ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-16869/2017

г. Саратов

22 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена «16» марта 2022 года

Полный текст постановления изготовлен «22» марта 2022 года

 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе 

председательствующего судьи Батыршиной Г.М., 

судей Грабко О.В., Колесовой Н.А.,   

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Двенадцатого арбитражного апелляционного суда апелляционные жалобы  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Силуэт» ФИО2, ФИО3

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 18 ноября 2021 года по делу № А57-16869/2017 (судья Макарихина О.А.)

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Силуэт» ФИО2 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Силуэт» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, 410069,                   

<

...>),

при участии в судебном заседании: 

представителя ФИО4 - ФИО5, действующей на основании доверенности от 11 сентября 2019 года, 

представителя ФИО9 - ФИО5, действующей на основании доверенности от 12 сентября 2019 года,

представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Силуэт» ФИО2 - ФИО6, действующего на основании доверенности от 11.01.2022,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 08.05.2018 (резолютивная часть от 07.05.2018) общество с ограниченной ответственностью «Силуэт» (далее - ООО «Силуэт», должник) признано несостоятельным (банкротом). Определением Арбитражного суда Саратовской области от 18.02.2021 конкурсным управляющим ООО «Силуэт» утвержден ФИО2.

В арбитражный суд 10.02.2021 от конкурсного управляющего поступило заявление в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о привлечении контролирующих должника лиц: ФИО3, ФИО9, ФИО4, ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 18.11.2021 заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности удовлетворено в части. Суд признал наличие оснований для привлечения учредителя ООО «Силуэт» ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В удовлетворении остальной части заявления отказано. Производство    по    заявлению    конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением суда, конкурсный управляющий ФИО2, ФИО3 обратились в суд апелляционной инстанции с апелляционными жалобами.

Конкурсный управляющий ФИО2 в апелляционной жалобе просит изменить Определение Арбитражного суда Саратовской области от 18.11.2021 по делу А57-16869/2017, принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба, с учетом поступивших дополнений к апелляционной жалобе, мотивирована тем, что 10.05.2015 – срок, до которого контролирующие должника лица должны были обратиться в суд с заявлением о признании ООО «Силуэт» несостоятельным (банкротом); ответчиками не было представлено соответствующих доказательств, что банкротство наступило вследствие объективных причин; заключение о наличии или отсутствии признаков преднамеренного или фиктивного банкротства предыдущим конкурсным управляющим не публиковалось на ЕФРСБ, сведения в Арбитражный суд Саратовской области не представлялись, конкурсному управляющему заключение не передавалось; отчуждение производственной базы существенно затруднило дальнейшую деятельность организации.

ФИО3 в апелляционной жалобе просит отменить определение Арбитражного суда Саратовской области от 18.11.2021 по делу №А57-16869/2017 в части признания наличия основания для привлечения учредителя ООО «Силуэт» ФИО3 к субсидиарной ответственности, отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Силуэт» в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что суд не установил, повлекли ли действия, с которыми заявитель связывает требование к ФИО3, наступление объективного банкротства должника; после совершения оспариваемых сделок ООО «Силуэт» продолжал осуществление своей деятельности; из бухгалтерского баланса за 2015 год можно сделать вывод о значительном сокращении кредиторской задолженности; в результате применения судом последствий недействительности сделок был осуществлен возврат имущества, проданного обществом, что не свидетельствует о каких-либо негативных последствий для ООО «Силуэт» и для его конкурсных кредиторов.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего в полном объеме, против доводов апелляционной жалобы ФИО3 возражал по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Представитель ФИО4, ФИО9 против доводов апелляционной жалобы конкурсного управляющего ФИО2 возражал, просил оставить обжалуемое определение без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступ.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание иных лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных и не явившихся в судебное заседание. 

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

В соответствии со статьями 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом с особенностями, предусмотренными законодательством, регулирующим вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, учредителями ООО «Силуэт» с даты образования - 02.07.2008 по 20.05.2015 являлись: ФИО3 с долей в уставном капитале 33%, ФИО9 - 33%, ФИО4 - 34%; с 21.05.2015 учредителем ООО «Силуэт» являлся ФИО7, директором до 27.05.2015 являлся ФИО8 

Конкурсный управляющий просил привлечь контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям статей 61.11, 61.12 Закона о банкротстве, поскольку, как указал управляющий, контролирующими должника лицами совершены действия, приведшие к неплатежеспособности должника, не исполнена обязанность по обращению в суд с заявлением должника о признании несостоятельным (банкротом), бывшим руководителем должника не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документации в отношении должника. 

Конкурсным управляющим указано, что крайним сроком для обращения с заявлением должника в арбитражный суд является 10.05.2015, поскольку вменяемые ответчикам сделки совершены 09.02.2015, 31.05.2015.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего в части, пришел к выводу о наличии и доказанности имеющих значение фактов для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, и об отсутствии правовых оснований для привлечения ФИО9, ФИО4, ФИО7, ФИО8 к субсидиарной ответственности.

Повторно исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда по следующим основаниям. 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон от 29.07.2017 N 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве". 

Пунктом 3 статьи 4 указанного Закона определено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

Абзацем третьим пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" разъяснено, что предусмотренные обновленным законом нормы, применяются только в части обоснованности подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве. 

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку с заявлением в суд конкурсный управляющий должника обратился 10.02.2021, суд при рассмотрении настоящего заявления руководствуется правилами Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в указанной редакции, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В соответствии со статьей 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ. В соответствии с указанной нормой обязательство вследствие причинения убытков возникает при наличии в совокупности следующих оснований: противоправного деяния (действия, бездействия), наличия вреда, причинно-следственной связи между противоправным деянием и наступившими последствиями (убытками), вины лица, ответственного за убытки.

Субъектом ответственности по основанию неподачи заявления о банкротстве должника в суд в соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент возникновения оснований для обращения должника с заявлением о банкротстве, признавался руководитель должника.

В соответствии с абзацем шестым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых возложена обязанность по подаче такого заявления по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Таким образом, Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника, и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании банкротом. Доказывание данных обстоятельств лежит на заявителе по заявлению о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности.

При рассмотрении настоящего обособленного спора судом первой инстанции установлено, что согласно вступившим в законную силу судебными актами по настоящему делу, в отношении должника с 26.06.2014 по 31.10.2014 проводилась выездная налоговая проверка; вынесенное решение от 27.03.2015 №02.3-34/02981 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения впоследствии явилось основанием для обращения уполномоченного органа в арбитражный суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника. 

Согласно материалам дела, в период до 27.05.2015 директором ООО «Силуэт» являлся ФИО8

Суд правильно исходил из того, что указанными судебными актами подтверждается лишь факт нарушения ООО «Силуэт» налогового законодательства, за что общество привлечено к налоговой ответственности. Однако привлечение общества к налоговой ответственности само по себе не может являться обстоятельством, которое в дальнейшем повлекло несостоятельность (банкротство) должника. 

Доказательств того, что только действиями или указаниями ФИО8 ООО «Силуэт» было доведено до состояния неспособности в полной мере удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, конкурсным управляющим не представлено. 

Таким образом, судом первой инстанции верно установлено, что указанные обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий, не являлись основанием для признания должника банкротом, в связи с чем отсутствуют правовые основания для привлечения бывшего руководителя должника ФИО8 к субсидиарной ответственности за неподачу 10.05.2015 в суд заявления о несостоятельности (банкротстве) должника.

При рассмотрении заявления конкурсного управляющего о привлечении учредителей должника к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент возникновения оснований для обращения должника с заявлением о банкротстве, субъектом ответственности по основанию неподачи заявления о банкротстве должника в суд признавался только руководитель должника.

Положений, обязывающих участников хозяйственного общества созывать собрание для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принимать такое решение, а также предусматривающих возможность привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в случае несовершения названных действий, Закон о банкротстве в указанной редакции не содержал.

Конкурсный управляющий должника в своем заявлении указывал, что крайним сроком для обращения с заявлением должника в арбитражный суд является 10.05.2015, т.е. ранее даты вступления в силу Федерального закона "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" N 266-ФЗ.

Пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, устанавливающий обязанность контролирующего должника лица принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника (потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом) при неисполнении такой обязанности руководителем введен в действие только Законом N 266-ФЗ (аналогичная позиция изложена в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 12.02.2020 по делу N А12-11264/2018, Определением Верховного Суда РФ от 26.05.2020 N 306-ЭС20-6624 отказано в передаче указанного дела).

Следовательно, как обоснованно отметил суд первой инстанции, учредители должника не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника в суд.

Рассматривая заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности за непередачу документации в отношении должника, суд обоснованно исходил из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" от 21.12.2017 N 53 (далее постановление Пленума N 53) в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему. Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуации, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В соответствии с разъяснением пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 13.10.2017 N 305-ЭС17-9683, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Как установлено судом первой инстанции, определением от 27.09.2018 суд обязал бывшего руководителя ООО «Силуэт» ФИО7 передать бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности конкурсному управляющему ООО «Силуэт» ФИО10

Вступившим в законную силу определением суда от 27.08.2020 установлено, что в 2018 году в адрес конкурсного управляющего ФИО10 направлены и последним получены документы: приказ №1, печать ООО «Силуэт», свидетельство о государственной регистрации юридического лица, свидетельство о постановке на учет в налоговом органе, документы о регистрация в ПФР, документы по расчетам с контрагентами за 2014 год, договоры с покупателями за 2014 год, договоры с поставщиками за 2014 год, документы по расчетам с банками за 2014 год, банковская и налоговая отчетность за 2014, 2015, 2016 годы, документы по расчетам с контрагентами за 2015 год.

Вместе с тем, судом учтено, что согласно материалам обособленного спора по рассмотрению жалобы ФНС России на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО10, последним представлены пояснения о том, что для хранения значительного объема (15 томов) переданной и собранной в ходе конкурсного производства документации управляющим 01.07.2019 заключен договор ответственного хранения.

Кроме того, суд отметил, что вступившим в законную силу определением суда от 27.08.2020 установлены обстоятельства передачи документации должника ФИО7 конкурсному управляющему ФИО10

Исходя из совокупности вышеназванных установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, суд первой инстанции пришел к верному выводу о недоказанности конкурсным управляющим ФИО2 вины со стороны ФИО7 по непередаче документов, а также причинно-следственной связи между отсутствием какой-либо документации, по мнению конкурсного управляющего, и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Таким образом, принимая во внимание отсутствие в деле доказательств того, что ФИО9, ФИО4, ФИО7, ФИО8 своими действиями способствовали доведению должника до неспособности удовлетворить требования кредиторов, принимали какие-либо организационные решения, не отвечающие принципам разумности и добросовестности, или давали указания на совершение должником убыточных операций, суд пришел к выводу, что в данном случае не доказано наличие совокупности условий, необходимых и достаточных для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, а надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, отсутствуют.

Кроме того, в обоснование заявления конкурсным управляющим также  указано на заключение 09.02.2015 должником сделки по отчуждению ликвидного имущества.

Судом первой инстанции указано, что в материалы обособленного спора представлена копия протокола от 06.02.2015 №18 внеочередного общего собрания участников ООО «СДМ» (об одобрении и совершении крупной сделки). В собрании приняли участие: ФИО3 - 33%, ФИО9 - 33%, ФИО4 - 34%, ФИО8 - исполнительный орган (директор). Единогласно решили: разрешить исполнительному органу заключить сделку по продаже здания, принадлежащего должнику.

Материалами дела подтверждается, что 09.02.2015 ООО «Силуэт» (прежнее наименование - ООО «СДМ») в лице директора ФИО8 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи производственной базы общей площадью 1387,5 кв.м, инвентарный номер: 4996, кадастровый номер: 51:20:0000000:3258, расположенной по адресу: г. Мурманск, Восточно-Объездная автодорога, д.218.

Согласно пункту 3.1 договора сумма договора и стоимость объекта составила 11 550 000,00 руб.

Впоследствии 28.11.2016 ФИО3 (продавец) и ФИО9, действующий за себя и ФИО4 (покупатели), заключили договор, по условиям которого продавец продал, покупатели купили в общую долевую собственность принадлежащие продавцу на праве собственности 2/3, то есть по 1/3 доле в праве каждому производственной базы.

Вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу установлено, что договор от 09.02.2015 и договор от 28.11.2016 являются единой сделкой, совершенной между взаимозависимыми лицами и имеющими общую цель.

Определением суда от 30.10.2019 договор от 09.02.2015 купли-продажи указанного здания производственной базы, заключенный должником в лице директора ФИО8 и ФИО3, а также последующая сделка по отчуждению имущества признаны недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53), согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума N 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Субсидиарная ответственность участника наступает в случае, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

При рассмотрении заявления конкурсного управляющего в данной части, суд указал, что судебными актами по настоящему делу установлено, что договор купли-продажи основного актива должника - производственной базы заключен должником и ФИО3 в период проведения выездной налоговой проверки.

Вместе с тем, судом отмечено, что реализация объекта недвижимости, с учетом даты заключения договора купли-продажи, направлена на причинение ущерба имущественным интересам кредиторов, чтобы сделать невозможным последующее удовлетворение требований кредиторов.

Судом также принято во внимание, что в результате совершения сделки купли-продажи недвижимости должник утратил основной актив и возможность продолжать хозяйственную деятельность.

В этой связи преюдициальное значение для настоящего обособленного спора о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности имеет вступившее в законную силу определение суда от 30.10.2019 по настоящему делу, которым установлен факт совершения сделки заинтересованными лицами с целью вывода из конкурсной массы должника ликвидного актива, за счет которого было бы возможно удовлетворение требований кредиторов должника, в результате совершения оспариваемых сделок причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

В этой связи выводы суда первой инстанции о доказанности обстоятельств, связанных с необходимостью привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, о наличии и доказанности имеющих значение фактов для привлечения именно ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по данным основаниям являются верными. 

На основании вышеизложенного, выводы суда о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО9, ФИО4, ФИО7, ФИО8 правомерны. 

Вместе с тем, поскольку на дату рассмотрения судом настоящего спора отсутствовала возможность определения размера субсидиарной ответственности ФИО3, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о необходимости приостановления рассмотрения настоящего заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Вопреки доводам ФИО3 о том, что после совершения оспариваемых сделок ООО «Силуэт» продолжал осуществление своей деятельности, из бухгалтерского баланса за 2015 год можно сделать вывод о значительно сокращении кредиторской задолженности, необходимо отметить, что согласно данным бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2014 активы ООО «Силуэт» (ранее ООО «СДМ») составляли 118 905 тыс. руб., в том числе: основные средства 25 488 тыс. руб., запасы 43 193 тыс. руб., дебиторская задолженность 49 342 тыс. руб., кредиторская задолженность составляла 58 392 тыс. руб., а за 2015 год бухгалтерский баланс имеет нулевой показатель основных средств, согласно бухгалтерской отчетности должника за 12 месяцев 2016 года актив ООО «Силуэт» имеет нулевое значение; в результате совершения сделки купли-продажи недвижимости должник утратил основной актив и возможность продолжать хозяйственную деятельность.

Ссылка ФИО3 на то, что в результате применения судом последствий недействительности сделок был осуществлен возврат имущества, проданного обществом, также несостоятельна, поскольку возврат имущества в конкурсную массу должника не является безусловным основанием для отказа в привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, поскольку судом установлены негативные для должника последствия от отчуждения спорного имущества.

Доводы ФИО3 о том, что сделка была выгодной для должника отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку согласно п. 3.2 договора купли-продажи недвижимости от 09.02.2015, право требования покупателя к продавцу возникло на основании договора беспроцентного займа № 13 от 20.06.2012, договора беспроцентного займа № 16 от 2013 года, договора беспроцентного займа № 18 от 27.02.2013, договора беспроцентного займа № 20 от 17.10.2013, договора беспроцентного займа № 21 от 25.12.2014, договора цессии № 1 от 01.12.2014, договора цессии № 2 от 01.12.2014.

Согласно п. 3.4 договора купли-продажи недвижимости от 09.02.2015 после проведения зачета требований покупателя к продавцу в сумме 11 500 000,00 рублей обязанность ФИО3 по выплате цены договора считается исполненной.  Таким образом, денежные средства от продажи имущества должник фактически не получил, что также указывает на то, что сделка была совершена во вред кредиторам.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционные жалобы не содержат, доводы жалоб выражают несогласие с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции. 

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Поскольку согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается, уплаченная ФИО3 при подаче апелляционной жалобы государственная пошлина в размере 3 000 рублей подлежит возврату из федерального бюджета. 

Руководствуясь статьями 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 18 ноября 2021 года по делу № А57-16869/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Возвратить ФИО3 из федерального бюджета государственную пошлину, уплаченную за подачу  апелляционной  жалобы чек-ордером от 24 ноября 2021 года, в размере 3000 рублей. 

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.

  

Председательствующий судья                                                                  Г.М. Батыршина 

 

 

Судьи                                                                                                           О.В. Грабко

 

 

Н.А. Колесова