ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-14970/2023

Дело № А41-16248/23

18 сентября 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 сентября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 18 сентября 2023 года

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Погонцева М.И.,

судей Бархатовой Е.А., Виткаловой Е.Н.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании: согласно протоколу судебного заседания,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ИП ФИО2 на решение Арбитражного суда Московской области от 20.06.2023 по делу № А41-16248/23, принятое судьей Немковой В.А., по иску ООО ПРОКСИМА ТЕКНОЛОДЖИ (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к ИП ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак «PROXIMA» в размере 140 000 руб.00 коп., 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Проксима Текнолоджи" (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ответчик) о защите исключительных прав на товарные знаки, взыскании компенсации в размере 140 000,00 рублей. 

Решением Арбитражного суда Московской области от 20.06.2023 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с решением суда, ответчик обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, полагая, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильным применением норм материального и нарушением норм процессуального права.

В материалы дела от истца поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором указано на законность обжалуемого судебного акта.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ, в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru и не заявивших о его отложении, в соответствии с частью 1 статьи 266 и частью 3 статьи 156 АПК РФ.

Представитель ИП ФИО2 поддержал доводы своей жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить. 

Представитель ООО ПРОКСИМА ТЕКНОЛОДЖИ возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем товарного знака "PROXIMA" по свидетельству Российской Федерации (РФ) N 325617.

Данный товарный знак зарегистрирован 03.05.2007 (дата приоритета - 10.03.2005) в отношении таких, в частности, товаров класса 09 МКТУ, как высокочастотная аппаратура, грозовые разрядники [искровые], переговорные устройства, передатчики ближней связи, передатчики дальней [дистанционной] связи, передатчики сигналов электронных, помехозащитные устройства электрические.

Кроме того, истец ссылается на то, что в период с 06.03.2015 по 10.03.2020 по товарному знаку "PROXIMA" по свидетельству N 325617 действовал лицензионный договор N ТМ-296/2014 от 31.12.2014 о предоставлении права использования товарного знака в отношении ряда товаров класса 09 МКТУ (дата и номер государственной регистрации договора: 06.03.2015 РД0168782), что подтверждается представленными истцом приложением к свидетельству на товарный знак от 06.03.2015 (прил. 14), уведомлением Роспатента от 06.03.2015 о государственной регистрации предоставления права использования по лицензионному договору (прил. 13), выпиской по соответствующему товарному знаку из реестра (прил. 12), лицензионным договором (прил. 103), расчетными документами по нему (прил. 104-105).

Лицензиатом по данному договору выступала американская фирма "Proxim Wireless Corporation" (рус. - "Проксим Уайелесс Корпорейшн").

Имеющаяся в деле распечатка выдержки из базы данных деклараций на товары, представленной с ответом Федеральной таможенной службы (ФТС) России от 03.02.2023 исх. N 15-52/06241дсп (прил. 106-107), подтверждает активный ввоз лицензиатом электронных товаров производства американской фирмы "Proxim Wireless Corporation" на таможенную территорию РФ по лицензионному договору с истцом.

Истцу стало известно о том, что ответчик использует обозначение, сходное до степени смешения с указанным товарным знаком, на сайте https://www.avito.ru/ в сети Интернет при продаже однородных товаров.

При этом согласия на использование данного товарного знака истец ответчику не давал.

В связи с этим истец направил в адрес ответчика претензию с требованием о выплате компенсации за незаконное использование спорного товарного знака, которая оставлена ответчиком без удовлетворения.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции руководствовался следующими обстоятельствами.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 названной статьи исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Судом первой инстанции установлено, что наличие у истца исключительного права на товарный знак подтверждается свидетельством о государственной регистрации N 325617.

В подтверждение факта использования ответчиком названного товарного знака в материалы дела представлены отчет N 1 от 31.12.2022 по договору оказания юридических услуг N ЮУ-06/2022 от 09.12.202, выставленные ответчиком счета на оплату товара, содержащие реквизиты ответчика.

Из отчета следует, что в интернет-сервисе "Авито" было размещено объявление о продаже электронных товаров для высокочастотной беспроводной связи производства американской фирмы "Proxim Wireless Corporation", маркированных обозначением "PROXIM", а именно, абонентских станций "PROXIM" для высокочастотной беспроводной связи со встроенной грозозащитой модели "Tsunami MP-825-CPE-50-WD". Данная информация представляет собой предложение закупить соответствующую продукцию, адресованное неопределенному кругу лиц.

После обращения к подателю объявления исполнителю было сообщено, что продавцом вышеуказанных товаров выступает ответчик, у которого можно купить одну единицу или большее количество электронных товаров для высокочастотной беспроводной связи производства американской фирмы "Proxim Wireless Corporation", маркированных обозначением "PROXIM", а именно, абонентских станций "PROXIM" для высокочастотной беспроводной связи со встроенной грозозащитой модели "Tsunami MP-825-CPE-50-WD".

В целях подтверждения данных обстоятельств исполнителем по адресу 

<

...> была выполнена закупка одной абонентской станции "PROXIM" модели "Tsunami MP-825-CPE-50-WD", предназначенной для высокочастотной беспроводной связи.

Дополнительно ответчик предложил приобрести у него двадцать семь (27) единиц той же продукции, для чего был выставлен счет N 4 от 19.08.2021.

Полученные от ответчика счета на оплату, УПД и гарантийный талон, а также инструкция на абонентскую станцию "PROXIM" модели "Tsunami MP-825-CPE-50" с нотариальным переводом представлены в материалы дела.

Серийный номер товара, указанный в гарантийном талоне за подписью ответчика, совпадает с серийным номером, указанным на упаковке товара и на самом товаре.

Данные доказательства и подтверждаемые ими обстоятельства не оспариваются ответчиком (часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Представленные истцом фотографии товара, подтверждают использование ответчиком обозначения "PROXIM" на упаковке товара, лицевой поверхности товара, боковой поверхности товара, инструкции к товару и товаросопроводительной документации.

Сравнив товарный знак истца и с обозначением, используемым ответчиком на сайте, суд первой инстанции руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление от 23.04.2019 N 10), для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, Требований к документам, содержащимся в заявке на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака, и прилагаемым к ней документам и их форм, Порядка преобразования заявки на государственную регистрацию коллективного знака в заявку на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания и наоборот, Перечня сведений, указываемых в форме свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), форме свидетельства на коллективный знак, формы свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), формы свидетельства на коллективный знак, утвержденных Приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 N 482 (далее - Правила N 482), обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 этих Правил.

Пунктом 42 данных правил установлено, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Пунктом 7.1.2 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом федерального государственного бюджетного учреждения "Федеральный институт промышленной собственности" от 20.01.2020 N 12 (далее - Руководство) установлено, что словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и комбинированными обозначениями, включающими словесные элементы. Изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными обозначениями, объемными обозначениями, комбинированными обозначениями, включающими изобразительные или объемные элементы. Комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного.

В соответствии с пунктом 7.1.1 Руководства при анализе обозначения следует учитывать, что потребитель в большинстве случаев не имеет возможности сравнить два знака и руководствуется общим впечатлением о знаке, виденном ранее. При этом потребитель, как правило, запоминает отличительные элементы знака.

В выводе о сходстве сравниваемых товарных знаков (заявленного обозначения или товарного знака) до степени смешения также должен учитываться факт наличия однородности товаров и/или услуг, в отношении которых товарные знаки зарегистрированы (заявлены) (см. п. 7.2 главы 2 раздела IV настоящего Руководства).

При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

Для установления однородности товаров принимается во внимание род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей и другие признаки. Те же принципы применяются при установлении однородности услуг.

Таким образом, если обозначения имеют некоторые различия, а товары и/или услуги являются идентичными или в определенной степени однородными, что может привести к предположению об их возможной принадлежности одному правообладателю, то следует сформулировать вывод о сходстве до степени смешения таких товарных знаков или заявленных обозначений.

Суд первой инстанции, проведя сравнительный анализ словесного товарного знака истца и обозначения, используемого ответчиком, в соответствии с Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития России от 20.07.2015 N 482, правомерно пришел к выводу о сходстве данных обозначений до степени смешения ввиду того, что они состоят из совпадающих букв латинского алфавита, звуков, за счет частичного вхождения одного обозначения в другое, что обуславливает их фонетическое, графическое и семантическое тождество.

При этом имеющееся отличие в одной буке в товарном знаке истца и спорном обозначении, используемом ответчиком, не влияет на формирование иного общего впечатления от восприятия обозначения в целом.

Как указано в пункте 45 Правил N 482, при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

В пункте 7.2.1 Руководства отмечено, что при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю.

Для установления однородности товаров могут приниматься во внимание такие обстоятельства как, в частности, род (вид) товаров, их потребительские свойства и функциональное назначение (объем и цель применения), вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия их реализации (в том числе общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей, традиционный или преимущественный уклад использования товаров и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа по перечисленным признакам в их совокупности в том случае, если товары по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

Принятая МКТУ не влияет на оценку однородности товаров и услуг.

Признаки однородности товаров подразделяются на основные и вспомогательные.

К основным признакам относятся: род (вид) товаров; назначение товаров; вид материала, из которого изготовлены товары.

Остальные признаки относятся к вспомогательным.

Основные признаки однородности товаров могут учитываться как каждый в отдельности, так и в совокупности один с другим и со вспомогательными признаками. При этом основные признаки могут переходить в разряд вспомогательных.

Сравнив перечень товаров в отношении которых ответчиком использовано названное обозначение, с товарами, для которых зарегистрирован товарный знак, исключительное право на который принадлежит истцу, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об их однородности, поскольку они относятся к одному роду и виду, имеют одно функциональное назначение, один круг потребителей, являются взаимодополняемыми, в связи с чем указанные товары могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

Сходство до степени смешения названных обозначений, равно как и однородность сравниваемых услуг, ответчиком надлежащим образом не оспорены.

Таким образом, суд правомерно пришел пришел к выводу о том, что действия ответчика по предложению к продаже названных товаров с использование обозначения, сходного о степени смешения с товарным знаком истца, являются нарушением исключительного права истца на этот товарный знак.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных названным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных названным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Как отмечено в подпункте 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 62 постановления от 23.04.2019 N 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Вместе с тем, в постановлении от 23.04.2019 N 10 разъяснено, что, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам.

Согласно представленному истцом расчету размер компенсации за допущенное обществом нарушение исключительного права на товарный знак составляет 140 000 рублей, исходя из цены одной единицы товара в представленных ответчиком расчетных документах и составляющей 2 500,00 руб., и предложенному ответчиком к продаже количества товара, которое составило 28 единиц.

Согласно представленным доказательствам в общей сложности ответчиком было введено в гражданский оборот на территории РФ двадцать восемь (28) единиц товара на общую сумму 70 000,00 руб.

Суд первой инстанции, проверив расчет компенсации истца, правомерно признал его верным.

Ответчик, не соглашаясь с заявленным истцом размером компенсации за допущенное нарушение исключительного права на товарный знак, контррасчет данного размера компенсации не представил, доказательств, подтверждающих иную стоимость спорного товара, объем поставленного товара, в материалы дела также не представил.

При этом судом первой инстанции правомерно не усмотрено оснований для снижения заявленного истцом размера компенсации за допущенное ответчиком нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 325617 на основании положений Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 N 40-П "По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда" (далее - постановление от 24.07.2020 N 40-П).

Согласно абзацу 2 пункта 4.2 постановления от 24.07.2020 N 40-П в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Вместе с тем, вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчик на стадии рассмотрения дела в суде первой инстанции не представил доказательств многократного превышения компенсацией размера причиненных истцу убытков, при том, что такое превышение должно быть доказано ответчиком, равно как не представил и доказательств того, что правонарушение совершено им впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

В апелляционной жалобе заявитель указывает, что закупка у ответчика образца продукции и получение товаросопроводительных документов в исполнении лица, аффилированного с истцом, не может подтверждать обстоятельства нарушения.

Суд апелляционной инстанции отклоняет указанный вывод, поскольку аффилированность истца (генеральным директором которого является ФИО3) и привлеченного истцом для фиксации нарушения лица (ИП ФИО3) не отнесено законом к обстоятельствам, являющимся существенными для разрешения спора о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак. 

Законом не запрещено осуществление закупки образца продукции и получение товаросопроводительных документов аффилированным с правообладателем лицом по поручению правообладателя. Законом также не запрещены сделки между аффилированными лицами.

Следовательно, отчет № 1 от 31.12.2022 (прил. 15 к исковому заявлению) является доказательством, которому была дана надлежащая оценка судом первой инстанции. 

Более того, отчет № 1 от 31.12.2022, подготовленный ИП ФИО3, является не единственным доказательством нарушения ответчика. В деле также имеются иные доказательства, которые полностью согласуются с отчетом № 1 от 31.12.2022 (что не оспаривается ответчиком (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ)): 

• счет № 3 от 08.08.2021 на сумму 2 500,00 руб. (т. 1, л.д. 11), 

• счет № 4 от 19.08.2021 на сумму 67 500,00 руб. (т. 1, л.д. 12), 

• универсальный передаточный документ (УПД) (прил. 17 к исковому заявлению),

• гарантийный талон (прил. 18), 

• инструкция на проданный ответчиком товар (прил. 20-21), 

• фотографии проданного ответчиком товара (т. 1, л.д. 123-125). 

При этом счета, УПД и гарантийный талон содержат подпись и оттиск печати ответчика, а также реквизиты ответчика. 

Представленные истцом фотографии проданного ответчиком товара, подтверждают использование ответчиком обозначения "PROXIM" на упаковке товара, лицевой поверхности товара, боковой поверхности товара, инструкции к товару и товаросопроводительной документации.

Данные доказательства и подтверждаемые ими обстоятельства не оспаривались ответчиком в суде первой инстанции (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ).

О фальсификации данных доказательств ответчик в установленном порядке не заявлял.

Довод ответчика о том, что он ввел в гражданский оборот на территории РФ лишь одну единицу товара также подлежит отклонению по следующим основаниям.

Материалами дела подтверждается, что ответчик после продажи одной единицы продукции предложил приобрести у него двадцать семь единиц той же продукции, для чего был выставлен счет № 4 от 19.08.2021 (т. 1, л.д. 12). 

Данный счет, имеющий подпись и оттиск печати ответчика, и подтверждаемые им обстоятельства, не оспаривались ответчиком в суде первой инстанции (ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ), о его фальсификации ответчик в судебном заседании не заявлял.   

Более того, тот же счет № 4 от 19.08.2021 представлен в дело самим ответчиком (см. в карточке дела нотариальный протокол осмотра доказательств от 22.03.2023 № 77-36-н-77-2023-1-652, стр. 31, прилагаемый к отзыву ответчика от 12.03.2021).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что обстоятельство предложения к продаже двадцати семи единиц контрафактной продукции ответчиком не оспаривается, и признал обоснованными требования истца, основанные на следующем расчете размера компенсации: 28 единиц товара по цене 2 500,00 руб. каждая, всего – 28 ? 2 500,00 = 70 000,00 руб., компенсация составляет удвоенную стоимость товара, незаконно вводившегося ответчиком в гражданский оборот, или 140 000,00 руб. 

В апелляционной жалобе заявитель также указывает, что суд первой инстанции необоснованно отклонил представленные ответчиком доказательства, которые, по мнению ответчика, опровергали выводы суда о нарушении исключительного права. 

При этом ответчик ссылается на необходимость доказывания в арбитражном процессе (ст. 69 АПК РФ) и обеспечение доказательств в порядке ст. 103 Основ законодательства РФ о нотариате (утв. ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1).

Между тем, представленные ответчиком нотариальные протоколы не оспариваются истцом, однако они по своему содержанию не способны опровергнуть доводы истца о нарушении ответчиком исключительного права истца, что и было установлено судом первой инстанции. 

Словесное обозначение "PROXIMA" является частью фирменного наименования истца, зарегистрированного в установленном порядке с 09.11.2000, что подтверждается регистрационными документами истца: свидетельством о регистрации № 001.502.865 от 09.11.2000, выпиской из ЕГРЮЛ, а также выдержкой из устава истца в редакции от 13.01.2020, в котором приведено полное фирменное наименование истца на английском языке: Proxima Technology Limited (прил. 4 к исковому заявлению, стр. 2; прил. 5-6). 

К видам деятельности истца в ЕГРЮЛ отнесены научные исследования и разработки в области естественных и технических наук прочие (код ОКВЭД 72.19); производство компьютеров и периферийного оборудования (26.20); производство средств защиты информации, а также информационных и телекоммуникационных систем, защищенных с использованием средств защиты информации (26.20.4); производство прочих устройств автоматической обработки данных (26.20.9); производство прочих готовых изделий, не включенных в другие группировки (32.99); разработка компьютерного программного обеспечения (62.01); научные исследования и разработки в области естественных и технических наук прочие, не включенные в другие группировки (72.19.9); деятельность специализированная в области дизайна (74.10); деятельность профессиональная, научная и техническая прочая, не включенная в другие группировки (74.90); деятельность систем обеспечения безопасности (80.20).

По товарному знаку истца в отношении именно тех товаров класса 09 МКТУ, которые незаконно вводились ответчиком в гражданский оборот на территории РФ, был зарегистрирован лицензионный договор № ТМ-296/2014 от 31.12.2014 о предоставлении права использования товарного знака (дата и номер государственной регистрации договора: 06.03.2015 РД0168782; лицензиат – американская фирма "Proxim Wireless Corporation"). 

По указанному лицензионному договору осуществлялся активный ввоз на таможенную территорию РФ продукции, маркированной товарным знаком, в период с 2016 по 2018 гг. на общую сумму 861 817,07 долларов США (с учетом НДС – на сумму более одного миллиона долларов США). Ввезенная по лицензионному договору продукция продавалась на территории РФ официальными дилерами фирмы "Proxim Wireless Corporation". 

Сам истец в рамках своей уставной деятельности также осуществлял продажу на территории РФ электронной продукции для высокочастотной беспроводной связи, что подтверждается в деле в качестве примера документами по поставке истцом маркированной товарным знаком электронной продукции в адрес ООО "Зимаэнерго", ООО "Си-Би-Ай консалт", ООО "Си-Би-Ай Пионер" и ИП ФИО4 (т. 1, л.д. 97-111; т. 2, л.д. 4-15).

Довод ответчика о том, что правовая охрана товарного знака в случае ее досрочного прекращения вследствие неиспользования прекращается на предшествующий период, подлежит отклонению, поскольку не соответствует нормам ст. 1486 ГК РФ и разъяснениям высших судов, в частности, изложенных в п. 174 постановления Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой ГК РФ", п. 39 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав" (утв. Президиумом ВС РФ 23.09.2015), согласно которым досрочное прекращение правовой охраны товарного знака в связи с неиспользованием означает прекращение исключительного права на товарный знак на будущее время (п. 4 ст. 1486 ГК РФ), поэтому требования правообладателя о защите исключительного права, предъявленные до прекращения правовой охраны товарного знака, подлежат удовлетворению.

С учетом изложенного ссылка ответчика на то, что Судом по интеллектуальным правам рассматривается дело № СИП-810/2022 о досрочном прекращении товарных знаков ООО "Проксима Текнолоджи" по иску иного лица и что по нему судом первой инстанции вынесено решение о досрочном прекращении товарного знака по свидетельству № 325617 в отношении части товаров, не имеет правового значения по настоящему делу. 

Кроме того, вопреки доводам ответчика, решением Суда по интеллектуальным правам от 04.05.2023 по делу № СИП-810/2022 правовая охрана товарного знака по свидетельству № 325617 не прекращена в отношении тех товаров, на которых истец основывает свои исковые требования: высокочастотная аппаратура, грозовые разрядники (искровые), переговорные устройства, передатчики ближней связи, передатчики дальней (дистанционной) связи, передатчики сигналов электронных, помехозащитные устройства электрические. Именно товары этой группы вводились ответчиком в гражданский оборот на территории РФ с использованием товарного знака без разрешения истца. 

В деле № СИП-810/2022 неиспользование товарного знака в отношении указанных товаров судом не устанавливалось. 

С учетом изложенного ссылку ответчика на судебный акт по делу № СИП-810/2022 нельзя признать обоснованной. 

При этом ответчик с заявлением о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака истца в суд не обращался. 

Иные доводы ответчика направлены на переоценку обжалуемого судебного акта, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения суда.

Судом первой инстанции дана надлежащая оценка всем имеющимся в деле доказательствам, оснований для отмены или изменения судебного акта не имеется.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, апелляционным судом не установлено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено. Оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 20.06.2023 года по делу          №А41-16248/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Суд по интеллектуальным правам через арбитражный суд первой инстанции в двухмесячный срок со дня его изготовления в полном объеме.  

 

Председательствующий cудья

М.И. Погонцев 

Судьи

                                                    Е.Н. Виткалова      

 

                                                    Е.А. Бархатова