АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3177/20 

Екатеринбург

20 апреля 2022 г.

 

Дело № А50-211/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 20 апреля 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тороповой М.В.,

судей Столярова А.А., Краснобаевой И.А., 

при ведении протокола помощником судьи Охотниковой И.Р. рассмотрел в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи  кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Пермь» (далее – общество, ответчик) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2021 по делу № А50-211/2019 Арбитражного суда Пермского края. 

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Для участия в судебном заседании в Арбитражный суд Пермского края прибыли представители:

 общества - ФИО1 (доверенность от 13.01.2020), ФИО2 (доверенность от 01.01.2022), ФИО3 (доверенность от 05.04.2022);

 Западно-Уральского межрегионального управления Федеральной службы по надзору в сфере природопользования (далее – управление, истец) - ФИО4 (доверенность от 30.11.2021), ФИО5 (доверенность от 17.02.2022).

Управление обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском о взыскании с общества 30 842 500 руб. в возмещение вреда, причиненного почвам в результате загрязнения нефтепродуктами.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены муниципальное образование «Лобановское сельское поселение» Пермского муниципального района в лице Администрации Лобановского сельского поселения, Управление Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Пермскому краю.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 22.10.2019 в удовлетворении требований отказано. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.02.2020 решение суда оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 07.07.2020 решение суда отменено. Дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

 Решением Арбитражного суда Пермского края от 14.09.2021 в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2021 решение суда отменено. Иск удовлетворен частично. С общества в пользу управления взыскано 16 796 257 руб. 47 коп. в возмещение вреда, причиненного почвам.

Дополнительным постановлением от 24.01.2022 с общества взыскано 500 000 руб. расходов  на экспертизу.

В кассационной жалобе общество просит постановление суда апелляционной инстанции от 22.12.2021 отменить, решение суда оставить в силе, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. Заявитель не согласен с оценкой суда, данной заключению эксперта, отмечает, что на момент проведения экспертизы рекультивированные земли уже относились к зоне сельскохозяйственного использования, в связи с чем полагает, что региональные нормативы подлежат применению. Общество считает, что в результате проведенной рекультивации достигнут допустимый уровень остаточного содержания нефти и нефтепродуктов в почве; кроме того, на части земельного участка содержание нефтепродуктов не превышено,  полагает, что исключению подлежит площадь 258 кв. м. Общество настаивает на доказанности факта проведения биологического этапа рекультивации земельного участка, в связи с чем считает, что причиненный вред почвам возмещен им в полном объеме. По мнению заявителя, принятый судебный акт противоречит судебному акту по делу №А50-13567/2019. Ответчик полагает, что вывод апелляционного суда о наличии экологических потерь основан на недопустимых доказательствах, принятых апелляционным судом в отсутствии правовых оснований. Ответчик не согласен также с площадью загрязненного земельного участка К2 - 4675 кв. м, полагает, что площадь земельного участка составляет 750 кв. м, поскольку загрязнение является локальным. Общество оспаривает выводы суда относительно компетентности привлеченного эксперта. Ссылаясь на заключения от 27.08.2019, от 23.07.2021, полагает доказанным факт  отсутствия экологических потерь на рекультивированных землях, в связи с чем считает, что иск удовлетворению не подлежал. 

В отзыве на кассационную жалобу управление просит судебный акт оставить без изменения, кассационную жалобу  - без удовлетворения. 

В соответствии с частью 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

Как следует из материалов дела, управлением установлен факт выхода нефти в районе ПК356 нефтепровода товарной нефти «УПН-10520 «Кыласово» - ПНОС», входящего в состав опасного производственного объекта «Система межпромысловых трубопроводов товарной нефти УПН «Кыласово» - ПНОС г. Пермь» ООО «ЛУКОЙЛ - Пермь» в 1,5 км от посёлка Мулянка Лобановского сельского поселения Пермского муниципального района Пермского края. 

Согласно акту технического расследования причин инцидента трубопровода, произошедшего 20.03.2018, причиной выхода нефти является несанкционированная врезка, объем выхода нефти составил 6,28 м3. 

21.03.2018 в рамках проведения рейдовой проверки по соблюдению природоохранного законодательства специалистами управления совместно со специалистами филиала «ЦЛАТИ по Пермскому краю» ФГБУ «ЦЛАТИ по Приволжскому федеральному округу» в присутствии представителя общества и дознавателя ОД ОМВД России по Пермскому району проведено обследование территории в месте выхода нефти и произведён отбор проб почвы, о чем составлены акт обследования территории от 21.03.2018 с фототаблицей; акт отбора проб почвы от 21.03.2018 № 13П. 

 Согласно протоколу результатов количественного химического анализа (КХА) проб почвы от 28.03.2018 № 30П содержание нефтепродуктов в почве составило: - проба № 1 (фоновая проба в 50м юго-западнее места разлива, глубина отбора 0-20см)-83±33; - проба № 2 (контрольная проба, в 25м западнее нефтепровода, глубина отбора пробы 0-20 см.) - >50000 мг/кг (результат находится выше максимальной определяемой концентрации методики измерения). 

Таким образом, управлением по результатам количественного химического анализа проб почвы установлено превышение содержания нефтепродуктов в почве в месте разлива нефти в 602,4 раза.

 Специалистами управления совместно со специалистами филиала «ЦЛАТИ по Пермскому краю» ФГБУ «ЦЛАТИ по Приволжскому федеральному округу» в присутствии представителя МКУ Управление благоустройства Пермского района, первого заместителя главы Лобановского сельского поселения, представителя общества проведено обследование территории на месте инцидента, в ходе которого отобраны образцы почвы - 2 фоновые пробы почвы за границами загрязнённого участка земли и 6 контрольных проб почвы в месте инцидента, о чем составлен акт отбора проб почвы от 23.05.2018 №41П.  

Согласно протоколу результатов количественного химического анализа (КХА) проб почвы от 01.06.2018 № 53П содержание нефтепродуктов в почве составляет: -   проба № 1 (фоновая проба, в 86м на юго-восток от контрольной пробы № 1, глубина отбора пробы 0-20см.) - 55+22 мг/кг; -   проба № 2 (фоновая проба, в 86м на юго-восток от контрольной пробы № 1, глубина отбора пробы 20-50см) - 70±28 мг/кг; - проба № 3 (контрольная проба № 1, в 10м на северо-запад от нефтепровода УППН «Кыласово - ПНОС» (ПК-356+70.08), глубина отбора пробы 0-20 см.) - 38+15 мг/кг; - проба № 4 (контрольная проба № 1, в 10м на северо-запад от нефтепровода УППН «Кыласово - ПНОС» (ПК-356+70.08), глубина отбора пробы 20-50 см.) - 54+22 мг/кг; - проба № 5 (контрольная проба № 2, 30м на юго-запад (между центральными точками отбора проб), глубина отбора пробы 0-20 см.) 2300+690 мг/кг; - проба № 6 (контрольная проба № 2, 30м на юго-запад (между центральными точками отбора проб), глубина отбора пробы, 20-50см.) 2793+838 мг/кг; - проба № 7 (контрольная проба № 3, 50м на северо-запад от контрольной пробы №2, глубина отбора пробы, 0-20см.) - 810+243 мг/кг;  -      проба № 8 (контрольная проба № 3, 50м на северо-запад от контрольной пробы №2, глубина отбора пробы, 20-50см.) - 3500+1050 мг/кг. 

Таким образом, по результатам количественного химического анализа проб почвы установлено превышение содержания нефтепродуктов в месте разлива нефти над фоном от 14 до 50 раз. Глубина химического загрязнения земель составила 50 см. Уточнённая площадь загрязнённого участка составляет 7300 м2 (акт обследования территории от 23.05.2018). 

На основании материалов проверки по заявке управления филиалом «ЦЛАТИ по Пермскому краю» ФГБУ «ЦЛАТИ по ПФО» в соответствии с Методикой исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной приказом Министерства природных ресурсов Российской Федерации от 08.07.2010 № 238, произведен расчет размера вреда, причиненного почвам в результате разлива нефтепродуктов, сумма которого составила 30 842 500 руб.        

 Ответчику направлено требование о возмещении вреда, в ответ на которое общество сообщило, что площадь нефтезагрязненных земель в размере 7300 кв. м принята ошибочно, так как наличие нефтепроявлений носит локальный характер; указано на принятие обществом мер по ликвидации загрязнения земель, устранению причиненного почвам вреда и восстановлению нарушенного состояния окружающей среды. 

Неисполнение ответчиком требования о возмещении вреда послужило основанием для обращения управления в арбитражный суд с рассматриваемым иском. 

Отказывая в иске, суд первой инстанции пришел к выводам о том, что ответчиком осуществлено возмещение вреда, причиненного окружающей среде в натуре, отсутствуют экологические потери, которые в силу своих особенностей невосполнимы или трудновосполнимы. Судом указано, что истцом не доказывается в какой части в денежном эквиваленте указанный вред нельзя признать полностью возмещенным.   

Отменяя решение суда, и удовлетворяя иск частично, суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 1 Федерального закона от 10.01.2002 №7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее – Закон №7-ФЗ) под вредом окружающей среде понимается негативное изменение окружающей среды в результате ее загрязнения, повлекшее за собой деградацию естественных экологических систем и истощение природных ресурсов; загрязнение окружающей среды представляет собой поступление в окружающую среду вещества и (или) энергии, свойства, местоположение или количество которых оказывают негативное воздействие на окружающую среду.

Согласно статье 5 Закона № 7-ФЗ к полномочиям органов государственной власти Российской Федерации в сфере отношений, связанных с охраной окружающей среды, относится, в том числе, предъявление исков о возмещении вреда окружающей среде, причиненного в результате нарушения законодательства в области охраны окружающей среды.

Положениями статьи 12 Земельного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что использование земель должно осуществляться способами, обеспечивающими сохранение экологических систем, способности земли быть средством производства в сельском хозяйстве и лесном хозяйстве, основой осуществления хозяйственной и иных видов деятельности. Целями охраны земель являются: предотвращение деградации, загрязнения, захламления, нарушения земель, других негативных (вредных) воздействий хозяйственной деятельности; обеспечение улучшения и восстановления земель, подвергшихся деградации, загрязнению, захламлению, нарушению, другим негативным (вредным) воздействиям хозяйственной деятельности.

В силу пункта 2 части 1 статьи 13 Земельного кодекса Российской Федерации в целях охраны земель собственники земельных участков, землепользователи, землевладельцы и арендаторы земельных участков обязаны проводить мероприятия по защите земель от водной и ветровой эрозии, селей, подтопления, заболачивания, вторичного засоления, иссушения, уплотнения, загрязнения радиоактивными и химическими веществами, захламления отходами производства и потребления, загрязнения, в том числе биогенного загрязнения, и других негативных (вредных) воздействий, в результате которых происходит деградация земель.

На основании пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу пункта 1 статьи 77 Закона №7-ФЗ юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством. 

Определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ, при их отсутствии в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды (статья 78 Закона №7-ФЗ).

Нормы природоохранного законодательства о возмещении вреда окружающей среде применяются с соблюдением правил, установленных общими нормами гражданского законодательства, регулирующими возмещение ущерба, в том числе внедоговорного вреда. Доказывание таких убытков производится в общем порядке, установленном статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из положений статей 15, 1064  Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что для возложения гражданско-правовой ответственности за причинение вреда необходимо установить совокупность условий: наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между противоправным поведением и наступившими вредными последствиями. При отсутствии хотя бы одного из перечисленных элементов применение к правонарушителю мер гражданско-правовой ответственности не допускается.

Согласно пункту 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» (далее - постановление Пленума № 49) основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствий.

Как указано в пункте 7 постановления Пленума № 49, по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 77 Закона об охране окружающей среды лицо, которое обращается с требованием о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, представляет доказательства, подтверждающие наличие вреда, обосновывающие с разумной степенью достоверности его размер и причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и причиненным вредом. 

В случае превышения юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями установленных нормативов допустимого воздействия на окружающую среду предполагается, что в результате их действий причиняется вред (статья 3, пункт 3 статьи 22, пункт 2 статьи 34 Закона об охране окружающей среды). Бремя доказывания обстоятельств, указывающих на возникновение негативных последствий в силу иных факторов и (или) их наступление вне зависимости от допущенного нарушения, возлагается на ответчика.

Из правовой позиции пункта 8 постановления Пленума от 30.11.2017 № 49 следует, что по общему правилу в соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 77 Закона об охране окружающей среды лицо, причинившее вред окружающей среде, обязано его возместить при наличии вины. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 1743-О-О, окружающая среда, будучи особым объектом охраны, обладает исключительным свойством самостоятельной нейтрализации негативного антропогенного воздействия, что в значительной степени осложняет возможность точного расчета причиненного ей ущерба. Учитывая данное обстоятельство, федеральный законодатель определил, что вред окружающей среде, причиненный субъектом хозяйственной и иной деятельности, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды (пункт 3 статьи 77 Закона № 7-ФЗ).

В силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, независимо от наличия вины, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В пункте 12 постановления № 49 указано, что  вред, причиненный окружающей среде, подлежит возмещению в полном объеме (пункт 1 статьи 77 Федерального закона № 7-ФЗ, статья 1064 ГК РФ). 

Согласно пункту 13 постановления № 49 возмещение вреда может осуществляться посредством взыскания причиненных убытков и (или) путем возложения на ответчика обязанности по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды (статья 1082 ГК РФ, статья 78 Закона об охране окружающей среды). Выбор способа возмещения причиненного вреда при обращении в суд осуществляет истец.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 постановления № 49 утвержденные в установленном порядке таксы и методики исчисления размера вреда (ущерба), причиненного окружающей среде, отдельным компонентам природной среды (землям, водным объектам, лесам, животному миру и др.), подлежат применению судами для определения размера возмещения вреда, причиненного юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем (пункт 3 статьи 77, пункт 1 статьи 78 Закона №7, части 3, 4 статьи 100 Лесного кодекса Российской Федерации, часть 2 статьи 69 Водного кодекса Российской Федерации, статья 51 Закона Российской Федерации от 21 февраля 1992 № 2395-1 «О недрах»).  

Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 08.07.2010 № 238 утверждена Методика исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, предназначенная для исчисления в стоимостной форме размера вреда, нанесенного почвам в результате нарушения законодательства Российской Федерации в области охраны окружающей среды, а также при возникновении аварийных и чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера (далее – Методика).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с положениями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе: акты обследования территории (акватории) на предмет соблюдения природоохранных требований от 21.03.2018, от 23.05.2018, фототаблицы, протоколы отбора проб от 21.03.2018, от 23.05.2018, протокол от 01.06.2018 № 53П результатов количественного химического анализа, акт сдачи–приемки работ по ликвидации последствий розлива нефти от 23.08.2018 № 4, письмо филиала «ЦЛАТИ по Пермскому краю» от 06.03.2019 № 232; принимая во внимание пояснения представителя управления, экспертное заключение филиала «ЦЛАТИ по Пермскому краю» ФГБУ «Центр лабораторного анализа и технических измерений по Приволжскому Федерального округу от 29.06.2018, апелляционный суд установил факт причинения вреда почве в результате разлива нефтепродуктов на земельных участках у п. Мулянка Лобановского с/п Пермского района Пермского края общей площадью 7300 кв. м. по причине несанкционированной врезки в нефтепровод товарной нефти УПН-1020 «Кыласово» - ПНОС (ПК356), входящего в состав опасного производственного объекта «Система межпромысловых трубопроводов товарной нефти УПН «Кыласово» - ПНОС г. Пермь» общества.

В ходе рассмотрения дела управлением представлен расчет размера вреда, причиненного почвам, произведенный с применением  показателя Кисх (Кисп), равного 1,0, как для земель остальных категорий и видов разрешенного использования, согласно которому размер вреда для двух земельных участков общей площадью 7300 кв. м составляет 23 725 000 руб.  

Возражая против иска, общество  указывало, что в результате проведенных мероприятий по ликвидации последствий разлива нефтепродуктов и рекультивации нарушенных земель вред, причиненный почвам как объекту охраны окружающей среды, возмещен им в полном объеме, что освобождает его от обязанности возместить вред в денежной форме, ссылаясь на экспертное заключение от 27.08.2019, в котором содержатся выводы о достижении допустимого уровня остаточного содержания нефти и нефтепродуктов после проведенных обществом восстановительных работ, о состоянии почвогрунтов на участке К2 и К3, позволяющем получить всходы культурных многолетних трав, после чего они могут быть использованы в качестве пастбищ (сенокосов); о полном возмещении вреда, нанесенного почвам как объекту охраны окружающей среды, об отсутствии необходимости проведения каких-либо дополнительных мероприятий на участках.

 Согласно пунктам 13, 17 постановления № 49 возмещение вреда может осуществляться посредством взыскания причиненных убытков и (или) путем возложения на ответчика обязанности по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды. В случае если восстановление состояния окружающей среды, существовавшее до причинения вреда, в результате проведения восстановительных работ возможно лишь частично (в том числе в силу наличия невосполнимых и (или) трудновосполнимых экологических потерь), возмещение вреда в соответствующей оставшейся части осуществляется в денежной форме.         

В соответствии с пунктом 2 статьи 13 ЗК РФ в целях охраны земель собственники земельных участков, землепользователи, землевладельцы и арендаторы земельных участков обязаны проводить мероприятия по: воспроизводству плодородия земель сельскохозяйственного назначения; защите земель от водной и ветровой эрозии, селей, подтопления, заболачивания, вторичного засоления, иссушения, уплотнения, загрязнения химическими веществами, в том числе радиоактивными, иными веществами и микроорганизмами, загрязнения отходами производства и потребления и другого негативного воздействия.        

Лица, деятельность которых привела к ухудшению качества земель (в том числе в результате их загрязнения, нарушения почвенного слоя), обязаны обеспечить их рекультивацию. Рекультивация земель представляет собой мероприятия по предотвращению деградации земель и (или) восстановлению их плодородия посредством приведения земель в состояние, пригодное для их использования в соответствии с целевым назначением и разрешенным использованием, в том числе путем устранения последствий загрязнения почв, восстановления плодородного слоя почвы, создания защитных лесных насаждений (пункт 5 статьи 13 ЗК РФ).        

В пункте 1 постановления Правительства Российской Федерации от 23.02.1994 № 140 «О рекультивации земель, снятии, сохранении и рациональном использовании плодородного слоя почв», действующего на момент причинения вреда, предусмотрено, что рекультивация земель, нарушенных юридическими лицами при проведении всех видов строительных работ, связанных с нарушением поверхности почвы, если по условиям восстановления этих земель требуется снятие плодородного слоя почвы, осуществляется за счет собственных средств юридических лиц в соответствии с утвержденными проектами рекультивации земель.        

Руководствуясь положениями пунктов 4, 7, 8 Основных положений о рекультивации земель, снятии, сохранении и рациональном использовании плодородного слоя почвы, утвержденных приказом Министерства охраны окружающей среды и природных ресурсов Российской Федерации и Комитета Российской Федерации по земельных ресурсам и землеустройству от 22.12.1995 № 525/67 действовавших до 25.12.2018, пункта 1.8 ГОСТ 17.5.3.04-83 «Общие требования к рекультивации земель», действующего в рассматриваемый период, судом верно указано на необходимость разработки проекта для рекультивации земель. 

Тогда как проведенные обществом работы по рекультивации загрязненных участков осуществлены в отсутствии предусмотренного законом проекта рекультивации.

Апелляционный суд обосновано исходил из того, что  согласно пункту 8 Правил организации мероприятий по предупреждению и ликвидации разливов нефти и нефтепродуктов на территории Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 15.04.2002 № 240, мероприятия считаются завершенными после обязательного выполнения следующих этапов: прекращение сброса нефти и нефтепродуктов; сбор разлившихся нефти и нефтепродуктов до максимально достижимого уровня, обусловленного техническими характеристиками используемых специальных технических средств; размещение собранных нефти и нефтепродуктов для последующей их утилизации, исключающее вторичное загрязнение производственных объектов и объектов окружающей природной среды. Последующие работы по ликвидации последствий разливов нефти и нефтепродуктов, реабилитации загрязненных территорий и водных объектов осуществляются в соответствии с проектами (программами) рекультивации земель и восстановления водных объектов, имеющими положительное заключение государственной экологической экспертизы. 

При проведении технического этапа рекультивации земель в зависимости от направления рекультивируемых земель должны быть выполнены в том числе следующие основные работы: создание и улучшение структуры рекультивационного слоя, мелиорация токсичных пород и загрязненных почв, если невозможна их засыпка слоем потенциально плодородных пород; создание, при необходимости, экранирующего слоя; покрытие поверхности потенциально плодородными и (или) плодородными слоями почвы. Рекультивируемые земли и прилегающая к ним территория после завершения всего комплекса работ должны представлять собой оптимально организованный и экологически сбалансированный устойчивый ландшафт (пункты 1.9 и 1.12 ГОСТ 17.5.3.04-83). 

При этом биологический этап должен осуществляться после полного завершения технического этапа (пункт 1.13 ГОСТ 17.5.3.04-83). 

Таким образом, в соответствии с Земельным кодексом Российской Федерации и приведенными нормативными правовыми актами земли, подвергшиеся техногенному воздействию с нарушением плодородного слоя почвы, подлежат рекультивации, включающей в обязательном порядке два этапа (технический и биологический) с целью их дальнейшего использования в качестве сельскохозяйственных угодий.         

Как установлено судом апелляционной инстанции,  обществом проведен только технический этап рекультивации загрязненных участков, доказательств о проведенном биологическом этапе рекультивации почвы после осуществления технического этапа рекультивации, ответчиком не представлено (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом отмечено также, что действующее на момент окончания обществом работ по рекультивации постановление Правительства Российской Федерации от 10.07.2018 № 800 об утверждении Правил проведения рекультивации и консервации земель содержит аналогичные требования к рекультивации земель, которая должна осуществляться на основе разработанного проекта, включающего в себя проведение технических и (или) биологических мероприятий.

С учетом изложенного, правильным является вывод суда о том, что причиненный в результате разлива нефти вред почве как объекту охраны окружающей среды не может быть признан возмещенным. 

Отклоняя ссылку общества на  экспертное заключение от 27.08.2019, суд исходил из того, что  при анализе состояния почвы экспертом не учтено, что региональные нормативы допустимого остаточного содержания нефти и продуктов ее трансформации в почвах Пермского края применяются для дерново-подзолистых почв двух категорий земель: лесного фонда и земель сельскохозяйственного назначения.        

Вместе с тем, как установлено судом апелляционной инстанции, указывается ответчиком и подтверждено истцом, участок, подвергший загрязнению, не относится ни к землям лесного фонда, ни к землям сельскохозяйственного назначения, в связи с чем, при расчете  вреда в соответствии с Методикой и был использован показатель Кисх равный 1,0 для земель остальных категорий. 

Апелляционный суд обоснованно принял во внимание правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в Определении от 09.02.2016 № 225-О, согласно которой осуществление мер по рекультивации нарушенного земельного участка преимущественно направлено на поверхностное устранение возникших в результате нарушения негативных последствий. Реальная стоимость работ по восстановлению нарушенного состояния окружающей среды может значительно превышать стоимость работ по рекультивации нарушенных земель. При определении полного экологического вреда учету подлежат не только затраты на восстановление нарушенной природной среды, но и экологические потери, которые в силу своих особенностей невосполнимы и (или) трудновосполнимы, в том числе, по причине отдаленности во времени последствий правонарушения в области охраны окружающей среды и природопользования. Восстановление нарушенного состояния окружающей среды осуществляется после ликвидации последствий загрязнения окружающей среды и не тождественно данной процедуре.       

 Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2015 № 310-ЭС15-1168 по делу № А54-503/2014, восстановление нарушенного состояния окружающей среды не тождественно процедуре ликвидации последствия загрязнения окружающей среды (земель). Такое восстановление осуществляется после процедуры ликвидации последствий загрязнения окружающей среды (земель). Размер вреда, рассчитанный на основании Методики исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 08.07.2010 № 238, является правильным, поскольку рекультивация земель полностью не возмещает вред в смысле, придаваемом этому понятию пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса и пунктом 3 статьи 77 Закона №7-ФЗ. При определении экологического вреда в денежном выражении подлежат учету не только затраты на восстановление нарушенной природной среды, но и экологические потери, которые невосполнимы или трудновосполнимы.        

Следовательно, проведение только одной рекультивации не является способом полного возмещения причиненного экологического вреда, а является лишь средством устранения препятствий к воссозданию экологической системы.       

 Таким образом, проведение рекультивации не освобождает общество от компенсации экологического ущерба в денежном выражении, поскольку не свидетельствует о возмещении причиненного им вреда в натуре путем приведения нарушенных земель в первоначальное состояние (статьи 1, 77, 78 Закона №7-ФЗ, пункты 13, 14, 17 постановления № 49, Определение Верховного Суда от 03.06.2015 № 310-ЭС-15-1168).       

Данное обстоятельство является лишь основанием для зачета затрат, понесенных обществом на устранение последствий вызванного его деятельностью загрязнения почв (Определение Конституционного Суда от 09.02.2016 № 225-О, п. 15 постановления № 49).        

Отклоняя доводы общества об отсутствии экологических потерь, суд исходил из того, что ущербом в данном случае признается негативное изменение окружающей среды, повлекшее истощение природных ресурсов, в связи с чем сам факт загрязнения почвы  нефтепродуктами  является достаточным основанием для возмещения ущерба.          

В экспертном заключении от 27.08.2019, на которое ссылается общество,  эксперт не оценивал экологические потери, которые в силу своих особенностей невосполнимы или трудовосполнимы, на момент причинения вреда.        

В экспертном заключении от 23.07.2021, на которое также ссылается общество, эксперт указывает только на обследование видового состава растений, произрастающих на рекультивированном и фоновом участке, и приходит к выводу о восстановлении функционирования нарушенных экосистем, то есть луговой экосистемы.        

 Однако экосистема поверхности Земли - это совокупность обитающих организмов (биотических) и условий их существования (абиотических), находящихся в закономерном взаимосвязи друг с другом и образующихся систему, это сложившаяся совокупность растений, животных, микроорганизмов, населяющих участок, поэтому делать вывод только о восстановлении луковой экосистемы без оценки всей экосистемы в целом не является верным.         

Вместе  с тем как следует из материалов дела, в результате допущенного загрязнения на земельной участке (участок К 3 площадью 2625 кв. м) ниже по склону от места выхода нефти на почве  образовалась заболоченность, рекультивированный участок почти полностью занят мелководным водоемом. 

Согласно данным комоснимкам из программы Google Earth Pro за период с 18.07.2017 до 10.05.2021 на участке К3 до его загрязнения и проведения работ по сбору НСЖ, водоем отсутствовал, росли кустарники, лиственные растения и травы.          

Таким образом, как верно установлено судом, последствием загрязнения почвы на данном участке явилось нарушение природной среды, выразившееся в деградации естественной экологической системы, восстановление которой не произошло в течение трех лет, в том числе и в результате осуществления мероприятий по рекультивации земельного участка.          

Принимая во внимание пункт 40 постановления Пленума ВС РФ от 18.10.2012 № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушение в области охраны окружающей среды и природопользования»,             суд апелляционной инстанции верно отметил, что в данном случае для определения вреда, причиненной экологической системе, экологических потерь и последствий в результате загрязнения окружающей среды разливом нефтепродуктов, было недостаточно привлечение для проведения экологической экспертизы только специалиста почвоведа без привлечения иных специалистов: экологов, зоологов, санитарных врачей и других.       

При таких обстоятельствах, требование о возмещении обществом вреда, причиненного окружающей среде в денежном выражении заявлено обосновано.

         При этом судом учтено, что согласно пункту 15 постановления № 49 при определении размера причиненного окружающей среде вреда, подлежащего возмещению в денежной форме согласно таксам и методикам, должны учитываться понесенные лицом, причинившим соответствующий вред, затраты по устранению такого вреда. Порядок и условия учета этих затрат устанавливаются уполномоченными федеральными органами исполнительной власти (пункт 2.1 статьи 78 Закона № 7-ФЗ). 

         До утверждения названного порядка судам необходимо исходить из того, что при определении размера возмещаемого вреда допускается учет затрат причинителя вреда по устранению загрязнения окружающей среды, когда лицо, неумышленно причинившее вред окружающей среде, действуя впоследствии добросовестно, до принятия в отношении него актов принудительного характера совершило за свой счет активные действия по реальному устранению причиненного вреда окружающей среде (ликвидации нарушения), осуществив при этом материальные затраты. При вынесении таких актов должны учитываться обстоятельства, определяющие форму и степень вины причинителя вреда, за исключением случаев, когда законом предусмотрено возмещение вреда при отсутствии вины, было ли совершено правонарушение с целью получения экономической выгоды, характер его последующего поведения и последствия правонарушения, а также объем затрат, направленных им на устранение нарушения. 

Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 09.02.2016 № 225-О, сформулированная в вышеназванном постановлении правовая позиция относительно учета затрат причинителя вреда по устранению загрязнения окружающей среды при определении размера возмещаемого вреда, не подлежит расширительному толкованию в правоприменительной практике - она применима к случаям, когда лицо, неумышленно причинившее вред окружающей среде, действуя впоследствии добросовестно, до принятия в отношении него актов принудительного характера, совершило за свой счет активные действия по реальному устранению причиненного вреда окружающей среде (ликвидации нарушения), осуществив при этом значительные материальные затраты; при вынесении таких актов должны учитываться обстоятельства, определяющие форму и степень вины причинителя вреда (в частности, было ли совершено правонарушение с целью получения экономической выгоды), характер его последующего поведения и последствия правонарушения, а также объем затрат, направленных им на устранение нарушения. 

Судом апелляционной инстанции установлено, что разлив товарной нефти произошел в результате несанкционированной врезки в нефтепровод, выявленной 20.03.2018, после чего обществом добровольно, до принятия в отношении него актов принудительного характера, приняты меры по ликвидации загрязнения и его последствий: незамедлительно проведены работы по вывозу и утилизации загрязненного грунта, мероприятия по рекультивации (технической) и восстановлению почвогрунта. 

Из материалов дела следует также, что общество действовало  в соответствии с планом мероприятий по ликвидации последствий разлива нефтесодержащейся жидкости, предусматривающих, в том числе локализацию места разлива нефти после остановки откачки, откачку НСЖ из приямков и вывоз на УПН, сбор и вывоз нефтезагрязненных отходов с места производства работ, проведение технической рекультивации (завоз почвогрунта и планировка территории), отбор проб почвы на защищенной от нефтезагрязнения территории специалистами аккредитованной лаборатории, передача земель землепользователю. 

Принимая во внимание заключенные ответчиком договоры на выполнение запланированных мероприятий по ликвидации последствий разлива нефти, суд апелляционной инстанции установил, что фактические затраты общества на выполнение мероприятий по ликвидации последствий инцидента и восстановлению почвы (затраты на рекультивацию) составили 6 928 742 руб. 53 коп.  

Размер понесенных затрат истцом не оспорен. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции правомерно отменил решение суда первой инстанции, и удовлетворил иск частично, взыскав с общества 16 796 257 руб. 47 коп. в возмещение вреда, причиненного почвам.

Довод заявителя о необоснованном приобщении апелляционным судом  дополнительных доказательств, отклоняется.

Согласно части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства арбитражный суд по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело.

В силу пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» мотивированное принятие дополнительных доказательств арбитражным судом апелляционной инстанции в случае, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными, а также если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, не может служить основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции; в то же время немотивированное принятие или непринятие арбитражным судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, может в силу части 3 статьи 288 названного Кодекса являться основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного постановления.

В рассматриваемом случае апелляционный суд, приобщая дополнительные доказательства, исходил из того, что эти документы способствуют правильному и объективному разрешению дела.

Доводы  общества о неверном  определении управлением площади нефтезагрязненных земель,  о локальном характере загрязнении являлись предметом исследования апелляционного суда и им дана надлежащая правовая оценка.

При рассмотрении спора имеющиеся в материалах дела доказательства исследованы судом по правилам, предусмотренным статьями 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, им дана надлежащая правовая оценка согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.03.2013 № 13031/12, а также в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2016 № 308-ЭС16-4570, от 16.02.2017 № 307-ЭС16-8149. 

 Нарушений норм материального или процессуального права, влекущих отмену постановления суда апелляционной инстанции (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2021 по делу № А50-211/2019 Арбитражного суда Пермского края оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Пермь» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                  М.В. Торопова 

 

Судьи                                                                               А.А. Столяров 

 

                                                                                                И.А. Краснобаева