ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-2984/2019

г. Вологда

30 октября 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 30 октября 2024 года.

В полном объёме постановление изготовлено 30 октября 2024 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Кузнецова К.А., судей Марковой Н.Г. и Писаревой О.Г., при ведении протокола секретарем судебного заседания Гавриловой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Псковской области от 25 июня 2024 года по делу № А52-2984/2019, 

 

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Псковской области (далее – суд) от 01.09.2019 (резолютивная часть от 29.08.2019) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Аквавелсервис» (адрес – Псковская область; ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее – Должник) введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением суда от 17.12.2019 (резолютивная часть от 10.12.2019) Должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство. 

Определением суда от 17.09.2020 конкурсным управляющим Должника утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий обратился 13.01.2020 в суд с заявлением о привлечении ФИО1, ФИО4, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника.

Определением суда от 15.06.2021 (резолютивная часть от 07.06.2021) признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника; производство по обособленному спору о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности приостановлено до завершения расчетов с кредиторами; в удовлетворении требований к ФИО4 и ФИО7 отказано.

Определением суда от 06.12.2023 ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением суда от 21.12.2023 конкурсным управляющим Должника утверждена ФИО5.

Определением суда от 09.04.2024 по ходатайству конкурсного управляющего ФИО5 производство по спору о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности в части установления размера ответственности возобновлено.

В отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества в рамках дела о его несостоятельности (банкротстве), финансовым управляющим утвержден ФИО6

Конкурсный управляющий просит установить субсидиарную ответственности ФИО1 в сумме 44 989 650,19 руб., в том числе непогашенные реестровые требования – 41 747 239,77 руб., судебные расходы по делу о банкротстве – 3 151 410,42 руб.

Определением суда от 25.06.2024 заявление удовлетворено,                    ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника за невозможность полного погашения требований кредиторов в сумме 44 898 650,19 руб.; с ФИО1 в пользу Федеральной налоговой службы взыскано 7 553 311,51 руб., в том числе 3 360 775,32 руб. основного долга (вторая очередь реестровых требований), 3 069 802,32 руб. основного долга, 1 122 733,87 руб. пеней (третья очередь реестровых требований); с ФИО1 в пользу Должника взыскано 37 345 338,68 руб., в том числе 3 151 410,42 руб. судебных расходов (требования по текущим обязательствам), 28 417 527,26 руб. основного долга, 5 776 401 руб. финансовых санкций (третья очередь реестровых требований).

ФИО1 с этим определением суда не согласился, обратился в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит его отменить.

В обоснование своей позиции указывает на то, что в несостоятельности (банкротстве) Должника виновен не он, а участники Должника ФИО4 и ФИО7, а также ФИО8 (муж ФИО4). 

ФИО1 обладает лишь 10 % доли в уставном капитале Должника, повлиять на его деятельность не мог. 

Вся прибыль Должника с согласия его учредителей направлялась на его развитие. Должник также должен был содержать и обслуживать производственно-складскую базу, оборудование, спецтехнику. 

Вся деятельность Должника фактически находилась под контролем ФИО8 

Примерно с 2016 года финансовое положение Должника становилось все хуже. Должник выиграл тендер общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО)  «Транснефть Порт Приморск». Уже в 2017 году после вновь выйгранного тендера необходимо было предоставить банковскую гарантию. Для ее получения необходимо поручительство всех участников Должника. Все учредители Должника кроме него отказались от этого, лишь он один согласился. Но поскольку у его доля составляет лишь 10 %, пришлось искать спонсоров для обеспечительного платежа. Им оказался ФИО9 

Начиная с 2017 года, лишь ФИО1 организовывал работу Должника, решал вопросы по получению банковских гарантий на исполнение контрактов, искал оборотные средства для выполнения этих контрактов, вкладывал свои средства, брал на себя кредиты в банках и у знакомых. Остальные учредители бездействовали. 

В результате его усилий Должник выполнил все контракты к концу 2018 года. Но полученная прибыль являлась незначительной. 

Вся эта ситуация привела Должника к кредитам и займам, а также к привлечению субподрядчиков, что уменьшало прибыль Должника. Участие Должника в тендерах и аукционах в 2017 года сокращено в связи с невозможностью предоставления банковских гарантий и обеспечительных платежей, а также отсутствием оборотных средств. 

ФИО1 указывает, что фактически не оказывал определяющего влияния на деятельность Должника. Он не мог заставить других учредителей подписывать поручительства по банковским гарантиям на исполнение контрактов, хотя контракты у Должника имелись. 

Полагает, что это явилось основной причиной экономического упадка Должника. 

Он как генеральный директор сделал все возможное для выполнения работ. Также ФИО1 не согласен с выводом суда о том, что им неправомерно проведено отчуждение имущества Должника, необоснованно перечислены денежные средства, заключены договоры займа на крайне невыгодных для Должника условиях. 

Отчуждение недвижимого имущества Должника в рамках кредитного договора от 30.08.202017 и договора залога недвижимого имущества от 30.08.202017, заключенных Должником с публичным акционерным обществом (далее – ПАО)  «Великие Луки банк», являлось для Должника вынужденной сделкой для оплаты налогов, зарплаты, коммунальный платежей и закупки материалов и комплектующих для выполнения текущих просроченных заказов. Эта сделка являлась обычной практикой при осуществлении хозяйственной деятельности Должника. 

Договоры временной финансовой помощи от 20.03.2017 и от 14.04.2017, заключенные Должником с ФИО9, изначально планировались как краткосрочные займы с целью пополнения оборотных средств, носили вынужденный характер для оплаты налогов, зарплаты, коммунальный платежей. Главным фактором явилось получение банковской гарантии на исполнение контракта. По итогу года из-за штормов в море и постоянным перебоем с финансированием удалось выполнить только часть работ по контракту, поэтому вернуть данный кредит не удалось.

Данные договоры временной финансовой помощи также являлись обычной хозяйственной практикой Должника. Эта сделка оспаривалась, но суды всех трех инстанций признали ее действительной. 

ФИО1 указывает, что как предприниматель своими деньгами через свой расчетный счет оплачивал необходимые расходы Должника: зарплата, налоги, закупка комплектующих для производства, коммунальные платежи, оплата кредита за Должника в банке. 

Большое количество оборудования пришло в негодность в процессе эксплуатации в рамках заключенных контрактов. Ряд оборудования Должника конкурсный управляющий продал по необоснованно заниженной цене.

Конкурсный управляющий Должника в отзыве просит решение суда оставить без изменений, рассмотреть дело без его участия.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов».

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, Должник зарегистрирован 27.12.2002 в качестве юридического лица. 

Его генеральным директором в период с 04.06.2010 по 14.12.2019 являлся ФИО1 

Учредителями (участниками) Должника являются ФИО10, ФИО4, ФИО1, ФИО7

Вступившим в законную силу определением суда от 15.06.2021 по настоящему делу признано наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по долгам Должника; в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО7 отказано; производство по обособленному спору о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности до завершения расчетов с кредиторами приостановлено.

В дальнейшем по ходатайству конкурсного управляющего ФИО5 производство по спору о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности в части установления размера его ответственности возобновлено определением суда от 09.04.2024.

Конкурсный управляющий просит установить субсидиарную ответственность ФИО1 в сумме 44 989 650,19 руб., в том числе: непогашенные реестровые требования в сумме 41 747 239,77 руб., судебные расходы по делу о банкротстве в сумме 3 151 410,42 руб.

Суд первой инстанции правомерно удовлетворил данные требования.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и пункту 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

ФИО1 в апелляционной жалобе ссылается на то, что в банкротстве Должника виновен не он, а участники Должника ФИО4 и ФИО7, а также ФИО8 (муж ФИО4). ФИО1 обладает лишь 10 % доли в уставном капитале Должника, повлиять на его деятельность не мог. Им принимались надлежащие меры по развитию Должника, заключению контрактов, финансовому обеспечению их заключения и выполнения. Остальные учредители бездействовали. Вся деятельность Должника фактически находилась под контролем ФИО8 ФИО1 не оказывал определяющего влияния на деятельность Должника. Также ФИО1 не согласен с выводом суда о том, что им неправомерно проведено отчуждение имущества Должника, необоснованно перечислены денежные средства, заключены договоры займа на крайне невыгодных для Должника условиях. Напротив, он своими деньгами через свой расчетный счет оплачивал необходимые расходы Должника. Эти средства он так и не смог вернуть.

Эти доводы являются необоснованными, отклоняются апелляционной коллегией.

Как указано выше, ФИО1 являлся генеральным директором Должника в период с 04.06.2010 по 14.12.2019.

Следовательно, в силу пунктов 1 и 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве он являлся лицом, контролирующим Должника.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 53), если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие деятельности контролирующего должника лица, то законом предусмотрен исключительный механизм восстановления нарушенных прав кредиторов посредством привлечения такого лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Как указано выше, в апелляционной жалобе ФИО1 ссылается на отсутствие его вины в несостоятельности (банкротстве) Должника.

Данные доводы опровергаются приведенным выше вступившим в законную силу определением суда от 15.06.2021, которым признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника.

Также названным определением суда от 15.06.2021 в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности отказано к ФИО4 и ФИО7, поэтому доводы ФИО1 о наличии в банкротстве Должника вины этих лиц являются необоснованными.

Определение суда от 15.06.2021 вступило в законную силу, согласно статье 6 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» носит общеобязательный характер.

Также согласно пункту 43 Постановления Пленума ВС РФ № 53 изложенный в резолютивной части определения о приостановлении производства по делу вывод суда о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является общеобязательным (статья 16 АПК РФ), что исключает повторную проверку этого вывода после возобновления производства по обособленному спору на основании абзаца первого пункта 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

Таким образом, доводы ФИО1 по своей сути направлены на преодоление данного вступившего в законную силу судебного акта, что является недопустимым.

Суд первой инстанции правильно применил нормы процессуального права и обоснованно отклонил возражения ФИО1, направленные на фактический пересмотр обстоятельств, установленных вступившим в законную силу судебным актом (определением от 15.06.2021).

Аналогичные выводы изложены в постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 17.10.2024 по делу № А56-37217/2018.

На основании изложенного ФИО1 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника, конкурсный управляющий правомерно обратился в суд с настоящими требованиями об установлении размера субсидиарной ответственности ФИО1

Судом верно определен размер ответственности ФИО1 в сумме 44 989 650,19 руб., соответствующие доводы апелляционной жалобы ФИО1 отклоняются.

Так, согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В рассматриваемом случае в реестр требований кредиторов Должника в включены требования кредиторов на общую сумму 57 154 259 руб. В ходе процедуры банкротства были частично погашены требования залогового кредитора, размер непогашенной задолженности Должника перед кредиторами и уполномоченным органом составляет 41 747 239,77 руб.

Из данной суммы субсидиарной ответственности исключены требования уполномоченного органа к Должнику по налоговым санкциям.

Кроме того, в рамках дела о банкротстве Должника непогашенная сумма судебных расходов составляет 3 151 410,42 руб.

Таким образом, общий размер субсидиарной ответственности ФИО1 составляет 44 898 650,19 руб. (41 747 239,77 + 3 151 410,42). Конкурсная масса для погашения этих требований кредиторов отсутствует.

В апелляционной жалобе ФИО1 ссылается на то, что он обладает лишь 10 % доли в уставном капитале Должника, повлиять на его деятельность не мог. Вся деятельность Должника фактически находилась под контролем ФИО8 ФИО1 фактически не оказывал определяющего влияния на деятельность Должника.

Согласно пункту 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

Также согласно абзацу второму пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

В рассматриваемом случае подобные обстоятельства, указанные в пунктах 9, 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, отсутствуют.

Как указано выше, ФИО1 являлся непосредственным руководителем Должника (его генеральным директором), руководил хозяйственной деятельностью Должника, заключал сделки, принимал организационные решения по развитию деятельности Должника.

Названным определением суда от 15.06.2021 признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника именно ФИО1

Также этим определением суда в удовлетворении требований о привлечении к субсидиарной ответственности отказано к ФИО4 и ФИО7, поэтому доводы ФИО1 о наличии в банкротстве Должника вины этих лиц являются необоснованными.

Доводы ФИО1 о том, что вся деятельность Должника фактически находилась под контролем ФИО8, в нарушение                          статьи 65 АПК РФ документально не подтверждены.

В апелляционной жалобе ФИО1 ссылается на наличие его встречных требований к Должнику, так как он своими деньгами через свой расчетный счет оплачивал необходимые расходы Должника: зарплату, налоги, закупка комплектующих для производства, коммунальные платежи, оплата кредита за Должника в банке. Указывает на то, что он не смог вернуть свои денежные средства, внесенные им как физическим лицом на расчетный счет Должника в виде договоров временной финансовой помощи на общую сумму 10 420 000 руб., которые были взяты им в кредит в банках.

Вместе с тем предметом рассмотрения по настоящему спору является определение размера субсидиарной ответственности ФИО1, а не его требований к Должнику. Какие-либо требования к Должнику ФИО1 имел возможность заявить в отдельном производстве.

В апелляционной жалобе ФИО1 ссылается на то, что много оборудования пришло в негодность в процессе эксплуатации в рамках заключенных контрактов. Ряд оборудования Должника конкурсный управляющий продал по необоснованно заниженной цене.

Данные доводы являются необоснованными, не могут служить основанием для уменьшения размера субсидиарной ответственности ФИО1

Аргументы ФИО1 относительно цены проданного оборудования носят с его стороны лишь оценочный, предположительный характер, надлежаще не подтверждены.

При этом, как указано выше, уменьшение размера субсидиарной ответственности возможно лишь в случае представления контролирующим должника лицом достоверных доказательств того, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов должника по его вине, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за его счет.

Следовательно, бремя доказывания необходимости уменьшения размера субсидиарной ответственности лежит на привлекаемом к ответственности лице.

При рассмотрении названного обособленного спора о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности судом дана оценка всем доводам ФИО1, которые повторно заявлены им в апелляционной жалобе.

Приведенные выше доводы ФИО1 направлены на преодоление выводов, изложенных во вступившем в законную силу судебном акте об установлении наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника.

Податель жалобы фактически выражает несогласие с установленными ранее основаниями для привлечения его к субсидиарной ответственности.

ФИО1 не приведены документально обоснованные доводы, подтверждающие основания для снижения размера его субсидиарной ответственности.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что, учитывая отсутствие обстоятельств, указанных в пунктах 9, 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, оснований для уменьшения размера субсидиарной ответственности ФИО1 как контролирующего Должника лица не имеется.

Правовых оснований для отказа во взыскании спорной денежной суммы в порядке привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника не имеется.

Определяя размер субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам Должника, суд правомерно исходил из представленного конкурсным управляющим расчета, произведенного в соответствии с реестром требований кредиторов Должника.

В соответствии с абзацем третьим пункта 13 статьи 61.6, статьей 61.17 Закона о банкротстве, пунктом 45 Постановления Пленума ВС РФ № 53 суд первой инстанции при привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности обоснованно указал сумму, подлежащую взысканию с него с учетом выбранного кредиторами способа распоряжения полученным правом требования, предусмотренного указанным Законом.

Так, в рассматриваемом случае уполномоченный орган выбрал способ распоряжения требованием к ФИО1 как к контролирующему Должника лицу в виде уступки прав, от остальных кредиторов заявлений о выборе способа распоряжения правом требования о привлечении к ответственности не получено.

С учетом изложенного общая сумма субсидиарной ответственности по обязательствам Должника за невозможность полного погашения требований кредиторов подлежит распределению с учетом положений статьи 61.17 Закона о банкротстве между уполномоченным органом, выбравшим  способ распоряжения требованием к контролирующему Должника лицу в виде уступки прав, и Должником.

На основании изложенного суд первой инстанции правомерно привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Должника в сумме 44 898 650,19 руб.

По мнению суда апелляционной инстанции, выводы суда об установленных обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемом судебном акте и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, а выводы о применении норм материального права – на фактических обстоятельствах, установленных судом на основании оценки представленных в материалы дела доказательств.

Вопреки мнению подателя жалобы, из содержания обжалуемого судебного акта следует, что суд дал оценку всем доводам и возражениям лиц, участвующих в настоящем деле, надлежащим образом исследовал все имеющиеся в материалах дела доказательства, установил все обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, подлежат отклонению, так как тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, основания для непринятия которой у суда апелляционной инстанции отсутствуют. 

Иное толкование апеллянтом положений законодательства о банкротстве, а также иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены определения суда в обжалуемой части апелляционная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Псковской области от 25 июня 2024 года по делу № А52-2984/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

К.А. Кузнецов

 

Судьи

Н.Г. Маркова

 

О.Г. Писарева