. 

При этом в силу части 1 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  такое ходатайство, а равно как и всякое иное, должно быть мотивировано и обосновано. 

Под фальсификацией понимается подделка или фабрикование доказательства.

В обоснование заявленного ходатайства о фальсификации ответчик указал на то, что указанные документы содержат большое число технических недостатков, в виду чего возникают сомнения в их достоверности; договор авторского заказа, представленный в качестве основания возникновения права, содержит признаки мнимой сделки:

- отсутствуют доказательства фактического использования договора, стороны не определили порядок выплаты вознаграждения автору: из содержания статьи 8.3 договора невозможно установить форму и сроки оплаты; в договоре отсутствуют реквизиты исполнителя, что ставит под сомнение факт выплаты вознаграждения художнику  Петровска Т.П.;

- договор подписан задним числом, поскольку дата заключения договора 05 декабря 2015 приходится на выходной день, а в технических заданиях указан номер договора НПМ/ПТ/05/12/17, что свидетельствует о том, что в действительности договор заключен в 2017 году и подписан задним числом.

Также ответчик указал на то, что в преамбуле договора заказчик в целях создания сборника детских анимационных фильмов, объединенных под рабочим названием «Сказочный патруль» нуждается в создании образов персонажей фильмов, а также логотипа для названия фильмов. Исполнитель, будучи художником, может создать изображения, отражающие образы этих персонажей для дальнейшего использования их при создании фильмов. Создание образов происходит на основании технического задания, представляемого заказчиком.

Также в соответствии с п.1.1 договора исполнитель обязуется создать изображение персонажей для фильма в соответствии с Техническими заданиями.

Однако согласно информации, указанной на официальном сайте Министерства культуры Российской Федерации в реестре прокатных удостоверений прокатное удостоверение № 214007518 с приложенными к нему документами выдано АО «Цифровое Телевидение», являющегося  правообладателем мультфильма «Сказочный патруль», год производства 2018.

На официальном сайте Ассоциации анимационного кино в подборке новостей по запросу «Сказочный патруль» указано, что сериал «Сказочный патруль» производится анимационной студией «Паровоз»  по заказу компании «Цифровое Телевидение».

Также согласно сведениям из реестра товарных знаков и знаков обслуживания ФИПС исключительными правами на изображения, о нарушении которых заявляет ООО «Ноль Плюс Медиа», обладает АО «Цифровое Телевидение».

Истец, возражая в отношении заявленного ответчиком ходатайства о фальсификации доказательств, указал на то, что в наименовании Приложения № 1 к договору № НПМ/ПТ/05/12/15 от 05.12.201 5указано верное наименование и реквизиты договора:

«ПРИЛОЖЕНИЕ № 1 К ДОГОВОРУ № НПМ/ПТ/05/12/15 АВТОРСКОГО ЗАКАЗА С ХУДОЖНИКОМ

ФОРМА ТЕХНИЧЕСКОГО ЗАДАНИЯ К ДОГОВОРУ Техническое задание № _

к Договору авторского заказа № НПМ/ПТ/05/12/15».

В наименовании Приложения № 1 имеется указание на верное наименование договора авторского заказа № НПМ/ПТ/05/12/15 от 05.12.2015. Приведенная ответчиком цитата указывает лишь на опечатку, то есть на ошибку технического характера. Из содержания договора, приложения, технических заданий, актов сдачи-приемки следует, что эти документы связаны единым смыслом, созданы, подписаны и исполнены сторонами с единой целью - создание изображений персонажей для сборника детских анимационных фильмов под названием «Сказочный патруль».

Также истец указал на то, что довод ответчика о том, что дата подписания договора приходится на выходной день, несостоятелен, поскольку законодательством Российской Федерации не установлены ограничения на заключение каких-либо договоров только в рабочие дни.

Возражая в отношении довода ответчика о том, что договор № НПМ/ПТ/05/12/15 авторского заказа с художником от 05.12.2015 был заключен в целях создания аудиовизуального произведения, истец указал на то, что из текста и условий данного договора следует, что договор заключен в целях создания произведений изобразительного искусства - изображений персонажей и логотипа «Сказочный патруль».

Согласно части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Истец в поступившем 14.07.2020 посредством электронной подачи документов через систему «Мой арбитр» отзыве на заявлении о фальсификации доказательств указал на то, что возражает против исключения договора авторского заказа № НПМ/ПТ/05/12/15 от 05.12.2015, технических заданий и актов сдачи-приёмки к нему из числа доказательств.

 Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» в случае, если при рассмотрении дела возникли вопросы, для разъяснения которых требуются специальные знания, то при отсутствии ходатайства или согласия на назначение экспертизы со стороны лиц, участвующих в деле, оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 АПК РФ о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле (часть 2 статьи 9 Кодекса).

С учетом изложенного суд считает необходимым исходить из презумпции добросовестности участников гражданских отношений и приходит к выводу об отсутствии оснований подвергать сомнению факт заключением между ООО «Ноль Плюс Медиа» и Петровска Т.П. договор № НПМ/ПТ/05/12/15 авторского заказа с художником от 05.12.2015, учитывая тот  факт, что ответчик, заявляя  о фальсификации представленного истцом договора авторского заказа № НПМ/ПТ/05/12/15 от 05.12.2015, технических заданий и актов сдачи-приёмки к нему в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не заявил о назначении судебной технической экспертизы на предмет установления даты заключения договора. Кроме того, указанный факт подтвержден Петровска Т.П.

Довод ответчика о том, что отсутствуют доказательства фактического использования договора, стороны не определили порядок выплаты вознаграждения автору: из содержания статьи 8.3 договора невозможно установить форму и сроки оплаты; в договоре отсутствуют реквизиты исполнителя, что ставит под сомнение факт выплаты вознаграждения художнику  Петровска Т.П. не может являться основанием для признания договора авторского заказа № НПМ/ПТ/05/12/15 от 05.12.2015, технических заданий и актов сдачи-приёмки к нему сфальсифицированными, поскольку в  технических заданиях сторонами согласован размер вознаграждения за создания каждого персонажа.

Также в пункте 8.3  стороны согласовали условие о том, что вознаграждение выплачивает исполнителю, любым не запрещенным законом способом.

Суд также соглашается с доводом истца о том, что дата подписания договора приходится на выходной день, несостоятелен, поскольку законодательством Российской Федерации не установлены ограничения на заключение каких-либо договоров только в рабочие дни.

Таким образом, в поданном виде (необоснованном и не мотивированном)  ходатайство ответчика о фальсификации доказательства не может быть принято, рассмотрено и проверено.

С учетом изложенного суд прекращает рассмотрение ходатайства ответчика о фальсификации доказательств по делу.

В  пункте 14  Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2006 года № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах» разъяснено, что при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 2, 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2007 года № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» предложение к продаже экземпляра фонограммы, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу, является использованием исключительных прав в форме распространения. Доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать кассовый чек, отчет частного детектива, свидетельские показания, контрафактный диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.

Таким образом, доказательством незаконного распространения контрафактной продукции может быть как одно из перечисленных доказательств, признаваемых в качестве допустимых, так и их совокупность.

В целях защиты своих законных интересов организация, являющаяся  самостоятельным субъектом хозяйственной деятельности и несущая соответствующие  риски,  имеет право  действовать не запрещенными  законом  способами  так,  чтобы  добыть  и  зафиксировать  информацию  о  событиях  или  действиях,  которые  нарушают  названные  исключительные права.

В силу требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В качестве доказательств допускаются  письменные  и  вещественные  доказательства, объяснения  лиц,  участвующих  в  деле,  заключения  экспертов,  показания  свидетелей,  аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы (часть 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно доводам иска и представленным в материалы дела доказательствам, 28.03.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>/1; 04.04.2019, в торговой точке, расположенной вблизи адреса: 

<

...>; 08.04.2019 в торговой, расположенной вблизи адреса: 

<

...>;  11.04.2019 в торговой, расположенной вблизи адреса: Иркутская область, 

<

...>; 25.04.2019 в торговой, расположенной вблизи адреса: 

<

...>;  где ответчик осуществляет предпринимательскую деятельность, предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – куклы (5 штук).

На товаре нанесены графические изображения персонажей, сходные с принадлежащими правообладателю произведениями изобразительного искусства  -    «Аленка», «Варя», «Маша» «Снежка», а также логотип «Сказочный патруль».

Истцом в качестве документов, подтверждающих факт использования ответчиком принадлежащих ООО «Ноль Плюс Медиа» произведений изобразительного искусства: персонажи - «Аленка», «Варя», «Маша» «Снежка», а также логотип «Сказочный патруль», представлены оригинал товарных чеков: от 28.03.2019 на сумму 190 рублей, от 04.04.2019 на сумму 190 рублей, от 08.04.2019 на сумму 190 рублей, от 11.04.2019 на сумму 190 рублей, 25.04.2019 на сумму 190 рублей,  видеозапись осуществления покупки контрафактного товара; также в дело представлен непосредственно товар куклы (5 штук)).

Представленные товарные чеки, содержащие наименование продавца (ООО «Хорошая компания», ИНН, ОГРН), подтверждают в соответствии со статьей 493 Гражданского кодекса Российской Федерации заключение договора купли-продажи между сторонами спора. Кроме того, произведенная видеосъемка закупки спорного товара также подтверждает заключение договора купли-продажи между сторонами спора и подтверждает, что товар был приобретен по представленному чеку. 

Вместе с тем ответчик, возражая в отношении заявленных требований, указывает на то, что товарные чеки не являются относимыми и достоверными доказательствами, поскольку в них отсутствует указание на адрес расположения торговой точки. Из товарных чеков от 04.04.20149 и от 28.03.2019 невозможно достоверно установить, что представитель истца приобрел именно куклу «Сказочный патруль». В товарном чеке от 08.0.2019 отсутствуют данные продавца (адрес, наименование организации, адрес торговой точки), а ИНН вписан продавцом от руки под диктовку представителя истца.

Рассмотрев указанный доводы, арбитражный суд находит их несостоятельными поскольку на всех представленных истцом товарных чеках имеется отттиск печати ООО «Хорошая компания», аналогичный оттиск проставлен на документах (ходатайствах, пояснениях), представленных ответчиком в ходе рассмотрения дела.

Более того, доказательства наличия у ответчика печатей, отличных от печати, проставленной на товарных чеках от 28.03.2019, от 04.04.2019, от 08.04.2019, от 11.04.2019, от 25.04.2019, не представлены. Доказательства утраты или хищения печати либо подделки ее оттисков на данном документе не представлено. Достоверность печати ООО «Хорошая компания» надлежащими доказательствами не опровергнута, доказательств того, что она незаконно выбыла из владения последнего, суду не представлено.

Печать не может находиться в свободном доступе для лиц, не имеющих полномочия на совершение спорных действий. Общество несет ответственность за использование собственной печати и, как следствие, риск за ее неправомерное использование другими лицами.

Также ответчик, заявляя довод о том, что в товарных чеках отсутствует указание на адрес расположения торговой точки, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил в материалы дела доказательства того, что принадлежащие ему торговые точки, в которых производилась закупка спорного товара, расположены по иным адресам, нежели тем на какие указывает истец.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. 

В силу статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств. 

Представленная в материалы дела видеозапись процесса покупки товара исследовалась судом в судебном заседании в присутствии представителей ответчика. 

Судом установлено, что видеозапись покупки отображает процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты. Качество видеосъемки позволяет определить приобретаемый товар, а также процесс выдачи продавцами товарных чеков. На видеозаписи отчетливо отображается содержание выданных товарных чеков, соответствующих приобщенным к материалам дела товарным чекам. Внешний вид приобщенного к материалам дела товара (куклы в количестве 5 штук) также соответствуют внешнему виду товара, приобретенного по представленным чекам. 

При рассмотрении арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи согласно разъяснениям пункта 6 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного Информационным письмом от 13 декабря 2007 года № 122 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, могут выступать чек, отчет частного детектива, свидетельские показания.

В соответствии со статьями 426, 492 и 494 Гражданского кодекса Российской Федерации выставление на продажу спорной продукции свидетельствует о наличии со стороны ответчика публичной оферты, а факт ее продажи подтверждается видеозаписью процесса покупки.

Кассовый (товарный) чек является надлежащим документом, на основании которого покупатель может подтвердить факт продажи ему товара, приобретенного по договору розничной купли-продажи и по правилам статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

С учетом указанных выше обстоятельств суд приходит к выводу о том, что представленные в материалы дела товарные чеки содержит необходимые реквизиты, в том числе, идентификационные данные, совпадающие с идентификационными данными ответчика, стоимость и даты покупки, отвечает требованиям статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, следовательно, является достаточным доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» воспроизведением персонажа признается изготовление экземпляра, в котором используется, например, текст, содержащий описание персонажа, или конкретное изображение (например, кадр мультипликационного фильма), или индивидуализирующие персонажа характеристики (детали образа, характера и (или) внешнего вида, которые характеризуют его и делают узнаваемым). В последнем случае воспроизведенным является персонаж и при неполном совпадении индивидуализирующих характеристик или изменении их несущественных деталей, если несмотря на это такой персонаж сохранил свою узнаваемость как часть конкретного произведения (например, при изменении деталей одежды, не влияющих на узнаваемость персонажа).

В отношении персонажа произведения не используется понятие сходства до степени смешения. Наличие внешнего сходства между персонажем истца и образом, используемым ответчиком, является лишь одним из обстоятельств, учитываемых для установления факта воспроизведения используемого произведения (его персонажа).

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», пункта 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта, не требует специальных знаний и может быть разрешен судом без назначения экспертизы, с позиции рядового потребителя.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

При визуальном сравнении обозначения, охраняемого и зарегистрированного товарного знака истца и товара, реализованного ответчиком,  усматривается визуальное и графическое  сходство образа изображения,  пропорции персонажа, совпадают размер, форма и расположение частей тела,  цветовая гамма.

Руководствуясь пунктом 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», а также положениями Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 10.10.2016 № 647, учитывая высокую различительную способность спорного товарного знака, его узнаваемость,  обеспеченную наличием мультипликационного фильма «Сказочный патруль», суд приходит к выводу о визуальном и графическом сходстве товара и охраняемого объекта интеллектуальных прав.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

Авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме (пункт 3 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательств получения от правообладателя разрешения на использование спорных произведений изобразительного искусства  ответчик суду не  предоставил.

С учетом указанных обстоятельств суд считает, что представленными в материалы дела доказательствами (кассовый чек, видеозапись процесса покупки спорного товара, товар, приобщенный к делу) подтверждается факт реализации ответчиком товара, содержащего изображения произведений изобразительного искусства истца: персонажи – «Аленка», «Варя», «Миша», «Снежка», а также логотипа «Сказочный патруль», правообладателем которых является истец.

При этом товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца. Доказательств обратного ответчиком не представлено.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что ответчиком нарушены исключительные права на изображения произведений изобразительного искусства: персонажи - «Аленка», «Варя», «Миша», «Снежка», а также логотипа «Сказочный патруль».

Согласно пункту 65 Постановления пленума ВС РФ N10 от 23.04.2019 распространение нескольких материальных носителей при неправомерном использовании одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации составляет одно правонарушение, если такое нарушение охватывается единством намерений правонарушителя (например, единое намерение нарушителя распространить партию контрафактных экземпляров одного произведения или контрафактных товаров). При этом каждая сделка купли-продажи (мены, дарения) материальных носителей (как идентичных, так и нет) квалифицируется как самостоятельное нарушение исключительного права, если не доказано единство намерений правонарушителя при совершении нескольких сделок.

При доказанном единстве намерений правонарушителя количество контрафактных экземпляров, товаров (размер партии, тиража, серии и так далее) может свидетельствовать о характере правонарушения в целом и подлежит учету судом при определении конкретного размера компенсации

Как усматривается из материалов дела, товары были реализованы ответчиком в разные даты, в разных торговых точках, на каждый товар выдан отдельно чек, что подтверждает самостоятельность нарушений исключительных прав в отношении каждого товарного знака.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд приходит к выводам о том, что  факт нарушения исключительных прав выявлен истцом; наличие вины ответчика в совершенных правонарушениях по делу доказано.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252, статьей 1301 и пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, при нарушении исключительных прав на товарный знак правообладатель вправе вместо возмещения убытков вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, при этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Согласно пункту 43.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26 марта 2009 года № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем по сравнению с заявленным требованием размере, но не ниже низшего предела.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Аналогичный, по сути, подход отражен и в пункте 47 Обзора от 23 сентября 2015 года, согласно которому при взыскании на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсации за незаконное использование товарного знака суд определяет ее размер не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

В настоящем деле, компания-правообладатель просит взыскать с общества - правонарушителя 250 000 рублей компенсации за шесть фактов нарушения исключительных прав, в качестве обоснования заявленного размера компенсации указано на следующее: 

- наличие в розничных магазинах контрафактных товаров по демпинговым ценам ведет к расторжению действующих лицензионных контрактов и невозможности поиска правообладателем новых партнеров;

- потребители вводятся в заблуждение относительно спорной продукции, поскольку данная продукция произведена не правообладателем, не лицензиатами правообладателя и введена в гражданский оборот неправомерно;

- правообладатель теряет прибыль, поскольку рынок насыщается неправомерно введённой в гражданский оборот продукцией, приобретая которую, потребители, таким образом, отказываются от приобретения продукции, правомерно изготовленной лицензиатами правообладателя либо непосредственно правообладателем. 

Ответчик в представленном в материалы дела отзыве заявил о снижении подлежащий взысканию размер компенсации до 5 000 рублей за каждое нарушение исключительного права, ссылаясь на то, что с учетом продажной стоимости игрушек общий размер дохода от продаж (с учетом общей продажной стоимости, без вычета операционных (коммерческих расходов), составляет небольшую сумму; ООО «Хорошая компания» включена в реестр предприятий малого и среднего бизнеса; основным видом деятельности ответчика является торговля газетами и журналами; истец не доказал причинение каких-либо крупных (реальных) убытков правообладателю; незаконное использование объектов интеллектуальной собственности не носило грубый характер.

Рассмотрев заявленное ответчиком ходатайство, суд приходит к следующим выводам.

В силу абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Указанной нормой права предусмотрена возможность снижения размера компенсации ниже пределов, установленных Кодексом, но не менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П отмечено, что лицо, нарушившее исключительное право на объект интеллектуальной собственности при осуществлении предпринимательской деятельности, - исходя из общих принципов гражданско-правовой ответственности и с учетом того, что обладатель нарушенного права в целях реализации предписаний статьи 44 (часть 1) Конституции Российской Федерации освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков, а санкция в виде выплаты компенсации подлежит применению независимо от вины нарушителя (пункт 3 статьи 1250 и пункт 3 статьи 1252 ГК Российской Федерации), - должно иметь возможность доказать, что им были предприняты все необходимые меры и проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу - правообладателю.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела по смыслу разъяснений, изложенных  в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, возможно в исключительных случаях, при совокупности следующих обстоятельств:  права на результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю;  права правообладателя нарушены одним действием;  нарушение не должно носить грубого характера (под грубым нарушением следует понимать повторное, виновное совершение нарушения); использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих права не являлось существенной частью предпринимательской деятельности нарушителя; в том случае, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным законоположениям правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков.

При оценке приведенных ответчиком доказательств  и проверке названных им обстоятельств,  судом установлено, что:

- права на произведения изобразительного искусства принадлежат одному правообладателю;

- права правообладателя нарушены одним действием (в отношении пяти продаж товара, на каждом из которых имеется несколько объектов интеллектуальной собственности);

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат истцу,  с нарушением этих прав, не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности;

-  сумма иска во много сотен раз превышает стоимость проданного контрафактного товара и потенциальные убытки для правообладателя;

-  подлежащие применению на основании прямого указания закона санкции, являются - с учетом обстоятельств настоящего дела - явно несправедливыми и несоразмерными допущенному нарушению;

- размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (950 рублей против 250 000 рублей).

Согласно пункту 21 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017)» , утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, 21,  суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Учитывая характер допущенного нарушения, отсутствие доказательств наступления для истца каких-либо негативных последствий незаконного использования товарных знаков, вероятных убытков (в том числе упущенной выгоды), отсутствие доказательств негативного влияния деятельности ответчика на деловую репутацию истца и возникновение в связи с этим убытков, в частности,  уменьшение спроса на продукцию с использованием товарного знака истца и снижением объема продаж, исходя из принципа соразмерности компенсации последствиям нарушенного права, с учетом требований разумности и справедливости  и обеспечения доверия граждан как к закону, так и к суду, суд считает при наличии перечисленных обстоятельств  возможным применить указание Конституционного Суда Российской Федерации и снизить размер компенсации ниже установленного законом предела до 5 000 рублей за каждое правонарушение, в общей сумме требований до 125 000 рублей за 5 фактов нарушений. При этом суд в данном конкретном случае считает необходимым учесть факт признания ответчиком продажи спорного товара и данные им пояснения свидетельствуют о том, что умысла на сознательное нарушение требований действующего законодательства и причинение истцу ущерба у ответчика не было.  

При таких обстоятельствах заявленные исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Рассмотрев довод ответчика об отнесении судебных расходов на истца, суд находит его несостоятельным исходя из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражным судом взыскиваются со стороны судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 2 постановления от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. 

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражным судом взыскиваются со стороны судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 2 постановления от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. 

Истцом понесены затраты на приобретение вещественного доказательства – товар (игрушка) в размере 950 рублей, что подтверждается товарными чеками:  от 28.03.2019 на сумму 190 рублей, от 04.04.2019 на сумму 190 рублей, от 08.04.2019 на сумму 190 рублей, от 11.04.2019 на сумму 190 рублей, 25.04.2019 на сумму 190 рублей

Указанные расходы понесены истцом в связи с рассмотрением настоящего дела.

Истцом заявлены также судебные издержки на почтовые расходы в связи с отправлением претензии и искового заявления в размере 643 рублей 8 копеек.

В подтверждение несения данных расходов истцом представлены почтовые квитанции: от 05.06.2019 на сумму 321 рубль 54 копейки, от 23.07.2019 на сумму 321 рубль 54 копейки.

Учитывая, что заявленные исковые требования истца удовлетворены частично (50%), понесенные истцом судебные издержки в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат пропорциональному распределению, а именно с ответчика подлежат взысканию судебные расходы в сумме 796 рублей 54 копейки., в том числе в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в сумме 475 рублей, стоимости почтовых отправлений в виде искового заявления и претензии в размере 321 рубля 54 копеек.

Кроме того, истцом при обращении в суд произведена уплата государственной пошлины в сумме 8 000 рублей на основании платежного поручения от 24.12.2020 № 8559, в соответствии с положениями абзаца 2 части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации взыскивается в пользу истца в сумме 4 000 рублей; прочая сумма, соответствующая величине оставленных без удовлетворения исковых требований, остается в федеральном бюджете Российской Федерации и не возмещается за счет ответчика.  

Суд приобщил в качестве вещественного доказательства по делу представленные истцом игрушки (куклы в количестве 5 штук).

В связи с признанием судом вещественного доказательства по делу – игрушки (куклы в количестве 5 штук) - контрафактным товаром, возмещением истцу его стоимости, последний в силу пунктов 25 постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» и пунктом 44 постановления Пленума ВС РФ от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах» подлежит уничтожению после вступления решения суда в законную силу.

Руководствуясь статьями 65, 71, 110, 167–170  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ХОРОШАЯ КОМПАНИЯ» в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «НОЛЬ ПЛЮС МЕДИА» компенсацию за нарушение исключительных прав в сумме 125 000 рублей; судебные расходы в сумме 4 796 рублей 54 копейки, в том числе: расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 000 рублей,  судебные издержки в размере 796 рублей 54 копейки.  

В удовлетворении иска в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

    СудьяЕ.В. Серова