ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-17862/2019

г. Вологда

27 мая 2020 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 20 мая 2020 года.

В полном объёме постановление изготовлено 27 мая 2020 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Докшиной А.Ю., судей Алимовой Е.А. и                  Болдыревой Е.Н., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ФРОНТЕРАИМПОРТ» на решение Арбитражного суда Тверской области от 14 февраля 2020 года по делу № А66-17862/2019,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «ФРОНТЕРАИМПОРТ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 690014, 

<

...>; далее –      ООО «ФРОНТЕРАИМПОРТ», общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Тверской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к Тверской таможне (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 170043, 

<

...>; далее – таможня, таможенный орган) о признании незаконным решения от 05.07.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары (далее – ДТ)                                   № 10115070/270319/0020561 как не соответствующие Таможенному кодексу Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС).

Одновременно в этом же заявлении общество ходатайствовало о восстановлении пропущенного срока на обжалование решении таможни.

Решением Арбитражного суда Тверской области от 14 февраля 2020 года в удовлетворении ходатайства общества о восстановлении пропущенного срока и  в удовлетворении заявленных требований отказано.

ООО «ФРОНТЕРАИМПОРТ» с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять по делу новый судебный акт. В обоснование жалобы ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, а также на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела. Также общество не согласно с выводами суда в части пропуска срока на обжалование решения таможни. При этом все доводы, подробно изложенные в апелляционной жалобе, полностью идентичны доводам, на которые ссылалось общество в своем заявлении при обращении в суд первой инстанции. 

Таможня в отзыве на апелляционную жалобу с изложенными в ней доводами не согласились, просили решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Стороны надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, от таможни поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы без её участия. В связи с этим дело рассмотрено в отсутствие представителей сторон в соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ.

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и обоснованность решения суда, изучив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения.

Как следует из материалов дела, ООО «ФРОНТЕРАИМПОРТ» (Покупатель, Россия) заключило внешнеторговый контракт от 20.11.2018 № FI-QH-12 с «QINGDAO HONGHAI BOAT CO., LTD» (продавец, Китай) на поставку бывших в употреблении, а также новых транспортных средств, номерных агрегатов, узлов и агрегатов, запасных частей, лодочных моторов, запчастей к ним и товаров народного потребления в количестве, ассортименте по техническим условиям и ценам, указанным в инвойсах, составляемых на каждую партию товара.

Заявителем в соответствии с таможенной процедурой «выпуск для внутреннего потребления» на Тверском таможенном посту (центр электронного декларирования) по ДТ № 10115070/270319/0020561 в рамках названного контракта на условиях поставки CFR-Владивосток ввезен товар: лодки надувные из ПВХ, без мотора, различной комплектации и различных цветов, производитель: Stormline Inflatable Seoul CO., LTD, товарный знак Mercury Stormline, страна отправления Китай, страна происхождения республика Корея, с паспортом и гарантийным талоном на русском языке.

Таможенная стоимость указанного товара определена обществом в соответствии со статьей 4 Соглашения между Правительством республики Беларусь, Правительством Республики Казахстан и Правительством Российской Федерации от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза», действовавшего на момент регистрации ДТ с использованием метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1), а также в соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС с использованием метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара в ходе совершения таможенных операций обществом при подаче ДТ представлены следующие документы: 

- контракт № FI-QH-12 от 20.11.2018;

- инвойс № FI-QH-1201 от 14.01.2019;

- коносамент № MLVLVMCB799172 от 01.03.2019;

- ж/д накладная № ЭЖ003841 от 27.03.2019.

В ходе контроля таможенной стоимости отделом контроля таможенной стоимости таможни (далее - ОКТС таможни) выявлены признаки, указывающие на то, что сведения о таможенной стоимости могут являться недостоверными, либо заявленные сведения должным образом не подтверждены, выразившиеся в отличии уровня их таможенной стоимости от информации, имеющейся в распоряжении таможенного органа, а именно:

1) В связи с выявлением более низкой цена товаров, декларируемых по ДТ № 10115070/270319/0020561, по сравнению с ценой на идентичные (однородные) товары при сопоставимых условиях ввоза и недостаточными документальным подтверждением заявленных сведений о таможенной стоимости товаров, необходимо дополнительное выяснение обстоятельств рассматриваемой сделки и условий продажи товаров, обуславливающих расхождение между  величиной таможенной стоимости товаров и ценовой информацией, имеющейся в распоряжении таможенного органа, а также получение разъяснений относительно выявленных признаков недостоверного заявления сведений;

2) В предоставленном инвойсе № FI-QH-1201 от 14.01.2019, отсутствует информация о курсе валюты, платежных реквизитах сторон, условиях оплаты, артикулах товаров;

3) В таможенный орган не предоставлен заказ на покупку товаров;

4) В таможенный орган не предоставлен прайс-лист продавца товаров;

5) В таможенный орган не предоставлен прайс-лист производителя товаров;

6) В таможенный орган не предоставлена экспортная декларация страны отправления товаров;

7) В предоставленных документах отсутствуют подписи и печати сторон (например: контракт).

Таким образом, основанием для запроса документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС послужили выявленные таможенным органом признаки недостоверности заявленных сведений, выраженные в отклонении заявленной таможенной стоимости товара от имеющейся ценовой информации по сделкам с идентичными (однородными) товарами, а также результаты проверки документального подтверждения заявленной таможенной стоимости товара.

В соответствии со статьей 325 ТК ЕАЭС таможней 28.03.2019 у общества запрошены дополнительные документы и (или) сведения (прайс-лист либо коммерческое предложение продавца и производителя товаров, ненаправленного характера с переводом, заверенные надлежащим образом, контракт со всеми действующими дополнениями (приложениями) спецификацией к поставке, лицензионный договор, счет-фактура, банковские платежные документы, бухгалтерские документы, экспортная декларация страны отправления, документы и сведения о физических характеристиках, качестве и репутации на рынке ввозимых товаров и их влияние на ценообразование), и установлен срок для их предоставления (до 26.05.2019), а также указано на необходимость предоставить обеспечение уплаты таможенных пошлин, налогов.

Выпуск товара осуществлен 29.03.2019 под обеспечение уплаты таможенных платежей в соответствии с заявленной таможенной процедурой выпуска для внутреннего потребления (электронная расписка                                           № 10115070/290319/ЭР-0229844).

В ответ на запрос таможни ООО «ФРОНТЕРАИМПОРТ» 20.05.2019 представило и пояснения и документы.

Таможенным органом 25.06.2019 в адрес общества направлен повторный запрос о предоставлении документов и сведений, так как в ходе проверки не были устранены признаки недостоверности заявленной таможенной стоимости.

В установленный таможенным органом срок, декларант представил документы и сведения.

По результатам проверки документов и сведений таможней принято решение от 05.07.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения указанные в ДТ № 10115070/270319/0020561, поскольку таможенный орган посчитал, что в данном случае применим метод определения таможенной стоимости по стоимости сделок с однородными товарами с учетом гибкости, допускаемой пунктом 2 статьи 45 ТК ЕАЭС.

Не согласившись с указанным решением, общество оспорило его в судебном порядке, заявив при этом ходатайство о восстановлении пропущенного срока на обжалование этого решения.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд первой инстанции исходил из отсутствия оснований для удовлетворения названного ходатайства и отсутствия оснований для удовлетворения спора по существу.

Апелляционная инстанция не находит оснований для отмены решения суда ввиду следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 4 названного Кодекса заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Согласно части 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. 

На основании части 1 статьи 115 данного Кодекса лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий с истечением процессуальных сроков, установленных настоящим Кодексом или иным федеральным законом либо арбитражным судом.

Частью 4 статьи 198 АПК РФ установлено, что заявление о признании ненормативных правовых актов недействительными, решений и действий (бездействия) незаконными может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Таким образом, установленный в части 4 статьи 198 АПК РФ срок для подачи соответствующего заявления не является пресекательным и может быть восстановлен арбитражным судом, но только по ходатайству лица, участвующего в деле, обратившегося с таким заявлением.

Вместе с тем действующее процессуальное законодательство не допускает произвольного, не ограниченного по времени обращения в арбитражный суд с заявлением о признании ненормативных правовых актов недействительными, действий (бездействия) незаконными.

Порядок восстановления процессуальных сроков определен в статье 117 АПК РФ, согласно частям 1 и 2 которой процессуальный срок подлежит восстановлению по ходатайству лица, участвующего в деле, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом. Пропущенный процессуальный срок может быть восстановлен в случае признания причин его пропуска уважительными и если не истекли предельные допустимые сроки для его восстановления.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации о применении статьи 198 АПК РФ, изложенной в определениях                  № 657-О-О и 367-О, само по себе установление в законе сроков для обращения в суд с заявлениями о признании ненормативных правовых актов недействительными, а решений, действий (бездействия) – незаконными обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность административных и иных публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушающее право на судебную защиту, поскольку несоблюдение установленного срока, в силу соответствующих норм АПК РФ, не является основанием для отказа в принятии заявлений по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, то есть в судебном заседании. Заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если пропуск срока был обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом.

Срок, установленный частью 4 статьи 198 АПК РФ, начинает течь с момента, когда организации или гражданину стало известно о нарушении своих прав ненормативным правовым актом, действием (бездействием) ответчика. 

При этом уважительность причин пропуска может быть связана лишь с наличием таких объективно существовавших обстоятельств, которые не зависели и не могли зависеть от воли участников судебного процесса, но непосредственно связаны с возникновением препятствий для совершения лицами, участвующими в деле, процессуальных действий.

В случае пропуска срока, установленного частью 4 статьи 198 АПК РФ, организация или гражданин вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о его восстановлении. 

Нормы АПК РФ не содержат перечня уважительных причин, при наличии которых суд может восстановить срок, установленный частью 4 статьи 198 АПК РФ. Поэтому право установления наличия этих причин и их оценки по правилам статей 65 и 71 АПК РФ принадлежит суду.

Следовательно, признание тех или иных причин пропуска срока уважительными относится к компетенции суда, рассматривающего вопрос о восстановлении указанного срока, а возможность восстановления процессуального срока ставится законом в зависимость от усмотрения суда и при наличии соответствующего ходатайства со стороны заявителя.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлено, что защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными данной статьей, либо иными способами, предусмотренными законом.

В силу пункта 1 статьи 1 ГК РФ необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права.

При этом выбор конкретного способа защиты своих нарушенных прав и законных интересов принадлежит заявителю.

Процессуальные сроки, установленные АПК РФ, являются гарантией соблюдения прав лиц, участвующих в деле. Безмотивное восстановление процессуального срока не соответствует части 3 статьи 41 АПК РФ и нарушает принцип равноправия участников процесса, предусмотренный статьей 8             АПК РФ.

Поскольку в данном случае предметом спора является именно ненормативный правовой акт – решение таможни которым, по мнению заявителя, нарушены его права и законные интересы, при решении вопроса о соблюдении обществом срока обжалования такого акта следует исходить из обстоятельств, достоверно свидетельствующих об осведомленности заявителя о существовании такого ненормативного правового акта с названными реквизитами на дату обращения в суд с рассматриваемыми в настоящем деле требованиями.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что оспариваемое решение принято таможенным органом 05.07.2019 и направлено обществу в порядке информационного обмена с использованием программного средства ПЗ «АИСТ-М» 09.07.2019 в 10:02 (сообщение CMN. 11269). 

Согласно истории обработки документа «10115070/27.03.19/0020561» 09.07.2019 в 10.03 указанное сообщение поступило в информационную систему участника ВЭД и успешно обработано (том 1, листы 129-130).

Следовательно, общество вправе было обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным названого решения                             не позднее 09.07.2019.

Фактически общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением 08.11.2019, о чем свидетельствует почтовый календарный штемпель на конверте, в котором направлено это заявление (находится в томе 1),  то есть по истечении трех месяцев, установленных частью 4 статьи 198 АПК РФ.

При этом в просительной части названного заявления обществом заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока, мотивированное лишь тем, что оспариваемое решение изготовлено ответчиком 09.08.2019, о чем, по мнению апеллянта, свидетельствует запись о принятии решения в журнале переписки от 09.08.2019 (том 1, лист 125), и оно до настоящего времени не направлено в его адрес таможней по почте.

В дальнейшем в дополнительных пояснениях от 29.12.2019 общество сослалось на то, что в рассматриваемом случае текст решения, позволяющем его открыть и прочитать, размещен таможенным органом в соответствующем формате только 09.08.2019 в 11:18 (том 1, листы 142-143), на чем последовательно настаивает апеллянт в своей жалобе. 

Вместе с тем данные доводы подателя жалобы отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку, как указано выше и подтверждается материалами дела, сообщение CMN. 11269, содержащее в себе текст оспариваемого решения таможни, направлен ответчиком обществу в порядке информационного обмена с использованием программного средства ПЗ «АИСТ-М» 09.07.2019 в 10:02 и согласно истории обработки документа «10115070/27.03.19/0020561» 09.07.2019 в 10.03 указанное сообщение поступило в информационную систему участника ВЭД и успешно обработано (том 1, листы 129-130).

Доказательств, достоверно подтверждающих то, что названное сообщение фактически невозможно открыть, при том что таможенному органу поступил отчет об успешной обработке этого сообщения его получателем, то есть обществом, заявителем в материалы дела не предъявлено, так же как не предъявлено доказательств подтверждающих, что именно во вложении электронного файла поступило ему в порядке электронного информационного обмена 09.07.2019 в 10:03. 

При этом доводы заявителя о том, что оспариваемое решение должно было быть направлено в его адрес исключительно по почте, не основаны на нормах действующего таможенного законодательства.

Как верно отмечено таможней, информационный обмен в иной форме (направление декларанту спорного решения заказным письмом с уведомлением) таможенным законодательством не предусмотрен. Декларация на товары подана обществом в электронном виде, через специализированное программное средство, по результатам проверки указанной декларации таможенном органом направлено спорное решение также в электронном виде, посредством того же программного средства ПЗ «АИСТ-М».

Таким образом, в отсутствие доказательств иного является правильным вывод суда первой инстанции о том, что о принятии таможенным органом оспариваемого решения обществу стало известно 09.07.2019.

Следовательно, с указанной даты получения обществом оспариваемого решения таможни истекло 4 месяца без одного дня, тогда как установленный законом срок для обращения в суд составляет 3 месяца.

Заявив ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока, общество, настаивая на том, что о данном решении ему стало известно только 09.08.2019, по сути, настаивает на соблюдении этого срока, предусмотренного частью 4 статьи 198 АПК РФ, а не на его пропуске, то есть правовая позиция заявителя является противоречивой. 

При этом надлежащего обоснования уважительности причин пропуска срока обществом в своем заявлении не приведено, доказательств уважительности пропуска срока в материалах дела не имеется.

Оценив доводы, приведенные обществом в обоснование заявленного ходатайства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии в рассматриваемой ситуации правовых оснований для удовлетворения ходатайства о восстановлении срока подачи заявления ввиду отсутствия уважительных причин его пропуска, так как возврат первоначально поданного в срок заявления произошел исключительно по вине самого заявителя.

Пропуск срока на подачу рассматриваемого заявления по требованию о признании незаконным решения таможни является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, что отвечает требованиям статьи 9 АПК РФ и принципу правовой определенности.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.04.2006 № 16228/05 также указано, что пропуск срока на обжалование при отсутствии ходатайства о его восстановлении либо отсутствии причин для его восстановления является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, в связи с этим суд не должен исследовать фактические обстоятельства и рассматривать материально-правовые основания заявленных требований.

Аналогичный вывод содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2016 № 306-КГ16-12022 по делу                                № А55-24821/2015, в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.01.2006 № 9316/05, от 26.07.2011                           № 18306/10.

Таким образом, отказ в удовлетворении требований общества по указанному выше основанию является правомерным.

Несмотря на этом, суд также оценил доводы заявителя по существу спора и признал их необоснованными.

В указанной части апелляционная инстанция также не находит оснований для изменения или отмены решения суда, поскольку суд правомерно исходил из следующего.

С 01.01.2018 в ЕАЭС осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с ТК ЕАЭС и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право ЕАЭС, а также в соответствии с положениями Договора о Евразийском экономическом союзе (подписан в г. Астана 29.05.2014) (далее – Договор).

В силу статьи 444 ТК ЕАЭС настоящий Кодекс применяется к отношениям, регулируемым международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и возникшим со дня его вступления в силу. По отношениям, регулируемым международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования, возникшим до вступления настоящего Кодекса в силу, настоящий Кодекс применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут со дня его вступления в силу, с учетом положений, предусмотренных статьями 448-465 настоящего Кодекса (пункт 2 статьи 444           ТК ЕАЭС).

В соответствии с пунктами 2, 9, 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, определяется в соответствии с главой 5 ТК ЕАЭС, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу этого Союза и в отношении таких товаров впервые заявляется иная таможенная процедура, чем указанные в пункте 3 статьи 38 ТК ЕАЭС.

Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно статье 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС, при выполнении следующих условий: 1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: - ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; - существенно не влияют на стоимость товаров; - установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов; 2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено; 3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со ст. 40 ТК ЕАЭС могут быть произведены дополнительные начисления; 4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 статьи 39 ТК ЕАЭС.

В случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 не применяется.

Ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

В соответствии с пунктом 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39                  ТК ЕАЭС.

На основании подпункта 2 пункта 4 и пункта 5 статьи 325 ТК ЕАЭС в случаях, когда таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах, он вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 указанной статьи должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений.

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС предусмотрено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации (в рассматриваемом случае в части таможенной стоимости).

В случае если для определения таможенной стоимости ввозимых товаров невозможно применить статьи 39, 41 - 44 ТК ЕАЭС, определение таможенной стоимости товаров осуществляется в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС.

Согласно статье 45 ТК ЕАЭС методы определения таможенной стоимости товаров, используемые в соответствии с указанной статьей, являются теми же, что и предусмотренные статьями 39 и 41 - 44 ТК ЕАЭС, однако при определении таможенной стоимости в соответствии с данной статьей допускается гибкость при их применении.

После выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных ТК ЕАЭС и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа.  Сроки и порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются Комиссией (пункт 3 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 11 Порядка внесения изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289, после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в ДТ, производится при выявлении по результатам проведенного таможенного контроля или иного вида государственного контроля (надзора), осуществляемого таможенными органами в пределах своей компетенции в соответствии с законодательством государств-членов: недостоверных сведений, заявленных в ДТ; несоответствия сведений, заявленных в ДТ, сведениям, содержащимся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в ДТ; необходимости внесения дополнений в сведения, заявленные в ДТ.

В данном случае ООО «ФРОНТЕРАИМПОРТ» направлены в таможню следующие документы в электронном виде: ответ на запрос документов и (или) сведений, инвойс № FI-QH-1201 от 14.01.2019, перевод экспортной декларации КНР, оборотно-сальдовая ведомость по счету 41 за 23 апреля 2019 года, предполагаемый расчет реализации товаров, прайс-лист № Б/Н ОТ 03.07.2019 продавца «QINGDAO HONGHAI BOAT CO.,LTD».

Оценив указанные документы в совокупности с ранее представленными, таможня скорректировала таможенную стоимость товаров, задекларированных в ДТ № 10115070/270319/0020561, в связи с тем, что представленные документы должным образом не подтверждают таможенную стоимость товара.

При этом, как обоснованно учтено судом при принятии обжалуемого решения, ответчик правомерно исходил из того, что таможенном декларировании ООО «ФРОНТЕРАИМПОРТ» представлен перевод экспортной декларации страны отправления товаров, однако полномочия лица, осуществившего перевод экспортной декларации, документально не подтверждены. 

Оригинал экспортной декларации страны отправления товаров Китайской Народной Республики и надлежащим образом заверенная копия экспортной декларации в таможенный орган не представлены. 

Пояснения относительно причин непредставления в таможенный орган указанных документов обществом не направлялись.

В таможенный орган предоставлен прайс-лист от 03.07.2019 выставленный «HANGZHOU HIDEA POWER MACHINERY CO.,LTD» (на иностранном языке, без перевода), адресованный «Frontera Import» Co., LLC, следовательно носит направленный характер. Прайс-лист, адресованный неограниченному кругу лиц в таможенный орган не представлен.

Прайс-лист выставлен «HANGZHOU HIDEA POWER MACHINERY CO., LTD» с указанием продавца «ТНЕ SELLER» - «QINGDAO HONGHAI BOAT CO., LTD». Производителем товаров в ДТ № 10115070/270319/0020561 заявлен «STORMLINE INFLATABLE SEOUL CO., LTD» (Корея).

При этом обществом не даны таможне пояснения о взаимоотношениях между «HANGZHOU HIDEA POWER MACHINERY CO.,LTD» и «QINGDAO HONGHAI BOAT CO., LTD».

Таким образом, как верно указано судом, прайс-лист не отвечает условиям системы оценки ввозимых товаров для таможенных целей, основанной на статье VII ГАТТ 1994, а именно: цена, по которой товар предлагается для продажи, установлена не в рамках обычного хода торговли в условиях полной конкуренции.

Прайс-лист производителя товаров «STORMLINE INFLATABLE SEOUL CO., LTD» (Корея), пояснения о причинах не предоставления прайс-листа производителя и документы, свидетельствующие о том, что декларантом были предприняты меры по получению прайс-листа производителя товаров «STORMLINE INFLATABLE SEOUL CO., LTD» (Корея) обществом не представлены.

В соответствии с пунктом 3.1 контракта от 20.11.2018 № FI-QH-12 расчеты за поставляемый товар между продавцом и покупателем осуществляются: авансовыми платежами (предоплатой) или в течение 180 дней после отгрузки судна, по факту реализации товара на территории РФ, но не позднее даты завершения обязательств по контракту. Согласно пункту 3.2 контракта в случае возврата авансового платежа, комиссия взимается с покупателя.

Пунктом 3.3 контракта предусмотрено, что поставка товара должна осуществляться в течение 180 календарных дней с даты оплаты и до окончания действия данного соглашения. Оплата за товар может производиться единовременным платежом или частями посредством банковского перевода на расчетный счет продавца. Продавец сохраняет за собой право изменять получателя платежа и банковские реквизиты заблаговременно оповещая покупателя дополнительным сообщением. Денежные средства, перечисленные авансовым платежом, засчитываются в счет последующих поставок (пункта 3.4 контракта).

Однако информация о согласованном (выбранном) способе оплаты за данную партию товаров между продавцом и покупателем товаров в таможенном органе отсутствует.

Таким образом, является правильным вывод суда о том, что у таможенного органа отсутствовала возможность убедиться в достоверности сведений об оплате задекларированного товара.

Помимо прочего, декларантом не предоставлены: транспортные документы с отметками таможни; калькуляция затрат перевозчика по доставке товаров от места погрузки до границы Евразийского экономического союза до места доставки рассматриваемой партии (с указанием километража и всех основных и дополнительных затрат), письменные пояснения продавца и производителя товаров, является ли представленный им прайс-лист (коммерческое предложение) публичной офертой, расчет контрактной стоимости, калькуляция себестоимости товара, договоры на поставку оцениваемых, идентичных, однородных товаров для их продажи на таможенной территории Евразийского экономического союза, документы и сведения, в том числе полученные декларантом от иных лиц, включая лиц, имеющих отношение к производству, перемещению и реализации ввозимых (ввезенных) товаров и другие.

В рассматриваемом случае материалами дела подтверждается, что в связи с необходимостью определения таможенной стоимости таможенным органом проведен анализ возможности применения методов 2-5, указанных в статьях 41 - 45 ТК ЕАЭС. При этом невозможность применения каждого из указанных в этих статьях методов последовательно мотивирована в тексте оспариваемого решения таможни.

Кроме того, заявленная в рассматриваемой ДТ таможенная стоимость товара значительно отличается в меньшую сторону от индекса таможенной стоимости товаров того же класса и вида, задекларированных в регионе деятельности ФТС России. При этом цена товаров, ввозимых                                 ООО «ФРОНТЕРАИМПОРТ» не сопоставима с ценами идентичных товаров на внутреннем рынке РФ.

Так, например, ООО «ФРОНТЕРАИМПОРТ» по ДТ                                               № 10115070/270319/0020561 задекларировало товар - лодки ADVENTURE STAND ART 340, по данным инвойса стоимость составляет 53,4 долл. США за штуку, стоимость лодки на внутреннем рынке Российской Федерации составляет от 44 900 рублей до 52 200 рублей за штуку. Таким образом, заявленная таможенная стоимость данных товаров отличается от стоимости цены реализации в 13 раз.

Аналогичная ситуация выявлена таможней при анализе реализации других серий товаров, задекларированных в ДТ № 10115070/270319/0020561.

Кроме того, заявителем были представлены не оригиналы, а электронные копии документов.

Как верно указано судом, требование таможенного органа о предоставлении заявителем оригиналов или заверенных копий документов является обоснованным, поскольку частью 5 статьи 340 ТК ЕАЭС установлено, что запрошенные таможенными органами документы представляются в виде оригиналов или их копий, в том числе бумажных копий электронных документов, если международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования не установлено обязательное представление оригиналов документов. Представленные копии документов должны быть заверены лицом, их представившим. Таможенные органы вправе проверять соответствие представленных копий документов их оригиналам. Поскольку частью 5                 статьи 340 ТК ЕАЭС предусмотрено право таможенного органа требовать оригиналы или заверенные копии документов, необходимых для осуществления контрольных мероприятий, декларант был обязан данное требование исполнить.

В решении от 04.07.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10115070/270319/0020561 таможенный орган правомерно указал, что таможенная стоимость товара может быть вновь определена с использованием резервного метода и, исходя из товарных позиций ввезенных товаров, привел реквизиты соответствующего источника ценовой информации, таможенная стоимость товаров по которому была определена по первому методу определения таможенной стоимости.

При этом проверка соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источника, выбранного таможней для корректировки таможенной стоимости товара по спорной ДТ, показала, что метод определения таможенной стоимости выбран таможней последовательно, а выбранные источники ценовой информации сопоставимы по коммерческим, качественным и техническим характеристикам со сведениями о товарах, заявленных в спорной декларации.

Из материалов дела следует, что таможенным органом с использованием СУР выявлены признаки, указывающих на то, что заявленные обществом при декларировании товаров сведения могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены.

При анализе и сравнении заявленной обществом таможенной стоимости с информацией, содержащейся в базе таможенного органа по однородным товарам и условиям поставок в ДТ № 10702070/130319/0043240 (том 2,                    листы 35-39), которые по своим индивидуальным характеристикам полностью идентичны товару, ввезенному обществом по спорной ДТ, таможня в рамках СУР установила ценовые расхождения.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции сделал верный вывод о том, что непредставление всех запрашиваемых документов не позволило таможенному органу проверить достоверность сведений, заявленных декларантом в ДТ и оценить структуру заявленной таможенной стоимости. При анализе и сравнении заявленной обществом таможенной стоимости с информацией, содержащейся в базе таможенного органа по однородным товарам и условиям поставок, таможня установила ценовые расхождения.

Анализ установленных по делу обстоятельств и всех поступивших в распоряжение таможенного органа документов в совокупности не устранили сомнения таможенного органа о достоверности заявленных декларантом сведений.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 23.12.2015                 № 303-КГ15-10774 разъяснил, что действия лица, ввозящего товар на таможенную территорию государства, соответствовали бы принципам разумности и осмотрительности, предъявляемым к поведению участников гражданского оборота, если бы такие субъекты при ввозе товаров по цене, значительно отличающейся от цен сделок с однородными товарами, заранее собирали доказательства, подтверждающие более низкую цену сделки.

В данном случае по результатам применения форм таможенного контроля сомнения таможенного органа в достоверности и документальной подтвержденности сведений, заявленных обществом в ДТ, устранены не были.

Декларант не воспользовался правом доказать правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность предоставленных им документов.

При этих обстоятельствах в их совокупности таможенный орган пришел к обоснованному заключению о том, что первый метод определения таможенной стоимости товаров не применим, заявленную обществом таможенную стоимость нельзя признать основанной на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Исходя из последовательного применения методов определения таможенной стоимости ввозимых товаров, таможенный орган правомерно определил таможенную стоимость ввезенного товара на основе стоимости сделки с однородными товарами.

Обществом также заявлен довод о том, что обстоятельства, изложенные на листе 13 обжалуемого решения суда, устанавливаются в отношении иного субъекта права и не имеют отношения к заявителю. 

Действительно, на листе 13 судом допущена техническая ошибка: вместо заявителя (ООО «ФРОНТЕРАИМПОРТ») указано иное лицо                                (ООО «Талисман»). 

Вместе с тем судом указаны верные реквизиты оспариваемого решения и номер спорной ДТ, следовательно техническая ошибка в наименовании заявителя, на которую ссылается апеллянт, не влияет на законность и обоснованность принятого судом решения.

Суд апелляционной инстанции констатирует, что доводы апелляционной жалобы, аналогичные по смыслу и содержанию аргументам, приведенным обществом  суду первой инстанции, были предметом исследования Арбитражного суда Тверской области и получили надлежащую правовую оценку, с которой апелляционная коллегия согласна. 

Апелляционная жалоба не содержит фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с этим  изложенные в жалобе аргументы признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Поскольку материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Тверской области от 14 февраля 2020 года по делу № А66-17862/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ФРОНТЕРАИМПОРТ» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий                                     А.Ю. Докшина

Судьи                   Е.А. Алимова

                   Е.Н. Болдырева