АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-2329/20 

Екатеринбург  

23 мая 2023 г. Дело № А76-18779/2018  

Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2023 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 23 мая 2023 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Морозова Д.Н., судей Плетневой В.В., Павловой Е.А. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного  суда от 24.01.2023 по делу № А76-18779/2018 Арбитражного суда Челябинской  области.  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично,  путем размещения информации о времени и месте судебного заседания  на сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании в помещении суда округа принял участие  представитель ФИО1 по доверенности от 24.08.2021 и  ФИО2 по доверенности от 10.05.2023 –  ФИО3  

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 08.08.2018  ФИО1 (далее – должник) признана банкротом, в отношении нее  введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым  управляющим утвержден ФИО4.  

Определением суда от 23.05.2019 процедура реализации имущества  должника завершена, ФИО1 освобождена от дальнейшего исполнения  требований кредиторов, в том числе, требований кредиторов, не заявленных  при введении реализации имущества гражданина.  

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 30.07.2019 определение суда первой инстанции от 23.05.2019 отменено.  

Определением суда от 04.12.2019 ФИО4 отстранен  от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом  ФИО1, новым финансовым управляющим утвержден ФИО5.  

Финансовый управляющий ФИО5 20.12.2019 обратился  в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании договора  

купли-продажи от 27.09.2016 квартиры, расположенной по адресу:  

<

...>, заключенного между должником и  ФИО2 (далее – ответчик), недействительным; применении последствий  недействительности сделок в виде взыскания с ответчика стоимости имущества  в сумме 2 892 081 руб. (с учетом принятого судом изменения предмета  требования в порядке 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации).  

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации в качестве третьих лиц, не заявляющих  самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены  ФИО6, ФИО7 (последующие  собственники спорного имущества).  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 11.08.2022  в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.  

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 24.01.2023 определение суда первой инстанции от 11.08.2022 отменено;  договор купли-продажи квартиры от 27.09.2016 признан недействительным,  применены последствия недействительности сделки в виде взыскания  с ФИО2 в пользу должника 2 892 081 руб.  

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции,  ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Уральского округа  с кассационной жалобой, в которой просит постановление суда от 24.01.2023  отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции от 11.08.2022.  

В кассационной жалобе должник указывает на необоснованность выводов  суда о безвозмездности спорной сделки и причинении вреда имущественным  правам кредиторов в результате ее совершения. Так, решением Советского  районного суда по делу № 2-284/2017 установлен ряд существенных фактов,  имеющих отношение к рассматриваемому заявлению, тогда как суд  апелляционной инстанции этим обстоятельствам не дал оценки, что привело к  неправильному выводу об отсутствии оплаты спорного помещения.  ФИО1 отмечает, что фактически ФИО2 уплатил по договору  2 650 000 руб. – сумму, внесенную им ФИО8 по соглашению об  отступном, а не 1 695 708 руб., как указано в оспариваемом договоре. Данная  сумма в договоре купли-продажи указана в размере итоговой задолженности  перед банком – как уже уплаченная ФИО8 залоговому кредитору с  целью снятия обременения. Таким образом, вывод суда об отсутствии оплаты  опровергается фактическим внесением ФИО8 в открытое  акционерное общество «Балтийский Банк» (далее – Банк) денежных средств в  оплату сделки по отчуждению спорного помещения, договором об отступном  27.09.2016, письмом ФИО8 о замене приобретателя квартиры с  ФИО8 на ФИО2  

Заявитель кассационной жалобы ссылается также на неподтвержденность  материалами дела вывода суда апелляционной инстанции о его  заинтересованности с покупателями спорной квартиры. ФИО1  утверждает, что не имеет родственных связей, а также не входит в группу лиц  

ни с кем из участников спора; отмечает, что после совершения сделки спорное  помещение использовалось должником, а затем иными лицами для  продолжения работы магазина на основании отдельных арендных соглашений  с новыми собственниками.  

Кассатор выражает несогласие с выводом суда об отсутствии финансовой  возможности у ответчика приобрести спорную квартиру, поскольку  ФИО2 представлял в материалы дела договоры займа,  свидетельствующие о наличии у него денежных средств. Относительно вывода  об отсутствии интереса ФИО2 в использовании помещения должник  ссылается на то, что он приобретал спорную квартиру с целью вложения  в бизнес и извлечения прибыли, что подтверждается наличием у него  в собственности иных нежилых помещений, и систематическим получением  дохода как одним из видов деятельности.  

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий  ФИО5 просит оставить оспариваемое постановление суда  апелляционной инстанции без изменения, считает его законным и  обоснованным.  

Законность обжалуемого судебного акта проверена кассационным судом  в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.  

Как следует из материалов дела и установлено судами, 05.07.2007  ФИО9 (продавец), ФИО1 (покупатель- залогодатель) и Банк (кредитор-залогодержатель) заключили договор купли- продажи, согласно которому покупатель-залогодатель за счет собственных и  кредитных средств по договору о предоставлении кредита от 05.07.2017   № 8-ИК покупает в собственность у продавца квартиру площадью 54,1 кв.м,  находящуюся по адресу: 

<

...>,  кадастровый номер 74:36:0407004:525 (далее также – спорная квартира), в  обеспечение обязательств, принятых по вышеуказанному кредитному договору,  передает данную квартиру Банку в залог (ипотеку).  

Право собственности зарегистрировано за должником 16.07.2007. 

Заочным решением Советского районного суда города Челябинска  от 24.02.2010 по делу № 2-316/2010 кредитный договор от 05.07.2007   № 8-ИК расторгнут, с должника в пользу Банка взыскано 5 296 219,56 руб., а  также 2000 руб. судебных расходов; обращено взыскание на спорную квартиру.  

06.07.2016 между ФИО1 и ФИО8 заключен  предварительный договор купли-продажи указанной квартиры стоимостью  1 695 708,19 руб. Основной договор заключен 26.07.2016, согласно пункту 3  которого оплата производится в сумме 1 695 708 руб. до подписания договора.  Платежным поручением от 04.08.2016 № 169 ФИО8 перечислил  в Банк 1 695 708,19 руб. с назначением платежа «Погашение задолженности  кредиту от 05.07.2016 8-ИК». В последующем между сторонами заключено  соглашение о расторжении договора купли-продажи от 26.07.2016.  

27.09.2016 между ФИО8 и ФИО1 заключен договор  об отступном, основанный на отношениях из договоров займа на общую сумму  

3 896 000 руб., а также договоре купли-продажи от 26.07.2016 спорной  квартиры. В силу пункта 3 договора об отступном указанные обязательства  прекращаются предоставлением должником ФИО8 отступного в виде  уплаты денежных средств в сумме 2 650 000 руб. в срок до 27.09.2016.  ФИО8, в свою очередь, выражает согласие на совершение сделки купли-продажи указанного объекта недвижимого имущества в пользу нового  покупателя – ФИО2 (пункт 5 договора). В материалах дела имеется  расписка от ФИО8 о получении 27.09.2016 денежных средств от  ФИО1 в сумме 2 650 000 руб. в счет исполнения договора об  отступном.  

На основании договора купли-продажи от 27.09.2016 ФИО1  продала ФИО2 спорную квартиру, стоимость которой определена  сторонами в сумме 1 695 708 руб. Право собственности за ФИО2  зарегистрировано 04.10.2016.  

ФИО2 на основании договора купли-продажи от 03.12.2016 продал  спорную квартиру ФИО6 за 1 700 000 руб. ФИО6 также  приобрела объединенную со спорной квартирой квартиру № 18. Впоследствии  ФИО6 продала спорную квартиру ФИО7 (регистрация произведена  25.07.2018), оставшись при этом собственником квартиры № 18.  

Ссылаясь на то, что договор купли-продажи от 27.09.2016 отвечает  признакам недействительной сделки, предусмотренной статьей 61.2  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации, финансовый управляющий ФИО5  обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании указанной сделки  должника.  

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой  инстанции, учитывая выводы заключения эксперта о стоимости квартиры  (2 892 081 руб.), исходил из возмездности сделки и недоказанности наличия  совокупности обстоятельств совершения должником сделки в целях  причинения вреда имущественным правам кредиторов.  

Повторно рассмотрев спор, суд апелляционной инстанции с выводами  суда первой инстанции не согласился; удовлетворяя заявленные требования,  апелляционный суд исходил из следующего.  

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка,  совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам  кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если  такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления  о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и  в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника  к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что  другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо  если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности  

имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам  кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки  должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности  имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица.  

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному  основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие  совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью  причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения  сделки причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона  сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту  совершения сделки (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах,  связанных с применением главы III.1 Федерального закона  «О несостоятельности (банкротстве)»).  

Факт совершения должником-гражданином в преддверии собственного  банкротства в условиях своей неплатежеспособности сделки по отчуждению  принадлежащего ему имущества в пользу заинтересованного лица  в достаточной степени подтверждает факт направленности такой сделки  на причинение вреда имущественным правам и законным интересам его  кредиторов (определение Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2021 № 307-ЭС21-8025).  

Под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение  стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия  совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности  кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам  должника за счет его имущества (статья 2 Закона о банкротстве).  

Поскольку определенная совокупность признаков выделена  в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве (вредоносная сделка), квалификация сделки,  причиняющей вред, по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за  рамки признаков подозрительной сделки.  

При рассмотрении спора судом апелляционной инстанции установлено,  что дело о банкротстве возбуждено 06.07.2018, а спорная сделка заключена  27.09.2016, то есть в пределах срока, указанного в пункте 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве (период подозрительности).  

Проверяя критерии совершения сделки должником с целью причинить  вред имущественным правам кредиторов (субъективный критерий умысла) и  осведомленность стороны сделки о вредоносной цели должника (субъективный  критерий осведомленности), суды установили, что к дате совершения сделок  у должника имелась задолженность перед кредиторами. Так, задолженность  подтверждена решением Савеловского районного суда города Москвы  

от 19.08.2009 по делу № 2-3792/2009, решением Советского районного суда  города Челябинска от 26.10.2009 по делу № 2-3263/2009, решением Троицкого  городского суда Челябинской области от 29.09.2009 по делу № 2-680/2009,  решением Калининского районного суда города Челябинска от 16.04.2009 по  делу № 2-400/2010, а также данными из общедоступного Банка данных  исполнительных производств, содержащего сведения о возбуждении семи  исполнительных производств, срок исполнения должником обязательств истек  в 2013-2015 г. Таким образом, суд пришел к заключению, что должник на  момент заключения спорной сделки отвечал признаку неплатежеспособности.  

Оценивая доводы о заинтересованности ФИО2 и должника, суд  апелляционной инстанции принял во внимание доводы финансового  управляющего ФИО5 о фактической заинтересованности указанных  лиц; отметил, что из объяснений лиц, участвующих в обособленном споре,  следует, что ФИО2 находится с ФИО1 в близких  отношениях; интересы ФИО1 в Советском районном суде  г. Челябинска представляла, в том числе ФИО7 по нотариальной  доверенности от 01.12.2016, в настоящее время ФИО7 является  собственником спорной квартиры; ФИО2, ФИО6 и ФИО7  являются партнерами по бизнесу. Кроме того, судом установлено, что после  заключения оспариваемой сделки в спорной квартире вела  предпринимательскую деятельность по торговле розничной одеждой дочь  должника – ФИО10 (ранее – ФИО11, ФИО1),  которая зарегистрирована по адресу: 

<

...>,  то есть в соседней квартире, объединенной со спорным объектом недвижимого  имущества, при этом должник осуществляет трудовую функцию у своей дочери  на указанном объекте. Задолженность за потребленную в помещении магазина  электроэнергию за период 01.06.2019-30.06.2019, то есть в период, когда  собственниками спорной квартиры уже являлись ФИО6 и ФИО7,  взыскана в судебном порядке с должника ФИО1 С учетом  указанных обстоятельств суд также пришел к выводу о сохранении должником  фактического контроля над спорной квартирой.  

При таких обстоятельствах апелляционный суд констатировал, что  должник и ответчик являются заинтересованными лицами, что презюмирует  осведомленность ФИО2 о финансовом положении должника на момент  заключения оспариваемого договора и общей цели их заключения (пункт 6  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы  III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).  

При проверке критерия причинения вреда имущественным правам  кредиторов в результате совершения сделки (наступление вредоносных  последствий) суд апелляционной инстанции установил, что квартира отчуждена  по цене 1 695 708 руб., при этом согласно заключению судебного эксперта  рыночная стоимость составляет 2 892 081 руб.  

Отклоняя доводы ответчика о том, что он передал денежные средства  в сумме 2 650 000 руб. непосредственно кредитору ФИО8 в счет  

исполнения обязательств по договору об отступном (отражено в протоколе  судебного заседания от 20.03.2017 Советского районного суда г. Челябинска  по делу № 2-284/2017), суд апелляционной инстанции указал на то, что из  расписки от 27.09.2016 о получении ФИО8 денежных средств от  ФИО1 в сумме 2 650 000 руб. в счет исполнения договора об  отступном не следует факт уплаты данной суммы ФИО2 Дополнительно  отмечено, что в судебном акте по делу № 2-284/17 (в рамках которого давались  пояснения ФИО2 как свидетелем) установлен факт того, что денежные  средства в сумме 2 650 000 руб. по договору об отступном были переданы  истцу (ФИО8) со стороны ФИО1, что не оспаривалось  сторонами в судебном заседании и подтверждено распиской ФИО8 в  получении денежных средств.  

Проверяя наличие у ответчика финансовой возможности приобрести  спорную квартиру, суд установил, что совокупный доход ответчика  за 2014-2016 г. составил только 720 000 руб., доказательств наличия иных  источников дохода, несмотря на определения суда первой инстанции с  предложением представить дополнительные доказательства, ответчиком не  представлено (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации). Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел  к выводу об отсутствии у ФИО2 финансовой возможности произвести  оплату спорного имущества.  

Учитывая, что ссылок на то, что выкупная стоимость квартиры составила  2 650 000 руб., внесенных ФИО2 в пользу ФИО8 по договору об  отступном от 27.09.2016 за ФИО1 в счет уплаты цены квартиры,  оспариваемый договор не содержит, доказательств внесения платы ответчиком  за приобретаемое жилое помещение, кроме устных и письменных объяснений,  не представлено, как не представлено и доказательств финансовой  возможности ФИО2 исполнить сделку, отметив, что противоречия  между ценой, указанной в договоре (1 695 708 руб.), и суммой, указанной в  расписке (2 650 000 руб.), не устранены, суд апелляционной инстанции пришел  к выводу о недоказанности уплаты ФИО2 цены спорной квартиры.  

При таких обстоятельствах судом сделан вывод о том, что расчеты по  оспариваемому договору произведены не были, следовательно, в результате  совершения должником спорной сделки причинен вред имущественным правам  кредиторов в виде уменьшения размера имущества должника, что привело к  утрате возможности кредиторам получить удовлетворение своих требований по  обязательствам должника за счет его имущества.  

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства  по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, принимая во внимание совершение сделки в период  подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве,  учитывая, что на момент заключения сделок должник отвечал признаку  неплатежеспособности, установив, что ФИО2 является  заинтересованным к должнику лицом, в отсутствие в материалах дела  допустимых доказательств осуществления расчетов за спорное имущество, то  

есть безвозмездный характер сделки, принимая во внимание, что в результате  заключения спорной сделки причинен вред имущественным правам  кредиторов, констатировав, что спорное имущество фактически жилым не  является, используется под магазин непродовольственных товаров (одежды)  наряду со смежной квартирой № 18, отметив, что адресом постоянной  регистрации должника с 2008 г. по настоящее время значится 

<

...> (а не спорная квартира), установив, что залог Банка на  спорную квартиру прекращен, судебная коллегия суда апелляционной  инстанции пришла к выводу о наличии оснований для признания договора  кули-продажи от 27.09.2016 недействительным по заявленному финансовым  управляющим ФИО5 основанию.  

Руководствуясь пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской  Федерации, пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, учитывая, что спорная  квартира ответчиком отчуждена, последующие сделки финансовым  управляющим не оспорены, принимая во внимание выводы судебной  экспертизы, суд апелляционной инстанции применил последствия  недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную  массу должника денежных средств в сумме 2 892 081 руб.  

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения  материалов дела полагает, что выводы суда апелляционной инстанции  соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям  действующего законодательства. Судом правильно установлены фактические  обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая  оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные  отношения.  

Все доводы заявителя кассационной жалобы судом округа изучены и  отклонены, поскольку не опровергают законность и обоснованность принятого  судом апелляционной инстанции по делу судебного акта и правильности  выводов суда апелляционной инстанции, а свидетельствуют о несогласии  заявителя с установленными судом обстоятельствами и оценкой доказательств,  и, по существу, направлены на их переоценку. Между тем оснований для  переоценки выводов суда, установленных им фактических обстоятельств и  имеющихся в деле доказательств у суда кассационной инстанции в силу  статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не  имеется.  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся  основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной  инстанции не установлено.  

С учетом изложенного обжалуемый судебный акт подлежит оставлению  без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.  

Поскольку определением суда кассационной инстанции от 04.04.2023  при принятии кассационной жалобы должника к производству удовлетворено  ходатайство о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины  до окончания кассационного производства, доказательств уплаты пошлины в  

суд округа не представлено, с должника подлежит взысканию в доход  федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины по кассационной  жалобе.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 24.01.2023 по делу № А76-18779/2018 Арбитражного суда Челябинской  области оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.  

Взыскать с ФИО1 в доход федерального  бюджета 3 000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Д.Н. Морозов  

Судьи В.В. Плетнева  

 Е.А. Павлова