СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-11473/2023(2)-АК

Дело № А50-21474/2021

22 декабря 2023 года

г. Пермь

Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 22 декабря 2023 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Плаховой Т.Ю.,

судей    Голубцова В.Г., Чухманцева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

ФИО2, паспорт;

от кредитора ФИО3 - ФИО4, паспорт, доверенность от 30.12.2021; 

от ФИО5 - ФИО6, паспорт, доверенность 05.04.2023;  

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора ФИО3

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 14 сентября 2023 года, 

об отказе в удовлетворении заявления ФИО3 об обязании ФИО5 передать квартиру,

вынесенное в рамках дела № А50-21474/2021 

о признании несостоятельным (банкротом) ФИО7,

третье лицо: ФИО8,  

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 24.02.2022 (резолютивная часть от 21.02.2022) в отношении ФИО2 (далее – должник, ФИО9 (Ф-ных) Н.В.) введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО10, член Союза «МЦАУ».

Сведения о введении процедуры реализации имущества опубликованы в газете КоммерсантЪ от 12.03.2022. 

23.12.2022 от ФИО3 (далее – кредитор, ФИО3) в Арбитражный суд Пермского края поступило заявление об оспаривании сделки должника с ФИО11 (далее – ФИО11), об обязании ФИО5 (далее – ФИО5) передать квартиру.

Определением суда от 26.12.2022 заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в судебном заседании на 31.01.2023.

Судебное заседание для целей совершения дополнительных процессуальных действий, представления участниками спора дополнительных доказательств неоднократно откладывалось, с учетом последнего отложения - до 29.08.2023.

В судебном заседании представитель заявителя ходатайствовал о принятии уточнений, просил признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 11.10.2013, заключенный между ФИО2 и ФИО11; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО11 в пользу ФИО2 рыночной стоимости квартиры, общей площадью 75,6 кв.м., расположенной по адресу: Пермский край, г. Пермь, Свердловский район, ул. Революции, дом 21, корп. А, кв. 23; признать ничтожным (притворным) договор купли-продажи квартиры от 19.01.2015, заключенный между ФИО11 и ФИО5; применить последствия недействительности сделки в виде признания договора купли-продажи квартиры от 19.01.2015 заключенным по цене 7 500 000 руб.; взыскать с ФИО11 в пользу ФИО3 расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб. и почтовые расходы в размере 189 руб.; взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб. и почтовые расходы в размере 126 руб.

Уточнения требований в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) приняты судом.

Определением суда от 23.03.2023 по настоящему обособленному спору назначена судебная экспертиза, производство которой поручено ООО «Р-Консалтинг», эксперту ФИО12. На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы: Какова рыночная стоимость квартиры с кадастровым номером 59:01:4410154:735, расположенной по адресу: 

<

...>, по состоянию на 11.10.2013. Какова рыночная стоимость квартиры с кадастровым номером 59:01:4410154:735, расположенной по адресу: 

<

...> д 21а, кв. 23, по состоянию на 19.01.2015.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 14.09.2023 (резолютивная часть от 07.09.2023) в удовлетворении заявленных требований отказано. Этим же определением финансовому отделу Арбитражного суда Пермского края поручено перечислить ООО «Р-Консалтинг», эксперту ФИО12 денежные средства в сумме 20 000 рублей, перечисленные по платежному поручению №60096 от 30.01.2023 за проведение экспертизы по делу № А50-21474/2021.

Не согласившись с судебным актом, кредитором ФИО3, подана апелляционная жалоба, в которой просит определение суда от 14.09.2023 отменить, принять по обособленному спору новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. 

Заявитель жалобы указывает на то, что оспариваемая сделка была совершена 11.10.2013, то есть до 01.10.2015, должник на момент ее совершения не имел статуса индивидуального предпринимателя; следовательно, оспариваемая сделка как сделка, совершенная с целью причинить вред кредиторам, могла быть признана недействительной только на основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ). В связи с этим вывод суда первой инстанции о наличии конкуренции с п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) нельзя считать основанным на нормах права, так как соответствующие положения закона не подлежали применению к спорным правоотношениям. В любом случае кредитор доказывал фиктивность правоотношений между должником и его близкими родственниками, создание искусственного документооборота между ними с внесением в него заведомо ложных сведений о юридически значимых фактах, которые отсутствовали в действительности и были направлены на обход закона с противоправной целью, выраженной исключительно в намерении причинить вред кредиторам должника и извлечь преимущества от своего незаконного и недобросовестного поведения. Суд первой инстанции пришел к выводу, что финансовое положение ответчика позволяло ему полностью исполнить сделку, он имел соответствующие денежные средства к моменту их передачи должнику и должник подтвердил их дальнейшее расходование. Вместе с тем, указанные выводы сделаны судом первой инстанции при недоказанности соответствующих обстоятельств и с нарушением норм процессуального права, а также противоречат имеющимся в деле доказательствам. Суд первой инстанции неверно распределил бремя доказывания юридически значимых обстоятельств и, в отсутствие на то правовых оснований, возложил на кредитора более тяжелое бремя доказывания, толкуя при этом все неустранимые сомнения и противоречия, возникавшие в связи с изменением позиций должника и заинтересованных по отношению к нему лиц по существу спора, в их пользу. Также отмечает, что у ответчика и третьего лица отсутствовали, как финансовая возможность исполнить спорную сделку, так и сами денежные средства в необходимом размере к моменту ее совершения. 

До начала судебного заседания от ФИО2, ФИО5 и ФИО11 поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

От ООО «Юг-Коллекшн» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит апелляционную жалобу кредитора ФИО3 удовлетворить, отменить обжалуемое определение суда.

От кредитора ФИО3 поступили письменные пояснения по отзывам ФИО2, ФИО5 и ФИО11

В судебном заседании представитель кредитора ФИО3 доводы апелляционной жалобы поддержал.

ФИО2 с доводами апелляционной жалобы не согласна по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Представитель ФИО5 с доводами апелляционной жалобы не согласен по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили, что в соответствии с ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 11.10.2013 ФИО2 и ФИО11 заключили договор купли-продажи квартиры.

Согласно п. 1 Договора, продавец передает в собственность покупателя, а покупатель принимает двухкомнатную квартиру общей площадью 75,6 кв.м. на девятом этаже жилого дома, находящегося по адресу: 

<

...>.

Стороны договора согласовали цену квартиры - 2 000 000 руб., порядок расчетов - наличными денежными средствами покупателя в полном размере в день подписания данного Договора; доказательством исполнения договора является расписка продавца на нем (п.п. 3, 3.1 Договора) 

19.01.2015 ФИО11 и ФИО5 заключили договор купли-продажи квартиры.

Согласно п. 1 Договора, продавец передает в собственность, а покупатель принимает и оплачивает квартиру номер 23, состоящую из двух комнат, общей площадью 75,6 кв.м. (без учета лоджий и балконов), находящуюся на 9-от этаже многоквартирного жилого дома № 21 корп. А по ул. Революции в г. Перми.

С стоимость указанной квартиры составляет 2 000 000 рублей, уплачиваемых покупателем продавцу наличными денежными средствами полностью при подписании настоящего Договора; доказательством исполнения договора является расписка продавца на нем (п. 3 Договора).

Полагая, что договоры купли-продажи являются недействительными, конкурсный кредитор ФИО3 обратился в суд с соответствующим заявлением. 

Определением Арбитражного суда Пермского края от 28.07.2022 года (резолютивная часть определения объявлена 21.07.2022 года) по делу № А50-21474/2021 требования ФИО3 в сумме 10 141 256,94 руб. включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2

Требования ФИО3 составляют более десяти процентов от общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, в связи с чем, он правомочен оспаривать сделки, совершенные должником.

Рассмотрев спор по существу, суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения требований кредитора ФИО3

Изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, доводы апелляционной жалобы, отзывов на неё, выслушав участников процесса, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены (изменения) определения суда первой инстанции в силу следующего.

В соответствии со ст.223 АПК РФ, ст.32 Закона о банкротстве, дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с учетом особенностей, установленных названным законом.

Согласно ст. 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1).

Согласно п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее Постановление № 25) разъяснено, что согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2015) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015), злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст.ст. 10 и 168 ГК РФ.

Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

При совершении притворной сделки воля сторон направлена на установление между сторонами гражданско-правовых отношений, но иных по сравнению с выраженными в их волеизъявлении.

Таким образом, притворная сделка не направлена на возникновение вытекающих из нее правовых последствий, прикрывает иную волю участников сделки.

Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Это правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку.

Материалами дела установлено, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято судом к производству определением суда от 24.01.2022, оспариваемые сделки заключены 11.10.2013 и 19.01.2015, следовательно, спорные сделки могут быть оспорены только по общим основаниям.

Оспариваемый договор купли-продажи от 11.10.2013 заключен между должником и ее матерью, которая в силу ст. 19 Закона о банкротстве является заинтересованным по отношению к должнику лицом.

Из материалов дела следует, что 05.03.2008 по договору об участии в долевом строительстве многоквартирного дома с ООО «КС-Строй», договору уступки прав от 05.02.2008 по договору об участии в долевом строительстве многоквартирного дома с ООО «КС-Строй», ФИО2 было приобретено право требования к застройщику ООО «КС-Строй» квартиры по адресу: 

<

...>. Для приобретения прав (требований) использовались кредитные средства, предоставленные должнику ПАО Сбербанк по кредитному договору № 

<

***> от 05.03.2008 сроком на 25 лет на сумму 5 697 000 руб.; право требования к застройщику было обременено залогом квартиры в пользу ПАО Сбербанк.

Поручителями по данному кредитному договору являлись родители должника – ФИО11 и ФИО8

Как пояснили должник и ФИО11, для покупки квартиры по ул. Революции д. 21 корп. А кв. 23 по договору уступки права и переводу долга от 05.02.2008, ФИО11 попросила свою дочь взять кредит в банке, поскольку непосредственно ФИО11 банком было отказано в выдаче кредита. Как указали стороны, квартира изначально приобреталась в строящемся доме для проживания супругов ФИО11 и ФИО8, но право собственности было зарегистрировано на дочь (с учетом оформления на ее имя кредитных обязательств).

Судом установлено, что денежные средства для погашения кредитных обязательств перед банком в основном вносились родителями должника ФИО11 и ФИО8, являющимися поручителями по кредитному договору.

30.09.2011 застройщику выдано разрешение на ввод в эксплуатацию соответствующего многоквартирного дома.

19.12.2011 произведена государственная регистрация права собственности на квартиру за ФИО2

19.04.2012 ФИО2 выдала ФИО11 доверенность на владение, пользование, в том числе управление спорной квартирой сроком на три года.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. 

В подтверждение финансовой возможности покупателя осуществления оплаты по договору продажи от 11.10.2013 представлены следующие документы: договор продажи квартиры от 28.04.2011, по которому  ФИО13 продал квартиру с кад. №59:01:4410140:326, площадь 49 кв.м., расположенную по адресу: 

<

...> по цене - 2 670 000 руб. Как указал должник, вырученные от продажи квартиры денежные средства были переданы отцу должника – ФИО8.

Кроме того, представлен договор продажи от 20.04.2012, по которому  ФИО8 продает квартиру с кад. №59:01:4410152:1056 площадью 132 кв.м., расположенную по адресу: 

<

...> по цене 8 000 000 руб.; договор  купли продажи квартиры от 23.04.2012 года по цене - 4 720 800 руб.; договор продажи овощной ямы и гаража-бокса от 25.07.2013 на сумму порядка 100 000 руб.

В обоснование позиции о расходовании полученных денежных средств должник пояснил, что 1 400 000 руб. было отдано ее супругу - ФИО14, который вложился в онлайн-торги на валютной рынке, в подтверждение чего представлены скрин-образы из личного кабинета супруга должника; 530 000 руб. было потрачено на приобретение должником квартиры по адресу: 

<

...>. Право собственности должника на данную квартиру согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости зарегистрировано 20.11.2013г.

Согласно материалам дела, родители должника ФИО11 и ФИО8 состоят на регистрационном учете и фактически проживают по адресу:  

<

...> 21а-23 в период с 24.06.2012 по 28.01.2015г. 

10.10.2013 от Сбербанка получена справка о выполнении обязательств, и извещение от Росреестра о прекращении залога в отношении спорной квартиры, что позволило на следующий день заключить договор купли-продажи от 11.10.2013.

Таким образом, спорная квартира приобретена на кредитные средства, подавляющее большинство платежей по кредитному договору внесено родителями должника, родители должника проживали в спорной квартире.

Приведенные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии направленности спорной сделки от 11.10.2013 на причинение вреда имущественным права кредиторов, поскольку совершение сделки имело своей целью улучшение жилищных условий членов семьи должника. Совокупность обстоятельств позволяет также считать доказанным наличие и финансовой возможности предоставления денежных средств по договору продажи и факт их передачи покупателю по договору.

Оснований для несогласия с данными выводами суда у апелляционного суда не имеется.

Вопреки позиции апеллянта, хронология событий, связанных с приобретением квартиры и ее отчуждением по оспариваемой сделке, подтверждают общую позицию должника и ответчика о приобретении спорной квартиры именно в интересах родителей должника, за их счет.

Судом правомерно при исследовании вопроса об оплатности сделки приняты во внимание все статьи дохода ответчика, за счет которых произведено исполнение по сделке, в том числе выручку от реализации дедушкой должника квартиры в 2011 году.

Согласно пояснениям должника и ответчика, после продажи ФИО13 квартиры,  расположенной по адресу: 

<

...>, он и его супруга переехали в квартиру, расположенную по адресу: 

<

...>, где совместно проживали  ФИО11 и ФИО8 

Факт передачи  ФИО13 денежных средств от реализации квартиры отцу должника подтвержден документально.

После продажи квартиры по адресу: 

<

...> ФИО8 приобретена другая квартира по адресу: 

<

...>, кв. 38а по цене 4 720 800 руб., куда переехали его родители и встали на регистрационный учет.   

ФИО11 и ФИО8 поселяются в спорной квартире, где ими сделан ремонт, регистрируются по месту жительства.

После погашения кредитных обязательств и снятия залога сразу заключается оспариваемый договор.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что членами семьи планировалось улучшение жилищных условий, с учетом чего имелись основания для сбережения вырученных от продажи квартиры дедушки должника родителями должника, направления денежных средств, вырученных от продажи иного имущества (овощной ямы и гаража-бокса), для реализации этой цели.

Согласно произведенному должником расчету, с учетом цены продажи двух квартир (10 670 000 руб.), оставшихся после приобретения квартиры по адресу: 

<

...>, кв. 38а по цене 4 720 800 руб., денежных средств было достаточно для оплаты кредитной задолженности и цены по спорному договору. При этом у ответчика имелись иные источники дохода.

То обстоятельство, что часть совершенных по кредитному договору платежей прямо не сопоставляется со снятием денежных средств со счета ответчика, не опровергает факт их совершения именно родителями должника.

По утверждению кредитора ФИО3, такие платежи совершены самим должником, однако, это утверждение противоречит его позиции об отсутствии у должника денежных средств.

Должник, в свою очередь, подтверждает, что у нее не было финансовой возможности обслуживать ипотечный кредит, поскольку она с марта 2011 года находилась в декретном отпуске.

В соответствии экспертным заключением №8/Э-23 рыночная стоимость квартиры по адресу: 

<

...> д 21а, кв. 23 по состоянию на 11.10.2013 составляет 5 392 000 руб.

Согласно пояснениям должника и ответчика, цена по оспариваемому договору определена, исходя из размера финансового участия должника в погашении кредита, в обеспечение исполнения обязательств по которому спорная квартира передана в залог; с учетом вклада родителей в осуществлении его обслуживания.

Такой подход к определению цены по договору в рассматриваемом случае представляется допустимым. С учетом фактических обстоятельств, неравноценность полученного должником по сделке исполнения не усматривается.

Конкурсный кредитор в обоснование довода о наличии у должника на момент совершения сделок признаков неплатежеспособности ссылается на наличие у ФИО2 задолженности перед ПАО Сбербанк, правопреемником которого является кредитор ФИО3

Согласно ст. 2 Закона о банкротстве, неплатежеспособность - это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Материалами дела установлено, что 20.02.2013 ОАО «Сбербанк России» и ИП ФИО14 (супруг должника) заключили кредитный договор № 

<

***>, в соответствии с которым кредитор предоставил заемщику кредит в сумме 3 000 000 рублей на срок по 19.03.2016 под 19,5% годовых.

В обеспечение исполнения кредитного договора от 20.02.2013 ОАО «Сбербанк России» и ФИО2 заключили договор поручительства № 

<

***>/1.

Решением Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» от 06.04.2015 по делу Ns Т-ПРМ/15-1290 с ИП ФИО14 и ФИО2 в пользу ОАО « Сбербанк России» солидарно взыскана задолженность по кредитному договору М 

<

***> от 20.02.2013.

Определением Свердловского районного суда г. Перми от 21.05.2015 по делу № 13-1076/2015 ОАО «Сбербанк России» выданы исполнительные листы на принудительное исполнение решения Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата» от 06.04.2015 по делу № Т-ПРМ/15- 1290, а также взысканы расходы по уплате государственной пошлины по 1 125 руб. с каждого.

В силу договора уступки прав (требований) № 25092015/3 от 24.09.2015 ПАО Сбербанк России передало, а ФИО3 принял права (требования) по просроченным кредитам субъектов малого предпринимательства, в объеме и на условиях, существовавших к моменту перехода прав (требований), в том числе к ИП ФИО14 и ФИО2

Определением Арбитражного суда Пермского края от 28.07.2022 (резолютивная часть определения объявлена 21.07.2022) по делу №А50-21474/2021 требования ФИО3 в сумме 10 141 256,94 руб., в том числе 3 671 371, 57 руб. основного долга и 6 469 885, 37 руб. финансовых санкций, включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2.

Из представленного расчета задолженности следует, что первая просрочка в исполнении супругом должника ФИО14 обязательств по данному кредитному договора наступила в апреле 2014 года.

Поскольку заемщик не исполнил свои обязательства по кредитному договору, банк реализовал свое право на досрочное истребование всей суммы задолженности с заемщика, направив 24.11.2014 заемщику и поручителю требования о необходимости не позднее 24.12.2014 погасить досрочно всю сумму задолженности по кредитному договору по состоянию на дату погашения. 

Таким образом, кредитные средства ПАО Сбербанк были предоставлены супругу должника 20.02.2013. На момент заключения 11.10.2013 договора продажи обязательства по кредитному договору исполнялись супругом должника ФИО14 надлежащим образом, он ежемесячно погашал сумму кредита в соответствии с условиями кредитного договора в размере 110 728 руб.

Требование непосредственно к должнику о досрочном погашении задолженности предъявлено банком через год после совершения первой из оспариваемых сделок.

Помимо задолженности перед ФИО3 в реестр требований кредиторов должника включены иные требования кредиторов.

Задолженность перед ПАО Сбербанк в сумме 71 725, 62 руб. включена в реестр (определение суда от 19.05.2022) и подтверждена судебным приказом мирового судьи судебного участка № 2 Свердловского судебного района г. Перми № 2-2149/2-2016 от 08.07.2016, в соответствии с которым с ФИО2 в пользу ПАО «Сбербанк России» взыскана задолженность по кредитной карте № 4279014908881649 по состоянию на 15.03.2016 в размере 70 567, 11 руб., в том числе: 62 267, 29 руб. основного долга, 6 416, 11 руб. процентов, 1 883, 71 руб. неустойки, 1 158, 51 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

Задолженность перед ФИО15 (правопреемником ПАО Сбербанк) в сумме 318 629, 57 руб. включена в реестр (определение суда от 12.07.2022) и подтверждена судебным приказом мирового судьи судебного участка № 2 Свердловского судебного района г. Перми № 2-2225/2-2015 от 23.07.2015, в соответствии с которым с ФИО2 в пользу ПАО «Сбербанк России» взыскана задолженность по кредитному договору № 

<

***> в размере 315 452, 31 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 177, 26 руб.

Задолженность перед ООО «Юг-Коллекшн» в сумме 62 349,11 руб.  включена в реестр (определение суда от 14.09.2022) и подтверждена заочным решением мирового судьи судебного участка № 2 Свердловского судебного района от 20.07.2016, в соответствии с которым с должника в пользу банка взыскана задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 28.04.2014 в размере 34 633, 32 руб.

Вышеприведенные обстоятельства позволяют установить, что на момент заключения 11.10.2013 договора купли-продажи должник не отвечал признакам неплатежеспособности, у должника отсутствовали неисполненные обязательства перед кредиторами.

Просрочки в исполнении должником своих обязательств началась значительно позднее совершения спорной сделки, в конце 2014 года.

В период совершения договора продажи должник надлежащим образом исполнял обязательства перед своими кредиторами, погашал обязательства перед банками. Доказательства, опровергающие указанные выводы, в материалы дела не представлены (ст. 65 АПК РФ).

С учетом данных обстоятельств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что стороны оспариваемой сделки не преследовали противоправную цель причинить вред имущественным правам и интересам кредиторов должника, в результате заключения спорного договора продажи не могли быть нарушены права и законные интересы каких-либо кредиторов должника.

Соответственно, заявителем в нарушение ст. 65 АПК РФ не доказан и факт причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

В этой же связи судом отмечено, что в соответствии с действующим законодательством, сделки должника в рамках дела о банкротстве могут быть оспорены как по общим, так и специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве. Предельный период подозрительности, при оспаривании сделок по специальным основаниям составляет три года, исчисляемых с даты принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

Правонарушения, заключающиеся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника могут быть оспорены и признаны недействительными по специальным правилам, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Для применения же ст.ст. 10 и 168 ГК РФ, в условиях конкуренции норм о действительности сделки, необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом (определение Верховного Суда РФ от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886 по делу № А41-20524/2016).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, а также направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в ситуации, когда другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, указанные в качестве основания для признания сделки недействительной по настоящему спору, охватываются составом подозрительных сделок, установленным в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что недопустимо.

В рассматриваемом случае конкурсный кредитор не указал, чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельства о выявленных нарушениях выходят за пределы диспозиции ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В нарушение положений ст. 65 АПК РФ конкурсный кредитор не представил доказательств того, что у должника и ответчика имелись какие-либо недобросовестные, противоправные основания для совершения оспариваемой сделки, равно как не представил доказательств наличия в спорной сделке пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок. 

В отсутствие доказательств пороков договора продажи, основания считать сделку ничтожной по ст.ст. 10, 170 ГК РФ отсутствуют.

При таких обстоятельствах, исходя из недоказанности конкурсным кредитором совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной, основания для удовлетворения требований заявителя судом не установлены. 

Доводы апеллянта о неправомерности указанных выводов суда, поскольку сделка, с учетом даты ее совершения, могла быть оспорена только по общим основаниям, отклоняются.

Действительно, законодателем предусмотрено, что сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п.п. 3-5 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ).

Такое законодательное регулирование обусловлено введением института банкротства граждан, на переходный период, когда с учетом длительности периода подозрительности, сделки не могли быть оспорены по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве. При этом фактически законодатель ввел такое регулирование для возможности оспаривания сделок, совершенных с целью причинения вреда кредиторам, то есть имеющих дефекты, соответствующие подозрительным сделкам согласно положениям Закона о банкротстве.

С этой точки зрения судом перовой инстанции правомерно указано на отсутствие у оспариваемой сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок.

Оспаривание сделок гражданина, совершенных далеко за пределами периода подозрительности, предполагает дополнительные требования к инициатору спора по доказыванию оснований ее недействительности, в частности, наличие у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок.

Иной подход влечет неопределенность в правоотношениях сторон, нарушение стабильности гражданского оборота.

Между тем, в данном случае решение суда об отказе в удовлетворении заявленных кредитором требований основано недоказанности кредитором недействительности сделки, ее совершения с недобросовестной целью; указанный выше вывод дополнительно подтверждает его обоснованность.

Рассмотрев обстоятельства и условия заключения второго спорного договора – договора продажи от 19.01.2015, суд установил следующее.

Заявитель просит признать ничтожным (притворным) договор купли-продажи квартиры от 19.01.2015, заключенный между ФИО11 и ФИО5; применить последствия недействительности сделки в виде признания договора купли-продажи квартиры от 19.01.2015 заключенным по цене 7 500 000 рублей.

Из материалов дела следует и не оспаривается участниками обособленного спора, что должник и его семья не являются заинтересованными лицами по отношению к ответчику ФИО5    применительно к ст. 19 Закона о банкротстве.

Из представленных документов следует, что 19.01.2015 ФИО5 и ФИО11 заключили договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>.

В договоре стоимость квартиры указана в размере 2 000 000 руб.

19.01.2015 стороны заключили дополнительное соглашение к договору, в котором указали реальную стоимость квартиры, - 7 500 000 руб.

2 000 000 руб. ФИО5 перечислил продавцу по безналичному расчету, что подтверждается платежным поручением № 59-1 от 19.01.2015; 5 500 000 руб. передал ФИО11 наличными денежными средствами, о чем продавец написал расписку.

Из представленных ответчиком документов следует, что 17.12.2014, то есть за один месяц до приобретения квартиры в г. Перми, ФИО5 по договору купли - продажи квартиры продал принадлежащую ему двухкомнатную квартиру по адресу: 

<

...>, площадью 69,3 кв.м. за 7 800 000 руб., в подтверждение чего представлена копия договора продажи с отметкой регистрирующего органа о проведении государственной регистрации.

В этой связи суд обоснованно счел доказанным наличие у  ФИО5 финансовой возможности произвести оплату за полученное имущество.

Таким образом, материалы дела содержат доказательства того, что фактическая стоимость спорного объекта недвижимости составила 7 500 000 руб., именно в указанном размере ответчик ФИО5 произвел исполнение ответчику ФИО11 

Определением суда от 23.03.2023 по настоящему обособленному спору назначена судебная экспертиза, производство которой поручено ООО «Р-Консалтинг», эксперту ФИО12. На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы: Какова рыночная стоимость квартиры с кадастровым номером 59:01:4410154:735, расположенной по адресу: 

<

...> д 21а, кв. 23, по состоянию на 11.10.2013. Какова рыночная стоимость квартиры с кадастровым номером 59:01:4410154:735, расположенной по адресу: 

<

...> д 21а, кв. 23, по состоянию на 19.01.2015. 

В соответствии с представленным в материалы дела экспертным заключением №8/Э-23 рыночная стоимость квартиры по адресу 

<

...> д 21а, кв. 23 по состоянию на 11.10.2013 составляет 5 392 000 руб.; рыночная стоимость трехкомнатной квартиры по адресу 

<

...> д 21а, кв. 23 по состоянию на 19.01.2015 составляет 5 797 000 руб. 

Поскольку материалами дела подтверждается совершение сделки по цене в размере 7 500 000 руб., следует признать, что спорная сделка совершена на рыночных условиях.

Доказательства, свидетельствующие о том, что ответчик при заключении спорного договора действовал с целью причинения вреда кредиторам, злонамеренно и с нарушением пределов осуществления гражданских прав, равно как доказательства отчуждения имущества по заниженной стоимости, в материалы дела не представлены.

Сторонами договора даны пояснения о мотивах примененного порядка расчетов по договору. Действия, направление на понижение налоговых обязательств, безусловно, нельзя признать добросовестными, но данное обстоятельство, при доказанности фактического совершения сделки, на рыночных условиях, достижения ее сторонами соответствующих характеру сделки правовых последствий, основанием для признания сделки ничтожной не являются.

ФИО3 просил признать ничтожным (притворным) договор купли-продажи квартиры от 19.01.2015, заключенный между ФИО11 и ФИО5; применить последствия недействительности сделки в виде признания договора купли-продажи квартиры от 19.01.2015 заключенным по цене 7 500 000 руб.

В соответствии со вторым абзацем п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Таким образом, под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и на чье правовое положение она может повлиять. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.

Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права истца (п. 1 ст. 11 ГК РФ).

Лицо, не являющееся стороной договора и заявляющее иск о признании договора недействительным, должно доказать наличие своего материально-правового интереса в удовлетворении иска, указав, какие его права или охраняемые законом интересы нарушены, а также каким образом эти права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.

ФИО3 не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии у него охраняемого законом правового интереса в признании спорного договора купли-продажи недействительным и применении последствий в виде признания судом обстоятельств заключенности указанного договора на иных условиях.

В этой же связи следует учитывать, что заявителем не представлены доказательства нарушения его прав как кредитора должника оспариваемым договором купли-продажи, с учетом в том числе того обстоятельства, что спорный договор не является сделкой, совершенной должником или за счет имущества должника, а также с учетом того, что кредитор оспаривает договор продажи как самостоятельную сделку, а не цепочку сделок.

В соответствии со ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Согласно п. 1 ст. 453 ГК РФ при изменении договора обязательства сторон сохраняются в измененном виде.

В материалы дела представлено дополнительное соглашение к договору купли-продажи, являющееся неотъемлемой частью спорного договора продажи, подтверждающее соответствующую стоимость спорного имущества. Из представленных документов усматривается, что оплата по сделке произведена в соответствии с условиями договора в измененной редакции.

Материалы дела не содержат доказательств того, что  имущественные права и интересы заявителя затрагиваются спорной сделкой и могут быть восстановлены при применении последствий недействительности заключенной сделки.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных кредитором ФИО3 требований правомерно.

Апелляционный суд полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены правильно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

При подаче апелляционной жалобы на определение арбитражного суда подлежит уплате государственная пошлина в порядке и размере, определенном пп. 12 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пермского края от 14 сентября 2023 года по делу № А50-21474/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

Т.Ю. Плахова 

Судьи

В.Г. Голубцов 

М.А. Чухманцев