СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                   Дело № А45-26749/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 27 декабря 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 декабря 2021 года.

  Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  

ФИО1,

судей

ФИО2,

 

ФИО3,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Карташовой Н.В., рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Строительное управление «СТРОЙМАСТЕР» (№ 07АП-12809/20), на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 15.10.2021 по делу № А45-26749/2020 (судья Белкина Т.Ю.) по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Строительное управление «СТРОЙМАСТЕР» о включении требования в реестр требований кредиторов должника - общества с ограниченной ответственностью «Ипсилон» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 630049, 

<

...>), при участии в рамках обособленного спора третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 (ИНН 

<

***>), ООО «Эпсилон» (ИНН 

<

***>), ООО «СИБГОРСТРОЙ» (ИНН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО5, арбитражного управляющего ООО «Эпсилон»,

           В судебном заседании приняли участие: 

от ПАО Национальный банк "ТРАСТ": ФИО6, представитель по доверенности от 08.06.2021, паспорт;

от иных лиц, участвующих в деле: без участия (извещены);

УСТАНОВИЛ:

дело о банкротстве должника возбуждено 14.10.2020. 29.12.2020 (согласно почтовому штемпелю на конверте) общество с ограниченной ответственностью "Строительное управление "СТРОЙМАСТЕР" обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о включении требования в размере 135 648 810 руб. 56 коп., в реестр требований кредиторов должника. Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 22.03.2021 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4 (ИНН 

<

***>), ООО «Эпсилон» (ИНН 

<

***>), ООО «СИБГОРСТРОЙ» (ИНН 

<

***>) в лице конкурсного управляющего ФИО5, временный управляющий ООО «Эпсилон» ФИО7 в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Определением суда от 15.10.2021 заявленные требования оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, кредитор обратился с апелляционной жалобой в апелляционный суд, в которой просит определение суда отменить, удовлетворить требования. Апелляционная жалоба мотивирована неполным выяснением обстоятельств дела, несоответствием выводов, изложенных в решении фактическим обстоятельствам дела, недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств, неправильным применением норм процессуального и материального права.

ООО «Ипсилон», ПАО Банк «ТРАСТ» в отзыве, письменных пояснениях, представленных в суд в порядке статей 81, 262 АПК РФ, представитель ПАО Банк «ТРАСТ» в судебном заседании, доводы жалобы отклонили, просят оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В соответствии со статьей 123, 156 АПК РФ, дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва, письменных пояснений, проверив законность и обоснованность определение суда первой инстанции в соответствии со статьей 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает его не подлежащим отмене по следующим основаниям. 

Как установлено судом первой инстанции, 04.12.2020 определением Арбитражного суда Новосибирской области в отношении должника - ООО «Ипсилон», введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО8. 

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 27.09.2021 должник - ООО «Ипсилон» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО9. 

Требование кредитора подано в срок, установленный статьёй 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Из заявления ООО "Строительное управление "СТРОЙМАСТЕР" следует, что ООО "Ипсилон" имеет задолженность по взятым на себя обязательствам поручительства по договору генерального подряда № 02/05/2012, что подтверждается Решением третейского суда, образованного сторонами для разрешения конкретного спора в составе: ФИО10 от 20.10.2020, которым приято решение об удовлетворении исковых требований ООО "Строительное управление "СТРОЙМАСТЕР" к ФИО4, ООО "ЭПСИЛОН" и ООО "ИПСИЛОН" в полном объеме, взыскано солидарно с ФИО4, ООО "ЭПСИЛОН" и ООО "ИПСИЛОН" в пользу ООО "Строительное управление "СТРОЙМАСТЕР" сумму задолженности по договору генерального подряда №02/05/2012 от 02.05.2012 в размере 135 648 810 руб. 56 коп. 18.01.2020 определением Железнодорожного районного суда г. Новосибирска ООО "Строительное управление "СТРОЙМАСТЕР" отказано в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда от 20.10.2020, вынесенного единоличным арбитром ФИО10

Суд, выявив, что требование носит мнимый характер, что исключает его учет в реестре требований кредиторов должника, оставил заявление без удовлетворения. Седьмой арбитражный апелляционный суд поддерживает выводы, изложенные в определении суда первой инстанции, в связи с чем отклоняет доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из установленных фактических обстоятельств дела и следующих норм права.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В силу разъяснений пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Исходя из указанных норм права, арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности и применения мер ответственности на основе положений норм материального права.

Как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и «дружественного» кредитора в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.09.2017 по делу № 301-ЭС17-4784).

В целях защиты прав и законных интересов других кредиторов, в том числе заявивших возражения, и предотвращения злоупотребления правом со стороны должника суд может истребовать дополнительные доказательства, свидетельствующие о добросовестности сторон при заключении договора. 

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. 

Необходимость установления указанных обстоятельств обусловлена тем, чтобы не допустить включение в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований, основанных исключительно на расписке или на квитанции к приходному кассовому ордеру, которые могли быть изготовлены вследствие соглашения кредитора и должника, преследовавших цель создания документального подтверждения обоснованности таких требований. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779 по делу № А40-181328/2015, в условиях конкуренции кредиторов за распределение конкурсной массы для пресечения различных злоупотреблений законодательством, разъяснениями высшей судебной инстанции и судебной практикой выработаны повышенные стандарты доказывания требований кредиторов. 

Суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В силу специфики дел о банкротстве при наличии сомнений в правомерности требования согласно процессуальным правилам доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) заявитель обязан доказать обоснованность заявления допустимыми доказательствами. 

Повышенный стандарт доказывания предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств наличия и размера задолженности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3), от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533, от 29.10.2018 №308-ЭС18-9470, от 21.02.2019 №308-ЭС18-16740, от 11.07.2019 №305-ЭС19-1539). 

Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором. Изучению подлежат сама возможность исполнения сделок, лежащих в основе притязания кредитора, экономическая целесообразность их совершения, а также фактическая исполнимость. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

Пунктом 1 статьи 363 ГК РФ предусмотрено, что при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (пункт 2 статьи 363 ГК РФ).

В силу статьи 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Статьей 310 ГК РФ предусмотрено, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В части 1 статьи 65 АПК РФ, определено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, ООО «Строительная компания «СтройМастер» (генподрядчик) и ответчиком (заказчик) заключен договор № 02/05/12 от 02.05.2012, по условиям которого заказчик поручает, а генподрядчик обязуется выполнить за свой риск и своими силами из собственных материалов на основании проектной документации, разработанной заказчиком согласованной генподрядчиком, работы по строительству жилого здания на объекте: «Жилое здание с офисными помещениями и подземной автостоянкой на улице Кавалерийская в Заельцовском районе города Новосибирска», а заказчик обязуется принять результат работ и оплатить его в соответствии с условиями договора (пункт 1.1. договора). 

Согласно пункту 2.1 договора стоимость работ составляет 339 806 000 рублей.

По тройственному соглашению от 31.12.2012 ООО «Строительная компания «СтройМастер» (цедент) уступает, а ООО «Строительное объединение «СтройМастер» (цессионарий) принимает в полном объеме права (требования), принадлежащие цеденту по договору генподряда № 02/05/12 от 02.05.2012, заключенного между цедентом иобществом с ограниченной ответственностью "Сибгорстрой", наряду с уступкой прав цедент передает, а цессионарий принимает на себя обязательства генподрядчика по договору. 

По тройственному соглашению от 14.09.2015 ООО «Строительное объединение «СтройМастер» (цедент) уступает, а ООО «Строительное управление «СтройМастер» (цессионарий) принимает в полном объеме права (требования), принадлежащие цеденту по договору генподряда№ 02/05/12 от 02.05.2012, заключенного между цедентом и ООО "Сибгорстрой", наряду с уступкой прав цедент передает, а цессионарий принимает на себя обязательства генподрядчика по договору. 

По трехстороннему соглашению от 14.09.2015 с момента его заключения к ООО «Строительное объединение «СтройМастер» перешли все права и обязанности ООО «Строительное управление «СтройМастер», вытекающие из договора № 02/05/12 от 02.05.2012. 

В соответствии с пунктом 2.1 договора сроки выполнения работ приведены в перечне работ. 

Общий срок выполнения работ по договору: с 01.06.2012 по 31.12.2015. 

Далее сроки выполнения работ продлевались на основании дополнительных соглашений. 

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 14.09.2020 взыскано с ООО "Сибгорстрой" (ОГРН 

<

***>) в пользу ООО "Строительное Управление "Строймастер" (ОГРН 

<

***>) задолженность в размере 82 685 611 рублей 20 копеек, неустойку за период с 06.07.2018 по 31.05.2020 в размере 52 963 199 рублей 36 копеек., судебный акт вступил в законную силу.

В обеспечение исполнения обязательств по вышеуказанному договору генерального подряда между ООО "Строительное Управление "Строймастер", ООО "Ипсилон", ООО "Эпсилон" и ФИО4 был составлен договор поручительства от 28.12.2016, по условиям которого поручители приняли на себя обязательства нести солидарную ответственность перед кредитором.

Бенефициарным владельцем поручителя - ООО «Ипсилон», а также заявителя - ООО СУ «Строймастер» является гражданин ФИО4. 

Указанный вывод сделан с учетом следующих обстоятельств: - ФИО4 является единственным участником ООО «Ипсилон» и ООО «Эпсилон», руководителем указанных юридических лиц - ФИО11. - Единственным участником ООО СУ «Строймастер» и ООО «Сибгорстрой» выступает ООО «Бетта» (ИНН 

<

***>), учредителем которого ранее являлся ФИО4, а в настоящее время единственным участником ООО «Бетта» является кипрская компания МИЛЛСТЕП ЛИМИТЕД (MILLSTEP LIMITED, рег. номер 

<

***> адрес: Spyrou Kypnanou, 57, M FRANGOS COURT, Floor 5, Flat 501 6051, Larnaka, Cyprus), директором которой является ФИО12, сын ФИО4. - ООО «Бетта» (ИНН 

<

***>) также выступает единственным участником ООО «НК Инвест» (ИНН 

<

***>), руководителем которого является ФИО11, являющийся руководителем Ответчиков - ООО «Ипсилон». 

При этом, документально подтвержденные сведения о бенефициарном владельце ООО «Бетта» у Банка отсутствуют вследствие непубличной структуры владения акциями (долями) и наличия в соответствующем правопорядке особых правил о раскрытии информации о выгодоприобретателях компаний.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 26.03.2013 № 14828/12, если вследствие непубличной структуры владения акциями (долями) в иностранной компании доказывание недобросовестности приобретения имущества существенно затруднено из-за наличия в соответствующем правопорядке особых правил о раскрытии информации о выгодоприобретателях компаний, добросовестной компании при разрешении судебного спора надлежит самостоятельно предоставить информацию о том, кто в действительности стоит за этой компанией.

- МИЛЛСТЕП ЛИМИТЕД (Кипр) также является единственным участником ООО «КРЕПОСТЬ» (ИНН 

<

***>), которое в свою очередь является единственным участником ООО «Строймастер» (ИНН 

<

***>), которой заявлено более 20 требований на сумму порядка 425,5 млн.рублей.

При этом ООО «Строймастер» является единственным учредителем ООО «Гармония» (ИНН 

<

***>), генеральным директором которого с 25.09.2013 г. является ФИО11 (ИНН 

<

***>). Тот же ФИО11 с 21.10.2013 является генеральным директором должника. 

Кроме указанных юридических лиц ФИО11 является генеральным директором 12 компаний, а также учредителем 8 обществ, зарегистрированных по адресу: 

<

...>, что подтверждает факт того, что он является доверенным лицом бенефициара группы компаний СТРОЙМАСТЕР ФИО4. 

И ФИО4, и ООО «Бетта», и Миллстеп Лимитед, и ФИО11 ранее являлись участниками ООО «Компания по управлению недвижимостью «Строймастер» (ИНН 

<

***>). 

Все указанные российские юридические лица располагаются в едином здании по адресу: 630049, 

<

...>.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что указанные выше обстоятельства, полученные из официальных открытых источников, позволяют сделать вывод о тесной экономической связи между данными обществами и вхождении их в единую группу компаний - Строймастер.

Установив вышеизложенные обстоятельства, а также что требование заявлено аффилированным лицом, суд обоснованно установил, что в действиях аффилированных лиц при заключении договора поручительства имеется злоупотребление правом, направленное на создание искусственной кредиторской задолженности в нарушение имущественных интересов независимых кредиторов.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.09.2020 (рез.часть от 27.08.2020) по делу №А40-127419/2020, вступившим в законную силу 12.01.2021, удовлетворены требования Банка о взыскании с ООО "Эпсилон" и ООО "Сибгорстрой" солидарно задолженности по договору кредитной линии №36-14/КЛ-1Ф от 29.04.2014 в размере 670 234 439,07 рублей. 

08.09.2020, сообщение № 05228022 Банк разместил сообщение о своем намерении обратиться в Арбитражный суд с заявлением о признании должника - Общество с ограниченной ответственностью "Ипсилон" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, местонахождение: ул. Галущака, дом 2А, офис 12, 

<

...>) несостоятельным (банкротом) в связи с наличием у него признаков банкротства, предусмотренных пункта 2 статьи 3, пункта 2 статьи 6 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ. 

30.09.2020 ООО СУ «Строймастер» обратился в третейский суд за взысканием задолженности после опубликования Банком в ЕФРСБ сообщения о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве ООО «Ипсилон» (№05228022 от 08.09.2020). 

Решение третейским судом было вынесено 20.10.2020, уже после возбуждения дел о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ипсилон» (№А45-26749/2020).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказания влияния на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрытия разумных экономических мотивов совершения сделки либо мотивов поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Из правового смысла разъяснений, сформулированных в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством", а также в пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", следует, что заключение договоров поручительства и залога может быть вызвано наличием у заемщика и поручителя в момент выдачи поручительств общих экономических интересов.

В этой связи суду следует оценить договоры поручительства на предмет наличия либо отсутствия экономического смысла для должника - поручителя в их заключении, наличие у заемщика с поручителем общих экономических интересов, дать оценку экономической целесообразности заключения должником договора поручительства. Согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13).

В такой ситуации для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения сторон от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть о злоупотреблении правами во вред остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

Исходя из разъяснений, данных в пункте 15.1 постановления № 32, при рассмотрении требования об оспаривании договора поручительства (залога), выданного по обязательству заинтересованного лица, могут приниматься во внимание следующие обстоятельства: были ли должник и заинтересованное лицо платежеспособными на момент заключения оспариваемого договора, было ли заключение такого договора направлено на реализацию нормальных экономических интересов должника (например, на получение заинтересованным лицом кредита для развития его общего с должником бизнеса), каково было соотношение размера поручительства и чистых активов должника на момент заключения договора, была ли потенциальная возможность должника после выплаты долга получить выплаченное от заинтересованного лица надлежащим образом обеспечена (например, залогом имущества заинтересованного лица) и т.п., а также знал ли и должен ли был знать об указанных обстоятельствах кредитор.

Учитывая изложенное, главной целью поручительства является создание дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств.

Следовательно, доказывание недобросовестности кредитора осуществляется лицом, ссылающимся на данный факт (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Поэтому в условиях аффилированности лиц, заключивших обеспечительную сделку между собой, на них в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы ее совершения.

В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)).

Если "дружественный" кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 ГК РФ). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

С учетом того, что лицами, участвующими в деле заявлено о мнимости данных правоотношений судом неоднократно предлагалось заявителю представить в материалы денного дела документы, опровергающие указанные доводы.

Между тем, как установлено судом, в рассматриваемом случае всеми участниками договора поручительства, в том числе, кредитор являются аффилированные лица.

При этом разумные экономические мотивы заключения договора поручительства между аффилированными лицами заявителем не обоснованы.

Так, заимодавец, кредитор и поручитель ООО "Ипсилон", являются аффилированными друг другу лицами, входящими в группу компаний через ФИО4 на основании пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» и статьи 19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Сложившаяся правоприменительная практика Верховного суда РФ (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014 и т.д.) допускает возможность фактической аффилированности, не ограниченной наличием юридически формализованных связей. 

Изложенное позволяет применять при рассмотрении настоящего спора правовые позиции как повышенный стандарт доказывания, так и позиции, сформулированные в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020. 

В данном случае, коллегия суда соглашается, что применению подлежит правовая позиция о том, что на аффилированном к должнику кредиторе (в данном случае) лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве (пункт 1 Обзора). Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

При рассмотрении вопроса о мнимости договора и документов, суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке (пункт 3 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020)" от 10.06.2020).

Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора.

Аналогичная правовая позиция сформулирована в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017.

Согласно правовому подходу Президиума Высшего Арбитражного Российской Федерации, отраженному в постановлении от 18.10.2012 № 7204/12, совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому при рассмотрении вопроса о мнимости сделки и документов, подтверждающих ее исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. При оспаривании опосредующих исполнение договора документов необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Согласно статье 170 ГК РФ мнимость сделки устанавливается на момент заключения данной сделки, юридически значимым обстоятельством для признания сделки мнимой является отсутствие у нее основания, поскольку стороны не стремятся к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки.

Совершая мнимую сделку, стороны хотят создать лишь видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки. Дефект мнимой сделки как раз и проявляется в отсутствии направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. В пункте 86 постановления Пленума Верховного РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений разделе I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, однако это не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Кодекса.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

В рассматриваемом случае судом установлено, что заявителем не представлено допустимых и достаточных доказательств наличия у него товара (зерна гречихи в количестве 1 266 981 кг) по состоянию на дату совершения сделки (01.11.2019). 

Из материалов дела следует, что судом неоднократно запрашивался оригинал договора поручительства и первичные документы для подтверждения обоснованности заявленных требований, кроме того Банком было выражено намерение о заявлении фальсификации договора поручительства от 28.12.2016, поставив под сомнение его составления в даты указанные в договоре поручительства. В ходе судебного разбирательства представителем заявлено о том, что первоначальный экземпляр договора поручительства датированный и подписанный 28.12.2016 у кредитора отсутствует, в связи с утратой, однако ООО "Строительное управление "СТРОЙМАСТЕР", ООО "Эпсилон", ООО "Ипсилон" и ФИО4 переподписали договор поручительства в конце 2020 года и проведения экспертизы действительно покажет не соответствие даты изготовления документа дате указанной в договоре, поэтому целесообразность проведения экспертизы, по мнению кредитора, отсутствует, поскольку он сам действительно подтверждает, что представленный экземпляр договора составлен и подписан в конце 2020. 

Судом предлагалось представителю ООО "Эпсилон" и ООО "Ипсилон" ФИО13 представить первоначальный экземпляр договора поручительства подписанный, в дату указанную в договоре 28.12.2016, однако из пояснений представителя, указанных выше обществ, данный договор отсутствует. 

Таким образом, коллегия суда полагает правомерными выводы суда о том, что договор поручительства составлен первоначально в конце 2020 года, поскольку предъявляя иск к основному должнику (ООО "Сибгорстрой") 08.07.2020 о взыскании 135 648 810 руб. 56 коп., целесообразно было бы заявить иск о взыскании в солидарном порядке и с поручителей, однако данных действий предпринято не было. 

Данная задолженность стала необходимой для создания дружественной кредиторской задолженности аффилированного лица. 

30.09.2020 ООО «Строительное управление «Строймастер» обратилось в третейский суд за взысканием задолженности после опубликования Банком в ЕФРСБ сообщения о намерении обратиться в суд с заявлением о банкротстве ООО «Ипсилон» (№05228022 от 08.09.2020).

Решение третейским судом было вынесено 20.10.2020, уже после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ипсилон» (№А45-26749/2020). 

Из материалов дела следует, что обязательства, возникали, между лицами одной группы, денежные средства передавались между членами данной группы с целью погашения либо установления задолженности друг перед другом. 

При этом суду не доказано, экономическая целесообразность заключения договора поручительства спустя 4 года (согласно дате указанной на договоре 28.12.2016) после заключения генерального договора подряда 12.05.2012, которая вызывает сомнения. Равным образом у должника не было намерения возвращать денежные средства, что было и фактически невозможно с учетом его финансового состояния на момент их предоставления. 

Договор был подписан между взаимозависимыми лицами, долг не был просужен, ни предъявлен в какой-либо части к поручителям. 

Очевидно, что взаимозависимые кредитор и должник могли подписать между собой когда угодно какие угодно документы без возникновения реальных правоотношений. Поведение кредитора, не предпринимающего при этом никаких мер ко взысканию долга, очевидно отличается от разумного и осмотрительного поведения обычного участника гражданского оборота. 

В таких условиях должен действовать повышенный стандарт доказывания: аффилированному кредитору необходимо доказать, что обязательства действительно существовали в реальности. Таких доказательств кредитором не представлено. 

Так согласно документам, предоставленным заявителем в материалы дела №А45-15955/2020 (иск о взыскании задолженности по договору генерального подряда), во исполнение договора подряда №02/05/12 от 02.05.2012 генподрядчиком были выполнены работы за период с 01.10.2015 по 31.05.2020 на сумму 391 279 142 рубля 40 копеек, что подтверждается представленными ООО СУ «Строймастер» в материалы дела № А45-15955/2020 актами о приемке выполненных работ, которые подписаны заказчиком без замечаний и возражений к объему и качеству выполненных работ. 

В счет цены договора подряда ООО «Сибгорстрой» была оплачена ООО СУ «Строймастер» сумма в размере 305 201 767 рублей 47 копеек. 

При этом в период с 2016 по 2017 годы ООО СУ «Строймастер» осуществлял возврат излишне полученных по договору денежных средств на общую сумму 14 685 109 рублей 33 копейки. Таким образом, возврат средств как излишне полученных при наличии задолженности не отвечает критерию добросовестности и не соответствует поведению независимых сторон в рыночных отношениях.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что поручительство по своей правовой природе не предусматривает какого-либо встречного исполнения. 

При этом доказательством реальности отношений сторон могли бы быть бухгалтерский документы, подтверждающие отражение обязательств поручительства на балансе кредитора, оригинал договора поручительства от 2016 года, доказательства исполнения (хотя бы частичного) поручителем обязательства за должника. Однако таких доказательств в материалы дела не представлено. 

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. В соответствии с частью 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Согласно статьям 8, 9 АПК РФ, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений. Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации сформулирована правовая позиция (Постановление от 13.05.2014 № 1446/14), получившая свое развитие в правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (Определение от 09.10.2015 № 305-КГ15-5805) о том, что возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора, обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга. При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником. В связи с этим в опровержение доводов о мнимости хозяйственных операций, послуживших основанием для возникновения денежного требования заявителя, последним должен быть представлен исчерпывающий объем доказательств, подтверждающих реальность правоотношений с должником с учетом того обстоятельства, что представленными в материалы доказательствами аффилированность заявителя по отношению к группе компаний, в полном объеме подтверждена. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, выводов суда первой инстанции не опровергают, а лишь выражают несогласие заявителя с произведенной судом оценкой установленных по делу обстоятельств, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку. Основания для переоценки установленных судом первой инстанции обстоятельств, у суда апелляционной инстанции отсутствуют. С учетом изложенного, определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь изменение или отмену определения суда первой инстанции.

   Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд                             

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 15.10.2021 по делу № А45-26749/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Строительное управление «СТРОЙМАСТЕР» - без удовлетворения.

             Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

Председательствующий  

ФИО1

 

Судьи

 

ФИО2

 

ФИО3