Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-137803/17-51-1269

город Москва

06 марта 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена 15 февраля 2018 года

Решение в полном объеме изготовлено 06 марта 2018 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Козленковой О.В., единолично, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Пивоваренная компания «БАЛТИКА» (ОГРН 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Многопрофильная производственно-торговая компания «БАЛТИКА» (ОГРН 

<

***>) 

о защите исключительных прав на общеизвестный товарный знак, взыскании компенсации в размере 1 000 000 руб.,

третьи лица - общество с ограниченной ответственностью «ШАТО-5», общество с ограниченной ответственностью «ЛАВКА КОФЕ ЧАЯ»,

при участии:

от истца – ФИО2, по дов. № б/н от 17 октября 2017 года;

от ответчика – ФИО3, по дов. № б/н от 28 августа 2017 года;

от третьих лиц - не явились, извещены;

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Пивоваренная компания «БАЛТИКА» (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением, с учетом принятого в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) уточнения исковых требований и уменьшения заявленной суммы компенсации, к обществу с ограниченной ответственностью «Многопрофильная производственно-торговая компания «БАЛТИКА» (далее – ответчик) о защите исключительных прав на общеизвестный товарный знак, взыскании компенсации в размере 1 000 000 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «ШАТО-5» и общество с ограниченной ответственностью «ЛАВКА КОФЕ ЧАЯ».

Третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание не явились.

Суд считает необходимым отметить, что согласно сведениям с официального сайта ФГУП «Почта России» почтовое отправление, адресованное обществу с ограниченной ответственностью «ШАТО-5», возвращено с указанием «Возврат. Иные обстоятельства».

В силу положений п. 35 Правил оказания услуг почтовой связи утв. Приказом Минкомсвязи России от 31.07.2014 № 234, почтовое отправление или почтовый перевод возвращается по обратному адресу:

а) по заявлению отправителя;

б) при отказе адресата (его уполномоченного представителя) от его получения;

в) при отсутствии адресата по указанному адресу;

г) при невозможности прочтения адреса адресата;

д) при обстоятельствах, исключающих возможность выполнения оператором почтовой связи обязательств по договору об оказании услуг почтовой связи, в том числе отсутствия указанного на отправлении адреса адресата.

Суд считает, что в случае направления письма по несуществующему адресу, причиной возврата были бы указаны: либо «отсутствие адресата по указанному адресу», либо «иные обстоятельства» с указанием конкретной причины: «адресат указан неправильно». Однако причиной возврата в рассматриваемом случае значилось именно «истечение срока хранения», при этом указание на наличие каких-либо иных обстоятельств, исключающих возможность выполнения оператором почтовой связи обязательств по договору об оказании услуг почтовой связи, отсутствует.

Таким образом, суд считает, что почтовое отправление было направлено на существующий адрес, а именно, на адрес места нахождения третьего лица, общества с ограниченной ответственностью «ШАТО-5» (195027, 

<

...>, лит. А, помещение 2-Н).

Вышеуказанная правовая позиция подтверждается судебной практикой (постановление ФАС Московского округа от 29.07.2014 № Ф05-7868/14 по делу № А40-132198/13).

С учетом своевременного размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, спор рассмотрен в их отсутствие на основании статей 121, 123, 156 АПК РФ, п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 февраля 2011 года № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27 июля 2010 года № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ».

Ответчик против удовлетворения исковых требований возражает по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Рассмотрев заявленные требования, выслушав представителей сторон, исследовав и оценив в материалах дела доказательства, суд пришел к следующим выводам. 

Как следует из материалов дела, истцу принадлежат исключительные права на общеизвестный комбинированный товарный знак по свидетельству РФ № 57, дата вступления в силу решения о признании товарного знака общеизвестным: 07.07.2006; дата, с которой товарный знак признан общеизвестным:  12.04.2001; дата внесения в Перечень общеизвестных в Российской Федерации товарных знаков: 21.07.2006, в отношении товаров 32 класса МКТУ – пиво.

В обоснование исковых требований истец указал, что ответчик осуществляет использование обозначения «БАЛТИКА» для маркировки своей продукции, а именно, снеков (фисташек, арахиса, сухариков).

Определением от 11 октября 2017 года в порядке ст. 76 АПК РФ к материалам дела приобщены вещественные доказательства (три упаковки спорной продукции (фисташки, арахис)), из которых следует, что данная продукция произведена по заказу ответчика.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ изготовитель вышеуказанной продукции, ООО ПФ «КАРАВАН-ПРОДУКТ», 19 июня 2017 года прекратил деятельность юридического лица в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ.

Истец представил в материалы дела выданный ООО «ШАТО-5» кассовый чек от 29.09.2016, из которого следует факт реализации фисташек жареных соленых «БАЛТИКА СЕ.

Также истец представил в материалы дела универсальный передаточный документ (счет-фактуру) № ЛИМ-00010823 от 27 июля 2016 года, из которого следует факт реализации ООО «ЛАВКА КОФЕ ЧАЯ» фисташек и арахиса «Балтика».

Определением от 11 октября 2017 года в удовлетворении ходатайства ответчика об оставлении искового заявления без рассмотрения было отказано, поскольку в материалах дела имеется претензия, а также доказательства ее получения ответчиком (почтовое уведомление, ответ на претензию исх. № 51 от 19 января 2016 года).

Суд также считает необходимым отметить, что ответчик, заявляя ходатайство об оставлении иска без рассмотрения, указал, что истец должен был в претензии указать именно спорные по настоящему делу товары, в претензии же указаны, в том числе, товары, не являющиеся предметом спора по настоящему делу.

Данный довод ответчика судом отклоняется, поскольку у истца не было обязанности включать в претензию все спорные товары.

В ответе на претензию ответчик указал, что не использует товарный знак истца или обозначение, сходное с ним до степени смешения, а размещает на лицевой стороне упаковки продукции в рамке свое сокращенное фирменное наименование ООО МПТК «БАЛТИКА», размещенное под изображением парусного корабля с наполненными ветром парусами, и плывущего по волнам.

В соответствии с частью 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233), Гражданским кодексом Российской Федерации не предусмотрено иное.

В силу абз. 2 п. 1 ст. 1229 ГК РФ правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

В силу п. 1 ст. 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (ст. 1481 ГК РФ).

Согласно ст. 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Особенности правовой охраны общеизвестных товарных знаков установлены статьей 1508 ГК РФ, в соответствии с пунктом 3 которой правовая охрана общеизвестного товарного знака распространяется также на товары, неоднородные с теми, в отношении которых он признан общеизвестным, если использование другим лицом этого товарного знака в отношении указанных товаров будет ассоциироваться у потребителей с обладателем исключительного права на общеизвестный товарный знак и может ущемить законные интересы такого обладателя.

Как установлено судом, на упаковке спорной продукции ответчиком используется обозначение .

Сторонами не было заявлено ходатайство о проведении экспертизы, в связи с чем, суд самостоятельно провел сравнительный анализ представленных обозначений

Суд считает, что используемое ответчиком обозначение БАЛТИКА является безусловно сходным до степени смешения с общеизвестным товарным знаком БАЛТИКА по звуковому, визуальному и смысловому признаку.

Ответчик считает, что исключительное право на фирменное наименование, используемое ответчиком, возникло ранее, чем право истца на товарный знак, поскольку заявление на регистрацию общеизвестного товарного знака было подано 18 января 2006 года, ответчиком же исключительное право на фирменное наименование было получено в момент его регистрации – 21 февраля 2005 года.

Данный довод ответчика судом отклоняется.

В силу пункта 6 статьи 1252 ГК РФ, если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее, либо в случаях установления конвенционного или выставочного приоритета средство индивидуализации, которое имеет более ранний приоритет. Обладатель такого исключительного права в порядке, установленном названным Кодексом, может требовать, в том числе, полного или частичного запрета использования фирменного наименования или коммерческого обозначения.

Оценив доводы сторон, касающиеся времени возникновения правовой охраны общеизвестного товарного знака, суд, руководствуясь действующими в период подачи заявления о признании общеизвестным в Российской Федерации оспариваемого знака положениями Парижской конвенции по охране промышленной собственности от 20.03.1883, Закона Российской Федерации «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» от 23.09.1992 № 3520-1 и Правил признания товарного знака общеизвестным в Российской Федерации, утвержденных Приказом Роспатента от 17.03.2000 № 38, считает, что более ранним приоритетом в рассматриваемом случае обладает товарный знак истца.

При этом суд исходит из того, что товарный знак истца «БАЛТИКА» по свидетельству Российской Федерации № 57 признан общеизвестным с 12 апреля 2001 года, и именно с этой даты у истца на это обозначение возникло преимущество в праве на товарный знак по отношению к фирменному наименованию ответчика.

При исследовании однородности товара - пива (класс 32), и товаров, входящих в 29 класс МКТУ (орехи обработанные, орехи земляные обработанные) и 30 класс МКТУ (сухари), следует учитывать традиционность применения в качестве пивных закусок этих пищевых продуктов, условия их сбыта (совместная продажа пива и пивных закусок), общий для них круг потребителей, что свидетельствует об однородности сравниваемых товаров.

Сложившееся представление о взаимодополняемости таких товаров, как пиво и пивные закуски (в данном случае – орехи и сухарики), при их употреблении свидетельствует об их общем (целостном) восприятии значительным кругом потребителей.

Оценив имеющуюся в материалах дела продукцию, суд установил, что на лицевой стороне упаковки слово «БАЛТИКА», сходное до степени смешения с общеизвестным товарным знаком истца, указано крупными буквами, а элементы «ООО МТПК» - мелкими. При таком указании средний потребитель, на которого необходимо ориентироваться в делах о нарушении прав на товарные знаки, обратит внимание именно на обозначение «БАЛТИКА». Таким образом, идентифицирующим товар ответчика являлось именно обозначение «БАЛТИКА», а не фирменное наименование ответчика.

Суд считает, что ответчик не преследовал цели предоставить потенциальным потребителям информацию о производителе (такая информация содержится на оборотной стороне упаковки), а использовал обозначение, сходное с общеизвестным товарным знаком истца, чтобы привлечь внимание потребителей, то есть воспользовался узнаваемостью бренда истца. 

Истец не оспаривает право ответчика на использование своего фирменного наименования, однако наличие товарного знака истца препятствует использованию фирменного наименования истца для индивидуализации однородных товаров/услуг. Именно в таком виде, то есть для индивидуализации своего товара, и было использовано обозначение «БАЛТИКА» ответчиком. Вне зависимости от указания на организационно-правовую форму, размещение элемента «БАЛТИКА» на лицевой стороне упаковки, на которой он занимает доминирующее положение, следует воспринимать как нарушение прав на общеизвестный товарный знак истца.

Следовательно, зафиксированное истцом использование обозначения «БАЛТИКА» не может быть оправдано наличием фирменного наименования с этим обозначением у ответчика.

Как установлено судом, претензия истца к ответчику касалась трех видов снеков: сухариков, арахиса, фисташек.

В ответ на данную претензию ответчик прямо указал, что на спорной упаковке сухариков, фото которой приложено к претензии, он размещает собственное фирменное наименование, а не товарный знак истца. Таким образом, ответчик подтвердил выпуск им именно сухариков. 

Также истец представил в материалы дела протоколы нотариального осмотра сайтов, на которых предлагается к продаже продукция «Сухарики Холодец с хреном», на упаковке которой также использовано спорное обозначение.

Довод ответчика о том, что истец якобы знал о спорном обозначении ответчика еще в 2012 году и одобрил его, судом отклоняется.

Любое одобрение спорного дизайна могло иметь место через согласие со стороны истца (односторонняя сделка - пункт 2 статьи 154 ГК РФ) либо через заключение какого-либо договора между истцом и ответчиком (двусторонняя сделка - пункт 3 статьи 154 ГК РФ). Подтверждений совершения подобных сделок ответчик не представил.

Кроме того, для совершения подобных сделок конкретным физическим лицом требовалось полномочие со стороны компании истца (статья 182 ГК РФ). Истец таких полномочий своим сотрудникам не выдавал и впоследствии не одобрял (пункт 1 статьи 183 ГК РФ).

Истец указал, что такие полномочия не могли следовать из обстановки (пункт 1 статьи 182 ГК РФ), поскольку обычная практика истца заключается не в устном или одностороннем письменном согласовании тех или иных условий, а в подписании двусторонних договоров уполномоченным на то представителем истца. Так, в отношении разрешений на использование товарных знаков истца или сходных с ними обозначений истец в своей практике заключает двусторонние договоры с получателем согласия, которыми согласовываются конкретные требования к использованию обозначений (способы, срок, стоимость и т.д.).

Ответчик в письменных объяснениях ссылается на электронную переписку между представителем истца и самим ответчиком. При этом для признания согласия выданным посредством электронной переписки необходимо соблюдение ряда условий, а именно: принадлежность доменного имени тому лицу, от имени которого ведется переписка (надлежащий адресант), и наличие полномочий у лица на выдачу такого согласия, на которое истец указал выше (уполномочие).

Доказательств того, что электронный адрес, с которого велась переписка, принадлежит истцу, ответчиком не было представлено. Электронный адрес с элементом «@spb.baltika.ru» должен быть зафиксирован в каком-либо договоре в качестве адреса для ведения переписки либо предоставлен ответчику каким-либо из уполномоченных лиц истца. В противном случае адресант не может считаться надлежащим, поскольку невозможно установить лицо, от которого исходят сообщения.

Из нотариального протокола осмотра, представленного ответчиком, следует, что в письме от 23.01.2012 якобы представитель истца сообщила о передаче предложения о сотрудничестве ответчика «по компетенции». Сказанное означает, что ответчик был уведомлен об отсутствии полномочий у адресанта в осмотренной переписке, а значит, не должен был воспринимать представляемое согласие как юридически значимое, поскольку оно исходило бы от неуполномоченного лица. При таких обстоятельствах согласие не может считаться выданным, и ответчик несет риск возникновения неблагоприятных последствий. Кроме того, из содержания переписки не следует, что какое-либо согласие было выдано ответчику. 

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ одним из способов защиты исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности является предъявление требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним.

Согласно уточнению исковых требований истец просит суд запретить ответчику использовать комбинированное обозначение , сходное до степени смешения с товарным знаком общества с ограниченной ответственностью «Пивоваренная компания «Балтика» по свидетельству Российской Федерации на общеизвестный товарный знак № 57, в  отношении товаров – фисташки жареные соленые, арахис жареный соленый, изделия сухарные, в том числе, при производстве, продаже, предложении к продаже, ином введении в гражданский оборот, хранении, перевозке и в рекламе указанных товаров.

На основании вышеизложенного, суд считает, что требование истца о запрете ответчику использовать спорное комбинированное обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком общества с ограниченной ответственностью «Пивоваренная компания «БАЛТИКА» по свидетельству РФ на общеизвестный товарный знак № 57, в отношении товаров – фисташки жареные соленые, арахис жареный соленый, изделия сухарные, в том числе, при производстве, продаже, предложении к продаже, ином введении в гражданский оборот, хранении, перевозке и в рекламе указанных товаров, подлежит удовлетворению в части словесного обозначения «БАЛТИКА», поскольку в остальной части комбинированное обозначение (корабль с парусами, плывущий по волнам, «ООО МПТК»), не сходно до степени смешения с товарным знаком истца .

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрена ответственность за нарушение исключительного права на товарный знак. По смыслу данной нормы в случае нарушения исключительного права на товарный знак правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

Факт незаконного использования ответчиком обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, подтверждается представленными в материалы дела доказательствами.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель, обратившийся за защитой исключительного права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В пункте 43.3 Постановления Пленумов ВАС РФ и ВС РФ № 5/29 от 26.03.2009 разъяснено, что суд при рассмотрении дел о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного соответствующей статьей Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец требует компенсации ответчиком нарушенного права в размере 1 000 000 руб. 

При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд полагает, что с учетом характера правонарушения и степени вины ответчика, соразмерности компенсации последствиям нарушения, требования истца о взыскании компенсации подлежит удовлетворению в полном объеме, что является соразмерным допущенному ответчику нарушению и разумным.

Суд также учитывает, что ответчиком не заявлено о необходимости уменьшить размер компенсации.

Расходы по уплате государственной пошлины по иску относятся на ответчика в соответствии со ст. 110 АПК РФ.  Госпошлина в сумме 25 000 руб. подлежит возврату истцу.

Руководствуясь ст.ст. 106, 110, 123, 167-170, 176 АПК РФ, 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Запретить обществу с ограниченной ответственностью «Многопрофильная производственно-торговая компания «БАЛТИКА» использовать обозначение «БАЛТИКА», сходное до степени смешения с товарным знаком общества с ограниченной ответственностью «Пивоваренная компания «БАЛТИКА» по свидетельству РФ на общеизвестный товарный знак № 57, в отношении товаров – фисташки жареные соленые, арахис жареный соленый, изделия сухарные, в том числе, при производстве, продаже, предложении к продаже, ином введении в гражданский оборот, хранении, перевозке и в рекламе указанных товаров.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Многопрофильная производственно-торговая компания «БАЛТИКА» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Пивоваренная компания «БАЛТИКА» компенсацию в размере 1 000 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 29 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Пивоваренная компания «БАЛТИКА» из дохода федерального бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 25 000 руб., уплаченную платежным поручением № 058133 от 17 июля 2017 года. На возврат государственной пошлины выдать справку. 

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: О.В. Козленкова