﻿ 

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-13157/2016(7)-АК

Дело № А50-8936/2015

12 февраля 2020 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 12 февраля 2020 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего      Чепурченко О.Н., 

судей                                              Васевой Е.Е., Плаховой Т.Ю.,          

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Леконцевым Я.Ю., 

при участии:

конкурсного управляющего Касьянова О.А., паспорт; его представителя – Воробьева А.В., паспорт, доверенность от 25.08.2016, диплом,

иные лица, участвующие в деле в судебное заседание представителей не направили, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, Исмагилова Василя Василевича,

на определение Арбитражного суда Пермского края от 02 декабря 2019 года об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о взыскании с Арзыева Руслана Фаизовича и Исмагилова Василя Василевича убытков и установлении оснований для привлечения Куштановой Голюзы Фаизовны к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

вынесенное в рамках дела № А50-8936/2015 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ВВК» (ОГРН 1075903002450, ИНН 5903077973), 

 

установил:

Решением Арбитражного суда Пермского края от 30.10.2015 ООО «ВВК» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев. Конкурсным управляющим должника утвержден Касьянов Олег Александрович.

Сведения о признании должника банкротом опубликованы в установленном законом порядке 21.11.2015. 

28 октября 2016 года в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении Куштановой Г.Ф. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 18 068 047,84 руб.

Определением от 26.12.2016 производство по данному заявлению приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Протокольным определением суда от 12.08.2019 производство по обособленному спору возобновлено, рассмотрение обоснованности требований отложено на 11.09.2019.

К участию в настоящем обособленном споре в качестве соответчиков привлечены Арзыев Р.Ф. и Исмагилов В.В.

Конкурсным управляющим заявлено о привлечении к субсидиарной ответственности всех ответчиков. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 02 декабря 2019 года суд взыскал с Арзыева Руслана Фаизовича и Исмагилова Василя Василевича в пользу ООО «ВВК» убытки в размере 14 394 000 руб.

Признал доказанным наличие оснований для привлечения Куштановой Голюзы Фаизовны к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВВК» по п. 4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»; приостановил производство по требованию конкурсного управляющего о привлечении Куштановой Голюзы Фаизовны к субсидиарной ответственности до окончания проведения расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным определением, Исмагилов В.В. обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и рассмотреть вопрос по существу. 

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что на сегодняшний день не является учредителем (участником) должника и не является лицом, имеющим право давать обязательные указания либо иным образом определять его действия. Считает, что его вина в причинении должнику убытков не доказана, решений о продаже скота он не принимал, какие-либо документы по его отчуждению не подписывал; полагает ссылку суда на показания одного из работников, основанных исключительно на субъективном восприятии действительности, не может составлять доказательственную базу для взыскания убытков с Исмагилова В.В.; доверенность на ведение дел Исмагилову В.В. не выдавалась, соответственно правом на принятие юридических решений он не обладал. Также отмечает, что Исмагилов В.В. в спорный период не являлся ни членом совета директоров (наблюдательного совета) либо коллегиального исполнительного органа общества, ни его единоличным исполнительным органом либо управляющим, а следовательно, он не может быть привлечен к ответственности в виде возмещения убытков.   

АО «Россельхозбанк» и конкурсный управляющий Касьянов О.А. в представленных отзыве и письменных пояснениях против удовлетворения апелляционной жалобы возражали, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого определения.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих в деле не поступило.

         Участвующий в судебном заседании конкурсный управляющий Касьянов О.А. и его представитель поддержали возражения, приведенные в пояснениях с указанием на отсутствие оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

От Исмагилова В.В. поступило заявление о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие его представителя.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Поскольку возражений относительно проверки обжалуемого судебного акта лишь в части лицами, участвующими в деле не заявлено, законность и обоснованность определения проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ только в обжалуемой части – установление судом наличия оснований для привлечения Исмагилова В.В. к ответственности в виде взыскания убытков.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, конкурсным управляющим, заявлены требования о привлечении Куштановой Г.Ф., Арзыева Р.Ф. и Исмагилова В.В. к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «ВВК» по основанию, предусмотренному п. 4 ст. 10 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Предъявляя требования о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника Арзыева Р.Ф. и Исмагилова В.В., конкурсный управляющий указывает на то, что данные лица осуществляли фактическое руководство текущей деятельностью должника, в частности подписывали инвентаризационную ведомость в ходе процедуры банкротства, в которой отражено имущество (крупный рогатый скот), впоследствии утраченный по вине данных ответчиков. 

Возражая против заявленных требований, Исмагилов В.В. указывал на отсутствие оснований для признания его контролирующим должника лицом, а также передачу Куштановой Г.Ф. большей части документации конкурсному управляющему и на недоказанность им наличия затруднений проведения мероприятий конкурсного производства в связи с отсутствием оставшейся части документации. Также Исмагилов В.В. ссылался на то, что Арзыев Р.Ф. реализовывал скот вынужденно, в связи с неисполнением самим конкурсным управляющим обязанности по содержанию животных, за что последний привлечен к административной ответственности в рамках дела № А50-17942/2018.

Удовлетворяя требования в отношении Арзыева Р.Ф. и Исмагилова В.В., суд первой инстанции исходил из того, что несмотря на приведенные в обоснование заявления обстоятельства, оснований для привлечения данных ответчиков к субсидиарной ответственности по п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве суд не имеется, конкретных обстоятельств, свидетельствующих о том, что со стороны Арзыева Р.Ф. и Исмагилова В.В. совершались действия, либо имело место бездействие, повлекшие впоследствии несостоятельность (банкротство) общества «ВВК», конкурсным управляющим не приведено. При этом, установив, что в результате совместных действий Арзыева Р.Ф. и Исмагилова В.В. из владения общества «ВВК» в процедуре банкротства выбыло имущество – крупный рогатый скот в количестве, отраженном в инвентаризационной описи основных средств, подписанной данными ответчиками, суд первой инстанции установил наличие оснований для привлечения указанных лиц к ответственности в виде взыскания с них убытков в размере стоимости утраченного имущества в солидарном порядке. 

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права, оценив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав пояснения лиц, участвующих в процессе, суд апелляционной инстанции не усматривает основания для отмены определения в обжалуемой части в силу следующего.

Исходя из общих норм гражданского законодательства, юридические лица, кроме учреждений, отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. Исключением из общего правила является субсидиарная ответственность учредителей, собственников имущества юридического лица или других лиц, имеющих право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом определять его действия, по обязательствам юридического лица, если несостоятельность (банкротство) этого юридического лица вызвана действиями этих лиц (ч. 3 ст. 56 ГК РФ). 

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства в данном случае предусмотрены нормами ст. 10 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон). 

Как верно отмечено судом первой инстанции, при разрешении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в деле о банкротстве необходимо устанавливать реального бенефициара должника, который осуществлял фактическое руководство должником, а также установление оснований (либо их отсутствия) для привлечения указанного реального бенефициара к субсидиарной ответственности.

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федераии от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов (аффилированности, установление конечного бенефициара) допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, через корпоративное участие, наличие статуса руководителя либо учредителя должника, указанного в Едином государственном реестре юридических лиц), но и фактической.

В рассматриваемом случае судом установлено, что Арзыев Р.Ф. и Исмагилов В.В. осуществляли фактическое руководство текущей хозяйственной деятельностью общества «ВВК», о чем свидетельствуют объяснения работников должника, полученные в рамках проведения проверки по заявлению конкурсного управляющего о хищении крупного рогатого скота (т. 2, л.д. 43, 46, 51-52), а также факт подписания данными лицами имеющихся в материалах дела документов относительно деятельности общества.

В частности до возбуждения дела о банкротстве Арзыевым Р.Ф. с директором общества «ВВК» Родионовой (Куштановой) Г.Ф. был подписан договор об ответственном хранении крупного рогатого скота, разведение которого и составляло основу деятельности должника (т. 2, л. 58-61). 

Как следует из объяснений Исмагилова В.В., данных им следователю СО Отдела МВД России по Карагайскому МР в ходе проведения проверки по заявлению конкурсного управляющего о хищении крупного рогатого скота, Арзыев Р.Ф., являясь братом директора должника, помогал сестре в ведении дел по устной договоренности между ними.

Именно Арзыев Р.Ф. и Исмагилов В.В. подписывали инвентаризационную опись основных средств с конкурсным управляющим (т. 3, л.д. 27-30).

Исмагилов В.В. ранее при создании общества «ВВК» являлся учредителем данной организации, а впоследствии после отчуждения доли в уставном капитале фактически продолжил работать в обществе, принимал участие в его развитии и, как следует из содержания его объяснений, обладал подробной информацией о состоянии дел.

При разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), его собственника или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями (п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В п. 16 постановления Пленума ВС РФ № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В данном случае конкретных обстоятельств, свидетельствующих о том, что со стороны Арзыева Р.Ф. и Исмагилова В.В. совершались действия, либо имело место бездействие, повлекшие впоследствии несостоятельность (банкротство) общества «ВВК», конкурсным управляющим не приведено и из материалов дела не усматривается, что и явилось основанием для вывода суда об отсутствии оснований для привлечения данных указанных лиц к субсидиарной ответственности по п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве.

Приведенные конкурсным управляющим обстоятельства, положенные в обоснование требований возникли после введения процедуры конкурсного производства и могут свидетельствовать о причинении должнику ущерба. 

Вместе с тем, арбитражный суд не связан с приведенной в заявлении правовой квалификацией заявленных требований (спорных правоотношений) и рассматривает спор исходя из фактических обстоятельств, определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию с применением норм права подлежащих применению к конкретным спорном правоотношениям.

При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, суд вправе принять решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (абзац четвертый п. 20 постановления Пленума ВС РФ № 53, абзац первый п. 53 постановления Пленума ВАС РФ № 35).

При рассмотрении настоящего спора конкурсный управляющий ссылался на то, что в результате согласованных действий Арзыева Р.Ф. и Исмагилова В.В. из владения общества «ВВК» в процедуре банкротства выбыло имущество – крупный рогатый скот в количестве, отраженном в инвентаризационной описи основных средств, подписанной указанными лицами.

Учитывая, что приводимые конкурсным управляющим фактические обстоятельства являются основаниями для предъявления к Арзыеву Р.Ф. и Исмагилову В.В. требований о возмещении убытков, причиненных обществу «ВВК», данный вопрос был вынесен судом на обсуждение, после чего конкурсным управляющим к материалам спора дополнительно приобщены доказательства в подтверждение размера материального ущерба, причиненного должнику в результате выбытия названного имущества.

Согласно п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пункт 2 названной статьи определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ. Указанные в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками. Для удовлетворения требований истца о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов.

Бремя доказывания обстоятельства, опровергающих их наличие, лежит на ответчике.

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Судом установлено, что по инвентаризационной ведомости основных средств от 02.02.2016, подписанной конкурсным управляющим, Арзыевым Р.Ф. и Исмагиловым В.В. в качестве лиц, ответственных за сохранность основных средств, числились в частности 180 коров породы «Герефорд», а также 25 телок и 27 бычков данной породы; всего 232 головы крупного рогатого скота.

О том, что данное имущество в действительности было у должника свидетельствуют в частности и датированные апрелем и маем 2016 года акты диагностических исследований скота.

В июне 2016 года ответчиками конкурсному управляющему предоставлены документы о падеже скота – 17 актов на выбытие 52 голов, однако при выезде на место управляющим установлен факт полного отсутствия скота.

Как следует из пояснений Арзыева Р.Ф., полученных в ходе проведения следственной проверки на основании заявления конкурсного управляющего по факту пропажи имущества, скот пущен им на забой и распродан третьим лицам.

При рассмотрении в рамках настоящего дела обособленного спора о признании сделки должника недействительной к ответчику – ООО «Поле», Арзыев Р.Ф., привлеченный в качестве третьего лица, также пояснял, что скот реализован им различным лицам за наличный расчет.

Арзыев Р.Ф. и Исмагилов В.В. в своих пояснениях указывали на то, что реализация скота производилась вынуждено для целей погашения текущей задолженности общества «ВВК» по выплате заработной платы и оплате стоимости коммунальных услуг.

Вместе с тем, каких-либо документов, подтверждающих забой скота или его реализацию, а также направленности вырученных при совершении данных действий денежных средств на погашение задолженности по текущим обязательствам должника, со стороны ответчиков не представлено; пояснений относительно причин реализации имущества должника без согласования с конкурсным управляющим в материалах дела также не имеется (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Исходя из этого, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности факт причинения убытков должнику в результате самовольного распоряжения ответчиками принадлежащим ему имуществом.

При этом судом установлено, что действия, повлекшие причинение убытков обществу «ВВК», совершались Арзыевым Р.Ф. совместно с Исмагиловым В.В. Об указанном свидетельствует осведомленность последнего о факте реализации имущества должника, а также показания работника общества «ВВК» Колупаева М.М. об обращении к нему для подписания актов на выбытие животных летом 2016 года именно Исмагилова В.В. 

Имеющаяся доказательственная база позволяет сделать вывод о том, что принятие всех решений по текущей деятельности должника осуществлялось по согласованию между данными ответчиками.

Довод апелляционной жалобы о том, что Исмагилов В.В. на сегодняшний день не является учредителем (участником) должника и не является лицом, имеющим право давать обязательные указания либо иным образом определять его действия, признан апелляционным судом несостоятельным. 

Из материалов дела усматривается, что общество «ВВК» создано Исмагиловым В.В. Из совокупности представленных в дело документов следует, что после оформления выхода из участников общества Исмагилов В.В. продолжал участвовать в руководстве хозяйственной деятельности должника и принимать соответствующие ключевые решения, о чем свидетельствует его информированность о всем происходящем в обществе «ВВК», а также участие в проведении инвентаризации имущества должника. Иных разумных объяснений такого участия в обществе, учитывая, что он не являлся его работником, Исмагиловым В.В. не приведено.

Отсутствие надлежащим образом оформленных документов с его участием, а также на его имя доверенности, предоставляющей ему право действовать от имени общества, вышеизложенного не опровергает. Действие по формальному выходу из участников общества направлено исключительно на предупреждение привлечения такого лица, фактически осуществляющего руководство деятельностью общества, к ответственности.    

Утверждение апеллянта о том, что выводы суда о наличии оснований для привлечения его к ответственности в виде взыскания убытков основаны лишь на показаниях одного из работников, не соответствуют действительности. Вывод суда первой инстанции об участии Исмагилова В.В. в неправомерном отчуждении принадлежащего должнику крупного рогатого скота основан на совокупности доказательств, собранных, в том числе в ходе проведения проверки по заявлению конкурсного управляющего о хищении скота.

Ссылка Исмагилова В.В. на обстоятельства, установленные при рассмотрении дела № А50-17942/2018, решением по которому конкурсный управляющий привлечен к административной ответственности за непринятие надлежащих мер по сохранности имущества общества «ВВК» и ненадлежащее проведение мероприятий по формированию конкурсной массы, правового значения для рассмотрения настоящего спора не имеет.

Как верно отмечено судом первой инстанции, наличие судебного акта о привлечении конкурсного управляющего к административной ответственности за бездействие впоследствии приведшее к возможности последующей реализации без его ведома имущества должника, не опровергает тот факт, что непосредственно такие действия совершены лицами, которые имели фактическую возможность распоряжения соответствующим имуществом и, соответственно, не освобождает таких лиц от гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков. 

Именно действия по распоряжению имуществом в данном случае находятся в прямой причинно-следственной связи с фактом причинения убытков должнику.

Доказательств, позволяющих суду сделать вывод о том, что какая-либо часть имущества (рогатого скота) утрачена в связи с виновным бездействием конкурсного управляющего, в том числе по непринятию мер по его надлежащему содержанию, в материалы настоящего спора не представлено. Более того, это противоречит данным следователю показаниям ответчиков о том, что для избежания гибели животных часть из них реализовывалась, а вырученные денежные средства направлялись на приобретение корма, что документально также не подтверждено.

Учитывая приведенные выше обстоятельства, суд апелляционной инстанции согласился с судом первой инстанции о доказанности материалами дела всей совокупности условий для привлечения Исмагилова В.В. солидарно к ответственности в виде взыскания убытков, причиненных в результате утраты (сокрытия) имущества должника – крупного рогатого скота, телок и бычков, отраженных в инвентаризационной описи основных средств от 02.02.2016 (ст.ст. 15, 1064, 1080 ГК РФ).

Размер убытков определен судом в размере 14 394 000 руб., исходя из балансовой стоимости коров породы «Герефорд» в количестве 180 голов (13 536 000 руб.), а также стоимости телок и бычков, определенной с учетом информации содержащейся в ценовой справке от 06.06.2016 № 16/0606-6 (при среднем живом весе скота примерно 150-350 кг цена за 1 кг составляла 110 руб.) с применением минимального порога весовой категории (13 536 000 руб. + (52 голов х 150 кг х 110 руб./кг)).

Порядок определения размера убытков, привлекаемым к ответственности Исмагиловым В.В. не оспаривается. 

Выводы суда первой инстанции, положенные в обоснование судебного акта в обжалуемой части, сделаны при полном установлении судом обстоятельств имеющих значение для рассмотрения настоящего спора и надлежащей оценке всех представленных в дело доказательств в их совокупности. 

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения в суде апелляционной инстанции. Обстоятельств влекущих отмену судебного акта в апелляционной жалобе ответчиком не приведено.

Принимая во внимание вышеизложенное, оснований для отмены (изменения) определения арбитражного суда от 02.12.2019, предусмотренных ст. 270 АПК РФ судом апелляционной инстанции не установлено. Нарушения или неправильное применение норм материального или процессуального права судебного акта судом первой инстанции не допущены. 

В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

При апелляционном обжаловании судебных актов, принятых по результатам рассмотрения требований о привлечении лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскании убытков уплата государственной пошлины действующим законодательством не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 02 декабря 2019 года по делу № А50-8936/2015 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

Е.Е. Васева 

 

 

Т.Ю. Плахова 

C155458452320;00:01@