ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-256382/17

16 июля 2025 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 16 июля 2025 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Морхата П.М., Усачевой Е.В.,

при участии в заседании:

от ФИО1: ФИО1, паспорт; ФИО2, доверенность от 27.09.2024;

от конкурсного управляющего должника: ФИО3, доверенность от 16.06.2025;

рассмотрев 09 июля 2025 года в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1 с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания)

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 13 февраля 2025 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 

от 28 апреля 2025 года

о признании недействительной сделкой договора от 11.09.2017 № 0917 купли-продажи автомобиля Хендай Санта Фэ, 2015 года выпуска, заключенного между ООО «Холдинг Полимер» и ФИО1, и применении последствий недействительности сделки

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Холдинг Полимер»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.08.2020 ООО «Холдинг Полимер» (далее - должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утверждена ФИО4, о чем опубликована информация в газете «Коммерсантъ» 12.09.2020, объявление № 77033443616.

В Арбитражный суд города Москвы 06.08.2024 поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительной сделкой договора купли-продажи автомобиля от 11.09.2017 № 0917, заключенного между ООО «Холдинг Полимер» и ФИО1 (далее - ответчик), и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13 февраля 2025 года признан недействительной сделкой договор купли-продажи автомобиля Хендай Санта Фэ, 2015 года выпуска, от 11.09.2017 № 0917, заключенный между ООО «Холдинг Полимер» и ФИО1, и применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу должника автомобиль Хендай Санта Фэ, 2015 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***>, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, цвет синий.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28 апреля 2025 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции ФИО1 и его представитель поддержали доводы кассационной жалобы.

Представитель конкурсного управляющего должника возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, конкурсный управляющий указывал, что в ходе проведения мероприятий, предусмотренных процедурой, им выявлено, что между ФИО1 и генеральным директором ООО «Холдинг Полимер» ФИО5 составлен договор купли-продажи автомобиля Хендай Санта Фэ, 2015 года выпуска, от 11.09.2017 № 0917, согласно указанному договору составлен акт приема-передачи транспортного средства по договору купли-продажи от 11.09.2017 № 0917.

Конкурсный управляющий полагал, что договор купли-продажи автомобиля от 11.09.2017 № 0917 подлежит признанию недействительным, поскольку на момент совершения сделки должник имел значительную кредиторскую задолженность, а вторая сторона сделки - ФИО1 в силу оказываемых им должнику юридических услуг обладал информацией об ущемлении интересов кредиторов должника, также о признаках неплатежеспособности должника.

Также конкурсный управляющий указывал, что действия по безвозмездной передаче имущества должника в адрес ответчика ФИО1, осведомленного о неплатежеспособности должника, уменьшили имущество должника, как следствие, иные кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований от реализации указанного автомобиля.

В качестве правовых оснований заявленных требований конкурсный управляющий ссылался на положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций правомерно руководствовались следующим.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Законом о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. В частности, статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды указали, что ответчик ссылался на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности по заявленным требованиям. Однако указанные доводы ответчика обоснованно отклонены судами в связи со следующим.

Судами установлено, что оспариваемая сделка совершена 11.09.2017, при этом период подозрительности для сделок должника начал свое течение с 25.01.2016.

Так, 29.12.2017 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ООО «Торгово-производственное объединение «Комплектстрой-Групп» о признании ООО «Холдинг Полимер» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.11.2018 заявление ООО «Торгово-производственное объединение «Комплектстрой-Групп» о признании ООО «Холдинг Полимер» несостоятельным (банкротом) возвращено заявителю.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 23.11.2018 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В период разрешения вопроса о принятии к производству заявления ООО «Торгово-производственное объединение «Комплектстрой-Групп» определением Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2019 принято к производству заявление ФНС России в лице ИФНС России № 22 по г. Москве о признании ООО «Холдинг Полимер» несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по делу № А40-283250/18.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.02.2019 по делу № А40-256382/17 заявление ООО «Торгово-производственное объединение «Комплектстрой-Групп» также принято к производству.

Определением Арбитражного суда по городу Москве от 14.10.2019 по делу № А40-256382/17 объединены в одно производство для совместного рассмотрения дело № А40-283250/18 по заявлению ФНС России в лице ИФНС России № 22 по г. Москве с делом № А40-256382/17 по заявлению ООО «Торгово-производственное объединение «Комплектстрой-Групп» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Холдинг Полимер» с присвоением единого номера дела № А40-256382/17.

Заявление кредитора ФНС России в лице ИФНС России № 22 по г. Москве о признании ООО «Холдинг Полимер» несостоятельным (банкротом) передано для рассмотрения в рамках дела № А40-256382/17.

Заявление о признании ООО «Холдинг Полимер» несостоятельным (банкротом) принято 25.01.2019, в связи с чем суды отметили, что период подозрительности для сделок данного должника начал течь с 25.01.2016.

Таким образом, суды указали, что в рассматриваемом случае заявление ФНС России в лице ИФНС России № 22 по г. Москве о признании ООО «Холдинг Полимер» несостоятельным (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2019, в то время как спорная сделка (договор купли-продажи) совершена 11.09.2017, в трехгодичный период подозрительности, то есть в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

 Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве, срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона о банкротстве) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9)).

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и так далее), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и тому подобное.

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

Вышеуказанные разъяснения относительно определения момента, с которого начинает течь годичный срок исковой давности при оспаривании арбитражным управляющим подозрительных сделок, даны в абзаце втором пункта 32 Постановления № 63.

Таким образом, суды правомерно отметили, что срок исковой давности для оспаривания сделки по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, начинает течь с момента, когда конкурсный управляющий и кредитор узнали или должны были узнать о факте совершения сделки, но не ранее введения в отношении должника процедуры конкурсного производства.

Суды исходили из того, что само по себе признание должника банкротом не приводит к началу течения срока исковой давности. Как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 05.02.2016 № 304-ЭС14-5681(7), срок исковой давности на оспаривание сделок должника начинается не в момент утверждения конкурсного управляющего должника, а в момент, когда конкурсный управляющий должника имел реальную возможность получить документацию должника.

Между тем, из представленных в материалы дела доказательств суды установили, что о существовании договора купли-продажи автомобиля от 11.09.2017 № 0917, а также о том, что спорный автомобиль по данному договору продан ФИО1, конкурсный управляющий ФИО4 узнала после получения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 05.06.2024.

При этом суды указали, что заявление конкурсного управляющего поступило в адрес суда в электронном виде 05.08.2024, в связи с чем суды обоснованно заключили, что срок исковой давности не может считаться пропущенным.

Суды обоснованно отметили, что дата потенциальной осведомленности конкурсного управляющего об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной, не могла наступить ранее получения сведений о самой сделке, поскольку сведения о сделке намеренно скрывались бывшим руководителем, а в сведениях из регистрирующих органов и выписках по счетам должника информации о ней не имелось.

Доказательств осведомленности конкурсного управляющего о возможности оспаривания сделки ранее получения сведений о ней судам ответчиком не представлено.

Учитывая изложенное, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что конкурсным управляющим не пропущен срок исковой давности по заявленному требованию.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Таким образом, при оспаривании сделки по специальным основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность контрагента об указанных обстоятельствах.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства (пункт 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, целью продажи является передача собственного имущества за соразмерное встречное представление.

Между тем суды, установив, что денежные средства от продажи автомобиля Хендай Санта Фэ, 2015 года выпуска, на расчетные счета должника не поступали, ответчиком документы, подтверждающие оплату приобретенного автомобиля, не предоставлены, пришли к обоснованному выводу о безвозмездном характере сделки.

Суды указали, что ФИО1, возражавший против удовлетворения заявления о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, в представленном в материалы дела отзыве сообщил, что заключенный договор купли-продажи является возмездной сделкой, совершенной вследствие правоотношений, возникших на основании договора о сотрудничестве в 2015 году.

Судами установлено, что из пунктов 2.3, 2.4 представленного в материалы дела договора о сотрудничестве следует, что должник обязался в качестве компенсации (вместо денежного вознаграждения) за предоставление консультационных и юридических услуг предоставить ответчику во временное владение и пользование спорный автомобиль на период действия договора с 07.08.2015 по 31.08.2017, а по истечении действия договора лизинга передать указанный автомобиль в собственность ответчику.

Вместе с тем, доказательств выполнения ФИО1 обязательств по договору о сотрудничестве, как то актов выполненных работ, подготовленных им документов, доказательств участия в судебных процессах и представления интересов в иных органах и организациях, актов сверки задолженности, в счет которой должен был быть передан автомобиль, судам не представлено.

Суды указали, что из пояснений конкурсного управляющего следует, что договор о сотрудничестве, равно как и документы, подтверждающие оказание услуг по нему, бывшим руководителем ООО «Холдинг Полимер» ФИО5 ему не передавались.

Также судами установлено, что автомобиль передан ФИО1 именно по договору купли-продажи, а не в порядке пункта 2.4 договора о сотрудничестве.

Более того, как следует из пунктов 3.1, 3.2 договора от 11.09.2017 № 0917, ответчик оплатил стоимость приобретаемого у должника автомобиля в размере 505.575 руб. до заключения спорного договора путем перечисления денежных средств продавцу, которые шли на лизинговые платежи по договору лизинга от 23.07.2015 № 31683/2015 за период январь 2017 года - июнь 2017 года.

При этом указаний на иной способ оплаты (в том числе в качестве компенсации за предоставленные юридические услуги по договору о сотрудничестве от 07.08.2015 № 07/08/2015) в разделе 3 договора купли-продажи не имеется, как не содержится каких-либо иных отсылок к договору о сотрудничестве.

Так, из договора купли-продажи не усматривается, что он проистекает из правоотношений по оказанию услуг.

С учетом вышеизложенного суды пришли к обоснованному выводу о том, что именно договор купли-продажи автомобиля от 11.09.2017 № 0917 физическому лицу является подозрительной сделкой, в результате которой имущество должника незаконно выбыло из его владения и которая подлежит оспариванию в конкурсном производстве.

Как отметили суды, по условиям договора купли-продажи цена договора составила 505.575 руб., однако доказательств встречного предоставления от ответчика на указанную сумму не представлено.

Допустимых, достоверных и объективных доказательств, подтверждающих, что ответчик перечислял на расчетный счет должника денежные средства, которые пошли на лизинговые платежи по договору лизинга за период с января 2017 года по июнь 2017 года, и что ответчик располагал указанными денежными средствами, судам также не представлено.

Вместе с тем, судами учтено, что обязанность доказать реальность сделки и ее возмездность лежит именно на ответчике, что согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.08.2020 № 308-ЭС19-9133(15) по делу № А25-2825/17.

Как следует из материалов дела и установлено судами, транспортное средство Хендай Санта Фэ, 2015 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

***>, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, зарегистрировано за ООО «Холдинг Полимер».

Транспортный налог на указанный автомобиль также начислялся ООО «Холдинг Полимер» и уплачивался вплоть до 2022 года самим должником, денежные средства для оплаты текущего налога отсутствуют.

Указанные обстоятельства, как обоснованно заключили суды, свидетельствуют о том, что намерения сторон при заключении сделки не были направлены на достижение правовых последствий, характерных для договора купли-продажи, истинные же причины заключения данного договора ответчиком не раскрыты.

При таких обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суды пришли к обоснованному выводу о том, что отметка в оспариваемом договоре о произведенной оплате сама по себе не может являться достаточным и достоверным доказательством произведенной оплаты.

Суды также указали, что совокупность представленных в материалы дела доказательств подтверждает недобросовестность поведения должника при заключении сделки по отчуждению высоколиквидного имущества в отсутствие встречного представления и причинение вреда интересам кредиторов.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Суды правомерно отметили, что формальное отсутствие установленных в статье 19 Закона о банкротстве признаков заинтересованности не препятствуют суду оценивать иные обстоятельства, свидетельствующие о фактической аффилированности (заинтересованности), ставящие под сомнение непредвзятость и независимость контрагента по сделкам.

Суды обоснованно указали, что в рассматриваемом случае ФИО1, получая безвозмездно от должника ликвидное имущество (автомобиль), как добросовестный участник гражданского оборота не мог не знать о том, что целью совершения сделки является необоснованный вывод активов из владения должника и причинение вреда кредиторам ООО «Холдинг Полимер».

Совершение сделки по отчуждению имущества без истребования его оплаты свидетельствует о заключении договора на условиях недоступных иным участникам гражданского оборота.

Также судами установлено, что на момент совершения сделки должник имел значительную кредиторскую задолженность.

Заявление ООО «Торгово-производственное объединение «Комплектстрой-Групп» о признании ООО «Холдинг Полимер» несостоятельным (банкротом) подано 29.12.2017.

На указанную дату должником не исполнены обязательства по договору поставки от 26.12.2013 № 062 на сумму 3.097.123,90 руб., указанные требования подтверждены решением Останкинского районного суда города Москвы от 30.11.2017 по делу № 2-4734/2017 и впоследствии включены в реестр требований кредиторов ООО «Холдинг Полимер».

Кроме того, у должника имелись неисполненные обязательства, а именно: вытекающие из трудового договора перед ФИО6 за 2016 год и январь - апрель 2017 года на сумму 294.848,56 (требования включены во вторую очередь реестра); по договору поставки от 14.10.2013 № 309-10/13 перед ООО «МЕТАЛЛОЦЕНТР ЛИДЕР М» в размере 10.102.692,10 руб., пени в размере 2.064.574,48 руб., проценты за пользование коммерческим кредитом в размере 1.032.287,24 руб., впоследствии подтвержденные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 28.04.2017 по делу № А40-205401/17 (требования включены в третью очередь реестра); по договору от 19.07.2016 № 323 поставки товара перед ООО «Дау-Изолан» на сумму 991.914,69 руб. (основной долг), впоследствии подтвержденные вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Владимирской области от 21.06.2017 по делу № А11-776/18 (требования включены в третью очередь реестра); по дилерскому договору от 04.04.2016 № ЦД-Ц-01072 перед ООО «О-Си-Эс-Центр» на сумму 24.187,61 (основной долг) и 996.731,33 руб. (неустойка), впоследствии подтвержденные решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.06.2018 по делу № А56-44677/18 (требования включены в третью очередь реестра); по уплате налогов и сборов на сумму 7.568.706,90 руб. (недоимка) (требования включены во вторую и третью очередь реестра).

Требования ФИО6, ООО «Торгово-производственное объединение «Комплектстрой-Групп», ООО «МЕТАЛЛОЦЕНТР ЛИДЕР М», ООО «Дау-Изолан», ООО «О-Си-Эс-Центр», ФНС России включены в реестр требований кредиторов должника.

Из анализа указанных судебных актов усматривается, что обязательства перед иными кредиторами возникли еще с 2016 года и не исполнены.

Учитывая наличие на дату совершения оспариваемой сделки неисполненных обязательств должника перед иными кредиторами, суды пришли к обоснованному выводу о том, что оспариваемая сделка привела к уменьшению размера имущества должника и, соответственно, утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как указали суды, принимая во внимание вышеизложенное, а также безвозмездный характер сделки, цель причинения вреда презюмируется, ответчиком указанная презумпция не опровергнута.

Кроме того, принимая во внимание профессиональную деятельность ФИО1, в силу оказываемых им должнику юридических услуг, суды обоснованно отметили, что он не мог не обладать сведениями об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Так, судами установлено, что согласно открытым источникам, размещенным в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в том числе в информационной системе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru); на официальном сайте ФССП России (http://fssprus.ru), на официальном портале судов общей юрисдикции города Москвы (https://mos-gorsud.ru/) и размещенным в данных системах общедоступных документов, уже с 2016 года усматриваются признаки ущемления интересов кредиторов должника.

Согласно информационной системе «Картотека арбитражных дел», уже с октября 2016 года в отношении ООО «Холдинг Полимер» практически постоянно рассматривались арбитражные дела, связанные с неисполнением данным обществом обязательств по оплате, полученной им продукции и товаров.

Как следует из договора о сотрудничестве, ответчик принял на себя обязательство оказывать должнику юридические и консультационные услуги в сфере его деятельности как устно, так и письменно, представлять интересы во всех учреждениях и организациях любых форм собственности, органах государственной и муниципальной власти, судах общей юрисдикции и в арбитражных судах, а также перед физическими лицами (пункты 1.1 - 1.4 договора).

Кроме того, из анализа информации, содержащейся в информационной системе «Картотека арбитражных дел», следует, что ФИО7 в качестве представителя иных юридических лиц участвовал в судебных заседаниях судов первой, апелляционной, кассационной инстанций в Московском регионе как минимум с 2014 года по 2020 год, то есть он - профессиональный судебный представитель, юрист.

Являясь профессиональным представителем, в силу своих навыков, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, суды обоснованно заключили, что ФИО1 мог установить наличие обстоятельств неплатежеспособности и недостаточности имущества должника.

С учетом вышеизложенного суды указали, что если бы ФИО1 являлся независимым участником рынка, то, действуя разумно и осмотрительно, с учетом его профессиональных навыков и знаний, получив информацию об ущемлении интересов кредиторов должника из открытых источников, должен был заподозрить должника в недобросовестном исполнении взятых на себя обязательств, в связи с чем во избежание значительных убытков просто не мог бы заключить договор на указанных условиях (цена по договору купли-продажи почти в три раза ниже рыночной, поэтому предусмотренное в договоре купли-продажи встречное предоставление заведомо носит неравноценный характер в ущерб должнику).

Указанные обстоятельства, как обоснованно отметили суды, дополнительно свидетельствуют о заинтересованности ответчика и о том, что ему было известно о цели совершения сделки, о ее направленности на причинение вреда имущественным правам кредиторов, цель причинения вреда с учетом безвозмездности спорной сделки презюмируется.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что применительно к рассматриваемой ситуации должник в ситуации недостаточности имущества для расчетов с кредиторами фактически передал право собственности на транспортное средство безвозмездно, в связи с чем оспариваемая сделка признана судами совершенной в целях причинения вреда кредиторам, который выразился в уменьшении конкурсной массы в отсутствие реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет отчужденного имущества (транспортного средства), в связи с чем оспариваемая сделка нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации имущества.

Суды отметили, что указанное явилось основанием для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание положения статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 61.6 Закона о банкротстве, суды правомерно применили последствия недействительности сделки в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу ООО «Холдинг Полимер» спорный автомобиль.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы о нарушении судами норм материального права судебной коллегией суда кассационной инстанции отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании этих норм.

Указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационная жалоба не содержит, а приведенные в жалобе доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Доводы кассационной жалобы сводятся к переоценке имеющихся в деле доказательств, что в силу положений статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации выходит за пределы полномочий суда кассационной инстанции.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, способных повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 13 февраля 2025 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 28 апреля 2025 года по делу № А40-256382/17 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов

Судьи                                                                                            П.М. Морхат

Е.В. Усачева