Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Москва

Дело № А40-3302/20

130-23 

22 июня 2020 г.

Резолютивная часть решения объявлена 16 июня 2020 года

Полный текст решения изготовлен 22 июня 2020  года

Арбитражный суд в составе судьи Кукиной С.М., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению (заявлению) ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ЦЕНТРГРАДПРОЕКТ" (440026, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 05.03.2012, ИНН: 

<

***>)  к УПРАВЛЕНИЮ ФЕДЕРАЛЬНОЙ АНТИМОНОПОЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ПО Г. МОСКВЕ (107078 МОСКВА ГОРОД ПРОЕЗД МЯСНИЦКИЙ ДОМ 4СТРОЕНИЕ 1 , ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 09.09.2003, ИНН: 

<

***>) о признании незаконным решения №077/10/19-16564/2019,

третье лицо - ГКУ «ДКР».

при участии представителей 

от  истца (заявителя) - ФИО2 (дов. № 362 от 09.01.2020 г., паспорт)

от ответчика (заинтересованного лица) – ФИО3 (дов. № 03-26 от 22.05.2020 г., удост., диплом)

от третьего лица – ФИО4 (дов. № 10-02-292/9 от 04.12.2019 г., паспорт, диплом)

УСТАНОВИЛ:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ЦЕНТРГРАДПРОЕКТ" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Московскому УФАС о признании незаконным решения №077/10/19-16564/2019.

Заявитель настаивал на удовлетворении заявленных требований.

Ответчик против удовлетворения заявленных требований возражал.

Третье лицо поддержало позицию ответчика.

Рассмотрев материалы дела, исследовав представленные доказательства, выслушав доводы представителей заявителя и ответчика, арбитражный суд установил, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.198 АПК РФ, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, процессуальный закон устанавливает наличие одновременно двух обстоятельств, а именно, не соответствие оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и нарушение оспариваемым актом прав и законных интересов организаций в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц.

  Согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 20.02.2006 № 94 «О федеральном органе исполнительной власти, уполномоченном на осуществление контроля в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для федеральных государственных нужд» антимонопольная служба является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим контроль в сфере размещения заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд.

Таким образом, оспариваемое решение Московского УФАС России вынесено в пределах предоставленных полномочий.

 Как следует из материалов дела, по результатам проведенного  ГКУ г. Москвы «Дирекция капитального ремонта» (далее – Заказчик, Учреждение) электронного аукциона (реестровый номер закупки 0373200124518000224) между Заказчиком и обществом заключен государственный контракт № 32-ГКУДКР/18 от 26.11.2018 (далее — Контракт), предметом которого являлось выполнение со стороны заявителя в пользу Заказчика работ по разработке проектно-сметной документации для размещения объекта спортивного назначения с искусственным ледовым покрытием по адресу: 

<

...>.

В силу п. 3.1 упомянутого Контракта сроки выполнения работ по нему установлены в соответствии с Техническим заданием, являющимся неотъемлемой частью этого Контракта. При этом исполнитель вправе досрочно выполнить работы по согласованию с Заказчиком (п. 3.2 Контракта).

 В свою очередь, в соответствии с календарным планом выполнения работ по Контракту их выполнение предполагалось поэтапным, и 1-й этап подлежал выполнению в течение 45 (сорока пяти) календарных дней с даты заключения Контракта. Данный этап состоял из работ по разработке проектно-сметной документации для размещения объекта спортивного назначения с искусственным ледовым покрытием.

Вместе с тем, Заказчиком 01.04.2019 составлено решение (исх. № 10-08-90/9) об одностороннем отказе от исполнения Контракта, мотивированное ненадлежащим исполнением заявителем своих обязательств по нему, что выразилось в полном неисполнении названным обществом своих обязательств по 1-му этапу этого Контракта.

Впоследствии все полученные в ходе исполнения Контракта документы и сведения были направлены Учреждением в Московское УФАС России для решения вопроса о необходимости включения сведений об обществе «ЦентрГрадПроект» в реестр недобросовестных поставщиков.

Оспариваемым решением антимонопольный орган включил сведения о названном обществе в указанный реестр, поскольку счел факт ненадлежащего исполнения заявителем своих обязательств по Контракту подтвержденным, а процедуру принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от его исполнения — соблюденной.

Не согласившись с выводами антимонопольного органа о ненадлежащем исполнении обществом «ЦентрГрадПроект» своих обязательств по Контракту, полагая свои действия в ходе исполнения этого Контракта добросовестными, невозможность его должного исполнения — следствием бездействия заказчика по исполнению им взятых на себя встречных обязательств по Контракту по предоставлению исполнителю исходных данных для исполнения своих обязательств, а выводы антимонопольного органа о допущенной обществом недобросовестности — ошибочными и противоречащими фактическим обстоятельствам дела, заявитель обратился в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании оспариваемого ненормативного правового акта недействительным.

В обоснование заявленного требования общество «ЦентрГрадПроект» указывает на незаконность оспариваемого решения как вынесенного без учета всех конкретных фактических обстоятельств дела. Ссылается на объективную невозможность исполнения со своей стороны принятых на себя обязательств ввиду непредставления ему Заказчиком исходных данных, необходимых для разработки проектно-сметной документации. Указывает на факт принятия им со своей стороны решения об одностороннем отказе от исполнения Контракта по указанному основанию, ввиду чего настаивает на нелегитимности принятого Заказчиком решения об отказе от исполнения Контракта. Ссылается на допущенные Заказчиком процессуальные нарушения порядка расторжения Контракта, поскольку обществом не было извещено Учреждением о факте принятия им такого решения. Также, настаивает на собственной возможности исполнить все принятые на себя обязательства по Контракту, поскольку к моменту его расторжения истек только срок выполнения работ по 1-му этапу Контракта. Полагает примененную к нему публично-правовой ответственности несоразмерной допущенному им нарушению условий Договора, в обоснование чего приводит ссылки на правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенные в постановлениях от 30.07.2001 и от 21.11.2002 №№ 13-П и 15-П. В этой связи полагает оспариваемое решение антимонопольного органа незаконным и, как следствие, настаивает на признании его таковым в судебном порядке.

Названные доводы подлежат отклонению как не соответствующие действительности и основанные на неправильном толковании норм материального права.

 Как усматривается из материалов дела и достоверно установлено антимонопольным органом, между Заказчиком и заявителем заключен Контракт, предметом которого являлось выполнение со стороны заявителя в пользу Заказчика работ по разработке проектно-сметной документации для размещения объекта спортивного назначения с искусственным ледовым покрытием по адресу: 

<

...>, в соответствии с Техническим заданием (приложение № 1 к Контракту), являющимся неотъемлемой частью Контракта.

Согласно ч. 8 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе в сфере закупок) расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с ч. 9 названной статьи закона заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (далее — ГК РФ) для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

В настоящем случае, как усматривается из материалов дела и было упомянуто ранее, предметом контракта являлось выполнение работ по нему с передачей их результата заказчику.

В свою очередь, основания для одностороннего расторжения договора подряда предусмотрены ч. 2 ст. 715 ГК РФ, в силу которой в случае, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Согласно ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе в сфере закупок в реестр недобросовестных поставщиков включается информация об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

В свою очередь, в силу абз. 4 п. 2 ст. 450 ГК РФ существенным признается  нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Таким образом, из совокупного толкования ч.ч. 8, 9 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок, ст.ст. 450, 715 ГК РФ следует, что основанием для одностороннего расторжения государственного контракта на выполнение работ является существенное нарушение одной из сторон своих обязательств по этому контракту в случае, если возможность такого расторжения была предусмотрена государственным контрактом.

Вместе с тем, п. 8.1.1 Контракта предусмотрена возможность его досрочного расторжения в одностороннем порядке со стороны заказчика по следующим основаниям: выполнение работ ненадлежащего качества, если недостатки не могут быть устранены в приемлемый для заказчика срок (п. 8.1.1.1 Контракта); неоднократное (от двух и более раз) нарушение сроков и объемов выполнения работ, предусмотренных Контрактом, включая график выполнения работ (календарный план) (п. 8.1.1.2 Контракта); генпроектировщик не приступает к исполнению Контракта в срок, установленный им, или нарушает график выполнения работ, предусмотренный Контрактом, или выполняет работы так, что окончание их выполнения к сроку, предусмотренному Контрактом, становится явно невозможно, либо в ходе выполнения работ стало очевидно, что они не будут выполнены надлежащим образом в установленный Контрактом срок (п. 8.1.1.3 Контракта); если отступления в выполнении работ от условий Контракта или иные недостатки результата выполненных работ в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми (п. 8.1.1.4 Контракта); в случае, если по результатам экспертизы выполненных работ с привлечением экспертов, экспертных организаций, в заключении эксперта, экспертной организации будут подтверждены нарушения условий Контракта          (п. 8.1.1.5 Контракта); если в ходе исполнения Контракта установлено, что подрядчик не соответствует установленным документацией о закупке требованиям к участникам данной закупки, или предоставил недостоверную информацию о своем соответствии таким требованиям, что позволило ему стать победителем по результатам проведения данной закупки (п. 8.1.1.6 Контракта); в случае, если подрядчик отказывается от согласования новых условий Контракта при изменении цены и объема подлежащих выполнению работ (п. 8.1.1.7 Контракта).

Учитывая то обстоятельство, что предметом контракта в настоящем случае 

являлось выполнение работ, то в контексте правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 08.02.2011 № 13970/10, а также в определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 03.11.2011 № ВАС-14427/11, условия о предмете, цене контракта, периоде выполнения работ по договору, а также содержании и объеме работ по договору относятся к существенным условиям договора подряда.

Непосредственные объем и периодичность оказания услуг определены приложением № 1 к Договору — Техническим заданием и календарным планом, в соответствии с которым 1-й этап выполнения работ по Контракту должен был быть окончен не позднее 45 (сорока пяти) календарных дней с даты заключения Контракта (в настоящем случае – не позднее 11.01.2019).

Письмом от 26.11.2018 (исх. № 1232-и/18) заявитель запросил у Заказчика документы и информацию, необходимые ему для исполнения принятых на себя обязательств по Контракту, а именно: правоустанавливающие документы на земельный участок; градостроительный план земельного участка; топографическую съемку основной зоны проектирования; технические условия на технологическое подключение в ПАО «МОЭСК» и АО «ОЭК»; справку о расстоянии отвоза/привоза строительного мусора и грунта; справку ГУ МЧС России о времени прибытия пожарного подразделения; исходные данные и требования для разработки инженерно-технических мероприятий гражданской обороны и мероприятий по предупреждению чрезвычайных ситуаций; схему кольцевых и тупиковых сетей водопровода с указанием мест размещения пожарных гидрантов, местоположение водоёмов, оборудованных пирсами, либо другие сооружения, обеспечивающие противопожарную безопасность территории; протокол лабораторных исследований питьевой воды.

 В свою очередь, письмом от 03.12.2018 (исх. № 10-04-3608/8) Заказчиком в адрес Заявителя были направлены правоустанавливающие документы на земельный участок, топографическая съемка основной зоны проектирования, исходные данные и требования для разработки инженерно-технических мероприятий гражданской обороны и мероприятий по предупреждению чрезвычайных ситуаций. В отношении технических условий на технологическое подключение в ПАО «МОЭСК» и               АО «ОЭК» Учреждением у Заявителя были запрошены расчетные нагрузки для заказа испрашиваемых технических условий, а в отношении остальной информации Заказчиком обществу были даны разъяснения о том, что такая информация не входит в перечень исходной документации и, соответственно, не подлежит представлению Заказчиком.

 Письмом от 10.12.2018 (исх. № 1359-и/18) заявитель запросил у Заказчика дополнительную топографическую съемку объекта, в ответ на которое Учреждение письмом от 18.12.2018 (исх. № 10-04-3787/18) сообщило о направлении заявки на проведение такой съемки в Комитет по архитектуре и градостроительству города Москвы.

 Позднее, 20.12.2018 письмом (исх. № 1444-и/18) заявитель направил в адрес Заказчика расчет электрических нагрузок, необходимый для оформления технических условий в ПАО «МОЭСК» и АО «ОЭК», а письмом от 26.12.2018 (исх. № 1487-и/18) общество направило в адрес Заказчика расчет нагрузок дождевого стока для получения технических условий на подключение к городским сетям ГУП «Мосводосток». Кроме того, письмом от 29.12.2018 (исх. № 0712/18) заявитель направил в адрес Заказчика откорректированный расчет электрических нагрузок, одновременно попросив считать недействительным ранее представленный расчет. Впоследствии, письмом от 10.01.2019 (исх. № 008-и/19) заявитель сообщил Заказчику о выполнении со своей стороны 1-го этапа работ по Контракту, однако Учреждением данные работы приняты не были, в результате чего последним письмом от 04.02.2019 (исх. № 10-06-26/9) в адрес общества были направлены замечания к проектно-сметной документации. При этом, письмами от 17.01.2019 (исх. № МКА-02-48357/8-1) и от 01.02.2019 (исх. № 01-11-1051) Москомархитектура и ГУП «Мосводосток» направили в адрес Учреждения откорректированный ситуационный план и технические условия по объекту соответственно.

 Письмом от 07.02.2019 (исх. № 165-и/19) заявитель направил в адрес Заказчика Схему размещения видеокамер на его объекте, а письмом от 12.02.2019 (исх. № 192-и/19) – откорректированную проектную документацию. В то же время, представленная обществом документация вновь не была принята Заказчиком, о чем последним составлено письмо от 15.02.2019 (исх. № 10-04-409/9) с перечнем замечаний к представленной заявителем документации. Кроме того, 08.02.2019 Заказчиком был составлен акт простоя № 1475, а 13.02.2019 составлена и направлена в адрес общества претензия по вопросу ненадлежащего исполнения последним принятых на себя обязательств по Контракту.

 В свою очередь, письмом от 15.02.2019 (исх. № 0051/19) заявитель ссылался на отсутствие со стороны Заказчика подписанного акта приемки выполненных работ либо мотивированного отказа в их приемке, ввиду чего полагал отсутствующим у Учреждения права предъявлять ему какие-либо претензии по качеству выполненных работ. Кроме того, письмом от 19.02.2019 (исх. № 220-и/19) общество заявило о приостановлении выполнения работ по Контракту, ссылаясь на отсутствие со стороны Заказчика как условий на электроснабжение, так и топографической съемки основной зоны проектирования, а письмом от той же даты (исх. № 225-и/2019) сослалось на нарушение Заказчиком порядка направления в адрес общества корреспонденции (электронный способ вместо обычной почты), отсутствие официальных реквизитов и нечитаемый формат направленных Учреждением замечаний к проектно-сметной документации.

 В свою очередь, письмом от 21.02.2019 (исх. № 10-04-453/9) Учреждение направило в адрес заявителя полученные технические условия от ПАО «МОЭСК»; кроме того, письмом от 22.02.2019 (исх. № 10-04-409/9) Заказчик возвратил заявителю ранее представленные им накладную, акт сдачи-приемки выполненных работ, счет на оплату и проектно-сметную документацию в электронном виде по причине отказа в принятии проектно-сметной документации, а также письмом от той же даты (исх. № 10-04-429/9) выражал несогласие с доводами общества относительно несвоевременного рассмотрения представленных им документов, настаивая на четком и добросовестном исполнении со своей стороны принятых на себя обязательств.

 В то же время, письмом от 22.02.2019 (исх. № 249-и/19) Заявитель просил Заказчика направить заявку в ГУП «Мосводосток» для корректировки предварительных технических условий в установленном законом порядке.

 Письмом от 21.03.2019 (исх. № 10-08-84/9) Заказчик направил в адрес заявителя мотивированный отказ в приемке выполненных работ, в очередной раз сославшись на их ненадлежащий характер и несоответствие условиям Контракта, а письмом от 26.03.2019 (исх. № 10-07-100/9) просил заявителя обеспечить явку своего представителя для приемки выполненных работ 27.03.2019.

 В то же время, вместо надлежащего исполнения принятых на себя обязательств и устранения выявленных Заказчиком замечаний заявителем было принято решение от 29.03.2019 (исх. № 0077/19) об отказе от исполнения Контракта, мотивированное непредоставлением ему Заказчиком надлежащих технических условий со стороны ПАО «МОЭСК», АО «ОЭК» и    ГУП «Мосводосток».

 Указанные обстоятельства послужили основанием для принятия Заказчиком решения (исх. № 10-08-90/9) об одностороннем отказе от исполнения Контракта, мотивированного неисполнением обществом работ по 1-му этапу этого Контракта.

Согласно ч. 12 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта не позднее чем в течение трех рабочих дней с даты принятия указанного решения, размещается в единой информационной системе и направляется поставщику (подрядчику, исполнителю) по почте заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу поставщика (подрядчика, исполнителя), указанному в контракте, а также телеграммой, либо посредством факсимильной связи, либо по адресу электронной почты, либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование такого уведомления и получение заказчиком подтверждения о его вручении поставщику (подрядчику, исполнителю). Выполнение заказчиком требований настоящей части считается надлежащим уведомлением поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Материалами дела подтверждается, что решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения Контракта 01.04.2019 размещено в единой информационной системе, а также направлено в адрес заявителя посредством электронной и телеграфной связи. При этом, как усматривается из материалов дела, упомянутое решение было направлено Заказчиком на официальную электронную почту общества info@cgproekt.ru, указанную в ст. 15 Контракта. В то же время, как следует из материалов дела, указанное письмо было прочитано получателем, о чем автоматизированной электронной системой создан соответствующий отчет, что, в свою очередь, опровергает доводы заявителя об отсутствии у него сведений о расторжении Учреждением заключенного с ним Контракта.

Таким образом, как правильно установлено антимонопольным органом и подтверждается материалами дела, требования приведенной нормы права о необходимости надлежащего извещения контрагента об одностороннем отказе от исполнения контракта Учреждением соблюдены.

Кроме того, в силу названной нормы права датой такого надлежащего уведомления признается дата получения заказчиком подтверждения о вручении поставщику (подрядчику, исполнителю) указанного уведомления либо дата получения заказчиком информации об отсутствии поставщика (подрядчика, исполнителя) по его адресу, указанному в контракте.

Учитывая факт прочтения заявителем письма о расторжении с ним Контракта 01.04.2019, в настоящем случае датой уведомления общества о его расторжении надлежит считать именно 01.04.2019.

В силу ч. 13 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта.

В настоящем случае, как следует из материалов дела, в контексте приведенной нормы права, решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступило в силу 12.04.2019.

При этом, в соответствии с ч. 14 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления поставщика (подрядчика, исполнителя) о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранено нарушение условий контракта, послужившее основанием для принятия указанного решения, а также заказчику компенсированы затраты на проведение экспертизы в соответствии с ч. 10 названной статьи закона. Данное правило не применяется в случае повторного нарушения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) условий контракта, которые в соответствии с гражданским законодательством являются основанием для одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта.

 Как следует из материалов дела, заявителем в ответ на решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения Контракта направлено письмо от 05.04.2019 (исх. № 471-и/19) с указанием на факт заключения со своей стороны договора с ПАО «МОЭСК» на согласование результата выполненных работ, а также на отказ АО «ОЭК» от заключения подобного договора по причине отсутствия запроса на предоставление соответствующих технических условий со стороны Заказчика. В этой связи упомянутым письмом общество просило Учреждение предоставить ему технические условия от АО «ОЭК», поскольку в их отсутствие заявитель был лишен возможности исполнения принятых на себя обязательств по Контракту.

 В то же самое время, Заказчиком письмами от 10.04.2019 (исх. №№ 10-04-807/9 и 10-04-834/9) возвратил заявителю представленную им проектно-сметную документацию со ссылками на ее несоответствие условиям Контракта и с приложением ряда замечаний. Таким образом, надлежащая проектная документация Заказчику к моменту вступления в силу принятого им решения об отказе от исполнения Контракта так и не была предоставлена обществом.

 Оценивая действия заявителя в указанной части, следует признать, что эти действия не были направлены на действительное урегулирование возникших с заказчиком разногласий в части порядка и способов исполнения обществом  своих обязательств по Контракту, а преследовали своей целью лишь попытку избежать публично-правовой ответственности за допущенное нарушение условий Контракта с приданием своим действиям видимости законности путем ссылок на оказываемое Учреждением препятствование исполнению заявителем своих обязательств по Контракту путем отказа от представления необходимых обществу технических условий.

Таким образом, административный орган пришел к обоснованному выводу о том, что заявителем не устранены выявленные Заказчиком нарушения исполнения Контракта, в связи с чем у Заказчика в настоящем случае отсутствовали правовые основания для отмены собственного решения об одностороннем отказе от исполнения Контракта, поскольку его условия заявителем выполнены не были.

 В то же самое время, в силу ч. 16 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок информация о поставщике (подрядчике, исполнителе), с которым контракт был расторгнут в связи с односторонним отказом заказчика от исполнения контракта, включается в установленном названным законом порядке в реестр недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

При этом, согласно ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе закупок в реестр недобросовестных поставщиков включается информация об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

 На основании изложенного, учитывая факт ненадлежащего исполнения заявителем своих обязательств по Контракту, существенность допущенных им нарушений, поскольку обществом не соблюдены требования к срокам выполнения работ, их объему и содержанию, что, в свою очередь, привело к лишению Заказчика тех работ, на оказание которых он рассчитывал при заключении Контракта, а также принимая во внимание то обстоятельство, что заявителем не были устранены выявленные Учреждением нарушения положений Контракта, а решение заказчика об одностороннем отказе от его исполнения не оспаривалось заявителем и вступило в силу, у антимонопольного органа отсутствовали правовые основания для отказа Учреждению во включении сведений об обществе «ЦентрГрадПроект» в реестр недобросовестных поставщиков.

Следует также отметить, что неисполнение договорных обязательств по контракту свидетельствует о гражданско-правовой недобросовестности, халатности и ведет к неэффективному расходованию бюджетных средств, поскольку заказчик не получает того, что он обоснованно рассчитывал получить в случае добросовестного поведения контрагента, что нарушает права заказчика как стороны в гражданско-правовом договоре, а также нарушает публично-правовой порядок.

В соответствии с ч. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная деятельность, осуществляемая лицом на свой риск. Принимая условия заказчика, участник гарантирует добросовестность своих намерений.

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства  требованиями закона, иных правовых актов.

При этом документального подтверждения фактов в опровержение выводов о ненадлежащем исполнении обществом «ЦентрГрадПроект» своих обязательств по Контракту заявителем не представлено, что свидетельствует о том, что им не доказан и факт отсутствия в его действиях вины по смыслу ст. 401 ГК РФ.

 Ссылаясь на незаконность оспариваемого ненормативного правового акта, заявитель указывает на факт принятия им собственного решения об одностороннем отказе от исполнения Контракта, ввиду чего настаивает на заведомой незаконности действий Учреждения по расторжению уже расторгнутого Контракта.

 Вместе с тем, заявителем не учтено следующее.

 Согласно ч. 19 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок поставщик (подрядчик, исполнитель) вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным ГК РФ для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, если в контракте было предусмотрено право заказчика принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта. При этом, поставщик (подрядчик, исполнитель) обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления заказчика о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранены нарушения условий контракта, послужившие основанием для принятия указанного решения (ч. 22 названной статьи закона).

 Таким образом, действующим законодательством Российской Федерации о контрактной системе закупок предоставлено право поставщику в одностороннем порядке отказаться от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным ГК РФ для одностороннего расторжения контракта. В свою очередь, заказчику предоставлена возможность устранить выявленные поставщиком нарушения, в результате чего принятое последним решение об одностороннем отказе от исполнения контракта подлежит отмене.

 В то же время, согласно ч. 1 ст. 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении, в том числе, непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи.

 В свою очередь, правовые основания для отказа подрядчика от исполнения договора предусмотрены ст. 719 ГК РФ, согласно ч. 1 которой подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок.

 Таким образом, из приведенных нормоположений гражданского законодательства следует, что основанием для приостановления выполнения работ по Договору и последующего отказа от их выполнения могут являться только такие недоработки и ошибки заказчика либо иные обстоятельства, которые обнаружены лишь в ходе исполнения Контракта и которые объективно препятствуют исполнителю в выполнении работ по Контракту.

 Вместе с тем, к числу таких оснований заявитель в настоящем случае предлагает отнести отсутствие у него технических условий ПАО «МОЭСК», АО «ОЭК» и ГУП «Мосводосток».

 При этом, положения ст. 716 ГК РФ предполагают необходимость возобновления оказания услуг по договору после получения от заказчика указаний о дальнейшем способе их выполнения.

 В то же самое время, как следует из материалов дела, Учреждением еще 20.03.2019 письмом за исх. № 10-04-626/9 заявителю было сообщено о необходимости самостоятельного решения рабочих вопросов с согласующими организациями, в том числе с ПАО «МОЭСК». Отсутствие же у заявителя технических условий ГУП «Мосводосток» было обусловлено фактом направления им письма от 22.02.2019 (исх. № 249-и/19) в адрес Заказчика о необходимости корректировки предварительных технических условий, а потому скорректированные технические условия к моменту расторжения заявителем Контракта еще не были получены Заказчиком, и обществу было об этом доподлинно известно. Доказательств же объективной необходимости обращения за получением технических условий в АО «ОЭК» заявителем не представлено (учитывая письмо Учреждения от 20.02.2019 (исх. № 10-04-386/9) о согласовании проектно-сметной документации с АО «ОЭК» при необходимости).

 Таким образом, несмотря на получение от Заказчика прямого указания о способе выполнения работ обществом их выполнение начато не было ввиду его собственного несогласия с таким способом. Оценивая действия заявителя в указанной части, следует признать, что эти действия были совершены уже за пределами предусмотренных ст. 716 ГК РФ границ и представляли собой не исполнение своей обязанности по приостановлению работ ввиду невозможности их выполнения по вине заказчика, а злоупотребление правом на получение от последнего указаний о способе выполнения таких работ с попыткой придать своим действиям видимость законности, поскольку исполнить свои обязательства по этому Контракту заявитель очевидно был не в состоянии.

 Вместе с тем, упомянутые действия заявителя не соответствовали положениям ст. 309 ГК РФ, в силу которой обязательства должны исполняться должным образом и в полном объеме. В этой связи самостоятельное определение обществом способа и объемов подлежащих выполнению работ является недопустимым, поскольку разрешение указанных вопросов находится в исключительной компетенции заказчика как лица с наибольшим объемом публично-правовых обязанностей, а обязанность участника закупки заключается в исполнении взятых на себя обязательств по Контракту в полном объеме.

 Не соответствовали указанные действия заявителя и основополагающим принципам гражданского законодательства Российской Федерации, а именно добросовестной реализации и защите гражданских прав (ч. 3 ст. 1 ГК РФ), недопустимости извлечения преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (ч. 4 ст. 1 ГК РФ), недопустимости злоупотребления правом (ч. 1 ст. 10 ГК РФ).

 Кроме того, следует также отметить, что обязанности Учреждения в рамках Контракта определены положениями п. 5.2 указанного Контракта.

 Вместе с тем, как следует из материалов дела, нарушения каких-либо пунктов Контракта, определяющих обязанности Заказчика, которые в контексте        ст. 719 ГК РФ могли бы явиться основанием к его расторжению со стороны заявителя, Учреждением допущено не было.

 Желание же общества понудить Заказчика к совершению еще каких-либо действий, не предусмотренных Контрактом, основанием к их совершению не является, а бездействие Заказчика в указанной части невозможно признать основанием для его расторжения в соответствии с требованиями гражданского законодательства Российской Федерации.

 Таким образом, антимонопольный орган пришел к правильному выводу об отсутствии у заявителя правовых оснований для приостановления работ по Контракту и отсутствии у него объективных препятствий к исполнению своих обязательств по этому Контракту.

 Приведенные заявителем ссылки на отсутствие в его действиях вины в неисполнении своих обязательств в установленный Контрактом срок подлежат отклонению как не соответствующие действительности, поскольку факт несвоевременного представления ему Заказчиком технических условий ПАО «МОЭСК» был обусловлен самостоятельной корректировкой обществом расчета электрических нагрузок (письмо от 29.12.2018 (исх. № 0712/18), а ГУП «Мосводосток» — необходимостью корректировки предварительных технических условий (письмо от 22.02.2019 (исх. № 249-и/19).

 Таким образом, как следует из материалов дела, затягивание сроков исполнения Контракта было обусловлено самостоятельными действиями заявителя, но не виной Учреждения, вопреки утверждению общества об обратном.

 Доводы заявителя о наличии у него возможности исполнить свои обязательства по Контракту в полном объеме, несмотря на просрочку выполнения 1-го этапа работ по Контракту, подлежат отклонению как не имеющие правового значения, поскольку нормоположения ч. 2 ст. 715 ГК РФ позволяют заказчику отказаться от исполнения договора в случае просрочки не только начальных и конечных, но и промежуточных сроков выполнения работ, не дожидаясь полного истечения срока, отведенного подрядчику на выполнение работ по договору.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу ч. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 1).

 В настоящем случае ожидаемым и добросовестным поведением общества «ЦентрГрадПроект» явилось бы своевременное выполнение работ надлежащего качества по Контракту либо немедленное устранение выявленных Заказчиком недостатков этих работ. Вместе с тем, как следует из материалов дела, абсолютно никаких действий, направленных на своевременное и добросовестное исполнение Контракта, заявителем предпринято не было, а исполнению своих обязательств по Контракту заявитель предпочел немотивированные ссылки на невозможность надлежащего исполнения со своей стороны обязательств по Контракту ввиду неисполнения Заказчиком собственных встречных обязательств.

 Между тем, оценивая действия общества «ЦентрГрадПроект» в ходе исполнения Контракта, следует признать, что названные действия не были направлены на его исполнение, а имели своей целью лишь избежание публично-правовой ответственности за допущенные нарушения с приданием своим действиям видимости законности.

В то же самое время, при оценке соотношения степени недобросовестности участника и последствий, которые наступили вследствие ненадлежащего исполнения обществом своих обязательств в рамках государственного контракта, следует признать, что ограничение права заявителя на участие в государственных закупках сроком на два года не превышает степень негативных последствий, наступивших для заказчика, в связи с чем примененная антимонопольным органом мера является соразмерной и справедливой.

Таким образом, выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом решении, являются правильными и представленным в дело доказательствам соответствуют.

В то же время, приведенные обществом «ЦентрГрадПроект» доводы представляют собой лишь констатацию факта его несогласия со сделанными антимонопольным органом выводами, а потому, ввиду отсутствия доказательств ошибочности таких выводов, не могут являться основанием для признания оспариваемого решения недействительным в контексте ст.ст. 198, 200, 201 АПК РФ.

 Ссылки заявителя на недопустимость включения сведений о нем в реестр  недобросовестных поставщиков, обоснованные ссылками на постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 30.07.2001 № 13-П и от 21.11.2002 № 15-П, также подлежат отклонению, поскольку, как следует из постановления Арбитражного суда Московского округа от 11.03.2016 по делу № А40-76227/2015, указанные выводы Конституционного Суда Российской Федерации к спорным правоотношениям неприменимы.

 Судом проверены все доводы Заявителя, однако, они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

Согласно ч.3 ст.201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 167-170, 176, 197-201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие действующему законодательству, в удовлетвоернии требований ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ЦЕНТРГРАДПРОЕКТ" (440026, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 05.03.2012, ИНН: 

<

***>) отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия (изготовления в полном объеме) в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

С.М. Кукина