АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 54

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-7080/2018

г. Владивосток

12 июля 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена 09 июля 2018 года. Полный текст решения изготовлен 12 июля 2018 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Черняк Л.М.,    при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кантемировой Г.Ю., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению закрытого акционерного общества «Торгово-промышленная компания Техноэкспорт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации: 07.10.2002, адрес: ул. Академика Силина, д.7, г. Сергиев Посад, Сергиево-Посадский р-н, Московская обл., 141313) 

к Находкинской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата государственной регистрации: 10.12.2002, ул. Портовая, д. 17, 

<

...>) 

о признании незаконным решения от 18.01.2018 о корректировке таможенной стоимости товаров по ДТ № 10714040/121217/0040906;

о взыскании расходов на оплату услуг представителя в сумме 25 000 руб.;

при участии в заседании:

от заявителя: представитель ФИО1 по доверенности № 67 от 26.02.2018, паспорт; 

от ответчика: представитель ФИО2 по доверенности № 05-30/43 от 14.02.2018, служебное удостоверение, представитель ФИО3 по доверенности № 05-30/119 от 06.07.2018, служебное удостоверение;

установил:

закрытое акционерное общество «Торгово-промышленная компания Техноэкспорт» (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением к Находкинской таможне (далее – ответчик, таможенный орган, таможня) о признании незаконным решения от 18.01.2018 о корректировке таможенной стоимости товаров по ДТ № 10714040/121217/0040906; о взыскании расходов на оплату услуг представителя в сумме 25 000 руб.

В обоснование заявленных требований общество указало, что оно считает неправомерным отказ таможни в применении декларантом таможенной стоимости на основе цены сделки, поскольку для подтверждения заявленной таможенной стоимости, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», таможенному органу были представлены все необходимые документы в достаточном объеме, и даны соответствующие пояснения. 

Заявитель также указал, что увеличение таможенной стоимости со стороны таможни необоснованно увеличивает размер подлежащих уплате таможенных платежей, что нарушает права и законные интересы юридического лица в сфере внешнеэкономической деятельности, а также нарушает право общества на определение действительной таможенной стоимости ввезенного товара по методам, предусмотренным действующим законодательством.

Также, ввиду вынужденного обращения в суд за защитой прав и законных интересов, общество понесло судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 руб., которые заявитель просит взыскать с таможенного органа.

Таможенный орган в заседании суда и письменном отзыве требования оспорил, указал, что документы и сведения, использованные обществом при определении таможенной стоимости,  не основаны на количественно определяемой и документально подтвержденной достоверной информации, а декларант не воспользовался правом доказать правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости и достоверность представленных им документов.

Кроме того, заявил о чрезмерности судебных расходов, заявленных обществом, и просит суд снизить издержки до разумных пределов.

Из материалов дела следует, что в декабре 2017 года во исполнение внешнеэкономического контракта № 01/08-17 от 08.08.2017, заключенного между ЗАО «Торгово-промышленная компания Техноэкспорт» и иностранной компанией «Absolute Business Solution Technology Limited», на территорию Российской Федерации общество ввезло товар – гербицид граунд, ВР (360 г/л глифосата кислоты) (изопропиламинная соль), упакован в 20-литровые канистры на условиях поставки CFR Восточный.

При таможенном оформлении таможенная стоимость товаров по ДТ № 10714040/121217/0040906 определена заявителем на основании метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (первый метод), предусмотренного статьей 4 Соглашения об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу таможенного союза от 25.01.2008, и заявлена в размере 300 800 долларов США.

В целях подтверждения заявленной таможенной стоимости в таможенный орган были предоставлены документы и сведения, необходимые для таможенного оформления ввезенного товара. 

При анализе поданных в таможню документов, таможенным органом были выявлены значительные расхождения между заявленными сведениями, принято решение о проведении дополнительной проверки от 13.12.2017, были запрошены документы, декларанту было предложено предоставить обеспечение уплаты таможенных пошлин, налогов по ДТ                                   № 10714040/121217/0040906.

В установленные законом сроки декларантом был представлен ответ на дополнительную проверку, а также копии запрошенных на проверку документов.

18.01.2018 таможенным органом было принято решение о корректировке таможенной стоимости товаров, заявленной в декларации на товары № 10714040/121217/0040906.

В результате произведенной корректировки, увеличилась сумма начисленных таможенных платежей.

Не согласившись с решением о корректировке таможенной стоимости, заявитель обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ненормативного акта таможни незаконным.

Оценив доводы сторон, законность оспариваемого решения, суд находит требование заявителя подлежащим удовлетворению в силу следующего. 

Согласно пункту 1 статьи 112 Федерального закона № 311-ФЗ от 27.11.2010 «О таможенном регулировании в Российской Федерации» определение таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза при их ввозе в Российскую Федерацию, осуществляется в соответствии с международным договором государств - членов Таможенного союза, регулирующим вопросы определения таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза, с учетом особенностей его применения в случаях, установленных Таможенным кодексом Таможенного союза. 

С 01.01.2018 в ЕАЭС осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с Таможенным кодексом ЕАЭС (далее - ТК ЕАЭС) и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право ЕАЭС, а также в соответствии с положениями Договора о Евразийском экономическом союзе  (подписан в г. Астана 29.05.2014) (далее – Договор).

В силу статьи 444 ТК ЕАЭС Настоящий Кодекс применяется к отношениям, регулируемым международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и возникшим со дня его вступления в силу.

По отношениям, регулируемым международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования, возникшим до вступления настоящего Кодекса в силу, настоящий Кодекс применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут со дня его вступления в силу, с учетом положений, предусмотренных статьями 448 – 465 настоящего Кодекса (пункт 2 статьи 444 ТК ЕАЭС).

До вступления в силу ТК ЕАЭС таможенное регулирование в ЕАЭС осуществлялось в соответствии с Договором о Таможенном кодексе Таможенного союза от 27.11.2009 и иными международными договорами государств - членов, регулирующими таможенные правоотношения, заключенными в рамках формирования договорно-правовой базы Таможенного союза и Единого экономического пространства и входящими в соответствии со статьей 99 Договора в право ЕАЭС (статья 101 Договора).

В соответствии с пунктом 1 статьи 64 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее – ТК ТС), действовавшем на момент возникновения спорных правоотношений, таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию таможенного союза, определяется в соответствии с международным договором государств - членов таможенного союза, регулирующим вопросы определения таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу.

Согласно пункту 1 статьи 2 Соглашения между Правительством РФ, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу таможенного союза» (далее - Соглашение от 25.01.2008), основой определения таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами.

Пунктом 1 статьи 4 Соглашения от 25.01.2008 установлено, что таможенной стоимостью товаров, ввозимых на единую таможенную территорию таможенного союза, является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на единую таможенную территорию таможенного союза.

Ценой, фактически уплаченной или подлежащей к уплате за ввозимые товары, является сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государства соответствующей Стороны (часть 2 данной статьи).

В соответствии с пунктом 4 статьи 65 ТК ТС, пунктом 3 статьи 2 Соглашения от 25.01.2008 таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Пунктом 2 статьи 64 ТК ТС предусмотрено, что таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию таможенного союза, определяется, если товары фактически пересекли таможенную границу и такие товары впервые после пересечения таможенной границы помещаются под таможенную процедуру, за исключением таможенной процедуры таможенного транзита. Таможенная стоимость товаров определяется декларантом либо таможенным представителем, а в случаях, установленных ТК ТС - таможенным органом.

Согласно пункту 1 статьи 68 ТК ТС, решение о корректировке заявленной таможенной стоимости товаров принимается таможенным органом при осуществлении контроля таможенной стоимости как до, так и после выпуска товаров, если таможенным органом или декларантом обнаружено, что заявлены недостоверные сведения о таможенной стоимости товаров, в том числе неправильно выбран метод определения таможенной стоимости товаров и (или) определена таможенная стоимость товаров.

Перечень документов и сведений, необходимых для таможенного оформления товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом, утвержден Решением Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 № 376 «О порядке декларирования, контроля и корректировки таможенной стоимости товаров».

Как установлено судом, в целях документального подтверждения применения метода по стоимости сделки с ввозимым товаром декларант вместе со спорной декларацией представил все предусмотренные законодательством документы, при анализе которых суд не усматривает оснований согласиться с утверждением таможенного органа об отсутствии документального подтверждения сделки, поскольку доказательств несоблюдения декларантом установленного пунктом 1 статьи 68 ТК ТС условия о документальном подтверждении, количественной определенности и достоверности стоимости сделки с ввозимыми товарами, таможенный орган не представил. Материалами дела подтверждается, что заявитель представил все необходимые документы, поименованные в этом перечне, а также документы, выражающие содержание сделки и информацию по условиям ее оплаты. 

Вместе с тем, проанализировав документы, представленные обществом в подтверждение заявленной таможенной стоимости ввезенного товара, таможня пришла к выводу о том, что заявленная декларантом таможенная стоимость товаров и представленные обществом сведения, относящиеся к ее определению, в нарушение пункта 4 статьи 65 ТК ТС, пункта 3 статьи 2 Соглашения не основаны на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации, в связи с чем применение в рассматриваемом случае метода определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами не представляется возможным.

Оценивая данную позицию таможенного органа, суд приходит к следующим выводам.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 6 Постановления от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 12.05.2016 № 18), при оценке соблюдения декларантом требований пункта 4 статьи 65 Кодекса и пункта 3 статьи 2 Соглашения судам, принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Из пункта 7 названного Постановления следует, что таможенная стоимость, определяемая по стоимости сделки с ввозимыми товарами, не может считаться документально подтвержденной и количественно определяемой, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме или содержащаяся в представленных им документах информация о цене (здесь и далее также - предусмотренных статьей 5 Соглашения дополнительных начислениях к цене) не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

Из материалов дела усматривается, что на основании приложения №1 к контракту № 01/08-17 от 08.08.2017, в котором оговорены наименование, ассортимент, количество и стоимость реализуемого товара на общую сумму 4 740 400 долларов США. На часть согласованного товара на сумму 300 800 долларов США на условиях поставки CFR Восточный продавцом выставлен коммерческий инвойс № 17NRX1281118 от 29.11.2017.

При этом, указание таможни в оспариваемом решении о невозможности принять представленные декларантом приложение № 1 на сумму 4 740 400 долларов США и приложение № 2 на сумму 505 250 долларов США к контракту в качестве документов подтверждающих заявленную таможенную стоимость товара, так как в них указаны иные сведения отличные от информации, заявленной в спорной ДТ, судом отклоняется как необоснованное, поскольку из содержания коммерческих документов определяется фактическое количество ввезенного товара, его стоимость и соответствие его характеристик заявленным во внешнеторговом контракте условиям о количестве и качестве поставляемой в рамках сделки продукции.

Из представленного в материалы дела приложения (спецификации) № 1 к контракту от 08.08.2017 № 01/08-17 следует, что стороны внешнеторговой сделки согласовали количество и цену за единицу измерения, выраженную в литрах, а также количество и цену различного ассортимента товара 12 наименований, общей стоимостью 4 740 400 долларов США.

Срок действия контракта установлен до 31.12.2018 (пункт 13). 

В соответствии с пунктом 12 статьи 4 ТК ТС счет-фактура (инвойс), спецификации, отгрузочные и упаковочные листы и другие документы относятся к коммерческим документам, используемым при осуществлении внешнеторговой и иной деятельности, а также для подтверждения совершения сделок, связанных с перемещением товаров через таможенную границу таможенного союза.

Судом установлено, что при декларировании партии товара по спорной ДТ общество представило таможне морской коносамент, контракт, приложение (спецификацию) к контракту, в которых сторонами согласовано наименование, количество и цена партии товара, в том числе часть ассортимента и количества товара по спорной ДТ, а также коммерческий инвойс и упаковочные листы, содержащие сведения об ассортименте поставляемого товара, его количестве, иных характеристиках, цене конкретно на партию товара по спорной ДТ, что соответствует условиям внешнеторговой сделки. 

При этом, все коммерческие и сопроводительные товар документы содержат ссылку на реквизиты контракта и сведения о продавце и покупателе товара, а также свидетельствуют об исполнении продавцом по упомянутому внешнеторговому контракту принятых обязательств и отсутствие каких-либо замечаний по их исполнению со стороны общества.

В указанном приложении № 1 к контракту в пункте 5 стороны согласовали наименование товара «граунд, ВР (360 г/л глифосата кислоты) (изопропиламинная соль)» в количестве 400 000 л. стоимостью 940 000 долларов США, в общее количество и цену которого входит часть товара в количестве 128 000 л. и стоимостью 300 800 долларов США, заявленных в спорной ДТ и указанных в инвойсе и в упаковочных листах, оформленных на партию товара по спорной ДТ.

Судом также учитываются фактические взаимоотношения сторон внешнеэкономической сделки, которые на основании положений пункта 3 статьи 438, пункта 3 статья 434 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельствуют о согласовании всех существенных условий договора купли-продажи (наименование и количество товара), а также подтверждают заявленную стоимость товара. Товар фактически передан от продавца покупателю, что подтверждается коносаментом.

В решении о корректировке таможенной стоимости таможней указано, что в графе 70 «Назначение платежа» представленных платежных поручений от 06.09.2017 № 3 на сумму 755 400 долларов США, от 27.09.2017 № 5 на сумму 139 000 долларов США и от 28.09.2017 № 6 на сумму 70 000 долларов США имеется ссылка только на контракт от 08.08.2017 № 01/08-17, в связи с чем, в данных платежных документах отсутствуют сведения, позволяющие идентифицировать произведенные платежи с товарами, задекларированными в ДТ                                                           № 10714040/121217/0040906.

Данные доводы таможни судом не принимается, поскольку ответчиком не представлено в материалы дела каких-либо доказательств того, что в его распоряжении отсутствовала вся необходимая информация по условиям и оплате декларантом партии товаров по спорной ДТ в силу следующего.

Согласно пункту 4 контракта стороны согласовали, что товар будет поставляться на условиях CFR Восточный не позднее 150 дней от даты перечисления покупателем предоплаты на счет продавца, при этом покупатель оплачивает не менее 40 % стоимости каждой партии (предоплата) и окончательный платеж производится  не позднее чем через 180 дней от даты отгрузки, то есть даты указанной в морском коносаменте (пункт 5 контракта). Общая стоимость контракта согласована сторонами 10 000 000 долларов США (пункт 2 контракта).

Таким образом, порядок взаиморасчетов согласован сторонами во внешнеторговом контракте, в абзаце 3 пункта 1 которого указано, что товар поставляется отдельными партиями в соответствии с дополнительно согласованными и подписанными приложениями к контракту, которые являются его неотъемлемой частью, что и было сделано в отношении конкретной партии товаров 12 наименований на сумму 4 740 400 долларов США сторонами сделки в приложении № 1 к контракту, часть ассортимента которого, согласованного в пункте 5 приложения № 1 задекларирована декларантом в спорной ДТ в количестве, указанном в инвойсе, упаковочных листах и коносаменте.

Во исполнение пункта 5 контракта обществом во исполнение своих обязательств по внешнеторговой сделке произведена предоплата товаров, согласованных в приложении № 1 к контракту посредством валютных платежных поручений, которые были представлены таможне в ходе таможенного контроля заявленной таможенной стоимости по спорной ДТ.

Нормами международного права и законодательством Российской Федерации предусмотрена возможность для самостоятельного определения сторонами договора сроков проведения оплаты за поставленный товар. При этом стороны гражданско-правовой сделки свободны в своем волеизъявлении при выборе условий ее осуществления. 

Кроме того, в соответствии со статьями 1.1, 1.2, 1.3 Принципов международных коммерческих договоров УНИДРУА стороны свободны вступать в договор и определять его содержание, при этом, указанные Принципы не устанавливают никаких требований к форме договора, он может быть изменен по соглашению сторон или иным образом в соответствии с настоящими Принципами.

В силу пункта 1 статьи 58 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров от 11.04.1980, если покупатель не обязан уплатить цену в какой-либо иной конкретный срок, он должен уплатить ее, когда продавец в соответствии с договором и этой Конвенцией передает, либо сам товар, либо товарораспорядительные документы в распоряжение покупателя. Продавец может обусловить передачу товара или документов осуществлением такого платежа.

Согласно статье 59 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров от 11.04.1980 покупатель обязан уплатить цену в день, который установлен или может быть определен, согласно договору и настоящей Конвенции, без необходимости какого-либо запроса или выполнения каких-либо формальностей со стороны продавца.

Указанные в контракте условия оплаты применяются ко всем поставкам товара в рамках внешнеторгового контракта. Включение в контракт условий о сроке и порядке оплаты конкретной поставки не предусмотрено ни Конвенцией ООН о договорах международной купли-продажи товаров от 11.04.1980, ни российским гражданским законодательством.

Таможне предоставлены банковские платежные документы в подтверждение исполнения условий контракта в части расчетов с продавцом.

Кроме того, как следует из материалов дела в распоряжении таможни имелся паспорт сделки, выписка по лицевому счету и в силу пунктов 2, 3 статьи 98, подпункта 4 пункта 1 статьи 134 ТК ТС таможенный орган вправе запрашивать документы и сведения, необходимые для проведения таможенного контроля, в письменной и (или) электронной формах, а также устанавливать срок их представления, который должен быть достаточным для представления запрашиваемых документов и сведений. Таможенный орган для проведения таможенного контроля вправе получать от банков документы и сведения о денежных операциях по осуществляемым внешнеэкономическим сделкам, информацию и документы, касающиеся движения денежных средств по счетам организаций, необходимые для проведения таможенной проверки.

Таким образом, в соответствии с перечисленными выше нормами права, таможенный орган мог запросить у банка документы и сведения о денежных операциях по осуществляемой обществом внешнеэкономической сделке, а также информацию и документы, касающиеся движения денежных средств по счетам общества, необходимые для проведения таможенной проверки.

Таможенный орган, проводящий таможенную проверку согласно пункту 1 статьи 167 Закона 311-ФЗ, вправе был запросить у банков, располагающих документами и сведениями, касающимися деятельности проверяемых организаций, по предмету проверки заверенные копии контрактов (договоров), заверенные копии паспорта сделок, ведомости банковского контроля. 

При этом банк, получивший мотивированный запрос о представлении документов и сведений, исполняет его в течение пяти дней со дня получения или в тот же срок сообщает, что не располагает запрашиваемыми документами и сведениями.

Вместе с тем, данными полномочиями таможенный орган не воспользовался.

В своих дополнительных пояснениях общество указало, что предоплата была внесена за Граунд в размере 40% от согласованной суммы по Приложению № 1 и составляет 376 000 долларов США (940 000 x 40% = 376 000).

Остальная сумма оплачена за другие товары по Приложению № 1, что полностью соотносится с данными валютного платежного поручения № 3 от 06.09.2017 на сумму 755 400 долларов США.

Так, в том числе, была произведена предоплата (40%) за товар Граунд BP, оформленный в ДТ №№ 10714040/131217/0041042, 10714040/131217/0040906, 10714040/121217/0040952 .

Также в оспариваемом решении указано, что в ходе дополнительной проверки таможенным органом у декларанта была запрошена экспортная таможенная декларация страны отправления, с переводом на русский язык, заверенным должным образом, либо экспортный сертификат. Указано, что в ответ на запрос таможенного органа обществом на бумажном носителе представлена копия экспортной декларации от 15.11.2017 № 222920170004400407. В графе «Номер соглашения» представленной копии экспортной декларации указан номер 17NRX1280631, при этом при подаче ДТ № 10714040/121217/0040906 декларантом были направлены контракт от 08.08.2017 № 01/08-17, дополнительное соглашение от 08.08.2017 № 1 к контракту от 08.08.2017 № 01/08-17, приложение от 08.09.2017 № 2 к контракту от 08.08.2017 № 01 /08-17 и инвойс от 29.11.2017 № 17NRX1281118. Таким образом, номер документа, указанный в экспортной декларации, не соответствует номерам коммерческих документов, представленных таможенному органу при декларировании товаров. Кроме того, сведения об общей стоимости поставляемых товаров, указанные в ДТ № 10714040/121217/0040906, не соответствуют аналогичной информации, содержащейся в экспортной декларации от 15.11.2017 № 222920170004400407. Так, согласно ДТ                  № 10714040/121217/0040906 общая стоимость товаров составляет 300 800 долларов США, при этом в экспортной декларации стоимость товаров указана в размере 243 200 долларов США. Таким образом, представленная копия экспортной декларации от 15.11.2017 № 222920170004400407 не может быть принята таможенным органом в качестве документа, подтверждающего заявленную таможенную стоимость.

Анализируя вышеназванные доводы таможенного органа, суд находит их несостоятельными, поскольку таможенный орган не учел того факта, что по условиям контракта № 01/08-17 от 08.08.2017 не предусмотрена обязанность по предоставлению продавцом покупателю экспортных деклараций страны отправления.

Кроме того, экспортная декларация не относится к документам, предусмотренным в качестве обязательных, ее представляет не декларант, а продавец.

Также следует отметить, что документы о реализации товара в стране экспорта не могут являться надлежащим подтверждением таможенной стоимости ввезенного товара по конкретной сделке. На формирование рыночной цены может оказывать влияние система факторов, в том числе: характеристики товара, коммерческие условия сделки, налоги страны импорта, и прочие. Эти причины могут привести к объективным расхождениям в уровне цен на один и тот же товар на территории различных государств.

Экспортная декларация, полученная у заявителя, была составлена и подана в таможенную службу КНР в одностороннем порядке иностранным контрагентом заявителя.

ЗАО «Торгово-промышленная компания Техноэкспорт» не принимало никакого участия в составлении данных односторонних документов, следовательно, не может отвечать за односторонние действия иностранного контрагента.

Доказательств обратного таможенными органами в материалы дела не представлено.

Указание таможни в оспариваемом решении о том, что в инвойсе, спецификации, прайс-листе, упаковочном листе отсутствует полное наименование товара, технические характеристики и сведения о товарном знаке, тогда как в графе 31 спорной ДТ имеется информация о товарном знаке товара «TRUSTCHEM CO., LTD», таким образом, выявлено не соответствие описания товара в спорной ДТ с коммерческими документами, судом не принимается, поскольку являются не обоснованными по тем основаниями, что в спорной ДТ декларант указал, что товар товарным знаком не обозначен, а также указал, что изготовителем товара является компания «TRUSTCHEM CO., LTD», о котором стороны заявили в пункте 1 контракта.

Также судом не принимается указание таможни в оспариваемом решении о не отражении декларантом в спорной ДТ качественных и физических характеристик товара, влияющих на формирование таможенной стоимости, поскольку классификация товаров по коду ТН ВЭД таможней не оспаривается.

Доказательства того, что фактически к таможенному оформлению предъявлен товар, отличный от указанного в коммерческих и товаросопроводительных документах, в материалах дела отсутствуют.

При поступлении партии товара в адрес декларанта у контрагентов не возникло претензий друг к другу по выставленному инвойсу (счете-фактуре), а также пункту доставки партии товара.

При декларировании товара обществом представлены платежные документы об оплате партии товара по спорной ДТ в порядке согласованных взаиморасчетов с инопартнером и данные обстоятельства идентифицируются с исполнением обществом своих обязательств по контракту, а также фиксирует факт оплаты к корреспондирующей обязанности поставки товаров на условиях, согласованных сторонами внешнеэкономической сделки, с обязательным соблюдением требований валютного законодательства.

Указание таможни в оспариваемом решении о выявлении в ходе взвешивания контейнеров с товаром, заявленным в спорной ДТ выявлены расхождения сведений о весе товара в представленных документах с фактическими данными, что не позволило идентифицировать ввозимые товары с товарами, указанными в коммерческих документах, судом не принимается, поскольку расхождение в весе на наличие которого ссылается таможня, не доказывает невозможность установить количественно-стоимостный показатель для установления общей стоимости товарной партии по спорной ДТ, принимаемой за основу, поскольку как следует из коммерческих документов, цена сторонами внешнеторговой сделки в приложении № 1 к контракту согласована за единицу измерения, выраженную в литрах, а не за килограмм и фактически отражает индекс таможенной стоимости по рассматриваемой поставке.

Ссылки таможенного органа на отсутствие отметки на коносаменте об оплате фрахта по условиям поставки по спорной ДТ - CFR, что означает, по мнению таможни, не подтверждение заявленного условия поставки, судом признается ошибочным исходя из следующего.

В рассматриваемом случае при определении условий контракта стороны согласовали стоимость товара на условиях CFR. Следовательно, в соответствии с правилами толкования международных терминов "Инкотермс 2000" в данную цену включены все расходы поставщика, относящиеся к товару до момента передачи его перевозчику, в том числе связанные с выполнением таможенных формальностей, оплатой всех пошлин, налогов и иных официальных сборов, включая расходы по погрузке товара на борт судна, а также фрахт.

Названные правила, как и законодательство Российской Федерации, не обязывают участников внешнеэкономической сделки в коммерческих документах при поставке по условиям CFR расшифровывать цену товара, которая определяется исключительно по соглашению сторон.

По условиям поставки CFR покупатель не участвует в отношениях по согласованию стоимости фрахта и иных сопутствующих расходов, связанных с доставкой товара до порта назначения. Данные обязательства возложены на продавца, в связи с чем, для покупателя стоимость товарной партии на границе (в порту назначения) складывается из всех расходов продавца, о которых декларант может и не знать. Для покупателя имеет значение лишь общая стоимость поставляемой товарной партии.

Поскольку стоимость рассматриваемой сделки с учетом условий CFR уже включала в себя дополнительные начисления к цене самого товара, то к данным отношениям не подлежат применению положения статьи 5 Соглашения, в том числе условия о количественной определенности сведений по дополнительным начислениям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 115 КТМ РФ по договору морской перевозки груза перевозчик обязуется доставить груз, который ему передал или передаст отправитель, в порт назначения и выдать его управомоченному на получение груза лицу (получателю), отправитель или фрахтователь обязуется уплатить за перевозку груза установленную плату (фрахт). При этом наличие и содержание договора морской перевозки подтверждаются чартером, коносаментом или другими письменными доказательствами (пункт 2 статьи 117 КТМ РФ).

Согласно пункту 1 статьи 142 КТМ РФ коносамент составляется на основании подписанного отправителем документа, который должен содержать данные, указанные в подпунктах 3 - 8 пункта 1 статьи 144 КТМ РФ. В силу статьи 163 КТМ РФ при наличии соглашения между отправителем или фрахтователем и перевозчиком в коносамент включаются данные о размере фрахта, подлежащем оплате получателем, или иное указание на то, что фрахт должен оплачиваться им (подпункт 8 пункта 1 статьи 144 КТМ РФ).

Таким образом, отсутствие в коносаменте отметки об оплате фрахта, в отсутствие в них иных оговорок, по мнению суда, нельзя расценивать как указывающие на то, что фрахт подлежал оплате получателем груза. Такой же позиции суд придерживается и применительно к случаю, если бы под понятием "по доставке" понималась оплата фрахта "в пункте доставки", так как в этой ситуации требования подпункта 8 пункта 1 статьи 144 КТМ РФ о необходимости явственного указания по поводу возложения соответствующей обязанности на грузополучателя также нельзя считать соблюденными.

При таких обстоятельствах отсутствие в коносаменте отметки об оплате фрахта не свидетельствует о неподтверждении условий поставки товара по спорной декларации.

Доводы таможенного органа о непредставлении декларантом запрошенных в ходе дополнительной проверки документов не нашли своего подтверждения в материалах дела.

Так, обществом в таможенный орган были представлены запрошенные документы и пояснения о невозможности представления иных запрошенных документов в силу их отсутствия на данный период.

Кроме того, ссылаясь на наличие вышеперечисленных обстоятельств, таможенный орган не указал, каким образом они повлияли на таможенную стоимость ввезенного товара, имелись ли достаточные основания полагать установленным факт несоответствия заявленных сведений фактическим операциям, а также не представил подтверждающих документов, в том числе истребованных им у третьих лиц.

Указанные в контракте, а также инвойсе сведения о товаре и об условиях поставки совпадают со сведениями, содержащимися в спорной ДТ.

В этой связи суд считает, что непредставление обществом в ходе дополнительной проверки части запрошенных документов не могло послужить основанием для корректировки заявленной таможенной стоимости ввиду того, что данные документы не перечислены в приложении № 1 к Порядку декларирования таможенной стоимости товаров, утвержденного Решением № 376.

Таким образом, в рассматриваемой ситуации у таможни не имелось препятствий для принятия заявленной декларантом таможенной стоимости товара, ввезенного по спорной ДТ, а также оснований считать указанную таможенную стоимость, определенную по первому (основному) методу, документально неподтвержденной.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума ВС РФ № 18 от 12.05.2016 при разрешении споров о правомерности корректировки таможенной стоимости следует учитывать, какие признаки недостоверного заявления таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно представленных декларантом.

Суд отмечает, что доказательств недостоверности сведений, содержащихся в пакете документов, представленном обществом в подтверждение заявленной таможенной стоимости, равно как невозможность использования документов, представленных декларантом при таможенном оформлении в обоснование таможенной стоимости товара, в их совокупности и системной оценке таможенным органом не подтверждена.

Суд отклоняет ссылку таможенного органа на отличие уровня заявленной декларантом таможенной стоимости от ценовой информации, имеющейся в таможенном органе, так как указанное обстоятельство само по себе не предусматривает право на корректировку таможенной стоимости, поскольку не названо в законе в качестве безусловного основания для корректировки.

Кроме того, из решения о корректировке таможенной стоимости товаров следует, что по данным ИСС «Малахит» выявлены отклонения по товарам в меньшую сторону, которое по ФТС составило – 35%, по РТУ – 45%.

Информация в базах данных ДТ, носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными законом, позволяющим использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по методам по цене сделки с идентичными или однородными товарами.

Суд отмечает, что представленная таблица по отклонениям данных ИСС Малахит по процентном соотношению и кодам товара не содержит таких характеристик как описание товара и цена, которая не зависит от веса товара, а от его количества, а представленная таблица ценовых источников в сравнении с ввозимым товаров показывает конечный результат, а не критерии отбора, по которым он был установлен.

Таким образом, определенная заявителем таможенная стоимость товаров не может быть признана существенно ниже ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенного органа по сделкам с идентичными товарами или однородными товарами, что не может свидетельствовать о недостоверности условий сделки.

В то же время материалами дела наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не доказано, равно как не представлены доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в части 1 статьи 4 Соглашения.

При таких обстоятельствах различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

В качестве основы для корректировки таможенной стоимости товара, заявленного в спорной ДТ, таможней использована ценовая информация из ДТ № 10209032/250917/0001422 иного участника внешнеэкономической деятельности, которая предоставлена в материалы дела ответчиком с проведенным письменным сравнительным анализом цен, заявленных в спорной ДТ и источнике ценовой информации, тем не менее не представлено доказательств того, что производители товара, заявленного в спорной ДТ и товара, заявленного в иной ДТ, явившейся источником ценовой информации, изготавливают продукцию одинакового качества и имеют одинаковую деловую репутацию на соответствующем потребительском рынке.

При таких обстоятельствах, сведения об отдельно взятой декларации не могут служить основанием для корректировки всех последующих поставок. Действующее законодательство не устанавливает обязанности для экспортеров декларирование товаров по средним ценам. Единственным условием установления таможенной стоимости является наличие количественно определяемой и документально подтвержденной достоверной информации о заявленной таможенной стоимости.

При этом, таможенным органом в решении о корректировке таможенной стоимости не учтены, в том числе, такие характеристики как различные условия поставки CFR и CIF и ассортимент товара «гербицид Граунд, ВР (360 г/л глифосата кислоты)…» и «гербицид (глифид, BF (360 г/л глифосата кислоты)…» соответственно в спорной ДТ и источнике ценовой информации, а также различные изготовители товаров, отправители, количество партий товаров, заявленных в спорной ДТ и в источнике ценовой информации и иные характеристики сравниваемых товаров, которые могут привести к объективным расхождениям в уровне цен на однородный/идентичный товар; не соблюдены требования пункта 2 статьи 10 Соглашения.

Таким образом, таможенным органом не доказана правомерность использования в качестве источника ценовой информации указанной в спорной ДТ декларации на товары, оформленной на иные партии товара, иным участником ВЭД.

Судом установлено, что оспариваемое решение повлекло за собой увеличение размера таможенных платежей, исчисляемых в соответствии с таможенной стоимостью товаров, чем нарушены права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. 

В силу части 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие), в том числе государственных органов не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконным.

Принимая во внимание изложенное, суд находит требование заявителя о признании незаконным решения таможни обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, самостоятельно определив способы их судебной защиты соответствующих статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса.

Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Исходя из пункта 30 Постановления Пленума ВС РФ № 18, в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей, в целях полного восстановления прав плательщика на таможенные органы в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных (взысканных) платежей, окончательный размер которых определяется таможенным органом на стадии исполнения решения суда. При этом отдельного обращения плательщика с заявлением о возврате соответствующих сумм в порядке, предусмотренном статьей 147 Закона о таможенном регулировании, в этом случае не требуется.

Принимая во внимание пункт 30 Постановления Пленума ВС РФ                № 18, суд обязывает таможню возвратить обществу излишне взысканные таможенные платежи по ДТ № 10714040/121217/0040906, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного решения.

Заявленное ходатайство о взыскании судебных издержек по оплате услуг представителя подлежит частичному удовлетворению в силу следующего. 

В соответствии со статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что к судебным издержкам относятся расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде, в том числе расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей).

Из системного толкования статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что судебные расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются с другого лица, участвующего в деле, и в тех случаях, когда это лицо освобождено от уплаты государственной пошлины.

Частью 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. 

Согласно пункту 10 постановления Пленума ВС РФ № 1 от 21.01.2016  «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Постановление Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1), лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. 

Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В силу разъяснений, указанных в пункте 11 Постановления Пленума ВС РФ от 21.01.2016 № 1, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ).

В материалы дела представлены: договор об оказании правовых услуг № 1 от 26.02.2018, дополнительное соглашение от 26.02.2018, платежное поручение № 253 от 12.03.2018.

Таким образом, расходы заявителя на оплату услуг представителя подтверждены документально. 

Анализируя наличие причинно-следственной связи между действиями таможенного органа и расходами заявителя, суд приходит к выводу о том, что защита нарушенного таможней права заявителя в арбитражном суде напрямую взаимосвязана с понесенными представительскими расходами. При этом суд считает, что избежать понесенных расходов без ущерба для своих экономических интересов и заявленных требований, общество не могло.  

Судом установлено, что заявитель понес расходы на оплату услуг представителя, связанные с подготовкой заявления в суд, дело рассмотрено в трех судебных заседаниях (с учетом возражения таможенного органа против перехода к рассмотрению дела по существу в предварительном судебном заседании), не представляет особой сложности, по данной категории дел имеется устоявшаяся судебная практика.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, исходя из соблюдения баланса частных и публичных интересов, суд считает разумным и достаточным взыскать с таможни в пользу заявителя судебные расходы в размере 20 000 рублей.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины относятся на таможенный орган.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Находкинской таможни от 18.01.2018 о корректировке таможенной стоимости товаров по ДТ                                         № 10714040/121217/0040906, как не соответствующее Таможенному кодексу Таможенного союза.

Решение в указанной части подлежит немедленному исполнению.

Обязать Находкинскую таможню возвратить закрытому акционерному обществу «Торгово-промышленная компания Техноэкспорт» излишне уплаченные (взысканные) таможенные платежи по декларации на товары № 10714040/121217/0040906, окончательный размер которых определить на стадии исполнения настоящего судебного акта. 

Взыскать с Находкинской таможни в пользу закрытого акционерного общества «Торгово-промышленная компания Техноэкспорт» судебные расходы по уплате госпошлины по заявлению в размере 3 000 (три тысячи) рублей, на оплату услуг представителя в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей, всего 23 000 (двадцать три тысячи) рублей судебных расходов.

В удовлетворении остальной части заявления о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя отказать. 

Выдать исполнительный лист после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

 

Судья                                                                                       Черняк Л.М.