ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

Дело №А55-25385/2019

г. Самара

24 мая 2022 года

11АП-1931/2022, 11АП-1933/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 17 мая 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 мая 2022 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

Председательствующего судьи Александрова А.И., 

судей Гадеевой Л.Р., Серовой Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от ФИО2 и ФИО3 - представитель ФИО4 по доверенности от 09.01.2020;

от ПАО Сбербанк - представитель ФИО5 по доверенности от 06.11.2020;

от конкурсного управляющего ООО «Инвестиционная компания «Перспектива Плюс» ФИО6 - представитель ФИО7 по доверенности от 27.09.2021;

от ФИО8 - представитель ФИО9 по доверенности от 20.10.2021;

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №2, апелляционные жалобы конкурсного управляющего ООО «Инвестиционная компания «Перспектива Плюс» ФИО6, ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Самарской области от 23 декабря 2021 года об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО6 о признании недействительной сделки и применении последствий ее недействительности (вх.119576 от 04.05.2021), по делу №А55-25385/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Инвестиционная компания «Перспектива Плюс» ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 22.08.2019 заявление принято к производству арбитражного суда, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «Перспектива Плюс» ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 03.07.2020 должник признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО6, член некоммерческого партнерства - Союза «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Альянс управляющих», номер в реестре НПС СОПАУ «Альянс управляющих» 35, ИНН 

<

***>, адрес для корреспонденции: 603115, 

<

...>, помещение П9.

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением (с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) об оспаривании сделки должника и применении последствий ее недействительности, в соответствии с которым которой просит суд признать недействительным договор об отступном № 1 от 06.06.2018 в части, заключенной между обществом с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «Перспектива Плюс» и публичным акционерным обществом «Сбербанк России», и применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с публичного акционерного общества «Сбербанк России» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «Перспектива Плюс» денежные средства в размере рыночной стоимости объектов недвижимого имущества на момент совершения сделки.

В ходе рассмотрения заявления судом первой инстанции в порядке положений статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в рассмотрении заявления в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО8.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 23 декабря 2022 по делу № А55-25385/2019 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего (вх. 119576 от 04.05.2021) о признании недействительным договора об отступном № 1 от 06.06.2018 в части, заключенной между обществом с ограниченной ответственностью «Инвестиционная компания «Перспектива Плюс» и публичным акционерным обществом «Сбербанк России», и применении последствий недействительности сделки.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Инвестиционная компания «Перспектива Плюс» ФИО6 обратился с апелляционной жалобой.

Также, с апелляционной жалобой обратились ФИО2 и ФИО3 (конкурсные кредиторы).

В своих апелляционных жалобах заявители просят определение отменить и принять по делу новый судебный акт, которым признать оспариваемую сделку недействительной и применить последствия недействительности сделки.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03 февраля 2022 г. апелляционная жалоба конкурсного управляющего должника оставлена без движения.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03 февраля 2022 г. апелляционная жалоба ФИО2 и ФИО3 оставлена без движения.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02 марта 2022 г. апелляционная жалоба конкурсного управляющего принята к производству, судебное разбирательство назначено на 24 марта 2021 г.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02 марта 2022 г. апелляционная жалоба ФИО2 и ФИО3 принята к производству, судебное разбирательство назначено на 24 марта 2021 г.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24 марта 2021 г. судебное разбирательство отложено на 14 апреля 2022 г. Данным определением лицам участвующим в деле предложено рассмотреть вопрос о назначении судебной экспертизы для определения рыночной стоимости нежилых помещений, переданных ПАО Сбербанк по договору об уступном №1 от 06.06.2018 и представить информацию о возможности проведения экспертизы в выбранных экспертных учреждениях, ее стоимости и сроках проведения, определить круг и содержание вопросов, по которым необходимо провести экспертизу, фамилию, имя, отчество судебного эксперта, которому руководителем экспертного учреждения (организации) будет поручено проведение экспертизы, сведения о его образовании, специальности, стаже работы, занимаемой должности. Также, указано на необходимость представления доказательств перечисления денежных средств в размере, указанном экспертной организацией, на депозитный счет Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в обеспечение оплаты экспертизы.

Также, ФИО2 и ФИО3 предложено представить надлежаще оформленное заявление о проведении экспертизы об определении рыночной  стоимости нежилых помещений, переданных ПАО Сбербанк по договору об уступном №1 от 06.06.2018 и представить информацию о возможности проведения экспертизы в выбранных экспертных учреждениях, ее стоимости и сроках проведения, определить круг и содержание вопросов, по которым необходимо провести экспертизу, фамилию, имя, отчество судебного эксперта, которому руководителем экспертного учреждения (организации) будет поручено проведение экспертизы, сведения о его образовании, специальности, стаже работы, занимаемой должности. Также, указано на необходимость представления доказательств перечисления денежных средств в размере, указанном экспертной организацией, на депозитный счет Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в обеспечение оплаты экспертизы.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14 апреля 2022 г.судебное разбирательство отложено на 17 мая 2022 г. Данным определением лицам участвующим в деле предложено ознакомиться с доказательствами поступившими в суд апелляционной инстанции и выразить письменную позицию в отношении поступившего ходатайства о назначении экспертизы, а также письменных пояснений.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании 17 мая 2022 г. Представитель ФИО2 и ФИО3 свою апелляционную жалобу с учётом устных уточнений  поддержал в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Самарской области от 23 декабря 2021 года отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. Поддержал апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Инвестиционная компания «Перспектива Плюс» ФИО6. 

Представитель конкурсного управляющего ООО «Инвестиционная компания «Перспектива Плюс» ФИО6 свою апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Самарской области от 23 декабря 2021 года отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. Поддержал апелляционную жалобу ФИО2 и ФИО3.

Представитель ПАО «Сбербанк России» и ФИО8   возражали против удовлетворения апелляционных жалоб, просили обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

Судом апелляционной инстанции, протокольным определением отказано в удовлетворении ходатайства о назначении экспертизы, в связи с отсутствием оснований для его удовлетворения. Отказывая в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

В силу ч. 1 ст. 82 АПК РФ вопрос о назначении экспертизы отнесен на усмотрение арбитражного суда и разрешается в зависимости от необходимости разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний. 

По смыслу ч. 2 ст. 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Из положений указанных норм следует, что формирование предмета доказывания в ходе рассмотрения конкретного спора, а также определение источников, методов и способов собирания объективных доказательств, посредством которых устанавливаются фактические обстоятельства дела, является исключительной прерогативой суда, рассматривающего спор по существу.

Согласно ст.82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации назначение экспертизы относится к праву суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора. Вопрос о назначении экспертизы либо об отказе в ее назначении разрешается судом в каждом конкретном случае, исходя из обстоятельств дела и имеющейся совокупности доказательств, и при этом суд самостоятельно определяет достаточность доказательств.

Таким образом, принимая во внимание достаточность имеющихся в материалах настоящего обособленного спора доказательств, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения ходатайства ФИО2 и ФИО3 о назначении судебной экспертизы для определения рыночной стоимости нежилых помещений, переданных ПАО Сбербанк по договору об отступном № 1 от 06.06.2018 г. Кроме того, из содержания приобщённых документов в суде апелляционной инстанции установлено, что в отношении спорных объектов недвижимости были произведены неотделимые улучшения (ремонт и т.д.), что в свою очередь, в отсутствии доказательств свидетельствующих о состоянии объектов на момент заключения оспариваемого договора, не позволит с достоверной точностью получить результат о действительной стоимости объектов, с учётом их технического состояния, на момент отчуждения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, а также доводы изложенные в отзывах на апелляционные жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд усматривает основания для изменения обжалуемого судебного акта.

В соответствии со ст. 32 Закона о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Из доказательств имеющихся в материалах настоящего обособленного спора следует, что 06.06.2018 г. между ПАО «Сбербанк» и ООО «ИК «Перспектива Плюс»» заключен договор об отступном № 1.

По условиям указанного договора ООО ИК «Перспектива Плюс» передало ПАО «Сбербанк» нежилые помещения площадью 316,8 кв.м, кадастровый номер 63:01:0256001:572 и площадью 310,2 кв.м, кадастровый номер 63:01:0256001:573, расположенные по адресу: 

<

...>. Указанные помещения переданы в счет погашения задолженности АО «Оргтехнефтестрой» перед ПАО «Сбербанк». Стоимость переданных помещений определена сторонами в размере 36 522 349 руб. 08 коп.

Как в своём первоначальном заявлении, так и в своей апелляционной жалобе конкурсный управляющий должника указывает на то, что рыночная стоимость объектов недвижимости, переданных по отступному в 2018 году, значительно превышает стоимость, указанную в договоре об отступном № 1 от 06.06.2018.

Аналогичные доводы содержаться и в апелляционной жалобе ФИО2 и ФИО3

Конкурсным управляющим указано на то, что по данным бухгалтерского баланса за 2017 год размер активов ООО «ИК «Перспектива Плюс» составлял 48 420 000,00 руб., а размер собственной кредиторской задолженности ООО «ИК «Перспектива Плюс» составлял 23 864 000,00 руб.

Таким образом, конкурсный управляющий должника полагает, что договор об отступном № 1 от 06.06.2018 также являлся крупной сделкой для ООО «ИК «Перспектива Плюс». Однако решение о его одобрении общим собранием участников ООО «ИК «Перспектива Плюс» не принималось.

В результате заключения договора об отступном № 1 от 06.06.2018 погашение требований иных кредиторов ООО «ИК «Перспектива Плюс» стало невозможно в связи с недостаточностью имущества.

По мнению конкурсного управляющего должника ПАО «Сбербанк России», проявляя должную осмотрительность, не мог не знать о том, что сделки поручительства, ипотеки, отступного являются крупными, в их совершении присутствует заинтересованность, имущества ООО «ИК «Перспектива Плюс» недостаточно для покрытия всех обязательств.

В силу п. 2. ст. 51 Гражданского кодекса Российской Федерации данные государственной регистрации юридических лиц, в том числе об участниках и единоличных исполнительных органах, включаются в ЕГРЮЛ и открыты для всеобщего ознакомления.

Наличие заинтересованности по мнению конкурсного управляющего подтверждается содержанием самих договоров кредита, поручительства, ипотеки отступного. Кредитные договоры АО «Оргтехнефтестрой» от 07.02.2015 № 1116, от 20.01.2016 № 1137 и от 03.03.2016 № 1161 подписаны ФИО10 в качестве генерального директора, договоры поручительства, ипотеки от имени ООО «ИК «Перспектива Плюс» подписаны также ФИО10 в качестве заместителя директора на основании доверенности.

В обоснование заявленных требований конкурсным управляющим должника также указано на следующие обстоятельства.

В силу п. 12.2 Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 г. № 63 наличие в договоре положений о предоставлении банку документов о финансовом положении должника свидетельствует об осведомленности кредитной организации о наличии признаков недостаточности имущества у должника.

Обязанность ООО «ИК «Перспектива Плюс» ежеквартально предоставлять ПАО «Сбербанк России» бухгалтерскую отчетность в полном объеме закреплена в п. 4.1.13. договоров ипотеки. Также данный пункт требует предоставления аудиторских заключений.

Кроме того, ООО «ИК «Перспектива Плюс» являлось профессиональным участником рынка ценных бумаг, размещало в открытом доступе на своем сайте всю бухгалтерскую отчетность и аудиторские заключения. Расчетные счета ООО «ИК «Перспектива Плюс» обслуживались в ПАО «Сбербанк».

16.02.2018 ПАО «Сбербанк России» обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании ООО «ИК «Перспектива Плюс» банкротом.

09.07.2018 г. после заключения договора об отступном, который был подписан ООО «ИК «Перспектива Плюс» и ПАО «Сбербанк России» 06.06.2018, заявление о банкротстве ООО «ИК «Перспектива Плюс» было оставлено без рассмотрения в связи с неявкой сторон в заседание.

Таким образом, конкурсный управляющий полагает, что ПАО «Сбербанк России» располагало подробной информацией о финансовом состоянии ООО «ИК «Перспектива Плюс» и игнорировало ее, сознательно допустив нарушение интересов других кредиторов ООО «ИК «Перспектива Плюс». ПАО «Сбербанк России» отклонился от стандарта поведения обычной кредитной организации, поставленной в сходные обстоятельства.

Кроме того, договором об отступном № 1 от 06.06.2018 прекращены обязательства лично ФИО10, являющегося поручителем АО «Оргтехнефтестрой» перед ПАО «Сбербанк России» как и ООО «ИК «Перспектива Плюс». Как полагает конкурсный управляющий, о данной корыстной заинтересованности ФИО10 в прекращении своих обязательств поручителя за счет принадлежащего ООО «ИК «Перспектива Плюс» имущества, ПАО «Сбербанк России» было известно.

16.02.2018 ПАО «Сбербанк России» обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о признании ФИО10 банкротом.

23.04.2019 после подписания договора об отступном ПАО «Сбербанк России» от требований о признании ФИО10 банкротом официально отказалось в заседании Арбитражного суда.

Таким образом по мнению конкурсного управляющего должника, принимая во внимание тот факт, что ООО «ИК «Перспектива Плюс» было полностью подконтрольно ФИО10 и его сыну ФИО11, о чем ПАО «Сбербанк России» было известно, их согласованные действия не могут расцениваться как добросовестные и являются злоупотреблением правом, что нарушает нормы ст. 10 ГК РФ.

Именно в результате совместных действий ФИО10 и его сына ФИО11 ООО «ИК «Перспектива Плюс» лишено нежилых помещений с кадастровыми номерами 63:01:0256001:572, 63:01:0256001:573. При этом имущество у общества было изъято безвозмездно, без какого бы то ни было встречного возмещения.

Кроме того, ООО «ИК «Перспектива Плюс» располагается в этих же помещениях, но уже не на праве собственности, а по договору аренды за плату.

В качестве правого основания заявленных требований конкурсным управляющим должника сделана ссылка на ст.ст. 61.1, 61.2 Закона о банкротстве, ст.ст. 45, 46 Федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» и ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции, с учётом установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств приходит к выводу об отклонении доводов апелляционных жалоб и соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной и применении последствий её недействительности, в силу следующего.

В соответствии с п. 1.1 Договора об отступном взамен уплаты долга последующим договорам: договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 1116 от 07.02.2015, заключенному между Банком и АО «Оргтехнефтестрой»; договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 1137 от 20.01.2016, заключенному между Банком и АО «Оргтехнефтестрой»; договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 1161 от 03.03.2016, заключенному между Банком и АО «Оргтехнефтестрой»; договору поручительства и ипотеки, заключенным с ООО «Стаунтон-1», а также следующим договорам поручительства и ипотеки, заключенным с ООО «ИК «Перспектива Плюс»: договору №2736 от 07.12.2015, заключенному между Банком и ООО «ИК «Перспектива Плюс» в обеспечение исполнения обязательств АО «Оргтехнефтестрой» по Договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 1116 от 07.02.2015; договору поручительства № 2785 от 20.01.2016, заключенному между Банком и ООО «ИК «Перспектива Плюс» в обеспечение исполнения обязательств АО «Оргтехнефтестрой» по Договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 1137 от 20.01.2016, договору поручительства № 3582 от 02.11.2016, заключенному между Банком и ООО «ИК «Перспектива Плюс» в обеспечение исполнения обязательств АО «Оргтехнефтестрой» по Договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 1161 от 03.03.2016; договору ипотеки № 1850 от 02.11.2016, заключенному между Банком и ООО «ИК «Перспектива Плюс» в обеспечение исполнения обязательств АО «Оргтехнефтестрой» по Договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 1116 от 07.02.2015; договору ипотеки № 1483 от 07.12.2015, заключенному между Банком и ООО «ИК «Перспектива Плюс» в обеспечение исполнения обязательств АО «Оргтехнефтестрой» по Договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 1116 от 07.02.2015; договору ипотеки № 1505 от 28.01.2016, заключенному между Банком и ООО «ИК «Перспектива Плюс» в обеспечение исполнения обязательств АО «Оргтехнефтестрой» по Договору об открытии невозобновляемой кредитной линии № 1137 от 20.01.2016, договору ипотеки № 1853 от 02.11.2016, заключенному между Банком и ООО «ИК «Перспектива 1люс» в обеспечение исполнения обязательств АО «Оргтехнефтестрой» по Договору об открытии возобновляемой кредитной линии № 1137 от 20.01.2016; договору ипотеки № 1854 от 02.11.2016, заключенному между Банком и ООО «ИК «Перспектива Плюс» в обеспечение исполнения обязательств АО «Оргтехнефтестрой» по Договору об открытии возобновляемой кредитной линии № 1161 от 03.03.2016.

Залогодатель ООО «Стаунтон-1» передал в собственность Банка, а Банк принял в качестве отступного принадлежащее Залогодателю на праве собственности заложенное имущество.

Залогодатель ООО «ИК «Перспектива Плюс» передал в собственность Банка, а Банк принял в качестве отступного принадлежащее Залогодателю на праве собственности следующее заложенное имущество:

- объект недвижимости - объект права: нежилое помещение № н7, назначение: нежилое помещение, общей площадью 316,8 кв.м, цокольный этаж, поз. №13-29,36-47. расположенное по адресу: Самарская область, г. Самара. Октябрьский р-н, ул.Лесная, д.9, квартал 269, включая все инженерное оборудование и сети инженерно-технологического обеспечения, предназначенное для его эксплуатации, кадастровый номер 63:01:0256001:572 (далее - Объект № 1);

- объект недвижимости - нежилое помещение № 6, назначение: нежилое помещение, общей площадью 310,2 кв.м, этажность -1. подвал, поз. №№8-15, 17-26,38,39, расположенное по адресу: Самарская область, г. Самара, Октябрьский р-н, ул. Лесная, д.9, включая все инженерное оборудование и сети инженерно-технологического обеспечения, предназначенное для его эксплуатации, кадастровый номер 63:01:0256001:573 (далее -Объект №2).

Рыночная стоимость спорных объектов недвижимого имущества была определена на основании отчета № 2018.04-314 от 17.04.2018, выполненного ООО «Агентство оценки «Гранд Истейт», и составила: рыночная стоимость Объекта №1 - 18 508 000 руб., из них НДС 2 823 254,24 руб.; рыночная стоимость Объекта №2 - 18 122 000 руб., из них НДС 2 764 372,88 руб.

При этом стоимость объектов недвижимого имущества, передаваемых в качестве отступного, устанавливалась сторонами в следующем размере: стоимость Объекта №1 - 18 453 607,34 рублей, из них НДС 2 814 957,05 руб. и стоимость Объекта №2 - 18 068 741,74 рублей, из них НДС 2 756 248,74 руб.

На сумму передаваемого Залогодателем ООО «Стаунтон-1» и Залогодателем ООО «ИК «Перспектива Плюс» Банком, как подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, произведено полное прекращение указанных выше обязательств перед Банком на общую сумму 58 464 673,30 руб.

На основании договора купли-продажи недвижимости нежилого назначения №1 от 12.09.2019, заключенного по результатам аукциона, признанного несостоявшимся, между Банком и ФИО8, объекты недвижимого имущества были переданы в собственность единственного участника аукциона ФИО8, стоимость имущества была определена в размере: стоимость Объекта №1-9 469 106,54 руб., из них НДС в сумме 1 578 184,42 руб. и стоимость Объекта №2 - 9 271 620,31 руб., из них НДС в сумме 1 545 270,05 руб.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следуем иметь ввиду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

С учётом доказательств имеющихся в материалах настоящего обособленного спора суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в результате совершения сделки не был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку при заключении договора об отступном №1 от 06.06.2018 стоимость объектов недвижимого имущества была установлена в размере рыночной стоимости данных объектов, определенной на основании отчета № 2018.04-314 от 17.04.2018, выполненного ООО «Агентство оценки «Гранд Истейт».

Кроме того, в результате совершения договора об отступном №1 были погашены обязательства ООО «ИК «Перспектива Плюс» по договорам поручительства и ипотеки перед Банком на общую сумму 58 464 673,30 руб., что значительно превышает стоимость имущества, определенную договором об отступном № 1 от 06.06.2018 (36 522 349,08 руб.), и в 3 раза превышает реальную рыночную стоимость имущества, определенную по результатам торгов по продаже имущества, в результате которых был заключен договор купли-продажи с единственным участником аукциона ФИО8 (18 740 726,85 руб.).

То обстоятельство, что имущество было продано с четвертых торгов в результате признания электронного аукциона несостоявшимся и заключения договора купли-продажи с единственным участником аукциона по минимальной цене, свидетельствует о реальной стоимости имущества в размере 18 740 726,85 руб. В результате совершения спорной сделки Банк понес убытки, поскольку были прекращены обязательства перед Банком на большую сумму, чем было получено по сделке купли-продажи данного имущества, совершенной на торгах.

Кроме того, как верно указал суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте, договор об отступном №1 был заключен с залоговым кредитором - ПАО Сбербанк, средства от реализации переданного по Договору об отступном имущества, являющегося предметом залоговых обязательств, подлежали бы распределению в порядке статьи 138 Закона о банкротстве в отсутствие у должника кредиторов первой и второй очереди.

В результате совершения спорной сделки прекратились обязательства должника перед залоговым кредитором на сумму превышающую стоимость выбывшего имущества, что свидетельствует об отсутствии вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения спорной сделки. Аналогичная позиция подтверждается судебной практикой, в частности определением Верховного Суда РФ от 05.08.2016 № 306-ЭС16-8683 по делу № А12-15433/2011.

По смыслу пункта 6 Постановления № 63 цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Как указано в заявлении конкурсного управляющего на последнюю отчетную дату (31.12.2017) размер активов должника составил 48 420 000 руб., размер кредиторской задолженности ООО «ПК «Перспектива Плюс» составил 23 864 000 руб., что свидетельствует о превышении стоимости имущества должника над размером денежных обязательств.

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Вместе тем, конкурсным управляющим должника, ни при рассмотрении в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции, не было представлено каких-либо доказательств наличия признаков неплатежеспособности, в частности, информации о том, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелась задолженность перед кредиторами с наступившим сроком исполнения, требования которых в последующем были включены в реестр требований кредиторов.

Само по себе наличие предъявленных исков к должнику и наличие в свободном доступе соответствующих сведений не является безусловным доказательством наличия у должника признаков неплатежеспособности, предусмотренных законодательством о банкротстве, а обладание сведениями о наличии у должника кредитной задолженности перед иными кредиторами, иных неисполненных обязательств не означает осведомленность иных участников о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, определенных в статье 2 Закона о банкротстве. Недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неуплатой конкретного долга отдельному кредитору, кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним, однако это обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что данный кредитор должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12).

Неисполнение должником встречных обязательств перед контрагентами может быть следствием как наличия спора относительно возникновения обязанности должника по оплате и размера указанной обязанности, так и недобросовестного поведения самого должника, не связанного с недостаточностью у последнего денежных средств.

Кроме того, факт размещения на сайте и в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом. Это обстоятельство принимается во внимание только в том случае, когда характер сделки, личность кредитора и условия оборота подразумевают проверку сведений о должнике, в том числе содержащихся в вышеуказанной картотеке.

В соответствии с разъяснениями данными в п. 12 Постановления № 63 получение кредитором платежа в ходе исполнительного производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника.

В настоящем деле оснований для безусловной проверки контрагента не установлено.

Из совокупности вышеизложенных обстоятельств суд первой инстанции сделан верный вывод о том, что конкурсным управляющим должника не доказан факт осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника на момент заключения оспариваемой сделки.

С учётом изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии совокупности, предусмотренной п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, для признания сделки недействительной.

Исходя из разъяснений, указанных в пункте 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Однако, как неоднократно разъяснял Высший арбитражный суд Российской Федерации и Верховный суд Российской Федерации, в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Вместе с тем, предполагаемые дефекты (нарушения), указанные конкурсным управляющим, полностью охватываются содержанием главы 111.1 Закона о банкротстве (не выходят за диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве), и, соответственно, спорная сделка не может быть оспорена на основании общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конкурсным управляющим не указано обстоятельств и не представлено ни единого доказательства, позволяющего характеризовать оспариваемую сделку в качестве ничтожной.

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц. осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Положением пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации презюмируется добросовестность участников гражданского оборота.

В абзаце третьем пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В материалы дела конкурсным управляющим должника не были представлены доказательств, свидетельствующих о значительном отклонении поведения сторон оспариваемого договора от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть о злоупотреблении правами во вред остальным риторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку в результате совершения спорной сделки прекратились обязательства должника перед залоговым кредитором - ПАО Сбербанк на сумму, превышающую стоимость выбывшего имущества, то данное действие само по себе свидетельствует о разумном и добросовестном осуществлении прав сторонами договора.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований суд первой инстанции правомерно исходил из того, что в рассматриваемом случае конкурсным управляющим должника пропущен срок исковой давности для оспаривания сделки по основаниям ст.ст. 45, 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО).

В соответствии с п. 6 ст. 45 Закона об ООО сделка, в совершении орой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа юсов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении горой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки действительной.

Срок исковой давности по требованию о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит.

В соответствии с п.4 ст. 46 Закона об ООО крупная сделка, вершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана действительной в соответствии со ст. 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации по иску общества, члена совета директоров наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

Срок исковой давности по требованию о признании крупной сделки недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит.

В силу п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что изменение состава лиц, уполномоченных действовать от имени юридического лица, не влияет на исчисление срока исковой давности по требованиям такого юридического лица.

Таким образом, поскольку требование о признании сделки недействительной заявлено конкурсным управляющим от имени общества, следовательно, срок исковой давности начал течь с того момента, когда общество узнало либо должно было узнать о совершенной сделке. Таким образом, срок исковой давности и о признании Договора об отступном №1 недействительным начал течь с даты заключения договора - 06.06.2018.

В соответствии с п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве с момента назначения конкурсного управляющего, он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника.

Согласно п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Соответственно, назначение конкурсного управляющего, на которого законом возложены функции руководителя юридического лица, не прерывает и не возобновляет течения срока исковой давности, не изменяет общего порядка исчисления срока исковой давности, с учетом заявленных конкурсным управляющим оснований - ст.ст. 45, 46 Закона об ООО.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 № 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащею лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Таким образом, является обоснованным вывод суда первой инстанции о пропуске конкурсным управляющим должника срока исковой давности по оспариванию сделки как крупной или с заинтересованностью.

Указанная позиция изложена нашла своё отражение, в определении Верховного Суда РФ от 16.02.2021 № 309-ЭС20-23432 по делу № А60-55724/2018, постановлениях Арбитражного суда Московского округа от 21.12.2017 по делу № А41-35614/2015 и от 29.09.2016 по делу № А40-34691/10, постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 19.11.2020 № Ф01-14347/2020 по делу № А29-14165/2018; постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 19.10.2020 № Ф09-5519/20 по делу N А60-55724/2018.

В соответствии со ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества. Приобретатель не может быть признан добросовестным, если на момент совершения сделки по приобретению имущества право собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним было зарегистрировано не за отчуждателем или в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним имелась отметка о судебном споре в отношении этого имущества.

Кроме того, собственник вправе опровергнуть возражение    приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества (пункт 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

В рассматриваемом случае как подтверждается материалами обособленного спора, на момент оспаривания сделки, спорное нежилое имущество находится в собственности ФИО8, который приобрел объекты недвижимости на основании договора купли-продажи недвижимости нежилого назначения №1 от 12.09.2019, заключенного по результатам аукциона, признанного несостоявшимся.

Доказательств признания результатов торгов либо договора купли-продажи имущества недействительными конкурсным управляющим в материалы дела не представлено, равно как и не представлено доказательств реализации имущества в нарушение норм действующего законодательства и недобросовестности ФИО8.

В связи с чем является правомерным вывод суда первой инстанции о том, что при применении последствий недействительности сделок следует принять во внимание, что на ФИО8, не являющегося заинтересованным лицом по отношению к должнику, при добросовестном исполнении им своих обязательств, не подлежат возложению негативные последствия наличия признаков недействительности сделок.

С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании сделки недействительным, а также в части применении последствий недействительности сделки следует отказать.

Принимая во внимание установленные в рамках настоящего обособленного спора обстоятельства, а также доводы отзыва ПАО Сбербанк и письменных возражений ФИО8 по ходатайству о назначении экспертизы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости изменить резолютивную часть определения Арбитражного суда Самарской области от 23 декабря 2022 по делу № А55-25385/2019, исключив из резолютивной части судебного акта словосочетание - «и применить последствия недействительности сделки».

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 23 декабря 2021 года по делу №А55-25385/2019 изменить, исключив из резолютивной части судебного акта словосочетание - «и применить последствия недействительности сделки».

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                           А.И. Александров

 

Судьи                                                                                                          Л.Р. Гадеева

 

Е.А. Серова