АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                   Дело № А27-10383/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена  14 марта 2022 года

Постановление изготовлено в полном объёме  19 марта 2022 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Шаровой Н.А.,

судей                                                    Ишутиной О.В.,

                                                             ФИО1 - 

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы  ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 22.09.2021 (судья ФИО4) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2021 (судьи Сбитнев А.Ю., Иващенко А.П., Усанина Н.А.) по делу № А27-10383/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, далее - должник), принятые по результатам рассмотрения заявления финансового управляющего имуществом должника (далее – управляющий) о признании сделки недействительной и заявления о внесении денежных средств в конкурсную массу.

В заседании суда округа приняла участие представитель ФИО2 - ФИО5 по доверенности от 20.05.2021

Суд установил:

в деле о банкротстве должника управляющий обратился с заявлением о признании недействительной сделки по отчуждению должником здания (нежилого), находящегося по адресу: 

<

...> (общая площадь 1732,90 кв.м с  кадастровым номером 72:10:2110001:358, далее – спорное помещение, объект недвижимости) и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 действительной стоимости объекта.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 22.09.2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2021, признан недействительной сделкой договор купли – продажи спорного помещения от 04.09.2019 (с учётом дополнительного соглашения от 19.09.2019), заключённый между ФИО3 и ФИО2; в конкурсную массу должника с ФИО2 взыскано 854 100 руб. в порядке реституции, а также 6 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлине; отказано в удовлетворении заявления должника о включении в конкурсную массу денежных средств, исключении из конкурсной массы денежных средств. 

В кассационной жалобе ФИО2 просит определение суда от 22.09.2021 и постановление суда апелляционной инстанции от 01.12.2021 отменить в части удовлетворения  заявления, принять новый судебный акт об отказе в его удовлетворении. 

ФИО3 просит оспариваемые определение и постановление отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В обоснование доводов жалобы ФИО3 указывает на то, что спорное имущество приобретено должником в период нахождения в браке, в отсутствие раздела имущества и/или брачного договора находилось в совместной собственности супругов; при вынесении определения о взыскании с ФИО2 денежных средств в размере рыночной стоимости объекта суд фактически произвёл его реализацию, что указывает на отсутствие оснований для взыскания всей стоимости объекта, поскольку в собственности должника находилась лишь ? доля в праве собственности на  объект; подход судов приводит к нарушению прав и законных интересов либо супруги должника, либо потенциального цессионария, которому может быть уступлено реституционное требование.

ФИО2 в своей жалобе указывает на то, что сделкой, на основании которой ФИО3 реализовал, а ФИО2 приобрёл спорное помещение является  предварительный договор от 05.03.2019 (фактически являющийся договором  купли-продажи будущей вещи), а не от 04.09.2019; встречное предоставление является равноценным; ответчик не мог предвидеть возможного банкротства должника; судами не дана оценка доказательствам, раскрывающим смысл заключения договора купли-продажи без изменения стоимости; суды переложили на ФИО2 ответственность перед кредиторами должника, взыскав с него 854 100 руб. без учёта уплаченных ФИО2 300 000 руб. 

В приобщённом к материалам дела отзыве на кассационные жалобы управляющий просит в удовлетворении жалоб отказать.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержала доводы кассационной жалобы. 

Кассационная жалоба рассмотрена в порядке части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в отсутствие иных лиц, участвующих в споре, о времени и месте судебного заседания извещённых надлежащим образом.

Изучив материалы дела, доводы кассационных жалоб и отзыва на них, заслушав представителя кассатора, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, определением суда от 05.06.2019 по заявлению ФИО3 возбуждено производство по делу о его несостоятельности (банкротстве); определением суда от 31.07.2019 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реструктуризации долгов; определением суда от 23.03.2021 финансовым управляющим имуществом должника утверждён ФИО6 (далее – управляющий). 

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, управляющий указал на то, что оспариваемая сделка совершена после введения процедура реструктуризации в отсутствие обязательного письменного согласия управляющего и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ввиду неравноценности встречного исполнения. 

Удовлетворяя заявленные требования суды двух инстанций руководствовались нормами Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ«О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьями 167, 173.1, 424, 429,  554, 555 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ),  разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2011 № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем» (далее – Постановление № 54), постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – Постановление № 49), постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), и исходили из совершения сделки без необходимого согласия управляющего, с причинением вреда кредиторам. 

Проверив в порядке статей 286, 288 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены или изменения.

Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.

Согласно статье 32 Закон о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии со статьёй 550 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 551 ГК РФ предусмотрено, что переход к покупателю права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости подлежит государственной регистрации.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 223 ГК РФ).

В силу пункта 5 статьи 213.11 Закона о банкротстве, в ходе реструктуризации долгов гражданина он может совершать только с выраженного в письменной форме предварительного согласия финансового управляющего сделки или несколько взаимосвязанных сделок по приобретению, отчуждению или в связи с возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет более чем пятьдесят тысяч рублей, недвижимого имущества, ценных бумаг, долей в уставном капитале и транспортных средств.

В силу пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечёт правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа (пункт 2 статьи 173.1 ГК РФ).

Как следует из разъяснений, данных в пункте 37 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», на основании пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ сделки, совершенные без необходимого в силу закона согласия финансового управляющего, могут быть признаны недействительными по требованию финансового управляющего, а также конкурсного кредитора или уполномоченного органа, обладающих необходимым для такого оспаривания размером требований, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.9 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, приведённым в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствии согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности.

В соответствии с пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве  сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатёжеспособности или недостаточности имущества должника.

Предметом оспариваемой сделки является недвижимое имущество, в связи с чем, суды обоснованно указали, что предварительное письменное согласие финансового управляющего на её совершение является обязательным.

Установив, что письменное согласие финансовый управляющий на совершение оспариваемой сделки не давал, и с момента опубликования сведений о введении в отношении должника процедуры банкротства осведомлённость другой стороны сделки о необходимости получения указанного согласия презюмируется, суды пришли к правомерному выводу о недействительности оспариваемой сделки на основании пункта 1 статьи 173.1 ГК РФ.

Из материалов дела следует и установлено судами, что запись о государственной регистрации права собственности ФИО2 внесена в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество (ЕГРП) 19.09.2019 на основании договора от 04.09.2019 - в период процедуры реструктуризации долгов гражданина, поэтому суды правильно исходили из того, что предварительный  договор от 05.03.2019 не является основанием требующего согласия финансового управляющего перехода права собственности на имущество должника, причинившего в данном случае вред имущественным правам кредиторов. 

Должник приобрёл лот № 38 – машинно-тракторную мастерскую (далее -  МТМ) Клепиково (инвентарный номер 00000160) по договору купли – продажи от 26.05.2015, заключённому между ФИО3 и ЗАО «Искра» в лице конкурсного управляющего на открытых торгах за 299 232,43 руб. Право собственности ФИО3 на указанный объект зарегистрировано не было.

Между ФИО3 и ФИО2 подписан предварительный договор купли – продажи от 05.03.2019, в соответствии с которым ФИО3 обязуется продать ФИО2, а ФИО2 купить МТМ после оформления права собственности путём подачи в Ишимский районный суд иска о признании права собственности ФИО3 

В пункте 2 предварительного договора указано, что здание продано за 329 000 руб. и расчёт произведён полностью до его подписания. Согласно расписке от 05.03.2019 ФИО3 получил от ФИО2 денежные средства в размере 329 000 руб. в счёт полной оплаты за проданную по предварительному договору МТМ.

Как указано в пункте 3 статьи 429 ГК РФ предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также условия основного договора, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение при заключении предварительного договора.

Судами установлено, что в предварительном договоре предмет определён как МТМ Клепиково (инвентарный номер 00000160), лот № 38, кадастровый номер не указан, тогда как по договору купли – продажи от 04.09.2019 года (с учётом дополнительного соглашения от 19.09.2019) отчуждено нежилое двухэтажное административное здание, сблокированное с МТМ и гаражом, общей площадью 1732,9 кв.м, находящееся на земельном участке с кадастровым номером 72:10:210100:395 общей площадью 30 000 кв. м. 

Из решения Ишимского районного суда Тюменской области от 16.04.2019 следует, что МТМ находится в составе административного здания, как и гараж (иные производственные помещения), не учтённые в ЕГРП в качестве отдельных объектов недвижимости.

Право собственности на объект недвижимости, являющийся предметом настоящего спора в том виде, в котором он идентифицирован в договоре купли продажи от 04.09.2019 и ЕГРП, признано за ФИО3 указанным решением суда от 16.04.2019, принятым после подписания предварительного договора.

В договоре купли–продажи от 26.05.2015 состав лота № 38 не раскрыт, поэтому суды правильно исходили из недоказанности тождества указанного в предварительном договоре от 05.03.2019 объекта продажи (МТМ) стоимостью 329 000 руб. с объектом продажи по оспариваемой сделке (двухэтажное административное здание, сблокированное с МТМ и гаражом), поэтому указанная стоимость (320 000 руб.) равноценность встречных предоставлений по оспариваемой сделке не обосновывает.

Суды правомерно исходили из того, что сделкой, на основании которой ФИО3 реализовал, а ФИО2 приобрёл недвижимое имущество, является именно договор от 04.09.2019, а не от 05.03.2019.

Доводы ФИО2  о равноценности встречных предоставлений по оспариваемой сделке мотивированно отклонены судами, поскольку стоимость в 329 000 руб. не соответствует критерию рыночной и противоречит оценённым по правилам статьи 71 АПК РФ в совокупности и взаимосвязи заключению об определении стоимости имущества от 19.04.2021 (1 580 000 руб.) и кадастровой стоимости спорного имущества (854 100 руб., принятой судами для целей применения реституции, поскольку объект продан ФИО2 третьему лицу). 

Принятие для целей применения реституции кадастровой стоимости спорного помещения само по себе предметом кассационного обжалования не является.

Довод ФИО2 о его неосведомлённости о неправомерной цели сделки отклонён судами с учётом необоснованности экономической целесообразности приобретения недвижимого имущества, на которое не оформлено право собственности, и его скорой последующей перепродажи за ту же цену (329 000 руб.), без извлечения прибыли.

Доводы  кассационной жалобы ФИО3 (должника) о необходимости взыскания  с ФИО2 в конкурсную массу только ? стоимости  спорного объекта отклоняются судом округа, поскольку сводятся к распоряжению правами супруги должника, что недопустимо, и  противоречат правилам о том, что в деле о банкротстве гражданина-должника подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу (бывшему супругу) на праве общей собственности (пункт 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, пункты 1 и 2 статьи 34, статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации ).

Включённое таким образом в конкурсную массу общее имущество подлежит реализации финансовым управляющим в общем порядке с дальнейшей выплатой супругу должника части выручки, полученной от реализации общего имущества. У супругов могут быть общие обязательства, а выплата супруге причитающейся части стоимости имущества производится после их погашения, поэтому вопросы распределения выручки от реализации общего имущества не относятся к предмету настоящего обособленного спора.

Доводы кассационной жалобы ФИО2 о необходимости взыскания в конкурсную массу стоимости объекта за вычетом уплаченного отклоняются, как противоречащие правилам статьи 61.6 Закона о банкротстве, в соответствии с которыми все, что было передано должником по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения,а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

 Кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включённых в реестр требований кредиторов.

Судами двух инстанции правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

 Исходя из изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.    Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 22.09.2021 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2021 по делу № А27-10383/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО2 и ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                     Н.А. Шарова

 

Судьи                                                                  О.В. Ишутина

 

                                                                            ФИО1