ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru, 

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8(87934) 6-09-16, факс: 8(87934) 6-09-14 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А20-2704/2018

г. Ессентуки

13 июня 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2023 года.  Полный текст постановления изготовлен 13 июня 2023 года.  

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Белова Д.А., Годило Н.Н., при ведении  протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при  участии в судебном заседании представителя ПАО НБ «Траст» – ФИО2  (доверенность от 06.04.2023), представителя конкурсного управляющего общества с  ограниченной ответственностью «РИАЛ» - ФИО3 (доверенность от 27.12.2022),  представителя УФНС России по КБР – ФИО4 (доверенность от 27.12.2022), в  отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и  месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на  официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном  заседании апелляционные жалобы ФИО10, ФИО11, ФИО5 и ФИО6 на  определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 14.04.2023 по делу   № А20-2704/2018, принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности лица  контролировавшего деятельность должника: ФИО10,  финансового управляющего ФИО10 ФИО8, ФИО11, ФИО5, ФИО6, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с  ограниченной ответственностью «РИАЛ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 17.06.2020 по делу   № А20-2704/2018 общество с ограниченной ответственностью «РИАЛ» признано  несостоятельным (банкротом); открыто конкурсное производство сроком на шесть  месяцев; исполняющим обязанности конкурсного управляющего ООО «Риал» назначен  ФИО9 адрес для корреспонденции: 410028, г. Саратов, а/я 1186),  являющийся членом саморегулируемой организации Союз арбитражных управляющих  «Авангард».  

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и введении  процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от  20.06.2020 № 108 (6829) (объявление № 64010021554), а также размещены на сайте  Единого федерального реестра сведений о банкротстве от 15.06.2020 года за № 5103642.  

16.06.2022 через систему «Мой арбитр» от конкурсного управляющего ФИО7 поступило в суд заявление в котором просит привлечь к  субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Риал» (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>) ФИО11, ФИО5,  ФИО10, ФИО6. Также просит  приостановить производство по заявлению о привлечении к субсидиарной  ответственности в части определения размера ответственности ФИО11, ФИО5, ФИО10, ФИО6 до окончания расчетов с кредиторами.  

 Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 14.04.2023  заявленные требования удовлетворены. Суд признал наличие оснований для привлечения  к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Риал» ФИО11, ФИО5, ФИО10, ФИО6. Суд приостановил рассмотрение заявления конкурсного  управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения  суммы подлежащей взысканию с контролирующих должника лиц. Судебный акт  мотивирован наличием оснований для привлечения контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО10,  ФИО11, ФИО5 и ФИО6 обратились в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобами,  в которых просили определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый  

судебный акт. Апеллянты ссылаются на то, что судом первой инстанции при вынесении  обжалуемого судебного акта неправильно применены нормы материального права, в связи  с чем, принят неверный судебный акт. В обосновании жалоб апеллянты ссылаются на то,  что ФИО10 на момент возникновения признаков объективного банкротства не  обладал полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, а  следовательно, не может быть привлечен к субсидиарной ответственности за неподачу  заявления. Сделки совершенные ФИО11 в период его правления нельзя  соотнести с крупными сделками, поскольку стоимость сделок не превышало 25 %  балансовых активов должника. Также отсутствуют основания для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности, поскольку решение о привлечении должника к  ответственности за налоговое правонарушение принято в период когда она уже не  являлась руководителем должника. Кроме того, сделки совершенные ФИО5  нельзя отнести к крупным, поскольку они не превысили 25 % балансовых активов  должника. Привлечение ФИО12 к субсидиарной ответственности является  необоснованным, поскольку в период ее правления не наступало объективное  банкротство, а также она не обладала полномочиями по созыву собрания коллегиального  органа должника, к компетенции которого отнесено принятие решения о ликвидации или  не обладала правом на обращение в суд с заявлением о признании должника банкротом.  

В судебном заседании представитель ПАО НБ «Траст» поддержал доводы,  изложенные в отзыве на апелляционные жалобы, просил определение суда первой  инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Представитель конкурсного управляющего общества с ограниченной  ответственностью «РИАЛ» поддержал доводы, изложенные в отзывах на апелляционные  жалобы, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения,  апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Представитель УФНС России по КБР поддержал доводы, изложенные в отзыве на  апелляционные жалобы, просил определение суда первой инстанции оставить без  изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании  не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.  

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом  размещена 12.05.2023 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»  

http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзывы, заслушав  представителей лиц, участвующих в судебном заседании и проверив законность  обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд  пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской  Республики от 14.04.2023 по делу № А20-2704/2018 подлежит оставлению без изменения,  исходя из следующего.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно  расширенной выписке из Единого государственного реестра юридических лиц,  контролирующими должника лицами являлись: - до 21.08.2012 г. учредителями являлись  ФИО10 и ФИО5; - с 21.08.2012 г.  учредителем Должника является Компания с ограниченной ответственностью Индомере  Лимитед.  

Управление учредителем Должника (Индомере Лимитед) также осуществляет  ФИО10, данный факт установлен в нескольких вступивших в законную силу  судебных актах (например, определением Арбитражного суда Красноярского края от  13.06.2018г. по делу № А33-1677-3/2013, определением Арбитражного суда Московской  области от 21.02.2018 г. по делу № А41-10052/17).  

Как следует из сведений расширенной выписки ЕГРЮЛ в отношении Должника,  обязанности руководителя до даты признания Должника банкротом исполняли: -с  08.12.2017 по 26.06.2020 - ФИО11 – сын ФИО10; -с 21.04.2016  по 08.12.2017 - ФИО6; -с 02.11.2010 по 21.04.2016 - ФИО5 – родная сестра ФИО10  

 В период с 2012 по 2018 гг. организация и ведение бухгалтерского учета и  хранения документов бухгалтерского учета и бухгалтерской (финансовой) отчетности  должника были возложены на ФИО5, ФИО11, ФИО6  

Признание должника банкротом послужило основанием для обращения  управляющего в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности.  

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции обоснованно  исходил из следующего.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223  

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности  (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении  изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс  Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266- ФЗ) Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"  (далее -Закон о банкротстве) дополнен главой III.2, регулирующей ответственность  руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.  

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений  о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о  банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ,  которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в  редакции Закона № 266-ФЗ.  

Если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к  ответственности, имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению  подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника  Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ,  независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.  

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ  процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной  ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих  заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые  обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.  

Законодательство о несостоятельности в редакции как Федеральных законов от  28.04.2009 № 73-ФЗ и от 28.06.2013 № 134-ФЗ, так и Федерального закона от 29.07.2017   № 266-ФЗ, предусматривало возможность привлечения контролирующего лица к  субсидиарной ответственности за доведение должника до банкротства (создание ситуации  невозможности погашения требований кредиторов). Несмотря на последовательное  внесение законодателем изменений в положения, регулирующие рассматриваемые  отношения, правовая природа данного вида ответственности сохранилась.  

При привлечении к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей  специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения  

Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение  обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.  

Как ранее, так и в настоящее время к такой ответственности подлежало  привлечению лицо, осуществляющее фактический контроль над должником (независимо  от юридического оформления отношений) и использовавшее властные полномочия во  вред кредиторам, то есть своими действиями приведшее его к банкротству.  

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закон о банкротстве, если иное не предусмотрено  настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под  контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо,  имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению  признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом  заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения  должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в  том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим  должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей  организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором  должника, членом ликвидационной комиссии (подпункт 1 пункта 4).  

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника.  

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий  и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут  субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8).  

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия  которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной  ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения  требований кредиторов отсутствует.  

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно  действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно  в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом  имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для  предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (пункт 10).  

В пункте 16 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что  под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности  погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать  такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства  должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд  оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на  положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными  действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением  принципов добросовестности и разумности, в том числе дача указаний по поводу  совершения явно убыточных операций, создание и поддержание такой системы  управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим  лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д. Суду надлежит исследовать  совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего  лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной  ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.  

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные  последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не  были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового  сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10  статьи 61.11 Закона о банкротстве). При рассмотрении споров о привлечении  контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите  делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его  применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа  законодательного регулирования в сфере несостоятельности (пункт 18 Постановления  Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).  

Исходя из предмета рассматриваемого спора, заявитель должен доказать наличие  неправомерных действий контролирующего лица, привлекаемого к субсидиарной  ответственности, и причинную связь с последующим затруднением проведения  процедуры несостоятельности (банкротства), в том числе формирования и реализации  конкурсной массы, а лицо, привлекаемое к ответственности, - то обстоятельство, что оно  действовало добросовестно и разумно в интересах должника, и отсутствие своей вины.  

В соответствии с абзацами 3 пункта 4 статьи 10 Закона N 134-ФЗ пока не доказано  иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие  действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред  имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу  этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая  сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции  Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным  (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц,  такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную  ответственность по его обязательствам. При этом, пока не доказано иное, предполагается,  что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или)  бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из перечисленных в  названной норме обстоятельств, в том числе, если причинен вред имущественным правам  кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения  этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях  61.2 и 61.3 вышеназванного Федерального закона.  

Нормы пункта 4 статьи 10 Закона № 134-ФЗ в ранее действовавшей редакции и  нормы пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве с точки зрения материального права не  отличаются в отношении ряда презумпций, поэтому суд апелляционной инстанции  считает возможным применение разъяснений в отношении положений статьи 61.11 Закона  о банкротстве, данных в постановлении № 53, к спорным правоотношениям.  

Как разъяснено в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением  контролирующих лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление № 53),  согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения  до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к  контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред  кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для  него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся  существенно убыточными.  

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные  условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от  цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются  аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим  

лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим  лицом в пользу контрагента). Невыгодность сделки определяется на момент ее  совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине  нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие  убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее  неисполнения либо ненадлежащего исполнения.  

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной,  следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка,  совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для  должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате  совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или  несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый  доход. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо  фактическим руководителем, иным контролирующим лицом, по указанию которого  совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для  применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен  существенный вред кредиторам.  

Вместе с тем существенная убыточность сделки является оценочной категорией,  поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства  дела, размер сделки применительно к масштабам деятельности должника и в этой связи  определяет, является ли убыточность существенной с учетом представленных  доказательств.  

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации,  изложенной в определении от 21.04.2016 № 302-ЭС14-1472, суд должен проверить каким  образом действия контролирующего лица повлияли на финансовое состояние должника.  

Согласно подпункту 5 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного  Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения  убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - постановление  N 62) недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в  частности, когда директор: знал или должен был знать о том, что его действия  (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица,  например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для  юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство  лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).  

В соответствии с пунктом 7 постановления № 62 не является основанием для  отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот  факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные  последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных  органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор  действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет  самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно  и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же  время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой  сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов.  

Следовательно, в рассматриваемом случае, управляющему необходимо доказать  наличие конкретных действий (указаний) этих лиц, которые были исполнены должником  в виде совершения сделок или иных юридических действий и именно вследствие этих  сделок и действий у должника уменьшились стоимость или размер имущества и (или)  увеличился размер имущественных требований к должнику.  

В рамках настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «РИАЛ»  удовлетворены заявления Конкурсного управляющего о признании недействительными  сделками банковских операций, совершенных с расчетного счета Должника в ПАО  «Сбербанк» № 40702810560330050655, в ПАО «Сбербанк» № 40702810160330003358, в  ПАО «Промсвязьбанк» № 40702810800000011564 в период за 3 года до и после  возбуждения дела о банкротстве:  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  27.07.2021 г. по делу № А20-2704/2018 признаны недействительными сделки ООО  «РИАЛ» по перечислению денежных средств в пользу ООО «Авангард-А» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в размере 33 264 000,00 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  07.09.2021 г. по делу № А20-2704/2018 признаны недействительными сделки ООО  «РИАЛ» по перечислению денежных средств в пользу ООО «Гласс» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в размере 4 920 000,00 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  26.08.2021 г. по делу № А20-2704/2018 признаны недействительными сделки ООО  «РИАЛ» по перечислению денежных средств в пользу ООО «ИСК» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>)) в размере 56 761 106,62 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  14.09.2021 г. по делу № А20-2704/2018 признаны недействительными сделки ООО  

«РИАЛ» по перечислению денежных средств в пользу ООО «Оазис» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в размере 120 471 200,00 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  14.09.2021 г. по делу № А20-2704/2018 признаны недействительными сделки ООО  «РИАЛ» по перечислению денежных средств в пользу ООО «Р`ОЙЛ» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в размере 14 621 867,83 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики  от08.09.2021 г. по делу № А20-2704/2018 признаны недействительными сделки ООО  «РИАЛ» по перечислению денежных средств в пользу ООО «Риал-Пласт» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в размере 3 730 145,09 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  09.09.2021 г. по делу № А20-2704/2018 признаны недействительными сделки ООО  «РИАЛ» по перечислению денежных средств в пользу ООО «Риал Трак Сервис» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) в размере 6 780 418,14 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  27.08.2021 г. по делу № А20-2704/2018 признаны недействительными банковские  операции по перечислению с расчетного счета ООО «РИАЛ» на расчетный счет ООО «ТД  «Росалко» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) на общую сумму 4 901 141,10 руб.;  

 - Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  15.12.2021 по делу А20-2704/2018 признаны недействительными банковские операции по  перечислению с расчетного счета ООО «РИАЛ» на расчетный счет ООО «Лесное» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) на общую сумму 27 000 000 руб.;  

- Постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от  17.03.2022 г. по делу № А20-2704/2018 признаны недействительными банковские  операции по перечислению с расчетного счета ООО «РИАЛ» на расчетный счет ООО  «Грейн Трейд» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на сумму 2 662 055 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  25.11.2021 г. по делу А20-2704/2018 признаны недействительными банковские операции  по перечислению денежных средств в пользу ЗАО «Гласс Технолоджис» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) на общую сумму 219 939 177,12 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  06.12.2021 г. по делу А20-2704/2018 признаны недействительными сделками банковские  операции по перечислению денежных средств в пользу ООО «Калининградский  винодельческий завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на общую сумму 292  939 116,44 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  15.11.2021 г. по делу А20-2704/2018 признаны недействительными сделками банковские  операции по перечислению денежных средств в пользу ООО «Корпорация «РИАЛ»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) на общую сумму 18 156 542,36 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  14.09.2021 г. по делу А20-2704/2018 признаны недействительными сделками банковские  операции по перечислению денежных средств в пользу ООО «Гласс Технолоджис» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) на общую сумму 41 709 000 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  23.11.2021 г. по делу А20-2704/2018 признаны недействительными сделками банковские  операции по перечислению денежных средств в пользу ООО «Прохладненский элеватор»  (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>) на общую сумму 352 505 464 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  29.07.2021 г. по делу А20-2704/2018 признаны недействительными сделками банковские  операции по перечислению денежных средств в ОАО «Прохладное» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) на общую сумму 72 711 080,00 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  04.04.2022 г. по делу А20-2704/2018 признаны недействительными сделками банковские  операции по перечислению денежных средств в пользу ООО «Риал - Агро» (ИНН  

<

***>) на общую сумму 117 292 166,89 руб.; в пользу ООО «Корпорация «РИАЛ»  (ИНН 

<

***>) - 2 374 930,67 руб.; в пользу ООО «ИСК» (ИНН 

<

***>) - 75 378  533,66 руб.; в пользу ООО «Прохладненский комбикормовый завод» (ИНН 

<

***>)84 625,69 руб.;  

 - Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  05.12.2021 г. по делу A20-2704/2018 признаны недействительными сделками банковские  операции по перечислению денежных средств в пользу ООО «СтройЛадный» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) денежных средств на общую сумму 26 937 000,00 руб.;  

- Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  23.11.2021 г. по делу № А20-2704/2018 признаны недействительными сделками  банковские операции по перечислению денежных средств в пользу ООО  «Прохладненский комбикормовый завод» (ИНН 

<

***>) денежных средств на общую  сумму размере 178 071 950,45 руб.  

Указанные выше сделки на основании пунктом 1, 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве признаны недействительными в виду отсутствие встречного предоставления  и направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов. Оспариваемые  

сделки (банковские операции) между всеми участниками группы имеют общие черты:  один период совершения операций, отсутствие документов в обоснование перечисления  денежных средств, отсутствие экономической целесообразности, факт не передачи  документации от руководителя должника, назначения платежей и пр.  

Фактически денежные средства по оспариваемым платежам не выходили за  пределы одной группы лиц и продолжали находиться внутри группы, под контролем  одного лица. Признанные недействительными банковские операции являются лишь  частью стратегии оптимизации внутрикорпоративных денежных потоков,  контролируемых конечным бенефициаром ГК «РИАЛ» ФИО10.  

ФИО5, ФИО6 и ФИО11 совершали сделки с погашением  требований несуществующих кредиторов, то есть, мнимые сделки. Так в период  руководства обществом ФИО5 (02.11.2010 г. - 20.04.2016 г.) в адрес  аффилированных с должником юридических лиц были безосновательно перечислены 74  460 966 руб. 67 коп., в период руководства обществом ФИО6 (21.04.2016 г. -  07.12.2017 г.) – 885 848 871 руб. 87 коп., в период руководства обществом ФИО11  (08.12.2017 г. - 11.06.2020 г.) – 620 233 612 руб. 04 коп.  

Также определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от  04.08.2021 г. по делу № А20-2704/2018 заявление Конкурсного управляющего  удовлетворено. Арбитражный суд определил признать недействительным договор цессии   № 18/06/2019 от 18.06.2019 г. и восстановить право требования ООО «РИАЛ» (ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***>) к ПХФК ОАО «Медхимпром» (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>, 143983, Московская обл., г. Балашиха, мкр. Керамик, ул. Заводская, д.  31) по Договору поставки этилового спирта № 12 от 02.04.2019 в размере 40 424 854,14  руб. ООО «РИАЛ» и ООО «Прохладненский элеватор» являются аффилированными  лицами, подконтрольными конечному бенефициару – ФИО10.  

В рамках указанного обособленного спора установлено, что в период с 28.10.2013  г. по 13.12.2017 г. руководителем ООО «Прохладненский элеватор» являлась ФИО5, которая является родной сестрой ФИО10, а также в период с  02.11.2010 г. по 21.04.2016 г. являлась руководителем ООО «РИАЛ». Учредителями ООО  «Прохладненский элеватор» являются сыновья ФИО10 – ФИО11 с долей в  размере 35,82%, ФИО11 с долей 35,8%, ООО «Риал-Агро», которое на 100%  принадлежит ФИО10, соответственно компания является полностью  подконтрольной ФИО10 ФИО11 на дату заключения Договора цессии  

18.06.2019 г. являлся одновременно и генеральным директором ООО «РИАЛ» и  собственником 35,82% долей в уставном капитале ООО «Прохладненский элеватор».  

Таким образом, ФИО11 после возбуждения дела о несостоятельности  (банкротстве) ООО «РИАЛ» 19.06.2018 были предприняты действия по выводу  ликвидного актива ООО «РИАЛ» в размере 40 424 854,14 руб. на подконтрольное  юридическое лицо.  

Указанное свидетельствует об уменьшении размера активов после заключения  спорных сделок.  

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники  (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя,  своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном  обществе (определение Верховного Суда РФ от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1,2).  

Как пояснил Верховный Суд в абзаце 3 пункта 5 постановления № 53  контролирующий статус предполагается не только у самого мажоритарного участника, но  и у любых заинтересованных по отношению к нему лиц. Частным случаем  заинтересованности является принадлежность к одной и той же группе лиц, определяемая  по правилам статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ "О защите  конкуренции" (далее - "Закон о защите конкуренции").  

Наличие контроля считается доказанным, если такая совокупность косвенных  признаков вызывает достаточно серьезные сомнения в отсутствии контроля (Определение  ВС РФ N 308-ЭС17-6757 (2, 3) от 06.08.2018).  

ФИО10, ФИО5, ФИО11, ФИО6 являлись  контролирующими должника лицами.  

Следовательно, поскольку указанные лица в полной мере участвовали в  хозяйственной деятельности общества, имея механизм влияния на финансовую  деятельность, дали согласие на заключение сделок, признанных в последствии  недействительными, то своим действием допустили наступление неблагоприятных  последствий в виде банкротства должника.  

В соответствии с ч. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо,  которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического  лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по  требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах  юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа  юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если  

будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно  действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие)  не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному  предпринимательскому риску.  

ФИО10, ФИО5, ФИО11, ФИО6 должны были  проявить должную степень заботливости и осмотрительности для надлежащего  исполнения обязанности по контролю за деятельностью должника, в силу положений  статей 15, 401 ГК РФ, и, не проявив таковой, несут ответственность за действия  (бездействия), которые привели к нерациональной хозяйственной деятельности и  невозможности расчетов с кредитором, что в свою очередь привело к признанию  должника несостоятельным (банкротом).  

Вышеуказанные факты свидетельствуют о недобросовестности и (или)  неразумности действий (бездействия) контролирующих должника лиц, повлекших  неблагоприятные последствия для должника и вред имущественным интересам  кредиторов, что привело к его несостоятельности.  

Таким образом, ФИО10, ФИО5, ФИО11, ФИО6  располагали сведениями о наличии сделок осуществляемых в ущерб обществу и  кредиторам, не приняли необходимых и надлежащих мер, направленных на не  совершение указанных сделок.  

Апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том,  что действия (бездействия) контролирующих должника лиц, находятся в прямой  причинно-следственной связи с банкротством общества, в связи с чем, указанные лица  подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на  основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.  

Также управляющий в качестве вменяемого нарушения ссылается на то, что  контролирующими должника лицами причинен существенный вред кредиторам, в связи с  допущением налоговых правонарушений.  

Определением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 08 июля  2020 года по делу № А20-2704/2018 установлено, что у должника имеется задолженность  перед Федеральной налоговой службы по КБР, г. Нальчик, в размере 1 217 793 560,54  руб., в том числе: задолженность по налогам и сборам - 838 664 350,58 руб., 317 749  789,96 руб. - пени и 61 379 420 руб. - штрафов.  

Решением суда от 26.09.2018 по делу № А20-1453/2018 решением налогового  органа от 05.10.2017 № 10 признано недействительным как несоответствующее  Налоговому кодексу Российской Федерации. Постановлением Шестнадцатого  

арбитражного апелляционного суда от 05.04.2019 решение суда отменено, в  удовлетворении требований обществу отказано. Судебным актом установлено, что  инспекцией проведена выездная налоговая проверка заявителя за период с 01.01.2012 по  31.12.2014, по результатам которой составлен акт от 03.05.2017 № 5. Решением от  05.10.2017 № 10 общество привлечено к ответственности за совершение налогового  правонарушения на основании пункта 1 статьи 122 Налогового кодекса.  

В рамках дела № А20-1453/2018 установлено, что стоимость основных средств  общества по состоянию на 31.12.2017 составила 1 441 922 000 руб., запасов - 336 206 000  руб., дебиторская задолженность - 2 565 304 000 руб.; кроме того, заемные средства за  2017 год по сравнению с 2015 годом возросли на 2 230 911 000 руб., (4 328 911 000 руб. в  2017 году и 2 098 000 000 руб. в 2015 году соответственно); кредиторская задолженность  возросла на 2 473 668 000 руб. (2 996 901 000 руб. в 2017 году и 523 233 000 руб. в 2015  году), указанных сумм внеоборотных и оборотных активов общества недостаточно для  погашения начисленных сумм по выездной проверке.  

Дебиторская задолженность общества по состоянию на 31.12.2017 составляет 2  565 304 000 руб., по сравнению с 2015 годом она увеличилась на 989 624 000 руб. (на  31.12.2015 составляла 1 575 680 000 руб.), то есть она реально не взыскивается.  

Также установленные в рамках дела № А20-1453/2018 факты свидетельствуют о  взаимозависимости ООО «РИАЛ» и его контрагентов, а также о подконтрольности  финансово-хозяйственной деятельности Общества его конечному собственнику –  ФИО10 и его родным: ФИО5, ФИО11,  ФИО6.  

Анализ движения денежных средств показал, что на покупателей спирта  приходится всего 8,4% от всех полученных на расчетные счета денежных средств.  

По расчетным счетам налогоплательщика выявлено перечисление средств по  цепочке нескольких юридических лиц с назначением платежа «займы», «за зерно» - 72,1%  от поступивших на расчетный счет налогоплательщика денежных средств.  

Основная доля полученных денежных средств за 2012-2014 г. приходится на  следующих контрагентов: ООО «Концерн «РИАЛ», ООО «Гласс Технолоджис», ООО  «Вереск». Фактически на последнем этапе деньги зачислялись на лицевой счет  физического лица (ФИО10).  

Совокупный размер полученных денежных средств ФИО10 от ООО  «РИАЛ» посредством перечисления по цепочке взаимосвязанных лиц за проверяемый  период составил 2 267 296,0 тыс. руб.  

В 2013 году перечислено 48,3% от общей суммы поступлений ООО «РИАЛ», в  2014 году - 20%, о чем свидетельствуют выписки об операциях на счетах ФИО10  (стр. 13- 16 решения № 10).  

С учетом изложенного, налоговый орган доказал недостоверность  представленных обществом документов в обоснование ставки НДС и акциза 0%, не  проявление обществом должностной осмотрительности при выборе контрагентов, не  отражение в бухгалтерском и налоговом учете хозяйственных операций.  

Таким образом, указанное выше свидетельствует о совершении  контролирующими должника лицами налоговых правонарушений за период с 01.01.2012  по 31.12.2014.Следовательно, приняв во внимание установленные при проведении  налоговой проверки обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правильному и  обоснованному выводу о том, что контролировавшие должника лица несут  предусмотренную Законом о банкротстве ответственность.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о  наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности на основании абз. 3, 5 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.  

Управляющим заявлено требование о привлечении к субсидиарной  ответственности бывшего руководителя должника за непередачу документов.  

 В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона банкротстве с даты принятия  арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии  конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных  органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного  предприятия. Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения  конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной  документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей  конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель  должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской  Федерации.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 16.10.2017 по делу № 302-ЭС17-9244, указанное требование  Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых  документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь  полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять  обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности,  принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника,  

находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность  перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о  банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной  причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему  документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении,  направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут  быть погашены требования кредиторов.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное  погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия  контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по  обязательствам должника.  

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не  доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов  невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в  том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по  ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о  признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой  является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо  указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение  процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация  конкурсной массы.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о несостоятельности  (банкротстве), если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, в целях  упомянутого Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается  физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года,  предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения  до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право  давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом  определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их  условий.  

Подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что  пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника  

лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации  должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом  ликвидационной комиссии.  

Из материалов дела следует, что в период с 2012 по 2018 гг. организация и  ведение бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и  бухгалтерской (финансовой) отчетности должника были возложены на ФИО5,  ФИО11, ФИО6 Следовательно, в силу положений Закона о банкротстве,  указанные лица является ответственными за хранение, а, следовательно, передачу  документации управляющему.  

В период до возбуждения дела о банкротстве руководителем должника являлся  ФИО11, Следовательно, в силу положений Закона о банкротстве, указанное лицо  является ответственным за хранение, а, следовательно, передачу документации  управляющему.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14- ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" общество обязано хранить  документы, касающиеся создания и деятельности общества, а также иные документы,  предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской  Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего  собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и  исполнительных органов общества.  

Указанные документы общество хранит по месту нахождения его единоличного  исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества  (пункт 2 статьи 50 названного Закона).  

Согласно пункту 1 статьи 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О  бухгалтерском учете" (далее - Закон о бухгалтерском учете) бухгалтерский учет ведется  непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в  результате реорганизации или ликвидации.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете ведение  бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются  руководителем экономического субъекта. Согласно пункту 3 и пункту 4 статьи 29 Закона  о бухгалтерском учете экономический субъект должен обеспечить безопасные условия  хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений. При смене  руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского  учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется  организацией самостоятельно.  

С учетом изложенного, составление, учет и хранение документов, в том числе  бухгалтерской документации, в силу закона обязан обеспечить единоличный  исполнительный орган общества.  

Поскольку ведение бухгалтерского учета и (или) отчетности является  обязательным требованием закона, и ответственность за организацию бухгалтерского  учета несет руководитель, то именно он обязан доказывать наличие уважительных причин  непредставления документации.  

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2  пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены  обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов  бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.  

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а  также временный управляющий, административный управляющий, внешний  управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего  обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей,  штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.  

В силу пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с  даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан  предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень  имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные  документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения  наблюдения. Ежемесячно руководитель обязан информировать временного управляющего  об изменениях в составе имущества должника. Данной обязанности руководителя  должника корреспондирует право временного управляющего, предусмотренное пунктом 1  статьи 66 Закона о банкротстве, получать любую информацию и документы, касающиеся  деятельности должника, а также, предусмотренная пунктом 1 статье 67 Закона о  банкротстве обязанность временного управляющего провести анализ финансового  состояния должника.  

В случае отказа или уклонения указанных лиц от передачи перечисленных  документов и ценностей арбитражному управляющему он вправе обратиться в суд,  рассматривающий дело о банкротстве, с ходатайством об их истребовании по правилам  частей 4 и 6 - 12 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации (при этом для временного управляющего истребуются заверенные  руководителем должника копии документов).  

Само по себе абстрактное указание на лишение временного управляющего  возможности пополнить конкурсную массу должника в связи с непередачей копий  документов не может служить достаточным основанием для привлечения к субсидиарной  ответственности.  

Как разъяснено в пункте 19 постановления № 53 при доказанности обстоятельств,  составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства,  закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно  действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной  объективного банкротства.  

В пункте 24 постановления № 53 разъяснено, что в силу пункта 3.2 статьи 64,  абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о  банкротстве на руководителе должника лежит обязанность по представлению  арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее  передаче управляющему.  

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других  лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения  данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского  кодекса Российской Федерации. По результатам рассмотрения соответствующего  обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке,  предусмотренном частью 3 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной  ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или  искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве),  необходимо учитывать следующее.  

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как  отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в  документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.  

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные  презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не  привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав  отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности,  подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по  ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и  осмотрительности, какая от него требовалась.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в  том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его  основных контрагентов, а также:  

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;  

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их  условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о  необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;  

- невозможность установления содержания принятых органами должника  решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими  вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц,  являющихся членами данных органов.  

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные  подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая  документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе  рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая  передача документации (информации) не исключает возможность привлечения  руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой  исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.  

Так определением по делу № А20-2704/2018 от 29.07.2020 Арбитражный суд  Кабардино-Балкарской Республики истребовал документацию у бывшего руководителя  ООО «РИАЛ» ФИО11 и обязал передать конкурсному управляющему. 09.11.2020  за № 63-ВХ конкурсным управляющим получен исполнительный лист серии ФС №  012712505-012712509 по делу № А20-2704/2018.  

Однако, впоследствии конкурсным управляющим была обнаружена опечатка в  исполнительном листе серии ФС № 012712505-012712509 по делу № А20-2704/2018, на  основании чего конкурсным управляющим был запрошен новый исполнительный лист.  

22.01.2021 за № 15 ВХ конкурсным управляющим получен исполнительный лист  серии ФС № 012712525-012712529 на двадцати листах по делу № А20-2704/2018.  17.03.2021 г. в отношении ФИО11 возбуждено исполнительное производство №  19899/21/07013-ИП Прохладненским МОСП, судебный пристав-исполнитель – ФИО13  

На дату рассмотрения жалобы исполнительное производство не окончено,  действия судебного пристава не дали результата.  

07.04.2021 конкурсным управляющим направлено ходатайство о применении мер  принудительного исполнения и о совершении исполнительных действий, а именно: о  

выезде в адрес ФИО11 в целях вручения требования об исполнении, опроса по  факту уклонения от исполнения, вручения предупреждения об уголовной ответственности  по ст. 315 УК РФ.  

19.05.2021 осуществлен выезд по месту нахождения имущества, подлежащего  передаче в собственность и расположенного по адресу: 

<

...>. Частично выявлено движимое имущество в виде транспортных  средств.  

19.11.2020 в Прокуратуру Кабардино-Балкарской Республики направлено  заявление об административном правонарушении, совершенном ФИО11,  ответственность за которое предусмотрена ч. 4 ст. 14.13 КоАП РФ.  

Установив наличие признаков состава административного правонарушения,  предусмотренного ч. 4 ст. 14.13 КоАП РФ, Прокуратура РФ возбудила в отношении  ФИО11 дело об административном правонарушении.  

Решением Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 25.03.2021 г.  по делу № А20-238/2021 бывший генеральный директор ООО «РИАЛ» ФИО11 был  привлечен к административной ответственности по ч. 4 ст. 14.13 КоАП РФ, в виде штрафа  в размере 40 000 руб. 18.03.2021.  

Указанные нарушения ФИО11 как контролирующих должника лиц  повлекли за собой невозможность осуществить взыскание дебиторской задолженности  должника, а именно в рамках дела № А20-4982/2020 судом установлено, отсутствие  дебиторской задолженности, что установлено на основании документов, которые  контрагент предъявил в ходе рассмотрения дела.  

В рамках дела № А20-145/2021 арбитражный управляющий ввиду отсутствия  документов не смог верно оценить размер фактической дебиторской задолженности, что  позволило взыскать с ООО «Прохладненский элеватор» в пользу ООО «РИАЛ» 2 865,88  руб. задолженности, вместо 85 607 938,60 руб., что возложило на конкурсную массу ООО  «РИАЛ» дополнительные судебные расходы в размере 199 993 руб. в виде взыскания  государственной пошлины.  

Кроме того, конкурсным управляющим были проанализированы банковские  выписки Должника за последние 3 года (с учетом срока исковой давности), выявлены  перечисления денежных средств в счет оплаты товаров и услуг и направлены претензии  174 контрагентам с требованием предоставить доказательства поставки  товаров/выполнения работ, за которые ООО «РИАЛ» производил оплату, или  осуществить возврат денежных средств.  

В ответ на полученные претензии 84 контрагентов направили в адрес конкурсного  управляющего документы, обосновывающие перечисление денежных средств.  Остальными контрагентами претензии проигнорированы.  

Всего конкурсным управляющим инициирована подача 62 исковых заявлений о  взыскании дебиторской задолженности и неосновательного обогащения на общую сумму  369 934 612,44 руб., госпошлина составила 2 601 418,00 руб.  

По 30 искам судами вынесены определения об отказе в удовлетворении  требований конкурсного управляющего по основаниям отсутствия у конкурсного  управляющего первичной документации, оригиналов документов и доказательств,  подтверждающих односторонний отказ от исполнения обязательств и одностороннее  изменение его условий, в соответствии с пунктом 1 статьи 310 ГК РФ.  

Общая сумма взысканной с ООО «РИАЛ» госпошлины составляет 1 266 618,00  руб.  

По делу № А20-120/2022 вынесено решение об удовлетворении заявленных  требований, а именно: о взыскании с ООО «Дорстрой» 200 000,00 руб. неосновательного  обогащения, 4 690,41 руб. процентов на сумму неосновательного обогащения за период с  24.08.2021 по 22.12.2021, а также проценты за период с 13.01.2022 по день фактической  оплаты задолженности исходя из ключевой ставкой Банка России, действовавшей в  соответствующие периоды; о взыскании с ООО «Дорстрой» в доход федерального  бюджета 7 094,00 руб. государственной пошлины.  

Таким образом, не передача документов не позволила организовать работу по  пополнению конкурсной массы за счет взыскания дебиторской задолженности на сумму 2  376 234 тыс. руб., что существенно снизило возможность полного погашения реестра  требований кредиторов.  

С учетом изложенного, имеются основания для привлечения указанных лиц к  субсидиарной ответственности за непередачу бухгалтерской документации  управляющему.  

Управляющим также заявлено требование о привлечении к ответственности  бывшего руководителя должника ФИО11 за необращение с заявлением о  признании должника несостоятельным (банкротом).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель  должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением  должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного  кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником  денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных  

платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника,  уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие  решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с  заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника -  унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с  заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно  осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник  отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества  и в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.  

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве такое заявление должника  должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1  настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты  возникновения соответствующих обстоятельств.  

В силу пунктов 1 и 2 статьи 10 Закона о банкротстве в случае нарушения  руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником  имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника,  членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений  настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки,  причиненные в результате такого нарушения.  

Нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в  случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет  за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным  законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим  после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего  Федерального закона.  

Исходя из смысла вышеназванной нормы права, возможность привлечения лиц,  указанных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности  возникает при наличии одновременно ряда указанных в законе условий: во-первых,  возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве  обстоятельств и установление даты возникновения обстоятельства; во-вторых, неподача  каким-либо из указанных выше лиц заявления и банкротстве должника в течение месяца с  даты возникновения соответствующего обстоятельства; в-третьих, возникновение  обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо  

(лица), перечисленное в пункте 2 статьи 10 Закона, после истечения срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Данный объем обстоятельств, подлежащих доказыванию, также определен в  определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713  по делу № А50-4524/2013 (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской  Федерации № 2 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016).  

Как указано выше, одним из оснований, при возникновении которого у  руководителя возникает обязанность по подаче заявления о признании должника  банкротом, является наличие признаков неплатежеспособности и (или) признаков  недостаточности имущества.  

Для определения момента объективного банкротства фактически необходимо  определить стоимость чистых активов компании по методике, предусмотренной п 4-6  Приказа Минфина России от 28.08.2014 № 84н «Об утверждении Порядка определения  стоимости чистых активов», в соответствии с которой, стоимость чистых активов  определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации  и величиной принимаемых к расчету обязательств организации.  

При этом объекты бухгалтерского учета, учитываемые организацией на  забалансовых счетах, при определении стоимости чистых активов к расчету не  принимаются. Принимаемые к расчету активы включают все активы организации, за  исключением дебиторской задолженности учредителей (участников, акционеров,  собственников, членов) по взносам (вкладам) в уставный капитал (уставный фонд, паевой  фонд, складочный капитал), по оплате акций).  

Принимаемые к расчету обязательства включают все обязательства организации,  за исключением доходов будущих периодов. Таким образом, для определения  недостаточности имущества и установления признаков объективного банкротства,  необходимо определить стоимость активов компании, за исключением дебиторской  задолженности учредителей, и вычесть из нее совокупный размер кредиторской  заложенности, краткосрочных и долгосрочных займов.  

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных  обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное  недостаточностью денежных средств.  

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано  иное. К коэффициентам, характеризующим платежеспособность должника, относят:  коэффициент абсолютной ликвидности, коэффициент текущей ликвидности, показатель  

обеспеченности обязательств должника его активами и степень платежеспособности по  текущим обязательствам.  

Признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества применительно к  задолженности по обязательным платежам определяются по состоянию на момент  наступления сроков их уплаты за соответствующие периоды финансово-хозяйственной  деятельности должника, которые установлены законом, а не на момент выявления  недоимки налоговым органом по результатам проведенных в отношении должника  мероприятий налогового контроля либо оформления результатов таких мероприятий.  

Так решением от 05.10.2017 № 10 общество привлечено к ответственности за  совершение налогового правонарушения на основании пункта 1 статьи 122 Налогового  кодекса РФ за период с 01.01.2012 по 31.12.2014 г.  

В период с 01.01.2012 по 31.12.2017 г. ООО «РИАЛ» имел отрицательные  показатели финансово-хозяйственной деятельности, что подтверждается следующим.  

Коэффициент абсолютной ликвидности показывает, какая часть краткосрочных  обязательств может быть погашена немедленно, и рассчитывается как отношение  наиболее ликвидных оборотных активов к текущим обязательствам Должника.  

Значение данного показателя должно быть не менее 0,2. ООО «РИАЛ» с 2012  года не в состоянии оплатить немедленно долговые обязательства.  

Коэффициент текущей ликвидности показывает, достаточно ли у предприятия  средств, которые могут быть использованы им для погашения своих краткосрочных  обязательств в течение года, и определяется как отношение ликвидных активов к текущим  обязательствам Должника.  

Значение этого коэффициента должно находиться в диапазоне 1,0-2,0.  

При определении объективности значений настоящего коэффициента стоит  учитывать, что ООО «РИАЛ» не своевременно выплачивал заработную плату,  обязательные платежи, что говорит о том, что предприятие не имело фактической  возможности погашения краткосрочных и текущих обязательств, что недостоверно  отражалось в балансе Предприятия.  

Показатель обеспеченности обязательств Должника его активами характеризует  величину активов Должника, приходящихся на единицу долга, и определяется как  отношение суммы ликвидных и скорректированных внеоборотных активов к  обязательствам Должника.  

С учетом изложенного, признаки объективного банкротства возникли у должника  в 2012 года  

Следовательно, выполняя добросовестно полномочия руководителя должника  ФИО11 должен был узнать о наличии у должника признаков объективного  банкротства с момента подготовки и сдачи в налоговый орган бухгалтерского баланса  общества за 2017 год, а следовательно, должен был обратиться в суд с заявлением о  признании должника банкротом. Однако эту обязанность ФИО11 в установленный  законом срок не исполнил.  

ФИО11 должен был проявить должную степень заботливости и  осмотрительности для надлежащего исполнения обязанности по контролю за  деятельностью должника, в силу положений статей 15, 401 ГК РФ, и, не проявив таковой,  несет ответственность за бездействие, которое привело к нерациональной хозяйственной  деятельности и невозможности расчетов с кредитором, что в свою очередь привело к  признанию должника несостоятельным (банкротом).  

Вышеуказанные факты свидетельствуют о недобросовестности и (или)  неразумности действий (бездействия) руководителя должника, повлекших  неблагоприятные последствия для должника и вред имущественным интересам  кредиторов, что привело к его несостоятельности.  

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, о наличии причинно-следственной связи между бездействием ФИО11 по неподаче заявления и  наступлением негативных последствий в виде нарастания задолженности должника перед  кредиторами.  

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному  выводу о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к  субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника в арбитражный суд о  признании общества банкротом.  

В силу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения  заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию,  предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно  определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления  всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов  выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия  оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной  ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания  расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов,  заявленных до окончания расчетов с кредиторами.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно приостановил  производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении лиц,  контролирующих должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  до окончания расчетов с кредиторами.  

С учетом изложенного, оснований для переоценки выводов суда первой  инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Ссылка апеллянта об отсутствии у ФИО10 полномочий на подачу  заявления о признании должника банкротом, судом апелляционной инстанции не  принимается, поскольку в данном случае указанная обязанность была у ФИО11, в  связи с чем, суд первой инстанции привлек указанное лицо к субсидиарной  ответственности по данному основанию.  

Иные доводы жалоб основаны на неверном толковании норм материального  права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой  инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения  судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо  опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным  судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого  судебного акта.  

Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы  апелляционных жалоб судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в обжалуемом  судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены нормы права,  подлежащие применению, вследствие чего апелляционные жалобы не подлежат  удовлетворению.  

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к  выводу о том, что доводы апелляционных жалоб основаны на неверном толковании норм  материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в  связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся  безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не  допущено.  

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской  Федерации уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на  

определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса  Российской Федерации, не предусмотрена.  

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный  апелляционный суд,  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кабардино-Балкарской Республики от 14.04.2023 по делу   № А20-2704/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через  арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий З.А. Бейтуганов 

Судьи Д.А. Белов 

Н.Н. Годило