ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

10.06.2024 года

Дело № А40-268568/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 27.05.2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 10.06.2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Савиной О.Н.,

судей: Коротковой Е.Н., Паньковой Н.М.,

при участии в заседании:

от ФИО1 – представитель Бланк В.Н. (доверенность от 22.01.2024)

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего должника – ФИО2,

на определение Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2023,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2024 (№09АП-8276/2024; №09АП-8279/2024),

по объединенному заявлению конкурсного управляющего должника, ИП ФИО3 и ФИО4 о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «ИМИ»,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «ИМИ», 

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.10.2020 АО «ИМИ» (далее – должник; ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (ИНН 

<

***>), о чем в газете «Коммерсантъ» от 31.10.2020 №201(6922) опубликовано сообщение.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.04.2023 заявления конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО1, ФИО4, ООО «Деловой интерьер» и заявление ИП ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ООО «Деловой интерьер» объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.07.2023 объединенное заявление конкурсного управляющего должника, ИП ФИО3 и заявление ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

            Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2024, ФИО6 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, приостановлено производство по заявлению в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами, отказано в удовлетворении заявления в остальной части.

             Не согласившись с принятыми судебными актами в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего и ИП ФИО3, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит их в обжалуемой части отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме, в связи с нарушением норм материального и процессуального права, несоответствием выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что доказаны основания привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, ссылается на совершение ответчиками безденежных сделок в отношении ликвидного актива в условиях неплатежеспособности АО «ИМИ», в результате которых должник утратил основной актив – недвижимое имущество, что причинило имущественный вред должнику и его кредиторам.  

В соответствии с абзацем 2 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте Верховного суда Российской Федерации http://kad.arbitr.ru.

От конкурсного управляющего ООО «ИМИ» ФИО2 поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.

Представитель ФИО1 возражал на доводы кассационной жалобы, просил оставить судебные акты без изменения.

Надлежащим  образом извещенные о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы конкурсный управляющий, иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание суда кассационной инстанции не направили, что, в силу ч. 3 ст. 284 АПК РФ, не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Заслушав представителя ФИО1, участвующего в судебном заседании, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений, проверив в порядке                  ст.ст. 286, 287, 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов, коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены принятых судебных актов в обжалуемой части по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), в том числе Законом о банкротстве.

Исходя из разъяснений, данных в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53), по своей юридической природе субсидиарная ответственность, являясь экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Привлечение к субсидиарной ответственности является исключительной мерой, к которой конкурсный управляющий прибегает после исчерпания иных способов для пополнения конкурсной массы.

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, либо что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

Как разъяснено в п. 3 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии со ст. 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в ст.ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Ответственность контролирующих лиц должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на этих лиц обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ, следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда (ст. 65 АПК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая п. 3 ст.56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

В силу п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

В настоящем случае, отказывая в удовлетворении заявления в части требований к ФИО5, ФИО1, ФИО4, ООО «Деловой интерьер», суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, исходил из недоказанности необходимой совокупности обстоятельств привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Судами установлено, что вменяемые ответчикам обстоятельства не привели к банкротству Общества, признаки банкротства возникли у АО «ИМИ» в 2016 году, т.е. за два года до вменяемых в ответственность сделок, цель причинения вреда и извлечение личной выгоды судами не установлены.

В соответствии со ст. 9, ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения процессуальных действий.

Так, в отношении ООО «Деловой интерьер» судами установлено, что признаки объективного банкротства должника возникли не вследствие заключения договоров купли-продажи имущества и соглашений о зачете встречных требований от 06.04.2018, от 01.11.2018 и 08.11.2018, а вследствие неспособности исполнять взятые ранее кредитные обязательства.

Из материалов дела следует, что должник являлся заемщиком по договору от 19.01.2012, заключенному с ОАО «Сбербанк России» (далее - Банк) об открытии невозобновляемой кредитной линии 

<

***>. Между Банком и ФИО4 25.10.2017 заключен договор уступки прав (требований) № Ц-119.

АО «ИМИ» не исполнило свои обязательства в срок, решением Лефортовского районного суда города Москвы от 13.12.2018 по делу № 2-4228/2018 удовлетворены требования ФИО4 к АО «ИМИ» о взыскании задолженности по кредитному договору в размере 599 866 852 руб. 33 коп.

Указанное свидетельствует о том, что должник не смог исполнить свои обязательства 10.11.2017, т.е. признаки неплатежеспособности имелись у него еще до 2018 года - до момента заключения оспариваемых сделок с ООО «Деловой Интерьер».

Соглашения о зачете встречных требований от 06.04.2018, от 01.11.2018 08.11.2018 были заключены еще позднее, когда признаки несостоятельности имелись уже в течение двух лет, и сами по себе не могли повлиять на финансовое состояние должника.

Кроме того, факт наличия признаков несостоятельности должника до заключения сделок с ООО «Деловой Интерьер» подтверждается финансовым анализом, проведенным управляющим. В частности, значение коэффициента автономии в 2016 имеет невысокое значение и не достигает нормативного значения 0,5, а с 2017 года имеет отрицательное значение, что свидетельствует о том, что по состоянию на начало 2018 предприятие имеет признаки неплатежеспособности, финансово не устойчиво, зависимо от сторонних кредиторов, за счет собственных активов предприятие неспособно погасить свои обязательства (стр. 19 финансового анализа).

Судами также сделан вывод о том, что аффилированность ООО «Деловой интерьер» с должником на момент совершения зачета отсутствовала ввиду выхода ООО «Деловой интерьер» из-под контроля ФИО1 и постепенно перехода этого общества под контроль ФИО4

Доказательства того, что ООО «Деловой интерьер» извлекало экономическую выгоду от сделок с АО «ИМИ», представлено не было. Имущество, приобретенное ответчиком, было им впоследствии передано по обязательствам АО «ИМИ» его кредитору, следовательно, ООО «Деловой интерьер» не получило какой-либо выгоды.

В отношении ФИО4 судами установлено, что доводы об аффилированности ФИО4 ранее являлись предметом оценки судов и были отклонены. Суды пришли к правильному выводу, что ФИО4 не являлась стороной сделки, не могла причинить имущественный вред кредиторам.

В обеспечение исполнения обязательств АО «ИМИ», вытекающих изкредитного договора от 19.01.2012 

<

***>, ПАО «Сбербанк России» заключил с АО «ИМИ» договор ипотеки № 3/17106 от 19.01.2012. На основании договора уступки прав (требований) от 25.10.2017 № Ц-119, заключенного между  ФИО4 и ПАО «Сбербанк России», права требования, вытекающие из кредитного договора от 19.01.2012 

<

***>, перешли к ФИО4

Между АО «ИМИ» и ООО «Деловой интерьер» 11.05.2018 был заключендоговор купли-продажи недвижимого имущества № ИМИ/ДИ-3644, являющегосяпредметом залога на основании договора ипотеки от 19.01.2012 № 3/17106.              В п. 2.4. договора купли-продажи от 11.05.2018 № ИМИ/ДИ-3644 указано, что обязательство по оплате может быть прекращено путем проведения зачета.

Между АО «ИМИ» и ООО «Деловой интерьер» 20.03.2018 был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества № ДИ/ИМИ, являющегося предметом залога на основании договора ипотеки от 19.01.2012 № 3/17106.              В п. 2.4. договора купли-продажи от 20.03.2018 № ДИ/ИМИ указано, что обязательство по оплате может быть прекращено путем проведения зачета.

Между АО «ИМИ», ООО «Деловой интерьер», ФИО4 01.11.2018 было подписано Соглашение № 11/18-С, из анализа содержания которого, суды пришли к выводу, что ФИО4 уменьшила имеющуюся перед ней задолженность АО «ИМИ» по кредитному договору от 19.01.2012 

<

***> за счет стоимости заложенного имущества, переданного ООО «Деловой интерьер» по договору купли-продажи недвижимого имущества от 11.05.2018 № ИМИ/ДИ-3644 и договору купли-продажи недвижимого имущества от 20.03.2018 № ДИ/ИМИ.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2021 по делу № А40-117490/2019 отказано в удовлетворении требований конкурсного управляющего АО «ИМИ» ФИО7, а также финансового управляющего гр. ФИО1 - ФИО8 о признании договора купли-продажи недвижимого имущества     № ДИ/ИМИ от 20.03.2018, заключенного между АО «ИМИ» и ООО «Деловой интерьер» недействительным. Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 03.09.2021 решение оставлено без изменения.

За счет продажи заложенного имущества третьему лицу - ООО «Деловойинтерьер», ФИО4 получила удовлетворение своих требований по кредитному договору 

<

***>, о чем было подписано Соглашение о зачете                     №11/18-С.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2022 требования ФИО4 включены в реестр требований должника, с учетом состоявшегося зачета встречных требований по Соглашению о зачете № 11/18-С.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 10.02.2023 № 305-ЭС21-425 установлено отсутствие вреда спорной сделкой, что принято во внимание судом.

Таким образом, в действиях ФИО4 признаков причиненияимущественного вреда кредиторам, а также признака злоупотребления правом,вступившими в законную силу судебными актами не было установлено.

 В части требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 судами установлены следующие обстоятельства.

В силу ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно ст. 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Судами установлено, что до момента возбуждения судом дела о банкротстве должника, ФИО5, с учетом новогодних праздников (в период с 1 по 10 января 2019 г.) пребывала на должности генерального директора должника всего             2 месяца 11 дней.

Однако, за этот период ФИО5 оценила примерное состояние финансовых показателей АО «ИМИ», приняла решение о необходимости обращения в Арбитражный суд 12.11.2018 с заявлением о наличии у АО «ИМИ» признаков банкротства.

Из материалов дела следует, что определением от 30.11.2018 заявление было оставлено без движения, 04.02.2019 г. возвращено. При этом заявление о признании должника банкротом было подано ФНС в лице ИФНС № 51 по г. Москве 12.11.2018, принятое к производству определением суда от 29.01.2019.

Указанные обстоятельства, установленные судами, подтверждают, что ФИО5 фактически исполнила обязанность по подаче заявления.

Материалы дела не содержат доказательств того, что ответчик является лицом, совершившим сделки, которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть без которой объективное банкротство не наступило.

Судами установлено, что конкурсному управляющему была передана вся имеющаяся документация, ее было достаточно для проведения анализа документация о финансово-хозяйственной деятельности должника.

Доказательств того, что она получила личную финансовую выгоду и ее поведение может быть расценено как незаконное или недобросовестное, не представлено.

Оценивая доводы о привлечении к субсидиарной ответственности              ФИО1, суды установили, что на основании пп. 2 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве лицо может быть признано контролирующим должника лицом, если оно имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться 50% и более голосующих акций АО, или более чем половиной долей уставного капитала ООО, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В настоящем случае, из материалов дела следует, что ФИО1 является владельцем 39 355 обыкновенных акций (что составляет 24,6662 % от общего количества принадлежащих должнику акций), одним из акционеров должника является ООО «Зера» (ИНН 

<

***>), расположенное по адресу: 119530,              

<

...>, пом. I ком. 6, этаж 1, обществу принадлежат обыкновенные акции в размере 36 945 шт. (что составляет 23,1557 % от общего количества акций, принадлежащих должнику).

Совокупный размер акций, принадлежащих ФИО1 составляет: 76 300 обыкновенных акций, что эквивалентно 47,8219 % от общего количества акций принадлежащих должнику, что составляет менее 50% голосующих акций акционерного общества, необходимых для принятия ключевых решений в акционерном обществе.

Поскольку ФИО1 являлся участником с размером доли менее 50 % голосующих акций акционерного общества, судами первой и апелляционной инстанций верно указано, что он не может быть отнесен к лицам, контролирующим должника в силу прямого указания закона.

Кроме того, установлено, что сделка, которая была заключена                  ФИО1, не привела к убыткам для должника. Так, АО «ИМИ» и              ФИО1 08.05.2019 обратились в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ООО «Деловой интерьер», ООО «УНИА» о признании недействительными сделками договора купли-продажи недвижимого имущества №ДИ/ИМИ от 20.03.2018 между АО «ИМИ» и ООО «Деловой интерьер», соглашения о зачете встречных однородных требований от 06.04.2018, а также соглашения о зачете встречных однородных требований от 17.08.2018 между АО «ИМИ» и ООО «Деловой интерьер».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2019, вступившим в законную силу, отказано в признании данных сделок недействительными, поскольку указанные сделки заключены на рыночных условиях. 

Из текста решения Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2021 по делу № А40- 117490/2019 следует, что в результате совершения должником сделок размер чистых активов АО «ИМИ» не уменьшился, поскольку АО «ИМИ» погасило задолженность перед кредиторами в результате проведения данной сделки.

Судами также учтено, что указанная сделка заключена должником в рамках обычной хозяйственной деятельности, поскольку, как следует из представленных сведений из ЕГРЮЛ, основным видом экономической деятельности должника является покупка и продажа собственного недвижимого имущества (ОКВЭД 68.1).

На основании чего суды пришли к обоснованному выводу о том, что совершенная должником сделка по договору купли-продажи от 11.05.2018 не может являться основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, совершенная должником сделка не причинила вреда имущественным правам кредиторов должника. Имущественные права должника также не нарушены.

Иных доказательств и доводов в обоснование привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в материалы дела не представлено.

Доказательств того, что ответчики совершили совокупность действий, которые явились необходимой причиной банкротства должника, извлекали выгоду из положения должника, не представлено.

Таким образом, судами правомерно отмечено, что презумпция доведения до банкротства, которая также разъяснена в правовой позиции п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 в рассматриваемом случае не доказана и не может иметь место.

Поскольку доказательств, подтверждающих наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, не представлено, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно отказали в удовлетворении требований в данной в части.

Судебная коллегия кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, выводы судом подтверждаются материалами дела, оснований для иной оценки фактических обстоятельств дела не имеется.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2017                  № 305-КГ17-13553 указано, что неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств и доводов заявителя не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных ст. 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы конкурсного управляющего должника – ФИО2 и отмены судебных актов в обжалуемой части.

Руководствуясь ст.ст. 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 29.12.2023 в обжалуемой части и  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2024  по делу № А40-268568/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                                                 О.Н. Савина 

Судьи:                                                                                             Е.Н. Короткова                                                                                                                             Н.М. Панькова