АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 февраля 2019 года

Дело №

А66-10312/2015

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Кравченко Т.В., Троховой М.В., 

при участии от общества с ограниченной ответственностью «НРК-Актив» ФИО1  (доверенность от 27.09.2018),

рассмотрев 25.02.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НРК-Актив» на определение Арбитражного суда Тверской области от 13.07.2018 (судья Шабельная И.В.) и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2018 (судьи Виноградов О.Н., Журавлев А.В., Чапаев И.А.)  по делу № А66-10312/2015, 

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Тверской области от 28.07.2015 принято к производству заявление ФИО2 о признании общества с ограниченной ответственностью «Ржевхлебопродукт», место нахождения: 172385, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество, должник), несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 01.09.2015 заявление признано обоснованным, в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением суда от 25.02.2017 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника  открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Определением суда  от 14.07.2017 ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим Обществом утвержден ФИО5.

Публичное акционерное общество «Банк ВТБ», место нахождения: 190000, Санкт-Петербург, Большая Морская ул., д. 29, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее - Банк),  обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора поручительства от 09.09.2014, заключенного должником с закрытым акционерным обществом «Объединенная продовольственная компания», место нахождения: 170100, 

<

...>, ИНН 

<

***> (далее - Компания).

Определением суда  первой инстанции от 13.07.2018 в удовлетворении заявления отказано.

Постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2018 указанное определение оставлено без изменения.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе общество с ограниченной ответственностью «НРК-Актив», место нахождения: 125167, Москва, Ленинградский просп., д. 37а, корп. 4, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> (далее - ООО «НРК Актив»), являющееся конкурсным кредитором  должника, просит отменить определение от 13.07.2018 и постановление от 22.10.2018, направить дело в суд первой инстанции  на новое рассмотрение.

Податель жалобы полагает, что вывод судов первой и апелляционной инстанций о недоказанности наличия у должника на дату заключения оспариваемого договора признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества не  соответствует доказательствам, имеющимся в материалах настоящего обособленного спора.

В судебном заседании представитель  ООО «НРК-Актив» поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе.

Иные участвующие в деле лица  надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения  жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Компания (займодавец) 01.08.2014  заключила с обществом с ограниченной ответственностью «Вязьмахлебопродукт», место нахождения: 231511, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> (далее – ООО «ВХП», заемщик), договор беспроцентного займа № 0047/УК, по условиям которого займодавец обязался предоставить заемщику 18 383 864 руб. для финансирования коммерческой деятельности, а заемщик обязался возвратить полученные денежные средства в срок до 31.12.2015.

Дополнительным соглашением от 01.01.2015 № 1862/УК в договор займа от 01.08.2014 № 0047/УК внесены изменения, в соответствии с которыми заем должен быть возвращен займодавцу не позднее 01.08.2020, а также установлено, что за пользование займом заемщик уплачивает 8% годовых.

В обеспечение исполнения обязательств ООО «ВХП» по договору займа от 01.08.2014 № 0047/УК Компания 09.09.2014 заключила с Обществом (поручителем) договор поручительства, по условиям которого поручитель обязался отвечать перед кредитором за исполнение заемщиком всех его обязательств по договору займа  от 01.08.2014 № 0047/УК и нести солидарную ответственность перед кредитором сроком до 30.12.2017.

Дополнительным соглашением от 01.01.2015 № 1 в договор поручительства от 09.09.2014 внесены изменения, согласно которым поручитель ознакомлен со всеми  изменениями существенных условий договора займа от 01.08.2014 № 0047/УК,  в том числе по сумме займа, сроку возврата заемных средств и установлению процентов за пользование заемными  средствами.

Определением суда от 02.10.2017 требование Компании в размере 18 383 864 руб., основанное на обязательствах  Общества из договора поручительства от  09.09.2014, включено в реестр требований кредиторов должника.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, Банк сослался на то, что договор поручительства от  09.09.2014 обладает признаками мнимой сделки,  заключен должником с заинтересованным  лицом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в связи с чем  имеются предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК  РФ) основания для признания его недействительным.

Суд первой инстанции признал доводы  заявителя о наличии у Общества на  дату заключения оспариваемого договора признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества основанными на предположениях, в связи с чем не  усмотрел предусмотренных статьей  61.2 Закона о банкротстве оснований для признания данного договора недействительным.

Оснований считать оспариваемый договор мнимой сделкой и сделкой, заключенной  с нарушением требований статьи 10 ГК РФ, суд также не усмотрел, в связи с чем определением от 13.07.2018 отказал в удовлетворении заявления.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции и постановлением от 22.10.2018 оставил указанное определение без изменения.

Проверив  законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов,   приведенных    в   кассационной  жалобе,  Арбитражный    суд   Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 указанной статьи сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»   (далее – Постановление № 63),на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Таким образом, оспариваемый договор поручительства от 09.09.2014 как сделка, обычно не предусматривающая встречного исполнения не может оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но может  оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

Как видно из материалов дела, заявление о признании Общества несостоятельным (банкротом) принято к производству 28.07.2015, оспариваемый договор поручительства заключен 09.09.2014, то есть в пределах срока подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В результате оценки доказательств, представленных Банком в обоснование требования о признании договора поручительства от 09.09.2014 недействительным, суды первой и апелляционной инстанций признали недоказанным  наличие у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на даты заключения оспариваемых договоров.

При этом суды исходили из того, что активы  Общества согласно бухгалтерской отчетности  за 2014 год составляли 411 500 000 руб., тогда как пассивы – 348 300 000 руб.; у должника  имелись основные средства стоимостью 18 600  000 руб., запасы  стоимостью  81 900 000 руб., дебиторская задолженность на сумму 290 500 000 руб.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно положениям статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается  прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное; под недостаточностью имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

По мнению суда кассационной инстанции, наличие у Общества задолженности перед отдельными кредиторами и  рассмотрение в арбитражных судах споров, связанных с неисполнением  Обществом обязательств перед кредиторами правомерно не признаны судами первой и апелляционной инстанций  доказательствами, подтверждающими неплатежеспособность должника на дату заключения оспариваемого договора.

Вместе с тем в поданном в арбитражный суд заявлении Банк сослался на то, что на 01.10.2014 общая сумма выданных Обществом обеспечительных обязательств составляла 1 352 330 002 руб., что в 2,9 превышало валюту баланса должника.

В обжалуемых судебных актах суды первой и апелляционной  инстанций  оценки данному доводу не дали, имелись ли у Общества на дату заключения оспариваемого договора признаки недостаточности имущества не установили.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения  указанных требований  суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Как  следует из разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Суды первой и апелляционной инстанций посчитали, что получение поручительства от Общества, входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения  гражданского оборота является обычной практикой, указали, что данное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности; предполагается, что от кредитования одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

Между тем такое предположение допустимо лишь в случае, когда кредитование одного из участников группы лиц осуществляется лицом, не входящим в эту группу. В данном же случае Компания (займодавец), как установлено судами,  входит в одну группу лиц с ООО «ВХП» (заемщиком) и Обществом (поручителем).

Разумные экономические мотивы заключения оспариваемого договора лицами, участвующими в рассмотрении настоящего обособленного спора, не приведены, и, соответственно, судами первой и апелляционной инстанций не установлены.

В обоснование заявленных требований Банк также сослался на наличие у оспариваемого договора признаков мнимой сделки и указал, что в расшифровках к бухгалтерским балансам Общества за период 01.01.2014 по 01.01.2016 не содержится сведений об обязательствах должника перед Компанией.

 В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Намеревались ли Общество и Компания, заключая договор поручительства от 09.09.2014, создать соответствующие правовые последствия, суды не установили.

При таких обстоятельствах выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, не могут быть признаны соответствующими фактическим обстоятельствам дела, что в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены определения от 13.07.2018 и постановления от 22.10.2018.

Так как обстоятельства, необходимые для принятия решения по существу настоящего обособленного спора, установлены судами первой и апелляционной инстанций не полностью, дело следует направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

постановил:

определение Арбитражного суда Тверской области от 13.07.2018 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2018 по делу № А66-10312/2015 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Тверской области на новое рассмотрение.

Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи

Т.В. Кравченко

 М.В. Трохова