ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-3679/2025

г. Челябинск

23 июня 2025 года

Дело № А07-41221/2023  

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 23 июня 2025 года.  

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Ковалевой М.В., судей Забутыриной Л.В., Матвеевой С.В. 

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ромадановой М.В. рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  

ФИО1 

на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.02.2025  

по делу № А07-41221/2023 

В заседании приняли участие представители: 

От апеллянта - ФИО2 представитель по доверенности от 07.08.2023, паспорт.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомлены о времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».  

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ дело рассматривалось судом в отсутствие неявившихся в судебное заседание лиц.  

УСТАНОВИЛ:

Участник общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний Отечество» ФИО3 обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к ФИО1 о признании соглашения от 11.09.2023 о расторжении договора прощения долга от 15.12.2022 недействительным, применении последствий недействительности сделки в виде признания отсутствующей задолженности в размере 362 044 320 руб. 50 коп  

Основанием иска истец указал, что сделка является крупной, совершенной с заинтересованностью директора на момент заключения  

оспариваемой сделки ФИО1, без одобрения второго участника «Группа компаний Отечество» - ФИО3 в ущерб интересам общества.  

Ответчик исковые требования не признал по доводам отзыва и дополнений к нему, просил в удовлетворении отказать, указав, что сумма кредиторской̆ задолженности по прощённому ФИО1 займу в размере 362 0441 48 руб. согласно положениям пп. 11 п. 1 ст. 251 НК РФ привела бы к корректировке налоговых обязательств общества «Группа компаний Отечество» и повлекла возникновение у общества недоимки по налогу на прибыль на сумму более 70 миллионов рублей в условиях тяжелого материального положения компании. Доказательств того, что в результате заключения договоров займа обществу был причинен ущерб в момент их исполнения материалы дела не содержат.  

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.02.2025 по делу № А07-41221/2023 исковые требования удовлетворены. Суд признал соглашение о расторжение договора от 11.09.2023, заключенное между ФИО1 и ООО «Группа компаний Отечество», недействительной сделкой. Применил последствия недействительности сделки в виде признания отсутствующей задолженности ООО «Группа компаний Отечество» перед ФИО1 в размере 362 044 320 руб. 50 коп.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, вынести по делу новый судебный акт.  

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает на то. что прощение долга оформлено договором 15.12.2022, на момент совершения сделки ФИО1 являлся участником общества с долей участия 99%, генеральным директором. Налоговым органом направлено уведомление о том, что прощенный долг по договорам займа должен быть учтен в составе внереализационных доходов при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций за 2022 год, т.е. прощенный долг, как сумма кредиторской задолженности не включена в состав доходов для целей определения налога на прибыль. Общество должно было скорректировать налоговые обязательства. Как указывает апеллянт, такая корректировка повлекла бы возникновение у общества недоимки по налогу на прибыль на сумму более 70 млн. руб. в текущем периоде. Вместе с тем на дату получения претензий налогового органа, общество находилось в состоянии имущественного кризиса. С целью недопущения наращивания задолженности перед уполномоченными органами, 15.12.2022 было заключено соглашение о расторжении договора о прощении долга. 11.09.2023 по факту расторжения договора прощения долга от 15.12.2022 издан приказ о необходимости внесения изменений в налоговую отчетность, т.е. информация о сделке не скрывалась от общества. Налоговые обязательства с учетом этого соглашения обществом в лице директора ФИО3 скорректированы с учетом состоявшейся сделки, что было подтверждено представителем  

ФИО3 в судебном заседании. Апеллянтом также указано на наличие существующего корпоративного конфликта между участниками общества, наличием количества арбитражных дел, рассматриваемых в суде. Апеллянт полагает, что позиция истца по данному делу противоречит позиции по делу № А07-43657/2023, где с одной стороны он указывает, что долга нет, поскольку договоры займа между обществом и ФИО1 являются мнимыми, с другой стороны в рамках настоящего дела утверждает, что сделка по отмене прощения долга нарушает его интересы, поскольку создает для общества некий ущерб, который определен им только из соотношения размера задолженности и данных бухгалтерского баланса, при этом использует оспариваемую сделку в интересах общества.  

Апеллянт полагает, что прощение долга и сопутствующие ему налоговые последствия – очевидно, могло стать причиной банкротства общества, поскольку финансовое состояние общества находилось в неконтролируемом режиме, как в связи с отсутствием денежных средств и действующих контрактов на выполнение работ, так и в связи с возникшим корпоративным конфликтом.  

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2025 апелляционная жалоба принята к производству суда. Судебное заседание назначено на 05.06.2025.  

До начала судебного заседания, посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр», от ФИО3 поступили 30.05.2025 отзыв на апелляционную жалобу, в котором истец возражает против доводов, изложенных в апелляционной жалобе. Истцом указано, что если бы ФИО1 действовал в интересах общества, то не стал бы расторгать договор о прощении долга, что повлекло уменьшение финансовой нагрузки на общество. Общество на момент совершения оспариваемой сделки находилось в затруднительном финансовом состоянии, за период с 01.01.2023 по 31.12.2023 у общества имелась кредиторская задолженность не только перед ФИО1. но и перед ФИО3, ООО «БМВ Лизинг», налоговым органом и перед сотрудниками по выплате заработной платы. Отзыв в соответствии со ст. 268 АПК РФ приобщен к материалам дела.  

От ФИО1 поступили письменные возражения на отзыв, который приобщен к материалам дела, с приложенными документами.  

В суд от ФИО3 поступило ходатайство об отложении судебного заседания, поскольку у истца и его представителя отсутствовала возможность обеспечения личной явки в судебное заседание. Также в ходатайстве указано, что в случае рассмотрения апелляционной жалобы 05.06.2025, ФИО3 просил оставить оспариваемый судебный акт без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Суд апелляционной инстанции определил ходатайство об отложении судебного заседания отклонить, поскольку дата и время судебного заседания определены в определении о принятии апелляционной жалобы к производству от 11.04.2025, стороны заблаговременно извещены о дате судебного заседания. Стороны направили отзыв на апелляционную жалобу и возражения на отзыв, в которых излагается в полном объеме их позиция по предмету рассматриваемому в  

апелляционной жалобе, в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает возможным и рассмотреть апелляционную жалобу в настоящем судебном заседании с учетом имеющихся в материалах дела доказательств.  

Апеллянт, его представитель поддержали доводы жалобы в полном объеме, представитель ответчика указал на отсутствие оснований для отмены судебного акта.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.  

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, представленным доказательствам, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на них, проверив правильность применения судом норм материального права, соблюдения норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения обжалуемого решения суда.  

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Отечество» (ООО «ГК Отечество») зарегистрировано Межрайонной ИФНС № 39 по Республике Башкортостан за ОГРН 

<

***>, сведения о юридическом лице внесены в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 11.12.2013 под наименованием «ЭсЭнЭйч Группа Компаний».  

В период с 22.12.2020 по 25.10.2023 ФИО1 осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа - генерального директора ООО «Группа компаний Отечество», что подтверждается трудовым договором от 22.12.2020, приказом о приеме на работу от 22.12.2020 № 1, приказом о прекращении трудового договора (увольнении) от 25.10.2023 № 14 и решением общего собрания учредителей ООО «Группа компаний Отечество» от 25.09.2023 (удостоверено нотариусом ФИО4, свидетельство № 02 АА 6523864 от 25.09.2023).  

 Решением общего собрания учредителей ООО «Группа компаний Отечество» от 25.09.2023 полномочия единоличного исполнительного органа - генерального директора ФИО1 прекращены с 25.10.2023, генеральным директором общества избран ФИО3.  

С 16.12.2022 участниками общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний Отечество» являются ФИО3 (доля в уставном капитале общества 51%), ФИО1 (доля в уставном капитале общества 49%).  

Как указывает истец, между ООО «Группа компаний Отечество», в лице генерального директора ФИО1, с одной стороны, и ФИО1, как физическим лицом, с другой стороны, было заключено соглашение от 11.09.2023 о расторжении договора прощения долга от 15.12.2022.  

В обоснование довода о крупности совершенной сделки и причинении ущерба обществу, истец указал, что в результате совершения сделки по  

расторжению соглашения о прощении долга от 15.12.2022 кредиторская задолженность общества «ГК Отечество» увеличилась на 362 044 320 рублей 50 копеек, что составляет 83,99 % от балансовой стоимости активов общества, тем самым увеличена финансовая нагрузка на общество.  

В обоснование довода о заинтересованности ФИО1 истец указал на то, что оспариваемая сделка совершена ответчиком с «самим собой» от имени генерального директора ООО «Группа компаний Отечество» с одной стороны, и ФИО1 как физического лица, с другой стороны.  

При этом, ФИО3, будучи вторым участником общества о факте заключения спорной сделки ни до момента её совершения, ни после уведомлен не был, требования о проведении внеочередного общего собрания участников общества в целях для обсуждения вопроса одобрения указанной сделки ФИО1 не заявлял.  

Истец также полагает, что действия ФИО1 по совершению оспариваемой сделки объясняются тем, что им инициирован корпоративный конфликт внутри общества (дело № А07-26051/2023) и желанием получить кредиторский контроль над обществом с последующей целью завладения его активами.  

Ссылаясь на то, что соглашение от 11.09.2023 о расторжении договора прощения долга от 15.12.2022 является недействительной сделкой в силу статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статей 166, 167, пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации как сделка с заинтересованностью, совершенная без согласия участника общества, в результате которой обществу причинен ущерб, истец обратился с рассматриваемым иском.  

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования, исходил из доказанности совокупности условий для признания оспариваемой сделки - соглашения о расторжении договора прощения долга от 15.12.2022 недействительной, поскольку по количественному и качественному критериям сделка подпадает под признак крупной сделки, выходящей за пределы обычной хозяйственной деятельности общества. Доказательств одобрения крупной сделки в материалы не представлено, следовательно, соглашение о расторжении договора прощения долга от 15.12.2022 признано недействительной сделкой на основании пункта 4 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.  

Апелляционный суд усматривает основания для отмены судебного акта, исходя из следующего.  

В соответствии с нормами корпоративного законодательства сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, или крупная сделка, заключенная от имени общества с ограниченной ответственностью генеральным директором (директором) или уполномоченным им лицом с нарушением требований, предусмотренных соответственно статьями 45 и 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску общества или его участника.  

В соответствии с разъяснениями пункта 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).  

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.  

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента.  

При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.  

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).  

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).  

В целях правильного применение положений Закона об обществах с ограниченной ответственностью, пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, приведенных в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" и в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" должны быть исследованы вопросы оценки сделки на предмет экономической целесообразности.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемая сделка по заключению ФИО1 соглашения о  

расторжении договора прощения долга от 15.12.2022 по количественному и качественному критериям подпадает под признак крупной сделки, выходящей за пределы обычной хозяйственной деятельности общества.  

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым учитывать следующее:  

Исходя из сложившейся на уровне Верховного Суда Российской Федерации устойчивой практики, на лицо, в отношении которого представлена достаточная совокупность доказательств фактической аффилированности, может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определения Судебной коллегии по экономическим спорам от 16 июня 2023 г. N 305-ЭС22-29647, от 28 сентября 2020 г. N 310-ЭС20-7837, от 6 августа 2018 г. N 308-ЭС17-6757(2,3), от 28 мая 2018 г. N 301-ЭС17-22652(3), от 26 мая 2017 г. N 306-ЭС16-20056(6), от 15 июня 2016 г. N 308-ЭС16- 1475 и др.).  

Обосновывая довод о целесообразности заключения оспариваемой сделки, ФИО5 указывает, что у общества (заемщик) перед ФИО1 имеется задолженность по договорам процентного займа № ИБ/ГК-21/01/-22 от 21.01.2022, № ИБ/ГК-07/02-22 от 07.02.2022, № ИБ/ГК-28/03-22 от 28.03.2022, № ИБ/ГК-05/05-22 от 05.05.2022, № ИБ/ГК-23/05-22 от 23.05.2022, № ИБ/ГК-19/07-22 от 19.07.2022, № ИБ/ГК-01/08-22 от 01.08.2022, № ИБ/ГК-22/08-22 от 22.08.2022, № ИБ/ГК-06/09-22 от 06.09.2022, № ИБ/ГК-12/10-22 от 12.10.2022, № ИБ/ГК-26/10-22 от 26.10.2022, № ИБ/ГК-10/11-22 от 10.11.2022, № ИБ/ГК-05/12-22 от 05.12.2022  

Общая сумма долга по займам составила 357 170 000 руб. Размер процентов за пользование суммой займа – 4 874 320,30 руб. 

Право требование ФИО1 к обществу возникло в результате выкупа права требования у ООО «Инвестбизнес» по договорам уступки права требования.  

15.12.2022 между обществом (должник) и ФИО1 (кредитор) заключен договор прощения долга, согласно которому ФИО1 освобождает общество – должника от уплаты задолженности в размере 362 044 320,30 руб., возникшей из обязательств по договорам займа (Том 1 л.д. 41).  

На момент заключения договора прощения долга, доля участия ФИО1 в уставном капитале ООО «ЭсЭнЭйч Группа Компаний» по состоянию на 15.12.2022 составила 99%. ФИО1 намерен реализовать в будущем 49% доли общества новому лицу, с целью дальнейшего развития своего предприятия и его дочерних обществ (п.п. 2,3 договора прощения долга).  

Как верно указано ответчиком, прощенный долг на сумму займа и прощенные проценты по нему являются для займодавца имущественным правом – правом требовать с должника-заемщика денежной выплаты займа и начисленных процентов.  

Согласно представленному истцом в материалы дела бухгалтерскому балансу ООО «Группа компаний Отечество» за 2022 год общая стоимость балансовых активов общества (строка 1600) составила 431 077 000 руб.  

 Суд апелляционной инстанции учитывает обстоятельства,  

предшествующие совершению сделки: 

28.08.2023 налоговым органом направлено в адрес общества уведомление № 5772 о вызове, в котором указано, что сумма кредиторской задолженности по прощенному займу 362 044 148 руб. должна быть учтена в составе внереализационных доходов при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций за 2022 год, поскольку не отвечает положениям пп. 11 пункта 1 статьи 251 НК РФ (том 1 л.д. 47).  

При прекращении долгового обязательства путем прощения долга не происходит передача имущества или имущественных прав, следовательно, отсутствуют основания для освобождения от налогообложения по подпункту 11 пункта 1 статьи 251 НК РФ.(«О налоге на прибыль в отношении дохода в виде суммы кредиторской задолженности, списанной в результате прощения долга». Письмо Минфина России от 05.12.2022 № 03-03-07/118860).  

В Письме Минфина от 05.12.2022 № 03-03 07/118860 рассмотрен вопрос о налогооблжаении суммы прощенной кредиторской задолженности. При прекращении долгового обязательства путем прощения долга не происходит безвозмездной передачи имущества или имущественных прав. Сумму прощенного участником общества долга необходимо включить в состав нереализованных доходов организации как списанную кредиторскую задолженность (п. 18 ст. 251 НК РФ).  

С учетом тяжелой финансовой ситуации (второе полугодие 2023), доначисление налогов привело бы к банкротству общества. Такая корректировка повлекла бы возникновение у общества недоимки по налогу на прибыль на сумму более 70 миллионов рублей (72 408 829.60 руб.) в текущем периоде.  

18.09.2023 года ответчик принял участие в рабочей встрече с представителями Межрайонной ИФНС России № 1 по Республике Башкортостан, где ему были разъяснены последствия допущенного нарушения (в соответствии с Концепцией системы планирования выездных налоговых проверок, утверждённой̆ Приказом ФНС России от 30.05.2007 № ММ-3- 06/333@ и выявлении рисков нарушения налогового законодательства).  

При этом на дату получения претензий налогового органа предприятие находилось в состоянии имущественного кризиса (задолженность по налогам, задержка выплаты заработной платы, что установлено Постановлением Государственной инспекции труда по РБ № 2/4-841-23-ППР/12-18842-И/3144 от 20.09.2023 о назначении административного наказания – обжалуется ответчиком), в связи с чем ответчик в порядке исполнения обязанности, предусмотренной Федеральным законом «о несостоятельности..» опубликовал на федресурсе сообщение № 16326577 от 21.08.2023 с уведомлением всех заинтересованных лиц о намерении обратиться в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании ООО «Группа компаний Отечество» несостоятельным  

(банкротом) в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве).  

С целью недопущения наращивания задолженности перед уполномоченными органами ФИО1 в налоговый орган представлены пояснения, согласно которым «11.09.2023 года общество с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Отечество» и гражданин ФИО1 в соответствии со ст. 450, 450.1, 452, 453 Гражданского кодекса РФ, заключили Соглашение о расторжении договора о прощении долга от 15.12.2022 года, по условиям которого Должник на основании ст. 450.1 Гражданского кодекса РФ отказался от осуществления своего права.  

В связи с отказом в осуществления права, исходя из обоюдной воли сторон, стороны пришли к соглашению о расторжении договора прощения долга от 15.12.2022 года с сохранением положения сторон, существовавшего на дату подписания договора прощения долга от 15.12.2022 года (статья 425, 453 Гражданского кодекса РФ.  

11.09.2023 года по факту расторжения договора прощения долга от 15.12.2022 года по предприятию издан приказ о необходимости внесения изменений в налоговую отчетность.  

В связи с восстановлением задолженности общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Отечество» перед ФИО1, долг по в размере 362 044 320.30 руб., возникший из обязательств по договорам займа в составе внереализационных доходов по налогу на прибыль отражению не подлежит, является действующим (текущим) обязательством общества (кредиторская задолженность)». В текущий же период Актом органа, осуществляющего контрольные функции от 19.10.2023 № 4867, предъявлено требование об уплате налога в сумме 3 517 291,28 руб.  

В связи с чем, довод ФИО3 о том, что прощение долга организацией-учредителем с долей участия в уставном капитале, превышающей 50% не квалифицируется в качестве дохода и не учитывается в составе внереализационных доходах отклоняется. При прощении долга обязательство прекращается освобождением кредитором должника от лежащих на нем обязанностей, если это не нарушает прав других лиц в отношении имущества кредитора (статья 415 ГК РФ).  

Подпунктом 11 пункта 1 статьи 251 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) установлено, что доходы налогоплательщика в виде имущества, имущественных прав, полученных российской организацией безвозмездно, в частности, от физического лица, если такое физическое лицо прямо и (или) косвенно участвует в такой организации и доля такого участия в уставном (складочном) капитале (фонде) такой организации, определенная в соответствии с положениями статьи 105.2 НК РФ, составляет не менее 50 процентов, не учитываются при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций.  

При этом полученное имущество, имущественные права не признаются доходом для целей налогообложения прибыли организаций только в том случае, если в течение одного года со дня их получения указанные имущество,  

имущественные права (за исключением денежных средств) не передаются третьим лицам.  

Учитывая, что при прекращении долгового обязательства путем прощения долга не происходит передача имущества или имущественных прав, оснований для применения подпункта 11 пункта 1 статьи 251 НК РФ, не имеется.  

Кроме того, как верно указано апеллянтом, заем выдавался не учредителем, а аффилированным лицом - займодавец ООО «Инвестбизнесс», который впоследствии уступил права требования к обществу ФИО1  

В результате совершенной ответчиком сделки восстановлена задолженность общества в размере 362 044 320 рублей 50 копеек, что составляет 83,99 % от балансовой стоимости активов общества.  

ФИО3 указано, что в рассматриваемом случае прощение долга может быть квалифицировано как безвозмездное получение обществом имущества, что в принципе исключает возможность доначисления налога на прибыль.  

Таким образом, совершая сделку – договор прощения долга от 15.12.2022 года фактически в интересах истца (ФИО3), о чем свидетельствует пункт 3 договора прощения долга от 15.12.2022 года, истцом была неверно истолкована норма права, содержащаяся в пп. 11 п. 1 ст. 251 НК РФ с точки зрения понимания налоговых последствий для ООО «Группа компаний Отечество».  

Норма подпункта 11 пункта 1 статьи 251 НК РФ предусматривает передачу имущества, а квалификация дохода осуществляется на дату совершения сделки - дату прощения долга, следовательно, именно на дату прощения долга необходимо совершить передачу имущества.  

Однако в данном случае никакой передачи на дату прощения долга не происходит.  

Прощенный долг на сумму займа и прощенные проценты по нему являются для заимодавца имущественным правом - правом требовать с должника-заемщика денежной выплаты займа и начисленных процентов.  

Прощение задолженности – это не безвозмездная передача в собственность другой организации какого-либо имущества, а освобождение кредитором должника от лежащих на нем обязанностей, то есть способ прекращения обязательства должника перед кредитором.  

При прекращении долгового обязательства путем прощения долга не происходит передача имущества или имущественных прав, следовательно, отсутствуют основания для освобождения от налогообложения по подпункту 11 пункта 1 статьи 251 НК РФ.(«О налоге на прибыль в отношении дохода в виде суммы кредиторской задолженности, списанной в результате прощения долга» Письмо Минфина России от 05.12.2022 N 03-03-07/118860).  

Само по себе наличие кредиторской задолженности не свидетельствует о причинении ущерба.  

По аналогии права могут быть использованы правовые позиции, выработанные при рассмотрении, дел о несостоятельности (банкротстве). Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации,  

выраженной в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, даже формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.  

Доказательств того, что результате заключения договоров займа (договор процентного займа № ИБ/ГК-21/01/-22 от 21.01.2022, договор процентного займа № ИБ/ГК07/02-22 от 07.02.2022, договор процентного займа № ИБ/ГК-28/03-22 от 28.03.2022, договор процентного займа № ИБ/ГК-05/05-22 от 05.05.2022, договор процентного займа № ИБ/ГК-23/05-22 от 23.05.2022, договор процентного займа № ИБ/ГК-19/07-22 от 19.07.2022, договор процентного займа № ИБ/ГК-01/08-22 от 01.08.2022, договор процентного займа № ИБ/ГК-22/08-22 от 22.08.2022, договор процентного займа № ИБ/ГК06/09-22 от 06.09.2022, договор процентного займа № ИБ/ГК-12/10-22 от 12.10.2022, договор процентного займа № ИБ/ГК-26/10-22 от 26.10.2022, договор процентного займа № ИБ/ГК-10/11-22 от 10.11.2022, договор процентного займа № ИБ/ГК-05/12-22 от 05.12.2022) обществу был причинен ущерб в момент их исполнения материалы дела не содержат.  

Вопрос о действительности поименованных сделок является предметом иного судебного разбирательства (дело № А07-43657/2023).  

Крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со статьей 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.  

В рассматриваемом случае сделка по расторжению договора прощения долга от 15.12.2022 (далее – оспариваемая сделка) совершена в отношении заинтересованного лица.  

Верховный Суд РФ указал, что, по общему правилу, любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное, при этом бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.  

Истцом таких доказательств не представлено. Как следует из разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении от 18.07.2003 N 14-П формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника.  

В рассматриваемом случае, суд апелляционной инстанции полагает, что ущерб от совершения оспариваемой сделки отсутствует.  

Согласно правовым позициям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 27 от26 июня 2018 года «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» для квалификации сделки как крупной необходимо соответствие такой сделки двум критериям:  

Количественный критерий: предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее -имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.  

Качественный критерий: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов.  

Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных данной статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника (пункт 5 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).  

Согласно пункту 4 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью решение о согласии на совершение сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается советом директоров (наблюдательным советом) общества большинством голосов директоров (если необходимость большего числа голосов не предусмотрена уставом общества), не заинтересованных в ее совершении, или общим собранием участников общества большинством голосов (если необходимость большего числа голосов не предусмотрена уставом общества) от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в совершении такой сделки.  

В соответствии с пунктом 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.  

В соответствии с положениями ст. 45 закона об ООО сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, не требует обязательного предварительного согласия на ее совершение. Отсутствие согласия на совершение  

сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной. Информация по сделке – истцом не истребовалась.  

ФИО3 указано, что в действительности настоящей целью сделки является сокрытие ФИО1 наличия задолженности от ФИО3 при продаже доли в уставном капитале общества и недобросовестное возобновление требования в период корпоративного конфликта.  

Так, при отчуждении доли в уставном капитале общества в пользу ФИО3, ФИО1 сведения о существовании данной задолженности перед ним не раскрывал; сведения о ней в данных бухгалтерской и налоговой отчетности отсутствовали. Доказательств обратного в материалы дела не представлены.  

Данный довод отклоняется, Договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Группа компаний Отечество» заключен 16.12.2022 года – то есть в том финансовом периоде, когда операции по займам имели место быть и отражались в бухгалтерском учете общества, информация была доступна при анализе выписок о движении денежных средств по счетам, также при анализе счетов бухгалтерского учета (счета 55, 66, 67).  

В случае же, если ФИО3 не воспользовался правом на ознакомление с документацией общества до принятия решения о приобретении доли – он не вправе ссылаться на наличие какого-либо обмана со стороны продавца доли и должен в этом случае пояснить суду мотивы приобретения доли в условиях отсутствия «знания о товаре» - что же повлияло на его намерение установить обязательство.  

Принятие решения о приобретении 50% долей ООО «Группа компаний «Отечество» без изучения предмета купли-продажи влечет те же самые последствия по отношению к оспариваемой сделке – то есть предмет купли-продажи остался неизменным для покупателя – он купил долю в обществе, у которого имелась кредиторская задолженность и никаких договорённостей в отношении данной задолженности стороны договора купли-продажи – не закрепили.  

Доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО3. создавались препятствия в получении информации и документов о деятельности общества, была представлены недостоверная информация, не имеется; материалами дела не подтверждается умышленное создание со стороны ФИО1 ложного представления у покупателя доли об обстоятельствах заключения оспариваемой сделки, финансовом состоянии общества (ввода в заблуждение).  

Необходимо учитывать и то, что иск заявлен в период корпоративного конфликта. Истец не приводит доказательств фактически наступивших негативных последствий сделки, как и не опровергает положительного экономического эффекта от ее совершения.  

Совершение оспариваемой сделки обусловлено мотивом предотвращения возможных негативных последствий для общества, в котором ответчик является участником: наличие кредиторской задолженности перед самим участником  

(истцом) исключает взыскание с него, как с лица, контролирующего должника денежных средств в сумме такой задолженности в порядке субсидиарной ответственности (а у общества имелись признаки неплатежеспособности), однако кредиторская задолженность перед независимым кредитором обладает иным правовым статусом. По факту предъявления требования об уплате недоимки банкротство общества было бы неизбежным.  

Общество имело финансовые трудности в период совершения сделки. Так, у общества отсутствовали новые контракты, дебиторская задолженность, при этом происходило увеличение кредиторской задолженности, что не отвечало интересам общества. Кредиторская задолженность возникла вследствие невыполнения обществом своих договорных обязательств по договорам займа, выплате заработной платы сотрудникам и т.д.  

Дело о банкротстве возбуждено по заявлению уполномоченного органа 09.11.2023 года (дело А07-37114/2023), прекращено 13.03.2024 года, в связи с погашением задолженности. При наличии у ФИО1 намерения включаться в реестр требований кредиторов - у него было бы достаточно времени для реализации такого намерения. Однако никаких претензий в адрес общества, ФИО1 в отношении данной задолженности не направлял. У ФИО1 намерения взыскивать задолженность, которая с учетом обстоятельств возникновения, фактически является вкладом в имущество, - отсутствуют.  

Кроме того, ФИО1, в целях предотвращения негативных для общества последствий, возможного банкротства общества, учитывая текущую финансовую ситуацию, отсутствие какого-либо источника дохода у общества, выразил суду отказ от взыскания задолженности по договорам займа: № ИБ/ГК-21/01/-22 от 21.01.2022, № ИБ/ГК07/02-22 от 07.02.2022, № ИБ/ГК-28/03-22 от 28.03.2022, № ИБ/ГК-05/05-22 от 05.05.2022, № ИБ/ГК-23/05-22 от 23.05.2022, № ИБ/ГК-19/07-22 от 19.07.2022, № ИБ/ГК-01/08-22 от 01.08.2022, № ИБ/ГК-22/08-22 от 22.08.2022, № ИБ/ГК-06/09-22 от 06.09.2022, № ИБ/ГК12/10-22 от 12.10.2022, № ИБ/ГК-26/10-22 от 26.10.2022, № ИБ/ГК-10/11-22 от 10.11.2022, № ИБ/ГК-05/12-22 от 05.12.2022 (письменные пояснения Том 2 л.д.4 ).  

При таких обстоятельствах, оспариваемая сделка соответствовала хозяйственным интересам общества и в условиях корпоративного конфликта являлась экономически оправданной, без причинения ущерба обществу. В деле отсутствуют доказательства совершения оспариваемой сделки с намерением причинить вред обществу.  

Оспариваемая сделка не создала новой задолженности, следовательно, по общему правилу не может оцениваться в качестве убытков для целей квалификации соответствующего волеизъявления как сделки с пороками.  

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что судебный акт подлежит отмене, в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела , а также неправильным применением норма материального права (п. 3,4 ч. 1 ст. 270 АПК РФ), с изложением резолютивной части в иной редакции.  

Согласно пункту 3 абзаца 4 статьи 272 АПК РФ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить определение суда первой инстанции полностью или в части и разрешить вопрос по существу.  

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с проигравшей стороны.  

Поскольку по результатам рассмотрения апелляционной жалобы ФИО1 арбитражный апелляционный суд отменил решение суда первой инстанции и отказал в удовлетворении искового заявления ФИО3, с последнего подлежат взысканию в пользу ФИО1 понесенные им расходы по уплате государственной пошлины.  

Руководствуясь статьями 176, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

ПОСТАНОВИЛ 

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 26.02.2025 по делу № А07-41221/2023 отменить, апелляционную жалобу ФИО1 - удовлетворить.  

В удовлетворении требований ФИО3 отказать. 

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 10 000 руб. за подачу апелляционной жалобы.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий судья М.В. Ковалева  

Судьи: Л.В. Забутырина 

 С.В. Матвеева