АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ  ФЕДЕРАЦИИ

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

г. Краснодар                                                                                    Дело № А32-42584/2018

«07» мая 2019 г.

Резолютивная часть решения объявлена 18.04.2019

Полный текст решения  изготовлен 07.05.2019

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Позднякова А.Г.

при  ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бобровым М.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску 

ООО «АРЕОПАГ СИБИРИ» (

<

...> ИНН 

<

***>)

к ООО «Главная Инвестиционная Компания» (

<

...>/1 ИНН 

<

***>)

 о взыскании 151 877,83 руб. неустойки, штрафа в размере 50% от суммы неустойки (уточненные требования).

третье лицо:

- ФИО1 (

<

...> Октября, 76, кв. 111)

- ФИО2 (

<

...> Октября, 76, кв. 111)

при участии в заседании:

от истца: ФИО3, паспорт, ФИО4, паспорт

от ответчика: не явился, уведомлен

от третьих лиц: не явился, уведомлен

слушатель ФИО5, паспорт

УСТАНОВИЛ:

ООО «АРЕОПАГ СИБИРИ» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ООО «Главная Инвестиционная Компания» о взыскании 151 877,83 руб. неустойки за период с 03.07.2018 по 12.11.2018, штрафа в размере 50% от суммы неустойки (уточненные требования).

Истец, в судебном заседании настаивал на заявленных требованиях. 

Ответчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте проведения судебного разбирательства по делу, в судебное  заседание не явился. 

Для дополнительного исследования представленных в судебное заседание доказательств, в судебном заседании объявлен перерыв до 18.04.2019, на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд огласил письменные материалы и исследовал их.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд установил следующие обстоятельства, касающиеся существа спора.

Как следует из материалов дела, 01.10.2018 между Гр. ФИО1 и ФИО2 (далее - «Цедент») и ООО «АРЕОПАГ СИБИРИ» (далее - «Цессионарий») заключен договор уступки прав требований неустойки (цессии) № 174/2018-10 по договору долевого участия в строительстве жилого дома № КР/Л5/ПД1/УКН82/ЭТ8/2017 от 21.07.2017 года.

В рамках данного договора ООО «АРЕОПАГ СИБИРИ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, КПП 420501001) приобрело право требования (в том числе судебного) в отношении ООО «ГИК» ИНН 

<

***> (далее «Должник»), возникшее у Цедента в связи с ненадлежащим исполнением Должником перед ним своих обязанностей по договору участия в долевом строительстве № КР/Л5/ПД1/УКН82/ЭТ8/2017 от 21.07.2017 года (далее Договор долевого участия), заключенного между и Должником за нарушение сроков передачи квартиры с условным № 82, общей проектной площадью 66,99 кв.м., находящейся по адресу: Краснодарский край, г. Краснодар, Прикубанский внутригородской округ, ул. Кирилла Российского, Литер 5, сумм имущественных санкций:

Вышеуказанные права возникли у Цедента в связи с нарушением Должником сроков передачи квартиры по договору долевого участия.

Так, согласно условиям Договора участия в долевом строительстве заключенного между участником и застройщиком, последний обязан был предать Участнику Объект долевого участия не позднее 02.07.2018 г.

Цедентом договорные обязательства были исполнены своевременно и в полном объёме, в том числе обязательство по оплате стоимости квартиры.

Между тем ответчик свои обязательства по строительству многоквартирного дома и передаче объекта долевого строительства по акту приёма-передачи в установленный срок и по настоящее время не исполнил.

Истцом направлена застройщику претензия (уведомление), в котором истец уведомил застройщика о переходе прав требования от дольщика к истцу, а также потребовал в целях досудебного урегулирования спора выплатить законную неустойку.

Требования истца ответчиком добровольно не удовлетворены.

Согласно пункту 1 статьи 6 Федерального закона от 30.12.2014 № 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" (далее -Закон № 214-ФЗ) застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства не позднее срока, который предусмотрен договором.

В соответствии со статьей 12 Закона № 214-ФЗ обязательства застройщика считаются исполненными с момента подписания сторонами передаточного акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства.

Согласно договора участия в строительстве застройщик принял на себя обязательство передать третьему лицу квартиру не позднее 02.07.2018.

На основании пункта 2 статьи 6 Закона № 214-ФЗ в случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки. Если участником долевого строительства является гражданин, предусмотренная настоящей частью неустойка (пени) уплачивается застройщиком в двойном размере (что имеет место в рассматриваемом случае).

Расчет законной неустойки составил 109 941,42 руб.

Так как ответчик на досудебную претензию истца о выплате неустойки не отреагировал, истец обратился в суд с настоящими требованиями.

Поскольку ответчик в добровольном порядке не уплатил неустойку, истец обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Сложившиеся между сторонами правоотношения регулируются положениями Федерального закона от 30.12.2004 N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон N 214-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона N 214-ФЗ по договору участия в долевом строительстве одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

В силу пункта 3 статьи 4 Закона N 214-ФЗ договор долевого участия в строительстве заключается в письменной форме, подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации, если иное не предусмотрено данным Законом.

Согласно пункту 1 статьи 6 Закона N 214-ФЗ застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства не позднее срока, который предусмотрен договором и должен быть единым для участников долевого строительства, которым застройщик обязан передать объекты долевого строительства, входящие в состав многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости или в состав блок-секции многоквартирного дома, имеющей отдельный подъезд с выходом на территорию общего пользования.

Согласно части 1 статьи 7 Федерального закона от 30.12.2004 N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации" застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства, качество которого соответствует условиям договора, требованиям технических регламентов, проектной документации и градостроительных регламентов, а также иным обязательным требованиям.

В соответствии с частью 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, должник обязан уплатить кредитору неустойку (денежную сумму, определенную законом или договором) в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В соответствии с частью 2 статьи 6 Закона N 214-ФЗ в случае нарушения предусмотренного договором срока передачи участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора за каждый день просрочки. Если участником долевого строительства является гражданин, предусмотренная настоящей частью неустойка (пени) уплачивается застройщиком в двойном размере.

В силу статей 309 и 310 Кодекса обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно частям 1 и 3 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено Кодексом.

В соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В статье 382 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Из положений статьей 388 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 6 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» уступка права (требования) представляет собой замену кредитора в обязательстве. Последствием уступки права (требования) является замена кредитора в конкретном обязательстве, в содержание которого входит уступленное право (требование).

Исходя из указанных норм права и разъяснений высшей судебной инстанции, следует, что цессия не является институтом абсолютной замены лиц в обязательственных отношениях (как в случае универсального правопреемства), поскольку заключением договора уступки прав стороны сами определяют конкретные права, подлежащие передаче цеденту, в связи с чем первоначальный кредитор может сохранить свое место в обязательственных отношениях с должником (за вычетом уступленных прав новому кредитору).

Из содержания статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что, по общему правилу, акцессорные требования, в том числе право требовать уплаты штрафных санкций, переходит по умолчанию от цедента к цессионарию лишь в том случае, когда по цессионной сделке уступается основное правомочие по гражданско-правовой сделке, исполнение которого обеспечивается соответствующей штрафной санкцией. Однако нормы Гражданского кодекса Российской Федерации не содержат в себе положений, в силу которых при уступке по цессионной сделке права требовать у должника уплаты одного конкретного, из нескольких возможных, видов штрафной санкции к цессионарию автоматически переходило бы право на взыскание с должника любых иных штрафных санкций, прямо не поименованных в цессионном соглашении, но присутствующих в гражданско-правовом обязательстве.

Доказательства передачи квартиры в установленный срок сторонами не представлены.

Судом проверен и признан неверным расчет неустойки, представленный истцом. Вместе с тем, суд не вправе выйти за пределы заявленных требований. 

Таким образом, требование о взыскании 151 877,83 руб. неустойки является обоснованным и соответствует положениям Федерального закона от 30.12.2004 N 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации".

Вместе с тем, в отношении данного требования ответчиком заявлено о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Снижение размера неустойки в каждом конкретном случае является одним из предусмотренных законом правовых способов, которыми законодатель наделил суд в целях недопущения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. Возложение законодателем на суды решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по своей сути признается таковым, поскольку отвечает требованиям справедливости. В этом смысле у суда по существу возникает обязанность установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Таким образом, применяя статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд должен установить реальное соотношение предъявленной неустойки и последствий невыполнения должником обязательства по договору, дабы соблюсти правовой принцип возмещения имущественного ущерба, согласно которому не допускается применения мер карательного характера за нарушение договорных обязательств.

В силу норм процессуального законодательства суд наделен полномочиями устанавливать фактические обстоятельства дела, в том числе и обстоятельства, касающиеся наличия критериев для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, право на взыскание неустойки в заявленной сумме основано на договоре цессии. Именно для ФИО6, как для участника долевого строительства объекта недвижимости, возникли неблагоприятные последствия из-за нарушения застройщиком срока исполнения обязательства по строительству и передаче им помещения, и именно для потребителей законом установлен указанный размер неустойки.

Согласно статье 333 Гражданского кодекса, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Как разъяснено в пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме – штраф или в виде периодически начисляемого платежа ‒ пени (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса). Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств. При расчете взыскиваемой неустойки суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойкой) и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О).

Признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. При этом в каждом случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон. Неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика, при этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства настоящего дела, учитывая компенсационный характер неустойки, суд считает возможным на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации исчислить неустойку исходя из 1/300 ставки рефинансирования, поскольку истец является юридическим лицом, что составляет сумму 75 938,92 руб. уменьшив в 2 раза.

Данный вывод суда основан на сложившейся практике, поскольку взыскание по двойной ставке 1/300 ставки рефинансирования приведет к банкротству застройщика. 

Кроме того, истец не является дольщиком, незащищенной стороной. В данном случае выгоду получает истец, действуя в предпринимательских целях.

Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия. Лица, участвующие в деле, несут процессуальные обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом и другими федеральными законами или возложенные на них арбитражным судом в соответствии с настоящим Кодексом. Неисполнение процессуальных обязанностей лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом последствия.

Суд пришел к выводу взыскать 75 938,92 руб. неустойки, в остальной части отказано.

Кроме того, необходимо учитывать следующее, в силу норм процессуального законодательства суд наделен полномочиями устанавливать фактические обстоятельства дела, в том числе и обстоятельства, касающиеся наличия критериев для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, право на взыскание неустойки в заявленной сумме основано на договоре цессии.

Именно для третьего лица, как для участников долевого строительства объекта недвижимости, возникли неблагоприятные последствия из-за нарушения застройщиком срока исполнения обязательства по строительству и передаче им помещения, и именно для потребителей законом установлен указанный размер неустойки.

В соответствии с пунктом 73 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать,  что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства устанавливается при исследовании судом фактических обстоятельств дела и имеющихся в нем доказательств.

Установив основания для уменьшения размера неустойки, суд снижает сумму неустойки (пункты 74, 75 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Уменьшая размер неустойки, суд учитывает баланс интересов сторон, компенсационный характер неустойки и размер основного обязательства, а также принцип соразмерности начисленной неустойки последствиям неисполнения обязательств ответчиком и длительности периода начисления неустойки, которая по своей сути является способом обеспечения исполнения обязательств должником и не должна служить средством обогащения кредитора (определение Конституционного суда Российской Федерации от 21.12.2000 г. № 263-О, Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 г. № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В рассматриваемом случае истец не является участником долевого строительства, незащищенной стороной. В данном случае выгоду получает истец, действуя в предпринимательских целях.

Истцом заявлено требование о взыскании штрафа за неисполнение в добровольном порядке законного требования потребителя на основании части 6 статьи 13 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее - Закон N 2300-1).

Пунктом 6 статьи 13 Закона N 2300-1 установлено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Указанной нормой определен субъектный состав лиц, которые вправе обратиться в суд с требованием о взыскании с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя.

Следовательно, требование истца-общества к обществу-ответчику о взыскании штрафа не тождественно требованию потребителя и его невозможно передать субъекту предпринимательской деятельности до момента вынесения судом решения о его удовлетворении. Закон N 2300-1, закрепляя возможность взыскания с указанных лиц штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований гражданина-потребителя, исходя из необходимости защиты интересов определенной стороны в правоотношениях в связи с ее особым экономическим положением устанавливает как конкретный состав лиц, которые вправе обратиться в суд, также момент возникновения указанного права требования.

Поскольку по своей правовой природе уступка права требования оплаты штрафа за добровольное неисполнение требования потребителя является уступкой будущего требования, которое возникает после вынесения решения суда о взыскании соответствующего штрафа в пользу потребителя, доказательства присуждения в пользу дольщика спорной суммы штрафа не представлены, оснований для удовлетворения исковых требований истца в части взыскания штрафа на основании части 6 статьи 13 Закона N 2300-1 не имеется.

Указанная позиция соответствует позиции Арбитражного суда Северо-Западного округа, изложенной в постановлении суда от 23.08.2017 по делу N А56-61819/2016 и от 18.08.2017 по делу А56-73940/2016.

Согласно абзацу первому преамбулы к Закону о защите прав потребителей, настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами.

Потребителем, согласно абзацу третьему преамбулы, признается гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

При удовлетворении в судебном порядке требования истца о взыскании неустойки на основании части 2 статьи 6 Федерального закона 214-ФЗ, суд приходит к выводу о том, что у истца, не могло возникнуть предусмотренное пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей право на присуждение ему штрафа, поскольку истец, в силу буквального прочтения и толкования абзаца третьего преамбулы к указанному Закону, не является и не может являться потребителем.

Переход отдельных субъективных прав на основании соглашений об уступке права требования не привело к тому, что ФИО7 и ФИО7 выбыли из договора долевого участия в строительстве и утратил статус потребителя, а ООО «АРЕОПАГ СИБИРИ» получил статус участника договора и соответственно статус потребителя.

Кроме того, в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2016 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъяснено: "Права потерпевшего на возмещение вреда жизни и здоровью, на компенсацию морального вреда и на получение предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штрафа, а также права потребителя, предусмотренные пунктом 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей, не могут быть переданы по договору уступки требования (статья 383 ГК РФ).

Присужденные судом суммы компенсации морального вреда и предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штрафа могут быть переданы по договору уступки права требования любому лицу".

Хотя указанное постановление и посвящено в основном иным вопросам правового регулирования, принципиальным является указание Верховного Суда о недопустимости уступки права требования штрафа, предусмотренного пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей до принятия судебного акта по иску потребителя. Только после определения судом по иску потребителя соответствующего штрафа указанный штраф (равно как и сумма компенсации морального вреда) может быть передан в порядке цессии.

После вынесения Определения Конституционным судом РФ от 15.01.2019 практика в апелляционной инстанции изменилась.

Пунктом 6 статьи 13 Закона N 2300-1 установлено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного       индивидуального       предпринимателя,       импортера)       за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Указанной нормой определен субъектный состав лиц, которые вправе обратиться в суд с требованием о взыскании с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя.

Следовательно, требование предпринимателя к обществу о взыскании штрафа не тождественно требованию потребителя и его невозможно передать субъекту предпринимательской деятельности до момента вынесения судом решения о его удовлетворении. Закон N 2300-1, закрепляя возможность взыскания с указанных лиц штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований гражданина-потребителя,     исходя     из     необходимости     защиты     интересов определенной стороны в правоотношениях в связи с ее особым экономическим положением устанавливает как конкретный состав лиц, которые вправе обратиться в суд, также момент возникновения указанного права требования.

Поскольку по своей правовой природе уступка права требования оплаты штрафа за добровольное неисполнение требования потребителя является уступкой будущего требования, которое возникает после вынесения решения суда о взыскании соответствующего штрафа в пользу потребителя, доказательства присуждения в пользу дольщика спорной суммы штрафа не представлены, оснований для удовлетворения исковых требований части взыскания штрафа на основании части 6 статьи 13 Закона N 2300-1 не имеется.

Согласно абзацу первому преамбулы к Закону о защите прав потребителей, настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами.

Потребителем, согласно абзацу третьему преамбулы, признается гражданин, имеющий     намерение     заказать     или     приобрести     либо     заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

При удовлетворении в судебном порядке требования истца о взыскании неустойки    на    основании    части    2    статьи    6    Федерального    закона    214-ФЗ,    суд приходит к выводу о том, что у истца, не могло возникнуть предусмотренное пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей право на присуждение ему штрафа, поскольку истец, в силу буквального прочтения и толкования абзаца третьего преамбулы к указанному Закону, не является и не может являться потребителем.

Переход отдельных субъективных прав на основании соглашений об уступке права требования не привело к тому, что третьи лица выбыли из договора долевого участия в строительстве и утратили статус потребителей, а истец получил статус участника договора и соответственно статус потребителя.

Кроме того, в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2016 N 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено: «Права потерпевшего на возмещение вреда жизни и здоровью, на компенсацию морального вреда и на получение предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штрафа, а также права потребителя, предусмотренные пунктом 2 статьи 17 Закона о защите прав потребителей, не могут быть переданы по договору уступки требования (статья 383 ГК РФ).

Присужденные     судом     суммы     компенсации     морального     вреда     и предусмотренного пунктом 3 статьи 16.1 Закона об ОСАГО и пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей штрафа могут быть переданы по договору уступки права требования любому лицу».

Хотя указанное постановление и посвящено в основном иным вопросам правового регулирования, принципиальным является указание Верховного Суда о недопустимости уступки права требования штрафа, предусмотренного пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей до принятия судебного акта по иску потребителя. Только после определения судом по иску потребителя соответствующего штрафа указанный штраф (равно как и сумма компенсации морального вреда) может быть передан в порядке цессии.

В Определении Конституционного Суда РФ от 15.01.2019 N 3-О "По запросу Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда о проверке конституционности статьи 383 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзаца первого пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" указано дословно следующее: "В силу статей 15 (часть 2), 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (части 1 и 3) Конституции Российской Федерации и исходя из общеправового принципа справедливости защита права собственности и иных вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота - собственников, кредиторов, должников. Возможные ограничения федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения имуществом, свободы предпринимательской деятельности и свободы договоров также должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, носить общий и абстрактный характер, не иметь обратной силы и не затрагивать существо данных конституционных прав, т.е. не ограничивать пределы и применение соответствующих конституционных норм. Сама же возможность ограничений и их характер должны обусловливаться необходимостью   защиты   конституционно   значимых   ценностей,   а   именно   основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Оспариваемая в запросе статья 383 ГК Российской Федерации, запрещающая переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, направлена на конкретизацию статей 7 (часть 1), 17 (части 1 и 3), 38 (часть 2) и 64 Конституции Российской Федерации и сама по себе, как ранее отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, не может рассматриваться как нарушающая какие-либо конституционные права граждан (определения от 26 января 2010 года N 142-О-О, от 20 декабря 2016 года N 2622-О и др.).

Что касается пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", то Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях неоднократно указывал, что предусмотренное им правовое регулирование, устанавливающее самостоятельный вид ответственности в виде штрафа за нарушение установленного законом добровольного порядка удовлетворения требований потребителя как менее защищенной стороны договора, направлено на стимулирование       добровольного       исполнения       требований       потребителя изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным     индивидуальным     предпринимателем,     импортером)     как профессиональным участником рынка (определения от 17 октября 2006 года N 460-О, от 16 декабря 2010 года N 1721-О-О, от 21 ноября 2013 года N 1836-О, от 22 апреля 2014 года N 981-О, от 23 апреля 2015 года N 996-О и др.) и с учетом разъяснений, содержащихся, в частности, в пунктах 1, 2, 10 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", пункте 1.4 Обзора судебной практики разрешения дел по спорам, возникающим в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 июля 2017 года, не может расцениваться как нарушающее какие-либо конституционные права граждан.

Кроме того, Конституционный Суд Российской Федерации подчеркивал, что обеспечение применения абзаца первого пункта 6 статьи 13 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" с учетом разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, относится к полномочиям судов общей юрисдикции и, следовательно, возникающие случаи отступления от смысла данного законоположения, придаваемого ему сложившейся правоприменительной практикой, подлежат исправлению в рамках системы судов общей юрисдикции (определения от 16 июля 2015 года N 1804-О и N 1805-О), равно как и арбитражных судов".

Таким образом, Конституционный Суд прямо указал на возможность присуждения соответствующего штрафа только судом общей юрисдикции при рассмотрении спора с участием потребителя.

Поскольку третьи лица по заявленному периоду времени с иском в суд общей юрисдикции о взыскании штрафа не обращались, копии решения суда о присуждении суммы штрафа не представили, они не могли передать истцу еще не созревшее субъективное право.

Таким образом, право применять норму абзаца первого пункта 6 статьи 13 Закона  Российской  Федерации   «О  защите  прав  потребителей» вправе  только  суд общей юрисдикции в рамках спора о защите прав потребителей. Поскольку арбитражные суды не наделены компетенцией рассматривать гражданско-правовые споры о защите прав потребителей, они не вправе применять указанную норму закона и самостоятельно определять наличие оснований и размера указанного штрафа (также как арбитражный суд не может, например, применить норму Уголовного кодекса Российской Федерации ввиду отсутствия компетенции).

Вместе с тем заключение соглашения о цессии в отношении потребительского штрафа не должно оцениваться как недействительная сама по себе сделка, поскольку законодательство допускает возможность заключения соглашения о цессии будущих прав (пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 года № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», пункт 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации»). Арбитражный суд при отсутствии вступившего в законную силу решения суда общей юрисдикции о присуждении потребительского штрафа должен констатировать, что субъективное право цессионария на взыскание штрафа не созрело, в связи с чем в указанной части иск не подлежит удовлетворению, что не лишает цессионария предъявить новый иск после вступления решения суда общей юрисдикции в законную силу или     предъявить     к     цеденту        требование,     связанное     с     неисполнением соответствующей обязанности цедента по передаче будущего права.

Поскольку ФИО7 и ФИО7 по заявленному периоду времени с иском в суд общей юрисдикции о взыскании штрафа не обращался, копии решения суда о присуждении суммы штрафа не представил, она не мог передать ООО «АРЕОПАГ СИБИРИ» еще не созревшее субъективное право.

Судом отказано во взыскании штрафа полностью.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение размера судебных расходов производится от суммы обоснованно заявленной ко взысканию неустойки в полном объеме без учета снижения в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Руководствуясь ст.ст. 110, 123, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л :

Взыскать с ООО «Главная Инвестиционная Компания» в пользу ООО «АРЕОПАГ СИБИРИ» 75 938,92 руб. неустойки.

В остальной части заявленных требований – отказать.

Взыскать с ООО «Главная Инвестиционная Компания» в доход Федерального бюджета РФ 5 556 руб. госпошлины. 

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный  суд кассационной  инстанции - в течение двух месяцев  со дня  вступления  решения  в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                  А. Г. Поздняков