АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-35145/2014

г. Краснодар

20 октября 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 октября 2017 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 октября 2017 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Калашниковой М.Г., судей Гиданкиной А.В. и Мацко Ю.В., при участии в судебном заседании от Управления Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю – ФИО1 (доверенность от 30.032017), в отсутствие конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «СМУ-5» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО2, ФИО3, иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте суда в сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО3 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2017 по делу № А32-35145/2014 (судьи Шимбарева Н.В., Герасименко А.Н. Емельянов Д.В.), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «СМУ-5» (далее – должник) конкурсный управляющий обратился с заявлением о признании недействительным заключенного должником и ФИО3 договора купли-продажи от 11.11.2013 здания склада № 3, кадастровый номер 23:49:0306002:2961, расположенного на земельном участке 

<

...>, и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу здания с кадастровым номером 23:49:0306002:2961 и  права аренды земельного участка с кадастровым номером 23:49:0202012:11.

Определением суда от 12.12.2016 (судья Гарбовский А.И.) в удовлетворении заявления отказано. 

Постановлением апелляционного суда от 21.07.2017 определение от 12.12.2016 отменено, сделка признана недействительной, суд обязал ФИО3 возвратить в конкурсную массу здание склада и восстановил право аренды земельного участка площадью 1180 кв. м, кадастровый номер 23:49:0202012:11, расположенного по адресу 

<

...>, по договору от 28.01.2004, заключенному с администрацией г. Сочи на срок до 01.09.2052.

В кассационной жалобе ФИО3  просит отменить постановление и оставить в силе определение, ссылаясь на отсутствие оснований для признания сделки недействительной.

В отзыве управляющий просит постановление оставить без изменения.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа просил в удовлетворении жалобы отказать.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что постановление апелляционного суда надлежит оставить без изменения.

Как видно из материалов дела, определением суда от 30.09.2014 возбуждено производство по делу о банкротстве должника; определением от 10.02.2015 в отношении должника введена процедура наблюдения; решением от 13.08.2015 должник признан банкротом, в отношении его открыто конкурсное производство.

Конкурсный управляющий должника, ссылаясь на наличие оснований для признания договора купли-продажи здания склада недействительным, предусмотренных статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в суд с заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, пришел к выводу о том, что имущество отчуждено должником при равноценном встречном предоставлении со стороны ФИО3

Апелляционный суд отменил определение суда первой инстанции и удовлетворил заявленные требования, исходя из следующих обстоятельств.

Апелляционный суд установил, что ФИО3 представил копию договора купли-продажи от 11.10.2013, пояснив, что на основании данного договора зарегистрирован переход права собственности на имущество; в материалах дела имеется копия договора купли-продажи от 11.11.2013, совпадающая по содержанию с договором купли-продажи от 11.10.2013. С учетом ответа Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю суд установил, что право собственности на имущество зарегистрировано за ФИО3 на основании договора купли-продажи от 11.10.2013. С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что датой заключения договора следует считать 11.10.2013.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Апелляционный суд пришел к правильному выводу о том, что срок исковой давности не пропущен, поскольку должник признан банкротом решением от 13.08.2015, с заявлением об оспаривании сделки управляющий обратился 12.05.2016.

Апелляционный суд установил, что право собственности за ФИО3 зарегистрировано 26.05.2015, после введения в отношении должника процедуры наблюдения определением от 10.02.2015. ФИО3 является участником должника.

В обоснование заявления конкурсный управляющий указал, что сделка совершена при неравноценном встречном предоставлении. Согласно пункту 3.1 договора купли-продажи цена договора 5 млн. рублей, сумма договора включает цену склада и цену права аренды земельного участка площадью 1180 кв. м на 49 лет. Апелляционный суд, оценив представленный ФИО3 отчет об оценке, согласно которому стоимость объекта составила 3 695 995 рублей, а право аренды – 1 275 728 рублей; выписку из ЕГРП, согласно которой  по состоянию на 11.11.2013 кадастровая стоимость только объекта недвижимости с кадастровым номером 23:49:0306002:2961 составляла                                                8 130 561 рублей 46 копеек, пришел к правильному выводу, что отчуждение объекта недвижимого имущества и права аренды земельного участка по указанной в договоре купли-продажи цене в размере 5 млн рублей свидетельствует о неравноценном встречном предоставлении по сделке.

Апелляционный суд установил, что 28.11.2011 между ФИО4 и ФИО5 был заключен договор займа, в соответствии с которым ФИО4 передал ФИО5 5 млн рублей, а ФИО5 принял обязательство вернуть указанную сумму ФИО4 в срок до 27.11.2013, о чем свидетельствует расписка от 28.11.2011. ФИО5 (покупатель) и должник (продавец) с согласия ОАО «РосДорБанк» (залогодержатель объекта продажи) заключили договор купли-продажи от 15.12.2011, в соответствии с которым должник передает в собственность ФИО5 ряд объектов недвижимости, в том числе здание склада № 3, а ФИО5 перечисляет 20 млн рублей на счет ОАО «РосДорБанк» в счет частичного погашения задолженности должника по кредитному договору от 31.08.2010. Свои обязательства по договору ФИО5 выполнил в полном объеме, что подтверждается платежными поручениями. 2 апреля 2013 года ФИО5, и ФИО3 заключили договор, в котором указали, что ФИО5 передает ФИО3 право требования здания склада № 3 у должника, приобретенное по договору купли-продажи от 15.12.2011, а ФИО3 считает исполненным обязательство ФИО5 по возврату 5 млн рублей, возникшие на основании расписки от 28.11.2011. Об указанном договоре должник уведомлен заявлением от 04.04.2013 и письмом от 01.07.2013. Как видно из решения общего собрания участников должника от 20.09.2013, участники должника установили, что по договору купли-продажи от 15.12.2011 ФИО5 произвел оплату в полном объеме и приняли решение об оформлении склада № 3 и расположенного под ним земельного участка в собственность ФИО3

В силу статьи 409 Гражданского кодекса Российской Федерации по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением взамен исполнения отступного (уплатой денег, передачей имущества и т.п.). Размер, сроки и порядок предоставления отступного устанавливаются сторонами. Кодеком не установлен запрет на передачу (уступку) права (требования) в качестве отступного. В связи с этим при передаче права (требования) в качестве отступного имеет место уступка требования (параграф 1 главы 24 Кодекса).

При таких обстоятельствах при оценке отношений ФИО3 и должника по передаче в собственность ФИО3 здания склада № 3 необходимо в совокупности рассматривать указанные выше сделки.

Таким образом, принимая во внимание, что плата за склад № 3 поступила от ФИО5 и ФИО5 передал права (требования) передачи склада № 3 по договору от 15.12.2011 ФИО3, основания для вывода о неполучении должником встречного предоставления за проданное имущество в размере 5 млн рублей отсутствуют. При этом не имеет значения тот факт, что в расписке о получении ФИО5 от ФИО3 денежных средств не указано, что денежные средства предоставлены ФИО5 для приобретения имущества.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что, поскольку ФИО3 является участником должника и поручителем должника по кредитному договору, внесенные денежные средства следует рассматривать как исполнение обязанностей учредителя в период неплатежеспособности предприятия, а не как платеж в рамках договора на приобретение имущества, со ссылкой на правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2). Вместе с тем указанная правовая позиция касается обязательств, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы не участвовал в капитале должника. Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов. В этой связи следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и участником.

В данном случае ФИО3 приобрел имущество должника по договору купли-продажи, поэтому основания для квалификации такой сделки, как сделки, участника должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, отсутствуют. 

Принимая во внимание, что ФИО3 приобрел имущество в период наблюдения с учетом даты государственной регистрации перехода права собственности, при неравноценном встречном предоставлении, сделка является недействительной  на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Апелляционный суд, установив, что имущество находится у ФИО3, применил последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу здание склада и восстановления права аренды земельного участка.

В силу пункта 3 статьи 61.6 закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2, пункта 2 статьи 61.3 настоящего Федерального закона и Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве). Таким образом, ФИО3 после возврата имущества в конкурсную массу приобретет право требования к должнику в размере полученной должником платы за объект – 5 млн рублей. 

Неверные выводы апелляционного суда об отсутствии встречного предоставления и применении правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2), не привели к принятию неправильного решения по существу обособленного спора.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2017 по делу № А32-35145/2014 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий   М.Г. Калашникова

Судьи   А.В. Гиданкина

     Ю.В. Мацко