СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

город Томск Дело № А27-9300/2021  Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2023 года.  

Постановление изготовлено в полном объеме 27 февраля 2023 года.  

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего Усаниной Н.А.,  судей Апциаури Л.Н.,  

ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2 с  использованием средств аудиозаписи в режиме веб-конференции рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 ( № 07АП-3379/2022(4)) на  определение от 26.12.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-9300/2021  (судья Селищева В.Е.) о банкротстве должника ФИО3, город Кемерово, осуществляющего предпринимательскую деятельность (ДД.ММ.ГГГГ года рождения,  место рождения: станция Промышленная Промышленновского р-на Кемеровской обл.,  СНИЛС 032-399- 460-60, ИНН 

<

***>, место жительства: улица 1 квартал, дом 1/3, г.  Кемерово, Кемеровская область-Кузбасс), принятое по заявлению акционерного общества  «Российский сельскохозяйственный банк», город Москва об оспаривании сделки должника  ФИО3, город Кемерово, совершенной с ФИО4, применении последствий недействительности сделки.  

В судебном заседании приняли участие: В режиме веб-конференции: 

ФИО3, лично, паспорт; по устному ходатайству допущен к участию в деле представитель ФИО5, паспорт;  

от финансового управляющего ФИО6: ФИО7 по доверенности от  29.11.2022, паспорт;  

от АО «Россельхозбанк»: ФИО8 по доверенности от 24.11.2022, паспорт, надлежащее техническое подключение не обеспечил: без участия.   

УСТАНОВИЛ:

в рамках обособленного спора в деле о банкротстве ФИО3 (далее - ФИО3, должник) по заявлению акционерного общества «Российский сель-  

скохозяйственный банк» об оспаривании сделки должника, определением от 27.12.2022 Арбитражного суда Кемеровской области признан недействительным договор дарения жилого  дома и земельного участка от 13 июля 2019 года, совершенный с ФИО4, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО4 возвратить в конкурсную массу ФИО3  земельный участок с кадастровым номером 42:24:0401014:2029 и жилой дом с кадастровым  номером 42:24:0401014:16619, расположенные по адресу: 

<

...> с ФИО4 в пользу акционерного общества  «Российский сельскохозяйственный банк» судебные расходы по уплате государственной  пошлины в сумме 9000 руб.  

В поданной апелляционной жалобе ФИО3 просит определение суда отменить полностью и направить на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.  

По мнению подателя апелляционной жалобы, спорное жилое помещение является  единственным жильем должника; у нее отсутствует фактическая возможность проживания в  ином месте и в случае изъятия данного дома в целях пополнения конкурсной массы, ФИО3 останется без жилья, недействительная сделка не меняет статус дома как единственного жилья; из обстоятельств банкротства усматриваемая направленность дарения на  сохранение за должником жилого дома для собственного и члена семьи проживания в случае  утраты прав на заложенную квартиру из-за обращения взыскания на неё кредитора не попадает под критерии обстоятельств для снятия со спорного имущества исполнительского иммунитета; судом не дана оценка перспективе применения исполнительского иммунитета, в  связи с чем, нарушено единообразие судебной практики; ФИО3 неоднократно сообщала суду первой инстанции о том, что 19.02.2021 ИП Посконный (арендатор нежилого  помещения, которое принадлежит должнику на праве собственности), перекрыл вход в помещение для того, чтобы с ООО «Александрой» (учредителем которой является ФИО3) были расторгнуты договоры субаренды, которые приносили прибыль обществу, суд  отказал исследовать данные доказательства, приобщать их к материалам дела, чем существенно нарушились её права и законные интересы, наступила её неплатежеспособность и  была признана банкротом.  

АО «Россельхозбанк», финансовый управляющий ФИО6 в представленных  возражениях и письменных пояснениях считают определение суда законным и обоснованным.  

В судебном заседании суда апелляционной инстанции должник, его представитель,  представитель финансового управляющего каждый поддержали свои доводы и возражения.  

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о  времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей в суд апелляционной инстанции не направили, представитель АО «Россельхозбанк», надлежащее тех-  

ническое подключение не обеспечил (с его стороны отсутствует видеосвязь), что, в силу части  3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК  РФ), не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.  

Проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции, соответствие выводов, изложенных в определении обстоятельствам дела, применение норм материального права в порядке статей 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы,  поступивших возражений и письменных пояснений на нее, заслушав позиции явившихся  участников процесса, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции считает  определение суда не подлежащим отмене.  

Материалами дела подтверждено, что при оспаривании на стадии проведения процедуры реализации имущества ФИО3, введенной решением суда от 13.01.2022, сделки должника - заключенного с дочерью ФИО4 (одаряемый) договора дарения от  13.07.2019 земельного участка с кадастровым номером 42:24:0401014:2029 и жилого дома с  кадастровым номером 42:24:0401014:16619, расположенных по адресу: 

<

...> 22.07.2019 зарегистрирован переход права собственности на  имущество, кредитор АО «Россельхозбанк» сослался на причинение вреда имущественным  правам кредиторов безвозмездной сделкой, совершенной в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица в трехлетний период подозрительности.  

Удовлетворяя заявление кредитора, суд первой инстанции, исходил из доказанности  совокупности условий, необходимых для признания договора дарения от 13.07.2019 недействительной сделкой, установив, что целью заключения оспариваемого договора являлся вывод принадлежащего должнику имущества с целью обеспечения невозможности обращения  на него взыскания, спорный договор дарения совершен в пределах трехлетнего периода подозрительности с заинтересованным лицом, в отношении которого доказана осведомленность о  наличии у ФИО3 цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Для правильного рассмотрения заявления по основаниям, предусмотренным пунктом 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежат установлению пороки, связанные с подозрительным характером оспариваемой сделки, как совершенной заинтересованными лицами в ущерб  кредиторам должника.  

Действительно, договор дарения является безвозмездной сделкой, заключенной  (13.07.2019) должником в трехлетний период подозрительности (заявление о признании  должника банкротом принято к производству определением суда от 10.06.2021) с заинтересованным лицом (ответчик - дочь должника), следовательно, договор подпадает под период и  признаки подозрительности, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Соответственно, для признания недействительным договора дарения необходимо установить противоправную цель его заключения - причинение вреда имущественным правам  кредиторов должника, то есть выяснить, имелись ли у ФИО9 по состоянию на  

13.07.2019 кредиторы (наличие признаков неплатежеспособности, осведомленность об этом  второй стороны сделки предполагается).  

По результату исследования указанного обстоятельства суд первой инстанции установил, что на дату совершения оспариваемой сделки должник не допускала просрочек по  исполнению обязательств перед кредиторами, задолженность перед которыми впоследствии  включена в реестр требований кредиторов; вместе с тем, из материалов дела следует, что  должник на дату заключения оспариваемого договора имела иные кредитные обязательства,  которые были погашены новыми кредитами, то есть, исполнение обязательств по кредитным  договорам обеспечивалось не собственными денежными средствами должника, а денежными средствами кредиторов, производилось это вплоть до марта 2021 года, когда должник  впервые обратилась в арбитражный суд с заявлением о банкротстве (дело № А27-6477/2021).  

Так, земельный участок был приобретен и строительство спорного дома осуществлено изначально на кредитные денежные средства в сумме 4,5 млн. руб., полученные от заявителя по договору № 1456001/0596 от 23.12.2014 (т.11, л.д.4-8).  

В дальнейшем должник непрерывно кредитовалась в различных банках, закрывая частью нового кредита предыдущие кредиты: кредитными денежными средствами, полученными по кредитному договору № 

<

***> от 20.04.2018 в сумме 2000000 руб., закрыт кредит по договору № 1499/0000092 от 24.04.2017 в сумме 1011920 руб., кредитными средствами по договору № 1499/0488637 от 14.12.2018 в сумме 3950000 руб. закрыт кредит по договору № F0POP320S17050500727 от 10.05.2017 в сумме 1017300 руб., кредитными средствами  по договору № 206001/0770 от 21.09.2020 в сумме 5000000 руб. закрыты кредиты по договорам № F0POP320S18062501738 от 27.06.2018 и № F0POP320S18122100960 от 29.12.2018 в  суммах 1212297 руб. и 787354 руб., кредитными средствами по договору № 4068/1950 от  31.08.2020 в сумме 1850000 руб., а также средствами, вырученными от продажи квартиры по  ул.Дружбы, были закрыты кредиты по договорам № ПР834-19-3-1 от 08.11.2019 и № ПР22320-3-1 от 19.03.2020 в суммах 846510 руб. и 1811816 руб. (анализ поступивших в суд кредитных договоров и выписок по счетам должника и подконтрольных ей лиц).  

Из представленных суду доказательств не следует, что должник в 2019 году имела  достаточно собственных средств для обслуживания имеющихся у нее кредитов.  

При этом, закрепленные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции не  исключают прямого доказывания обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по этому основанию. В частности, может быть в общем порядке доказана вредоносная цель сделки (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019   № 305-ЭС17-11710(4)).  

Сама по себе недоказанность наличия у должника признаков неплатежеспособности  или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих  презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи  

61.2 Закона о банкротстве) также не исключает возможности квалификации такой сделки в  качестве подозрительной (Определение Верховного Суда Российской Федерации от  30.05.2019 № 305-ЭС19-924(1,2)).  

Суд первой инстанции, исходя из отсутствия доказательств того, что целью заключения оспариваемого договора дарения было наделение жильем ФИО4, имеющей в  собственности квартиру (40) по адресу: 

<

...>, а также  земельные участки в г.Кемерово, СНТ «Вишенка», с 01.11.2021 ФИО4 является собственником квартиры в г.Москве, при этом должник в судебных заседаниях пояснила, в спорном доме после совершения сделки она продолжает проживать одна, семья ее дочери лишь  время от времени приезжает в этот дом, в 2020 году должник продает квартиру по адресу: 

<

...>; в 2021 году отчуждает трактор с  прицепом, пришел к правомерному выводу, что продав квартиру 130 по адресу: 

<

...>, должник создала ситуацию, при которой возвращение в  конкурсную массу спорного жилого дома повлечет возникновение у него статуса единственного жилья, поскольку иных жилых помещений должник в собственности не имеет, оспаривание сделки по отчуждению квартиры кредитор счел бесперспективной, ввиду чего отказался  от заявленных требований в данной части, сама должник продолжает проживать в спорном  доме.  

При этом, безвозмездное отчуждение значительной части активов заинтересованному  лицу - в своей совокупности является обстоятельством достаточным для определения наличия  цели причинения вреда кредиторам при совершения сделки дарения, в результате заключения  оспариваемой сделки должник лишился значительной части своего имущества, что привело к  частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника, и свидетельствует о наличии у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

По спорной сделке ликвидное имущество перешло в собственность ФИО4-  дочери должника, которая в силу положений пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве, как заинтересованное по отношению к нему лицо, не могла не осознавать, что их действия направлены на выведение активов для исключения обращения на него взыскания по требованиям  кредиторов.  

Разумные мотивы совершения сделки по безвозмездному отчуждению имущества в  преддверии банкротства должником и заинтересованным лицом не приведены.  

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в  Определении от 22.07.2019 № 308-ЭС19-4372 с точки зрения принципа добросовестности в  ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить  родственника или свойственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетво-  

рения интересов кредиторов за счет имущества должника.  

Доводы ФИО3 о том, что спорное жилое помещение является единственным жильем, у нее отсутствует фактическая возможность проживания в ином месте и в  случае изъятия данного дома в целях пополнения конкурсной массы, останется без жилья,  недействительная сделка не меняет статус дома как единственного жилья, подлежат отклонению.  

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы должника - гражданина исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в  соответствии с гражданским процессуальным законодательством, в том числе земельный  участок и находящееся на нем жилое помещение, если для гражданина-должника и членов  его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания, за исключением нахождения указанного  имущества в залоге (часть 1 статьи 446 ГПК РФ).  

Давая толкование института исполнительского иммунитета, Конституционный Суд  Российской Федерации в Постановлении № 15-П указал, что абзац второй части 1 статьи 446  ГПК РФ не может служить нормативно-правовым основанием безусловного отказа в обращении взыскания на жилые помещения, в нем указанные, если суд считает необоснованным  применение исполнительского иммунитета.  

Правовая возможность возврата по недействительным сделкам имущества должника  в его конкурсную массу является одним из обстоятельств, имеющих значение для правильного решения обособленного спора по оспариванию сделок должника, в подобных судебных  спорах суд должен решить и вопрос о перспективе применения ограничения исполнительского иммунитета в отношении этого имущества. При этом для судебной перспективы оспаривания сделки достаточно лишь вывода о высокой вероятности введения таких ограничений, так как результатом оспаривания сделок должника может быть только возвращение  имущества в конкурсную массу, а определение его дальнейшей судьбы происходит в иных  процедурах (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 304- ЭС21-9542(1,2)).  

Принимая во внимание, что судом первой инстанции установлены перспективы  ограничения исполнительского иммунитета, в результате действий должника по продаже  квартиры 130 по адресу: 

<

...>, создана ситуация,  при которой возвращение в конкурсную массу спорного жилого дома повлечет возникновение у него статуса единственного жилья, поскольку иных жилых помещений должник в собственности не имеет, при заключении договора дарения дома и земельного участка в пользу  своей дочери, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов, должник  умышленно уменьшил объем своих активов, совершив недобросовестные действия по выводу ликвидного имущества в целях исключения возможности обращения на него взыскания,  

(сохранив при этом за ним фактический контроль), чем причинил кредиторам вред; при этом,  площадь отчужденного по оспариваемому договору дома составляла 175 кв.м., в настоящее  время, как следует из выписки из ЕГРН, - 213,4 кв.м. (т. 10 л.д.86-97), что существенно превышает норматив общей площади жилого помещения в Кемеровской области на одного человека, доводы апелляционной жалобы в указанной части признаются необоснованными.  

В связи с признанием договора дарения недействительным, возложением на ответчика  обязанности возвратить подаренное имущество, возможно возникновение ситуации, при которой должником будет утрачено право проживания в ином жилом помещении. В таком случае, за счет возвращенных в конкурсную массу денежных средств, финансовым управляющим  может быть приобретено должнику замещающее жилье пригодное для проживания, площадью, по крайней мере, не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма.  

По представленным заявителем сведениям, спорное имущество может быть отчуждено  в общей сумме за 10 млн. руб., вырученных денежных средств будет достаточно для погашения необходимых расходов на торги, приобретение должнику замещающего жилья в виде  двухкомнатной квартиры в г.Кемерово, стоимостью примерно 5 млн. руб. и расчета с кредиторами.  

Ссылка должника на то, что последствия признания сделки недействительной приведут к ухудшению положения кредиторов и должника в виду необходимости возврата последним ответчику израсходованных им денежных средств на произведение улучшений недвижимого имущества, была предметом оценки суда первой инстанции и признана несостоятельной, поскольку сумма встречных обязательств подлежит установлению после возврата спорного имущества в конкурсную массу, не входит в предмет доказывания по настоящему спору.  

По результату совокупной оценки обстоятельств отчуждения данного имущества суд  первой инстанции по существу правильно исходил из доказанности наличия у участников  сделки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и на законном основании  признал договор дарения от 13.07.2019 недействительной сделкой, применив в порядке пункта  1 статьи 61.6, пункта 2 статьи 167 ГК РФ последствия недействительности сделки в виде возврата жилого дома и земельного участка в конкурсную массу должника.  

Утверждение заявителя апелляционной жалобы о недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания подозрительной сделки недействительной, не могут  быть приняты во внимание, поскольку противоречат имеющимся в деле доказательствам и не  свидетельствует о нарушениях судом указанных норм Закона о банкротстве.  

Доводы должника о необоснованном отказе суда исследовать доказательства того, что  19.02.2021 ИП Посконный (арендатор нежилого помещения, которое принадлежит должнику  на праве собственности), перекрыл вход в помещение для того, чтобы с ООО «Александрой»  (учредителем которой является ФИО3) были расторгнуты договоры субаренды, ко-  

торые приносили прибыль обществу, приобщать доказательства к материалам дела, чем существенно нарушены права и законные интересы должника, отклоняются, поскольку выходят за пределы рассматриваемого обособленного спора.  

В ходе проверки законности обжалуемого судебного акта суд апелляционной инстанции не установил нарушений норм процессуального права относительно всесторонней и  полной оценки судом первой инстанции доказательств, а также иных нарушений, которые  бы могли повлечь безусловную отмену судебного акта.  

С учетом изложенного, апелляционная жалоба ФИО3 удовлетворению не  подлежит.  

По правилам статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы, с учетом предоставленной отсрочки при ее принятии к производству, подлежат взысканию в доход федерального бюджета с должника в  размере 2000 руб.  

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд   

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 26.12.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А279300/2021 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.  

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 2 000  рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.  

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня  вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный  суд Кемеровской области.  

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».  

Электронная подпись действительна.

 Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство 

Дата 22.01.2022 2:22:12Председательствующий Н.А. Усанина 

Кому выдана Усанина Наталья Александровна

Судьи Л.Н. Апциаури  Э л е к т р о н н а я   п о д п и с ь   д е й с т в и т е л ь н а . ФИО1 

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство 

Дата 13.01.2022 5:56:03

Кому выдана ФИО1

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Федеральное казначейство 

Дата 28.12.2021 0:12:27 Кому выдана Апциаури Лада Нодариевна