АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-25624/2015

г. Краснодар

12 января 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2018 года

Постановление в полном объеме изготовлено 12 января 2018 года

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Улько Е.В., судей Коржинек Е.Л. и Фефеловой И.И., при участии в судебном заседании от истца – общества с ограниченной ответственностью «Премиум кар» (ИНН 2310120245, ОГРН 1062310039824) –  Мандрыкиной А.С. (доверенность от 09.01.2017), от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Инжбюро» (ИНН 2310153681, ОГРН 1112310001715) – Пащины М.Н. (генеральный директор), Федоренко Ф.А. (доверенность от 11.01.2018) и Пащины А.Н. (доверенность от 12.10.2017), рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Инжбюро» на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.04.2017 (судья Ташу А.Х.) и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2017 (судьи Малыхина М.Н., Галов В.В., Попов А.А.) по делу № А32-25624/2015, установил следующее.

ООО «Премиум кар» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ООО «Инжбюро» (далее – бюро) о взыскании 4 660 500 рублей неустойки.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 04.03.2016, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2016, с бюро взыскано 40 697 рублей неустойки. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. 

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.09.2016 решение от 04.03.2016 и постановление от 20.07.2016 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 02.03.2017 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) удовлетворено ходатайство общества об уточнении исковых требований, согласно которому истец просит взыскать  4 101 500 рублей неустойки за нарушение сроков выполнения работ.

Решением суда первой инстанции от 18.04.2017 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 10.11.2017, с учетом определения об исправлении в постановлении опечатки от 13.11.2017, решение суда первой инстанции от 18.04.2017 отменено в части отказа в иске. Исковые требования общества удовлетворены частично. Абзац первый резолютивной части решения исключен. Абзац второй резолютивной части решения изложен в следующей редакции: «Взыскать с бюро в пользу общества 570 700 рублей неустойки и 41 302 рублей расходов по уплате государственной пошлины по иску». Взыскать с бюро в пользу общества 2847 рублей 90 копеек судебных расходов по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе. В остальной части в иске отказано.

В кассационной жалобе бюро просит решение от 18.04.2017 и постановление от 10.11.2017 отменить, в удовлетворении исковых  требований отказать в полном объеме. Податель жалобы указывает, что выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам и материалам дела, судами нарушены нормы процессуального и материального права. По мнению заявителя жалобы, в процессе проектирования было установлено, что представленная заказчиком топосъемка подготовлена на основании устаревших данных, в связи с чем, с целью внесения изменений в проект ответчик был вынужден приостановить работы (29.05.2013) и сдать результаты работ позднее предусмотренного договором срока (26.06.2013). Однако в предусмотренный 10-дневный срок заказчик претензий не направил, но попросил внести изменения в задание на проектирование, ввиду изменения технических условий на водоснабжение, водоотведение, электроснабжение, которые кардинально отличаются от первоначальных. Суды не учли и иные неоднократные изменения исходных данных проекта, таким образом, оснований для вывода о наличии вины ответчика у судов не имелось. Судыне учли, что изменения исходных данных проекта является дополнительными работами, которые должны были быть оформлены дополнительными соглашениями в понимании пунктов 2.3 и 2.2.3 договора, в связи с чем, ответчик полагает, что сроки выполнения дополнительных работ сторонами не согласованы. Подрядчик, действуя разумно и добросовестно, неоднократно приостанавливал работы (21.01.2014, 28.01.2014) с целью устранения ошибок в представленных истцом документах. Таким образом, по мнению ответчика, оснований для начисления неустойки за просрочку выполнения работ вообще не имеется.

В отзыве на кассационную жалобу общество указало на ее несостоятельность.

В судебном  заседании представители бюро поддержали доводы жалобы, представитель общества  возражал против ее удовлетворения.  

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, бюро (исполнитель) и общество (заказчик) заключили договор от 02.04.2013 № 191-04-13 на создание проектной продукции, по условиям которого бюро приняло на себя обязательство разработать проектную документацию стадии П (проектная документация), разделы проекта: ПЗ (пояснительная записка, включая мероприятия по обеспечению доступа инвалидов), ПЗУ (схема планировочной организации земельного участка), АР (архитектурное решение), КР (конструктивные и объемно-планировочные решения) ИОС (сведения об инженерном оборудовании, о сетях инженерно-технического обеспечения, перечень инженерно-технических мероприятий, содержание технологических решений), ПОС (проект организации строительства) и проектную продукцию Р (рабочая документация), разделы проекта АР (архитектурное решение), КЖ (конструкции железобетонные), КМ (конструкции металлические с полной детализацией) по объекту: «Встроенный магазин по продаже и обслуживанию автомобилей по ул. Батумское шоссе в микрорайоне Дагомыс Лазаревского внутригородского района г. Сочи».

Стороны в договоре определили сроки выполнения работ:

– начало работ: следующий день с момента совершения заказчиком авансового платежа в порядке и в срок, установленный договором, и предоставление всех документов согласно пункту 1.5 договора;

– окончание работ: не позднее 60 календарных дней с момента начала выполнения работ по стадиям: П (проектная документация) все разделы пункта 1.1 договора – не позднее 241 календарного дня с момента начала работ; Р (рабочая документация) раздел КЖ (конструкции железобетонные) – не позднее 30 календарных дней с момента начала работ; Р (рабочая документация) все разделы согласно пункту 1.1 договора – не позднее 60 календарных дней с момента начала выполнения работ.

Согласно разделу 3 договора за разработанную проектную документацию, заказчик перечисляет исполнителю, в соответствии с протоколом соглашения о договорной цене 650 тыс. рублей, НДС не предусмотрен.

В соответствии с пунктом 3.2 договора заказчик осуществляет платежи по следующему графику:

– 60% (390 тыс. рублей) – авансовый платеж в течение 10 банковских дней с даты подписания договора;

– 40% (260 тыс. рублей) – окончательный расчет в течение 10 банковских дней с момента подписания акта сдачи-приемки проектной документации.

Аванс в размере 390 тыс. рублей перечислен обществом бюро платежным поручением от 11.04.2013 № 272.

Проектная продукция передана обществу 18.06.2015, о чем свидетельствует опись вложения в ценную посылку (штамп Почты России 20.05.2015) и распечатка с сайта Почта России. Вместе с проектной документацией обществу направлен акт сдачи-приемки проектной продукции от 11.03.2014 и накладная от 11.03.2014 № 9, которые подписаны обществом с замечаниями 18.06.2015 (в день получения). Замечания сводились к указанию на дату получения проектной документации и просрочку бюро в исполнении договорного обязательства на 757 календарных дней.

Согласно приложенному к иску расчету общество начислило бюро пеню только за нарушение срока изготовления рабочей документации, в отношении проектной документации претензии не предъявлялись, пеня не начислялась. Общество по условиям пункта 5.3 договора рассчитало пеню от стоимости работ по договору в размере 1%. Начисленная пеня составила 4 920 500 рублей за период с 12.05.2013 по 18.06.2015.

Общество в адрес бюро направило претензию от 29.06.2015 № 192, в которой указало о нарушении исполнителем сроков выполнения работ на 757 дней, и предложило в добровольном порядке оплатить неустойку в размере 4 660 тыс. рублей, поскольку указало на наличие оснований к зачету долга общества перед бюро по оплате работ в размере 260 тыс. рублей в счет пени в тождественном размере.

Бюро предложение общества не выполнило, что и явилось основанием для обращения с иском в суд.

При новом рассмотрении дела, общество учло довод о предоставлении бюро новых технических условий на водоснабжение, водоотведение, электроснабжение и топосъемки только 18.07.2013 и указание бюро, на корректировку в связи с получением данных документов в срок до 14.09.2013. С учетом данных обстоятельств общество уменьшило период начисления пени и произвел ее расчет с 16.09.2013 по 18.06.2015, в связи с чем уменьшило сумму иска до 4 101 500 рублей.

В соответствии со статьей 286 Кодекса арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Поскольку апелляционный суд частично отменил решение суда первой инстанции, а бюро обжалует решение от 18.04.2017 и постановление от 10.11.2017, с учетом положений пункта 1 части 1 статьи 287 Кодекса проверке подлежит постановление суда апелляционной инстанции.

Поскольку судебный акт в части отказа в удовлетворении требований общества не обжалуется, в указанной части он судом кассационной инстанции не проверяется.

При рассмотрении дела суд апелляционной инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В силу статьи 758 Гражданского кодекса по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат. В договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы (пункт 1 статьи 708 Гражданского кодекса).

По договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ заказчик обязан передать подрядчику задание на проектирование, а также иные исходные данные, необходимые для составления технической документации. Задание на выполнение проектных работ может быть по поручению заказчика подготовлено подрядчиком. В этом случае задание становится обязательным для сторон с момента его утверждения заказчиком (статья 759 Гражданского кодекса).

Согласно статье 762 Гражданского кодекса по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ, если иное не предусмотрено договором, заказчик обязан уплатить подрядчику установленную цену полностью после завершения всех работ или уплачивать ее частями после завершения отдельных этапов работ.

В соответствии со статьей 708 Гражданского кодекса в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков.

В соответствии с условиями договора бюро приняло на себя обязательство выполнить обязательства в полном объеме и в установленные договором сроки.

Аванс общество перечислило 11.04.2013, согласно пункту 1.3 договора началом выполнения работ является 12.04.2013 и окончанием работ 11.06.2013, с учетом пункта 1.4 договора.

В разделе 4 договора стороны согласовали порядок сдачи и приемки работ.

В силу пункта 4.1 передача оформленной проектной продукции исполнителем осуществляется по накладной уполномоченному представителю заказчика.

При завершении разработки проектной продукции исполнитель предоставляет заказчику проектную продукцию в количестве четырех печатных экземпляров на бумажном носителе, а также акт сдачи-приемки проектной продукции в количестве двух экземпляров (пункт 4.2 договора).

В течение 10 дней заказчик обязан принять проектную продукцию и подписать акт сдачи-приемки либо направить мотивированный отказ от приемки (пункт 4.3 договора).

Работы считаются выполненными с момента подписания акта сдачи-приемки проектной продукции, а в случае неподписания в десятидневный срок акта и отсутствия мотивированного отказа от приемки считаются принятыми по истечении указанного срока (пункт 4.4 договора).

Общество результаты работ в виде, соответствующем договорным условиям, получены 18.06.2015, что подтверждается материалами дела.

Бюро предоставило в материалы дела электронные письма в адрес общества, ссылаясь на то, что по мере готовности и по мере корректировке направляло обществу проектную документацию в электронном виде и указало, что в отсутствие реакции заказчика в 10-дневный срок полагало соответствующие результаты работ принятыми.

Суд апелляционной инстанции верно отклонил данный довод бюро, как противоречащий согласованному сторонами порядку сдачи-приемки результата работ.

Пункт 8.3 договора позволяет в процессе исполнения передачу информации с использованием электронной связи и адресов электронной почты, указанных в разделе 9 договора, однако оговаривает такую передачу обязательным последующим представлением подлинных экземпляров не позднее, чем через три рабочих дня.

Бюро не представило доказательств тому, что вручение проектной документации заказчику в подлинных экземплярах в количестве 4-х штук обеспечено им ранее 18.06.2015.

Предоставление обществу проектной документации в электронном виде в такой ситуации не может быть признано надлежащим исполнением договорной обязанности.

Общество правомерно указало на окончание периода просрочки 18.06.2015, бюро нарушило конечный срок выполнения работ.

На основании пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса взыскание неустойки является одним из способов защиты нарушенного гражданского права.

В соответствии со статьей 330 Гражданского кодекса, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

В соответствии с пунктом 5.3 договора исполнитель оплачивает заказчику пени за каждый день нарушения сроков выполнения работ из расчета 1% от стоимости работ по договору.

Согласно уточненному расчету общества пеня начислена бюро за 671 день просрочки с 17.08.2013 по 18.06.2015 от цены договора (650 тыс. рублей) по ставке 1% за каждый день просрочки в общей сумме 4 361 500 рублей и эта пеня уменьшена на 260 тыс. рублей, поскольку 260 тыс. рублей общество не доплатило бюро за выполненные работы. Итого общество просило взыскать с бюро 4 101 500 рублей пени.

Бюро ссылается на просрочку общества как кредитора в обязательстве.

Статья 405 Гражданского кодекса в части 3 закрепляет, что должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.

Согласно пункту 1 статьи 406 Гражданского кодекса кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон либо кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера неустойки либо действовал недобросовестно, размер ответственности должника может быть уменьшен судом по этим основаниям в соответствии с положениями статьи 404 Гражданского кодекса, что в дальнейшем не исключает применение статьи 333 названного Кодекса (пункт 81 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Действия общества (заказчика), повлекшие, по мнению бюро, невозможность своевременного исполнения договора, приведены бюро в графике, в котором поименованы основания корректировки проектной документации, даты поступления соответствующих требований от заказчика и даты передачи заказчику откорректированной проектной документации, а также листы дела, на которых представлены соответствующие доказательства.

С учетом уточнения иска общество не вменяет бюро просрочку до 16.09.2013, признавая факт предоставления корректной топосъемки и новых технических условий исполнителю в указанные в графике сроки.

В отношении иных оснований корректировки проектной документации судом учтена представленная в материалы дела переписка сторон.

Общество в суд апелляционной инстанции представило письменные пояснения, в которых указало, что все учтенные бюро в графике корректировки, начиная с 22.10.2013 произведены, как следствие устранения недоработок бюро.

Так, по пункту 3 графика общество указало, что корректировка проектной документации потребовалась в связи с получением 11.10.2013 отказа департамента архитектуры в выдаче разрешения на строительство (исх. № 21-01-14/16969). Причиной отказа стало не учет и нарушение бюро при разработке проектной документации пунктов 13.2.6 и 13.2.7 Правил землепользования и застройки на территории муниципального образования город-курорт Сочи (в ред. от 12.12.2011 № 210), а именно: в проектной документации не предусмотрены шумозащитные мероприятия и защитные мероприятия от чрезвычайных ситуаций. Корректировка проектной документации влекла необходимость корректировки рабочей документации. 22.10.2013 общество направило бюро отказ департамента архитектуры в выдаче разрешения на строительство электронным письмом от 22.10.2013.

Бюро не отрицало по существу наличия нарушения, однако полагало, что поскольку претензий по просрочке в изготовлении документации стадии ПД общество не заявляет, пени за просрочку изготовления проектной документации не начисляет, то и ссылаться на необходимость корректировки проектной документации стадии РД по вине бюро общество не вправе.

Данный довод верно отклонен судом апелляционной инстанции, так как заявлять или не заявлять о применении меры договорной ответственности за ненадлежащее выполнение договорной обязанности в части выполнения проектных работ стадии ПД – право общества. Нереализация данного права не исключает для общества возможность ссылаться на наличие в проектной документации недостатков, устранение которых повлекло задержку в выполнении рабочей документации.

Поскольку бюро не представило доказательства вручения обществу в порядке, предусмотренном разделом 4 договора, откорректированной рабочей документации в 4-х подлинных экземплярах, суд верно отклонил довод бюро о том, что корректировка осуществлена к 01.11.2013, бюро некорректно применяет установленный договором 10-дневный срок для приемки работ либо отказа от их приемки к электронному письму и соответственно ошибочно полагает работы принятыми 12.11.2013. К указанной дате бюро не вручило обществу не только откорректированную рабочую документацию в подлинных экземплярах, но также и рабочую документацию в первоначальном виде.

По указанной причине также нет оснований исключать 10-дневный срок, в течение которого бюро производило корректировку документации согласно представленному графику, из периода просрочки, заявленного обществом.

По пункту 4 составленного бюро графика «Изменение названия в проекте, корректировка эскизного проекта» общество отмечает, что корректировка проекта вызвана полученным 22.11.2013 отказом департамента архитектуры в выдаче разрешения на строительство, исх. № 21-01-14/26009, который мотивирован отсутствием в схеме планировочной организации земельного участка обозначения подъездов и проходов к объекту капитального строительства, а также указанием отличного от всех остальных разделов наименования объекта строительства. Общество признает, что вносило изменения в название объекта, что подтверждает электронное письмо от 02.12.2013, отмечает по вышеуказанной причине и вину бюро. Корректировка выполнена бюро, 22.01.2014 бюро прислало изменения в электронном виде, однако в оригинале и в надлежащем количестве экземпляров рабочую документацию ни с корректировкой, ни без таковой обществу не передало.

Бюро, в части данной корректировки отмечает, что именно общество согласно заданию на проектирование первоначально обозначило объект как встроенный магазин по продаже и обслуживанию автомобилей, что согласно тексту отказа в выдаче разрешения на строительство не соответствовало разрешенному использованию участка. Бюро также отмечает, что на данную корректировку ушло 40 дней.

В дополнительных пояснениях бюро повторно обращает внимание суда, что изначально, согласно заключенному между сторонами договору и техническому заданию, наименование объекта проектирования обозначено как «Встроенный магазин по продаже и обслуживанию автомобилей по ул. Батумское шоссе в микрорайоне Дагомыс Лазаревского внутригородского района г. Сочи». Однако, согласно письму департамента от 22.11.2013 вид разрешенного использования земельного участка под автосалон является запрещенным, в связи с чем, исполнитель был вынужден корректировать проектную продукцию. Рабочая документация передана по электронной почте письмами от 14.01.2014, 20.01.2014 и 22.01.2014 в полном объеме.

Учитывая, что свою вину в выявленном отсутствии в схеме планировочной организации земельного участка обозначения подъездов и проходов к объекту капитального строительства, бюро не опровергло, суд апелляционной инстанции верно исключил из начисленного обществом периода просрочки 20 дней из числа указанных бюро 40, отнеся в остальной части вину в данной просрочке на общество. Вместе с тем, учитывая, что надлежащее исполнение договорной обязанности в соответствии с разделом 4 договора не может быть констатировано, суд верно отклонил довод бюро о том, что работы считаются принятыми заказчиком 02.02.2014.

По мнению общества, отраженное бюро в пункте 5 графика «Сокращение здания на 60 см и уменьшение высоты подпорной стены» вызвано существенной ошибкой исполнителя при разработке проектной документации объекта строительства (расположение здания на схеме планировочной организации земельного участка не соответствовало градостроительному плану, здание выходило за красную линию). О нарушении бюро было известно еще в мае 2013 года, в связи с получением 17.05.2013  отказа департамента архитектуры в выдаче разрешения на строительство, исх. № А21-01-14/10446. Только по требованию заказчика в феврале 2014 года исполнитель начал исправлять недостаток проектной продукции, а уменьшение высоты подпорной стены, по мнению общества, было связано с указанием исполнителем неправильной точки ноля для возведения объекта, что и послужило требованием для ее изменения.

Бюро указало, что необходимость указанной корректировки вызвана ошибкой в эскизном проекте, разработанном ООО «АБВ-проект». В дополнениях пояснило, что проблема возникла после предоставления заказчиком исполнительной съемки подпорной стены в адрес исполнителя и выявления разницы в координатах участка строительства. Проблему исполнитель довел до сведения заказчика в письме от 24.01.2014 и получил от заказчика ответ от 04.02.2014 с просьбой сокращения здания на 600 мм. Рабочая документация передана нарочно 11.03.2014 и по электронной почте письмом от 14.03.2014 в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции верно установил, что представленная сторонами электронная переписка не позволяет установить действительного виновника ошибки, в силу чего в данной части суд исходит из правил распределения бремени доказывания, согласно которым именно бюро должно доказать вину заказчика в допущенной бюро просрочке. Поскольку бюро документально не доказало, что соответствующие параметры здания приняты из эскизного проекта и верно отклонил довод о вине заказчика.

Бюро указало в графике, что корректировка заняла 38 дней, однако с учетом изложенного основания исключать данный период из периода начисления пени отсутствуют. К указанной в данной части дате 14.03.2014 бюро рабочую документацию в оригинале и в надлежащем количестве экземпляров ни с корректировкой, ни без таковой обществу не передало.

Общество 27.01.2014 получило отказ департамента архитектуры в выдаче разрешения на строительство, исх. № 21-01-14/107, о чем уведомило бюро электронным письмом от 06.02.2014, причиной отказа вновь стало несоответствие проектной продукции градостроительному законодательству, а именно «... проектная организация не учла требования технических условий выданных ООО «Сочиводоканал» 05.07.2013 № 08.1.1-08/3026, Сочинскими электрическими сетями ОАО «Кубаньэнерго» от 10.07.2013 № 201-3/2987 в части указания точек подключения.

Корректировку по данной причине рабочей документации бюро отражает в пункте 6 составленного графика, несмотря на то, что соответствующие технические условия получило согласно пункту 2 графика еще 18.07.2013 и корректировало рабочую документацию в связи с их получением вплоть до 14.09.2013.

Бюро не отрицало по существу наличия указанного нарушения, однако полагало, что поскольку претензий по просрочке в изготовлении документации стадии ПД общество не заявляет, пени за просрочку изготовления проектной документации не начисляет, то и ссылаться на необходимость корректировки проектной документации стадии РД по вине бюро общество не вправе.

Суд апелляционной инстанции верно отклонил данный довод, так как заявлять или не заявлять о применении меры договорной ответственности за ненадлежащее выполнение договорной обязанности в части выполнения проектных работ стадии ПД – право общества. Нереализация данного права не исключает для общества возможность ссылаться на наличие в проектной документации недостатков, устранение которых повлекло задержку в выполнении рабочей документации.

Поскольку бюро не представило доказательства вручения обществу в порядке, предусмотренном разделом 4 договора, откорректированной рабочей документации в 4-х подлинных экземплярах, суд верно отклонил довод бюро о том, что корректировка осуществлена к 14.03.2014. Бюро некорректно применяет установленный договором 10-дневный срок для приемки работ либо отказа от их приемки к электронному письму и соответственно ошибочно полагает работы принятыми после данной корректировке 25.03.2014. К указанной дате бюро не вручил обществу не только откорректированную рабочую документацию в подлинных экземплярах, но также и рабочую документацию в первоначальном виде и нет оснований исключать указанный бюро 36-дневный срок, в течение которого бюро производило корректировку документации согласно представленному графику, из периода просрочки, заявленного обществом.

Общество 02.06.2014 вновь получило отказ департамента архитектуры в выдаче разрешения на строительство исх. № 21-01-14/11338 по причине несоответствия проектной продукции постановлению Правительства Российской Федерации от 16.02.2008 № 87 «О составе разделов проектной продукции и требованиях к их содержанию», а также установлено разночтение в проектной документации в части указания этажности объекта. Общество уведомило бюро о получении отказа электронным письмом от 02.06.2014. Бюро произвело корректировку рабочей документации, что следует из пункта 7 графика, составленного бюро, 03.06.2014 бюро прислало обществу изменения с шифром: 191-04-13 в электронном виде.

Возражения бюро в части указанной корректировки также сводятся исключительно к отсутствию у общества права ссылаться на необходимость корректировки проектной документации для целей взыскания пени за просрочку изготовления рабочей документации, бюро не отрицает наличия указанного нарушения по существу.

Суд апелляционной инстанции верно отклонил данный довод, бюро не представило доказательства вручения обществу в порядке, предусмотренном разделом 4 договора, откорректированной рабочей документации в 4-х подлинных экземплярах. Бюро некорректно применяет установленный договором 10-дневный срок для приемки работ либо отказа от их приемки к электронному письму и соответственно ошибочно полагает работы принятыми после данной корректировке 14.06.2014. К указанной дате бюро не вручило обществу не только откорректированную рабочую документацию в подлинных экземплярах, но также и рабочую документацию в первоначальном виде и нет оснований исключать указанный бюро 1-дневный срок, в течение которого бюро производило корректировку документации согласно представленному им графику, из периода просрочки, заявленного обществом.

В пункте 8 графика, бюро указало, что по заданию заказчика произведена корректировка рабочей документации в целях размещения бака с водой на втором этаже. Данная корректировка произведена по звонку представителя заказчика 01.08.2014, однако общество факт звонка и факт дачи поручения бюро 01.08.2014 отрицает. Поскольку документального доказательства предъявления требования о названной корректировке именно 01.08.2014 не заявлено, суд верно посчитал недоказанным данный довод бюро.

Общество указало, что о необходимости размещения на втором этаже (антресоль) объекта бака с водой бюро должно было знать с самого начала строительства, т. к. его наличие предусмотрено нормами законодательства для использования его по системе пожаротушения для тушения антресоли в случае возникновения пожара (очага возгорания). Усиление балок ввиду размещения бака на втором этаже (антресоли) спроектировано бюро только в августе 2014 года. Бюро 21.08.2014 прислало изменения, с шифром: 191-04-1ЗКМ в электронном виде.

Возражения бюро по данному поводу сводятся к тому, что бак не является противопожарным (нахождение противопожарного резервуара внутри объекта строительства запрещено), а является хозяйственным. Исходя из площади здания (662 кв. м) противопожарные мероприятия предполагают только наличие противопожарной сигнализации, подрядчик не имел право вносить изменения в задание на проектирование.

Согласно дополнительным пояснениям подрядчика о размещении бака с водой внутри здания в телефонном разговоре 01.08.2014 уведомил начальник строительства общества Минько А.В., также поступило электронное письмо от 06.08.2014, в котором генеральный подрядчик ООО «ЮГСТАЛЬМОНТАЖ» выдал задание по размещению баков с водой на перекрытии. Рабочая документация передана по электронной почте письмами от 19.08.2014 и 21.08.2014 в полном объеме. Объем изменений возможно установить, сравнив рабочую документацию на перекрытие до корректировки и после корректировки. Общество заявляет, что данный бак противопожарный, но это не так, так как в соответствии с пунктом 9.11 СП 8.13130.2009 размещение таких баков внутри зданий запрещено: «Расстояние от точки забора воды из резервуаров или искусственных водоемов до зданий III – V степеней огнестойкости и до открытых складов горючих материалов должно быть не менее 30 м, до зданий I и II степеней огнестойкости – не менее 10 м». Согласно заключенному договору, и техническому заданию к нему, задание на проектирование раздела «Мероприятия по обеспечению пожарной безопасности» исполнителю не выдавалось.

Поскольку заказчик не привел обоснованных возражений относительно данных подрядчиком пояснений, суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу об отсутствии вины подрядчика, в силу чего 19 дней, в течение которых подрядчик фактически выполнил дополнительную работу надлежит исключить из периода начисления неустойки обществом.

Бюро ошибочно полагает, что работы после данной корректировки надлежит считать принятыми 01.09.2014, поскольку доказательства соблюдения согласованного сторонами порядка приемки-сдачи работ не представлено.

В пункте 9 графика, бюро указало, что по заданию заказчика произведена корректировка рабочей документации путем разработки декоративных конструкций для гипсокартонных элементов и корректировки входной группы.

Заказчик полагает корректировку сопряженной с недоработками подрядчика и ненадлежащим качеством выполняемой бюро работы, отмечая, что:

– в проектной продукции не указаны параметры входной группы и решение по ее устройству;

– в проектной продукции верхняя часть фасада выполнена из композита, а должна была быть выполнена из прозрачного стекла;

– в проектной продукции не представлены чертежи покрытия входной группы, в результате чего, ригель вынесен за входную группу, что исключало возможность установки стекла.

Бюро 13.10.2014 прислало изменения, с шифром: 191-04-13-КМ в электронном виде.

Согласно дополнительным пояснениям подрядчика о разработке декоративных конструкций для гипсокартонных элементов внутри здания и корректировке входной группы в телефонном разговоре 01.10.2014 уведомил начальник строительства общества Минько А.В., также направлено электронное письмо от 13.10.2014, в котором генеральный подрядчик ООО «ЮГСТАЛЬМОНТАЖ» просит сообщить о сроках выдачи монтажных схем по данным конструкциям. Рабочая документация передана по электронной почте письмом от 13.10.2014 в полном объеме.

В представленных суду возражениях бюро на пояснения общества по графику бюро не привело каких-либо доводов в опровержение, руководствуясь положениями части 3.1 статьи 70 Кодекса суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности бюро довода о дополнительном характере работ и о необходимости исключить период выполнения названных работ (12 дней) из заявленного периода просрочки.

Бюро также ошибочно полагает, что по завершении корректировки его надлежит считать исполнившим обязательство по договору, а работу принятой обществом 24.10.2014, поскольку отсутствуют доказательства, предусмотренные разделом 4 договора, о передаче обществу всего объема проектной документации на бумажном носителе в 4-х экземплярах.

В пункте 10 графика, бюро указало, что по заданию заказчика произведена корректировка рабочей документации в связи с тем, что подпорная стена на объекте выполнена не по проекту.

Соответствующее задание сформулировано заказчиком в электронном письме, адресованном подрядчику от 03.11.2014, согласно тексту общество при монтаже сэндвичей (тыльная сторона здания) выяснило, что по проекту панель не доходит до пола, расстояние составляет 1200 мм.

На письмо 04.11.2014 подрядчик в электронной форме дал ответ о том, что внизу должна быть подпорная стена (по отметкам топосъемки), если, по мнению заказчика, в ней нет необходимости, можно закрыть соответствующее пространство сэндвич-панелями, проектировщик скорректирует разделы АР, КЖ и КМ рабочей документации.

Общество полагало данную корректировку сопряженной исключительно с недоработкой бюро и некачественно выполненной бюро работой.

Возражения бюро по пункту 10 графика сводятся к тому, что предусмотренная проектом подпорная стена не построена, что и вызвало необходимость корректировать проектную продукцию.

Бюро указало в дополнительных пояснениях, что корректировка вызвана электронным письмом от 03.11.2014 от начальника строительства общества Минько А.В. Подрядчик по возведению железобетонных конструкций не возвел подпорную стену в соответствии с рабочей документацией, в результате чего ООО «ЮГСТАЛЬМОНТАЖ» было вынуждено установить на место подпорной стены дополнительные панели сэндвич, а бюро выполнить корректировку. Рабочая документация передана обществу нарочно 02.12.2014 генеральным директором бюро Пащиной М.Н. в полном объеме.

Суд апелляционной инстанции установил, что из представленного письма не следует, что подрядчик по СМР не возвел ранее предусмотренную проектом стену и именно это, а не ошибки проектировщика, повлекло необходимость корректировки, достоверных доказательств данному доводу суду не представлено, оснований делать вывод о вынужденности корректировки рабочей документации не имеется. Соответственно нет оснований исключать срок фактического выполнения бюро данной корректировки из заявленного обществом периода начисления пени. При этом бюро также ошибочно полагает работы сданными после указанной корректировки 13.12.2014, так как отсутствуют доказательства, предусмотренные разделом 4 договора, о передаче обществу всего объема проектной документации на бумажном носителе в 4-х экземплярах.

Принимая во внимание позицию общества, которое согласилось с тем, что до 16.09.2013 просрочка в вину подрядчику не вменяется, поскольку сопряжена с виной заказчика, суд апелляционной инстанции верно установил, что из периода просрочки с 16.09.2013 по 17.06.2015 надлежит исключить 29 дней, в течение которых подрядчик осуществлял корректировку проектной документации, не сопряженную с его собственными виновными действиями.

По условиям пункта 5.3 договора исполнитель оплачивает заказчику пеню за каждый день нарушения сроков устранения выполнения работ, в размере 1% от стоимости работ.

Суд первой инстанции удовлетворил ходатайство бюро о снижении пени в порядке, установленном статьей 333 Гражданского кодекса.

В силу пункту 1 статьи 333 Гражданского кодекса, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе ее уменьшить.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в статье 333 Гражданского кодекса речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

По условиям пункту 5.3 договора исполнитель оплачивает заказчику пеню за каждый день нарушения сроков устранения выполнения работ в размере 1% от стоимости работ, что, по сути, представляет собой 360% годовых. Такая неустойка без ограничения ее максимального размера сама по себе не может быть соразмерна последствиям неисполненного бюро обязательства, на основании чего суды уменьшили размер неустойки, рассчитав ее по ставке 0,2%.

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 Кодекса в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив, что сумма пени за 639 дней просрочки исполнения обязательства по ставке 0,2% от цены договора (650 тыс. рублей) составляет 830 700 рублей, с учетом того, что производя расчет пени, общество самостоятельно снизило его на 260 тыс. рублей, учитывая собственную задолженность перед бюро, суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о взыскании с бюро 570 700 рублей договорной пени (830 700 рублей – 260 тыс. рублей).

Довод заявителя о том, что проектная продукция изготовлена и передана, осуществлено строительство объекта, который принят в эксплуатацию и 05.08.2015 поставлен на кадастровый учет с присвоением кадастрового номера 23:49:0136009:8291, отклоняется, поскольку указанные обстоятельства не освобождают бюро от ответственности за нарушение сроков выполнения работ в соответствии с условиями договора.

Довод бюро о том, что расчет неустойки противоречит требованиям письма Минрегиона Российской Федерации от 22.06.2009 № 19088-СК/08 не принимается судом, поскольку положениями статей 330 – 333 Гражданского кодекса и условиями договора размер договорной неустойки не поставлен в зависимость от данного письма.

Доводы кассационной жалобы признаются судом кассационной инстанции несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом апелляционной инстанции при рассмотрении дела и влияли на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы апелляционного суда.

Суд апелляционной инстанции полно и всесторонне исследовал и оценил представленные доказательства, установил имеющие значение для дела фактические обстоятельства, правильно применил нормы права.

Пределы полномочий суда кассационной инстанции регламентируются положениями статей 286 и 287 Кодекса, в соответствии с которыми кассационный суд не обладает процессуальными полномочиями по оценке (переоценке) установленных по делу обстоятельств.

Основания для отмены или изменения постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 284, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2017 по делу № А32-25624/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий							Е.В. Улько

Судьи										Е.Л. Коржинек

										И.И. Фефелова