ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

21.03.2019                                                                              Дело № А40-172410/16

Резолютивная часть постановления оглашена 14 марта 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 21 марта 2019 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе: 

председательствующего-судьи Тарасова Н.Н.,

судей Михайловой Л.В., Петровой Е.А.

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – явился лично, предъявил паспорт, ФИО2 по доверенности от 27.0.2018;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу 

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Союзспецстрой» 

на определение Арбитражного суда города Москвы от 04.10.2018 (судья Романченко И.В.) и на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2018 (судьи Маслов А.С., Сафронова М.С., Порывкин П.А.),

об отказе в привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Союзспецстрой»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 10.10.2016 общество с ограниченной ответственностью «Союзспецстрой» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 04.10.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2018, в удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должника отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, определение и постановление отменить, принять новый судебный акт о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

В судебном заседании суда кассационной инстанции ФИО1 и его представитель просили обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в том числе заявитель кассационной жалобы, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив, в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, и было установлено судами первой и апелляционной инстанций, заявление конкурсного управляющего должника мотивировано неисполнением указанными лицами обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника, исходил из непредставления последним в материалы дела надлежащих доказательств наличия совокупности обязательных условий, только при наличии которых возможно привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

При этом суды руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ), рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу указанного Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции указанного Федерального закона).

Заявление конкурсного управляющего должника поступило в суд первой инстанции после 01.07.2017, следовательно, при рассмотрении настоящего обособленного спора, подлежат применению положения закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий. 

Предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Между тем, в соответствии с решением единственного участника должника от 06.04.2012, руководителем должника являлся ФИО1, с 10.10.2014 руководителем должника был назначен ФИО5, а ФИО4, в свою очередь, осуществлял обязанности ликвидатора должника в период с 11.05.2016 по 10.10.2016.

Таким образом, отметили суды, ФИО4, ФИО5 и ФИО1 являются контролирующими должника лицами.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; указанным Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в указанных выше случаях в арбитражный суд в кратчайший срок, но непозднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В соответствии с разъяснениями высшей судебной инстанции приведенными в пункте 9 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление от 21.12.2017 № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Между тем, конкурсный управляющий должника, заявляя о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц, указывает на то, что у должника 19.11.2012 возникли, а решением Арбитражного суда города Москвы от 27.11.2014 были подтверждены обязательства перед обществом с ограниченной ответственностью «СК «Берег».

В связи с этим, конкурсный управляющий должника полагает, что обязанность обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом возникла именно 19.12.2012.

Вместе с тем, как правильно указал суд первой инстанции, конкурсный управляющий должника не представил доказательств неплатежеспособности должника по состоянию на обозначенную в заявлении дату, как следствие, не доказал и наличие у контролирующих должника лиц обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Так, судом указано, что размер активов должника, в соответствии с данными его бухгалтерского баланса за 2014 год, составляет 1 824 810 000 руб., что существенно превышает задолженность перед обществом с ограниченной ответственностью «СК Берег»; задолженность перед отдельным контрагентом, тем более в размере значительно меньшем размера активов предприятия не может являться основанием для установления факта наличия у должника признаков неплатежеспособности.

Также судом отмечено, что согласно бухгалтерскому балансу должника по состоянию на 31.12.2015, у него имелось имущество для погашения задолженности, как следствие, у руководителей должника отсутствовала обязанность обратиться в суд с заявлением о банкротстве.

При этом, судами учтено, что наличие неисполненного судебного акта при возможности погашения задолженности не образует обязанности по обращению с заявление о банкротстве, поскольку само по себе наличие неисполненного судебного акта при отсутствии иных квалифицирующих признаков не является основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции согласился с выводом суда первой инстанции о непредставлении конкурсным управляющим должника надлежащих доказательств наличия обязательных условий, при которых возможно привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за не подачу заявления о признании должника банкротом.

Приведенный в кассационной жалобе довод о том, что в период руководства должником ликвидатором должника ФИО4 неуполномоченным лицом ФИО5 совершена сделка от имени должника, которая привела к выводу имущества должника, снижению активов, причинению существенного вреда имущественным правам кредиторов, был предметом исследования судов и отклонен ими в силу следующего.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

В пункте 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Вместе с тем, оценивая действия директора должника, суды руководствовались разъяснениями, изложенными в пунктах 3-5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», согласно которым неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации, до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, не отложил принятие решения до получения дополнительной информации.

Применение положений статьи 61.11 Закона о банкротстве разъяснено в постановлении от 21.12.2017 № 53, в пункте 16 которого указано, что неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

При этом, как отметили суды, действительно, определением Арбитражного суда города Москвы от 15.08.2017 признана недействительной сделка по выдаче ФИО5 по чеку от 12.05.2016 с расчетного счета должника № 40702810400000001453, открытого в АО «ФОНДСЕРВИСБАНК», денежных средств в размере 876 424,47 руб., применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника денежных средств в размере 876 424,47 руб.

Таким образом, сумма задолженности была взыскана с ФИО5 в качестве последствий недействительности сделки.

Привлечение же ФИО5 к субсидиарной ответственности повлечет за собой двойную ответственность за одно и то же правонарушение, установленную вступившим в законную силу судебным актом, что недопустимо в силу положений действующего законодательства.

На основании изложенного, суды пришли к выводу о том, что  в рассматриваемом случае также отсутствуют основания для удовлетворения заявления конкурсного управляющего должника о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

При этом, суд апелляционной инстанции отметил, что конкурсный управляющий должника ошибочно отождествляет нежелание должника исполнять свои обязательства перед конкретным кредиторов с неплатежеспособностью, а доказательства того, что нежелание должника исполнить свои обязательства перед названным кредитором связано именно с отсутствием денежных средств у должника, а не в связи с наличием обычного спора хозяйствующих субъектов,  конкурсным управляющим не представлены.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РоссийскойФедерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О,статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса,регламентирующими производство в суде кассационной инстанции,предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актовправо оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами нормматериального и процессуального права и не позволяют ему непосредственноисследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оцениваютдоказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основепринципов состязательности, равноправия сторон и непосредственностисудебного разбирательства, что недопустимо. 

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.Аналогичная правовая позиция содержится в определении ВерховногоСуда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первойинстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силустатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, анесогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует онеправильном применении судом норм материального и процессуального праваи не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которыесуды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и приниматьрешение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иноесвидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенномнарушении норм процессуального права и нарушении прав и законныхинтересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактическисвидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании сами заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимопри проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениямистатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судукассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматриватьфактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений,давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать илисчитать установленными обстоятельства, которые не были установлены вопределении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой илиапелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной впостановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РоссийскойФедерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенностиследует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном ивсестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отмененоисключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств,данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактическихобстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной прирассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 04.10.2018 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2018 по делу № А40-172410/16 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Председательствующий-судья          Н.Н. Тарасов 

Судьи:                     Л.В. Михайлова

 

                                                                                                    Е.А. Петрова