РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-271690/22-100-2044

г. Москва

05 апреля 2023 года

Резолютивная часть решения изготовлена 28 марта 2023 года

Решение в полном объеме изготовлено 05 апреля 2023 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Григорьевой И.М., единолично,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению 

ФИО2, действующего в интересах закрытого акционерного общества «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» (ИНН 

<

***>), 

к ФИО3 

о взыскании 11 128 402 руб. убытков 

при участии в судебном заседании представителей согласно протоколу судебного заседания 

 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2, действующий в интересах ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании 11 128 402 руб. убытков.

Судом в порядке ст. 51 АПК РФ рассмотрено и отклонено ходатайство ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» о вступлении в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, вынесено определение в виде отдельного судебного акта.

В судебном заседании представитель истца настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, письменных пояснениях и дополнениях.

Представитель ответчика возражал относительно исковых требований по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление.

Суд, рассмотрев исковые требования, заслушав правовые позиции полномочных представителей истца и ответчика, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам ст.71 АПК РФ, считает заявленные исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что ФИО2 является акционером ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ», его доля в уставном капитале Общества составляет 49 %, (согласно выписке из реестра акционеров Общества количество обыкновенных акций эмитента, зарегистрированных в реестре акционеров эмитента - 4 410 шт., доля принадлежащих акционеру обыкновенных акций эмитента - 49,00 %), другим акционером Общества является его бывший Генеральный директор ФИО3, доля в уставном капитале Общества -51,00%).

Истец указывает, что в период с 19.01.2018 по 28.07.2021 ответчик, ФИО3, являлся Генеральным директором ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» и выполнял функции его единоличного органа.

В действующей редакции устава Общества, утвержденной Общим собранием акционеров Общества (Протокол б/н от 02.09.2007), отсутствуют какие-либо ограничения полномочий Генерального директора.

Акционерное соглашение между акционерами Общества (ст. 31.1. Закона «Об акционерных обществах» № 208-ФЗ от 26.12.2005) не заключалось.

Следовательно, ответчик исполнял обязанности единоличного исполнительного органа Общества по своему усмотрению и без каких-либо ограничений со стороны акционеров Общества, принимая во внимание наличие у ответчика контрольного пакета акций Общества (51 % от размера уставного капитала).

27.03.2021 ООО «4 ПЭЙ» обратилось с иском в Арбитражный суд города Москвы о взыскании с ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» задолженности по Договору б/н от 01.09.2016 об отчуждении исключительных прав на программный комплекс «Консьерж 2.0», пени.

Общество «Бэст-Телеком» предъявило встречный иск к обществу «4 Пэй» о признании договоров от 01.09.2016 и от 10.09.2015 недействительными и применении последствий их недействительности. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.09.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.12.2020 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 07.04.2021, первоначальный иск удовлетворен в полном объеме, в удовлетворении встречного иска отказано.

Постановлением суда по интеллектуальным правам от 07.04.2021 решение Арбитражного суда города Москвы от 03.09.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2020 оставлены без изменений.

В соответствии с п.3.1. Договора, размер вознаграждения, подлежащего выплате ООО «4 ПЭЙ» за переданное Обществу программное обеспечение, составлял 12 700 000 руб., подлежащих уплате в срок до 01 декабря 2017 года (п. 4.2. Договора).

Свои обязательства по уплате предусмотренного Договором вознаграждения Общество не исполнило в полном объеме, выплатив только 5 000 000 руб., соответственно сумма задолженности Общества составляла 7 700 000 руб.

Истец считает, что в судебных актах, вынесенных по исковому заявлению ООО «4 ПЭЙ», установлены факты, имеющие преюдициальное значение по настоящим требованиям.

По мнению Истца, по причине бездействия со стороны Генерального директора Общества ФИО3, Общество понесло убытки в размере 11 128 402 рубля, присужденных в пользу ООО «4 ПЭЙ», причиной намеренного бездействия ответчика является его номинальное происхождение как акционера и как следствие отсутствие интереса в развитии а. деятельности, опыта руководства коллективом, профильного образования и профессиональных х компетенций в области телекоммуникационной связи и оборудования, а также преследование цели отстранения акционера (Истца) от участия в деятельности Общества.

Ответчик является единоличным исполнительным органом, наделенным определенным кругом обязанностей, а именно: контроль за исполнением всех обязательств Общества, устранение нарушений в рамках исполнения договорных обязательств, контроль контрагентов и сотрудников.

Генеральный директор обязан возместить Обществу причиненный ему прямой действительный ущерб в полном размере, по мнению истца, ответчиком были причинены Обществу убытки, указанные в приведённом расчёте, в связи с чем истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности (статья 8 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав.

На основании пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений Верховного Суда РФ, содержащихся в постановлении в Пленума Верховного Суда РФ от 02.06.2015 N 21 "О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации" следует, что арбитражные суды рассматривают споры по требованиям о взыскании убытков с директоров, в том числе бывших директоров общества (п. 7), выполняющих в соответствующий период времени функции исполнительного органа общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо действует через органы, образование и действие которых определяется законом и учредительными документами юридического лица.

Из положений пункта 1 статьи 40 Федеральный закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) следует, что единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его участников.

В силу статьи 53.1. ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановления Пленума N 62) в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 6 вышеназванного постановления по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Статья 277 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации, а в случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

Императивной нормой права (пункт 3 статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью) предусмотрено, что единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия; издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

По смыслу пункта 2 Постановления Пленума N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Из материалов дела следует, что ФИО2 (ответчик) являлся генеральным директором ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» в период с 07.08.2015 по 06.09.2017.

Решением внеочередного общего собрания акционеров ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» от 30.08.2017 ФИО2 был освобожден от должности генерального директора Общества, генеральным директором был назначен ФИО4.

В ЕРГЮЛ 06.09.2017 была внесена запись ГРН 6177748188458 о прекращении полномочий ФИО2, возложении полномочий генерального директора на ФИО4

Указанные обстоятельства отражены в решении Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2018 по делу № А40-185573/2017.

Впоследствии решением внеочередного общего собрания акционеров ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» от 30.11.2017 ФИО4 был освобожден от должности генерального директора Общества, генеральным директором был назначен ФИО5. Соответствующая запись в ЕГРЮЛ была внесена 08.12.2017.

Далее решением внеочередного общего собрания акционеров ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» от 11.01.2018 ФИО5 был освобожден от должности генерального директора Общества, генеральным директором был назначен ФИО3. Запись в ЕГРЮЛ внесена 19.01.2018.

Протоколом от 28.07.2021 полномочия ФИО3 были прекращены, на должность генерального директора назначен ФИО6

Протоколом от 16.08.2021 ФИО3 вновь был назначен на должность генерального директора Общества.

Протоколом от 20.06.2022 полномочия ФИО3 были прекращены, на должность генерального директора назначен ФИО7 (запись в ЕГРЮЛ внесена 08.07.2022), который является руководителем в настоящий момент.

Таким образом, согласно данным ЕГРЮЛ история назначения/смены руководителей в ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» выглядит следующим образом: ФИО2 в период с 07.08.2015 по 05.09.2017, ФИО4 с 06.09.2017 по 07.12.2017, ФИО5 с 08.12.2017 по 18.01.2018, ФИО3 в период с 19.01.2018 по 27.07.2021, ФИО6 в период с 28.07.2021по 16.08.2021, ФИО3 в период с 17.08.2021 по 07.07.2022, ФИО7 в период с 08.07.2022 по настоящее время.

Задолженность ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» перед ООО «4 ПЭЙ» в размере 11 128 402 руб. возникла из договорных обязательств.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 10.09.2020 по делу № А40-78028/2019 установлено следующее: 01 сентября 2016 года между ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» и ООО «4 ПЭЙ» заключён Договор об отчуждении исключительных прав на программный комплекс «Консьерж» 2.0. По условиям Договора ООО «4 ПЭЙ» (Правообладатель) передал ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» (Приобретатель) исключительные права в полном объёме на Программное обеспечение, а ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» обязался уплатить предусмотренное договором цену. ООО «4 ПЭЙ» полностью исполнило свои обязательства перед ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ», по передаче прав на программное обеспечение, что подтверждается Актом приёмки-передачи от 01 октября 2016 года. В соответствии с пунктом 3.1. Договора, размер вознаграждения подлежащее выплате ООО «4 ПЭЙ за переданное ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» программное обеспечение, составляет 12 700 000 рублей, подлежащее уплате в срок до 1 декабря 2017 г. (пункт 4.2. договора). Свои обязательства по уплате предусмотренного Договором вознаграждения, ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» не исполнил в полном объёме, уплатив только часть предусмотренной пункта 3.1. договора суммы, в размере 5 000 000 рублей, соответственно сумма задолженности ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» составляет 7 700 000 рублей.

Таким образом, договор был заключен ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» в лице генерального директора ФИО2, срок оплаты за программный комплекс «Консьерж 2.0» был установлен договором до 01.12.2017, тогда как ФИО3 приступил к исполнению обязанностей руководителя с 19.01.2018.

ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» в лице генерального директора ФИО2 был подписан акт от 01.10.2016 приема-передачи исключительных прав на программный комплекс «Консьерж 2.0» от ООО «4 ПЭЙ».

При этом самим ФИО2 последующим руководителям ФИО4 и ФИО5 не передавалось никакое имущество и никакая документация.

Представитель ответчика указал, что частичная передача документов ФИО2 и его доверенным лицом ФИО8 генеральному директору ФИО3 и его доверенному лицу ФИО9 состоялась лишь 07.02.2018., до настоящего времени не передано никакое имущество и большинство документов.

Программный комплекс «Консьерж 2.0» (пароли, ключи, доступы, флеш-карты, файлы, системы, документы, полномочия администратора/пользователя и т.д.) не передавались ФИО2 ни одному из последующих руководителей Общества, включая ФИО3

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 10.09.2020 по делу № А40-78028/2019 установлено, что «после подписания итоговых актов приёма передачи интеллектуальных прав на переданные программные продукты, именно ЗАО «БЭСТ-Телеком» как владелец зарегистрированных на своё имя аккаунтов, имел доступ ко всем материалам и, являясь администратором аккаунтов и иных интернет ресурсов, мог в любой момент, сменить пароли, перенести их содержимое в иное хранилище и т.д.», что, видимо, и было сделано ФИО2, который оставался генеральным директором еще 11 месяцев с момента программного комплекса по акту от 01.10.2016.

Ввиду отсутствия в Обществе указанного программного комплекса ФИО3 Следственным отделом 4-го управления МВД России возбуждено уголовное дело N2 11901450158000044 по признакам по заявлению 24.06.2019 преступления, предусмотренного ч. 6 ст. 159 УК РФ - мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, совершённое в крупном размере.

В ходе расследования уголовного дела установлено, что исключительное право на программное обеспечение со следующими модулями «Личный кабинет пользователя», «Консьерж», «Billing 2.5.0», а также модули, входящие в программный комплекс «Консьерж 2.0» в адрес ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» не передавались.

Указанный вывод сделан следователями по итогам выемки и изучения содержимого серверов ООО «4 ПЭЙ» и ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ», анализа переписки ФИО2 с сотрудниками ООО «4 ПЭЙ».

В ходе расследования уголовного дела установлено, что сайт www.assistup.ru (на котором по условиям договора должен был быть размещён программный комплекс «Консьерж 2.0» был зарегистрирован ООО «4 ПЭЙ» 28.02.2016 и единственный раз вход в личный кабинет осуществлялся 05.07.2018.

В связи с изложенным, суд соглашается с доводом ответчика о том, что у ФИО3 при исполнении им полномочий генерального директора Общества, отсутствовала возможность доступа к программному комплексу, в связи с чем организовать использование «Консьерж 2.0» и регистрацию исключительных прав не представлялось возможным.

В соответствии с п. 4 ст. 1234 ГК РФ исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации переходит от правообладателя к приобретателю в момент заключения договора об отчуждении исключительного права, если соглашением сторон не предусмотрено иное.

В силу п. 4 ст. 1259 ГК РФ установлено, что для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей. В отношении программ для ЭВМ и баз данных возможна регистрация, осуществляемая по желанию правообладателя в соответствии с правилами статьи 1262 ГК РФ.

В соответствии с п.1 ст. 1262 ГК РФ, правообладатель в течение срока действия исключительного права на программу для ЭВМ или на базу данных может по своему желанию зарегистрировать такую программу или такую базу данных в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности.

Следовательно, Общество в любой момент вправе обратиться в Роспатент и зарегистрировать свои исключительные права на программные продукты, т.е. возможность регистрации не утрачена.

При этом сам факт регистрации не имел бы никакого значения для ЗАО «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ», не изменил бы правовой режим пользования программным комплексом (при его наличии в Обществе) и охраны исключительных прав.

Более того, регистрация прав и не могла быть произведена ФИО3 ввиду непередачи ему программного комплекса. Согласно разделу I Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации программы для электронных вычислительных машин или базы данных и выдаче свидетельств о государственной регистрации программы для электронных вычислительных машин или базы данных, их дубликатов, утв. Приказом Роспатента от 25.07.2018 № 129, для государственной регистрации программы для ЭВМ заявителем подается заявка на регистрацию, которая должна содержать: заявление с указанием правообладателя (заявителя), а также автора, если он не отказался быть упомянутым в качестве такового, и места жительства или места нахождения каждого из них (кроме базы данных, государственная регистрация которой осуществляется в соответствии с пунктом 3 статьи 1334 Кодекса); депонируемые материалы, идентифицирующие программу для ЭВМ или базу данных, включая реферат.

Таким образом, не проведение регистрации прав на программный комплекс обусловлена отсутствием в распоряжении ФИО3 в качестве генерального директора Общества самого программного комплекса. При этом нерегистрация прав в любом случае (независимо от причин) не привела к причинению Обществу каких-либо убытков.

Истец не привел достаточных, достоверных и допустимых доказательств, подтверждающих причинение Обществу убытков и наличия в действиях (бездействии) ФИО3 состава правонарушения.

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 ГК РФ. 

Согласно ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которое это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

Из содержания данной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, наличие состава правонарушения, включающего факт виновного нарушения органом или должностным лицом возложенных на него обязанностей (совершения незаконных действий или бездействия, издания незаконного акта), наличие у заявителя убытков и их размер, а также наличие причинно-следственной связи между допущенными нарушениями и возникшими у заявителя убытками. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий ответственности исключает применение указанной ответственности.

Таким образом, истец требуя возмещения убытков, должен доказать наличие всех указанных элементов ответственности в их совокупности.

В силу п. 3 ст. 10 ГК РФ разумность и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируются, следовательно, обязанность по доказыванию недобросовестности и неразумности действий единоличного исполнительного органа общества, повлекших за собой причинение убытков, возлагается на истца. 

Согласно п. п. 2, 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными /интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица при наличии фактической заинтересованности директора в повлекших интересами лица, в том совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2)           скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3)           совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4)           после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5)           знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Следовательно, при применении положений п. 3 ст. 53 ГК РФ следует исходить из презумпции отсутствия в действиях руководителя общества самого события правонарушения, презумпции добросовестного и разумного поведения руководителя.

Таким образом, истцу, требующему привлечения руководителя общества к ответственности следует обосновать наличие в действиях руководителя состава правонарушения, объективную сторону правонарушения - наличие недобросовестных, неразумных действий руководителя, нарушающих интересы общества; субъективную сторону правонарушения - виновность руководителя в данных действиях; причинно-следственную связь между совершенным правонарушением и убытками общества; размер убытков.

Для привлечения органов управления общества к ответственности, необходимо установить тот факт, что на момент совершения действий, повлекших возникновение убытков, действия (бездействие) упомянутых органов не отвечали интересам юридического лица.

Доказательств неиспользования программного комплекса по причине некоего корпоративного конфликта, утраты его ценности и потребительских характеристик не представлено.

Истец в своем исковом заявлении не приводит доказательств, подтверждающих причинение убытков Обществу и вину ответчика, а лишь описывает события, происходившие после принятия судебных актов по делу № А40-78028/2019.

ЗАО «БЭСТ-Телеком» ни на момент заключения указанного договора, ни на момент подписания акта приемки-передачи программного комплекса, ни на момент возникновения обязанности по оплате ФИО3 не был руководителем ЗАО «Бэст-Телеком».

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с требованием статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

В силу ч. 1 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Исследовав и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к выводу, что заявленное требование не подлежит удовлетворению, поскольку документально не подтверждено доказательствами, имеющимися в материалах дела, тогда как в силу ст. ст. 65, 68 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обстоятельства, на которые оно ссылается, и которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами.

Судом проверены и отклонены все доводы истца, в том числе изложенные в дополнительных пояснениях, поскольку опровергаются материалами дела, основаны на неверном толковании права,  не соответствуют действующему законодательству, не влекут иных выводов суда, чем те, которые суд изложил в настоящем решении.

Государственная пошлина подлежит распределению в соответствии со ст. 110 АПК РФ и относится на истца. 

На основании изложенного руководствуясь, ст. ст. 11, 12, 15, 307, 309, 310, 393 Гражданского кодекса РФ, ст. ст. 4, 9, 27, 41, 63-65, 71, 110, 121, 122, 123, 131, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд 

 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО2, действующего в интересах закрытого акционерного общества «БЭСТ-ТЕЛЕКОМ» (ИНН 

<

***>), к ФИО3 о взыскании 11 128 402 руб. убытков отказать. 

Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, установленные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

 

Судья

                                                                                                            И.М. Григорьева